- -
- 100%
- +
Остановившись возле реки и наблюдая за проплывающими по ней камнями, Захаров удивлённо почесал подбородок. Видеть плывущие камни ему раньше не приходилось, но мозг отказывался признавать происходящее чем-то невероятным. Именно кажущаяся банальность происходящего бреда заставляла человека удивлённо смотреть на воду. Ладно, пусть плывут, раз уж это не кажется странным.
Поистине, интересным казалось то, что он не знал, где именно находится. Хорошо, хоть помнил, как его зовут… Кстати, а как? Вася. Да. Наверное, нет. Ну, тогда Саша. Точно, Саша! Или Петя. Да какая разница, как зовут Петю? Может, Саша, а может, и Вася, главное, что имя не женское. Хотя… Да, Саша может быть и женщиной, так что, не исключено, что он Александра. Твою мать! Александра Захарова! Одной рукой человек оттянул пояс штанов и резко бросил взгляд вниз. Решение вопроса пришло само собой. Всё-таки, мальчик. Тогда буду Петей. Вроде, имя чисто мужское, поэтому вопросов у встречных возникать не должно. Петя Захаров. Звучит? Кажется, отрицательных эмоций сочетание имени и фамилии не вызывает. Значит, на первое время сгодится.
Кстати, о встречных: за всё время нахождения здесь он ещё не видел ни одного человека. А это целых пять минут! Так, секундочку! Он здесь только пять минут? Резко вздёрнув вверх левую руку, Петя уставился на запястье. Так, и что он здесь хотел увидеть? Ну, похоже, чисто рефлекторно он надеялся увидеть стрелки, несущиеся по кругу, или цифры, сменяющие друг друга на маленьком дисплее. Но здесь нет ничего. Запястье пустое, и даже намёка на жившие там когда-то часы не было – ремешок нигде не оставил выдавленного следа. Это было странным, ведь Петя был уверен, что именно здесь ещё недавно красовались смешные синие часы с пятнистой собачкой под стрелками. Он шёл в школу, размахивая пакетом со сменной обувью, а рядом по луже проехал автомобиль, окативший пешеходов грязной водой…
«Стоп, какая школа?»
Ну, ясно какая, сто восемнадцатая, его родная.
«А когда это было?»
Мозг, ты что, издеваешься? Вчера. Это было вчера! Максимум, позавчера… Ну, хорошо, он согласен на неделю. А где тогда часы? Вспомнив об увиденном в своих штанах, Петя решил, что он давно уже не мальчик и, не исключено, что сам наделал несколько детей, спешащих в школу со своими смешными часами.
По небу пролетела стая непонятных птиц. Захаров готов был поклясться, что они летят боком, а часть из них сильно походила на летающих динозавров из фильмов Голливуда. Так, кто такой «Голливуд»? Похоже, раньше Петя знал его, но сейчас помнил только имя. Этот человек был связан с производством фильмов… возможно, про динозавров, но эта информация не точная.
«Динозавры? Кажется, они вымерли…» – Захаров потёр подбородок и снова посмотрел в небо.
«Не подскажешь: давно?»
«Возможно, в то время, когда я ещё ходил в школу»
«А, ну тогда ладно. Проехали»
«Кто это говорит в моей голове?» – Петя схватился руками за виски.
«Не важно. Проехали»
«Да, забудь про нас. Нас тут нет»
Ну и ладно. Так, а что он вообще помнит? Ну, с именем худо-бедно определились. У него есть семья… Семья? Ну, это естественно и сомнению не поддаётся! Или поддаётся? Жена красавица, пара детей, свой дом на берегу моря… Просто супер! Только жаль, что он ничего этого не помнит и сейчас выдумал жену, детей, дом, да и море приплёл к своей истории. Память не поддалась, отказываясь подставить в придуманные образы реальные лица. Так что, получается, он вообще ничего не помнит? Ну, имя-то его?
«Кто знает, мой друг, кто знает…»
Захаров снова провёл рукой по голове и, наконец, обратил внимание на полное отсутствие волос. Впереди было огромное зеркало, постоянно текущее и уносившееся вместе с плывущими камнями за поворот в неизвестном направлении. Он стал возле реки и посмотрел на своё отражение. Да, волос действительно нет. Лицо красноватое, да и глаза не далеко ушли от него по цвету. Может, причина в цвете воды?
– Что за чертовщина? – задав риторический вопрос, Петя зачерпнул воду из реки и открыл от удивления рот. Она имела красноватый оттенок, что не влезало ни в какие рамки полученных в школе знаний. Опять про школу вспомнил? Эх, ещё немного – и откроются новые грани старой жизни, а пока… Кажется, находящиеся рядом рудники могут изменить цвет в сторону красного, а ещё морской планктон занимается подобным. Снова знания из школы? Скорее всего. Конечно, что ещё может изменить цвет в речной воде, если не морской планктон? И не беда, что он быстренько вымрет от пребывания в непривычной среде.
Тогда рудники!
«Как думаешь, они не радиоактивные?»
Ну, конечно, нет! Ведь Захаров даже не помнит, что значит это определение!
«Надейся… Всё равно ты лысый»
Подцепив рукой камень, Петя вытащил его из воды и стал внимательно рассматривать. Обычный кусок гранита. А может, мрамора. Но скорее всего, это обычный строительный пеноблок, ведь других известных водоплавающих камней он не знал.
«Ух ты! Пеноблок! Знаешь, что это? Ты даже имя себе придумал десять минут назад, в чём сам себе признался. Так что…»
Согласен, пеноблок – это что-то из прошлого, а может, и настоящего, постоянно ускользающее из головы. Он должен быть белым… Серым… Да, каким угодно, только не таким, и структура у него отличается. Он похож на камень, которым выкладывают стены в метро, но его лёгкость настораживала.
«Метро? Ладно, проехали…»
Выудив второй камень, окрашенный водой в красноватый цвет, Петя ударил им по первому. Ничего не произошло, даже следа не осталось. Он положил первый камень на землю и кинул в него второй, размахнувшись, по возможности, посильнее. Результат был прежним, и как он не присматривался к краям, даже маленького скола заметить не удалось.
– Я, что, попал в кино? – Петя снова задал вопрос в никуда. Странные камни, красная вода, птицы, летящие боком. Да, с окружающим миром что-то было не так, но причины этого были неизвестны. А может, это с ним что-то не так?
Подняв оба камня, мужчина по очереди запустил их в реку. Естественно, они остались на поверхности, немного затонув перед всплытием. Аккуратно, чтобы не свалиться в воду, Захаров поставил ногу на один из камней. Тот просел под весом и уже был готов полностью погрузиться в воду, но человек убрал с него давящий груз, позволив унестись дальше по течению. Всё-таки их можно потопить, а Петя надеялся перейти по ним на другой берег.
«Зачем тебе туда? Здесь тоже неплохо»
И то верно. Но там тоже что-то есть, а он так и не знает, что именно.
«Ты уже тут всё узнал? Со всем познакомился? Тогда посмотри на дерево, растущее у тебя за спиной».
Дерево? Почему бы и нет? Дух исследователя проснулся и вылез наружу, предлагая ознакомиться с окружающим миром.
В дереве не было ничего необычного.
– Эй, ты, говорящий в голове? Я посмотрел на дерево, и что?
«Посмотри внимательнее», – голос говорил с усмешкой, но почему бы его не послушать?
Ближайшее дерево находилось на расстоянии около двадцати метров. Петя пошёл к нему медленной походкой, постоянно всматриваясь в ветви. В пяти метрах от дерева он заметил на ветках яблоки и снующих по земле змей. Несколько десятков невиданных им ранее тварей земляного цвета извивались в тени дерева. Удачная маскировка делала их незаметными. Всё дерево оказалось в тех же змеях, перетекающих и переползающих друг через друга. Шипение было тихим, и на фоне шума реки терялось вовсе.
– Дерево познания добра и зла, – раздался сзади незнакомый голос.
Захаров подпрыгнул от неожиданности. Мало того, что по дороге сюда он не увидел рядом никого, умевшего говорить, так ещё и голос был пугающим, с шипящими нотками.
Одна из змей находилась за спиной человека. Память старалась подкинуть названия, которыми люди в течение долгих лет называли этих существ, но получалось нечто невнятное:
– У… ж, пи… он, ко… ра, – Захаров покачал головой и сплюнул на землю. Слюна моментально всосалась в грунт, не оставив и следа на его поверхности. – Да твою же мать! Что не так с этим миром?
– А вы знаете мир, где всё «так»? – змея смотрела в глаза человеку, вызывая дрожь в теле. Пете казалось, что она улыбается, но разве такое может быть? Хорошо, пусть улыбается, но как змея может говорить?
– Да, ну вас!.. – он снова выругался, задрав лицо к небу и взметнув к нему руки. – Что не так с этой змеёй?
Змея отползла ближе к дереву и снова повернулась.
– Ответ на свой вопрос я, похоже, не услышу. А жаль.
Она продолжила свой путь к дереву, но сзади раздался голос человека:
– А зачем он тебе?
– Ну, как же? – змея повернула голову к говорящему. – Вы считаете, что с нашим миром что-то не так. Неужели вы знаете другие миры? Я часто слышала подобное от людей, но никто так и не смог объяснить смысл этих слов. Быть может, вы сможете?
Захаров удивился. А как можно среагировать по-другому, если в глазах змеи читалось удивление. Змея… Удивление… С этим миром точно что-то не так! А самое главное заключается в том, что он не сможет объяснить собеседнице смысл своих слов. Жаль, но Пете придётся стать очередным пунктом в списке статистики этой змеи. Он пожал плечами и увидел очередную улыбку на лице удивительного собеседника. Змея высунула язык, прошипела и поползла к своим сородичам. Человек услышал слова, обращённые к нему и всем подобным одновременно:
– Вот так всегда с этими людьми – всё им не так, но не могут объяснить, что именно.
Змея почти слилась со своими сородичами, но голос человека снова её остановил:
– Подождите. Вы сказали о дереве познания. Что это значит? Что я смогу познать?
Змея снова вернулась к нему и положила голову на тёплый камень, прогреваемый невидимым солнцем.
– О, мой друг! Давай я расскажу тебе легенду! Много лет назад могущественное существо, не имеющее имени, создало мир. Оно хотело…
– Стоп, стоп, стоп… – человек перебил говорившую змею, и та с явным неудовольствием посмотрела снизу-вверх.
– Ну, что тебе?
– Как это «без имени»? Его никак не звали?
– Ну да. У тебя же нет имени от рождения, вот и у него не было. Так как появился он сам, в полной пустоте и одиночестве. Кто же ему имя даст?
– Ну, себя назвал я сам. Кстати, Пётр Захаров. Можно просто Петя. А вас как?
Змея смотрела удивлённо, покачивая головой из стороны в сторону.
– Да, ну… Вот же… Я змея! Всё! Больше никто, и давай на этом не будем останавливаться. Так вот, это существо создало мир, потом другой, третий… Оно создало десятки миров и никак не могло остановиться, так как каждый из них был лучше и красочнее предыдущего. В конце концов, существо начало создавать себе игрушки, названные впоследствии «человеком». Они были похожи на существо и стремились стать равными. Но существо скрывало от них тайну этого бесхитростного процесса. И вот, оно отвлеклось, создавая очередной мир, а мои предки, познавшие правду, открыли её людям. Съешь яблочко – и сразу всё вспомнишь! Ты же хочешь вспомнить своё прошлое и то, как здесь оказался? Всего одно действие – и всё решится!
– Странно, – проговорил Захаров, – но подобную историю мне рассказывала бабушка… Бабушка… Кто же это такая? Не важно… Там был Бог, говорящий змей и женщина… Надо было есть фрукт, но мужчина отказывался. Женщина его уговорила. Кажется, так… Что же было дальше?
– Вот видишь, ты просто стоишь здесь, а уже начинаешь вспоминать, – змея вильнула хвостом и улыбнулась. – Ешь, кому говорю! Сразу вспомнишь остальное!
Змея в ожидании стучала хвостом по земле, превратившись полностью во внимание. Она смотрела на человека, высовывая наружу язык и облизывая им трясущиеся губы. Собратья, свисая с дерева, делали похожее движение.
Захаров почти сорвал яблоко, но тут услышал сзади голос:
– Не смей! Ты впадёшь в забвение и будешь тупо пялиться в небо, а они полакомиться твоей плотью! Вон же, невдалеке скелеты лежат. Неужели не видишь?
Змея зашипела и издала громкий крик. Захаров, не видящий говорившего, начал осматривать пространство за деревом. Жаль, он не понимал, в каком направлении надо смотреть, так что приходилось напрягать глаза и всматриваться в сиреневую даль, порождённую кустами неизвестного растения. Каково же было его удивление, когда свою цель он обнаружил всего в десяти метрах от дерева – приблизительно десяток черепов лежали в песке, присыпанные пылью. Вокруг лежали кости и непонятные обрывки ткани, скорее всего, в прошлом являвшейся одеждой несчастных.
– Ешь! Не слушай его! Он глупец и никогда не пробовал таких плодов. Причём он хочет их съесть сам, чтобы стать равным Богу. С тобой он не поделится! Ешь, кому говорят! Ням-ням!
Захаров отступил на шаг, затем, всё ещё не глядя на говорившего с ним сзади человека. Отвести взгляд от змей было страшно, так как, если говоривший был прав, они могли и без яблока напасть на беззащитного человека. Лучше не выпускать их из виду… Теперь он увидел, что из яблок течёт синеватая жидкость, а сами они полностью изъедены червями. Несколько особо жирных всё ещё продолжали сидеть на плодах, вгрызаясь в их плоть. Из тех мест, в которые вгрызались их невидимые рты, начинал течь синий сок, падавший с шипением на землю.
Голос мужчины, остановившего Петю от необдуманного шага, ближе звучать не стал, а казалось, удалялся, так как начал походить на крик:
– Это змей-искуситель, не слушай его. Я знал человека, поверившего этому червю. Думаю, его кости до сих пор пылятся возле дерева. Медленно отходи назад, а затем беги со всех ног – они хоть и не быстрые, но догнать при неаккуратном шаге смогут. Главное – не упади и не останавливайся!
Змея яростно зашипела, издавая непонятный крик. Удивительным образом на её теле появились четыре лапы, и она стала похожа на огромную ящерицу, смотревшуюся весьма комично. Её сородичи тоже обрели лапы и начали слазить с дерева. Это уже нельзя было назвать смешным, так как несколько десятков змееящериц выстраивались треугольником, шипя и размахивая хвостами. В голове возникла только одна мысль, моментально озвученная вторым человеком:
– Бежим! Они готовятся атаковать!
– Спасибо, незнакомец! – прокричал Захаров, делая пять шагов назад и резко оборачиваясь на голос. Мужчина находился в нескольких десятках метров и катил впереди себя непонятный предмет. Он тоже удалялся от дерева, направляясь к огромному кубу, лежавшему посреди травы на небольшой поляне. Недолго думая, Захаров побежал к этому кубу, логично предполагая, что его спаситель должен знать места спасения. Сзади раздалось шипение, затем крик, и несколько десятков лап затопотали в его сторону.
Мужчина, спасший его от гибели, уже давно преодолел бы расстояние до куба, если бы не предмет, который он катил впереди себя. Когда до него осталось менее десяти метров, Петя чуть оступился, осознав, что именно катит этот человек: большая, полметра в диаметре, голова, выдолбленная из камня, с трудом перемещалась по траве, везде цепляясь крючковатым носом.
– Бросай её! – прокричал Петя, проносясь мимо человека.
– Не могу, – крикнул тот вслед. – Мне нельзя! Лучше помоги докатить её до куба.
Вспоминая слова этого же человека о недопустимости остановок, Захаров затормозил ногами по траве и упал, поскользнувшись на неизвестном ему растении. Он остановился, лишь упершись ногами в куб, таким образом пролетев по траве не менее трёх метров. Моментально, не давая сердцу и лёгким опомниться, Петя подскочил на ноги и бросился к незнакомцу.
Вдвоём голову катить было легче – и уже через пять секунд они остановили её у куба, забираясь по ней на это странное сооружение. Сзади раздавались шипение и ругательства, но беглецы были спасены – что ещё надо для счастья? Ну, для начала не мешало бы понять, где они находятся.
Петя встал на ноги и осмотрелся.
«Красиво, правда?» – снова оживился в голове знакомый голос.
«Да как сказать…», – подумал в ответ Петя, посматривая вниз. Куб был высотой не менее трёх метров, и как им удалось на него взобраться, мужчине оставалось только догадываться. Это сооружение походило на бетонный монолит (а это что ещё за словечки?), но его предназначение было неясным.
«Кто я?» – вопрошал неизвестный автор, выцарапавший этот вопрос на камне.
«А кто я?» – вторил ему другой несчастный человек. Похоже, в этом мире мало кто знал своё имя.
«Где мы?» – подводил итог третий вопрошающий, ставя точку под этой странной беседой «вопросов».
«Вот именно, где мы?» – подумал Петя, проведя ногой по последней надписи. Правда, с предыдущим вопрошающим он тоже был солидарен.
«А ты ещё не понял? – спросил прежний голос. – Ну, ничего странного. Скоро поймёшь».
Вокруг было сиреневое небо, светящееся не пойми каким образом, так как ни одного светила на нём Захаров не обнаружил. Спереди были деревья, усыпанные почти у самого корня черепами и костями. Вдоль всего этого протекала красная река, входить в которую совсем не хотелось. С левого и правого бока виднелся лес, а сзади холмы и невысокие, поросшие деревьями горы. В принципе, картина, свойственная его родной Украине, но река, змеи, камни, птицы – всё это было из снов, и по-другому сказать было просто нереально.
– Ты что, глухой? – послышался сзади голос. – Ты же меня раньше слышал.
– Извини, – Петя повернулся к своему спасителю, – что ты сказал? Я задумался над увиденным.
– Тогда можешь не отвечать – я и так всё теперь понял, – сказал незнакомец, похлопывая себя по карманам износившихся синих джинсов. Он был босым, и на ногах виднелись раны. Рубашка на незнакомце была простая, серого цвета, но уже довольно сильно порванная. Мускулистые руки удивили, и Петя посмотрел на свои, обычные и без следов выделяющейся мускулатуры. Незнакомец сидел на камне и ковырял найденной палочкой твёрдое основание у своих ног. Его рыжие волосы были грязными, и местами в них можно было заметить листья с мелкими веточками. Ни дать ни взять, домовой или леший!
«Кто?»
«Не знаю. Но вспомню. Как ты говоришь – проехали».
«Ну, и ладно. Проехали».
– И что ты понял? – Петя с интересом смотрел на человека. Тот рассматривал его туфли, сделанные по дизайну кроссовок, так что бегать в них было одно удовольствие.
– Ты только очнулся.
– В смысле? – Петя непонимающе вытянул вперёд голову, немного повернув её вправо. Его глаза сузились, а слух навострился, стараясь ничего не пропустить.
– Ну, понимаешь, здесь периодически появляются люди. Вот идёшь ты лесом – никого нет. Потом через день идёшь назад – а там человек стоит и не шевелится. Это уже со временем он пробудится, откроет глаза, посмотрит на этот мир и охренеет от увиденного. Пробудился – так это называю я. Ты можешь называть по-другому.
– И много ты видел таких? – Петя сел на краю куба, рассматривая потерявших интерес змей. – Ты смотри, уползают. И ног – как ни бывало.
– А ты не верь всему, что здесь видишь. Тут вообще всё странное, и постоянно меняется. Вот глянь на этот куб. Ещё недавно его здесь не было, а сейчас есть. Я проходил здесь месяц назад – было пусто.
– Сколько ты уже в этом месте? И что происходит с пробудившимся? Да и, мать его, что это за место?
– А, ну да… Я видел пару десятков людей, стоящих и смотрящих в пустоту, а также троих пришедших в себя. Это если с тобой считать. Про судьбу других не спрашивай – не знаю. Да я и с тобой скоро расстанусь. Пока своё дело не сделаю, отдыхать долго нельзя. А место… Не знаю где мы, но это сильно отличается от дома. Я помню горы, реки, траву… Чёрт побери, я змей помню, но они не были такими! Может, что-то случилось и наш мир состыковался с параллельным, или нас всех захватили, всунули в мозг электроды и заставили мультики смотреть. Не знаю…
– Мультики? А что это такое? – Петя уставился на собеседника, почёсывая затылок.
– Не помнишь? Я тоже не помнил, но один из встреченных мною людей напомнил о них. Движущиеся рисованные картинки, чаще всего сделанные для детей, в моём привычном мире называли мультиками.
– Картинки для детей… – Петя задумался, и в сознании вспыхнули несколько кадров: кот, бегущий за мышью, какой-то странный парень на летающем ковре в сопровождении синего человека, волк и заяц на стройке… Да, вот что это такое! Одним незнакомым словом стало меньше.
– Вспомнил?
– Ага. А что с нашей памятью?
– Да хрен её знает, – сказал мужчина, подходя к краю куба. – Стёр кто-то, или нам всё, что было раньше, привиделось.
Он тоже сел на краю куба и посмотрел вниз. Змей уже рядом не было, так что можно было спускаться, но мужчина продолжал сидеть рядом с Захаровым. Воспользовавшись этим, тот спросил:
– А ты тоже слышишь голоса в голове?
– Есть такое дело, – ответил незнакомец, плюнув вниз – слюна всосалась в землю, не оставив и следа на поверхности.
Захаров посмотрел на своего соседа по вынужденному пристанищу и тоже плюнул вниз. Его слюна также пропала из виду за считанные секунды.
– Как это? – он продолжал смотреть в то место, где ещё недавно находилась порождённая его организмом влага.
– Я не знаю, – ответил собеседник. – Почва здесь такая, или в ней живёт кто-то, но влага исчезает при малейшем касании поверхности. Странный мир со странными существами. Да и люди здесь есть странные, поэтому опасайся знакомиться с каждым встречным. Знаешь, я бы и тебя не спасал, да змей с детства не люблю. По крайней мере, мне так кажется…
Петя смотрел вниз, думая над сказанным собеседником. Странные люди? «Мужик, ты катишь огромную каменную голову и говоришь о странных людях? Да я готов поспорить, что дело, о котором ты упомянул, заключается именно в катании этой чёртовой головы! Из-за неё мы с трудом успели спастись от змей», – Петя снова плюнул вниз и встал на ноги.
– Камни ломать пробовал? – спросил он у незнакомца. Странно, но сейчас ему захотелось узнать ответ на этот вопрос.
– Бесполезное дело, – последовал ожидаемый ответ. – Поначалу хотел с ними разобраться, потом понял, что всё это без толку. Здесь нельзя верить увиденному. Здесь нельзя верить услышанному. Здесь нельзя ничего, даже умереть…
Петя повернулся и посмотрел в сторону собеседника. Шутит?
– Извини, как это – нельзя умереть?
– Да вот так! Съест тебя змей, а ты через время снова будешь стоять и тупо пялиться в небо, пока снова не проснёшься и не пойдёшь делать что-то новое. Поверь мне, я такое уже видел.
Незнакомец загадочно улыбнулся и прошёлся по кубу. Он что-то высматривал внизу, возможно, вероятных хищников, затем, снова вернувшись к Пете, сел рядом. Мужчина достал из кармана коробок спичек и посмотрел на своего случайного знакомого.
– Закурим?
– Давай, – Петя придвинулся и протянул руку к незнакомцу.
– Не, у меня только спички, – ответил тот, разведя в сторону руками. – Я надеялся, что у тебя есть сигареты, а то свои я выкурил ещё… Дай Бог памяти, сколько времени прошло… Думаю, два месяца назад.
– Сколько? – открыл рот Захаров, вспоминая, что так и не дождался ответа на свой первый вопрос. – Два месяца? Скажи всё-таки, сколько ты уже здесь?
– Понимаешь, – незнакомец почесал кончик носа, – здесь нет привычной смены дня и ночи. Да что там говорить! Здесь вообще нет ночи! Этот постоянный свет не даёт покоя, и чтобы поспать, я ищу пещеры или тёмные заросли растений. Это опасно, но по-другому никак. Так что дни я считаю по своим снам. Вот и получается, что спал я около ста раз… Сто дней, если такой способ подсчёта тебя устроит. Часов я здесь не видел ни разу, постоянно проверяя руки застывших людей. Времени здесь нет… прими как факт – и не парься.
Петя снова посмотрел на своё запястье и погладил воображаемые часы. Да, придётся привыкать здесь жить, так как проснуться не удастся. В этом он убедился ещё в тот момент, когда залазил на их убежище – место от удара на ноге болело, а он так и не проснулся.
– Опять кость чешется, – проговорил незнакомец и посмотрел на Захарова. – На вот, подержи.
Он протянул Пете свою руку, которую секунду назад оторвал лёгким движением. Теперь его правая рука лежала на коленях у Захарова, в то время как левой он чесал плечевой сустав. Петина челюсть отвисла так, что он побоялся заработать вывих. Подержав рот в таком положении какое-то время, он закрыл его, придавив снизу большим пальцем.
– Как ты это сделал?
– Да на прошлой стоянке залез мне в руку муравей, а они здесь такие мелкие! Это не те, что живут внутри горных пещер. Те вообще гиганты, так что, прежде чем завалиться там спать, убедись сначала, что твоя пещера не является чьим-то домом. Так вот, эта падла укусила меня прямо за сустав. Теперь он чешется, а мне голову катить надо.
– Это протез? – Петя задал новый мучивший его вопрос.
– Нет. Рука отпала, когда голову пытался перенести через реку. Потерять боялся, вот и задумал перетянуть на плече. Видать, нельзя так делать… Не по правилам…