Агентство «Всевидящее око». Дело о двойниках

Ольга ушла, оставив после себя аромат весенней свежести. Интересно, что за духи? Наверное, что-то из мировых коллекций. Пришло в голову, что неплохо бы разбираться в запахах парфюма. В моей профессии частного детектива это вполне может пригодиться. Шерлок Холмс, же, различал сто сорок сортов сигарного, сигаретного и трубочного табака. Правда, знаменитый сыщик был вымышленным героем, но никто, ведь, не запрещал стремиться к совершенству.

Несмотря на то, что женщина торопилась, я мучил её вопросами около получаса, узнал много нового, но ни на какие мысли меня эта информация не навела. Всё, в принципе, среднестатистическое. Родилась, жила на севере, потом, когда мать вышла в отставку, переехала сюда. Тут приобрели квартиру в сталинке и проживали, пока Ольга не вышла замуж. Школа и институт, вообще, мимо. Ну, училась, потом, там же, осталась в аспирантуре и стала преподавать. После замужества замутили с супругом бизнес, который, неожиданно, пошёл в гору. Ничего особенного.

Разве, только, стоило попробовать версию отца, который, якобы, погиб на охоте. Ведь, сама Ольга говорила о том, что не верит в эту историю. А, что, если этот гипотетический отец совсем не погиб, а, целый и здоровый, завёл себе другую семью, в которой родилась дочь, похожая на Ольгу? И, воспользовавшись схожестью дочерей, он вполне мог провернуть это дело с кражей. Пощипать, так сказать, свою бывшую.

А брать было что. Я ещё раз пролистал на смартфоне фотографии пропавших раритетов, которые мне скинула Ольга. Клавдия Степановна в молодости была довольно предприимчивой особой. В своей зоне на базе швейной мастерской раскрутила производство брендовых вещей того времени. Ну, может, не настолько уж и брендовых. Наверное, явный фальшак. Но, не избалованный заморскими шмотками, советский человек с удовольствием покупал их из-под полы через целую сеть фарцовщиков во многих городах Советского Союза, не особо обращая внимания на, не слишком профессиональные, швы или криво пришитые лейблы. Само собой, что самой Клавдии Степановне такой бизнес было не потянуть. Там, скорее всего, была задействована целая структура, начиная с высших эшелонов власти. И не одна такая зона была. Но, старушке хватало её доли вполне.

Кроме того, она вовремя сообразила, что север, это край старинный, где, если хорошо поискать, можно найти много вещей, имеющих огромную культурную ценность. Буквально за копейки она скупала у местного населения антикварную мебель, старинные вещи и иконы, в результате чего стала обладательницей завидной коллекции. Ну и, в довесок, Клавдия Степановна часть своих доходов всегда пускала на драгоценные камни. Так что, тот, кто обворовал её, стал обладателем довольно внушительного состояния.

Повод вспомнить свою давнюю любовь – веский. Тут на кону хороший куш стоит. Нужно прозондировать этот вопрос. Но, как? Ольга ничего о своём биологическом отце не знает, а Клавдия Степановна, судя по моему первому впечатлению, крепкий орешек и вряд ли расколется с наскока. Тут думать надо. И, кстати, есть повод покопаться в интернете и выяснить, могут ли дети от одного отца и разных матерей быть похожими друг на друга.

Обязательно поинтересуюсь. Но, перед этим нужно найти грузчиков, выносящих вещи из квартиры Клавдии Степановны. Конечно, они, скорее всего, ни при чём, но они могли что-то заметить, что-то услышать. Например, разговор этой Лжеольги с водителем. Уж, водитель, в теме должен быть. Интересно, если мне надо срочно что-то погрузить, где найти рабочую силу? Ничего, кроме биржи на ум не идёт. Значит, поеду туда. Есть в городе небольшая улочка, на которой, традиционно собираются те, кто хочет разово заработать. Её биржей труда и прозвали.

Сколько раз, проезжая мимо, я видел этих несчастных мужчин и женщин с тормозками в руках, с надеждой провожающих взглядом каждую, слегка замедлившую ход, машину. А, если машина останавливалась, все дружно бросались к ней, расталкивая друг друга, стараясь ухватить подвернувшуюся работу. И, в основном, им было без разницы, навоз кидать, деревья пилить, или тяжести переносить. Главное, заработать и вечером принести в семью деньги. Ну, или вечером, чтобы было на что выпить. Это, кому как. Правда, для биржи труда время уже позднее. Обед скоро, а люди туда с утра идут. Но, насколько я знаю, те, кому не посчастливилось перехватить работу, стоят там до упора. Будем надеяться, что, хоть, кого-то из грузчиков я там найду.

Народу на бирже было не так много, как обычно бывает по утрам. Поредевшая толпа стояла кучками, тоскливо провожая взглядами проезжавшие мимо машины. Кое где, уже, наскребли общими усилиями на бутылочку и распивали, сидя на бетонном основании теплотрассы под захваченные из дома тормозки. Однако, стоило, только, мне свернуть к обочине и затормозить, как к моей машине сразу рванули все, кто был поблизости.

– Что делать, хозяин? – понеслось с разных сторон, буквально, оглушая. – Штукатурю, белю, плитку кладу. Могу по сантехнике! Меня возьми! Я тебе, что хочешь, выкопаю! Помою дом, перестираю всё бельё!

– Подождите! – попытался перекричать я этот гвалт. – Подождите! Мне грузчики нужны!

– Я! – опять оглушила меня толпа. – Меня возьми! Что грузить надо? Мы мигом!

– Так! Грузчики остались, остальных не задерживаю, – если нельзя предотвратить беспорядок, то нужно его возглавить.

Толпа значительно поредела. Ушли женщины, более тщедушные мужики или мужчины постарше. Остались только крепкие молодые парни.

– Так, что грузить будем, хозяин? – спросил один из них, не самый здоровый, но, судя по всему, самый авторитетный.

– Ничего.

– Зачем звал, тогда?

– Мне нужны те, кто работал на прошлой неделе в центре, – я назвал адрес, наблюдая, как поскучнела толпа. – Выносили вещи из квартиры в сталинке.

– А, что случилось? – поинтересовался авторитетный. – Ты, часом, не мент?

– Нет, не мент, – я улыбнулся самой своей дружелюбной улыбкой, достал из кармана купюру и поднял вверх, удерживая её между указательным и средним пальцами. – Но, за информацию могу отблагодарить.

– Хорошо. Давай.

– Э, нет. Сначала информация.

– Гриня! – авторитетный окликнул плюгавенького мужичка, недавно отошедшего от меня и усевшегося на бордюр. – Сюда иди!

– Чего?

– Что позавчера Лёха рассказывал?

– Когда?

– Да позавчера же! Когда мы вон там, за кустом бухали.

– Что вещи одной дамочке помогали перевозить. Говорит, не квартира, а музей. А дамочка та, которой они помогали, сущая стерва. На фене базлает, словно лет десять зону топтала.

– А где мне этого Лёху найти?

– Лёха с утра уехал с заказчиком. Работа подвернулась. И вся его компания – тоже. Завтра с утра приходи.

– Погоди, Боб, – влез в разговор детина из тех, про которых раньше говорили: «Косая сажень в плечах». – Сява опоздал сегодня. С бодуна только недавно приплёлся. А он с Лёхой всегда на заказы выезжает.

– Где он?

– Тут где-то был.

– Надо бы найти, – я поиграл зажатой в пальцах купюрой.

– Найдём! – деньги авторитетному заполучить не терпелось. – Ну-ка, все глянули вокруг!

Сява нашёлся неподалёку. Присев на остаток поломанной скамейки, он мирно дремал, пуская пузыри из сизого носа. Это был мужичок среднего возраста, когда-то в хорошей физической форме и, наверное, привлекательный для женского пола. Я сунул авторитетному деньги и, подхватив ничего не понимающего мужика, потащил его к стоящей неподалёку стекляшке. Стекляшкой, наверное, во всех городах бывшего СССР называли магазины, размещённые вот в таких павильонах, с витринами, почти полностью сделанными из стекла. Летом в них было жарко, зимой – холодно, но построено их по Союзу в своё время было видимо-невидимо. Сява люто страдал похмельем и, пока не опохмелится, толку от него не будет.

Под неодобрительным взглядом проходящей мимо женщины с тяжёлыми пакетами в руках, я усадил бедолагу прямо на ступеньки и, заскочив в стекляшку, купил банку пива и сунул ему в руки.

– Поговорим? – спросил я, дождавшись, когда Сява одним глотком высосал половину и блаженно зажмурился.

– О чём? – повернулся ко мне мой собеседник, словно увидел впервые. – Ты кто?

– Твой спаситель. Что бы ты делал, если бы я тебя сейчас не подлечил?

– Сдох бы. Слушай, будь другом, сообрази ещё банку. А, лучше, чекушку.

– Расскажешь, что я хочу, денег дам, сам купишь.

– Спрашивай.

– Неделю назад вы помогали одной женщине с переездом. В центре. Сталинка, первый этаж. Помнишь?

– У которой в квартире, как в музее? Помню.

– Расскажи всё, что помнишь.

– А чё тут помнить? Стояли мы на бирже. Тут подъезжает она и говорит, мол, бригада нужна вещи перетаскать.

– Подъезжает? На чём?

– На пассажирской ГАЗели.

– Это была её ГАЗель?

– Нет. Наёмная. Как только нас привезли к дому, она рассчиталась с водителем, и он уехал.

– А что было дальше?

– Дальше? Она открыла дверь и сказала, что надо вынести всё. Ну, мы навалились и вынесли.

– А в какую машину грузили?

– «Вольво» с тентованным кузовом.

– Как ты думаешь, хозяйка знала водителя «Вольво»?

– Знала. Они общались, как старые знакомые.

– О чём говорили?

– Так, ни о чём, толком. Ну, что может дождь пойти и, тогда, дорогу развезёт и можно будет застрять. Что мать ждёт и уже звонила, спрашивала, где застряли.

– Мать?

– Да, она так сказала.

– Что ещё?

– Ничего больше. Хозяйка, в основном, в подъезде стояла и нас подгоняла.

– С вами о чём-нибудь говорила?

– О чём ей с нами говорить? Материлась, только, безбожно.

– Говорят, она феней владела.

– Владела. Но она не зечка.

– Почему так решил?

– Я сам из сидельцев. Родственную душу сразу вижу. Нет, не зечка она, зуб даю. Но по фене базлает уверенно. Думаю, что она жила среди зеков.

– Это как?

– Ну, в тех местах, где зеки на поселении живут. В тех местах феня – обычное дело. Любой мог нахвататься. Или родители сидельцы. Тоже может быть.

Оставив Сяве на чекушку, я вернулся в машину и поехал назад в офис. Стоило подумать над информацией. Это, на первый взгляд, грузчик не сказал ничего толкового. А, если раскинуть мозгами, кое-что он, всё-таки, поведал. Например, предполагаемое место рождения и жизни Лжеольги. А, это, к тому же, добавляет ещё несколько штрихов к её портрету. Водитель грузовика, явно, хорошо с ней знаком, и с ним она разговаривала, как с равным. То есть, мы имеем дело с организованной группой, в которой, как минимум, три члена: Лжеольга, водитель и, какая-то, мать. Это кличка, или семейный статус, интересно? А, может, это по аналогии с термином «Пахан», в смысле – главарь банды, только женского пола? Ну, не Клавдия же Степановна руководила кражей? Одни вопросы, и ни одного ответа.

И, потом, кто-то же разгружал эту «Вольво». Хотя, наёмных рабочих никто не отменял. Это тех, первых грузчиков можно было привязать к краже, а новых – никак. Какая им разница, что разгружать? И, не зная места разгрузки, попробуй, найди их. Этот Сява, ещё, говорил, что Лжеольга и водитель переживали из-за дождя. Мол, если польёт, дорога раскиснет и можно застрять. То есть, место, где разгрузили ворованное добро, находится в необорудованном подъездными путями месте, куда ведёт грунтовая дорога.

Стоит посидеть над картой. Для хранения такого дорогого антиквариата первый попавшийся сарай не подойдёт. Воровали не простые гопники. Те бы повелись на брюлики и золотишко, но, ни за что не стали бы связываться с иконами, мебелью и прочей утварью. Это были люди, хорошо знающие ценность ворованного, и они должны были понимать, что для этих вещей сырость – первый враг, как и огонь. Поэтому, это должен быть какой-то ангар или большой склад, в котором нет сырости, и не протекает крыша. А это существенно сужает круг поисков.

Чин, уже, был в офисе. Отставив в сторону пиалу с традиционным чаем, он увлечённо изучал какие-то бумаги, делая на них пометки карандашом.

– Как сходил? – поинтересовался я у него. – Удалось нарыть что-нибудь?

– Немного, – огорчённо откликнулся напарник. – Машину я на видео нашёл. Точно она. Кроме неё в это время ни одного грузовика не проезжало.

– «Вольво»?

– Да. А ты откуда знаешь?

– Я грузчика нашёл. Он и сказал.

– Ого! Тоже не сидел без дела!

– А то!

– Что ещё грузчик сказал?

– Не при делах они. Их на Бирже труда наняла эта женщина, а, после погрузки быстренько рассчитала. Только, марку машины подсказал и то, что эта Лжеольга, скорее всего, выросла в месте, где зеки на поселении живут.

– Почему он так решил?

– Из-за фени. Эта женщина на фене не хуже рецидивиста разговаривает, но не сидела.

– Почему он так решил.

– Он сам сидел. А сидельцы это сразу секут. Ещё, сказал, что она с водителем знакома, и близко довольно. Понимаешь?

– То, что это не злодей-одиночка, ясно было сразу. Одной ей это не провернуть ни за что.

– Именно! Так, что с машиной?

– Вот, на флешке файлы с камер видеонаблюдения.

– Ты мне так расскажи.

– К сожалению, номер не читаем. Заляпан грязью. Скорее всего, намеренно, чтобы на камерах не отсвечивать. Но я уточнил конкретную модификацию машины. Это «Вольво – FL6 Turbo». Вот, взял в ГИБДД список всех машин этой марки, зарегистрированных в городе. Буду проверять.

– Не обязательно эта машина в городе зарегистрирована.

– Почему?

– Эта Лжеольга в разговоре с водителем опасалась, что, если дождь пойдёт, дорога раскиснет, и они могут застрять.

– То есть, место выгрузки у них где-то за городом?

– Скорее всего.

– Значит, потом возьму в ГИБДД список всех машин, зарегистрированных в пригороде.

– В каком направлении двигалась машина?

– В северо-восточном. Я по камерам отследил её до частного сектора. А дальше – камер нет. Я думал в частном секторе поискать.

– Как вариант, можно пробить. Всё равно, в этом направлении рыть надо. Главное, что сектор поисков примерно известен. Посижу над картой. Интернет есть?

– Я вчера оплатил. А, зачем?

– Хочу кое-что выяснить. Ты машиной занимайся.

– Будет сделано, господин начальник!

– Клоун.

Я сел за свой стол и включил компьютер. Старенький процессорный блок зашумел своим изношенным кулером, на экране пузатого монитора высветился логотип «Виндоус», и заиграла стандартная музыка. На мой запрос: «Могут ли дети от одного отца и разных матерей быть похожими друг на друга», поисковик «Гугл» выдал что угодно от «Если у сыновей один отец, но разные матери, кем они приходятся друг другу?» до «Папа один, мамы разные. Считаются ли дети родными братом и сестрой?» и «Правда ли что мальчики чаще похожи на мать, а девочки на отца?» ничего толкового не выдал. Были, правда, несколько форумов на интересующую меня тематику, но там сидели люди, далёкие от генетики, и, ни одного комментария специалиста.

И, где мне, теперь, генетика искать для консультации. Как-то, с этой темой я ещё не сталкивался. Может, и есть у нас в городе такие. А, вот, когда люди хотят проверить кого-то на родство, куда они обращаются? Где заказывают экспертизу? А, ну-ка, забьём такой вопрос в поисковик. После того, как я отстучал по клавишам, «Гугл» подумал и выдал адрес лаборатории «Вита Лаб». Что там? Определение мужского бесплодия, геохроматоз, Синдром Жильбера, не то всё. Ага! Генетический анализ на отцовство! Есть специалисты! Погуглив местоположение лаборатории, выключил компьютер и поднялся из-за стола.

– Ты куда? – удивился Чин, увидев, что я влезаю в куртку.

– Поеду, проверю одну идею.

– Вернёшься сегодня?

– Не знаю.

– Я тоже скоро уеду.

– Куда?

– Машины из списка проверять.

– Много их?

– Да. Много. Только, основная масса в крупных автомобильных фирмах. Тачка, как-никак, не из дешёвых. Не каждому частнику по карману. Так что, не так много времени займёт. Думаю, к завтрашнему вечеру управлюсь.

– Ну, удачи.

Клиника «Вита Лаб» находилась в старом, но, от этого, не менее престижном, районе города и, просто, дышала своей респектабельностью. Пройдя через широкие раздвижные двери в фойе с картинами на стенах и богато уставленное мягкой мебелью, кадками с пальмами и журнальными столиками, я подошёл к стойке администратора и показал своё удостоверение частного детектива.

– Могу я поговорить с кем-нибудь из ваших генетиков?

– Что-то случилось? – взмахнула, словно крыльями, своими наращенными ресницами девица.

– Нет. Ничего серьёзного. Но это может помочь раскрыть одно преступление.

– Убийство? – наигранно наивные голубые глаза расширились от любопытства.

– Нет, что вы! Алиментщика ищем.

– А-а, – девица поскучнела и уткнулась в экран компьютера. – Вот, Соловьёв сейчас свободен. Кабинет двести четыре. Второй этаж.

– Как его зовут?

– Аркадий Николаевич.

– Хороший специалист?

– Генетик от Бога!

– Спасибо.

Я поднялся наверх по широкой лестнице, покрытой бордовой ковровой дорожкой, прошёлся по мягкому ковролану коридора и постучал в дверь.

– Кто ещё?! – раздался недовольный голос.

– Разрешите? – я потянул ручку на себя и шагнул в кабинет.

За столом с гамбургером в одной руке и бутылкой «Колы» в другой, сидел худенький невзрачный очкарик, на первый взгляд, лет двадцати. Типичный ботаник. Студент, наверное. Практикант. Увидев меня, он попытался спрятать гамбургер, котлета выпала, попутно кетчупом забрызгав голубую униформу. Очкарик смутился, засуетился ещё больше и пролил на себя «Колу».

– Что вы тут ходите! – возмутился практикант. – У меня двадцать минут свободного времени. Могу я перекусить немного?

– Извините, – как можно дружелюбнее улыбнулся я. – Я не хотел вам помешать. Мне нужен Соловьёв Аркадий Николаевич.

– Я – Соловьёв Аркадий Николаевич. А, теперь, выйдете и позвольте мне привести себя в порядок.

– Да вы не стесняйтесь, прямо при мне приводите. Я же, всё-таки мужчина. Чего меня стесняться?

А, ведь, ему не двадцать! Высокий лоб с залысинами, умные глаза, две горизонтальные морщины, пересекающие лоб и две вертикальные на переносице. При близком рассмотрении, врачу было в районе тридцати. Меня обмануло его субтильное телосложение.

– Что за бесцеремонность! – возмутился Аркадий Николаевич. – Кто вы, собственно, такой?

– Частный детектив.

– И, что нужно от меня частному детективу? Неужели вы хотите меня обвинить в убийстве? А, может, в похищении человека или изнасиловании?

Вот, сколько раз я замечал, что, чем меньше человек, тем он более агрессивен и импульсивен.

– Успокойтесь. Мне нужна ваша консультация, как специалиста в области генетики.

– Интересно, – врач, похоже, забыл об испорченной униформе и опять уселся на своё место, отодвинув в сторону растрёпанный бутерброд. – Что же вас интересует?

– Если от одного мужчины у двух женщин, примерно в одно время, рождаются дочери, может быть так, что они похожи, как близнецы?

– Ну, теоретически, с очень большой натяжкой, можно предположить, что такое может быть. Только, не совсем. Генетически любое млекопитающее, в том числе и человек, больше похоже на отца, чем на мать. Хотя оба родителя передают одинаковое количество генетического материала, отцовский сильнее влияет на развитие организма ребенка. Здоровье, внешность, продолжительность жизни человека определяет в основном отцовская часть генома. Материнская не так активна, однако нельзя и её сбрасывать со счетов. Она тоже участвует в формировании плода. Так что, большую схожесть можно предположить. Большую, но не абсолютную. Хотя, честно говоря, на практике я такого не встречал.

– Насколько похожими могут быть сводные сёстры?

– Достаточно, чтобы это заметить, и так же достаточно, чтобы отличать их одну от другой.

– То есть, полного сходства быть не может?

– Я же вам говорю, что в процессе формирования плода участвуют два генома: отца и матери. И, в этом случае, у обеих девочек материнские геномы будут разными. Нет. Полное сходство исключено. Можно, конечно, добиться его косметикой, гримом, наконец, но различия будут всё равно заметны. Да, что тут говорить, если родившиеся от одной женщины и одного мужчины дети могут быть близнецами, а могут быть двойняшками. Надеюсь, разницу вам не надо объяснять?

– Не надо. Близнецы – похожи, а двойняшки – нет. А, как же, двойники?

– Это игра природы. И, всё равно, абсолютных двойников не бывает.

Посещение генетика ничего мне не дало. Ни развеяло мои сомнения, ни подтвердило мои догадки. Только время зря потерял. Уже выруливая на дорогу, достал телефон и набрал номер.

– Ольга? Здравствуйте. Это Стас, частный детектив.

– Да, Стас, здравствуйте. Я вас узнала. Вы, что-нибудь, выяснили?

– Мы работаем над этим. Ольга, я бы хотел бы вас кое о чём попросить.

– Опять вечер воспоминаний? – похоже, она улыбнулась.

– Нет. Не могли бы вы постараться, всё-таки, хоть что-то выяснить у мамы о вашем отце?

– Если это надо, я постараюсь. Хотя, не думаю, что у меня что-то получится. Как только разговор касается этой темы, она закрывается, как моллюск в раковине. Думаете, я ни разу не пыталась? Да тысячу раз!

– Всё же, попытайтесь в тысячу первый.

– Я постараюсь. Но, ничего не обещаю.

– Хорошо. До свидания.

– До свидания.

Ольга права. Старушка кремень и, вряд ли, она что-то добьётся от матери. Но, как говорится, попытка не пытка. А мне давно уже нужно было заехать с местный РОВД. Витёк, начальник оперативно-розыскного отдела – мой старый товарищ, с которым мы начинали ещё молодыми операми. С ним обязательно нужно поговорить. Хоть бы на месте был, а то, с него станется куда-нибудь убежать. Непоседа ещё тот. До сих пор землю топчет. Нет, чтобы в кабинете начальство изображать. И номера его нового у меня нет. Старый он вместе с телефоном посеял, а, потом, не стал заморачиваться с восстановлением. Просто, купил себе новый.

Решено. Я повернул на перекрёстке направо, объехал сквер и припарковал машину между побитым, видавшим виды жигулёнком и полицейским УАЗиком. Как всегда, когда попадаю сюда, сердце немного защемило. Не удивительно. Этому заведению были отданы лучшие, как говорится, годы. Войдя внутрь, я оглянулся и с лёгкой грустью вдохнул полной грудью специфический аромат полицейского учреждения, состоящий из смеси запахов пыльной бумаги, бомжатника, дешёвого растворимого кофе, оружейного масла, бутербродов и сапожного крема. Из-за стекла дежурного на меня вопросительно уставился молоденький лейтенант. Новенький. Это хуже. Сейчас запарюсь объяснять, кто я такой и зачем мне нужен Витёк.

– Могу я чем-нибудь вам помочь? – поинтересовался лейтенантик.

Вежливый. Не обтесался ещё. Скоро попривыкнет и будет лениво через губу цедить: «Что надо? Вы к кому?».

– Мне нужен майор Телегин.

– А, вы по какому вопросу? – ну, вот, как в воду глядел.

– Стас, привет, – кто-то хлопнул меня по плечу.

Я обернулся и увидел Генку, ППСника, с которым когда-то частенько курил на крыльце, пока не завязал с этой нехорошей привычкой.

– Какими судьбами? – щерился во всю свою челюсть Генка. – Обидел кто? Так, мы мигом. Так сказать, по старой памяти.

– Витька Телегин нужен.

– Ухарев, ты чего ветеранов наших не пропускаешь? Давай, жми кнопку!

– Я же не знал, – принялся оправдываться лейтенант. – Проходите.

– Витька всё там же сидит? – я толкнул ставший податливым турникет.

– Да, там же. Куда он денется?

Я махнул ППСнику рукой в знак благодарности и пошёл вдоль по коридору. Опять в душе ворохнулось чувства ностальгии. Стены, всё так же выкрашенные тёмно-серой, «шаровой», как говорят в армии, краской с пятнами свежего косметического ремонта, такие же старомодные обшарпанные двери, деревянный пол с ободранным линолеумом, потерянные лица посетителей и озабоченные – пробегающих мимо сотрудников с папками в руках. Дверь в кабинет Витька оказалась закрытой, и я присел возле неё на жёсткую лавочку, стоящую возле стены. Рядом присел одышливый полный мужик, временами вздыхающий и промакивающий лоб носовым платком.

– У вас тоже что-то украли? – наконец, поинтересовался он.

– Нет, я по личному делу, – разговаривать совершенно не хотелось.

– А, вот, меня обворовали.

– Много украли? – а, почему бы и не поговорить, пока Витька нет.

– Машину.

– Машину, это в ГИБДД. Тут имуществом занимаются.

– Да, был я там! Ни мычат, ни телятся! Неделю найти не могут! Вот, пришёл управу на них искать.

– Ну, бывает, и дольше ищут.

– И, понимаешь, какое дело? – неожиданно перешёл мужик на «Ты». – Ладно бы у меня легковушка была какая. «Мерседес», там, «Ауди», или, жигуль, на худой конец. Грузовик свистнули! Вот, кому он нужен?

– Да уж. Спецтехнику воруют редко. Но, ведь, всё равно воруют. Обычно, под заказ.

– Ведь, только недавно купил! – сокрушался мужик, уже не слушая меня. – Хорошая машина. «Вольво». Я же грузоперевозками занимаюсь. Давно хотел такую. Только подвернулась, сразу купил. В кредит залез. А, сейчас, ни машины, ни денег.