Жертва любопытства

Лана повернулась к столу, затушила сигарету и, улыбнувшись, сказала: «Ну, что же! В цирк, так в цирк! Все идут?» «Ясный перец!» – не задумываясь, ответил Гарри! «Ну, меня – то можно и не спрашивать! А ты?» – и Тао перевел взгляд на Камиллу. «Еще раз с нами пойдешь?» Девушка вся напряглась, но как можно спокойнее ответила: «А куда я денусь с вашей – то подводной лодки!» и неестественно громко засмеявшись, вышла из – за стол. «Кстати, а во сколько начинается представление?» – спросила Лана и машинально посмотрела на настенные часы. «Вчера было в 5 часов вечера» – глядя куда-то в пол, ответила тут же Софочка. Все посмотрели на нее и она, смутившись от собственной осведомленности, быстро поколесила в прачечную, захватив из кухни узелок с полотенцами и салфетками. Часы на стене пробили 10 раз, и Тао сказал, глядя Лане в глаза: «пропускать процедуру нельзя, а то весь мой труд пойдет насмарку!» И почувствовав, что Лана начнет сейчас искать причины, чтобы отказаться, быстро встал и пододвинул ей ходунки. «Купить что ли инвалидную коляску с моторчиком?», пытаясь встать сказала она и, не дожидаясь пока Тао начнет ее казнить за такое желание, быстро ответила сама себе: «Ну, ладно, как-нибудь в следующей жизни!» А про себя подумала: «И зачем мне в следующей жизни коляска! Я же в ней буду здоровая!»

– Да, Гарри, у меня смеситель в ванной протекает! Посмотришь, как время будет, вспомнила Лана.

– Обязательно! Вот только исполню все 33 просьбы Софы! И тоже вышел из-за стола.

– А я пойду досыпать! Лениво потягиваясь, вставила Камилла и зашлепала босыми ножками к лестнице. Пройдя 3 ступеньки, она оперлась на перила и шепотом добавила, глядя Лане в глаза: «А ты особенно не расслабляйся, я из тебя сегодня красавцу делать буду! А то совсем за собой не следишь, будешь меня позорить перед знакомыми!»

– Перед какими еще знакомыми? Выдавила из себя Лана, но молодая цыганка уже исчезла за дверью своей комнаты.

Пока Тао поднимался к себе в комнату за саквояжем, Лана практически безболезненно, добралась до своей кровати, сняла футболку и, подмяв под голову подушку, улеглась на живот. «Видимо, таблетки начали действовать», довольно подумала она. Тут в дверь тихонечко постучали.

– Да входи же, я готова!

Зашел Тао, держа в руке изрядно потрепанный черный саквояж. Поставив его на прикроватный столик, он достал из него бутылочку со спиртом, ватные тампоны и прозрачную круглую склянку с длинными иглами. Затем тщательно обработал свои руки и спину Ланы спиртом, начал свое дело. Он доставал из склянки иглы и уверенными движениями вкручивал их в тело несчастной женщины. Когда Лана неожиданно ойкнула, он на мгновение остановил свой процесс и сказал: «Ну-ну-ну! Потерпи еще чуть-чуть, немного осталось! Никогда нельзя терять надежду! Конечно, альпинисткой или танцовщицей тебе уже не стать, но самостоятельно ходить без боли, ты сможешь! Вот, последняя осталась!» И он отошел на шаг, внимательно разглядывая свою работу. «Теперь полежи 15 минут спокойно»-добавил Тао, а сам беззвучно прошел в противоположный угол комнаты и сел на стул, скрестив на груди руки.

Лана расслабилась, и ее мысли понеслись, наскакивая друг на друга к тому трагичному дню, когда Серж оставил ее навсегда. 11 месяцев назад 27-го октября было не по-осеннему тепло. Серж уже два месяца вставал с постели только в душ и в туалет. Смертельный приговор был уже вынесен врачами, и все понимали, что скоро этот день настанет. К тому времени друзья посещали их дом все реже и реже, даже те, которые, пользуясь щедростью и гостеприимством хозяев, задерживались у них месяцами, съехали под разными предлогами. Софа и Лана ухаживали за Сержем только вдвоем. Уставшая Лана под предлогом поездки в аптеку, поехала в город, чтобы хоть немного отвлечься от грустных мыслей. Перед уходом она несколько раз нежно поцеловала Сержа в потрескавшиеся губы и пообещала, что скоро вернется. Она взяла такси и бесцельно каталась по городу, только один раз попросив таксиста остановиться, чтобы зайти в аптеку. Прошло не более двух часов, когда она вернулась и с улыбкой вошла в дом, но по тому, как вышла встречать ее Софочка, она сразу поняла: «Все кончено! Серж ушел! Навсегда!» Она вползла на коленках в их спальню, потому что больше ноги ее не слушались. Серж, как будто спал, на его лице лежала печать умиротворения. Следующие шесть дней выпали из ее памяти. Лана не осознавала реальность событий. Приезжала скорая, врач, которой, наблюдавший неадекватность Ланы сам, вызвал труповозку, и, подождав, пока санитары не забрали тело Сержа, на рецептурном бланке написал разборчивым подчерком телефон и адрес морга, куда увезли ее любимого мужчину.

Лана всю ночь просидела за рабочим столом мужа, пытаясь понять случившееся. Это была первая смерть близкого ей человека. Она была раздавлена горем и не знала, что нужно делать и как справиться с ним. Рано утром она позвонила знакомым и бывшим коллегам Сержа. Надо сказать, что она не ожидала от них такого искреннего соболезнования и материальной помощи в дальнейшем. Потом дрожащими от страха руками она набрала номер морга, ее пугал даже сам звонок, но на другом конце провода спокойный мужской голос ответил: «Слушаю, Вас.» И вот тогда у Ланы, словно пробило дамбу, и она разрыдалась, пытаясь объяснить незнакомому человеку свое горе. А на том конце ее слушали, ни разу не перебив, и когда, наконец-то, вдова пришла в себя, все тот же спокойный мужской голос сказал: «Как я понял с ваших слов и из записей в журнале доставки – вскрытие делать не надо, и вы желаете кремировать тело?» Лана, ошарашенная тем, что из ее мычания можно было что-то понять, внятным и четким голосом сказала: «Да!»

– Если, Вас устроит, мы могли бы произвести кремацию 1-го числа?

– Это же через 6 дней! Это не по правилам!

– Увы, но наша печь не знает этих правил и спорить с ней бесполезно, она на ремонте и приступит к работе только 1-го ноября. Но вы можете обратиться в ритуальную компанию, они за отдельную плату перевезут тело Вашего супруга в другой морг.

– Нет! Нет! Что Вы! Чуть ли не закричала в трубку Лана. Она даже представить себе не могла, что ей еще раз придется с кем – то решать эту проблему.

– Тогда я буду Вас ждать 1-го ноября в нашем морге в 10 часов утра. Адрес у Вас есть?

– Да, да! А как мне вас найти?

– Спросите – Тао.

– Кого? Кого?

– Тао! Т.А.О.! Не забудете?

– Думаю, что – нет! Сказала неуверенным голосом Лана…

– Ну, если вдруг забудете и нигде не запишите, вспомните Цзэдуна! Мао-Тао! Легко рифмуется, не правда ли?

– Да, конечно. До свидания.

– До свидания.

И Лана положила трубку. «Мао-Тао, Тао-Мао! Вот, блин, надо же …люди с самым здоровым чувством юмора работают…в морге!

Она очнулась от бережного прикосновения рук Тао к ее спине, он уже выкручивал иглы и смазывал спиртом дырочки от них. Когда последняя игла была извлечена из бледной спины Ланы, китаец заботливо накрыл ее сначала полотенцем, а затем пледом, скомканным у спинки кровати.

– Еще полежи минут 10 хотя бы!

– Да, полежу! Полежу! Не переживай, Тао-Мао!

– Ты не забыла? Расплылся в улыбке врачеватель.

– Я помню все! Отрезала Лана и уткнулась лицом в подушку.

Не успел Тао беззвучно испариться, как из коридора донесся хриплый бас Гарри:

– Лана, я пришел чинить твой смеситель! Можно к тебе? И не дождавшись ответа, приоткрыл дверь в комнату. Засунув голову в щель, он обшарил своим внимательным взглядом все углы и, как – будто, не обнаружив врага в засаде, зашел целиком.

– Ты уже вошел, Гарри! Не отрывая лица от подушки, ответила Лана. Заходи, не стой за спиной! Знаешь же, что я терпеть этого не могу!

– А ты че такая злая?

– Ага, вот из тебя бы сделали ежика на 15 минут, посмотрела бы я тогда!

Гарри не понял ничего из того, что сказала ему Лана, но его это не смутило, он прошел в ванную и включил кран. Тонкая противная струйка брызнула ему прямо в лицо, он спокойно закрыл его, вытерся рукавом и крикнул:

– Тут прокладка сдохла, у меня такой нет, но я вырежу ее сам из старой камеры. Недельку продержится, а там я куплю какую надо. Хорошо?

– Конечно! Равнодушно ответила Лана и, перевернувшись на спину, подумала, что 10 мин прошло и нужно перекурить.

– Ой, Гарри, стой! Я оставила в столовой сигареты, принеси, пожалуйста!

– Да не вопрос! Я мигом!

Через минуту Гарри уже зашел с пачкой сигарет, зажигалкой и начищенной пепельницей.

– Бросала бы ты это дело, Ланочка, и так ведь здоровья нет! А ты же ведь одну за одной!

– Ага! В следующей жизни! Так, когда я смогу спокойно принять душ?

– Уже побежал вырезать! Одна нога здесь, другая там!

«Уж лучше пусть они будут вместе», подумала Лана и прикурила сигарету.

1-го ноября прошлого года Лана проснулась в 7 утра, с ужасом подумав о предстоящем дне. Такси было заказано на 9, так что можно было не торопясь собраться, принять душ, выпить кофе …И тут Лана кожей почувствовала, что что-то не так! Вышла в коридор и держась за стенки пошла в сторону кухни, там стояла гробовая тишина!

– Софочка! Испугано закричала Лана. Ты где?

Никто не ответил, но в чуланчике Софы явно слышались какие-то признаки жизни. Лана встала на четвереньки и быстро поползла туда. Взявшись за ручку двери, она уперлась коленками в стену и, медленно поднявшись во весь рост, открыла дверь. Софа с повязкой из какой-то старой пеленки на голове, пыталась встать с кровати.

– Лежи, лежи! Что случилось?

– Ланочка-душенька! Прости меня, старую дуру, подвела я тебя! Упала я вчера, когда лестницу мыла, лоб вон рассекла. До сих пор кровь сочиться. Придется тебе одной сегодня моего любимого мальчика в последний путь провожать!

– Тебе срочно нужен врач! У тебя, наверняка, сотрясение мозга!

– Да какой сейчас врач! Тебе о другом думать надо! А я- то жива пока! Ты собирайся, собирайся! Документы все не забудь!

– Если бы не ты, то точно забыла бы! Значит, с мозгами у тебя дела обстоят лучше, чем у меня! Без меня ни шагу! Приеду – решим, что с тобой делать! А я побежала собираться! На секунду, окинув взглядом комнатку, Лана подумала: «Что-то изменилось здесь» …но сейчас ей было некогда об этом думать. И тем же манером, встав на четвереньки, доползла в свою комнату. Не успела Лана надеть единственное черное платье, как зазвонил телефон, и диспетчер сказала, что машина уже ждет. Быстро, собрав волосы в тугой узел и натянув ортопедические ботинки, перекинула через плечо сумку с документами, опираясь на ходунки, Лана почти побежала к машине. Происшествие с Софой помогло забыть об ужасе предстоящего дня, и только когда шофер сказал: «Приехали!» Лана почувствовала всю тяжесть происходящего, и не почувствовала своих ног. Шофер помог ей выбраться из машины, достал с заднего сиденья ходунки и довел до старого одноэтажного барака, над входной дверью которого, косилась табличка с единственным словом «морг». Лана осмотрела обшарпанное здание с ржавыми решетками на окнах и подумала: «Господи, ну а здесь то что воровать…». На скамейке сидели два пьяных санитара и увлеченно спорили, о чем то, постоянно удобряя свою убогую речь, сочными нецензурными словечками. Лана остановилась рядом с ними.

– Скажите, а где я могу найти…ну этого, как же его …Мао! Вот!

Мужчины повернули к ней свои бритые головы и заржали. Лана невольно отметила, что их лица явно не страдают присутствием интеллекта.

– Тао! Тебя тут женщина ищет! Заорал тот, что сидел ближе к окну и постучал грязным кулачищем между решеток. Не прошло и минуты, как в двери показался маленький желтолицый мужчинка в чистом белом халате.

– Здравствуйте! Я с вами разговаривала по телефону четыре дня назад? Спросила Лана.

– Да, я Вас узнал по голосу! Пройдемте со мной! И увидев, как она, с трудом пытается перетащить через порог ходунки, он уверенно взял ее под локоть.

От холода и мрака помещения Лану пробила дрожь. Медленными шагами они прошли в конец коридора и остановились перед цинковой дверью.

– У Вас есть несколько минут, чтобы проститься, я подожду Вас здесь.

– Пожалуйста, пойдемте со мной! Тао молча, кивнул и пропустив женщину вперед, вошел следом.

Несмотря на то, что со дня смерти Сержа прошло 6 дней, он лежал на металлическом столе, как будто спал, и только легкий грим выдавал неестественность его положения.

– А можно мне его поцеловать? Тихим голосом спросила Лана.

– Скорее нужно.

Она отодвинула ходунки в сторону и оперлась руками о холодный стол. Затем медленно наклонилась и три раза поцеловала своего мужа в посиневшие губы. Тао понял, что женщина может сейчас упасть, быстро подхватил ее под руки и подвинул стул. Лицо ланы исказила гримаса горя и слезы потекли по щекам, она сняла с руки свое обручальное кольцо и знаками попросила Тао, положить его с покойным. Тао все понял без слов и положил кольцо под белые простыни, которая укрывала тело Сержа.

– Пора. Почти шепотом произнес работник морга и помог Лане подняться.

Вам придется подождать меня 15-20 мин, давайте урну!

– Какую урну? Удивилась Лана.

– Для праха покойного, разве я Вас не предупредил?

– Нет. Совсем растерялась Лана. Но я заплачу, сколько надо!

– Это моя вина и я сам должен ее исправить. Пойдемте! И они двинулись по коридору в обратную сторону. Тао остановился у первой двери, возле выхода, и открыл дверь.

– Подождите меня здесь, чувствуйте себя как дома.

– Спасибо. Ответила молодая вдова, но про себя подумала: «Как дома? Совсем сдурел! Да уж…тут у любого крыша поедет!».

Ее взгляд остановился на окне. За раздвинутыми шторками она увидела, как Тао что-то объясняет лысому санитару и сует какие-то деньги. Но консенсус был, видимо не достигнут, потому, как Тао снова полез в карман брюк и достал еще несколько купюр. После чего довольный санитар, чуть ли не вприпрыжку, побежал к воротам морга.

Лана медленно обвела взглядом маленькую комнату. У окна стоял стол, на котором ровными стопками лежали какие-то папки с медицинскими журналами и бумагами, очень много книг и тетрадей, которые заслоняли настольную лампу и телефонный аппарат. У стены – кушетка, по аккуратно сложенному на ней постельному белью, было понятно, что человек, работающий здесь, не редко на ней ночевал. Ее внимание привлекла большая книга в кожаном коричневом переплете, лежавшая на подушке. Она подошла ближе и прочитала название «Практикум по хирургии острого живота». Непростой, видимо, этот санитар, раз увлекается такой литературой. Рядом стояла тумбочка, покрытая полотенцем на которой резко выделялся современный электрочайник, кружка и пачка с пакетиками зеленого чая. Но что Лану поразило больше всего, так это, какая –то необыкновенная стерильность, как будто бы здесь убирались не шваброй и тряпкой, а пинцетом и ватным тампоном. Она перевела взгляд на шкаф в углу комнаты, но тут дверь открылась, и зашел Тао, держа в руках нечто похожее на термос.

– Держите! И он протянул это Лане. Не чешский хрусталь, конечно, но вполне добротная, герметичная урна.

– И все? Спросила Лана и тут же поняла глупость своего вопроса.

– И все. Распишитесь вот здесь, пожалуйста. Он открыл один из журналов и поставив галочку, подал ручку.

Лана поставила какую-то закорючку. Ее пальцы не слушались. Она вцепилась в плечо Тао рукой и снова беззвучно расплакалась.

– Если я сейчас не закурю, то у вас появится лишний труп. Здесь можно курить?

– Здесь – нет, но пойдемте на свежий воздух. Вам там станет легче.

Лана положила урну в сумку и достала сигарету и зажигалку. Засунув сигарету за ухо, она двинулась к выходу. На улице ей действительно, стало легче дышать и она, прикурив сигарету, спросила

– И как вы здесь работаете? Вам не страшно? Вы покойников не боитесь?

Тао улыбнулся и нарочито похрипел

– А чего же нас бояться-то, милочка?

– И как вы при такой-то работе еще умудряетесь шутить?

– А здесь … либо так, либо так, и Тао кивнул в сторону забора, у которого мирно спали 2 лысых санитара. Куда Вам ехать? Я поймаю машину.

– В «Зеленые холмы», с благодарностью в голосе ответила Лана и прижала сумку к груди.

Не прошло и 5 минут, как на территорию морга въехало желтое новенькое такси, из которого вышел Тао и помог Лане в него забраться.

– Ну, что же, до свидания! Звоните, если что!

– Спасибо. Конечно. Вежливо ответила Лана, а про себя подумала: «Да, Боже, упаси!» И, прежде чем захлопнуть дверцу, сказала:

– Я умру от любопытства, если не спрошу, кто Вы по –национальности?

– Китаец, опустив глаза, ответил Тао.

Наверное, родился в России, подумала несчастная женщина, и такси рвануло с места.

Только когда машина въехала на территорию дачного поселка, и шофер спросил адрес, Лана очнулась от забытья. Таксист довез ее до ворот и быстро уехал. Лана раздвинула ходунки и сделала шаг к дому, острая боль пронзила ноги и она, чуть не упав, застонала. Десять метров от ворот до порога казались километрами, но она дошла и, открыв входную дверь, шумно села на пол. Услышав торопливые шажочки, Лана только вспомнила, что произошло утром с Софой и ей стало стыдно. Софа, увидев сидящую на полу Лану, запричитала и бросилась помогать ей подняться.

– Ланочка-душенька, что случилось? Как ты?

– Тебе наврать? Сама- то как? Глядя на аккуратно обработанную зеленкой и заклеенную пластырем рану на лбу Софы, спросила Лана, и на коленях поползла в сторону кухни.

Софа шла за ней следом и повторяла: «Да я-то, нормально! Нормально я!»

Когда они добрались до столовой, Лана с помощью стула, встала на ноги, и зажмурившись от боли, быстро села на него. Она только что обратила внимание на стол, он был накрыт на двоих, а третья стопочка стояла рядом с пожелтевшей черно-белой фотографией Сержа, уголок которой был аккуратно обвязан какой-то старинной черной тесемочкой. Лана никогда не вдела ее, на ней Серж был моложе лет на 10, чем до встречи с ней. В центре стола, окруженная различной нарезкой и салатиками, гордо выделялась бутылка «Русской» водки, этикетка на которой напомнила Лане ее студенческие годы.

– А мы не отравимся этой дореволюционной реликвией? Спросила она.

– Это нынешней можно отравиться. Просопела себе под нос Софа и. ловко откупорила бутылку столовым ножом бутылку, налив сначала стопочку Сержу, и накрыв ее ровным кусочком бородинского хлеба, а затем Лане и себе.

– Ну, давай помянем нашего мальчика. Не чокаясь. И быстро выпив, принялась накладывать в свою тарелку по чуть-чуть всего, что было на столе. Лана тоже выпила, но есть она совсем не хотела. Достала из сумки урну, поставила ее рядом с фотографией и прикурила сигарету. Докурив, она сама налила по второй и разревелась навзрыд. Умная Софочка не останавливала ее, а лишь тихонько поглаживала Лану по руке. Когда истерика у Ланы закончилась, Софа сказала: «Ну, вот и умничка! А теперь расскажи мне, как все прошло!» И Лана, всхлипывая начала ей подробно все рассказывать. Про то, как она прощалась, про пьяных санитаров, про то как у нее не было с собой урны и про внимательного Тао. Когда она закончила Софа встала из-за стола и изрекла: -Да! Хороший, наверное, человек! Жалко, что китаец.

В реальный мир Лану вернул стук входной двери и быстрые тяжелые шаги, приближавшиеся к ее комнате. У ее двери шаги затихли и Лана, опасаясь, что мозг у Гарри взорвется от задачки, повышенной сложности «стучать или так войти?», крикнула

– Прокладка готова?

Дверь тут же открылась, и довольный Гарри почти вбежал в комнату, как ребенок, любуясь какой-то черной резиновой фигуленке, которую сам смастерил.

– Вот сейчас поменяю, и можешь неделю плавать, как русалочка!

– Класс! Ответила Лана и молча, оценила его сравнение ее с русалочкой. «Сам ведь не понял, что сказал», подумала она.

Пока Гарри менял прокладку Лана лежала на спине, заложив руки за голову, и смотрела, как из-за открытой форточки, предательски шевелится отклеившийся от стены уголок обоев. И думала, что если уж при жизни Сержа ей не удалось сподвигнуть его на ремонт, то сейчас, то уж точно, у нее никогда на это не будет денег. И мечтала о пластиковых окнах, натяжных потолках, новой мебели…

– Все! Крикнул Гарри. Проверять будешь.

– Тебе Гарри, я верю на слово!

– А что это ты лежишь в темноте? Ты только глянь, какая красота на улице! Солнышко припекает, как летом! и только он взялся рукой за шторы, чтобы их раздвинуть, Лана вдруг завизжала

– Нет! Гарри, нет! Только не это! И натянула плед на лицо

– Это еще почему? Озадаченно спросил он, но руку все же убрал.

– Боюсь исчезнуть! Улыбаясь, ответила Лана из-под пледа.

– Как это? Лана подумала, что ей долго придется объяснять старому солдату, как исчезают вампиры и ответила

– Украдут такую красавицу! Иди потом, ищи!

– А-а-а! И Гарри громко засмеялся, а Лана рассмеялась над Гарри.

– Ну, я пошел тогда? Меня еще Софочка просила свозить ее в магазин, ей что-то нужно к обеду! Кстати, она просила передать, что обед будет сегодня в час!

– Слушаюсь, мой Генерал! Отдала честь, улыбающаяся Лана и подождав, пока закроется дверь, потянулась за сигаретами.

«Так, до обеда еще примерно час! А пока нужно дочитать 17 том Чейза, 2 недели книгу в руки не брала», и Лана достала книгу с нижней полочки своего столика, но так и не открыла ее, потому что еще слышала смех Гарри. И мысли снова несли Лану по волнам памяти, к тому дню, когда она впервые встретила его.

Три месяца прошло с того дня, как Лана простилась с Сержем, три месяца она не выходила из дома, за стенами которого кипела жизнь и пролетала мимо нее. День и ночь смешались в единый клубок. Днем она спала, а когда просыпалась ближе к ночи, то уходила в кабинет Сержа и седела за его рабочим столом перед компьютером. Слушала их любимые песни, смотрела фотографии, разбирала его электронную почту, так как удалить его адрес не поднималась рука, бесконечно раскладывала пасьянсы. Софочка сначала рьяно пыталась вывести ее из этого забвения, потом ее попытки становились все менее напористыми и, в конце концов, сошли, на нет, но все же она каждый вечер оставляла на кухонном столе какую-нибудь еду, термос чая и пачку сигарет. Сначала ее обеды были, как всегда изысканными, чай дорогой и обязательно с лимоном, а сигареты исключительно только тонкие «Pall Mall». Потом изысканные блюда сменились обычными кашами и бутербродами, чай на дешевый в пакетиках, а сигареты на «Золотую Яву», в доме отключили городской телефон и интернет, Лана поняла, что пора брать себя в руки и жить дальше. Она не ложилась спать всю ночь, уже под утро она решительно вынула из рамочки их с Сержем свадебную фотографию и вставила на ее место другую, где Серж один сидел в старом кресле своего кабинета и довольно улыбаясь, держал в руке кружку с пивом. Нежно поцеловала ее и поставила обратно на свой столик. Как только послышались Софочкины шаги, вышла из комнаты, стараясь как можно тише греметь своими «вторыми ногами», подкралась к ней и обняла ее крепко-крепко за плечи.

– Софа! Ничего не говори! Я все поняла! Я сейчас же еду в банк! И мы все уладим!

– А у меня для такого случая припасена горсточка твоих любимых кофейных зерен, правда, только сахара нет…

– Фигня! Я мигом в душ! А ты мели, мели! И уковыляла к себе в комнату. Громко включив диск «Love Songs» Элтона Джона, разделась и залезла под душ.

Когда Лана вошла в столовую свежая и аккуратно причесанная, там уже стоял так любимый ею запах свежемолотого кофе. Начинало светать. Лана взглянула в окно и потеряла дар речи. Во дворе лежали высоченные сугробы, все деревья были покрыты толстым слоем снега и только тропинка, ведущая к воротам, тщательно расчищена и утоптана маленькими ножками Софочки.

– Какой сегодня день? Серьезным тоном спросила Лана, прикуривая, толстую как палец «Золотую Яву»

– 31 января. Глядя в сторону, ответила Софа и достала из кармана своего передника маленький сверточек, перевязанный красной ленточкой.

– Вот, сказала она. С Новым Годом, тебя, дорогая! С прошедшим. И протянула сверточек. Лана быстро развязала ленточку и увидела теплые носочки, связанные из белой овечьей шерсти. Чтобы не расплакаться от такого трогательного внимания Софы, Лана быстро нагнулась и надела под столом носочки!

– В самый раз! Спасибо, заботливая ты моя! И потянулась к подоконнику, чтобы взять телефонную трубку, и вызвать такси. Но тут же вспомнила, что телефон отключили, а на ее сотовом давно закончились деньги, застыла…

– Я сейчас! Поняв ее замешательство, сказала Софа и быстро убежала в свой чуланчик. И вернувшись, положила перед ней старый мобильный телефон Сержа, который, как думала Лана, он выбросил, после того, как ему на последний юбилей коллеги подарили новый модный и навороченный.

– Правда здесь осталось всего 12 рублей, но может быть хватит на один звонок!

– Софа! Ты – чудо! Конечно, хватит! И быстро начала набирать номер, который знала наизусть.