Доклад по организационному вопросу на Пленуме 20 сентября 1918 г.

Всю историю ВСНХ с точки зрения организационной можно разделить на две части: до мая и после мая 1918 г. До мая, когда ВСНХ был еще в самом зародыше, он стремился построить свою деятельность на децентрализации своих органов, и, когда я вступил в число членов Президиума ВСНХ, я застал там два конкурирующих между собою центра: Комитет хозяйственной политики ВСНХ и Президиум ВСНХ. Кроме того, часто происходили случайные совещания отдельных лиц и сотрудников ВСНХ, причем не было совершенно разграничения функций всех этих органов.

Отдел хозяйственной политики издавал постановления, издавал декреты такого же объема и такого же обязательного значения по всем вопросам хозяйственной жизни, как и Президиум ВСНХ. На пленум вносились только отдельные вопросы более или менее крупного принципиального значения. Первое, что было сделано по настоянию целого ряда товарищей, в том числе и по моему, – это создание наряду с децентрализацией работы единства власти. Первое условие целесообразной хозяйственной деятельности – это единство политики в этой области. До тех пор бывали случаи, когда по одному и тому же вопросу выносились решения, отличные друг от друга. Главнейшие меры были предприняты в организационном порядке, было отдано распоряжение о том, чтобы в официальных органах Советской Республики не печаталось никаких обязательных постановлений от ВСНХ без подписи нескольких членов Президиума, в том числе и Председателя. Это была до некоторой степени ликвидация деятельности отдела хозяйственной политики, который часто подписывался за Президиум, за Бюро пленума, за коллегии отделов и т.д.

Это было только начало, и с течением времени нам удалось достигнуть того, чтобы все главнейшие вопросы решались исключительно в Президиуме. Нужно было, конечно, определить отношение Президиума к отделам и к их компетенции. Самый план распределения всех отделов был расписан еще при самой организации ВСНХ теоретиками этого дела и расписан всеми красками на больших листах бумаги. Там все отделы необычайно стройно были расположены и приспособлены друг к другу, причем конкурировали два листа бумаги. На одном листе вкруг по радиусам были распределены все отделы, подотделы и секции, а на другом листе то же самое было сделано в форме квадратов. Эти два плана организации вызывали неоднократно подробные объяснения и обмен мнений в соответствующих секциях совнархоза.

И теперь еще их можно увидеть на стенах некоторых отделов и секций. Висит один из этих планов и у меня в комнате, но, конечно, легче написать на бумаге, чем создать что-нибудь на деле.

Когда создали разные органы на основании этого чисто бумажного плана, то заметили, что многие органы, состоящие из одного-двух лиц, сидят и ждут и не могут найти подходящих работников для создания рабочего аппарата. Тогда целый ряд такого рода органов был ликвидирован как совершенно неработоспособных, лишенных всякой возможности исполнять какие-либо задания.

В дальнейшем органы ВСНХ строились в зависимости и от объема дел, и от того персонала, который имеется в распоряжении ВСНХ. Эти два момента мы связываем теперь между собой самым тесным образом. Я знаю, что некоторых отделов у нас нет, но мы не приступаем к их строительству, пока у нас нет организационных и технических сил, чтобы их создать. Несомненно, можно создать эти отделы на бумаге, но поставить их надлежащим образом мы не можем, не имея достаточного технического персонала, а без него существование этих отделов принесет больше вреда, чем пользы, и такие случаи уже наблюдались в нашей практике.

Таким образом, теперь мы пришли к тому заключению, что для образования секций, отделов, подотделов требуется не только то, чтобы была какая-нибудь работа, исходящая из интересов общей организации всей хозяйственной жизни, но и наличность материала для создания работающего аппарата, чтобы исполнять эти задачи, если не с большей пользой, то хотя бы без всякого вреда, но с возможностью улучшать аппарат во время работы.

Теперь у нас некоторых необходимых отделов совершенно нет. Так, у нас нет, например, очень серьезного и важного отдела, текущей статистики при ВСНХ, хотя при некоторых отделах имеются свои отделы текущей статистики. План организации этой статистики давно составлен, решен вопрос и о тех заданиях, которые этот отдел ВСНХ должен будет исполнять, но до сих пор нам все же его не удалось построить, потому что у нас нет соответствующих лиц и нет главной предпосылки для организации текущей статистики – нет получения сведений с мест, нет надлежащей связи с местами, нет агентуры и корреспондентов. Попытки установить эту связь через фабрично-заводские комитеты пока не увенчались успехом. Материалы для статистической разработки у нас имеются, и ответы на анкеты поступают, но неаккуратно и частично. Поэтому наряду с организацией центрального органа текущей статистики всей промышленной и хозяйственной жизни страны необходима большая и упорная работа на местах для того, чтобы своевременно, систематически и регулярно поступали сведения с мест.

До сих пор нам не удалось организовать и другого очень важного и необходимого органа хозяйственной жизни страны – органа учета и снабжения. Мы не решились до сих пор отдел под этим названием ликвидировать, несмотря на его слабость. Для нас совершенно ясно, что поставить на ноги этот отдел нужно во что бы то ни стало. До сих пор нам этого сделать не удалось. Это тем более плохо, что если бы этот орган был хоть сколько-нибудь работоспособен, то не понадобилось бы создавать чрезвычайную эвакуационную комиссию, междуведомственную комиссию для учета и распределения и т.д. Одно время отдел этот почти встал на ноги благодаря помощи товарищей с Украины, которые принялись энергично работать в этом отделе, но в последнее время они вынуждены были уехать в провинцию. Сейчас необходимо дать этому отделу дополнительные задания по организации складов эвакуированного имущества и утилизации его, образованию при местных или областных советах народного хозяйства специальных складов и контор для кустарной и средней промышленности в целом ряде районов.

Наряду с разрушением частного торгового аппарата необходимо создавать какой-либо государственный аппарат, чтобы обслуживать и регулировать эти отрасли промышленности. К этому отделу переходит теперь и значительная часть функций бывших общественных организаций: Союза городов, областного продовольственного комитета, Земгора и т.д. с их разветвлениями, агентурой и складами, в которых сложено товаров на миллиарды рублей. Эти организации в послеоктябрьский период разрушены или полуразрушены, и наряду с ликвидацией их остается не у дел значительная часть персонала, который можно бы ввести в отдел снабжения, но он у нас, к сожалению, до сих пор не поставлен.

Крупнейшая задача стоит перед нами в связи с разрушением частно-торгового и посреднического аппаратов. В целом ряде губерний и областей торговля муниципализирована полностью, причем товарищи с мест иногда не учитывают того, что есть ряд торговых фирм, являющихся не только организмами данного города или данной губернии, но организмами всероссийскими. Если, например, в Нижнем Новгороде или каком-нибудь другом городе сосредоточено большое количество, положим, аптекарских товаров и крупные аптекарские фирмы, то, конечно, Нижний Новгород может обеспечить себя этими товарами полностью.

Но так как крупные оптовые фирмы обслуживают обыкновенно целый ряд губерний, то муниципализация их часто разрушает те отделы этой фирмы, которые имеются в других областях или по всей России. Такие случаи происходят теперь слишком часто, чтобы не обратить на них внимания.

Всероссийские капиталистические организмы промышленности часто механическим путем рассекаются на территориальные части и вместе с тем уничтожаются как каналы распределения по всей России. Местные органы, поскольку власть их ограничивается определенными территориальными рамками, муниципализируют областные и всероссийские фирмы. В силу отсутствия налаженных всероссийских аппаратов снабжения на целом ряде фабрик и заводов обнаруживается большое скопление товаров, которые не находят себе сбыта наряду с громадной потребностью в этом товаре на рынке. Это можно наблюдать, например, по отношению к спичкам. Спичками у нас перегружены все фабрики: на одной фабрике Лапшина спичек имеется 31 млн коробок. Возникал уже вопрос о том, чтобы пустить эти спички во внешней товарообмен, вывозить их в Данию или еще куда-нибудь в обмен на другие продукты.

Не находит себе сбыта стеклянная и жестяная посуда, которая в громадном количестве скопляется на фабриках и заводах в местах производства. Таким образом, вследствие разрушения частного аппарата и отсутствия хорошо налаженного общественного аппарата наблюдаются наряду с необычайной остротой товарного голода в любом городе, на любой ярмарке или рынке залежи продуктов на фабриках и складах. Теперь в России уничтожены или распались, например, многие торговые посреднические конторы, уничтожены рекламы и, так как в состав местных советских органов – органов снабжения местных совнархозов – вошли люди, которые часто совершенно не были знакомы с товарным рынком и даже с рынками производства, они и не знают, где что можно купить, хотя бы ту же стеклянную посуду и т.д. Нигде в печати нельзя найти соответствующих указаний. Поэтому перед нами стал вопрос о том, чтобы создать суррогат объявлений, чтобы издавать справочники о том, что вот на таких-то заводах имеются такие-то материалы, которые можно купить.

Теперь когда какой-нибудь продовольственный орган, орган снабжения или другая советская организация нуждается в тех или иных товарах, то она часто обращается к остаткам частного торгового аппарата, к так называемым спекулянтам, которые знают, что и где можно достать. Спекулянты достают эти товары из национализированных советских органов и передают их другим советским органам. Очевидно, это положение совершенно ненормально, и наряду с целым рядом больших реформ и организационных шагов необходимо, чтобы фабрики, заводы и склады печатали о всех готовых изделиях, которые имеются у них для сбыта.

Разрешение вопросов товарообмена – задача совершенно неотложная и очень трудная. Разрешение этой задачи явится и разрешением продовольственного вопроса. Товарообменом занимались до сих пор десятки тысяч и сотни тысяч людей, десятки тысяч различных фирм, контор, посредников. Организовать эту область хозяйственной жизни на основе общественного начала и уничтожения частного аппарата очень трудно. В первое время, может быть, к этому делу придется привлечь такие организации, как транспортные, перевозочные конторы и оптовые фирмы, реорганизуя и объединяя их.

Лично у меня есть опасение, что в случае быстрой и решительной централизации, в случае сосредоточения этого дела в одних руках мы можем потерпеть в этой попытке такое же поражение, какое потерпели и в области продовольственной, когда после уничтожения права закупки не только частных, но и крупных общественных организаций у нас совершенно не оказалось аппарата для закупок, и потому мы обратились уже не к аппарату, а к целому классу, к профессиональным союзам, чтобы они ехали и покупали. Ясное дело, что эта апелляция показывает кризис того органа, который пытается создать закупочный аппарат. После таких уроков к разрешению подобных задач нужно подходить много осторожнее.

Для настоящего времени у нас не закончена организация комитета цен. Правда, ВСНХ были выработаны и опубликованы твердые цены на целый ряд товаров, сделано это было с некоторой предварительной научной подготовкой и с привлечением к работе знатоков этого дела. Но сделано это было все-таки наспех, без достаточно подготовленного материала, что является крайне опасным в таком ответственном и сложном деле, как регулирование цен на продукты и предметы первой необходимости. В области установления твердых цен существует такое количество сложных вопросов, необходимо сопоставление такого количества цифровых данных, что создание специального и авторитетного органа, который бы занимался исключительно этим делом, является совершенно необходимым. Месяца два тому назад мы составили проект особого комитета цен, который внесли на обсуждение Совнаркома, но последний из-за протеста т. Гуковского передал его на новое рассмотрение в комиссию. Теперь мы хотим настаивать на том, чтобы этот проект в его старом виде был окончательно принят.

Мы предлагаем создать особый комитет цен, члены которого назначаются совместно нами и советом профсоюзов. Без этого комитета не должна быть назначена ни одна твердая или предельная цена ни на один продукт. Мы привлекаем к организации комитета Центральный совет профессиональных союзов, потому что этот орган в глазах широких масс, в глазах всего народа будет отвечать за дороговизну, необходимо представительство в нем непосредственно самих рабочих масс, чтобы он являлся вполне авторитетным. Необходимо предоставить в этом деле непосредственное участие рабочим и возможность полного контроля рабочим организациям. Необходимо, чтобы рабочий класс доверял этому органу.

Я пытался отметить наиболее слабые стороны в организации ВСНХ; к ним необходимо прибавить еще те трудности, которые мы встречали при приведении в исполнение наших постановлений. Я уже докладывал, что мы имели с мая месяца более 100 заседаний, в каждом из них в среднем мы решали 10 вопросов, некоторые из них очень большого экономического значения. Кроме Президиума каждый день выносятся ответственные решения нашими отделами и производственными центрами. Необходимо следить за судьбой этих постановлений, за их исполнением и создать особый орган, который бы следил за тем, написаны ли эти постановления только на бумаге или в действительности проводятся в жизнь. Организацию специального отдела исполнения постановлений Президиума до сих пор нам не удалось довести до конца, и часто после того, как выносится какое-нибудь решение, через неделю или две мы узнаем, что по поводу этого решения ничего не сделано. В практике экономической жизни такое положение вещей совершенно недопустимо. Успешное разрешение, например, вопросов снабжения часто зависит от быстроты доставки того или иного сырья, полуфабриката, своевременной погрузки его и использования сезона навигации и заготовки, а потому здесь наибольшая скорость обязательна.

Организационная связь Президиума с отделами определяется разделением между членами Президиума главнейших отделов ВСНХ, причем они входят в состав коллегий этих отделов; так, в Президиуме у нас есть представители отдела металлов, «Продрасметы», химической и текстильной промышленности. Руководство другими отделами мы разделили между остальными членами Президиума, причем двух членов Президиума выделили для того, чтобы они объединяли деятельность главков и центров и обсуждали бы вместе с ними главнейшие вопросы, которые возникают в их деятельности. Если эти члены Президиума придут к какому-либо единогласному решению с представителями главков, то это решение не вносится на обсуждение Президиума в целом, а утверждается Председателем и только оглашается в заседании Президиума.

На заседаниях Президиума обсуждаются вопросы о национализации предприятий, заслушиваются отчеты отдела контроля, который докладывает Президиуму о всех недостатках и упущениях, которые он находит в деятельности наших отделов. За последнее время отделом контроля обревизованы: отдел топлива, отдел металла и Центротекстиль. Он постепенно переходит от отдела к отделу. Отделу контроля по нашей Конституции любой из отделов и любой из сотрудников Совнархоза обязаны давать немедленно все сведения и все справки. Благодаря его деятельности был установлен целый ряд серьезных упущений в деятельности наших отделов, о некоторых из них мы довели до сведения следственной комиссии при революционном суде.

В повседневную внутреннюю жизнь отделов мы не входим. Во главе отделов ВСНХ стоят лица, которые опираются на доверие и рекомендации профсоюзов и политических партий и получают от нас полномочия, достаточно широкие, чтобы обеспечить автономию отделов в их текущей работе. Если бы Президиум захотел разбирать все крупнейшие вопросы этих отделов, то у него не хватило бы на это ни времени, ни возможности. Отдел государственных сооружений, например, строит железные дороги, шоссейные дороги, занимается электрификацией, работает и в Ярославле, и в Казани над восстановлением разрушенных селений, имеет отдел муниципального строительства и т.д. Сам по себе один комитет государственных сооружений – это такая грандиозная организация, что она вынуждена предоставлять автономию своим отделам: отделу шоссейных дорог, железных дорог, электрификации и т.д.

Мы даем только общие директивы всем этим отделам, причем требуем от них отчетов и докладов о положении дел и выполнении работ и утверждаем ответственных лиц не только в коллегии этих отделов, но и ответственных лиц по крупнейшим секциям и работам. Все правления всех национализированных предприятий утверждаются нами. Нами утверждаются планы работ и через Президиум идут ассигнования на них.

Наряду с утверждением лиц, ответственных за техническую часть работ и сооружений, мы ввели институт так называемых политических комиссаров из представителей рабочих организаций, которые должны находиться на самом месте производства работ. Точно так же и по отношению к крупнейшим национализированным предприятиям или их объединениям и трестам, таким как Сормово-Коломна, национализированным Волжско-Камским химическим заводам и т.д., мы утверждаем состав их управления при участии заинтересованных рабочих и представителей профсоюзов и намечаем общую программу работ. Мы утверждаем не только финансовые сметы, но и планы производственного характера.

Из того, что я вам изложил, ясно, что до сих пор у нас точного разграничения того, что вносится на утверждение Президиума и что не вносится, не существует. Главнейшая грань, которая нами проведена, состоит в том, что все, что подлежит опубликованию в печати и имеет значение постановления ВСНХ, должно обязательно пройти через Президиум и получить подпись председателя и установленного числа членов Президиума. Без этого ни одно постановление опубликовано быть не может, за исключением тех случаев, когда мы в специальном постановлении предоставляем право тому или иному производственному отделу вроде Центротекстиля издавать обязательные постановления по таким вопросам, как вопрос об учете тканей. Такие постановления отделы и производственные секции могут издавать без нашего ведома, но только в силу специального нашего постановления о том, что мы даем им это право.

Относительно прохождения финансовых смет я могу сказать, что до сих пор прохождение это совершалось так, что Президиум предоставлял мне право подписывать их после утверждения комиссии смет и непосредственно вносить в Совнарком. Все сметы, которые поступают в ВСНХ, рассматриваются в производственных органах, затем в комиссии смет и потом поступают на подпись к председателю; если он встретит какие-нибудь затруднения в том, чтобы подписать данную смету, то передает ее в Президиум для рассмотрения; в тех же случаях, когда Председатель соглашается со сметой, она идет непосредственно на утверждение Совнаркома.

Для выдачи всех других ассигнований существует авансовая комиссия; она из своего состава делегирует одного члена в учетно-ссудный комитет. Все сметы и ассигнования ненационализированных предприятий идут через эту комиссию, которая вносит их на рассмотрение Президиума, если члены авансовой комиссии не пришли к единогласному решению с председателем и если ассигнование встречает какие-нибудь затруднения и сомнения. В тех же случаях, когда никаких затруднений и сомнений не встречается, постановление авансовой комиссии за подписью председателя направляется для исполнения.

На мой взгляд, дело финансирования в настоящее время поставлено слишком бюрократически. Ассигнования производятся слишком медленно, решаются тогда, когда за деньгами приходят уже в последний момент, когда рабочим нечего платить. Часто совершенно несомненные ассигнования задерживаются на целый ряд недель. По декрету т. Шляпникова, раз завод остановился, рабочих нужно рассчитывать за 6 недель вперед, считая со времени расчета, и если расплата началась только через месяц после того, как завод остановился, то платят уже не за 6 недель, а за 10 недель после остановки завода. Бюрократическая система прохождения ассигнований слишком трудна и сложна. Если у нас смета проходит сравнительно быстро, то Совнарком требует всегда заключения Комиссариата финансов и Комиссариата Государственного контроля, а так как для этих комиссариатов вопросы промышленных ассигнований новы и непривычны, то они требуют заключения от своих инженеров и дополнительных сведений от Комиссариата труда. Таким образом, каждая смета на протяжении многих недель переходит из инстанции в инстанцию.

ВСНХ должен, конечно, стремиться к тому, чтобы все дело финансирования нашей промышленности упростить и объединить в одних руках. Самым идеальным решением этого вопроса была бы организация банка, через который производилось бы финансирование всей нашей промышленности или хотя бы национализированной ее части. Теперь мы объединяем все дело финансирования промышленности, поскольку оно зависит от ВСНХ, в руках специального финансово-экономического отдела. Там мы объединяем и выдачу денег по сметам, и выдачу авансов под сметы, что нам предоставлено декретом, и финансирование частных предприятий, и обсуждение всех финансовых вопросов. Совершенно ясно, что это будет организация, аналогичная Комиссариату финансов, но специализирующаяся на хозяйственно-экономической жизни страны.

Наряду с вопросами объединения финансирования необходимо вновь обсудить и другой вопрос – о возможности или невозможности централизации кассы. У нас более полутора десятков главков и отделов, и каждый отдел разбивается на соответствующее количество подотделов, которые по компетенции равняются часто старому министерству. Если сложить организацию по сооружению новых железных дорог и, например, шлюзованию рек, то получится аппарат, вероятно, превышающий многие из старых министерств. Централизовать все финансовые обороты ВСНХ в единой кассе невозможно. Все деньги на промышленно-экономическую деятельность ассигнуются Совнархозу, и он отвечает формально за использование всех этих ассигнований. Президиум Совнархоза должен учитывать каждую копейку. На практике в некоторых случаях переводили ассигнования на текущие счета тех отделов, которые непосредственно должны их расходовать, но мы заметили, что расходование денег в этих случаях часто не согласуется с общими постановлениями Президиума и СНК как в отношении представления отчетов, так и соблюдения утвержденных тарифов и ставок. Общие же органы ВСНХ теряют возможность наблюдения как за состоянием отдельных касс, так и за выполнением производственных и иных назначений.

Теперь мы отпускаем отделам и главкам только часть ассигнований, остальное они получают только тогда, когда отчитаются в расходовании первой части. Если, например, Центротекстилю отпускаются на операции тканями 300 млн руб., то следующие деньги он получает лишь после того, как отчитается в расходовании хотя бы 200 млн руб., отпущенных ранее. Текущие счета некоторых из наших отделов достигают очень больших цифр, например для Центротекстиля и Комитета государственных сооружений они исчисляются многими сотнями миллионов. Необходимо создать орган, который бы контролировал и учитывал финансовые обороты наших отделов.

Деньги до сих пор являются главным рычагом, при помощи которого можно руководить деятельностью всех отделов и экономической жизнью страны и контролировать исполнение конкретных заданий. Несколько месяцев тому назад на мой вопрос центральной бухгалтерии, сколько же имеется денег на текущих счетах отделов совнархоза, сколько они израсходовали и сколько у них осталось, я получил ответ: состояние отчетности и счетоводства не дает возможности дать точный ответ на этот вопрос. Тогда я потребовал, чтобы финансовая сторона нашей деятельности была организована так, чтобы Совнархоз знал, сколько у него осталось денег и сколько он израсходовал, и чтобы центральная организация имела возможность произвести сводку всех расходов и всей наличности наших касс.

Недавно я потребовал баланс по отделу металла от центральной бухгалтерии и от отдела металла. Когда я сравнил полученные документы между собою, то между ними оказалась громадная разница как в общей сумме, так и в отдельных рубриках. Из этих двух сводок я убедился, что прохождение ассигнованных денег, учет их и контроль нами поставлены плохо. Объясняется это главным образом тем, что отделы получают деньги не только через центральную бухгалтерию, а и со стороны – от того или иного комиссариата, от СНК и т.д. Суммы, проходящие через органы ВСНХ, слишком велики, чтобы можно было терпеть такое положение вещей. Организацией финансово-экономического отдела и упорядочением системы ассигнований и текущих счетов мы надеемся улучшить это дело.