Инга совершает подвиг

Предисловие

Данная повесть является заключительной частью трилогии о приключениях девушки, а затем женщины по имени Инга в разных мирах и в разных цивилизациях. Автор попытался построить своё произведение таким образом, что читателю было совершенно не обязательно читать предыдущие произведения об Инге, хотя иногда, для этого, он вынужден повторять некоторые важные вещи несколько раз.

Это повесть отличается от предыдущих большим психологизмом, то есть в ней огромное внимание уделено, в отличие от предыдущих книг автора, скорее не физической, а именно нравственной психологической борьбе между силами добра и зла. Автор хочет предупредить читателя, что силы зла часто обладают довольно значительным интеллектом, который всегда используют в своих корыстных интересах и целях. В книге автор попытался показать, что Дьявол далеко не глуп и победить его очень даже не просто. Он олицетворяет силы зла, которые максимально использует, чтобы беспощадно расправиться с могуществом добра и не позволить положительным силам оказывать существенное влияние на нравственный мир человечества, не допустить превратить значительную часть народонаселения Земли в высоконравственные создания.

В книге на конкретных примерах показано, что Дьявольским силам очень легко поддаются не только слабые натуры, здесь вопрос гораздо сложнее и запутаннее. Дьявольские силы могут привлечь самых разных людей, в том числе далеко не глупых. Оправдать ужасные поступки для подавляющего большинства разумных существ абсолютно несложно. Человек почти всегда в состоянии найти себе убедительные оправдания в совершённом им зле и уверить себя в том, что у него просто не было иного выхода из создавшейся критической ситуации. А вот исправить совершённое злодеяние, фактически, невозможно.

Иногда, в общем-то хороший человек не в состоянии выдержать внутреннюю борьбу доброты и коварства, которая постоянно происходит в его душе. Победить в самом себе Дьявола – это уже означает совершить великий духовный подвиг.

В конце книги Инга – главная героиня совершает великий поступок, но внимательный читатель должен понять, что без светлых сил, которые составляют противоположную сторону зла, и которые всегда должны присутствовать в душе человека, она никогда бы не смогла этого сделать.

Глава 1. Инга

Если вы, дорогие читатели, уделили время знакомству с книгами «Безжалостная сделка» и «Инга возвращает любимого», то вы знаете, кто я такая. Если нет, то это ничего, я или другие действующие лица, будут вам делать необходимые пояснения. Пока же только скажу, что когда-то я, девушка по имени Инга, была порочной девушкой и, для того чтобы целиком и полностью завладеть своим любимым, решила бросить вызов самому Дьяволу, предложив ему своеобразное соревнование по порочности. Но затем я быстро поняла, что затеяла совершенно глупое и коварное дело. Много всего мне пришлось испытать, но я не собираюсь всё это пересказывать. Остановлюсь лишь на главных моментах.

Когда судьба забросила меня в древний Китай, то коварная женщина-куколка или куртизанка, соблазнила моего любимого человека (тогда, он не оправдал моих надежд и бросил меня, очарованный этой обольстительницей). Он остался в древности, а я вынуждена была вернуться, с помощью Дьявола, в своё время не солоно хлебавши. Но затем каким-то невероятным образом ко мне попало написанное моим бывшим возлюбленным письмо из древнего Китая. В письме он очень сожалел о том, что не послушался меня и остался в этой стране. Он уверял меня, что порочная китаянка коварно обманула его, что она ненавидит его и желает погубить. И я отправилась снова спасать его. В этот раз Дьявол решил погубить нас с моим бывшим возлюбленным наверняка и подстраивал мне столько испытаний, о которых мне теперь даже вспоминать жутко. Но, в конце концов, всё обошлось и мы вместе с моим любимым, которого зовут Марк, вернулись в наше время.

Мы поженились, и у нас родилась красавица-дочка. Мы были вполне счастливы, прожив вместе два года. Но неожиданно в нашу судьбу снова вмешался Дьявол. У меня нет никаких сомнений в том, что именно этот злодей с какой-то недоброй целью подбросил нам бывшую жену моего Марка, женщину-соблазнительницу из древнего Китая, которая обвинила меня во всех грехах, прежде всего в том, что я якобы подговорила коварного Дьявола перебросить её в наш мир и стала требовать, чтобы мы с Марком немедленно вернули её в древний Китай. У меня возникло подозрение, что с помощью этой злостной женщины, Дьявол решил заманить нашу семью к себе в Зазеркалье, (то есть в потусторонний мир).

Что мне делать, как поступить я не знаю и не представляю, тем более что моей (вернее, нашей с Марком) дочери не исполнилось ещё и трёх месяцев, оставить нам её некому. Но я же не могу допустить, чтобы бывшая моя соперница осталась с нами навсегда. Да, она мне много зла причинила, но я считаю, что виновата не она, а её порочное воспитание, которое сформировало её злобный характер. Она с детства привыкла повелевать всеми, и прежде всего мужчинами, прекрасно освоив искусство обольщения. Она привыкла повелевать даже своим отцом – богатым китайским вельможей.

В тот злополучный день, когда к нам явилась эта злодейка-интриганка, я решила дождаться Марка с работы и посоветоваться с ним, как всё-таки поступить с этой куртизанкой? Когда пришёл с работы Марк, он не поверил своим глазам и долго тёр их, надеясь, что появление здесь его бывшей соблазнительницы и мучительницы является только его болезненной фантазией. Но, тем не менее, факт оставался фактом. Когда дочка и наша гостья крепко уснули, мы с мужем закрылись на кухне и стали обсуждать создавшееся довольно странное положение. Сначала Марк предложил только ему одному отправиться к Дьяволу и постараться как-то решить вопрос о возвращении китаянки в древний мир, но я моментально возразила своему благоверному:

«Такими вещами не шутят. Дьявол, как он это делает всегда, подвергнет тебя смертельным испытаниям, из которых ты будешь не в состоянии выпутаться, поэтому неизбежно погибнешь. А мне твоя героическая смерть абсолютно не нужна, не для того я тебя с таким трудом вытащила из коварных лап как развратницы, так и самого Дьявола».

И тогда я решила пойти на очередной смертельный риск. Да, дорогие друзья, вы можете мне не верить, но я приняла твёрдое решение отправиться к Дьяволу вместе со своим младенцем, ну и, конечно, с Марком. Вполне вероятно, что я поступала глупо, подвергая смертельной опасности своё дитя, но именно поэтому, я и брала с собой любимую Марусеньку, потому что никому её не доверяла, потому что ни дня не могла прожить без неё. Таким образом, я приняла окончательное решение – отправиться к Дьяволу всей семьёй. Марк был сначала поражён моему решению, но постепенно я убедила его, что только так, и никак иначе, я должна поступить.

Затем мы долго решали, что нам делать с китаянкой и пришли к единственному выводу – взять её с собой, но только чтобы она всё время находилась под бдительным наблюдением Марка. Я прямо ему сказала:

«Ты, сам прекрасно понимаешь, от этой женщины можно ждать каких угодно пакостей, она в состоянии выкинуть любые сюрпризы, поэтому ты не должен спускать с неё глаз. Возможно, что, выбрав благоприятный момент, она постарается погубить нас».

Марк обещал мне внимательно следить за своей бывшей супругой, которую, я напоминаю читателям, звали Анхэ. Мы строго предупредили Анхэ, чтобы она не вздумала убегать от нас, прятаться и пытаться выкинуть какие-нибудь каверзы. В противном случае, уверили мы её, она навсегда останется в нашем времени, или, что ещё хуже, Дьявол погубит всех нас вместе с ней. Анхэ поклялась нам, что во всём будет следовать только нашим указаниям, хотя я прекрасно понимала, что доверять коварной китаянке ни в коем случае нельзя. Но всё же я надеялась на Марка, который уже испытал на своей шкуре, на что способна эта женщина.

И вот мы идём по лесу к старухе-ворожее, к той самой, которая когда-то отправила меня в Зазеркалье к самому Дьяволу. За плечами Марка висит довольно увесистый мешок с провизией. Он идёт впереди. За ним плетётся коварная обольстительница – китаянка с недовольным, даже презрительным выражением лица. Замыкаю шествие я, бережно неся в руках своё сокровище, своего милого ребёнка.

Старуха нас встретила не просто неприветливо, она нас встретила враждебно, именно так, как встречают своих кровных врагов. Она, шамкая своим беззубым ртом, сразу объявила мне:

«Ты забыла, бессовестная деваха, что ты моя должница? Я с огромным трудом в прошлый раз, когда ты отправилась за своим ненаглядным, притащила тебя к Дьяволу, хоть мне стоило это невероятных усилий. Я тебе тогда сразу сказала, что всё должно быть по-честному, как говорится твоя услуга за мою услугу, или, как у вас там ещё говорят: «баш на баш». Так что никакого Дьявола я вам не предоставлю, а то хитрые какие, повадились на дармовщину, Сатану без конца беспокоить. А у Сатаны и без вас дел по горло».

Я сразу возразила старухе:

«Ты не права, старая ведьма. Прежде чем ты меня очередной раз свела с Дьяволом, мне столько ужасов пришлось пережить. Сам коварный Бес не сомневался, что я неизбежно погибну. Да, собственно, он и поставил перед тобой задачу расправиться со мной. Меня чуть не сожрали злобные чёрные пантеры, не растерзали коронованные орлы, мной только чудом не полакомились нильские крокодилы и, наконец, благодаря только змеиному благоразумию и осторожности, меня не ужалила болотная или цепочная гадюка. А ты ещё смеешь наглым образом утверждать, что я повадилась на дармовщину. Ничего себе дармовщина, а если уж дармовщинка, то смертельная».

Обо всех этих испытаниях, которым подвергла меня ведьма, чтобы устроить мне встречу с Дьяволом, когда я решила, во что бы то ни стало вытащить Марка из лап коварной обольстительницы, читатель может узнать в книге «Инга возвращает любимого».

А теперь эта самая ужасная колдунья снова захотела для меня каких-то испытаний. Но я твёрдо решила, что ни на какие её уловки я не поддамся. Это моё решение было непоколебимым и бесповоротным.

Марк поставил мешок с продуктами на землю, а я очень осторожно передала ему на руки свою Марусеньку, которая сладко спала, чмокая во сне нежными губками. Если бы я могла только представить, что произойдёт в ближайшие мгновения, я бы ни за что так не поступила.

Но я опять не учла, что коварные колдуны обладают абсолютной силой и невероятной хитростью. Поэтому, я не успела ничего толком сообразить, как в очередной раз оказалась в непроходимой лесной чащобе в гордом одиночестве.

Но в этот раз меня испугало вовсе не то, что я оказалась неизвестно где, меня испугало до мурашек во всём моём хрупком теле то обстоятельство, что со мной не оказалось моей любимой Марусеньки. Правда, Марка тоже со мной не оказалось. Поэтому я была полностью уверена, что Марусенька находится с отцом. Но всё равно грусть-печаль окутало моё девичье (извините, теперь уже женское) сердце и женскую грудь, наполненную материнским молоком, которое теперь не будет получать моя крошка (ведь у Марка нет материнского молока).

Теперь я уже пожалела, что во имя спасения злобной китаянки, которая ненавидит как меня, так и моего любимого мужа, я вынуждена рисковать жизнью и здоровьем самого прекрасного и самого беззащитного существа на свете, моей ненаглядной доченьки. Я вспомнила голубые глазки Марусеньки и в моих глазах появились слёзы.

«Если зловещая старуха снова взялась за меня, то теперь мне угрожает реальная гибель, но я не хочу, я не желаю чтобы мой ребёнок рос без материнской ласки и внимания. Что же я такое натворила, зачем я в очередной раз сунулась в ненужную мне авантюру, которая неизвестно когда закончится и закончится ли вообще?»

Но мне ничего не оставалось делать, как начинать бороться, понимая, что я теперь оказалась в ответе не только за себя, но и за свою семью, которую я создала ценой неимоверных усилий и рисков. Я стала пробираться сквозь бурелом, пытаясь найти хоть какое-то более менее просторное местечко в этой непролазной лесной глуши. Но я не могла выбраться, со всех сторон меня окружали сплошные дебри.

Конечно, я предусмотрительно надела на себя плотное платье из крепа и шерстяные брюки, но всё равно колючки проникали сквозь одежду и больно обжигали моё нежное тело. Казалось, этому бурелому не видно ни конца, ни края. Но мне нельзя было отчаиваться, потому что любое отчаяние для меня означало полнейшую безысходность, а там где безысходность там неизбежная гибель. А погибать я не имела никакого права.

Неожиданно впереди себя я услышала некий дребезжащий звук, напоминающий работающую бензопилу, но самое главное я почувствовала всей своей сущностью, что на меня КТО-ТО ПРИСТАЛЬНО СМОТРИТ. Откуда на меня могли смотреть, я совершенно не представляла. Если на меня смотрели сверху, с высоты какого-нибудь дерева, или, что ещё более странно, с высоты облаков, то зачем они ЭТО ДЕЛАЛИ? Неужели, чтобы запугать меня, психологически подавить, растоптать, сделать так, чтобы я покорилась им? Покорилась, но кому? Это оставалось для меня тайной, загадкой. Но разве сама наша жизнь не загадка, разве её, эту самую жизнь, не любопытно постоянно разгадывать?

Здесь я быстро поняла, что очень скоро наступит развязка и приготовилась ко всему. Хотя, разве вообще можно так говорить? – «Приготовиться ко всему», это же просто невозможно, нереально. Так случилось и в этот раз. Внезапно подул сильный ветер, перешедший в настоящий ураган. Стволы окружавших меня громадных скрюченных деревьев не просто зашевелились, они затрещали, словно забормотали что-то ужасающее, стали гнуться в разные стороны, упорно стремясь сбить меня, навалиться и…уничтожить.

Я не понимала, но мне мерещилось, будто мне кто-то шепчет в самые уши что-то страшное, необъяснимое. «Это, видимо, сама ужасная смерть тихонько подкрадывается ко мне, – подумала я, – но она не на ту напала. Она ещё не знает меня. Она не знает, она не в состоянии понять на что способна решительная женщина, а кроме того любящая мать и жена». И тогда я крикнула во весь свой «громадный» голос именно то, что считала нужным крикнуть. Кому я кричала и что именно кричала, я сама не знала, только смутно понимала, что это что-то необычное. Кричала ли я на самом деле или мысленно, это тоже для меня не имело ни малейшего значения. А что же всё-таки я кричала? Это была не угроза, это была не мольба, это были не слова какого-то там раскаяния и не просьба о помощи, это было что-то сокровенное и в то же время мистическое, что-то задушевное и прекрасное. Это было что-то таинственное даже для меня самой.

И вот здесь ветки ближайшего ко мне дерева резко раздвинулись, и я увидела седого, почти дряхлого старца с огромной белой бородой. Он был небольшого роста, одет в довольно роскошный шёлковый халат, который как я заметила, имел стёганую подкладку для дополнительного тепла. На голове его была внушительных размеров шляпа из войлока с широкими полями, а на ногах лапти. Опирался он на толстую прочную палку.

Старик совершенно спокойно пробирался сквозь бурелом, абсолютно не беспокоясь о том, что может просто не протиснуться через него. Ветки и громадные стволы деревьев словно сами раздвигались перед ним. Создавалось впечатление, что он так свободно идёт не сквозь почти непролазную чащу, а шагает где-нибудь по широкой дороге, настолько уверенной была его походка. Здесь я увидела, что направляется этот интересный старичок именно ко мне.

«Хлеб, соль, сударыня, – таковы были первые слова приветствия, обращённые ко мне, – далеко ли путь держишь? Не могу ли я чем-нибудь подсобить тебе?»

«Какой странный вопрос задал мне этот человек, – эта мысль быстро влетела в мою голову, – он задаёт его таким образом, словно мы действительно столкнулись с ним на большой дороге, а не в лесном буреломе. Да и откуда, собственно, взялся этот нелепый старик? Что он здесь делает в одиночку? Нормальные люди здесь просто оказаться не могут. Да и какую такую помощь он мне в состоянии оказать? Ведь если он искренне предлагает мне помощь, то ведь совершенно ясно, что помощь его должна состоять только в одном – как можно скорее вывести меня из этой непроходимой чащобы».

«Дедуля, – как можно ласковее и в то же время, соблюдая определённую осторожность, ответила я, – выведи, прошу тебя, меня глупенькую из этой непролазной чащобы. Направь меня бестолковую по ровной дороге, да растолкуй, если можешь, куда мне путь свой дальше держать, потому что нет у меня никаких сомнений в том, что ты старик-ведун или знахарь, а, возможно, самый настоящий кудесник или колдун».

Старик попытался улыбнуться когда услышал такие заумные определения его профессии. Но я сразу заметила, что улыбка у него вышла какая-то скверная, неестественная, вымученная. И в тот момент закралось в душу мою сильное подозрение в том, что передо мной действительно старичок-ведун. Почудилось мне почему-то в его взгляде нечто другое, и сразу ужасная мысль вселилась в мою измученную душу:

«А ведь не старик это вовсе, а, возможно, и НЕ ЧЕЛОВЕК. Но тогда кто он может быть? Неужели в очередной раз проклятый Дьявол подставил мне его на моём пути, чтобы сбить меня, чтобы душу мою опутать крепкими верёвками, хоть и нет сейчас на мне никаких верёвок, но кто его знает, что может произойти со мной в самое ближайшее время?»

Я поняла, что мне необходимо держаться от подозрительного старца как можно дальше, вплотную к нему ни в коем случае не приближаться, но в то же время не подавать виду, что я его подозреваю в связи с самим Дьяволом. Мне нужно сделать всё возможное, чтобы старик не догадался, что я его остерегаюсь. Поэтому я, как можно увереннее проговорила:

«Дедушка, вы ведь добрый, вы ведь поможете мне, правда?»

«Конечно, помогу, доченька», – притворно-ласковым голосом промямлил старикашка. Здесь уж явная фальшь послышалась в его голосе. Теперь у меня исчезли последние сомнения в том, что старик – это явная подстава, но вот в чём конкретно она заключается, это мне пока было абсолютно непонятно.

Итак, старик уверенно стал идти сквозь чащобу, поманив жестом своей старческой руки меня за собой. Он именно поманил, не сказав при этом ни слова. Я двинулась по его следам на расстоянии примерно десяти шагов. Вскоре он неожиданно заговорил:

«Доченька, почему ты держишься от меня на довольно значительном расстоянии? Подойди ко мне поближе, или ты боишься меня? Но почему? Я ведь хочу указать тебе истинный путь к свету и солнцу».

Что я могла ответить старику? То, что я не доверяю ему, считаю его пособником Дьявола. И я решила рискнуть, чтобы не вызывать явных подозрений. Я приблизилась к своему проводнику сначала на семь метров, затем на пять, и, наконец, пошла по его следам на расстоянии не более трёх метров. Затем решила затеять с ним непринуждённый разговор, стараясь внимательно анализировать его ответы:

«Дедушка, а вы давно в лесу живёте?»

«С самого своего рождения, дочка, – последовал ответ, – как себя помню, всё меня деревья да кустарники окружали со всех сторон. Звери лесные повсюду бегали, птички песни свои нежные распевали. Любо, дорого!»

«А ваши родители, они что, тоже лесниками были?» – Спросила я наобум, но после моего вопроса по лицу старика пробежала нервная судорога, затем он сразу упал на траву, изо рта у него показалась пена, и он засучил ногами, выкрикивая какие-то совершенно непонятные мне воющие звуки.

Я стояла в шоке, ничего не понимая. В этот момент я чётко услышала, что со стороны старика доносится какой-то непонятный треск и скрежет. Я не сразу поняла, что это трещат ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ КОСТИ, СУСТАВЫ И СУХОЖИЛИЯ. И здесь ужас охватил меня, потому что я увидела, как из-под кожи этого так называемого старичка стала вылезать настоящая звериная шерсть.

Таким непостижимым образом, старик на моих глазах превращался в страшное, злобное животное, очень напоминающее собой хищного волка. Но это был не совсем волк, этот зверь был гораздо ужаснее. Вот у него изо рта вылезли острые клыки, затем и само лицо (хотя, это было уже не лицо) очень быстро начало покрываться довольно густой шерстью, с ног слетели лапти, и я сразу увидела появившиеся на них копыта. Шляпа также слетела с его головы, и я заметила вместо человеческих ушей самые настоящие довольно объёмные рога. Меня теперь охватил уже не просто страх, а дикий ужас. Я поняла, что передо мной находится самый настоящий злобный ОБОРОТЕНЬ.

Необходимо отметить, что меня с раннего детства привлекало всё мистическое, загадочное, необычное. Именно поэтому оборотень являлся одним из существ, которыми я очень сильно интересовалась. Изучая вопрос об оборотнях, я с немалым удивлением убедилась, что оборотни присутствуют во всех, без исключения, мифах всех народов нашего многообразного мира.

Под термином «оборотень» всегда понималась возможность человека принимать иное обличье, то есть превращаться в какое-то другое существо. Кстати, человек-оборотень мог превращаться не обязательно в какого-то зверя. Он вполне мог превращаться в любое растение, в некий предмет, а иногда, что, конечно, случалось крайне редко, человек мог принимать образ природного явления, например, дождя или ветра.

А вот если человек превращался именно в свирепого волка, что случалось наиболее часто, то его именовали разные народы либо вервольф, либо ликантроп, либо волколак.

Я навсегда запомнила множество интереснейших легенд об этих зловещих существах. Особенно меня поразила легенда, которая пришла к нам из древней Месопотамии, когда Великая любвеобильная богиня Иштар (заметьте, женщина), чтобы избавиться от своего слишком назойливого ухажёра превратила его в волка (нечестно, конечно, он же не виноват, что полюбил её, а она его нет). Ещё я вспомнила, что древнегреческий       историк Геродот описывал целое племя, скорее всего славянское, все представители которого поголовно умели превращаться в свирепых волков. Меня сразу заинтересовал вопрос, каким это образом они этому научились?

Итак, передо мной во всей своей ужасной «красе» стоял подлинный зловещий оборотень, в которого так быстро превратился на вид вполне добродушный старикашка. В первый момент я подумала, что это простая галлюцинация, но затем, осознав реальность происходящего, вскрикнула и бросилась бежать во весь дух в обратную сторону. Я неслась через дебри, царапая себе лицо, не обращая уже теперь никакого внимания на все препятствия на своём пути. У меня была одна единственная цель – исчезнуть, скрыться как можно скорее от этого страшного и коварного существа, которого, я теперь в этом не сомневалась, подставил на моём пути зловещий Дьявол. Но лесные дебри никак не кончались, более того, ноги мои стали мокрыми оттого, что под ними захлюпала вода, которой становилось всё больше и больше.

Неожиданно я споткнулась о торчащую корягу и со всего размаха свалилась прямо в болотную грязь. Я хотела быстро вскочить и продолжать свой бег по чащобе, но вдруг поняла, что сделать этого не в состоянии. Какая-то необъяснимая сила удерживала меня. Я не могла сдвинуться с места и лежала на мокрой земле, словно примагниченная к ней. Я машинально взглянула вверх, надеясь увидеть там небо, солнце, облака или тучи, но вместо этого увидела смотревший на меня с ехидной улыбкой взгляд обросшего шерстью старика-оборотня, который лукаво подмигивал мне, разевая свой беззубый рот с торчащим из него острым клыком. Здесь я увидела, как ко мне быстро приближаются его лапы (именно лапы, а не руки), также покрытые сплошной густой шерстью, с острыми когтями вместо пальцев. Эти когти, теперь в этом не было никакого сомнения, медленно тянулись к моему слабенькому горлу, и ошибки здесь никакой не было, потому что это было именно так.

Я содрогнулась от дикого ужаса. Но я только содрогнулась и сразу застыла, потому что была полностью парализована. Именно глаза оборотня смотрели на меня пристально и зловеще, так что никакой пощады от этого изверга я не могла ждать. Как раз, наоборот, он хотел как можно медленнее придушить меня, испытывая, скорее всего при этом злодеянии, великое наслаждение. Его когти приближались ко мне постепенно. Его красноватые зрачки уставились на меня в упор. Они, эти ужасные зрачки не отпускали меня, именно они ввели меня в это ужасное состояние полнейшего бессилия и, фактически, полной неподвижности.

«Что же мне делать?» – Упорно рассуждала я, стараясь не поддаваться панике. Я по своему опыту прекрасно знала, что против любой силы, против любого злодейства должно обязательно существовать противоядие, которое обязательно поможет мне избежать, казалось, неминуемой смерти.

«Читать молитву бесполезно, она не одолеет происки Дьявола, который поставил целью уничтожить меня. Значит, я должна поступить как-то по-другому, но как?» – Никаких реальных вариантов спасения мне в голову не приходило, но так нелепо и глупо погибать я не собиралась.