Хэппи-энда не будет

Водитель сидел с поднятыми стёклами и наблюдал за этой странной пляской. Полицейский, осмотревшись по сторонам, показал жестом опустить стекло. Мысль о том, что сейчас придётся платить, ввинтилась в голову и принесла с собой огромное огорчение: плакала покупка куклы, а вместе с ней и радость от подарка. Возможно, увидев в техпаспорте другую фамилию, полицейский поймёт, что в отличие от хозяина автомобиля, водитель не является состоятельным человеком.

Между тем, полицейский уже подошёл к его окну и улыбнулся. Эта улыбка не предвещала ничего хорошего, так что водитель сразу подобрался и уверенно посмотрел на полицейского.

– Как ваше самочувствие? С вами всё хорошо? – страж порядка заглянул в салон, чуть не засунув туда всю голову.

– Я в порядке. А что случилось? – водитель посмотрел на дорогу и понял, что кроме его машины, больше ни одну не заставили заехать в отстойник. Что же, ничего хорошего это не предвещает.

– Да так… Просто обычный досмотр. Предвижу ваш вопрос: в крайних случаях имеем на это право. И сейчас именно такой случай. Так как вы? Что-то выглядите очень бледно. Уверены, что с вами всё в порядке?

Водитель вздохнул. Как можно объяснить этому человеку, что именно довело его до подобного состояния? Он всё равно не поверит в увиденное на заправке. Да он и сам уже не очень в это верил… Так что, господин полицейский, со мной всё хорошо, а по-другому и быть не может. Вслух он произнёс почти то же самое.

– Да, я уверен. Дорога, знаете ли… Еду из Киева, немного устал. Ну, ничего, через пару часов зайду к себе домой и тогда уже точно буду в полном порядке.

Он старался выглядеть как можно естественнее, чтобы откинуть расспросы. Полицейский, в свою очередь, отыгрывал свою роль. Возможно, даже будущий навар.

– Я могу посмотреть ваши документы? – произнёс спокойно полицейский. Его голос располагал к себе, и у водителя даже начала появляться к нему небольшая симпатия. Скорее всего, их этому обучают. Ну, что же, может, шанс остаться при деньгах ещё есть?

Документы лежали в сумочке, спрятанной в бардачке. Когда- то он упросил шефа купить маленький кожаный не то кошелёк, не то саквояжик. Сумочка была непонятной формы, но в ней хорошо помещались ключи и документы на машину. Здесь же лежали и его командировочные деньги, которых осталось уже не так много.

Передав документы полицейскому, водитель стал ждать. Тот что-то внимательно рассматривал, как будто пытался найти в них тайные символы. Время остановилось в этом жарком лете, медленно уносясь прочь в свою ленивую страну. На долгие секунды всё застыло, вяло ворочаясь в душном воздухе… Но вот полицейский развернулся и пошёл в сторону. Проследив за его мягкой походкой, водитель увидел конечную цель: «офис» полицейских, представляющий собой увеличенный сарай. Скрывшийся в этом здании, полицейский не появлялся минут десять, и это ожидание начинало тяготить. Внезапно дверь распахнулась, и на улицу вышла компания из двух новых полицейских, сопровождаемая старым знакомым. Сердце ушло в пятки, когда водитель увидел, как они приближаются к его машине. Похоже, дома он будет нескоро.

Трое полицейских подошли к машине и стали в ряд возле водительской стороны. Они что-то высматривали, но при этом делали это молча, что заставляло мужчину в салоне невольно напрягаться. Один из них кивнул, хлопнув по плечу стоявшего рядом первого полицейского:

– Ага, точно такая же. Вот у тебя глаз намётан!

Все трое рассмеялись, а один от смеха даже облокотился о машину. Что всё это значит, водитель понять не мог. Может, похожая машина в розыске? Но таких Mondeo в этой расцветке можно найти не один десяток…

– Ну, вылитый «Фордец» Петровича. Даже вмятина на том же месте. Ровно месяц прошёл с того дня.

Облокотившийся о машину, полицейский громко хохотнул, стукнул её по крыше, и пошёл обратно, по дороге что-то насвистывая под нос. Двое оставшихся присели на корточки рядом с дверью.

В этот момент до водителя дошла только что сказанная фраза. Какая вмятина? На этой машине? Он высунул голову в окно и почувствовал, как в горле пересохло. Что говорить шефу насчёт машины? И откуда она взялась, эта самая вмятина? А она очень гармонично расположилась прямо посередине двери, показывая блестящий металл, из которого была сделана машина.

Тело пробрала дрожь. Уверен ли он, что в тот момент, когда выезжал с заправки, этой вмятины не было? Конечно, уверен. Хоть он и был в шоке от увиденного, но не заметить такого просто не смог бы. Тогда как? Тот удар камешком по двери? Но разве камешек может оставить такой след? Не уверен, но вряд ли… Что же шефу говорить…?

Полицейские, снова рассмеявшись, поднялись на ноги. Тот, что брал документы, протянул их в окно, а его напарник пошёл следом за удалившимся коллегой.

– Можете ехать, – сказал оставшийся полицейский и уже собирался уходить, как услышал вопрос из машины.

– А кто такой Петрович, и что всё это значит, чёрт побери?

Полицейский остановился, успев сделать пол-оборота. Он снова посмотрел на водителя. Было видно, что тот нервничает, а это было очень плохо.

– Не задавайте лишних вопросов. Дома вас ждёт семья, так что поезжайте домой и ни о чём больше не думайте. Передавайте дочери привет и скажите, что некоторые сны имеют свойство сбываться.

Он засмеялся и пошёл следом за своими коллегами, оставив позади человека с открытым от удивления ртом.

* * *

Как водитель ни старался, но вспомнить свой выезд из отстойника ему не удалось. В голове звенело воспоминания о двух полицейских… Нет, о трёх! Или их всё-таки было двое? Кажется, что какие-то двое из них были на одном лицо, как двойняшки, а третий… Третий был просто полицейским, завернувшим его на осмотр машины.

Немного подумав, он сбросил скорость и остановился на обочине. Что-то надо было вспомнить, но вот только что? Думай, голова… Петрович… Точно! Был ещё кто-то, которого называли Петровичем! Вот только, почему он его не помнит? Судя по отчеству, это должен быть мужчина, и он как-то связан с машиной… Но в голову ничего не приходит.

Он полез рукой в бардачок с целью проверить наличие документов. Как только заветная сумочка оказалась в руке, в голову хлынули воспоминания.

– Твою ж мать!.. – выругавшись, водитель открыл дверь и вышел из машины. – Точно! Вмятина, будь она неладна!

Он стоял снаружи машины, рассматривая дверь. Да, вот и она… Но когда он её получил? Ну, да, стоя в отстойнике, он вспоминал, как по двери стукнул камешек. Тогда он решил, что тот не мог стать причиной серьёзного следа на машине.

Размер вмятины был около двадцати сантиметров. Вся краска из неё как будто испарилась, не оставив даже следа. Причём, форма вмятины напоминала почти идеальный круг. Конечно, если не считать парочку небольших выемок сверху и снизу. В него что, кто-то стрельнул ядром из пушки? Ну, тогда он должен был бы это услышать. Хотя, учитывая, как он забыл выезд с поста, то мог забыть и это.

Оглянувшись по сторонам, водитель пнул камешек, лежащий недалеко от машины. Тот отлетел так далеко, что в это сначала не поверилось. Он пнул ещё один и увидел, как тот взмыл вверх, улетая по направлению к небу. Упал камень или нет, водитель так и не понял.

Он сделал несколько шагов вдоль дороги и остановился, уставившись взглядом в машину. Что здесь вообще происходит? Летающие камни и вмятины на машине, люди с несколькими рядами зубов и странными глазами, потеря памяти и странная трава… Он ничего не забыл? Ах да, ещё все знают что-то о его семье!

Он на секунду замер и повернулся в сторону обочины. Что такое? А ведь с травой и вправду что-то не то. Сознание старалось донести увиденное, а он чуть это не упустил, перечисляя свои проблемы. Может, здесь проводят какие-то эксперименты? Потому что он просто не знал, как по-другому объяснить белый цвет у травы… Это просто какой-то театр абсурда! Подняв камень, водитель кинул его в сторону обочины. Всё произошло так, как и должно было: камень улетел в сторону дорожной посадки. Ну, хоть с этими всё в норме. Он поднял вверх голову и засмеялся. Когда взгляд опустился вниз, то снова упёрся в лежащий под ногами камень. Да, именно в тот камень, который он только что выкинул. Оглядевшись по сторонам, мужчина снова взял его в руку. Покрутив перед глазами, он не заметил в нём ничего особенного – обычный придорожный щебень. Не раздумывая, он снова кинул его в ту же сторону и прислушался. Точно, звука падения нет. А вот под ногами камень есть. Снова… Тот же…

Он опять кинул его и опять нашёл на прежнем месте под ногами. Сколько бы он его не кидал, камень каждый раз возвращался на место. Ему так и не удалось заметить тот момент, когда тот возвращался назад. Всякий раз, когда водитель его поднимал, тот пропадал с земли у ног. Но стоило хоть на секунду перевести взгляд в сторону, этот долбаный камень снова оказывался рядом с ним.

Подняв камень в последний раз, он решил сломать систему и бросил его в другую сторону, прямо через дорогу. Резко посмотрев под ноги, он закричал от радости, так как там было пусто:

– Вот тебе, падла! Я сделал тебя! Сделал! Ха-ха-ха!

Покрутив головой и не обнаружив рядом камня, мужчина с чувством выполненного долга пошёл к машине. Резко захотелось поговорить с женой и рассказать ей о происходящем. Света знала к нему подход и всегда могла успокоить своего супруга. Если ей это не удавалось, то это делала дочь, приносившая ему успокоение. Телефон, лежащий в бардачке, показывал нулевой приём. Ну, тут, в принципе, не могло быть ничего удивительного, зная, как работает наша мобильная связь на трассах. Конечно, было жаль, но придётся отложить разговор с женой на потом.

Он сидел в машине и пытался думать о своих последующих действиях. Сейчас главное доехать домой, а там – хоть трава не расти… Да, трава… белая… Может, радиация? Пару раз качнув головой из стороны в сторону, вызывая хруст в шее, водитель невольно посмотрел в зеркало заднего вида. Голова так и осталась с правой стороны, так как ни сил, ни желания поднимать её не было.

– Да, чтоб тебя!.. – он выругался и очень медленно повернул голову назад. Глаза не обманули: камень спокойно лежал на заднем сиденье, как будто приглашая его продолжить игру в «метание камней». Закричав, мужчина упал головой на руль и разрыдался.

Рядом проезжали машины, и часть водителей с сочувствием в глазах смотрели на вмятину на двери. Они разделяли с водителем Mondeo его горе, и все как один считали, что он рыдает из-за «аварии». Когда же водитель поднял лицо от руля и поглядел на проезжавшие мимо машины, то к его ужасу добавился ещё один: у всех водителей было лицо старичка с заправки, а сзади на машинах красовалась наклейка, изображающая лицо женщины с цветными волосами, выполненная в стиле американских агитационных плакатов.

Голова раскалывалась от переполнявших мыслей. Но это было только на первый взгляд. На самом деле, там было только два вопроса: что здесь происходит и как такое возможно? Поскольку ответов нет – вариант только один: гнать машину в Харьков, там с женой можно и без телефона связаться.

Машина снова вырулила на дорогу. Ему хотелось быстрее добраться домой, так что бензин он решил не экономить. Расход за двадцать литров по трассе? Ну, и чёрт с ним! Главное, он дома будет раньше. Пусть всего лишь на десять минут, но он быстрее распрощается с этой непонятной дорогой.

Впереди оказался должный знак, извещающий о приближении к населённому пункту. Водитель прочитал надпись, продолжая ехать с повёрнутой в его сторону головой. Это просто невозможно! Хотя, в теории, он мог не заметить и развернуться назад, ведь как ещё объяснить надпись на знаке, где чёрным по белому было написано «Чутово».

Но если он въезжает с обратной стороны, с которой только что покинул город и пост, то должен, как раз, и заехать со стороны поста. Но нет же! Вот начало города, каким он виден на въезде с Киева. Как такое возможно? Объяснение только одно: он не помнит, как выехал из города, а, значит, мог вернуться назад, и теперь снова въезжает с киевской стороны. Ну, что же, вполне логично и возможно. Проехав весь город, мужчина приблизился к посту. Сбросив скорость до предельно возможной, от покатился к машинам, которые ждали у знака «Stop. Control». В зеркале бокового вида он увидел полицейского, остановившего его в прошлый раз. Тот стоял со своими коллегами, лица которых тоже были знакомы, и о чём-то разговаривал. На мгновение прекратив беседу, полицейский повернул голову и уставился через зеркало прямо в глаза водителя. От этого взгляда по спине побежали мурашки, так как это был тот же самый взгляд, что и у старичка со странной женщиной. Водитель открыл рот от удивления и в том же зеркале уловил довольную улыбку полицейского. Тот радовался, что его узнали.

– Кто ты? – одними губами прошептал водитель.

– Кто я? Я твой страшный сон, – точно также, одними губами ответил полицейский. Несмотря на то, что воздух не был потревожен звуком, водителю показалось, что он услышал эти слова.

Сзади уже начали сигналить, так как машины спереди проезжали вперёд, а он стоял, играя в гляделки с полицейским. Да… Точно, надо ехать! И водитель нажал на педаль газа.

Проехав пост, он почувствовал себя немного лучше. Этот странный полицейский со своими глазами… Ответа на вопрос о происходящем мужчина так и не нашёл. Ну, ничего, всему своё время.

Отъехав километров на десять от поста, водитель решил снова остановиться. Почему-то эти глаза никак не выходили из головы. Женщина… Старичок… Теперь этот полицейский… Что всех их могло объединять? Почему он раньше не видел таких людей? Быть может, он просто не обращал на них внимания? Странно всё это и становится ещё более странным.

Посмотрев налево, прямо через пустую в данный момент дорогу, он замер. В увиденное не верилось, так как страшный сон в обличии полицейского оставался сзади: стая голубей стояла на той стороне обочины и смотрела на него. Ну, как смотрела… Больше чем у половины птиц просто не было голов, но они продолжали стоять, дополняя строй птиц, собравшихся поглазеть на человека. Странно, но почему-то казалось, что они тоже смотрят прямо на него, несмотря на отсутствие глаз.

Отъезжая на пару метров, он глядел в окно на этот странный отряд, пытаясь прогнать появившееся чувство преследования. Безрезультатно! Да и какой может быть результат, если все птицы, как одна, поворачивали голову, следя за машиной. Безголовые также провернули свои шеи, отчего тонкие струйки крови появились на перьях.

– Что со мной? – проронил водитель, касаясь своего лица. Он смотрел в зеркало, округляя от увиденного глаза. Оттуда на него смотрело лицо, ставшее на несколько секунд незнакомым. Он не узнал этих уставших глаз, равно как не узнал этот разрез губ, сжатых от ужаса. Ещё чуть-чуть – и его глаза точно так же, как и у «странных людей», закрылись бы тонкой мембраной… Водитель был в этом уверен, но боялся выжидать это. Он отвёл взгляд от зеркала и снова поехал по трассе в сторону Харькова.

Через десять минут на дороге появился знак, провозглашающий начало нового населённого пункта. Хотя, новым назвать его язык не поворачивается. Остановив машину, водитель вышел на улицу.

Он подошёл к знаку и посмотрел на него, как будто встретил старого знакомого, но никак не мог вспомнить, где же его раньше видел. Обойдя вокруг пару раз, он ударил знак кулаком. Кулак болел, возвращая в действительность, которая пугала с каждой минутой всё больше и больше.

Водитель смотрел назад, размышляя, не поехать ли туда, откуда только что приехал. Решив не испытывать снова судьбу, он направил Mondeo прямо, пересекая городскую черту. Знак, оставшийся позади, говорил о том, что он въехал в Чутово, и сделал это за сегодня уже в третий раз. Мысль о том, что в прошлый раз он развернулся и поехал не в ту сторону, сняло как рукой, ведь впереди был пост и уже ставший знакомым полицейский.

Перед знаком также стояли машины, так что ему снова пришлось поставить Mondeo шефа в эту очередь. Знакомый полицейский стоял в десяти метрах и улыбался. Он, помахивая из стороны в сторону жезлом, напоминающим ракетку, смотрел через боковое стекло прямо на водителя. Адским усилием мужчина смог заставить себя не смотреть на полицейского, но боковое зрение всё же не послушалось. Выезжая с Чутово, он снова нёс на себе этот странный взгляд.

Решено было в этот раз ехать весь отведённый путь без остановки. Проехав те же самые десять километров, он сбросил скорость и принялся смотреть в окно. В прошлый раз, когда он проезжал это место, тут были голуби. Сейчас же здесь было пусто, и только знакомый куст вдалеке напоминал о недавнем месте стоянки. Странно, но следов своих колёс в пыли на обочине он не обнаружил. В который раз за сегодня пришлось снова вдавить педаль в пол. Машина взревела, уносясь вперёд, чтобы через некоторое время снова завести человека в этот самый город, попытки покинуть который он не прекращал.

Проезжая через Чутово, мужчина снова и снова всматривался в его улочки. Он всё время пытался понять, видел ли он уже сегодня то, что происходило за окном. Вот дорогу переходит какой-то дедушка. Он идёт через пешеходный переход, и водитель на чистом автомате сбрасывает скорость почти до полной остановки. Это обычный старичок, со старой, видавшей виды сумкой. На голове у дедушки лёгкая панама… Видел ли он её сегодня? Возможно. Что-то знакомое есть в этом старике, но, скорее всего, это просто старость, похожая в большинстве своих проявлений. Ни его сумку, ни панаму он не помнил. Был ещё шанс, что удалось немного опередить события, так как были участки дороги, которые водитель проскочил очень быстро. Правда, надеяться на это ему не хотелось.

Старичок ушёл. Привычным движением нога выжимает сцепление, а рука вкидывает первую передачу. Надо следить за дорогой, так как можно совершить непоправимое. Но как это делать, если мозг уже отдал команду выискивать странности в городе? Глаза цепляются за каждый столб и каждое дерево. Ни один человек не смог уйти от его глаз (по крайней мере так показалось), которые рыскали по толпе, выискивая… Что выискивая?

«Не знаю…»

Надо искать. Время идёт и приборы показывают, что бензин по чуть-чуть расходуется. Радовало, что додумался заправиться на той странной заправке. Это же надо! Теперь всё в его подсознании стало странным, и даже он сам в зеркале стал каким-то не своим, не родным, что ли…

На дорогу выскочила собака, из-за чего резко пришлось нажимать на тормоз. Ну, ничего, это лучше, чем ехать на пост к непонятному полицейскому. Слушайте, а может, зайти поесть где-то? А то столько уже намотал, а на заправке тогда не перекусил. Может, надо было остаться там подольше и поесть? Быть может, тогда бы с ним этого не случилось? Что уже гадать, если прошлое не вернуть. Причём, надо помнить, что деньги лежат на подарок дочери, а не на обед, и тратить их нельзя.

– А ты хоть доедешь домой? – спросил он сам у себя в зеркале. Оно молчало, в очередной раз показав там незнакомого человека. Значит, не знает… Ну, да и ладно, если повезёт, то скоро он это узнает. В голове зародилась мысль посмотреть на телефон и проверить качество приёма. Вдруг получится поговорить с женой? Но сзади уже гудели машины, водители которых не очень радовались его долгому простою на этом участке дороги. Похоже, придётся снова встретиться с тем полицейским.

Колёса просвистели по асфальту, и Mondeo понёсся в направлении выезда за город. Глаза по привычке продолжали сканировать дорогу, но мозг уже отказывался фильтровать информацию. Причина была понятна: он осознавал всю безысходность происходящего и то, что никак не мог повлиять на события, в которые его затягивало всё дальше и дальше. Это давило на сознание, заставляя прятаться как можно глубже.

Впереди замаячили знакомые очертания поста. Привычная очередь на оживлённой трассе не удивила, но от этого раздражала не меньше. Надо проскочить этот участок дороги как можно быстрее, окунувшись в очередной виток сумасшедшей поездки. А если повезёт, то и вырваться из него, оставив позади всё то, что пришлось пережить и увидеть за сегодняшний день. Хотелось верить, что если ему удастся вырваться из Чутово и поехать дальше, то всё это останется здесь, позади, как страшный сон. Ведь именно так себя и назвал полицейский…

Знакомого полицейского видно не было. Возникла надежда, что всё сейчас и закончится, оставив в голове лёгкий туман воспоминаний. Машины проверяли двое полицейских, но их он здесь раньше не видел. Сменились, что ли? Но тогда это значило, что в городе жизнь шла своим чередом, не соответствуя его странному ритму.

Когда отъехала машина, отделявшая Mondeo от знака «Stop. Control», водитель подъехал ближе, заняв её место. Повернув голову к окну, он не поверил своим глазам, так как на месте двух полицейских, виденных здесь пару секунд назад, опять стояла известная ему тройка. Двое из них всё так же разговаривали между собой, а третий улыбался, снова смотря на него. Когда они сменились? Это же просто невозможно! Где те полицейские, которые стояли здесь вместо них? Он открыл своё окно и прокричал:

– Что за игру вы устроили? Как такое вообще возможно? Я что, попал в фильм с какой-то зацикленностью, типа «Дня сурка»? Почему я не могу доехать домой? Кто вы такие, наконец? Кто?

Полицейский смеялся. Звук, вырывающийся из его рта, был похож на хриплый крик, наталкивающий на мысли о заболевании этого человека. Двое других полицейских посмотрели на своего коллегу и тоже засмеялись. Их смех мало чем отличался от смеха их коллеги. Похоже, здесь дело не в состоянии здоровья. Нет… С ними со всеми было что-то не так. И, как по команде, все трое моргнули. Но их веки остались на месте, а глаза скрылись за тончайшей мембраной белого цвета. Водитель дёрнулся от увиденного и отодвинулся подальше. Полицейский нагнулся к нему и проговорил прямо в окно:

– Ну, чего ты так волнуешься? Такое бывает. Просто они уже начали и сделали свой первый ход. Ты, главное, не переживай. Твой «День сурка» скоро закончится, завершая собой весь сюжет. Но ты же понимаешь, что это не кино – здесь хэппи-энда не будет.

Он снова засмеялся и повернулся к своим коллегам, которые так и продолжали сокрушать воздух своими странными звуками. Присоединившись к ним, полицейский повернулся спиной к машинам и проговорил сквозь смех:

– Езжай. Чего ждёшь? Особого приглашения?

Резко взвизгнув колёсами по асфальту, Mondeo сорвался с места. Водитель не любил так трогаться, но по-другому сейчас просто не мог. Он чувствовал, что уверенность покидает его, уступая место панике, а это очень плохо в дороге. Но что он мог поделать, осознавая, что с ним кто-то играет, не давая и секунды расслабления, постепенно увеличивая накал. Но окончательно уверенность ушла, когда он отъехал от поста.

На плакате, установленном недалеко, водитель увидел лицо всё той же женщины, виденной им на заправке. Она широко улыбалась, предоставив на обозрение несколько рядов очень мелких зубов. От одного взгляда на неё хотелось бежать как можно дальше, не оглядываясь назад. А прочитав надпись под её портретом, хотелось забиться куда-нибудь поглубже и закрыть за собой навсегда дверь.

«Водитель, будь осторожен! Мы и твоя семья ждём тебя целым и невредимым! Ты нужен нам!» – говорил плакат голосом этой женщины. Он даже услышал, как она произнесла это у него в голове, отчего поёжился и крепче схватился за руль. Что впереди? Снова Чутово, или что-то другое уготовано ему в этой непонятной игре?

* * *

Оставив позади пару десятков километров, он въехал в Гонтов Яр. Зацикленность на Чутово закончилась, а это вселяло в душу надежду на скорое возвращение домой. Въезжая в придорожный городок, водитель с силой водил одной рукой по щекам, стирая вытекающую из глаз влагу. Это могли быть только слёзы радости, ведь причины отчаиваться отходили сейчас на задний план.

Остановившись возле небольшого кафе, он полез рукой в бардачок и извлёк оттуда телефон. Ну, что же, заряд и приём почти полные – шансы на окончание дорожных бед постепенно увеличивались.

Перед глазами снова встал плакат со странной женщиной и фразой, написанной под её портретом. Кто такие «мы» и зачем они его ждут? Полицейский своими ребусами тоже не подвёл к ответу. Хотя, стоит признать, что конец «Дня сурка» он предсказал очень точно.

Радовало, что плакатов с женщиной по дороге водитель больше не видел. Голуби без голов, похоже, улетели по своим делам, следуя за головастыми коллегами. Осталось только одно: надо посмотреть назад и проверить, есть ли там…

– Твою мать!.. – камень лежал на том же месте на заднем сиденье, являясь напоминанием, что всё происходящее не было сном. Или он спит до сих пор? Кулак от недавнего удара по знаку ещё болел, указывая на обратное. Проснуться не получится…

Телефон лежал в руке, и пальцы уже пару минут гоняли телефонную книгу рядом с именем жены. Надо было позвонить, но этот плакат… А что если женщина с цветными волосами сейчас у него дома? Что если там есть кто-то ещё? Быть может, полицейский, говоривший про какой-то сон Оксаны, сейчас находится рядом с дочерью? Нет, это просто какой-то бред. Не может он попасть к нему домой, опередив отца, нёсшегося на всех парусах. Тут же мозг поломал эту успокаивающую мысль: ты катался по кругу три раза, не имея возможности покинуть этот бред. Да уж, надеяться на логику нельзя. Ответ на вопросы может дать только один телефонный звонок.