- -
- 100%
- +
– Да, Люба, ты права, – Сергей Петрович посмотрел на девушку и отвёл взгляд в сторону, так как почему-то ясно понял, что не может смотреть ей в глаза, – при некоторых стадиях происходит суицид, но врач обязан сделать всё возможное и невозможное, чтобы его не допустить. Но вот вопрос: а что делать, если это единственный способ человеку, заболевшему в силу жизненных обстоятельств, уйти от опасности? Причём, обращаю ваше внимание, это не выдуманная им опасность, а реально существующая, которая и довела его до нашей больницы!
– Сергей Петрович, вы сказали, что начали верить. Я так понимаю, вы поверили в бред пациента?
Пархоменко повернулся к говорившему. Так и есть, Это Саша, фамилию его преподаватель подзабыл… видать, сильно разнервничался.
– Да, Саша, я начал верить в бредовые идеи пациента. Но знаешь, в чём здесь дело? Вся идея в том, что её до заболевания довело отношение людей и определённый, конкретный человек. И я его увидел. Её глаза…
– Что вы сказали? – Люба привстал с места. – Какие глаза? Это что, была женщина?
– Да, Люба, это была женщина… Красивая молодая женщина. Наташа… Она пробыла у нас в больнице три месяца, прежде чем ей удалось обмануть всех и покончить жизнь самоубийством.
– Но как такое возможно в больнице, в которой все готовы к подобным действиям пациента? Насколько я понимаю, врачи и санитары следят за этим.
Люба не унималась, и профессор всё больше и больше втягивался в разговор. Каждое предложение отправляло его глубже по потокам реки памяти и уносило туда, где Наташа ещё была жива…
* * *
У семьи Николаевых были давние проблемы. Заключались они, как и у некоторой части семейных людей, в сложностях с зачатием ребёнка. Несколько лет бесплодных попыток довели молодую семью до отчаяния и семейных разногласий. Конечно, никто никого не винил в открытую, но где-то внутри каждый считал виноватым своего партнёра. Все анализы показывали положительный результат, так что видимых и конкретных проблем с зачатием не было, но всё равно, эти неудачные попытки нависли над семьёй очень тяжёлым грузом.
Николаевы смотрели на счастливых друзей и постоянно задавались вопросом, почему у них нет такого маленького и долгожданного счастья. Не сильно доверяя современной медицине, они опробовали всех местных магов и колдунов, которых советовали многочисленные друзья, но результат оказался прежним. Оставалось только одно: искусственное оплодотворение, которого так не хотелось обоим супругам. Но, так как все другие мыслимые и немыслимые методы были испробованы, решено было обратиться к науке. Андрей с Наташей очень боялись такого способа оплодотворения, так как считали любое физическое вмешательство в организм человека неправильным, но допускали его в случаях, когда ничего другого нельзя было сделать, кроме оперативного способа. Вот и в этот раз, после нескольких лет тщетных попыток, семья, посовещавшись вечером на кухне, приняла решение отдаться в руки врачам. Они оба, в тайне друг от друга, почитывали информацию про это, но боялись признаться в этом. Врачи заверили, что проблем не будет, и семья, вывалив немалую сумму денег, согласилась.
И вот этот день настал: тест на беременность показал положительный результат. Радости Николаевых не было границ. Первой мыслью было созвать всех знакомых и друзей и сообщить им об этом, но страх победил. Решено было не говорить пока никому, так как люди с дурным глазом могли причинить вред, как говорили в таких случаях старики. Когда уже стало невозможно скрывать случившееся, семья начала принимать поздравления от друзей, и про сглаз и прочие неприятности, быстро забыли.
Женечка родилась в начале осени, во вторую неделю сентября. Её маленькие белые волосы обрадовали присутствовавшего на родах Андрея. Потом многие удивлялись этому цвету волос, так как ни в семье Николаевых, ни у них в роду, таких не было. Но кто задумывается о таком в этот радостный момент? Да и волосы могут потемнеть со временем, так что никто особо не удивился этому факту. И вот крепкий и здоровый ребёнок огласил своим криком родильное отделение в пять утра, после чего ещё в течение долгого времени будил семью так же рано. Но никто не переживал по этому поводу и не злился на неё, так как ребёнок поистине был вымученным и долгожданным, а таким родители прощают многое. Неизвестно, по этой ли причине, но Женя росла очень своенравным и непослушным ребёнком. Ей прощалось и такое её поведение, ведь девочке было всего два года, и родители верили, что гонор со временем поутихнет. В конце концов они оказались правы, но причину этого осознать обоим, в результате, было не суждено.
* * *
– Дорогой, я сейчас в душ, а потом будете ужинать, – Наташа, не дожидаясь ответа мужа, проскочила в ванную комнату. Андрей, игравший с маленькой Женей, только улыбнулся в ответ на её слова и сказал уже закрывшейся двери:
– Хорошо, мы подождём, тем более что нам и торопиться-то некуда.
Женечка улыбнулась его словам и обняла за шею. Андрею нравилось внимание дочери, так как он всегда считал, что только дети могут искренне и не кривя сердцем выражать свои чувства и эмоции. Женя отошла от него и снова взялась за конструктор. Вдвоём они пытались сложить домик, но из-за постоянного баловства Жени, а также из-за подыгрывания ей со стороны отца, им это так и не удавалось. Женя разбирала построенные им стены, при этом заливалась звонким смехом, он же, в свою очередь, ломал построенную ею крышу. Им было весело, и казалось, что никого больше нет вокруг их, и вся эта радость и веселье принадлежат только им, но тут в комнату заглянула Наташа и позвала домочадцев на ужин. Строителям пришлось оторваться от своего дела и отправиться на кухню. Смеяться и радоваться по дороге они не переставали.
Когда Андрей с дочерью зашли на кухню, то увидели ждавшие их на столе тарелки с гречневой кашей и куриными котлетами. Салат из свежих овощей был поставлен в отдельных пиалах перед каждым членом семьи. Свежесваренный компот в графине и стаканы стояли по центру стола.
Сё семейство разошлось по своим местам за круглым столом и сейчас напоминало рыцарей короля Артура, вооружённых вместо мечей обычными вилками. Из-за небольшого размера стола они сидели в небольшом удалении друг от друга, в результате чего, когда Женя сделала неловкое движение, её почти полная тарелка полетела в сторону Наташи, опрокинув на неё и её собственную.
Женский и девичий крик раздались одновременно. Наташа отскочила от стола, при этом ударилась головой о кухонный шкафчик, висевший прямо за ней. Женечка же начала кричать от испуга из-за того, что её тарелка полетела в сторону и попала в маму. Наташа медленно оседала на пол, держась за голову. Крови не было, и это радовало женщину. Она не видела, почему кричит Женя, но слышала её голос из-за стола. Второй голос раздался рядом с дочерью:
– Ну что ты, маленькая моя. Ну, всё хорошо. Не бойся. Успокойся, с мамой всё хорошо, с тобой тоже.
– С мамой точно всё хорошо? – в голосе дочери сквозь слёзы было слышно волнение. – Она меня испугала…
– Всё хорошо, пошли посмотрим, – над Наташей склонились лица родных. – Вот видишь, всё хорошо.
– Мамочка, ты как? – Женя кинулась к матери, и обняла её за шею.
– Всё в порядке, – Наташе было нелегко говорить после полученного удара, но она делала всё для того, чтобы успокоить дочь…
Андрей взял Женю за руку, и тогда она отпустила маму. Он повлёк её в ванную умываться, по дороге оглядываясь на жену. Та махнула ему рукой, как бы говоря, что с ней всё в порядке. На выходе из комнаты Женя остановилась и посмотрела через плечо на мать. Наташа начала подниматься и поэтому увидела её взгляд только в тот момент, когда дочь уже поворачивала голову в сторону кухни. Наташа перестала подниматься с пола и о чём-то задумалась.
– Привиделось, – шёпотом сказала она сама себе. Голова раскалывалась, и женщина с трудом поднялась на ноги. Пододвинув стул и, сев на него, Наташа стала прислушиваться к голосам из ванной, где Андрей умывал Женю.
– Ничего страшного не случилось. Ты же видишь? Чего ты так дёрнулась?
Сквозь слёзы и мелкие всхлипывания было слышно, как дочь что-то говорит, но слова было не разобрать. Наташа оглянулась по сторонам и обрадовалась тому факту, что хотя бы посуда осталась целой. Конечно, пол был усыпан кашей, но это меньшее горе, которое могло произойти.
– Сколько раз я ей говорил, чтобы она студила твою еду. Вот видишь, ты не виновата в том, что так получилось. Ну, ничего, мы ещё раз попросим маму не давать тебе очень горячего. Мне тоже каша показалась горячей, но я думал, что твоя хоть немного холоднее. Знаешь что, а ну её, эту еду! Пошли дом доделывать, а потом можем пиццу заказать.
– Ура! Спасибо, папочка!
Наташа видела, как Женя выбежала из ванной и побежала в комнату. На мать в этот раз она даже не посмотрела. А вот Андрей посмотрел на неё с огромным неодобрением в глазах и проследовал за дочерью. Наташа слышала, как он звонил в кафе и заказывал доставку пиццы. Её удивил его выбор, так как он заказал только с салями, которую она так не любила. Такая нравилась дочери, и Андрей, заказывая где-либо пиццу, всегда брал одну с салями, которую разделял с Женечкой. Наташе всегда заказывалась как-нибудь другая, которой она так же делилась с мужем. Но сейчас заказ был только на один вид пиццы, а это означало, что Наташе ничего не перепадёт. Ну что же, ей всё равно уже не хотелось есть, так что обойдётся без популярного в стране итальянского блюда. Ощупывая голову, чтобы снова убедиться в отсутствии крови, она опять осматривала кухню. Небольшой бардак удручал, но больше удручало то, что Андрей не пришёл помогать супруге, а сейчас сидел в комнате и веселился с дочерью. Да, Женя, конечно, испугалась, но Наташа могла разбить голову, а тогда ей бы пригодилась помощь не только в уборке. Но муж ушёл с дочерью и никак на состояние жены не реагировал.
В голову пришла мысль, что Андрей уберёт на кухне попозже, когда поиграет с Женей, но она была изгнана другой мыслью о заказанной пицце. Почему-то сразу показалось, что он помогать ей не собирался.
– Ну и ладно, сама уберу, – Наташа встала со стула и пошла за веником и совком. По дороге в мойку отправились тарелки. Она долго раздумывала, что делать с тарелкой мужа, с которой было съедено совсем немного каши, но решила убрать и её. Это взыграла гордость из-за того, что ей ничего не заказали в кафе, как будто её и нет здесь вовсе.
Потратив десять минут на уборку, Наташа пошла в спальню, так как хотелось как можно быстрее лечь и отдохнуть. Проходя мимо комнаты, в которой играли муж с дочерью, она заглянула вовнутрь. У родных было весело, и домик строился хорошими темпами. Женя что-то шептала, а Андрей посмеивался в ответ. Ну, хоть здесь всё хорошо, и за них не надо беспокоиться.
Наташа прошла в спальню, свет оставила выключенным и, нащупав рукой подушку, легла на кровать. Сон накатил почти мгновенно, но длился недолго, так как приснилась ей Женя, выходящая из кухни с Андреем, и её улыбка на лице, с которой дочь покидала эту кухню. Почему-то эта улыбка её очень напугала во сне, и женщина рывком села на кровати. Вокруг было также темно, а из комнаты раздавался всё тот же весёлый смех.
– Бред, – сказала она сама себе и снова легла на кровать. Сон не приходил, так как перед глазами была эта улыбка. Наташа не могла никак понять, она ей просто приснилась или она её действительно видела недавно в кухне? Попробовав снова уснуть и осознав, что это уже не получится, она пошла в соседнюю комнату, где находились муж и дочь. Андрей с Женей ели пиццу и опять смеялись. Женя рассказывала, как у них в садике сегодня одна девочка облила другую супом, а та в ответ кинула в обидчика ложкой. На взгляд Наташи, в этой истории не было ничего смешного, особенно после сегодняшней ситуации, но Андрей смеялся, и было явно видно, что им обоим очень весело.
– Наташа, мы тебе ничего не заказали, так как подумали, что ты поешь приготовленный тобой ужин, – Андрей смотрел на неё и улыбался. – Или тебе не захотелось?
Женщина просто опешила от услышанного и даже немного привстала с кресла, в которое села минутой ранее. Но, почувствовав, что силы ещё не вернулись, она снова в него опустилась.
– Если ты не заметил, я лежала на полу после удара головой, так что: да, я действительно не захотела больше есть.
Она демонстративно отвернулась к стене и замолчала.
– Наташа, но ты же не лежала. Ты сидела рядом со стеной и вполне себе нормально выглядела. Мы решили, что с тобой всё в порядке, и пошли в комнату. Если бы ты нам только сказала…
– А если я не могла говорить? – Наташа повернулась к мужу и с вызовом посмотрела в глаза.
– Но ты же не так сильно ударилась… – начал было Андрей, но тут же остановился. Он понял, что был не прав, но так и не осознал причину своего поступка. Скорее всего, как он подумал, в нём заговорило волнение за дочку, и он просто не мог думать в тот момент больше ни о чём.
Андрей встал с пола, на котором провёл последний час и направился к жене. Сзади раздался голос:
– Папочка, ты куда?
Он не ответил ничего, так как, с одной стороны, не мог понять, как теперь искупить свою вину, а с другой – так и не мог до конца осознать причину этого поступка.
Его моральные мучения прервала жена, которая, наслаждаясь его объятиями, несмотря на свою обиду, проговорила:
– Давай просто забудем про случившееся. Хорошо?
– Хорошо, – обрадовался Андрей, – давай просто забудем. Женя иди к нам.
У него за спиной раздался звук ломаемого домика и топот детских ног. Но к их удивлению, Женя побежала не к ним, а просто выбежала из комнаты и понеслась в спальню.
– Что это с ней? – Андрей смотрел в ту сторону, куда только что убежала дочь.
– Не знаю, – ответила жена и тоже устремила свой взгляд в том направлении, – возможно, просто разволновалась, и детская психика так отреагировала. Надо позвонить Машке, спросить у неё.
– Да… скорее всего. Позвони ей, как будет время. А сейчас пошли в комнату, посмотрим, что там она себе удумала.
В комнате они нашли дочь, лежащую на своей кровати. Она лежала и тихонько плакала.
– Что с тобой? – Андрей наклонился над кроватью и коснулся её плеча.
Женя посмотрела на него, затем на маму и легонько улыбнулась.
– Я немного испугалась вашей ссоры. Мне стало страшно, что вы разойдётесь, как родители Саши.
После этих слов она снова заплакала, а мать с отцом склонились над ней и попытались обнять, хотя, в таком положении, это было не очень-то и удобно. Они оба думали про мальчика Сашу, который ходил с Женей в одну группу в садике. Его родители развелись год назад, и сейчас он жил с одной матерью. Он всегда с завистью смотрел на чужих отцов, а иногда при этом тихонько плакал. Многим родителям было тяжело смотреть на это, но Сашина мама говорила, что теперь она свободна, и ей не нужен больше «похотливый самец, бегающий за каждой юбкой». Дети не понимали её слов, а некоторые матери кивали головой, как бы подтверждая правоту сказанного. Большинство отцов в это время просто молчали во избежание скандалов со своими половинками.
Поздним вечером, когда все успокоились, Николаевы всей семьёй смотрели мультфильмы и смеялись. Радость была общей и от осознания этого Наташе становилось немного теплее на душе. Периодически она ловила на себе взгляды дочери, но как ей казалось, они были связаны с каким-то детским осознанием вины и невозможностью это высказать.
После мультфильма, помывшись и почитав сказку, они отправились спать. Через полчаса, когда, по пониманию Наташи, Женя уже уснула, она растолкала уже начавшего сопеть Андрея.
– Не могу спать, – шёпотом проговорила она.
– Тебя расслабить? – с заигрыванием в голосе сквозь сон спросил муж.
– Не в том дело. Я не поняла сегодняшнего поведения нашей дочери.
– А что не так? – удивлённо, но уже менее сонно спросил Андрей. – Она испугалась. По-моему, что это многое объясняет.
– Ну, да, – согласилась Наташа, – но мне показалось, что она на меня как-то странно посмотрела, когда вы выходили из кухни. С угрозой, что ли…
– Да, брось, ты. Это маленький ребёнок, которому всего лишь три года. О какой угрозе может идти речь? Лучше двигайся ко мне, и я постараюсь сделать так, чтобы ты забыла про сегодняшний вечер, как про страшный сон.
– Да, это сон… – она вспомнила взгляд дочери из своего мимолётного сна и немного вздрогнула. Андрей же, оценил это как дрожь от возбуждения и сам придвинулись к жене. Но в этот момент в детской кроватке раздался плач.
– Женя, что случилось? – Наташа приподнялась на локоть, и за ней последовал Андрей. – У тебя что-то болит?
– Нет, мамочка. Мне приснился страшный паук. Он хотел съесть меня. Можно я лягу с вами?
Андрей не сильно обрадовался этому, так как уже имел на постель другие планы, но Наташа, естественно, позвала дочь к себе. Это было одной из ошибок, которые женщина ещё не раз совершит за оставшееся ей время, так как после этого близость с мужем станет большой редкостью. Дочь легла между ними и, как будто своим телом провела в эту ночь небольшую черту в их половой жизни. Теперь каждую ночь она будет находить повод оказаться в постели родителей и тем самым станет добиваться своей главной цели.
* * *
Вечером Наташе было очень плохо. Живот болел так, что иногда возникало желание вызвать скорую помощь, но он так же резко переставал болеть, как и начинал. Андрей, всё же, намекал, что лучше вызвать врача и ввериться в его руки, так как что происходило сейчас с женой, он не знал. Но та была непоколебима: сегодня никаких медиков.
Если завтра будет так же плохо и никакие принятые сегодня лекарства не помогут, то она сама вызовет скорую. А пока она просто немного потерпит и полежит на кровати. Да, именно так…
Оставив жену в спальне, Андрей ушёл в комнату к дочери. Вчера он купил ей новую куклу, и сегодня Женя весь вечер просила его поиграть с ней. Кукла была не очень дорогая, но дочери этого и не было нужно, главное, что появилась новая игрушка, а рядом был всегда готовый поиграть с нею отец. Поэтому они заняли своё место на полу и принялись расставлять кукол по их маленькому домику.
Наташа между посещениями туалета и лежанием на кровати забегала на пару минут к ним в комнату, находила полнейшую идиллию на полу, и снова уносилась прочь. Лёжа на кровати, она старалась понять, что же именно она съела этим вечером, что организм теперь так реагирует на это. Ничего сверхъестественного или непонятного они не ели. Сегодня она приготовила на ужин картофельное пюре с тушёным мясом, салат из огурцов с помидорами и чай. Ничего такого, что могло вызвать подобную реакцию… Но факт оставался фактом, и сейчас она отлёживалась на кровати, а остальное семейство играло с куклами.
Вообще, она стала замечать небольшое ухудшение самочувствия в последнее время. Снова поймав себя на этой мысли, женщина клятвенно пообещала в ближайшие дни посетить врача. За этими рассуждениями её и настиг сон, а в нём пришли и врачи, и больница, и даже какая-то операция. Так что спала Наташа не очень спокойно, но зато, похоже, живот успокоился, и утром она себя чувствовала уже значительно лучше.
Из глубины квартиры раздавались голоса мужа и дочери. Наташа, посмотрев на часы, поняла, что близится время, когда Женю нужно вести в садик, а она вряд ли могла сегодня это сделать. В таких случаях дочку отводил Андрей, а Наташа оставалась дома лечиться. Очень похоже, что сегодня она снова проведёт время в компании с лекарствами.
В комнату зашёл Андрей и, увидев проснувшуюся жену, заулыбался.
– Ну что, как ты здесь у нас? Хоть немного полегчало?
– Сон пошёл на пользу, – она легонько улыбнулась в ответ, – как говорит моя мама.
– Ну, она у тебя умная женщина, ещё и не такое скажет, – Андрей тоже заулыбался и обнял её.
– Не подлизывайся, мамы рядом нет. А так бы она, конечно, обрадовалась твоим словам. Не часто ты о ней хорошо отзываешься…
Андрей громко засмеялся. Он с уважением относился к родителям жены и никогда не давал повода в этом усомниться. Наташа шутила, а это было уже очень хорошо, и значило, что она идёт на поправку.
И тут сзади раздался топот. Через пару секунд сверху обрушилось их маленькое счастье и своими белокурыми волосами окунуло всех в белый снег. Волосы катились по лицу и, казалось, что не остановятся никогда, но последние пряди заскользили по лицам родителей, и они все вместе засмеялись.
– Женя, ты так маму раздавишь, а ей ещё выздороветь надо, – Андрей поднялся сам и поднял дочь.
Женя смущённо посмотрела на родителей и сказала:
– Я просто услышала, что маме стало лучше, и прибежала к вам. Я не хотела…
– Доченька, я пошутил, – Андрей подошёл к ней и присел рядом на пол. – Маме, действительно, стало лучше. И мы рады, что ты пришла сюда порадоваться вместе с нами.
Наташа поманила их рукой. Через мгновение уже вся семья лежала на кровати обнявшись. Наташе было радостно, что у неё есть эти люди, и она посмотрела в любящие глаза Андрея и злые глаза дочери… Злые? Да нет же, вот она смотрит с любовью и улыбается… Почему же тогда показалось, что она посмотрела как-то по злому? Скорее всего, отравление всё ещё не отпускает.
– Мама, а мы тебе завтрак приготовили, – прозвучал рядом с ухом голос дочери. – Со всей любовью делали.
– Вот, чёрт, – Андрей подскочил на кровати, – совсем забыл. Женя, быстренько одевайся и побежали в садик. Вас же там сегодня фотографировать будут, а мы тут на кровати разлёживаемся.
Женя подскочила следом за ним и начала надевать на себя вещи, которые из шкафа давал ей отец. Со стороны это выглядело очень смешно, так как одевалась она второпях и не смотрела на одежду. В результате, через две минуты посреди комнаты стояло маленькое «пугало». Наташа тихонько засмеялась, но тут же перестала, так как отчётливо прочитала на губах дочери: «Смейся, смейся». Что это? Опять последствия отравления? Ну, вот же, Женя стоит и улыбается вместе с Андреем, который пытается её переодеть. Показалось…
– Мы тебе овсянки сварили, – говорил Андрей, переодевая Женю, – вряд ли тебе можно сейчас что-то другое. Да и чай я заварил. Он лёгенький, зелёный. Там немного «Марии» осталось. В общем, пир у тебя царским будет.
– Ну, да, – Наташа через силу улыбнулась мужу. Перед глазами стояло лицо дочери, но она его не узнавала. Оно было не тем родным лицом, которое она привыкла видеть каждый день, а чужим. Хотя, сейчас мать смотрела на смеющуюся дочь, которую муж вытягивал из комнаты, и не понимала причин своего беспокойства.
Из коридора доносились голоса Андрея и Жени, а также их возня. Отец обувал дочку, а та, как всегда, баловалась. Тем не менее, победил возраст и опыт, так что дверь за ними всё-таки закрылась, и Наташа осталась дома одна.
Она с беспокойством встала с кровати и прошла на кухню. На столе стоял обещанный завтрак. Эта маленькая забота любимого человека немного успокоила её разволнованное сердце, и женщина решила забыть об увиденном как о чём-то несущественном.
Сходив в душ и расчесавшись, Наташа двинулась к столу, предвкушая небольшой пир. После вчерашнего голодания любая трапеза могла восприниматься праздничной. Каша уже немного поостыла, но это было даже лучше, так как не хотелось грузить желудок горячей пищей. Чай, конечно, Андрей оставил в заварнике, так что его пришлось поставить остывать. Через несколько минут на столе были и печенье, и чай. Голодный и пустой желудок подталкивал начать завтрак прямо сейчас, и Наташа не стала с ним спорить.
Она опустила ложку в кашу и провела в ней несколько кругов. Другой рукой переключила канал на кухонном телевизоре и собралась уже остановиться на утреннем повторе сериала, как глаз зацепился за что-то в тарелке. Разволнованный утренними событиями мозг приказал остановиться и посмотреть внимательнее, но быстрая мысль о ненужной и непонятной паранойе перебила эту команду. Она добавила звук и уставилась в телевизор. Ложка раз за разом наполняла соскучившийся по еде рот питательной массой. И всё бы ничего, но вдруг рот превратился в полнейший участок боли и стал наполняться чем-то помимо каши. Наташа закричала и выплюнула содержимое в тарелку, которая моментально приобрела красный цвет. Кровь текла у неё по губам, смешанная с кашей и слюной. Она отскочила от стола и принялась не просто кричать, а от недоумения и испуга из её глотки вырывались непонятные звериные звуки. Во рту что- то пекло и порождало всё новые и новые приступы боли. Всё же как-то соображая, несмотря на истерику и дикий ужас, женщине удалось понять, что источником боли является её язык. Добежав до ванной, она постаралась прополоскать водой рот, но так и не смогла этого нормально сделать, так как попавшая на рану жидкость вызвала новый виток боли.
Наташа не смогла бы объяснить, откуда в её руке появился телефон, но именно он спас её в этот раз. Судорожно нажимая кнопки, она вызвала скорую и старалась понять, как остановить кровь. Язык болел, в нём явно что-то появилось новое и теперь следовало понять, что сможет остановить кровь и не надавит сильно на торчащий из языка предмет.