Коварные сентеги

Глава 1

Ватага искателей

Оба погонщика, направлявшие табун похасов на внушительное подворье, никак не выглядели простыми пастухами. Скорей вооруженными до зубов наемниками, головорезами, убийцами, наставниками боевых искусств… да кем угодно, но только не людьми, обслуживающими верховых животных. Лишь одних арбалетов, притороченных возле седел, у каждого имелось по три штуки. Впечатляли не только разнообразные и многочисленные средства атаки, но и защитная амуниция. На полностью закрытых латами рыцарей они не походили, но создавалось впечатление, что даже пятки у них в сапогах не портянками прикрыты, а непробиваемыми носками из металлической сетки. Если бы похасы не были такими сильными и выносливыми, вряд ли бы они смогли таскать на себе такую массу железа. Кони уж точно не смогли бы.

Когда все пригнанные похасы оказались на подворье, а ворота стали запирать тяжеленным брусом, одно из окон дома открылось, и оттуда выглянула широкоплечая женщина. Мужеподобное лицо ее было искривлено в гримасе недовольства:

– Зря вы сюда на ночевку приперлись…

Один из погонщиков, так и не спешившийся, нахмурился:

– Что за проблемы?

– Весь день вокруг разные типы крутились. Какой-то дедок, замаскированный под попрошайку, даже в ворота два раза стучался. Уже подумала, наглости наберется да через забор перелезать начнет. Но, видно, учуял смертишку свою от болта арбалетного, не рискнул… Ну и в поселке этих типов штук шесть точно притаилось. Мы за ними весь день из чердачных окон наблюдаем.

– Шакалы! – презрительно бросил второй вояка, заперший ворота, взял под уздцы своего похаса и повел к навесу. – Но мы и с десятком таких крыс справимся. Ты лучше скажи, чем нас на ужин порадуешь?

– Голодными не останетесь. Но прежде чем в дом входить, выпустите во двор шейтаров. Так спокойней будет.

В Южных княжествах злобными шейтарами пользовались больше, чем во всем остальном мире Тройной Радуги. Эту прыгающую помесь лягушки с крокодилом не просто разводили, но и вели постоянную селекцию, улучшали породы, выводили новые типы с разной окраской и с разными по величине и загибом клыками. Хорошо прикрытые кольчугами воины, да еще умело владеющие оружием, легко справлялись с шейтаром, а то и с двумя, но если животное распластывалось на земле и прыгало только в самом удобном, выверенном случае, то и закованному в сталь рыцарю злющие животные могли свернуть голову или нанести тяжелое ранение. Так что при защите большой усадьбы, да еще в ночное время, вполне хватало трех-четырех шейтаров.

На данном подворье имелось сразу пять этих агрессивных созданий, хрипящих со злостью даже на своих хозяев. А уж прибывшие погонщики хозяевами не были, хотя чувствовали себя как дома. Заперли похасов прочными загородками под навесами, задали им корма, перенесли все свое вооружение в некое подобие сеней дома и только тогда, выйдя на огражденную высокую веранду, подняли дверки клеток, которые располагались под полом, на уровне земли. И пять тварей прыжками принялись носиться по двору, высматривая, чем бы подзакусить. На ночь их не кормили, повышая злобу и агрессивность, а утром этим пользовались, подкидывая корм прямо сквозь дырки в полу веранды и таким образом заманивая зверей обратно в клетки.

Глядя на них, мужчины переговаривались по поводу последних новостей.

– Не нравится мне это повышенное внимание, – сказал один из них. – Утром за нами следить пытались в том поселке, теперь к этому дому присматриваются.

– Вполне естественно! – заметил его более бесшабашный напарник, считавшийся в данных местах ветераном воинского и поискового дела. – У нас здесь всегда так: если табун свободный на выпасе появился, значит, либо украден, либо всадники где-то в катакомбах роются. Значит, шанс нахождения добычи увеличивается. Вот шакалы сразу и просыпаются от спячки да всеми силами присматриваются к чужим трофеям.

– Только присматриваются?

– Чего уж там, порой могут и на похасов позариться. Но для них бо´льший смысл нападать, когда хоть что-то ценное на горизонте появится. Не раньше.

Сомневающийся новичок не удержался от следующего вопроса:

– А если наши отыщут нечто очень и очень ценное?

– Ха-ха! Не переживай! Старшина Яцура не первый год ватагу водит, потому знает, что и как показывать надо в любом отдельном случае. И глаза отведет печальным возвращением, и трофеи перепрячет в надежное место сразу после нахождения. Прибыль не пропадет, шакалам не достанется. Недаром у нас у каждого свои крупные поместья и по нескольку таких вот домов в прибарьерных поселках. Правильная организация дела – залог успеха.

– Меня это радует, значит, недаром к вам в ватагу пристал. Может, повезет нам в этот раз? Яцура вчера, как мне показалось по его ауре, ликовал от счастья.

Этот воин принадлежал к той редкостной категории разумных, которые имеют магические Признаки, но так Эль-Митоланами и не становятся. Вот его дополнительными талантами и были умения рассмотреть ауру и отлично видеть в полной темноте. Потому и привлек его в ватагу старшина Яцура.

– Да он всегда так ликует. Хотя сам факт нахождения гниющих останков сброшенной кожи уже о многом говорит. Если дальше и в самом деле уснувший сталпень отыщется, есть масса шансов по нему и к сокровищам или к складу артефактов добраться.

Опытный воин, оказавшийся новичком в этих краях, позволил себе помечтать:

– Сталпень… это уникальный случай… А вдруг отыщется проход на ТУ сторону?

Выходец из местных преспокойно убрал ногу из щели ограждения, за которую подпрыгнувший шейтар пытался ухватиться своей зубастой пастью, и недовольно скривился:

– Полная ерунда! На ТУ сторону дороги нет. А кто пытался ее отыскать и забредал слишком далеко, уже никогда не возвращался. Ты только вдумайся в это слово: никогда. За тысячи лет ни одного вернувшегося разумного создания. И все их косточки либо белеют в дальних отрогах за барьером, либо давно сгнили в сырых катакомбах. Недаром у нас есть простое правило: «Увидел чьи-то кости, немедленно разворачивайся и беги оттуда. Иначе – тоже погибнешь». Кто это правило выполняет, и богат, и счастлив, и, что самое главное – живет до глубокой старости.

– А как же легенды и байки?

– Они для простофиль, чтобы фальшивые карты охотней покупали, – ветеран из местных коротко хохотнул, глянул напоследок в сторону садящегося Занваля и заторопился: – Давай хоть быстрей поужинаем и смены ночного дежурства распределим. Выспаться мечтаю…

В сравнительно тесной комнате мужеподобная женщина уже закончила ставить на стол нехитрые крестьянские блюда, и как только гости стали рассаживаться, подхватила с комода компактный арбалет и подалась к внутренней лестнице на чердак со словами:

– Пойду сменю племянницу, пусть тоже поужинает…

Ее шаги смолкли в отдалении. Мужчины довольно поспешно старались оприходовать горячее блюдо с мясом и внушительную миску салата. Но и во время еды сказывался их опыт и звериная настороженность, они интуитивно прислушивались к каждому постороннему звуку. И сразу замерли, когда с чердака донеслись грубые ругательства. Судя по расслышанным словам, хозяйка дома застала свою племянницу бессовестно спящей на посту. Вроде как и ночь не наступила, но по сути грубейшее нарушение при накаленной обстановке в округе.

– Тыльные окна! – бросил местный, и воины, позабыв о еде и подхватив вместо ложек свое оружие, метнулись к той части дома, откуда лучше просматривались примыкающие к подворью огороды. Если уже кто и мог за последние полчаса незаметно подобраться к дому, то только оттуда.

И такая вот бдительность оказалась более чем уместной. Ругательства на чердаке вдруг сменились девичьим визгом:

– Тетя!!! Уби-и-и-или!..

А оба воина-защитника в тот же момент разрядили через окошки первую пару своих арбалетов в несущиеся к дому тени. Еще четыре выстрела, и в сумме уже пять нападающих свалились с ног. Еще двоих повалили шейтары, и если сильно не погрызли, то на какое-то время вывели из боя. Три выстрела последовало с чердака: один убитый, второй раненный в ногу. И все равно теней вломилось в дом не менее полутора десятков. Двое, правда, так и повисли в оконных проемах, пронзенные короткими копьями. Еще пара своими трупами заклинили выходящие на задний двор двери. И все равно силы оставались более чем неравные, несмотря на узость проходов. Схватка смещалась в дом. Тут уже началась рубка мечами и кинжалами. Ну и хуже всего, что среди нападавших оказался Эль-Митолан. Выпущенные им две синие парализующие молнии изрядно опустошили защитные магические обереги оборонявшихся, но своей цели так и не достигли. Гремящая сталью, топочущая и рычащая толпа вкатилась в большую прихожую, где в густых сумерках и началась завершающая стадия боя.

Но, как это ни странно, шестикратное преимущество не позволило легко пленить укутанных с ног до головы в кольчуги воинов. Да и они дрались с яростным отчаянием, понимая, что в любом случае смерть уже пришла за ними. Раз их хотят взять живыми, то смерть будет длинной и мучительной, но наступит все равно, как ты ни сотрудничай и что ни рассказывай… Так что лучше уж погибнуть во время боя, как можно больше унося за собой врагов «за барьер», как здесь иногда говаривали о смерти. И некий шанс на победу, пусть и призрачный, у оборонявшихся стал появляться.

Поэтому когда пало еще трое, командир нападавших взбесился, отпрыгнул в сторону и скомандовал находившемуся в тылах колдуну:

– Одного убей!

Тотчас огненный сгусток буквально выжег лицо местного ветерана, и тот рухнул мертвым под ноги своему товарищу. Но не успели оставшегося в живых защитника взять в кольцо и спеленать заготовленной сетью, как со стороны лестницы щелкнула арбалетная струна, и командир нападавших тоже рухнул мертвый, но уже с дыркой во лбу от болта.

– Там еще кто-то! – заорали несколько глоток.

Все стоявшие в полукольце нанесли слаженный удар копьями и мечами, убив последнего, укрытого тяжелой кольчугой защитника.

Новая синяя молния, и кто-то скатился по лестнице. Эль-Митолан со злостью проскрипел:

– Я пуст… Не добил, может уйти! Вяжите и допрашивайте сами…

Сразу двое с мечами ринулись к лестнице, вздернули упавшего на ноги, несмотря на его сопротивление, всмотрелись…

– Тварь! Да это же девка!

– И как ее никто раньше возле дома не видел? Неделю не показывалась!

– Вот это она и подняла тревогу своим визгом!..

– Сука! Командира убила!.. Ах ты!.. Чего ты тут пряталась и с кем приехала?

Обоим воинам пришла в голову одна и та же мысль: влепить пленнице порядочную затрещину, а то и зубы выбить для лучшей разговорчивости. Вот они и замахнулись одновременно… А пленница вдруг резко присела, развернулась волчком и бросилась по лестнице обратно на чердак.

Ей вслед понеслись страшные ругательства. Потом, растолкав с пути нерасторопных товарищей, за девушкой ринулся сам колдун. Отсутствие магической мощи нисколько не лишило его физической силы. Только вот ни опыта, ни сообразительности у этого молодого мага, приданного отряду, не имелось. Иначе бы он никогда не поспешил показывать свою удаль перед тем человеком, пусть даже и женщиной, который уже убил как минимум парочку нападавших.

И отчаянная защитница дома преподнесла очередной сюрприз: не стала забиваться со страхом в дальний угол чердака, а подхватив оставшийся наверху кинжал, мастерски вогнала его бегущему за ней следом колдуну прямо в глазницу. Вниз скатился уже труп, заставив отпрыгнуть в сторону спешивших на помощь соратников.

Вот тут уже оставшиеся шестеро вояк должны были бы понять, что сегодня удача явно не на их стороне и следует бежать отсюда как можно быстрей и как можно дальше. Но оракулами они не являлись, а может, у них не было никакой возможности к отступлению, пусть даже к позорному. Двое из них, прикрепив к своим копьям зажженные трего, ринулись с ними наперевес штурмовать последний оплот с последним, самым наглым защитником. Следом двинулась вторая пара. Первые успели засечь момент проскальзывания девичьего тела через чердачное окно.

– Она на крыше! Присмотрите со двора!

Последняя пара нападавших поспешила прочь из дома, чтобы при попытке беглянки спуститься вниз перехватить ее на подворье. Да только дом был слишком высок, и девушка не рискнула спрыгнуть в густой сумрак. Вместо того чтобы скатиться на более пологую крышу веранды, куда неудачно кувыркнулся один из ее преследователей вместе с магическим светильником, она стала отчаянно карабкаться к коньку. За ней, пытаясь ухватить за ноги, а то и ткнуть вторым светящимся трего, спешили трое преследователей. При этом они рассмотрели голые ноги в прорехах разорванной юбки, и содержание угроз резко изменилось. То есть смерть, а перед тем и тщательный допрос девушки нисколько не исключались, но теперь кровожадные агрессоры обещали еще сотворить насилие в особо изощренных и садистских формах. При этом все участники финального трагического действа так сосредоточились на своем занятии, что почти не обращали внимания на пяток боларов, рассевшихся на крыше в разных местах.

Пользуясь своей легкостью и подвижностью, девушка взобралась наверх, словно белка, прошла по коньку к самому краю и там, загнанно дыша, прикрылась корпусом одного из разумных растений скорей от безысходности и спонтанно, чем преднамеренно. В руке она сжимала метательный нож, готовясь как можно дороже продать свою жизнь. Это вначале даже ошарашило воина с трего:

– Эй, ты чего это?.. – но он тут же сообразил, что это за преграда, левой рукой снял светильник с древка, а правой поудобнее перехватил копье для броска. – Кыш! Кыш, зеленючка поганая! Не мешайся тут под ногами! А не то…

Дыхание у него окончательно сбилось от крика, и он сделал вынужденную паузу, со свистом втягивая воздух в легкие. Поэтому все легко расслышали громко, со специфическим скрипом заданный вопрос:

– А то что будет?

В Южные княжества веяния последних лет тоже достигали. Дикие и отсталые аборигены только притворялись таковыми, а на самом деле и о войнах последних знали, и о боевых боларах слыхивали, и о том, какой огромный вклад внесли они в победу над Детищем Древних, ведали прекрасно. Но одно дело все это знать со слов других, а другое вот так, в горячке боя и погони, столкнуться с подобным существом, которое тебя совершенно не боится. Тем более что в подсознании четко сидят вбитые с детства стереотипы: летающие растения хоть и сообразительны, но трусливы, слабы, и всегда пасуют перед вооруженным воином.

Потому воин только разозлился:

– Как что?! На дрова сейчас пущу! – и отвел руку в замахе.

Но метнуть копье не успел. Казалось бы, спокойно лежащие на крыше одной кучкой корни болара приподнялись еще быстрей. Три корня умело придерживали арбалет, а четвертый потянул скобу спуска. И незадачливого вояку бросило на спину после попадания болта прямо в сердце. Самое диковинное, что болар тотчас достал невесть откуда второй, заряженный арбалет и без всяких эмоций проскрипел:

– Остальным приказываю немедленно бросить оружие…

Но если троица воинов на крыше замерла, то на подворье послышался шум и топот. Потом раздались глухие удары, и во вновь наступившей тишине прокатился голос еще одного болара:

– Какие-то непослушные попались, на ночь побегать им вздумалось… Может, этих двоих придушить для острастки оставшихся?

– Нет, мы и так припозднились, вон сколько трупов… Командир вот-вот прилетит, начнет спрашивать, а тут и рассказать некому… – Болар развернул свои телескопические глазки к окаменевшей девушке: – А ты молодец, лихо сражалась! Если бы мы не помешали, могла бы и с остальными справиться.

Зубная дробь была ответом на такую похвалу. Кажется, защитницу дома потрясли не столько смерти тети, опытных ветеранов или собственное мужество и тяжелейший бой, сколько неожиданное вмешательство в этот бой разумных растений. Стоять ей на крутом скате было неудобно, и за плененной троицей нападавших наблюдать в диковинку, потому как тех болары просто бесцеремонно столкнули с крыши, ухватив, правда, в последний момент за пояса и за руки. Ну, и что делать дальше, не знала. Только все так же сжимала в руке метательный нож.

– Тебе помочь спуститься вниз? – неожиданно спросил болар.

– Мм? Спасибо… я сама… – девушка коснулась руками крыши, чувствуя, как затряслись ноги, и она не ровен час рухнет вниз.

– Жаль, что мы не можем помочь прибраться в доме, наши сферы слишком широки для окон и дверей. Но вскоре прилетят наши друзья, среди них два человека. Они Эль-Митоланы, для них это труда не составит… И хорошо бы рассказать, что здесь произошло.

Девушка немного помолчала, все в большей мере ощущая моральное опустошение после всего свершившегося. Потом начала с самобичевания:

– Это все из-за меня… После привода табуна я успокоилась, расслабилась и заснула… Потом начала ругаться тетя, потом она в запале выглянула из окна и тут же рухнула на меня с дыркой в голове…

– Как тебя зовут?

– Риона… Риона Чилайс…

Видя, что спасенная девушка вот-вот соскользнет с крыши, болар продел свои корни у нее под мышками и легко снес вниз. Еще и приговаривал при этом, словно рассуждал сам с собой:

– И вот чего, спрашивается, некоторые существа настолько воинственны и кровожадны? Они посходили с ума? Или им нечего есть? Абсурд! Неужели для них так важно было уничтожить обитателей этого дома?

Почувствовав под ногами землю, Риона с облегчением вздохнула, а ее голос стал тверже и уверенней:

– Они напали на нас не просто так… Они собирались нас пытать и выведать наши тайны…

– Как банально! И сами почти все погибли, и тайны не узнали… А что ты теперь станешь делать? Кто тебе поможет с табуном похасов?

– Понятия не имею… В других поселках есть тетины знакомые, дальняя родня, но надо еще до них добраться…

– Тогда мой совет: наши друзья скоро будут здесь, откройся им, попроси о помощи… Они великие люди и могут многое…

Девушка немного помолчала и кивнула:

– Хорошо, я подумаю… – и медленно двинулась к мрачной громадине дома.

Глава 2

Знакомство

Ориентируясь на сигналы Маяка, отряд из пятнадцати боларов, неся в корнях двух воинов, прибыл к месту скоротечного боя вскоре после его окончания. Риона Чилайс это время не стала проводить, ворочая трупы и наводя порядок в доме – нападение отняло у нее все силы. Она заперлась в своей нетронутой комнатке и некоторое время неподвижно сидела на кровати. Потом встала, сняла порванную одежду и смыла с себя кровь. Девушка уже начала одеваться в чистое, как расслышала во дворе мужские голоса и еще более многочисленные – боларов. Видимо, и в самом деле большой отряд прилетел.

Но выглядывать в окно не стала, как и торопиться сойти вниз: если прилетели враги, то от них она точно не отобьется. Пытаться сбежать под покровом ночи – бессмысленно. Она знала о втором, особом, зрении боларов, которые лучше видят тепловые пятна людей, чем фасон одежды. Так что будь что будет.

Не успела она, переодевшись, сесть на кровать, как в доме раздался шум. Слышались шаги, стук опрокинутой при нападении мебели, которую теперь, кажется, ставили на место.

Через некоторое время кто-то постучал в дверь ее комнаты:

– Госпожа Риона, приглашаем вас на скромный ужин! Мы без вас немного похозяйничали на кухне, да и своих припасов у нас достаточно.

Вряд ли враги так вели бы себя, поэтому девушка не стала отказываться:

– Спасибо, сейчас приду.

Спустившись на первый этаж, девушка отметила, что ни трупов, ни крови на полу уже нет, в воздухе витает свежий приятный запах, а мебель кое-где стоит не на своих местах, и на ней видны сколы и царапины. Увидев Риону, из-за стола встали двое мужчин, а точнее, молодых крепких парней, на вид не старше двадцати пяти. Они были чем-то между собой сильно похожи, но еще чем-то очень разнились. Но вот именно разницу заметить, осознать и классифицировать казалось гораздо сложней, чем идентичность.

Один, судя по голосу, тот, который приглашал Риону, склонил голову:

– Рады познакомиться! Меня зовут Кашад Низу. А это мой брат, Кремон Низу.

– Очень приятно, – кивнула она и повела взглядом по сторонам. – И спасибо, что помогли.

– Не за что. – Кашад улыбнулся и бесхитростно признался: – Мы в дальней дороге несколько проголодались, поэтому вначале ужин, а уже потом поговорим.

Так и сделали, какое-то время не разговаривая вовсе. Тем более, что пища, уложенная в скромную местную посуду, поразила девушку царской роскошью. В данной местности ни рыбы такой не едали, ни креветок, ни таких диковинных фруктов и овощей. Некое понятие о них имелось у обитающего на самом юге народа, а в особенности у отдельных его представителей, но именно что понятие. Например, Рионе только и доводилось пробовать однажды сладкий манскат, потому она и знала его вкус. И довольно умело его съела, очистив нежную кожицу. Хотя не посматривай на нее мужчины, она бы и кожуру слопала, и все остальные фрукты. Но, увы, воспитание не позволяло. Хотя девушка уже мысленно опасалась именно вопроса о ее происхождении. Вряд ли перед такими колдунами пристало хвастаться матерью – поселковой учительницей или отцом – пусть и богатым, но все равно простым мельником. Это для местных пастухов подобные родители – объекты уважения, восторга, а то и зависти. Но не для тех, кто прибыл с побережья моря Поющих Сентегов.

«А вдруг они из самого Морского королевства? – мелькнула шальная мысль. – Как бы выяснить?.. А почему я должна бояться такого вопроса? Я хозяйка, они – гости, значит, и вопросы буду задавать я! – И тут же мысленно смутилась: – Попробую, по крайней мере…» – ну и начала:

– Господа, теперь я готова выслушать причины, по которым вы сюда прибыли.

Судя по паре уткнувшихся в нее взглядов, она опередила своих гостей всего на несколько мгновений. И теперь правила хорошего тона вынуждали мужчин отвечать первыми. Тот, которого звали Кремоном, сказал с честной улыбкой:

– Причины наших путешествий всегда одни и те же. Помогать страждущим, устранять зло и восстанавливать справедливость. И порукой нашей честности, открытости служит сам факт нашего тесного сотрудничества с боларами. Тебе ведь известно, что эти философы оказывают помощь только во имя добра. Известно?

– Ну… относительно известно. Я ведь ни разу с ними не сталкивалась… Настолько плотно…

– Уже столкнулась. И они тебе помогли. Причем сразу разобравшись в ситуации и поняв, на чьей стороне правда. Единственное, что нам и боларам хотелось бы узнать: как и что здесь происходило? Думаю, своей помощью мы это право заслужили?

Теперь получилось наоборот: хозяйка дома просто обязана отчитаться обо всех подробностях сражения и рассказать о предпосылках к нему – в благодарность за собственное спасение. Но рассказать, что знаешь, может быть смерти подобно. Риона располагала информацией, что вокруг творится и по каким причинам. Разве что они вместе с тетей не ведали, где остался основной состав ватаги, но твердо знали: в случае чего следует молчать как рыбы.

Поэтому девушка чуть слезу не пустила, приступая к рассказу:

– Я не знаю, на чьей стороне правда и кто здесь за что сражался. К тете я прибыла совсем недавно и даже толком не поняла, почему она проживает одна в таком огромном доме. А тут еще эти двое прибыли с вечера, загнав под навесы табун похасов. Не удивлюсь, если они животных украли, вот потому по их следам и пришли мстители. А я просто оказалась не в том месте и не в то время. Задремала на чердаке… Потом прибежала с криками тетя, выглянула в окно… и ее убили. После грохота внизу стали подбираться ко мне… Вот я и выбралась на крышу…

Девушка вдруг с ужасом почувствовала, как горят от такой лжи ее уши, щеки и шея. Она говорила все медленней, уставившись на вазу с фруктами. Ведь тому же болару-спасителю она сказала совсем иное. А схваченные пленные наверняка при допросе расскажут, сколько потерь нанесла нападавшим якобы прятавшаяся на чердаке лгунишка. Да каких потерь: командир отряда и Эль-Митолан!

Врать было настолько неприятно, что Риона решила резко сменить поведение. Она неожиданно вскочила на ноги и воскликнула:

– А что это вы меня выпытываете? Не имеете права!

Кремон выставил руки перед собой ладонями вперед:

– Да что ты, что ты! Мы ведь тебе только помочь хотим! О твоей жизни беспокоимся! Да и о своей тоже! Ведь сама посуди: если такой большой отряд совершил вечернее нападение на дом, то какие силы неведомый враг бросит ночью? Или под утро? Поэтому надо приготовиться к обороне, обезопаситься, а то и вообще отсюда бежать, пока не поздно.

Девушка с грустным вздохом уселась обратно:

– Простите… Из-за меня еще и вы пострадать можете…

– Вот потому и следует нам знать как можно больше.

Естественно, что, рассказав все, обрести в лице этих двух колдунов верных товарищей было бы здорово. Они бы и похасов помогли оставшееся до срока время постеречь и пару опытных, но уже павших воинов заменили. Ведь не возбраняется же в определенных случаях нанимать кого-либо в новые помощники, а то и в члены ватаги, которые получают свою долю от найденной добычи. Другой вопрос, что наем проводится лицом, имеющим для этого полномочия, и нанимаются при этом только хорошо знакомые, проверенные временем личности.