- -
- 100%
- +
Часть первая. Реалии бреда
Глава 1. Занимательные последствия ранения в голову
Раменский Григорий Родионович (официально – полковник десантных войск), волосатый мужик (кто-то).
Место действия: где-то.
Повествование от лица полковника Раменского.
***
Очнулся от пинка в бок. Очень хотелось спать, но кто-то хрипловатым басом прорычал над ухом:
– Просыпайтесь, ваше величие! Вас ждут великие дела.
В памяти тенью промелькнула мысль, что последние слова мне откуда-то знакомы. Кажется, так приказал своему слуге говорить по утрам кто-то из знаменитых философов.
Мысль промелькнула и исчезла, а сознание заполнила тоска пополам с горечью. Похоже на этот раз всё закончилось не просто ранением, а ранением в голову.
Ещё больше укрепился в этой своей мысли, когда наконец удалось разлепить неподъёмные веки, потому что обнаружил себя лежащим на кровати, размерами приближающейся к половине теннисного корта, а поблизости посапывали во сне несколько разномастных, не обременённых одеждой девиц. Высоко над головой чуть розовело предрассветное небо, окрашивая всё вокруг в маскирующие оттенки серого.
Слева от меня, прямо в сапогах, на постели стоял одетый в средневековый костюм мужик, заросшая рожа которого нагло улыбалась во весь белозубый рот. На роже не наблюдалось даже тени того, что напоминало бы почтение или хотя бы чувство служебного долга.
Побудили меня, похоже, просто пнув сапогом в бок.
– Через час вас, ваше величие, ждут на военном совете, – прорычало это чудовище, сдирая с моей груди шкуру какого-то пятнистого животного, – надо бы вам умыться, поесть и приобрести подобающий для военачальника вид, не то командующие других корпусов будут в шоке.
«Зато жив», – подумал я, вставая на ноги. До края постели на вскидку было метров пять.
Переступая через девиц, которых оказалось куда больше, чем на первый взгляд, следом за волосатым мужиком, добрался до края невысокого помоста, которым и являлась «кровать». Каменный пол, на ощупь, показался ледяным. Поскольку, согласно сценарию бреда, я шел совершенно голый, ощущения были довольно неприятные.
Волосатый урод обернулся, оценивающе посмотрел на меня, внешне спокойно бредущего следом, и под ногами заметно потеплело.
***
В соседнем помещении текла не то чтобы река, но и не ручей. Водный поток метра два шириной неспешно выбирался из-под правой стены и исчезал под левой. Над началом потока клубился пар, а там, где вода уходила под стену, последняя оказалась покрыта инеем.
Кино было занятным и не имелось особых причин отказываться принимать в нём участие.
А там глядишь наступит улучшение …
Додумать мысль не удалось, потому, что пар поднимался над кипятком, хотя я спускался в поток метрах в трёх от начала последнего. Пришлось отплыть на более прохладное место.
Находиться в воде было приятно. Очень быстро появилось чувство чистоты и какой-то лёгкости. Но тут это волосатое чучело зарычало, что:
– Нечего тут нежиться. Повара заждались вас, ваше величие.
Пришлось выбираться на сушу.
Полотенце, которое я попытался нашарить взглядом на стене, где на крючьях было развешено штук пятнадцать разноцветных халатов, не понадобилось, потому что не понятно откуда налетевший порыв ветра мгновенно высушил тело.
Нацепив на себя тёмно-синий халат, чем-то напоминающий тот, что носил во время прошлой госпитализации, почувствовал куда большую уверенность в себе, продолжив движение за уродом, не очень старательно изображающим слугу и помощника.
***
Повара «заждались» практически на «футбольном поле», суетясь вокруг деревянного, украшенного резьбой стола с чем-то вроде трона во главе. Данный шедевр мебельного искусства был рассчитан, как минимум, на посадку полусотни едоков и плотно заставлен старинной посудой, какими-то незнакомыми яствами и прочими сосудами непонятного назначения.
На сколько помнил из книг, в средневековье готовили так себе. Да и просто не хотелось начинать день наевшись чего-то с сомнительными вкусовыми свойствами.
– Чего кривитесь? Можно и как привыкли, ваше величие, – пробурчал сопровождающий и «стадион» уменьшился до размеров моей шикарной кухни, владельцем которой я стал совсем недавно и которая, в свете текущих событий, уже не казалось такой просторной.
Обычный кухонный стол украшала тарелка с гречневой кашей и изрядных размеров свиной отбивной. Рядом, на «днушке», громоздились нарезанные помидоры с огурцами и пучок репчатого лука, любимого с детства. Ассортимент завтрака венчала большая дымящаяся чашка, возможно даже чая, и кусок творожной запеканки величиной с две мои ладони, который вряд ли удастся доесть.
Не дожидаясь особого приглашения, уселся на привычный табурет и приступил к приёму пищи.
………………………………………………………………………………………………………………………………
Кто-то. Где-то.
***
– Не простоват?
– А мы проводим конкурс красоты? Или у нас запланирован светский раут?
– Ну, всё-таки в подчинённых у него будут благородные господа, привыкшие к иной манере поведения и общения.
– Он, для человека, очень умён и адаптивен. И военный опыт у него совершенно другого уровня.
– Но у нас же банальное средневековое сражение. Зачем тебе понадобился полковник десантных войск. Привлекли бы Александра или Чингиза.
– А тебе нужна банальность?
– Упаси вечность!
– Вот и я рассчитываю увидеть что-то новенькое.
………………………………………………………………………………………………………………………………
Продолжение главы.
Повествование от лица полковника Раменского.
***
После того, как всё съедобное на кухонном столе было съедено, а большая кружка с изумительным чаем осушена до дна, вновь объявилось волосатое чудовище, буркнувшее что-то про «гардеробную» и «подобающий благородному господину внешний вид».
Несмотря на то, что этот урод не удосужился прорычать приглашения следовать за ним, пристроился в кильватер к впечатляющих размеров спине, которой явно лучше меня известно, где тут, что и как.
***
Дверь, через которую мы вошли в столовую, почему-то теперь открывалась в длинную светлую галерею. Правые окна последней позволяли наблюдать морское побережье, а слева громоздились невысокие горы, поросшие лесом.
В конце галереи имелась лестница, по которой мы спустились этажом ниже, оказавшись перед широкими резными воротами, покрытыми позолотой. Последние вели в небольшое, по местным меркам, (всего каких-нибудь тридцать-сорок квадратных метров) округлое помещение. Отсюда во все стороны шли широкие коридоры, стены которых представляли собой открытые витрины магазинов одежды, обуви и прочей галантереи.
Этот мини-универмаг мало напоминал гардероб благородного господина, варианты которого доводилось видеть в кино. Но видно тут такие правила. Впрочем, привычный камуфляж устроил бы меня куда больше.
За спиной страдальчески вздохнули и «универмаг» уменьшился до размеров кладовки, всего раза в три больше той, в которой у меня хранились наборы несезонного обмундирования. Ну и так, по мелочи, всякое полезное имущество. В данном случае отличие было лишь в том, что одновременно наличествовали наборы для разных погодных условий, а также имелись образцы обмундирования потенциального противника.
Ясно, что просто так, вражескую форму, уважающий себя офицер не нацепит никогда. Не ясно, нахрена её сюда притащили?
Почти не удивился тому, что всё лишнее обмундирование куда-то исчезло. Вместе с сопровождающим. Только послышалось или почудилось: «Ждите, ваше величие, дежурного бога».
Оделся и ощутил себя человеком. Словно и не было ранения в голову, вызвавшего эти глюки. Показалось, что вот сейчас я закрою глаза, а открою уже у себя в части. Или хотя бы в палате госпиталя. И всё будет хорошо.
На всякий случай закрыл, открыл, но ничего не изменилось. Жаль. Будем ждать улучшения. Медики наверняка предпринимают всё возможное. А пока надо смотреть кино и постараться не вляпаться в какую-нибудь ситуацию, которая окончательно свихнёт мне мозги.
Глава 2. Дежурные боги
Полковник Григорий Раменский, Дар (он же Рад, бог), Лада (жена Рада, богиня).
Место действия: там же.
Повествование от лица полковника Раменского.
***
Поскольку волосатый урод явно не спешил возвращаться, в голову пришла здравая мысль подняться на галерею. Лучше уж смотреть на пейзаж за окном, чем на эти кучи одежды и обуви.
Сказано – сделано. Правда, за окнами галереи вместо гор простиралась бескрайняя пустыня, а на месте моря стоял белоснежный город, в котором кипела жизнь. По-восточному одетые люди куда-то шли или ехали на ишаках и верблюдах. Тут и там кто-то о чем-то спорил, смеялся или злился. Изредка проезжали явно знатные вельможи на разукрашенных лошадях. Прямо на улице шла бойкая торговля всякой всячиной.
Очень знакомое зрелище. Если и дальше глюки окажутся столь же ненавязчивыми и простыми – потерпеть можно. В конце концов, оно же не может длиться вечно. Или кирдык, или знакомая палата, симпатичные мордашки сестричек …
За спиной послышались шаги. Обернулся и увидел подходящего ко мне улыбчивого мужика примерно моей комплекции. Экипирован незнакомец был по моде сердцеедов городских окраин конца 19 века: тёмно-синий костюм, белая рубаха без воротника и рыжие кожаные сапоги. Композиция венчалась шоколадного цвета кожаной толи шапкой, толи кепкой, залихватски сдвинутой на затылок.
– Здорова! Рад, – широко улыбаясь, сказал незнакомец, протягивая крепкую мозолистую руку.
– Я тоже, – ответил я автоматически, пожимая показавшуюся чугунной лапищу собеседника, после чего того просто скрючило от смеха.
– Да нет! Это звать меня так – Рад. Можно Дар. Каму как на язык попадёт и по смыслу подходит.
– Григорий. Мне сказали, что пришлют дежурного бога, а его всё нет и нет. Не в курсе, когда объявится?
Собеседник слегка всхрапнул, словно собираясь заржать снова, но сдержался.
– Я он, то есть бог, и есть. Нас с женой к тебе приставили.
С некоторым недоверием отнесся к заявлению собеседника. Как-то не тянул его внешний вид на моё представление о боге. С детства считал, что Бог должен быть величественным и благостным. Ну, по крайней мере, чем-то титаническим и ужасным. А тут мужик и мужик. И ещё не известно у кого из нас физуха круче. Но сегодня со мной происходило так много необычного, не укладывающегося ни в какие мои представления о реальности, что пришлось, уже практически на автомате, смирился и с этим.
Тут из ниоткуда объявилась, плотоядно уставившаяся на меня Женщина, что не помешало ей прилипнуть к Раду и попытаться засунуть свою изящную лапку ему в штаны.
– Погодь, зараза, – хихикнул Рад, извлекая из штанов конечность очевидной супруги и тут же, под одобрительные охи и подвизгивания последней, заключил её в свои медвежьи объятия.
Пришлось, охреневая, некоторое время молча наблюдать диковатую сцену семейной идиллии.
– Моя половина, – наконец представил Рад объявившуюся даму. – Ладой звать. Ещё та шалава, но зато с ней весело. И легко. Особенно такому кобеляке, как я.
Пока супруги заразительно смеялись над дикими «откровениями» Рада, мне в голову пришла мысль, что в месте, которое мне пригрезилось, такие архаичные понятия, как логика и смысл теряют большую часть своего содержания. А «удивлялку» и вовсе стоит отключить. До лучших времён. А то ещё свихнёшься внутри бреда и никакая психиатрия не достучится до твоего сознания.
Отсмеявшись, Рад продолжил излагать вводную:
– Ты на это всё, – ткнул он пальцем в сторону окна, – особого внимания не обращай. Любят у нас тень на плетень наводить. Понемногу привыкнешь. Если, конечно, повезёт и останешься жив. Представление-представлением, а кровь льётся по-настоящему. И все в курсе, что только победа продлевает жизнь.
Как любил говорить Остап Ибрагимович Бендер: «Вечер перестаёт быть томным».
– А можно про игру по подробнее?
– Наши от скуки обожают устраивать представления, – лекторским тоном изрёк Рад. – Эпические битвы – любимая тематика. Ты командуешь корпусом в составе римского легиона, варяжской дружины в пять тысяч морд и рыцарского войска. Последних тысячи полторы. Точно не скажу, потому что рыцари оттачивают военное мастерство на турнирах, а там, сам понимаешь, большой отсев слабо подготовленных личностей. Да и дуэли, хоть и изредка, но случаются. И ещё имеется толпа дикарей с каменными топорами и дубинами. Этих никто не считал. Малоценный расходный материал в чистом виде
– Что требуется от меня?
– Оценить боевой потенциал своих войск и, если получится, тех, с кем придётся воевать. Потом, вместе с военачальниками корпуса, надлежит составить план боевых действий. Ну и победить. Сейчас, на военном совете, познакомишься со своими подчиненными и вероятным противником.
– Жребий бросать будем кому с кем сражаться?
– Не совсем, – почему-то погрустнел Рад, – решат за вас. Так что присматривайся ко всем.
– А вы с женой тут каким боком?
– За нас тоже решили. Как говорится «поставили перед фактом». Так что будем выкручиваться вместе.
Весёлое кино. Интересно, а какие последствия для психики несёт смерть в бреду? Наверняка отрицательные. Победить явно полезнее.
– Нам пора, – не дал проанализировать ситуацию опять улыбающийся Рад. – Вот так ближе, – добавил он, направляясь в сторону окна.
Выпрыгнуть что ли собрался? Но дежурный бог внезапно исчез, а следом за ним и его супруга.
Как всё-таки у них тут всё… не до конца подумалось мне по пути не понятно куда.
В процессе продвижения к окну галерея исчезла, и я обнаружил себя идущим по тоннелю, освещённому мягким рассеянным светом. Чета дежурных богов бодро шагала чуть впереди меня.
Тоннель был далеко не идеальным сооружением с бугристыми матовыми стенами и сводом различных оттенков коричневого и серого цвета. Середину пола занимала архаичная узкоколейка. Мы же двигались по неширокой обочине. Подумалось, что если тут ходят поезда, то у нас имеется хороший шанс быть размазанными по стене.
Внезапно супруги прижались к стене тоннеля и я последовал их примеру. Впереди послышался гул и из-за поворота выехало что-то вроде поезда детской железной дороги. На морде локомотива крупными буквами было написано «GОР», что, надо думать следовало прочесть, как «ГОР». А над надписью наличествовала огромная голова, мрачно взирающая куда-то по ходу движения поезда. Видно это имя и изображение местного бога шахтёров и проходчиков.
Вагончики, вместо породы или каких-то полезных ископаемых, были забиты развесёлой публикой, одетой по моде где-то конца девятнадцатого – начала двадцатого века.
Когда это чудо прогрохотало буквально в сантиметрах за спиной, мы отлипли от стены и продолжили свой путь.
– Уже скоро, – явно решил подбодрить меня Рад, – и не боись, с «предназначенными», до сражения, если не лезть на рожон, вряд ли что-то может случиться.
А это значит было «не лезть», подумалось мне. Так и запишем: мои попутчики – психи. Вот же угораздило!
Мы еще немного прошли по тоннелю, а потом супруги свернули в стену. Ну, и я за ними.
Глава 3. Военный совет
Полковник Григорий Раменский, Дар (он же Рад, бог), Лада (жена Рада, богиня), Марк Плиний (легат – должность и звание командующего римским легионом), Себастьян де Шарри (граф, командующий рыцарским войском), Эрик Свиная Голова (король викингов или что-то в этом роде), Ух-ха (вождь племени голованов).
Место действия: не совсем там, где в начале повествования, но практически в том же «где-то».
Повествование от лица полковника Раменского.
***
Пройдя сквозь стену, мы оказались в уходящем в даль высоченном коридоре дворца, а прямо перед нами имелась огромная дверь, покрытая резьбой и позолотой. Похоже, местные дизайнеры являются апологетами помпезности и роскоши.
По бокам от дверей стояли два безликих мужика, разодетых, как павлины. Завидев нас, «павлины» оперативно распахнули дверные створки, склонившись в подобострастном поклоне.
В процессе прохождения дверей Дар с Ладой «переоделись» во что-то сильно напоминающее парадную экипировку знати. Если Рад и во фраке остался мужик мужиком, то вот Лада … Да!!! Невероятной красоты женщина. Аж мурашки по коже.
На раз прочитавшая мои ощущения зараза, обернувшись, подмигнула мне, после чего мы чинно проследовали к большому круглому столу, вокруг которого стояли люди и боги. Последних легко было отличить по размеру. Лада с Даром тоже прибавили в росте и стали выше меня головы на полторы.
К чудесам привыкаешь быстро. Особенно если они сыплются, как из рога изобилия. Но, когда одетый в тогу высокий жилистый тип заговорил со мной на незнакомом, но, при этом, понятном мне языке, стало ясно, что проблем с общением в моём бреду не предусмотрено.
Где-то читал, что звучание речи и понимание сказанного – разные процессы. Если вы понимаете друг друга – не важно какие звуки, при этом, издаёте. Так и запишем: языкового барьера тут не существует, что не исключает наличия барьеров культурных, интеллектуальных либо личностных.
Поскольку господин в тоге, представляясь, сообщил мне, что зовут его Марк Плиний и он является легатом четырнадцатого римского легиона, требовалось ответить тем же.
– Полковник Григорий Раменский, командир десантной группы особого назначения.
Собеседник явно ничего не понял из сказанного мной, но сохранил невозмутимый внешний вид, кивнув и отойдя в сторону, потому что ко мне уже направлялся следующий командир подчинённого мне воинского подразделения.
Сразу видно, что Марк серьёзный мужик и собой владеет. Легион – крупная военная часть. Тупому бездарю такое командование не потянуть.
Подошедший после Марка военачальник мало чем отличался от «павлинов» у входа, только золота на нём было навешено побольше, да жирная харя демонстрировала явные признаки чванства и презрения ко всему окружающему. Давно не встречал такой мерзкой рожи.
– Себастьян де Шарри. Граф, – изрекло это пугало и уставилось на меня, явно ожидая ответного представления. Слышал же уже.
– Полковник Григорий Раменский, командир десантной группы особого назначения, – повторно представился я.
– А какому сословию соответствует ваше звание и должность? – поинтересовался граф, оттопырив губу и презрительно рассматривая мой камуфляж.
Стоп! Тут заложен управляемый фугас. Для этой рожи происхождение неизмеримо важнее личных качеств.
Значит так. Если президент у нас вроде как король, то министр обороны – герцог. А непосредственно ему подчиняющийся командующий спец войсками – маркиз. Значит я – вроде как граф.
Так и проходил бы в «милордах» или к пенсии дослужился до «виконта», если бы не заварушка под Торшаном, где случайной ракетой накрыло штаб нашей группировки. Так что операцией пришлось командовать комбату первого, то есть мне, капитану Раменскому.
Начальству понравилось, как я это делал. Очень. Получил внеочередное, шикарную хату и два месяца госпиталей, после чего стал активным участником операций, о которых не пишут в газетах и репортажи о которых не показывают по телевизору.
Жалко, что Ленка, за полгода до этого, сбежала к штабной гниде. А так может быть ещё потерпела чуток и привыкла к тому, что моя работа – ходить по краю. Что уж теперь? Дело прошлое.
А потом было ЭТО МЕСТО …
Что-то меня не туда понесло. И пауза затягивается. Значит граф. Ну, нет. В одном звании с подчинённым …
– Мне сложно, граф, точно сформулировать моё сословное положение в обществе, но оно примерно соответствует вашему маркизу.
Кислое выражение графской рожи быстро сменилось подобострастным, после чего это чудо в перьях, как ему казалось, благородно поклонившись уплыло к римлянину. А передо мной возникла гора мышц с чудовищных размеров топором за спиной.
– Эйрик, – прорычал собеседник, замкнув клещи своей ладони на моей руке. – Свиной Головой кличут. Всего-то раз нацепил по пьяни, а на всю жизнь приклеилось.
– Григорий Раменский. Никак не кличут.
– Что так?
– Свои скрытничают, а те, с кем схлестнулся, уже никому ничего не расскажут.
Эйрик издал звук, подозрительно похожий не столько на смешок, сколько на хрюканье, и по его физиономии расплылась совершенно неуместная широкая и светлая улыбка.
– Наши души и топоры в твоём распоряжении, Воин. Веди нас. И пусть некому из врагов будет вспоминать о грядущей битве.
Добавив к сказанному гулкий удар кулаком в широченную грудь, викинг отошел в сторону, уступив место странной личности. Передо мной стояло причудливое сочетание трех предыдущих визитёров. Довольно молодой мускулистый парень был коротко пострижен, как римлянин, одет в «павлиний» наряд, а за спиной у него красовался огромный железный топор – явная калька с оружия Эйрика. И ещё на меня смотрели умные глаза много чего повидавшего в жизни человека, резко контрастировавшие с юным обликом собеседника.
– Ух-ха. Вождь племени голованов, – представился он.
– Григорий. Так уж вышло, что твой теперешний вождь.
– Я глупый дикарь, Воин. Нам о многом придётся поговорить, чтобы от меня и моих людей была польза.
– Мы обязательно поговорим. Но я уверен, что польза будет.
Ух-ха внимательно посмотрел на меня и отошел к уже представившимся военачальникам.
– Сколько у нас времени? – спросил я у Рада, молча простоявшего рядом во время представления командиров моего, как тут называют, корпуса.
– Обычно на подготовку дают месяца два-три.
– Замечательно, – подумал я вслух и добавил, обращаясь к своим подчинённым. – Завтра инспектируем легион. После завтра – рыцарский лагерь. Через два дня – лагерь викингов. Ух-ха приглашается сегодня ко мне на ужин для беседы. Вопросы есть?
– Можно я присоединюсь к беседе с Ух-ха? – поинтересовался Марк с непроницаемым выражением лица.
Интересно зачем ему это? Впрочем, если Ух-ха не возражает …
Вождь явно понял значение моего вопросительного взгляда, улыбнувшись и кивнув в ответ.
– И Марка жду на ужин тоже. Остальные занимаются боевой подготовкой и готовятся к инспекции.
– А что такое «инспекция»? – поинтересовался Эйрик.
– Приду посмотреть, как у вас организован быт и военная подготовка личного состава. Ничего сложного.
– А можно мне, ваше сиятельство, в вашу честь организовать рыцарский турнир? – поинтересовался заметно поубавивший спеси граф.
– Не возражаю, – только и успел ответить я, так как нашу беседу прервал сигнал гонга, заставивший всех собравшихся у стола обернуться к стене, превратившейся в огромный экран.
Нам показывали большое светлое помещение, чем-то напоминающее лабораторию. Прямо у экрана сидел мужчина средних лет с бородкой и в очках, одетый в не застёгнутый белый халат. Под халатом были видны светлая рубаха с темным галстуком.
Вокруг мужчины и на заднем плане картинка теряла четкость, отчего изображения людей и, возможно, лабораторного оборудования меняли свои очертания, путая и искажая восприятие.
Мужчина явно совершал какие-то операции с невидимым нам устройством. Наконец он встал и просунул начавшую светиться левую руку через экран, нажав невидимую кнопку. После этого я почувствовал себя в здании вокзала, потому что приятный женский голос монотонно уведомил нас, что Служба наблюдения рада очередному сеансу общения.
Далее нам огласили сроки и последовательность представлений, в которых нам предстояло участвовать. Само мероприятие планировалось начать через девяносто дней. Также были названы пары противников и последовательность их выступления. Нам предстояло сражаться третьими и нашим соперником назвали какого-то Джимми Блэка.
После того, как диктор закончила читать свой текст, снова прозвучал гонг и экран исчез.
То есть нам дали понять, что на этом военный совет окончен.
Кто бы сомневался. Так оно всегда и происходит. Где это видано, чтобы на совещании у высокого начальства с тобой кто-то стал совещаться? Довели задачу и свободен.
Попрощался со своими подчинёнными и мы с супругами отправились, как выразился Рад «на хату», то есть в отведенное мне на время подготовки к «Эпической битве» помещение.
Глава 4. Освоение недвижимого имущества
Полковник Григорий Раменский, Дар (он же Рад, бог), Лада (жена Рада, богиня), Зоя (она же Зая, смотрительница дворца), Яков (денщик), Сегозин (начальник охраны и службы безопасности дворца).
Место действия: жилплощадь, полагающаяся командующему корпусом на период подготовки к «эпической битве».