Пазлы от дьявола

Серия «Зеленые холмы»

Книга 3.

Пазлы от дьявола

Глава 1.

Дачный поселок «Зеленые холмы» был основан в середине прошлого века. Тогда это была просто земля, после вырубки леса, единственным достоинством которой считалось ее близкое местонахождение от Столицы. Землю делили на отдельные участки и награждали ими участников войны за заслуги перед Отечеством. Даже в то неспокойное, но счастливое время получить такой участок под строительство дачи считалось большой удачей. Отцы и деды нынешних хозяев десятилетиями строили здесь домики и возделывали приусадебные участки, чтобы их наследники, в наше время, смогли возвести на их местах благоустроенные многоэтажные коттеджи с зимними садами или довольно выгодно продать их тем, кто сможет это сделать. Последних оказалось гораздо больше, поэтому новые хозяева участков в дачном поселке «Зеленые холмы» очень редко состоят в родственных связях с их первоначальными владельцами. Основной контингент жителей сегодня составляют богатые бизнесмены и политики, которым приятно жить в пяти километрах от шумного и загазованного мегаполиса. Ведь жизнь там, в оковах даже пятикомнатных квартир, ни в какое сравнение не идет с жизнью в экологически чистом и спокойном поселке без пробок и с бесплатной личной парковкой для всех своих автомобилей. Именно такие «дачники», благоустраивая свои личные участки, благоустраивали и сам поселок. Благодаря им были заасфальтированы и освещены все дороги и улицы, построено много маленьких магазинчиков и большой супермаркет, открыты всевозможные мастерские, кафе и салон красоты. Но самой большой популярностью пользуется огромный спортивный комплекс с бассейном, сауной, тренажерным залом и солярием.

В этом самом поселке на улице с красивым названием Кленовая, в доме №13 пахло ароматным, свеже молотым кофе. Там в чистой и уютной столовой, за столом сидели пять человек. Эти люди были абсолютно разные по возрасту, образованию и даже национальности. У открытой форточки курила хозяйка дома – Лана, ей этот дом достался в наследство от покойного мужа, вместе с проворной домработницей Софочкой, полненькой хохлушкой, возраст которой всегда был загадкой для Ланы. С правой стороны от хозяйки дома, громко прихлебывая пил кофе бывший спецназовец, полковник в отставке Игорь Старков, для своих, просто – Гарри. Слева, с ноутбуком на коленках, устроился маленький щуплый китаец Тао. Два года назад он бежал из Китая, где ему грозила смертная казнь за акт эвтаназии по отношению к неизлечимо больной матери. В России несостоявшийся первоклассный хирург без документов смог устроиться только санитаром в морг при больнице скорой помощи, на самой окраине Столице. Напротив, Тао сидела красивая молодая цыганка Камилла. Она уже допила свой кофе и внимательно разглядывала разводы от кофейной гущи на своей чашке. Эти люди не были ни коллегами, ни друзьями и ни родственниками. С первого взгляда казалось, что их объединяло только то, что все они жили под одной крышей этого двухэтажного деревянного дома. На самом же деле всех их связывали теплые отношения, которым позавидовали бы многие современные семьи.

– Кого это к нам сегодня черт принесет? Сказала цыганка и поставила на поднос свою кофейную чашку. Все сначала посмотрели друг на друга, а затем вопросительно уставились на нее. Камилла красивым жестом убрала прядь черных кудрей за плечо и добавила:

– Незваный гость, неприятная встреча…, и она ткнула красивым наманикюриным пальцем в чашку, которую только что убрала на поднос.

– Ты кого-нибудь ждешь? Камилла исподлобья взглянула на Лану.

– А какой сегодня день? Вопросом на вопрос ответила хозяйка и заглянула в свою чашку. Там остался последний глоток, и она демонстративно протянула руку, ладошкой вверх к китайцу.

– Последний понедельник марта. Произнес Тао, не отрывая глаз от компьютера.

– Так…курьер привезет заказ только послезавтра, а больше мне ждать некого. Но эта встреча запланированная, значит, гость не может быть незваным. Так ведь, Тао?

И она закрыла своей протянутой ладонью монитор. Китаец недовольно вздохнул, достал из кармана малюсенький сверточек из бумажной салфетки, вложил его в руку Лане и коротко ответил:

–Да.

Лана быстро развернула сверточек, достала из него желтую капсулу и, положив ее в рот, запила последним глотком кофе. Довольная, она улыбнулась и прикурила третью сигарету за утро.

– Ну, слава Богу, все жизни спасены! Апокалипсис отменяется!

Как обычно подколола ее Камилла. Таким своеобразным способом, она выражала свое сочувствие Лане, и та была ей благодарна за это, потому что терпеть не могла, когда ее открыто жалели. Китаец же, для нее выменивал на спирт, у зав. отделением реанимации, капсулы с сильным обезболивающим лекарством. Хозяйку дома мучили страшные боли в ногах из-за несчастного случая пятнадцатилетней давности.

Гарри неожиданно зевнул, прикрыв рот рукой. От прикосновения к лицу у него нервно дернулся шрам на левой щеке.

– Не выспался? Спросила Лана, стараясь выдувать дым в форточку.

– Есть маленько.

Ответил Гарри, встал из-за стола и подошел к буфету, на одной из полок которого стояла старинная жестяная банка, в которой когда-то продавалось печенье. Достал из бумажника пачку купюр разного достоинства и положил их в нее. Так делали все живущие под этой крышей, как только у них появлялись какие-то деньги.

– Сегодня была не плохая ночь, два раза в аэропорт возил клиентов. И снова зевнул. Его зевота, видимо, зеркально отразилась на Тао, и тот прикрыл рот ладонью.

– Ну, а у тебя, что покойники всю ночь песни орали? Со смехом спросила Камилла и, оглядев свои длинные красивые ногти, скорчила недовольную гримасу.

– Да нет. Спокойно ответил китаец. Сегодня реанимация всю ночь гудела. У них одна медсестричка замуж выходит. Кстати, ее будущий муж живет в нашем поселке! Он известный писатель-романист Всеволод Измайлов. У нас все женщины с ума сходят от его последней книги «В мире грешных фантазий», не читала? И он посмотрел на Лану.

– Впервые слышу. Терпеть не могу любовные романы. Ответила она и затушила сигарету.

– Кто бы сомневался! Что ты можешь понимать в настоящей любви? Хихикнула Камилла, но тут же ойкнула и подскочила на стуле. Это Софочка больно ущипнула ее за лопатку.

Гарри посмотрел в окно на свой черный Мерседес. Машина была вся забрызгана мартовской грязью. Он любил ее как живое существо, и у него все утро сердце обливалось кровью, когда он посматривал на нее.

– Нет! Я не выдержу этого ужасного зрелища! Сказал Гарри и, бренча ведрами с водой, вышел из дома и направился к своей любимице.

Кроме столовой и кухни на первом этаже дома были расположены комнаты Ланы и Софочки, а также прачечная и бывший кабинет покойного мужа хозяйки. Прямо из прихожей на второй этаж вела крепкая деревянная лестница, где в один ряд выстроились четыре одинаковые комнаты с двумя санузлами и душевыми кабинами. Три из них занимали Гарри, Камилла и Тао. Одна из комнат пустовала.

– А про какой заказ секретничаете? Полюбопытствовала Камилла и легонько ущипнула Тао за запястье. Китаец взглянул на Лану, и она на несколько секунд прикрыла веки.

– Покажи ей, Тао! А то ведь умрет от любопытства! Сказала она, а сама повернулась к окну и наблюдала, как Гарри в одной футболке любовно натирал свой Мерседес мыльным раствором. Она невольно поежилась, не смотря на конец марта, на улице было еще довольно холодно.

– Садись рядом, я тебе сейчас все покажу! И Тао поставил ноутбук на стол. Довольная Камилла вскочила со своего места и уселась рядом с ним.

– Меня подождите! Крикнула Софочка с кухни, из которой уж аппетитно пахло пирогами и омлетом с ветчиной, и через пару секунд, она уже склонилась за их спинами, вытирая свои пухленькие ручки, накрахмаленным полотенцем.

Тао прошелся своими красивыми длинными пальцами по клавиатуре компьютера, и когда на его монитор загрузилась картинка, он довольно потер ладони.

– Вот, смотрите! На экране появились странные сапожки-босоножки на липучках, с металлическими шарнирами на уровне щиколоток.

– Это германские ортезы для голеностопных суставов. С их помощью, Лана должна научиться ходить без ходунков.

– Страх божий! Сделала вывод Камилла и, машинально перекрестившись, встала со стула. На ее место быстро уселась Софочка, она достала из кармана своего фартука очки в круглой роговой оправе, и долго рассматривала картинки и читала аннотацию. Потом она медленно поднялась и, не отрывая глаз от монитора, спросила:

– А как же зимой в этих штучках ходить?

– И летом и зимой для них будет нужна специальная обувь, ее надо заказывать у ортопеда, я уже отобрал несколько адресов и телефонов…

– Господи, мои пироги! Вскрикнула Софочка и убежала на кухню.

– Ну, подруга, теперь тебя фиг догонишь! Ласково съязвила Камилла.

Лана, не ответила, она смотрела в окно и курила. Последние полгода ей пришлось нелегко. В сентябре прошлого года она от безделья и любопытства решила, во что бы то ни стало, разгадать загадку таинственного исчезновения сына богатого соседа. И ей это удалось, более того, она даже заработала на этом 50 000 долларов. Но разгадка оказалась шокирующей. И неизвестно, как бы отразилось на ее психике это трагическое расследование, если бы не Тао. Он просто за уши вытаскивал ее из болота депрессии и своей постоянной заботой не позволил случиться нервному срыву. А Гарри, Камилла и Софочка беспрекословно выполняли его инструкции. Именно Тао настоял на том, чтобы практически все вырученные деньги пошли на ремонт дома, а Лана, на правах хозяйки должна была следить за выполнением ремонтных работ. Ее специально оставляли наедине со строителями, и они подчинялись только ей. В результате, этих денег хватило на новое черепичное покрытие для крыши, замену старых окон на пластиковые, покраску дома и новую сантехнику. А также заасфальтировать двор, заменить ворота и установить видео -домофон. На Софочку легла обязанность по кормлению строителей, а так как они ели много и часто, то она, практически не отходила от плиты. Камилла помогала больному брату купить дом в родной деревне и устроить племянника в детский сад. Гарри же постоянно был в разъездах. Ему приходилось каждый день привозить и увозить рабочих, закупать стройматериалы и массу продуктов и бытовой химии для Софочки. Как только ремонтные работы были закончены, Камилла собрала всю одежду Ланы в два огромных баула и отправила на чердак. А потом неделю таскала ее по магазинам и помогла полностью обновить ее гардероб. Сам же Тао, целыми днями пропадал на работе, его можно сказать повысили. Главный патологоанатом больницы, в которой он работал, благополучно ушел на пенсию, и его место предложили Тао, чему он был нескончаемо рад, так как его зарплата увеличилась вдвое. Лана думала, что дай ему волю, он бы брал работу на дом. Но как долго бы Тао не пропадал на работе, она ни разу не видела его уставшим и не слышала от него ни одной жалобы. Напротив, как только она встречала его за утренним кофе, он с энтузиазмом рассказывал ей о новых методиках ее лечения, о новых препаратах и волшебных мазях, которые он не уставал применять на практике. Не принимая ни какие возражения Ланы, они испробовали уже три вида массажа, обертывание глиной и гимнастику. А неделю назад один из его сотрудников вернулся из тур поездки в Таиланд и привез ему какую-то чудодейственную мазь в маленькой красивой баночке. Она выглядела очень аппетитно и напоминала малиновый джем, но после первого ее применения у Тао заслезились глаза, а весь дом наполнился таким жутким запахом, что они решили отложить эту экзекуцию.

Софочка начала сервировать стол к завтраку, и Камилла встала, чтобы помочь ей расставить тарелки.

– Слушайте! Произнес Тао, не отрывая глаз от монитора.

– На фармацевтическом рынке появился уникальный препарат! Называется «Укол независимости»! Всего один укол избавит вас от алкогольной и наркотической зависимости, а также от табака-курения и вообще от всего-всего! Лана улыбнулась, но не шутке, которую вычитал в интернете Тао, а его уникальной способности выбирать из огромной массы анекдотов самые не смешные. С тех пор как она три месяца назад подарила ему этот ноутбук, он с ним не расставался ни на минуту. Каждое утро Тао читал вслух последние новости медицины и полицейскую хронику. Если же ничего интересного не происходило, то он обязательно выискивал какой-нибудь анекдот. Софочка поставила на стол румяный пирог с золотистой корочкой и начала его резать.

– Зовите Гарри завтракать, пока все не остыло! Сказала Софа, глядя только на то, как из-под ножа выходят ровные кусочки пирога. Лана повернула ручку на окне, и створка беззвучно открылась. В комнате на потолке от ветра зашевелился красный воздушный шарик, который на днях забыл у них четырехлетний племянник Камиллы.

– Гарри! Завтрак на столе! Крикнула Лана и подумала, что новые окна не только красивые, но и удобные. Гарри махнул ей рукой и, подхватив уже пустое ведро, направился к дому. Проходя мимо будки, в которой жила большая черная собака по кличке Эльза, он потрепал ее за загривок и что-то сказал, на что та ответила ему радостным вилянием хвост. Завтракали молча. Начинался новый день, и он не обещал ничего нового и интересного. В доме № 13, по улице с красивым названием Кленовая, все обитатели после сытного завтрака разошлись по своим комнатам. Гарри и Тао после бессонной ночи прилегли отдохнуть, Камилла делала себе маникюр, а Лана, удобно устроившись на своей кровати, с жадностью перечитывала один из романов Дешела Хэммета. Только Софочка бегала из прачечной на кухню и обратно, она кипятила и крахмалила скатерти, кухонные полотенца и салфетки. Вдруг в прихожей раздался звонок, от которого Лана вздрогнула, и машинально перегнув книгу на читаемой странице, сунула ее под подушку. Она никак не могла привыкнуть к новому звонку их видеодомофона. Одновременно со звонком завыла Эльза. Это насторожило хозяйку и, она привстала, чтобы посмотреть в окно, выходящее во двор. Эльза, высунув из будки только голову, выла таким жутким воем, что у Ланы пробежали по коже мурашки. Металлическая дверь приоткрылась и в щель просунулась круглая и абсолютно лысая, как колобок голова незнакомого мужчины. Голова покрутилась по сторонам и, видимо не обнаружив угрозы, дала команду телу тоже протиснуться. У ворот стоял невысокий полный мужчина, в длинном черном плаще и прижимал к груди портфель, будто бы боялся, что его у него сейчас отнимут. Ему на встречу, на всех парусах, неслась Софочка. Мужчина достал из кармана какие-то документы и, показывая их ей, что-то усиленно пытался объяснить. Но по ее виду Лана поняла, что та ничего не понимает и сейчас примчится к ней за помощью. Решив не дожидаться этого она, привычными движениями держась за спинку кровати, помогла себе встать, и ловко опираясь на ходунки, пошла в столовую. В прихожей ее едва не сбила с ног Софа.

– Ланочка, душенька! К тебе тут пришли!

– Я поняла. Проходите, пожалуйста, в столовую! Сказала Лана, обращаясь к незнакомцу.

Поймав на себе умоляющий взгляд домработницы, она добавила:

– Софочка, свари мне, пожалуйста, еще чашечку кофе, а то состояние какое-то сонное. Софа довольно кивнула головой и быстро юркнула на кухню. А Лана подумала, что приготовление кофе как раз должно занять у нее столько времени, чтобы успеть подслушать, в чем дело. Она указала гостю на стул, а сама прошла на свое место и удобно усевшись, закурила.

– Позвольте представиться! Кондрат Кондратьевич Кондратьев. Генеральный директор ритуального агентства «Последний путь». И протянул ей визитную карточку. Лана взяла ее в руки, но тут же почувствовала какой-то противный запах и брезгливо положила на стол. Делая вид, что внимательно ее изучает, она подумала: «Интересно, это настоящее имя директора похоронного агентства или он его специально выбирал для более достоверного сочетания с должностью? И, вообще, кто придумал подтверждать свои слова, визитными карточками? Ведь, если человек захочет тебя обмануть, то неужели же он не напечатает на куске картона, нужную ему информацию. А если цена обмана велика, то и по указанным в ней телефонам вам ее обязательно подтвердят». Она подняла глаза на незваного гостя и спросила:

– Чем я могу Вам помочь?

– Разрешите, для начала, я скажу несколько слов о нашем агентстве? Произнес он и начал суетливо доставать из портфеля цветные буклеты и какие-то бланки. Лана тут же раскусила в нем коробейника, но решила послушать, как он будет себя продавать.

– Да, Бога ради! Ответила она и, сдержав улыбку, вспомнила, как однажды к ним заехал продавец пылесосов. Баснословная цена которых и напыщенный вид молодого торговца так поразили Лану, что она решила извлечь из этого выгоду. Выказывая явную заинтересованность в товаре, Лана попросила молодого человека продемонстрировать все характеристики, предлагаемого им товара. В результате продавец, с пеной у незакрывающегося рта, произвел домашнюю химчистку ее кровати и штор, пропылесосил все, что только было возможно в комнате, сделал влажную уборку пола и даже вымыл одно окно. Лана же, наблюдая, как он пыжиться, не переставала радоваться, словно ребенок и восхищаться таким чудом техники. После чего, довольный своей работой, он хотел, уже было заполнить гарантийный талон на покупку. На что Лана очень серьезно сказала, что она никогда не купила бы такой пылесос, будь у нее даже лишние 140 000 рублей. Молодой торгаш не мог поверить в свой провал, он пытался куда-то звонить, выбивал скидку и даже пытался оформить покупку в кредит, но Лана просто легла на только что вычищенную кровать и, уткнувшись в книгу, перестала его замечать, словно маленького надоедливого щенка.

Но сейчас перед ней сидел не маленький щенок, а судя по маске вечной скорби на бледном лице и черной жемчужине в платиновой заколке для галстука – это был матерый волчара. Лана прекрасно понимала, что торговля ритуальными услугами отличается от торговли пылесосами также как космос от планетария. С такими людьми нужно ухо держать востро, иначе сам у себя украдешь и не заметишь. Собака не переставала выть, а Софочка не подавала признаков жизни, поэтому дослушав рекламу гробов стоимостью с хороший автомобиль, она решила поскорее закончить этот спектакль.

– Я в загробный мир не верю и мне абсолютно все равно, в чем будет гнить мое тело после смерти, поэтому давайте ближе к делу. Плохо скрывая раздражение в голосе, сказала Лана и посмотрела в крысиные глазки Генерального директора похоронного агентства.

– Что же, давайте. И он сгреб все рекламные буклеты в портфель и достал оттуда лист бумаги с напечатанным на нем текстом и двумя печатями.

– Госпожа Белова, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь. Сухо ответила Лана.

– За Вашим дачным участком закреплено 8 квадратных метров погоста на территории «Зеленых холмов»?

– Точно. Не уверенно ответила Лана. Она была на этом кладбище всего один раз, девять лет назад перед свадьбой с Сержем. Он показывал ей могилы родителей. Его отец умер за три года до их знакомства, а мать за два. Ее тогда удивило, почему могил на участке было две, а надгробий четыре, и он объяснил ей, что сначала в этих могилах были похоронены его бабушка и дед, а потом через двадцать пять лет в их могилы были под хоронены и родители. По Российскому закону в существующую могилу можно под хоронить тело другого человека не раньше, чем через 13,5 лет. Лана хорошо помнила, как ее покойный супруг пошутил тогда, что им нужно прожить еще как минимум 11-12 лет, чтобы иметь право быть там похороненными. Но он не дотянул до этого срока, и поэтому урна с его прахом стоит сейчас на полке в ее комнате. Из кухни вышла Софа с кружкой в руках и протянула ее Лане. Кофе был холодный и не свежий. Это ее насторожило. Сделав еще один глоток, она посмотрела на домработницу.

– Софочка, будь добра, дай мне документы на землю. Софа тут же из-под передника достала тонкий зеленый лист бумаги, запаянный в целлофан. Лана быстро пробежала глазами все цифры.

– Ах, нет! Не точно! Не 8, а 9,5 квадратных метров! И вернула документ Софочке.

– Вот все бы так относились к своим документам! Ответил Кондратьев и без доли смущения, достал из внутреннего кармана своего черного траурного костюма «Parker» с золотым пером и демонстративно что- то исправил на своем листе бумаги, даже не усомнившись в словах Ланы.

– Я вас продолжаю внимательно слушать. С явным раздражением в голосе сказала она.

Генеральный директор похоронного бизнеса погладил свою лысину и, расплываясь в сальной улыбке, продолжил:

– И так, наше агентство предлагает выкупить у Вас этот участок земли, с целью реставрации ограды и надгробий. В случае Вашего согласия, мы также берем на себя обязанности по уходу за могилами усопших. И протянул Лане уже готовый договор купли-продажи. Лана робко взяла лист в руки. И хоть от него исходил такой же неприятный запах, как и от визитки, она мужественно прочитала документ, в котором слово в слово было напечатано то, что она только что услышала. Взглянув на довольную лысую физиономию, она перечитала его еще раз. Внимательно изучив его и не найдя нигде даже мелкого шрифта, она протянула договор Софочке, а сама, неторопливо прикурив сигарету, оперлась локтями на край стола и глядя в упор на скупщика могильных участков, четко сказала:

– Видимо, я недостаточно умна, чтобы понять ход Вашей коммерческой мысли и прошу меня простить, по всей видимости, за глупый вопрос. Лана на секунду замолчала и, набрав в грудь побольше воздуха, выпалила:

– А на хрен Вам это надо?

Ничуть не смутившийся таким прямым вопросом, господин Кондратьев тут же ответил на него:

– Наше агентство выкупило у администрации Вашего дачного поселка землю, прилегающую к погосту, и намерено построить там часовню, колумбарий, а также траурный зал для торжественного прощания с усопшими, как это принято во всем цивилизованном мире. Именно поэтому, мы намерены подвергнуть реставрации старое кладбище, чтобы выдержать один архитектурный стиль с новыми постройками. Культура похорон в нашей стране растет, и мы хотим на этом строить свой бизнес.Беспардонная откровенность могильного бизнесмена несколько смутила Лану, но она, стараясь скрыть свое смущение, спросила:

– И сколько Вы хотите мне предложить за эту сделку?

Неприятный собеседник облегченно вздохнул, видимо давно ожидая этот вопрос, и незамедлительно ответил:

– Для всех собственников таких земельных участков у нас единое предложение – 10 000 рублей за 1 квадратный метр, итого за ваш участок мы готовы заплатить 95 000 рублей, а постольку поскольку, Вы обнаружили ошибку в документах, я уполномочен накинуть Вам еще 5000 сверху! Лана посмотрела на Софочку, та вернула ей договор, и в ее глазах Лана прочитала полное одобрение. Это выражение лица домработницы не ускользнуло и от Кондрата Кондратьевича и тот, достав из кармана плаща тугой бумажник, демонстративно отсчитал 20 пятитысячных купюр и пожил их перед Ланой. Затем протянул ей свой «Parker», со словами: «Где, галочки, пожалуйста!»– откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу. Из-под брючины, его идеально выглаженного дорогого траурного костюма, предательски выглянула оголенная волосатая нога. Лана замерла с ручкой в руках, потом медленно положила ее на стол перед собой. Делая вид, что она пристально разглядывает ее, Лана непроизвольно начала медленно облизывать сухие губы.

«О! Да ты, вовсе, не волчара! И даже не дворняга! А шакал ты бездомный! Вот ты кто! Потому что не один уважающий себя джентльмен, не оденет с траурным смокингом короткие белые теннисные носки, с синей и красной полосками на резинке! А раз ты притворяешься, значит – врешь!» – подумала Лана, и ее природное чутье закричало ей, что не стоит вести никаких дел с шакалом в шкуре волка. Уж очень опасное получается сочетание. Она растерялась и не знала, как поступить. Делая вид, что еще раз изучает договор купли-продажи, отпила из кружки еще один глоток противного кофе, скорчила недовольную гримасу и, повернувшись к Софочке, грубо сказала:

– Что за помои, Софа? Не выспалась? Иди, отдохни! И отодвинула от себя чашку. Софочка, ничуть не огорчившись, быстро ушла в свою комнату. Лана понимала, что ее хотят обмануть, но не понимала, как. Она уже, думала взять и просто отказаться от предложенной сделки, но ее врожденное любопытство было сильнее чувства самосохранения, и она решила попробовать вывести это скользкое существо на чистую воду. Лихорадочно думая, какой правильный шаг для этого предпринять, она прикурила сигарету и приоткрыла окно. Воздушный шарик, прилипший к потолку, видимо зацепился за сухую штукатурку и лопнул! Громкий хлопок, заставил вздрогнуть Лану и не на шутку испугал незваного гостя. Тот подскочил на месте, и его правая рука скользнула во внутренний карман черного пиджака. Это движение только подтвердило Ланины опасения, но она звонко рассмеялась, показывая пальцем в потолок, откуда свисали яркие красные лохмотья. Лысый маклер сел на свое место, но от его маски вечной скорби на бледном лице не осталось и следа.