Эволюция. Книга 1

Столетия текли

и в вечность погружались…

Карамзин

ЭВОЛЮЦИЯ! Насколько необыкновенно ёмкое слово! В сознании каждого из нас оно вызывает различные ассоциации и мнения о возникновении и развитии нашего мира, галактик, вселенной. Но в первую очередь, конечно, мысли о человеке и его месте в этой реальности. В легендах, представлениях и верованиях многих народов, по-разному объясняется появление или сотворение "царя природы", этого "мыслящего животного", сокрушающего всё на пути "прогрессивного развития", который, как видится теперь, ведёт к деградации общества и его преждевременной гибели.

Какова же конечная цель существования "человека разумного", если его деятельность направлена на разрушение окружающей среды его же породившей? В этом случае финал проглядывается один – самоуничтожение! Но это, же противоречит здравой логике! А кто сказал, что двуногий без перьев рационален? Все формы жизни, даже примитивные, стремятся к развитию вида и продолжению бытия. А мы, наоборот, к самоликвидации!? Что же мы – "хозяева жизни", а такие "уроды"! И где же здесь интеллект?

А может, Творец(ы) просто не заложил(и) в нас интуицию выживания нашего вида, как человека? Инстинкт самосохранения личности есть, а всего общества нет! Смерти боится каждый, а на коллективную гибель наплевать: даже мыслить не стоит! И мы старательно "не думаем" о грозящих нам опасностях, которые уже давно начали проявляться на планете в связи с результатами нашей "цивилизованной жизни" на ней. Хотя многие знают и понимают, к чему ведёт наша разорительная деятельность!

А логика? Она у нас, похоже, больна или вовсе отсутствует! Но… что-то здесь не так. Должна же быть некая семейная связь между матерью природой и её сыном человеком. Если мы дети органического мира этой самой планеты, то когда и почему мы потеряли сыновнее чувство к своей матушке Земле? Даже некоторые деятели науки склоняются к мысли о том, что она "живая". Её жизнь не объять нашим примитивным разумом. Эта мысль и без учёных была и есть во многих умах, но… мы продолжаем безжалостно терзать подлунный мир, да ещё как изощрённо: во всех сферах одновременно! Но недалёкие люди многих вещей даже не понимают. Текут реки всевозможных стиральных растворов, чистящих средств. Канализационные стоки образуют озёра и моря, нефтепродукты загрязнили всю планету…. Ну и что, а как жить без этого?!

В природе, часто встречается утрата сыновнего чувства к родительнице: вырос и отчаливай, живи своей жизнью. Но там нет разума и, кроме того, ни одно существо не наносит урона своей среде обитания. Мы же, понимая, что губим космическое тело, а значит и самих себя, всё равно наращиваем вредные производства: миллионами двигателей внутреннего сгорания выкачиваем из атмосферы планеты кислород, выбрасывая взамен отраву. Цивилизация эксплуатирующая, но не восстанавливающая, только ускоряет свой конец.

Мы продолжаем травить воду при уже существующем дефиците и сами же её, и пьём, обманывая себя тем, что, якобы, фильтруем. Около полутора миллиарда человек, уже сейчас испытывают сильный недостаток в жизненной жидкости. За неё начинаются войны. Мы совершаем тысячи неблаговидных дел, губящих всё живое. Но находятся негодяи, именующие себя учёными, которые успокаивают и говорят, что человек тут ни при чём, что мы доставляем минимальный вред природе. А всё увеличивающееся количество ураганов и наводнений с трагическими последствиями не от нас: это всё вулканы и некие энергии Земли, (никто не может объяснить, что они собой представляют, но они есть!), которые высвобождаются вопреки нашей воле. А то, что мы довели её до "ручки" своими "изысканиями", это не в счёт!

"Здесь все словно сговорились вредить себе и другим, создавать горе и беды везде, даже там, где нет причин для несчастий". – Так Иван Ефремов описывает гибель цивилизации в феерическом романе "Час быка".

Но какая, к чёрту, фантастика? Это же про нашу землю, про нас! Потомки Адама и Евы выделывают незнамо что, как против себя, так и в отношении окружения. Мы, своими необдуманными, а иногда и осознанными действиями, заставляем бедствовать и страдать себя, близких и совершенно незнакомых людей. Это у нас разрушаются устои социума и человеческого общежития. А законность и справедливость, вера и достоинство человека, и даже желание познания им природы: всё уничтожено кучкой владычествующих аморальных, бессовестных и невежественных негодяев, которые называются чиновниками и "денежными мешками".

Но что дальше? Мы любим своих детей, внуков. А как они будут пребывать после нас? При ответах на этот вопрос обыватели, не задумываясь, говорят: "Как мы обретались, так и они проживут…". Ан нет! Не будут они жить даже так, как мы обитали! Потому что экологическая обстановка ухудшается на глазах. В двадцать первый век мы ступили с проблемами питания, энергетики, экологии, здравоохранения. Ни одна из этих задач не будет решена, если человек не поменяет себя. И судя по всему, он уже ничего не изменит, потому что сам не хочет преображаться. Пусть меняются другие, но конкретный индивид не желает перерождаться. Так сейчас настроено абсолютное большинство. А это крах. Живя в изуродованном мире, человек калечится, деградирует, и это самое страшное, потому что духовное падение заглушает инстинкт выживания.

В связи с вышесказанным, у мыслящих людей возникает вопрос: "А может, мы и вовсе не порождение природы данной планеты? И она нам не матушка? Возможно, привезли или сделали нас? Выхолостили видовой инстинкт самосохранения, привили небывалый эгоизм, поэтому и нет у нас сыновней любви к "маме"!" Ну, не обожаем мы её на деле, хотя на словах у нас другое: уж лицемерить-то мы умеем, да ещё как!

Мне кажется, что если бы нас "сделал" старый небесный Дедушка, то мы были бы не такими. Уж он бы привил нам – своему творению, любовь ко всему в этом мире, так как он есть тоже его произведение. И мы бы не чувствовали себя здесь бессовестными гостями, творящими трагическое беззаконие с далеко идущими последствиями, которые вызывают экологические, промышленные и социальные катастрофы.

И уже по-другому звучит определение "человек разумный", особенно при сообщениях, что кто-то, где-то, сотворил происшествие регионального или планетного масштаба. Видимо, рациональны мы только в наших понятиях, а на самом деле… сплошной эгоизм и невежество во всём. У нас кое-как развито коллективное мышление. Об индивидуальном даже и говорить не приходится: слова, лицемерие и ложь на каждом шагу. Способность к результативному анализу нам не дана или мы её потеряли. Отдельные проявления его бывают, но больше обходимся словами.

Исходя из сказанного, появляется мысль о том, что нас кто-то, для чего-то сотворил, а потом бросил, например, за ненадобностью, снабдив при этом в качестве извинения заповедями о том, как надо жить, что нельзя делать! То есть дали закон, но без надзирающей и исполнительной власти. И в дальнейшем, пользуясь бесконтрольностью, человек показал и продолжает проявлять себя в самом отвратительном виде. Особенно в последнее время.

ТАК КТО ЖЕ МЫ? ОТКУДА ВЗЯЛИСЬ И ДЛЯ ЧЕГО? И КТО НАШИ РОДИТЕЛИ?

Существует несколько теорий появления разумной жизни на Земле. Например, сложная, но и самая распространенная, витиеватая религиозная история появления человека "разумного" и его дальнейшего становления;

Научное учение о волшебном самозарождении одной живой клетки и появлении из неё в дальнейшем всех видов биологической жизни. Очень простое объяснение невероятному чудо-феномену биологии и поэтому подозрительное;

На особом месте доктрина о посещении Земли инопланетянами. Её сторонники объясняют появление жизни на земле участием космических пришельцев. Они якобы давно заселили планету примитивными человекообразными существами, которые за десятки миллионов лет эволюционировали в первобытных людей. Эта же концепция объясняет и неожиданное появление человека современного типа, в окружении неандертальцев.

Данное повествование привязано к системе палеоконтакта и по-своему объясняет появление и становление разумной жизни на Земле. В нём описаны первые, неудачные и трагичные старания колонизации планеты. Попытки распространения будущего разума во вселенной и в частности на трёх соседних планетах. Борьба светлых миров космоса с противодействующими их замыслам тёмными силами. Их победы и поражения. Трагедия цивилизации Марса и… история появления среди неандертальцев человека современного типа. Войны между народами и… ещё многое другое.

Рассказ можно считать даже версией, недоказанным предположением. Кто-то будет несогласным с этим: что же, докажите, что было не так!

Глава 1

Конец Пермского периода. Шестьдесят пять миллионов лет назад. Невообразимо далёкая от нас година. Но она была, как и трагические события, всегда присутствующие в разных периодах существования нашей планеты и вселенной. То была эпоха необыкновенно благоприятного климата, жизни и процветания большого количества хищных и травоядных рептилий. А также их главного врага, самого крупного за всё время истории, хищного динозавра по имени Тираннозавр Рекс. Период, когда наша Земля принадлежала только одним хозяевам – пресмыкающимся различных видов и мастей.

Но и в, то далёкое от нас время, космос не был пустым, как мы думали до недавнего времени. Вселенная образовалась около полутора десятков миллиардов лет назад, а наша солнечная система примерное, 4,5 миллиарда лет (так говорят учёные)? И разум в ней, видимо, возник тоже давно, так как тому есть подтверждения. А именно: следы пребывания космических гостей на нашей планете в том далёком времени. Например, оттиски ребристой подошвы скафандра рядом со следами динозавра и отпечатками ног человекоподобной обезьяны, запечатлевшиеся на остывающей лаве вулкана.

Но как это? Вид млекопитающих и динозавры!? Шестьдесят с лишним миллионов лет назад!? И к тому же ещё, и представитель высокого разума!? Наука просто кричит: "Такого не может быть! Ну, какие обезьяны и инопланетяне могут быть в то время? Ведь человек, как вид, отошёл от приматов всего три-четыре десятка тысячелетий, а сами они появились несколько сотен тысяч лет назад!" (по её утверждению)

Или находки в разных местах нескольких металлических предметов, не соответствующих своему времени. Но мы будем говорить не о том: это не тема данной книги. Главное для нас то, что были некие события, которые мы не можем не только объяснить, на данном этапе развития нашей доктрины, но даже представить себе такое. Посетил в то время нашу планету вселенский интеллект, пребывала высокая любовь!!! Не земная и трагическая, но она была…. Итак!

В одном из районов галактики назревала катастрофа местного масштаба! Колоссальных размеров, транспортный астролёт, принадлежащий Союзу космических цивилизаций, приближался к началу совершения субсветового перелёта: прыжка во времени и пространстве. Он разгонялся и мчался уже на скорости близкой к световой – двести девяносто пять тысяч километров в секунду. При такой чудовищной стремительности, для "постороннего наблюдателя", если бы он был, корабль представлялся бы волновым фронтом. Неимоверной белизны след от трёх огромных термоядерных двигателей, тянулся за ним на расстояние нескольких сотен тысяч километров.

Но "очевидец невероятного события", мог бы заметить и другое. Рядом с колоссальным, кипящим ярким пламенем – следом, промчавшего звездолёта, тянулась ниточка другого порядка. Это был выхлоп двигателей космической торпеды: очень эффективного оружия вселенских войн, применяемого обеими воюющими сторонами. Она была послана с военного крейсера гаров – представителей тёмных сил, противостоящих вселенскому Содружеству и не упускавших возможности навредить Братству, когда это представлялось вероятным.

Трагизм положения заключался в том, что экипаж астролёта давно находился в состоянии анабиоза и, разумеется, ни о чём не подозревал: судном правили совершенные электронные системы. Звездолёт не имел вооружения и единственное, что могла и пыталась сделать автоматика, это попытаться уйти от снаряда за счёт резкого увеличения скорости. Но в сравнении с кораблём-гигантом, посланник гаров имел неизмеримо меньший вес и сверхмощные двигатели, позволявшие ему быстрее доходить скорости света. Поэтому расстояние и время жизни грузовой машины неумолимо сокращались.

Скорость транспортника уже подходит к заветному пределу – двести девяносто девять тысяч километров в секунду, но…. Настигающая его "смерть", летевшая сбоку от следа звездолёта, начинает атаку. Она быстро сближается с кораблём, наводясь в его заднюю часть, и с таким расчётом, чтобы не попасть под мощный термоядерный выхлоп его двигателей. Но бушующее пламя всё-таки влияет на её траекторию. Снаряд, как бы вскользь, ударяется в корпус между центральным и боковым двигателями. А скорость уже триста тысяч километров в секунду. Ускорение продолжается и звездолёт, со вспышкой взрыва в хвостовой части, исчез бы из поля зрения "наблюдателя". В этом заключался свой смысл: атака происходила именно в момент совершения перехода, когда на сверхсветовой скорости уже ничего невозможно было предпринять.

Он вошёл в вихревую трубу и теперь будет мчаться в ней то время и расстояние, которые предопределены вложенными в электронно-вычислительный комплекс программами субсветового перехода. Они же определят и время начала торможения при его окончании, и все последующие действия андроидов и автоматов жизнедеятельности огромного корабля. А все они сводились практически к одной цели: обеспечения жизни экипажа и большого количества колонистов, находящихся на борту транспортной машины.

…Огромный астролёт, выходя из субсветового перехода, внезапно возник в нашей солнечной системе, вблизи её окраины. Сбрасывая скорость с помощью работающих в носовой части тормозных двигателей, он помчался к её центру – солнцу. Громадная машина, чудовищной скоростью, сжимая до размера слабого проблеска тормозящее её ядерное пламя, вошла в наше расположение почти под прямым углом к эклиптике.

Шло время. Стремительность полёта сокращалась, но траектория следования корабля вызывала недоумение. Он должен был уже сейчас менять направление движения в сторону какой-либо планеты, если он летел сюда. Но расстояние между астролётом и звездой сокращалось, а он продолжал двигаться в её сторону, приближаясь к критической точке не возврата.

В дальнейшем выяснилось, что траектория его окончательного торможения, вследствие ошибки в расчётах, оказалась очень неудачной. Она проходила близко к светилу и к моменту максимального сближения с ним, скорость судна должна быть самой низкой. А это представляло невероятную опасность в виде непреодолимого тяготения от огромной массы солнца и падения на него чужой машины.

Звёзды, эти вечные наблюдатели космоса, по-разному воспринимали разыгрывавшуюся перед ними трагедию. Одни, недоуменно мерцая, смотрели на приближавшийся к своей гибели космический аппарат и тревожным мерцанием, казалось, вопрошали: куда ты летишь? Остановись! Или измени направление – впереди гибель. Другие, с холодным блеском, безучастно взирали на происходящее: им было всё равно, что произойдёт дальше, хотя и знали о предстоящем конце жизни корабля: они же сами были светилами.

Солнце приближалось и стало уже не просто точкой крупной величины, а диском, каким мы привыкли видеть его теперь. Торможение продолжалось, но скорость движения астролёта была ещё велика. Звезда постепенно росла в габаритах и через какое-то время стала раскалённым до невероятного сияния шаром. Его вид менялся буквально на глазах. Океаны бурлящей и клокочущей, жидкой массы за секунды меняли свой вид. Проявлялись и исчезали стоячие озёра и тысячекилометровые реки бурлящего солнечного вещества.

Вырывающиеся из глубин звезды громадные, по величине и массе, ослепительные фонтаны раскалённых газов и заряженных частиц, достигали высоты в несколько десятков и сотен тысяч километров. Они распылялись в необъятных просторах околозвёздного пространства, неся гибель всему живому, если бы жизнь оказалась вблизи светила. Солнечные выбросы – протуберанцы, простирались на расстояния в несколько миллионов километров.

И сейчас, случайно попавший в этот район межгалактический корабль испытывал на себе мощь воздействия колоссального космического реактора. Защищая машину от нестерпимого жара и радиации, автоматика подняла все защитные экраны, предохраняя тем самым от губительного воздействия ничего не подозревающих, находящихся в состоянии анабиоза, членов экипажа. Одновременно, после выхода из субсветового перехода и завершающей фазы торможения, шла проверка на работоспособность систем и механизмов.

Оценив создавшуюся опасность, искусственный интеллект пытался исправить положение: выключил тормозные установки на носу судна и дал команду на разгон, для того чтобы на максимальной скорости преодолеть гравитацию звезды и вырваться из её цепких объятий. Но случилось неожиданное: включился лишь один двигатель из трёх и невероятно сильное притяжение клокочущего гиганта, при уже низкой к тому времени скорости, не давало огромному грузовику совершить разгон. Скорость, даже при работающем на всю мощность движителе, всё равно продолжала, хотя и медленно, но снижаться. Слишком велика была для него масса звездолёта.

Изрыгая гигантскую струю ядерного огня, тянувшуюся за ним на сотни километров, космический аппарат вибрировал и как живое существо, изо всех сил старался вырваться из западни, в которую он попал по случайной ошибке навигатора, вводившего в бортовую ЭВМ расчёты о полёте. Но сил, в данный момент, у попавшего в капкан астролёта не хватало и тяготение светила не только сдерживало разбег, но и меняло траекторию полёта машины. Она выходила на орбитальный курс вокруг раскалённого гиганта, хотя он сейчас остался позади.

Электронные устройства слежения за состоянием и поведением корабля, обнаружили механическую неисправность двух силовых установок. Это были последствия взрыва боевого снаряда, посланного с преследующего их крейсера тёмных сил космоса – гаров, который настиг их в момент входа в субсветовой переход. Судном в то время управляла автоматика. Команда астролёта уже находилась в состоянии анабиоза и конечно, не знала о трагедии. Надо сказать, что экипажу повезло дважды: торпеда оказалась конструкцией старого типа, без антивещества. И то, что она вскользь ударила по корпусу. В результате этого воздействие ядерного взрыва было ослабленным и повреждения не стали фатальными для звездолёта.

И сейчас, даже при работающем двигателе, тяготение светила и, как следствие этого – торможение, привели к тому, что скорость снизилась до пятидесяти тысяч километров в секунду, а космолёт подходил к апогею своей солнечной орбиты. По всем отсекам зазвучали сигналы тревоги.

До сих пор на огромном межгалактическом транспорте ничто не говорило о присутствии какой-либо жизни. Лишь изредка сухо щёлкали некие приборы, повинуясь командам автоматики, да меняли своё положение немногочисленные рычажки. За всё время полёта, во множественных помещениях не открылась ни одна дверь. Создавалось впечатление полной автономности механического полёта без участия биологических существ. И… так оно и было.

Но вот включилась система создания искусственной гравитации. Внезапно, стена одного из отсеков сдвинулась в сторону. Из него вышли десять андроидов. Выглядели они, как молодые существа человекообразного типа, но были намного выше, чем мы сейчас. По облику, их невозможно было отнести только к мужскому роду. Они одновременно походили и на женщин. Сейчас роботы деловито засновали по отделениям, в которых находились герметичные капсулы с лежащими в них членами экипажа, находившимися в состоянии анабиоза. Гуманоиды были заключены в подобие лёгких скафандров и плавали в некой зеленоватой жидкости, заполнявшей объём сосуда. Она брала на себя перегрузки, возникавшие при разгонах и торможениях, и исполняла другие функции.

Механические помощники включили вентиляторы в помещениях, запустили насосы для откачивания жидкости. Затем открыли шкафы, напоминающие наши современные сейфы. Достали контейнеры со снаряженными шприцами для инъекций. С ними, они двинулись по рядам капсул. Подойдя, андроид поднимал крышку и внимательно осматривал лежащего в ванне астролётчика. Затем отстёгивал от скафандра и снимал с гуманоида большой шлем, с присоединёнными к нему шлангами и кабелями. Расстёгивал герметичный замок скафандра и делал укол в плечо. Так роботы обслужили всех, и когда дошла очередь последнего члена экипажа, первый из инъецируемых уже пришёл в себя. И это был капитан корабля.

Он приподнялся и сел в капсуле, смотря невидящими глазами. Его бессмысленный взор говорил о том, что он ещё не пришёл в себя. Рядом с ним тут же оказался андроид: он влил ему в рот некую жидкость и поднёс к носу маленький флакон. Гуманоид глубоко вдохнул. Взгляд начал становиться осмысленным и он сразу же услышал тревожные сигналы. На его лице отразилось выражение беспокойства. Командир попытался встать, но не смог: был ещё слаб от анабиоза. Вой сирен не прекращался. Тем временем, рядом с ним приходили в себя другие члены экипажа, среди которых были и женщины.

Глава 2

Как описать человеческим языком существ из другого мира? Конечно, только применительно к себе. Экипаж гибнущего астролёта представлял собой гуманоидов человеческого типа, но очень высоких: их рост доходил до двухсот семидесяти сантиметров. У мужчин, всех без исключения, красивые мужественные лица, с синими глазами, квадратными подбородками, выполненными, как будто по шаблону. Объёмные, короткие шеи. Жёлтые, соломенного цвета волосы острижены под "ёжик". Широкие плечи с длинными руками, на которых по четыре пальца. Все одеты в зелёную искрящуюся униформу, переходящую в короткие оранжевые сапожки.

О слабом поле надо сказать особо. Это были феноменально прекрасные создания. Черты их лиц дивили совершенством и изяществом линий. Русые волосы достигали плеч. Причёски были одинаковые у всех. Каждая имела густую, подстриженную выше бровей чёлку. Голубые глаза были слегка растянуты, словно после пластической операции и обрамлялись длинными ресницами. Изящные носики дополняли идиллию безупречности. А вот губы выступали, как бы наперекор всему: они были синеватого цвета и резко выделялись на белых лицах. Шеи длинные, но совершенно не просматривалась грудь, что, конечно, ничуть не умаляло их красоты и женственной обаятельности.

Капитан, слабой рукой, потянулся к находившемуся у его места небольшому пульту. Сделал несколько переключений, и на маленьком мониторе вспыхнуло изображение кипящего шара. Следом появились ряды непонятных значков. Сидящий в соседней капсуле старший навигатор, делал отчаянные попытки взглянуть из-за него на экран, но из-за слабости не мог даже сдвинуться с места.

– Что случилось, командир? Почему сигналы тревоги? – спросил он.

– Корабль получил значительные повреждения и попал в поле тяготения звезды, в систему которой летели. Но как мы оказались рядом с ней? Нам нужна четвёртая планета. Не ошибка ли в навигации, штурман?

– Этого не может быть, – заволновался специалист по вождению, – я сам рассчитывал параметры субсветового перехода. Мы должны были выйти из него ещё при подлёте к звёздной системе, произвести торможение и выполнить манёвр для дальнейшего движения по нужному нам курсу.

Видимо, опасность подстегнула силы руководителя. Он уже более уверенно манипулировал кнопками и переключателями пульта. После включения очередной информации, он вскрикнул, схватился за голову и замычал, что, видимо, означало крайнюю степень отчаяния. Видя его состояние, заволновались и другие, пришедшие в себя члены экипажа.

– Что случилось, командир? Почему вы молчите? – сыпались тревожные вопросы.

Капитан, видя беспокойство астронавтов и не желая вызывать, прежде времени, панику, совладал со своим волнением, взял себя в руки. Со спокойным лицом повернулся в сторону вопрошающих и сказал: – Произошла внештатная ситуация, но наша главная задача сейчас состоит в том, чтобы как можно быстрей набраться сил после выхода из состояния анабиоза. Затем мы соберёмся и сообща обсудим сложившееся положение. А сейчас – всем отдыхать! Это приказ!

Бор знал, что говорил. После выхода из состояния резкого замедления жизненных процессов, все должны были хорошо выспаться, а после сна утолить зверский голод. И только потом члены экипажа могли приступать к своим обязанностям. Пришедшие в себя астролётчики начали вылезать из капсул и при помощи андроидов добираться до своих кают. Там они падали на кровати и тут же засыпали. Сейчас они были не в состоянии что-либо делать.

В двух соседних "ваннах" сидели молодые парень с девушкой. Они даже не пытались выбраться из них и не сводили друг с друга восхищённых глаз. Молодые излучали инвольтации сердечной привязанности. Наглядевшись на обожаемую, парень, с трудом, начал выбираться и едва не упал, но устоял, схватившись за крышку находившейся рядом капсулы.