Сборник рассказов и стихов 2009-2022

Глухой, немой и даже слепой

Опубликовано 28.01.2009 в 21:25

Родители умерли, как в сказке – в один год, день и час. Что такое друзья давно забыл, одни враги окружали меня. Жена была молодой, жили вдвоем, детей иметь я не мог. Доход я получал от своей фирмы, поэтому у меня были враги. Радоваться простым вещам давно разучился, ничего уже не ценил. Возраст мой был уже велик, полвека я успел этому миру отслужить. Цели уже не было, только существование. Умирать страшно, жить хочется, пусть даже так.

Я в жизни очень редко болел, всегда удивлялся, тем, кто ходит к врачам. С усмешкой смотрел на стариков, хотя сам уже не молод, но здоров, как бык. В жизни никогда ничего не просил, всего добивался сам, фортуна всегда на моей стороне, и я это знал.

День начался, как всегда. Служанка приготовила завтрак, жена лежала под боком, спала. Делать она ничего не умела. Да с такой внешностью и не надо было, что-то уметь, кроме функций в постели. Поднялся, умылся, оделся, забыл, зашел побрился. Спустился, поел. Завел машину, поехал в офис. Сегодня дел невпроворот.

– Доброе утро Алексей Алексеевич! – мой помощник, подлиза. Бог мозгом его не наградил, вот он и пытается за счет своих богатых родителей заслужить себе место под солнцем.

– Приветствую Роман, – глупо улыбается, думает я стар, не понимаю его цели.

– Как вам спалось Алексей Алексеевич? – как я могу спать спокойно, прожив полвека, на этой земле? Я слишком много знаю, чтобы спать спокойно.

– Обычным сном, как всегда. А ты, я вижу, подхалим хоть куда! Спроси, как дети, как жена! А я отвечу: жена дрыхнет, а детей нет у меня.

– Но Алесей… – не позволяю ему даже фразу закончить.

– Замолчи! Иди работай, если понадобишься мне, позову. – грубо говорю я.

– Хорошо… – пусть идет и привыкает.

Второй, третий, четвертый, вот и мой этаж. Секретарша сидит за столом, да красивая девчонка, вроде и не глупая. Света тоже была секретаршей, до поры до времени.

– Доброе утро Алексей Алексеевич. – приятная у нее улыбка.

– Доброе Ирочка. – вежливо отвечаю я.

– Вас Роман искал.

– Да Роман уже работает внизу.

– Простите, а что он забыл на первом этаже?

– Полы моет – она видно в шоке, смотрит мне в след с восхищением.

Думала, что меня могут испугать его богатенькие родители, вот она и удивлена.

Солнце уже во всю светит. Светлана еще спит, а я уже вкалываю. Документы, бумаги, таблицы. К вечеру справлюсь, а потом опять домой. А что дома? Служанка приготовит ужин, ведь Света готовить не умеет. Она вообще ничего не умеет. Чего же я ее виню?

Уже полчетвертого, работаю четыре часа. Заболела голова. Странно у меня такое бывает редко. Еще три часа. На часах полседьмого. Для воскресения отработал я много, пора домой. Одеваю пальто, перчатки.

– Все Ирочка, на сегодня мы заканчиваем, можешь уйти пораньше – прямо сейчас. – улыбается, надо же показать свою благодарность, красивая у нее улыбка.

– Спасибо Алексей Алексеевич!

– Всего доброго Ирочка!

Иду к машине. Этот бездарь Роман все еще драит полы.

– Иди домой Роман, ты уволен.

– Но…я же вымыл полы во всем здании, как вы и говорили!

– Вот теперь ты можешь пойти на уборщика, получил практику бесплатно.

– Мой отец! – а как он лицо кривит, смешно.

– Твой отец воспитал ужасного сына, так ему и передай.

Смотрит с ненавистью на меня. Проклинает. Ну пусть, может после этого научится пользоваться мозгом, ведь он у него не для того, чтобы занимать место в черепной коробке.

Выхожу на улицу. Нищий. Жалобно смотрит на меня. А мог бы работать. Ладно, лови монетку.

– Благодарю вас! Пусть поможет вам Бог – помог он уже мне в отличие от тебя, улыбаюсь.

Ну вот я и дома. День прошел, как всегда.

– Дорогой я такую шубку видела! – этих шубок у нее шкаф. Она, что в Антарктику собралась?

– Сколько? – скучающим голосом спрашиваю я.

– Ну, тысяча зеленых – а раньше стеснялась.

– Ой, спасибо тебе милый! – обнимает меня, целует. Да по-другому отблагодарить она не способна.

Кровать. Время полпервого ночи. Она рядом, выполнила свою работу и может спать спокойно. Завтра новый день, новые бумаги, документы, таблицы.

Снова болит голова. С самого утра. Выпью таблетку, должно пройти. Резкая боль. Как будто что-то режут внутри. В ушах пробки, ощущения опущенной головы в воду.

– Ира! Ира зайди ко мне в кабинет – в мгновение ока и она уже тут.

– Да Алексей Алексеевич? – я ничего не слышу, что она сказала?

– Что ты говоришь? Я не слышу! – продолжает открывать рот, но я все равно ничего не слышу.

– Я сейчас уезжаю, за всеми делами проследи, клиентам скажи, что буду позже – кивает, значит понимает.

Сажусь в машину. Включил радио, ничего не слышно. Что же делать? Мне не нужен врач! Наверно, что-то с перепонками. Сейчас заеду в магазин, куплю слуховой аппарат.

– Мне нужен слуховой аппарат! – что же он говорит мне, я ничего не понимаю. А вот сует что-то.

– Напиши на бумаге ответ!

На листке читаю: «Это самый хороший аппарат, который есть. Инструкция внутри, вы все поймете».

– На, возьми деньги! – рот разинул, я дал немного больше, пусть порадуется.

Еду домой, хватит с меня этой работы! Звонит телефон, это Ира, ну насчет того, что она умненькая я погорячился.

– Да, алло! Вас не слышно! Не слышно! – черт побрал этот телефон! Новый придется покупать, я, по-моему, его разбил, а ладно.

Сколько же времени? Уже полвторого! Какая же ты безмозглая Света! Я же попросил разбудить меня, потолкать. А она дрыхнет! Ладно, с ней я вечером разберусь. Звонит телефон.

– Алексей Алексеевич! – о Боже я слышу! Вот это чудеса.

– Да Ирочка, как прошел вчерашний день?

– Они были очень недовольны и разорвали договор…

– Как? – я в шоке! Просто в шоке! У меня нет больше спонсоров, где брать деньги?

Мой кабинет. Теперь нет смысла, что-либо делать. Деньги на благополучную старость у меня есть. Переживу.

– Ирочка сообщи персоналу, что я жду всех у себя в кабинете. – кивает, как безмозглая кукла.

– Хорошо Алексей Алексеевич… – да бедняжка, расстроилась. Конечно, где же она найдет еще такую работу? Жалко, конечно, она начинала мне нравиться.

– Я уезжаю домой, вы можете собирать вещи. Зарплата за месяц придет на ваши банковские счета, насчет этого не волнуйтесь. Спасибо за то, что проработали со мной эти долгие двадцать лет.

– Но Алексей Алексеевич, разве нельзя найти выход из этой ситуации? – спрашивает один из старожил, пузо то он себе отожрал, как глобус.

Да выход мог бы быть, если бы я не поступил так с Романом, теперь его отец мне не поможет. Вообще никто не поможет, он слишком влиятельный человек в городе. Единственным шансом были мои новые партнеры…но извиняться или как-то пытаться их вернуть я не намерен, гордость мне не позволит.

– Нет, Геннадий, к сожаления сделать мы ничего не можем. Всем спасибо за внимание. До свидания! – рукой показываю, чтобы покинули мой кабинет.

У них так много вопросов, а я даже не даю шанса их задать. Ухожу, как крыса с тонущего корабля. Вообще все должно было быть по-другому. Весь персонал ушел, а я остался, ведь капитан тонет вместе со своим кораблем. Но я лучше отплыву на берег, так сказать, отступлю. Я и так очень много сделал в этой жизни, пора бы подумать и о себе.

– Как? Фирмы больше нет? – я знал, что она расстроится.

– Да моя дорогая и знаешь почему? – вылупилась на меня, как рыба на рыбака.

– Почему Лёшенька? – ой она чуть не плачет, бедняжка.

– Потому что моя дорогая ты не разбудила меня сегодня!!! – она начинает плакать, как меня это бесит.

– Но…но – это всхлипы, не могу больше слушать.

– Уйди! С глаз моих долой! Подумай над своим поведением! – убежала. Я отчитал ее, как ребенка, а она даже не пискнула. До чего же людей доводят деньги.

Почему у меня снова болит голова? Что случилось? Нет, я ничего не вижу! Темнота, вокруг пусто. Что же мне делать?

– Света! Светочка иди сюда!

Прошло два месяца. Я потратил все свои деньги на эти операции. Теперь меня везут в мою новую квартиру. Вернее, в нашу. Светочка осталась со мной, она все-таки любит меня. Деньги, конечно, у меня есть, я продал дом.

Вот мы и дома, врачи сказали, что все бесполезно. Я был в отчаянии, но она осталась со мной и это самое главное.

– Леша мне надо с тобой поговорить! – в последнее время она стала на много грубее, но я не злюсь на нее, все-таки она очень много пережила.

– Да я тебя слушаю моя дорогая. – слушаю, но не вижу ее.

После того, как вернулся слух, я потерял зрение. Я ничего не вижу, Света водит меня, как поводырь, кругом тьма, мне страшно.

– Я ухожу от тебя, забираю деньги из банка и ухожу. – надменно на меня смотрит.

– Что? Что ты сказала дрянь? – какие еще ты деньги забираешь! Ну ка убирайся отсюда! – я кричу, ярость распирает меня.

– Деньги за то, что я два месяца, как нянька за тобой ухаживала. Извини меня, но сделать ты ничего не можешь, ты ничтожный инвалид – старикашка.

– Как ты смеешь? Я для тебя столько сделал! Ну-ка иди сюда! – о нет, я падаю, что делать? Что теперь мне делать? Она закрывает дверь, все она ушла. Я один! Совсем один!

Вот я сижу в углу, уже часа четыре. Плачу, как ребенок. Что мне делать теперь? Я в одно мгновение потерял все! Все ради чего жил. Ведь у меня никого нет. Как? Я могу видеть? Что же это такое? Значит, операция была не просто так! Я готов кричать, значит судьба не отвернулась от меня, я еще нужен этому миру!

Стоп! Я не могу говорить! Пытаюсь выдавить слово, а только мычание, какое-то получается. Что же это такое? Я не могу ничего сказать, даже крикнуть не могу. Что же происходит со мной? Что это такое? Ладно, я хотя бы вижу, надо радоваться этому! Я могу видеть солнце, траву, телевизор, свою новую квартиру…да уж она ужасна.

Мне надо купить продуктов, я голоден, как лев! Поднимаюсь с пола, одеваюсь и иду в магазин.

– У вас есть карточка магазина? – я глупо улыбаюсь, а что я могу ответить? Если я даже мычать уже не могу. Нету этих карточек у меня, продуктами занималась служанка, а ее теперь нету.

– Старик ты очередь задерживаешь! – как этот сосунок смеет со мной так разговаривать? Я его ударю! Он схватил мою руку, ай как больно. Удар в лицо, из носа идет кровь. Кто-нибудь! Остановите его!

Охранник! он подбежал, оторвал от меня этого сумасшедшего.

– Заберите свои покупки. – вручает мне сумку, как бродяге, какому-то.

Что же это за мир? Если у меня нет денег, то они смеют со мной обращаться, как с ребенком?

Я избитый, опозорившийся иду домой. Я впервые чувствую, что такое немощность. Вот и моя квартирка. Четыре белых стены, рваный линолеум, кровать. У меня осталось три сотни! Зачем я купил икру, эти дорогие консервы и крабов? Как я проживу на эти триста рублей? Как же мне теперь быть…

Я спал плохо, снились кошмары. Я чувствовал во сне боль, болело все тело. Впервые мне было так больно. Проснулся, раскрыл глаза. Нет…темнота. Я не слышу птичьего пения, я не вижу этот мир, я даже не могу ничего сказать. Это конец!

– Господь дал тебе все, а мне ничего! – как я это слышу? Кто это? Что это?

– Цени все, что окружает тебя! – что это за голоса у меня в голове?

– Человек сам строит свою судьбу!

– Можно в одно мгновение потерять все…

Он уснул. Навсегда. Ему снились родители, которые умерли, как в сказке, в один год, день, час. Ему снился нищий, которому он кинул монетку. – «а может, он и не виноват в своей нищете? Может его все бросили, повернулись спиной? Он не виноват…» Он последний раз вздохнул, сердце перестало биться, пульс остановился…

Последний вагон

Опубликовано 28.01.2009 в 23:55

Рабочий день подошел к концу, люди спускаются в метро. Врываются в вагоны, как цирковые клоуны в свою бесконечную машину. В вагонах резиновые стены, поместятся все.

Толкотня, ругань, оскорбления и усталые взгляды. Подъезжает поезд, открываются двери. Вперед, люди не дают выйти тем, кто внутри вагона. Все поместились, как же поезд едет? Ведь пассажиров раза так в три больше, чем вагон технически может перевозить. Кто-то впритык стоит у двери, одни сидят, другие стоят. Вот поезд разгружается, остается четыре станции и начинается моя история.

Обычный поезд, едет по стандартным туннелям. Люди внутри простых вагонов, такие же обычные, как и поезд. Едут после тяжелого рабочего дня. Мы заглянем в один из вагонов.

Это последний вагон. Все места заняты, пару человек стоит. Крайние сидения, которые предназначены для троих человек заняты бомжом. Он спит.

В той стороне отвратительный запах. Напротив бомжа сидит мужчина средних лет, он не обращает на запах и зрелище перед собой. Такое ощущение, что его ничего не заботит.

У двери стоит молодой парень с девушкой. Они громко разговаривают и смеются. Старушка, что сидит напротив парочки, с негодованием на них глядит. Рядом с ней две женщины, сплетничают. Юноша по правую сторону читает книгу, другой делает вид, что спит, чтобы не уступать место. Дальше ничем не примечательные люди. Можно сказать, что вагон – это маленький город, а поезд маленькая страна.

Вагон резко останавливается. Разговоры прерываются. Молчание. Так он стоит десять минут. Никаких объявлений от машиниста поезда не поступает. Начинается паника.

– Что же это происходит? – возмущается старушка. – кто же эти поезда делал? Я зачем плачу им налоги? Еще такие! Моя пенсия…

– Женщина хватит! – говорит ей молодой мужчина.

– Конечно! Вы все такие хамы, вот в мое время…

– Началось – шепчет парень своему другу.

– Оставайтесь на своих местах – из микрофона слышен голос машиниста.

– Что хоть произошло? – проснувшись, спрашивает высокая блондинка. – ой уже шесть часов я опаздываю на встречу!

Начинается шум и гам, уже двое ругаются со старушкой. Парень с девушкой начинают целоваться.

– Ой, как вам не стыдно! – кричит женщина с маленьким ребенком. – Феденька отвернись от этой мерзости!

Старый дед начинает делать замечание, парню, который претворялся спящим.

– Освободи место негодник! Женщина стоит, а ты тут развалился!

– Успокойся дедуля! – нагло отвечает юнец.

В другом конце вагона начинается драка. Пьяный мужик задел юного качка. Удар в лицо, еще раз. Пьяница падает, но спортсмена уже не остановить.

Все видят происходящее, но никому нет дела. Кто-то продолжает читать, кто-то разговаривать, а некоторые просто отворачиваются.

– Дорогой останови его уже! – кричит женщина своему бородатому мужу.

– Парень успокойся! – качек поворачивается, но как нестранно успокаивается.

Проходит двадцать минут.

– Оставайтесь на своих местах! – звучит голос машиниста из микрофона.

– Мамочка мне страшно! – мальчик начинает плакать. Люди активно обсуждают, что произошло.

– А я думаю это вина машиниста! – начинает одна из сплетниц.

– Нет, Ольга Анатольевна, вы не правы! Они же простые люди, как и мы с вами, дело все в рельсах!

– Заткните уже этого ребенка! – проснувшись, кричит бомж, своим хриплым голосом.

– Мужчина вы, что совсем охренели?

– Замолчи женщина!

– Я вам не позволю так разговаривать с женщиной! – с кресла встает совсем молодой юноша, лет восемнадцати.

– Продолжай сидеть малолетка!

– Такое ощущение, что в вагоне нет мужчин! – длинноногою блондинку поддерживает еще пару женщин.

– Так уважаемый! Немедленно сядьте на место! – солидный мужчина в пальто, интересно, что он забыл в час пик в метро?

– Да пошли вы все! – бомж садится на свое место.

Проходит еще десять минут. Паника усиливается. Ребенок плачет. Многие разговаривают по телефону, другие между собой. В вагоне душно. В зимний вечер, когда на улице минус пятнадцать градусов, а в подземке, выше комнатной температуры.

Резкий толчок. Погасает свет. Тишина, которая прерывается через несколько мгновений. Женский визг, детский плач.

– Что это мамочка?

– ААА что происходит? Я не хочу умирать?

– Никогда не думала, что умру в вагоне.

– Хватит! Никто не умрет! – мужской голос.

В вагоне появляется освещение. Но это не лампы, а огонь.

– О Боже в нас врезался другой поезд!

Задняя часть вагона пылает, начинается давка. Крики агонии, боль, страх. Открывается дверь.

– Всем сохранять спокойствие, выходите через двери! – голос из микрофона.

– Какое спокойствие! Мы тут сгорим! – женский голос, в полумраке не слышно кто это кричит.

– Мамочка нет! Нет, мама! – мать ребенка теряет сознание.

Юноша, который претворялся спящим, всех расталкивает. Под его руку попадает и дед, который делал ему замечание. Тот, не удержавшись на ногах падает. Через мгновение тело деда поглощает жадное пламя.

Пара интеллигентов с круглыми, запотевшими очками, выбегают первыми. Следом за ними, какой то, женоподобный парень. Блондинка роняет мобильник. И вместо того, чтобы бежать, тянет руку за ним. Кто-то наступает ей на ладонь. Она взвизгивает, от болевого шока не успевает среагировать и пламя поглощает ее. Конец.

– Помогите мне спуститься! – кричит старушка. Но никто не обращает внимание.

– Помогите маме! – кричит мальчик, мама которого потеряла сознание.

Мужчина, стоявший сзади него, хватает на руки дитя. – Мама! А как же мамочка моя? – продолжает кричать мальчик.

И вот уже через пару мгновений вагон практически пуст. Бомж раскрывает глаза, вагон горит, напротив него сидит мужчина.

– Парень, что ты тут сидишь то? Мы сгорим сейчас! – кричит бомж, кашляя от дыма.

– Я не вижу смысла бежать. – спокойно отвечает он. В его голосе слышен покой, как будто он отдыхает на пляже.

– Я не знаю, как ты, но я хочу жить! – бомж вскакивает и выбегает из вагона.

– То, как ты существуешь, не есть жизнь… – говорит парень, но бомж его уже не слышит.

– Когда же вы научитесь жить? Когда в ваших сердцах будет место не только для себя и ваших забот? – искра попадает ему на ботинок. – Почему старухе некто не помог? Почему деда толкнули в пекло? И почему та девица побежала за телефоном? Ее вещь оказалась дороже жизни…

Брюки юноши начинают гореть. Он продолжает сидеть.

– Только один человек исправился, только один. А поэтому я продолжаю жить на земле! – он начинает громко смеяться! Горит пиджак, выше и выше, на его лице сияет улыбка.

Виртуальная жизнь

Опубликовано 30.01.2009 в 04:29

Четыре стены. У окна компьютер, больше ничего не надо. Я была такой же, как все, простой девчонкой. У меня было все! Парень, подружки, с которыми я любила посплетничать, занудный младший брат, любящие родители. Училась в школе, на будущее было много планов. Хотела быть счастливой.

Мое семнадцатилетние встретили весело и бурно. Да уже через год я буду совсем взрослая. Самые близкие были рядом. Любящий парень, да он мой драгоценный, мы уже вместе тринадцать месяцев! Да я думаю это большой срок.

Честно говоря, я не представляю себе жизни без него, он самый лучший. Даже не могу найти слов, чтобы описать какой он хороший.

Я начала про самых близких. Еще это мои родители. Я не знаю, куда бы я без них делась. Все-таки это они меня направили в правильное русло. Платят за мою гимназическую школу, за курсы, мои шмотки. Я их очень люблю и ценю.

А снова в школу? Полседьмого на часах! Я не успею! Мне надо помыть голову, полежать в ванне, так маникюр сменить, а еще и наряд подобрать. Сколько же дел! Просто ужас. Ой еще надо моему пупсику позвонить, а то он опять проспит институт.

– Алле зайчик просыпайся! Тебе пора собираться в институт!

– Да алле… – он так приятно дышит, мой сладенький.

– Не выспался опять? Я же говорила, что надо раньше ложиться!

– Все встаю, встаю. Позже позвоню.

– Целую.

Так теперь в ванну, надо подумать о предстоящем дне.

Так без пяти восемь. Пора выдвигаться в школу. Все – таки одиннадцатый класс – это не шутки. Наверно я буду скучать по школе, но не сегодня и не завтра это точно.

– Ой, привет Анютка! Дай я тебя чмокну.

– Привет моя дорогая.

– Ну, какие планы на сегодня?

Да Анютка одна из лучших моих подруг, мы дружим с первого класса. Я всегда могу поделиться с ней, всем.

– Мне мой уже надоел! – он ей всегда надоедает.

– Да брось ты его! Сколько раз тебе говорить! Он не достоин тебя!

– Я даже не знаю…

Она вечно не уверенна в себе. Я бы с радостью дала бы ей кусочек своего характера.

Вот мы и в школе. Эти уроки, мальчишки у которых голова забита только сексом. Им бы лишь бы полапать кого ни будь за углом. А мой Павлушка не такой! Ему важно, какая я! Мои душевные качества.