Дети Ишима. Книга 3. Океан

Вокруг этого человека, с самого его появления в моей жизни, я ощущал некое поле, притягивающее меня с необыкновенной силой. Мне с ним было комфортно и уютно, о чем бы мы ни беседовали. Йоги называют поле, существующее вокруг каждого человека, аурой, которая содержит его главные качества, возможно, это то, что называют духом.

Что касается меня, то я воспринимал его ауру, как поле бесконечной доброты и понимания чего-то такого, что словами выразить невозможно. А теперь, конечно, его мне не хватает, как и многих других близких мне по духу людей. В некоторых вопросах я и сам иногда веду себя как он. Пытаюсь у людей отыскать такие невидимые нити, которые бы нас связывали. И если кому-то со мной комфортно или кто-то нуждается во мне, мне кажется, что мне тогда удается приблизиться к своему Гуру или его ауре.

Во времена хаоса безверья, подмены тех жизненных ценностей, которыми я руководствовался в юности, его появление я воспринял равно приходу мессии. Не зря ведь говорят, Учитель появляется тогда, когда готов Ученик! И еще, как давно сказал Ремарк: «В темные времена хорошо видно светлых людей!» Таким и был мой Ляпин.

Свела судьба нас в одном институте, куда я пришел после относительно длительного перерыва в своей работе, которые были связаны с длительно тянувшимися за мной «хвостами» Чернобыля. Он появлялся у нас редко, иногда брал на оформление какую-нибудь статью и определял ее в разные журналы. По-видимому, у редакторов изданий он пользовался непререкаемым авторитетом.

Из всех окружающих он довольно быстро выбрал и приблизил к себе двоих, – моего студента из прошлой моей жизни и меня. Под прошлой жизнью, я понимаю времена до перестроечного периода, когда и я и мои коллеги занимались увлекательной программой подготовки марсианской экспедиции. А если быть более точным – созданием специального ракетного двигателя для ее реалистического осуществления.

Нашего Ляпушку интересовало все, – чем я занимался раньше до прихода в «Академию Магии и Волшебства», и что меня занимает сейчас?

– Если хочешь понять человека, мотивы его поведения и поступки, необходимо пройти весь путь с ним с самого начала, – говорит мне как-то мой Ляпа. – Ты рассказывай все, что считаешь необходимым, а я выберу для себя то, что необходимо и интересно мне.

Не сразу, конечно, рассказал я ему о наиболее ярких впечатлениях своего детства и юности, рассказывал ему и о тех людях, которые оставили на мне свой прочный отпечаток. Так мы сдружились. Времени у нас было предостаточно, а о таком собеседнике можно было только мечтать. Но более всего я возвращался ко времени своего «марсианского» пути.

Сам он частенько читал нам бесплатные лекции о невероятных свойствах простой воды. Здесь я был полным сторонником воззрений профессора, поскольку, сколько себя помню, всегда любил смотреть на воду, разглядывать узоры снежинок на стекле, ну и вообще конечно нырять, плавать и старался проводить все свое свободное время в воде или поблизости.

Но больше всего мне с Сашкой-Студентом нравились дискуссии профессора с нашим Магом, они походили на исполнителей оперных арий с партией мужского и женского голоса. Для меня одной из таких образцовых партий является дуэт из оперы Майбороды «Наталка Полтавка». Там, одновременно, разными голосами исполняются разные тексты. Причем каждый из исполнителей совершенно не слушает и не слышит другого! Так, к примеру, в мужской партии басом звучат слова: «Ой, Наталка, годи буде, перестань уже кричать», а в это самое время голосом меццо-сопрано исполняется текст: «Та, нехай, почуют люди, ни не буду я молчать!» Я часто исполняю эту арию двумя голосами своей жене, по очереди каждую партию, конечно, поэтому хорошо помню замечательные тексты этой знаменитой оперы.

Ляпушка был необыкновенным человеком. Имел техническое образование, ученую степень доктора и звание профессора, в послевоенное время служил в технической разведке, знал несколько языков, участвовал в реализации проекта по атомной бомбе. Как-то с Сашкой-студентом, мы навестили его на квартире, где он проживал со своим громадным черным котом. Из-за своего устрашающего вида и схожести с образом кота из главного творения Булгакова, к нему мной сразу же было приклеено имя Бегемот. Как только мы появились на квартире, кот расположился неподалеку от меня и всем своим видом показывал, что он дремлет, но это был обманный трюк!

Хозяин, между тем, вознамерился показать и рассказать нам то, чем он делился лишь с избранными. Он рассказывал нам о том, что происходит из староверов, приносил и показывал старинные иконы и реликвии. У смышленого Бегемота, видимо, взыграл ревностный инстинкт из-за повышенного внимания своего хозяина к гостям; он спрыгнул со стула, поднял вверх хвост и, мимо меня, важно направился по направлению к своему хозяину. Но тут, видно, черт решил дернуть меня.

– Бегемоту надоел этот беспредел и наглость гостей, и он отправился на защиту своего друга-хозяина.

Стоило мне произнести эту фразу, как кот издал воинственный клич, вскочил мне на коленку и когтями изо всех кошачьих сил рванул штанину, выдрав огромный клок ткани. Потом также грациозно, спрыгнув с шипением, забился под стул, на котором сидел хозяин. Эти штаны я берегу как своеобразную реликвию и память о своем Ляпушке и его коте, уже почти восемь лет. Хоть прошло и немало времени с тех пор, позитивная аура моего Гуру словно окружает меня до сих пор. А иногда мы с ним даже беседуем.

На удивление на «марсианскую» траекторию я попал, вроде как бы, случайно, однако размышляя над некоторыми загадочными обстоятельствами своей биографии, складывалось впечатление, будто бы кто-то невидимый словно вел меня за руку. В то время, когда период, связанный с подготовкой различных концептуальных решений этого полета, созрел и приближался к своему завершению, в то время и начиналась практическая реализация этого проекта, в это время и судьба вывела меня на эту орбиту.

Масштаб задачи и цена высадки человека на поверхность Марса была огромна, такой она и остается по настоящий день. Об этом можно рассказывать бесконечно, тем более что в эту тематику я был погружен в наиболее энергичный период своей биографии.

Андрей Григорьевич был замечательным слушателем, его интересовали детали проекта, о существовании которого он даже не подозревал, хоть это было и не удивительно из-за повышенной закрытости всех этих работ. Может быть, потому я так подробно рассказал ему проблематику подготовки марсианской экспедиции, с которой сейчас снят гриф повышенной секретности и, не опасаясь последствий, я сейчас могу поделиться некоторыми сторонами этого без преувеличения фантастического проекта с читателем.

Тем более что вокруг этой почти забытой темы, сейчас опять начинается какая-то мышиная возня. Появились слухи и сообщения даже о готовящейся колонизации Марса! Причем даже с высоких трибун, оглашаются сроки и примерный сценарий ее осуществления. Прозвучали даже цифры, характеризующие длительность такого полета с билетом в один конец для членов экипажа!

У меня, конечно же, есть своя оценка всего происходившего, есть и собственное мнение, не претендующее на истину в последней инстанции, относительно дальнейших планов покорения землянами Марса, как впрочем, и других планет.

А что еще могут породить заморские умы, как не абсолютно безнравственную со всех точек зрения идею односторонней отправки людей на Марс, со всеми прелестями колонизационных захватов, в свое время, «свободных» территорий планеты Земля. Самый поверхностный взгляд на проблематику отправки экспедиции на Марс на основе стандартных технологий в ракетно-космической области показывает на сегодня абсурдность подобной затеи. И речь здесь идет не о технических возможностях или политических мотивах, а скорее по нравственным и этическим представлениям. Вред, нанесенной экосистеме Земли многочисленными стартами грузовых кораблей для вывода на околоземную орбиту всего, что для этого потребуется, никто оценить не пытался. Но все по порядку.