- -
- 100%
- +
Глава 1.
Южный ветер ворвался в только что открытое окно и, листая страницами оставленной на столе книги, наполнял свежестью небольшую комнату. Комната, казалось, ожила, всё пришло в движение: шторы чуть приподнялись на уровне оставленной не заправленной с утра кровати. Томик А.С.Пушкина словно листал невидимка, нервно перелистывая страницы. Едва покачивалась включенная люстра, которая кидала причудливые тени в пространство комнаты.
Хлопнула входная дверь, замыкая и отделяя комнату от квартиры. Ветер заявил свои права, освоился на занятой территории и наводил свои порядки. Аккуратно сложенные листы бумаги полетели на пол, искусственный цветок, раскачивая вязаную вазу, всё же склонил её в сторону и уронил на бок. Она упала на край стола и пластмассовая роза, поколебавшись несколько секунд на кромке, свалилась на пол.
Казалось, что в квартире не было никого, никто не обращал внимания на безумства ветра и не пытался остановить, прекратить его действа, закрыв ставни окна, которые плавно покачивались из стороны в сторону. Словно сомневались в необходимости захлопнуться самостоятельно.
Шли первые дни февраля, лёгкие снежинки то и дело залетали в окно и, покрутившись в воздухе, бесследно исчезали микроскопическими каплями.
Это было единственное открытое окно на девятом этаже дома. Морозный воздух всё больше и больше наполнял собой комнату и вот уже снежинки перестали бояться тепла и, покружившись в пространстве комнаты, находили себе приют на кровати, полу, страницах открытого томика А.С.Пушкина, разбросанных по комнате листов бумаги.
На мгновение показалось, что ещё немного и всё заметёт снегом. Но что-то произошло за пределами комнаты. Послышались чьи-то голоса, ручка двери задёргалась и наконец-то открылась дверь.
На пороге стоял мужчина, на внешний вид ему было лет тридцать пять . Густые каштановые волосы коротко подстрижены, он был высокого роста, атлетического телосложения, красивый с прямым носом и тонкими губами.
Он был удивлён, что в комнате никого нет. Быстро прошёл к окну и закрыл ставни. Ещё сомневаясь, что в комнате действительно никого нет, заглянул в белый шкаф и вышел.
–Где же она? – думал он, быстро одеваясь в прихожей.
Лифт не работал, пришлось спускаться на первый этаж по лестнице. Он вышел на улицу, оглянулся:
– Никого… – в раздумьях произнёс он.
Мелкий снежок кружился вихрами в воздухе. Было около 8 часов вечера, ветер пронизывал его лёгкую одежду, в спешке он не заметил, что надел весеннее пальто и выскочил без перчаток.
Он свернул за угол и оказался на противоположной стороне своих окон. На улице совсем стемнело, фонари бросали овальные тени, освещая тротуары и шоссе.
Он шёл вперёд с надеждой встретить хотя бы прохожего, но город словно уснул. Лишь мимо него с правой стороны пронеслись легковые автомобили одна за другой. Он скукожился от холода, щёки его побелели, обжигающий ветерок всё сильнее и сильнее обнимал его своей стужей.
Чёрное пальто издалека уже казалось белым от лежащего на нём снега. Он шёл квартал за кварталом. Словно бы не в себе, не зная куда идти.
– Ушла! – сквозь зубы произнёс он. Резко развернулся и пошёл в обратную сторону.
Зима была снежной, огромные сугробы, почти с человеческий рост красовались возле домов. На улицах по-прежнему было пустынно. У подъезда дома он словно бы очнулся, вздрагивая от скрежета колёс отъезжающей от подъезда скорой.
– Где же она может быть? – вырвалось у него.
Он достал из пальто пачку сигарет, погрузившись в раздумья о том, как действовать дальше. Но так и не найдя, единственно правильного решения, отбросил обжигающий его пальцы окурок в сторону и стал заходить в подъезд. Шёл не торопясь, словно бы считая каждую ступеньку лестниц.
Минут через десять он стоял около своей двери в квартиру. Достал ключ из кармана, покрутил его в руках и стал медленно садиться на корточки. По щекам текли слёзы. Он боялся войти, боялся, что опять не обнаружит её дома. Слабая надежда на то, что она вернулась ещё жила в нём и, он прислушивался к тому, что происходит за дверью. Но было тихо. Ни звука. Сколько времени он так провёл в своём оцепенении сказать трудно, он потерял счёт времени.
Очнулся от скрипа двери, когда сосед вышел в подъезд и скрылся на лестнице.
Он встал, открыл дверь своей квартиры и вошёл. Ничего не изменилось с момента его ухода, лишь от лежащего и растаявшего снега намокли страницы книги и листы, разбросанные ветром по комнате. Он наклонился, собрал сырую бумагу и ушёл на кухню.
Тягостная тишина и неизвестность раздражали его. Он открыл холодильник, достал бутылку водки, кусок копчёной курицы и ломтик хлеба. Наливая стопку за стопкой, он захмелел и рухнул со стула на пол, вытянулся во весь свой рост и захрапел.
Глава 2.
– Чёртов придурок! – вырвалось из уст, когда она дочитала уже последнюю страницу его досье.
– Будем брать на живца, – сказал рядом с ней сидящий майор.
– Есть! – она встала. Мёртвое лицо, по которому никогда невозможно было предугадать истинных чувств и эмоций вдруг растворилось в улыбке. Как он любил её улыбающуюся, такую близкую и родную…
Через несколько секунд улыбка исчезла, и лицо приняло обычные очертания.
– Словно бы не знакомы, – прошептал майор – Как у тебя это получается?
Она в ответ только пожала плечами.
– Пикник на берегу и за дело.
– Ровно в восемь жду тебя у подъезда.
С этими словами она вышла из кабинета следователя и лёгкой походкой стала спускаться вниз по лестнице. Февральский ветер ударил её по щекам мелким снегом. Словно десятки иголок вонзились в кожу лица. Она прикрыла глаза рукой и пошла на стоянку автобуса.
Перед каждым новым делом они отдыхали на берегу реки. Это стало их многолетней традицией. А потом расставались без права на встречи до тех пор, пока задание не будет выполнено. Задания были разные от финансовых операций до любовных разборок. До сих пор ей удавалось выйти из операции с победой и без проблем забыть обо всём за несколько месяцев. Она была уверена в своём успехе, и ничего не тревожило её внутренних чувств, лишь печальные голубые глаза майора, которые пристально смотрели на неё, когда тот вручил ей пакет необходимых документов.
– Что-то не так… – прошептала она, когда автобус затормозил, и она стала входить в открывающуюся дверь
Окна автобуса почти сплошь были залеплены снегом. Не было видно ни людей, ни машин, лишь слабые очертания многоэтажек. Она уселась на сиденье в последнем ряду, приложила руку к стеклу. Ледяные крупицы таяли от тепла её прикосновений и вот уже маленький островок, из которого стал виден мир, был отвоёван и она с интересом наблюдала за всем, что происходит снаружи.
Через полчаса она была дома. Кукушка в часах шесть раз выглянула и исчезла за металлом отверстия в них.
– Ещё два часа… – подумала она. И вдруг внутри её словно что-то сломалось, сердце сжалось, по телу пошёл озноб. Она зашла в спальню, села в кресло…
– Боже, сколько я тебя опять не увижу… – плечи её вздрогнули, по щекам потекли слёзы. Она плакала беззвучно, как всегда. Иногда даже казалось, что она вообще не плачет – рыдает её душа, не имеющая право на внешнее проявление своих чувств. Минут двадцать она просидела в своём кресле, затем открыла пакет документов. Всё как обычно: мелкие фотографии, описание с характерными признаками, адреса… Она изучала один лист за другим. Последний час её обычной жизни таял с каждой минутой и уходил безвозвратно. И, наконец, она нашла маленький конверт с надписью: «Особо секретно». Этот конверт она получала всегда, когда знать об информации могла только она одна, и даже майор не имел представления, что в нём находится. Он просто вкладывал его в общий пакет документов.
Она ещё раз пересмотрела все документы и стала рвать их мелко, мелко – как только могла. Наконец она завершила это занятие. На журнальном столике образовалась небольшая горка из мелких клочков бумаги, собрав их на поднос, она отнесла всё в туалет и высыпала в унитаз. Нажав на кнопку унитаза, она стала наблюдать, как струя воды подхватывала и уносила с собой один клочок за другим, пока не скрылся в струе последний из них. Она вернулась на своё место, взяла в руки конверт. До встречи с майором оставалось всего 40 минут. Шершавая бумага никак не хотела отрываться в месте склеивания. Сделав ещё несколько неудачных попыток с другого края конверта, она разорвала конверт с боку, что делала крайне редко, опасаясь порвать документы.
Первое, что вывалилось из него на ее колени, был её новый паспорт.
– Посмотрю потом – решила она и стала доставать сложенный вдвое лист бумаги.
На улице было уже совсем темно. Она подошла к окну и развернула лист.
«Совершенно секретно. Агенту…» она бегло провела взглядом по вступлению и начала читать содержание документа, руки её дрожали…
– Такого ещё никогда не было – проговорила она и опустилась на край кровати.
Времени оставалось всего 25 минут до встречи. Она открыла ставни окна и посмотрела вниз, сердце её замерло. Девятый этаж, с этой стороны дома освещения практически не было, лишь снег, лежащий на макушках сосен, поблёскивал в скрывающемся закате солнца.
– Мы не увидимся…
Она подошла к маникюрному столику, выдвинула верхний ящик и достала шкатулку с драгоценностями. Кольца, серьги, цепочки из золота лежали перед ней на столе. Она взяла самые малостоящие из них и выкинула в окно. Всё остальное свернула и положила в карман джинсов. Времени оставалось совсем мало. Она вышла в подъезд, в углу стоял мешок с мусором. В считанные секунды из мешка был вынут ударо – защитный костюм. Она снова вбежала в свою комнату…
«Всё должно выглядеть натурально…» – это были последние слова в документе. Шли последние минуты пребывания её в своей квартире.
– Ну, с Богом! – прошептала она, и холодный поток воздуха принял её в свои объятия. Она упала на уже приготовленный огромный сугроб, оставив глубокую вмятину от удара. Она лежала неподвижно, пока чьи-то руки не взяли её за запястья и за ноги. Четверо мужчин переносили её на другое место. В нескольких метрах от происшедшего они остановились и поставили её на ноги. Стоять она не могла. Один из них подхватил её на руки и понёс к машине.
– Я хочу увидеть это, – прошептала она.
Из открытой дверцы она наблюдала за тем, как подъехала другая машина, из которой вынесли труп женщины. Лицо её было обезображено от сильного удара. Её несли также вчетвером, но вниз лицом. Уложив её строго по контуру отпечатка на снегу, один из них стал выливать из склянки кровь под лицо. Затем из машины вынули шланг, который воткнули в сугроб. От тёплой воды снег стал оседать. В конце концов, всё выглядело так, будто бы женщина упала на лёд, чуть припорошенный снегом лицом вниз… После того, как всё было готово, один из них вынул из кармана мобильный телефон и набрал номер скорой…
– Мгновенная смерть! – сказал врач, осматривая тело в морге.
Глава 3.
Казалось, он отупел от горя. Не взглянув на тело, он, не отрываясь, смотрел на лицо. Кости черепа были вдавлены в мозг, волосы слиплись от крови…
– Она… – еле слышно прошептал он и вышел из морга.
Подписав все необходимые документы опознания, он шёл домой потерянный и раздавленный с жутким запахом алкоголя…
Он не явился на работу, не отвечал на звонки, жизнь превратилась в седой туман сигаретного дыма…
Он часами стоял у того места, где лежала, упавшая с девятого этажа его жена. Искал и не находил ответы на вопросы, которые мучительной болью сжигали её сердце.
Имея немалый опыт раскрытия преступлений, он так и не обратил внимания на то, что ледяная корка была только под его окнами, рядом с местом происшествия был мягкий и рыхлый снег. Ему и в голову не пришло увязать всё, что произошло с полученным накануне заданием.
Через три дня он похоронил свою жену, простившись с ней навсегда.
Ему дали отпуск. Дни тянулись мучительно долго. Казалось, он потерял счёт времени. Несколько раз его навещали сослуживцы, пытаясь вернуть в нормальное течение жизни. К выполнению серьёзных заданий он не годился. После отпуска за ним оставили мелкие кражи, хулиганство и бытовые разборки.
Февраль приближался к концу. С каждым днём становилось всё теплее и теплее. Каждое утро перед работой майор шёл на то место, где упала его жена, и курил одну сигарету за другой. Яркое солнце слепило глаза, он отвернулся и обратил внимание на то, что что-то блеснуло в снегу. Он подошёл и увидел цепочку, которую подарил жене всего лишь за месяц перед её смертью – на Новый год. Он держал её в руках и ничего не мог понять.
– Почему она цела? – задал он сам себе вопрос.
И тут его осенило, радостная догадка появилась в его сознании . Он не бежал, он летел на второй этаж своего дома. Дрожащими от волнения руками он открыл шкатулку с драгоценностями.
– Пусто! Но при ней ничего не было обнаружено.
Он пришёл в морг и потребовал все документы на свою жену. Ему тут же всё принесли.
– Так: джинсы, футболка, пиджак и кроссовки… Не может быть даже в джинсах она ходила на шпильках. Она могла быть в домашних тапочках, босиком, но только не в кроссовках.
Сердце готово было вырваться из груди.
«Драгоценностей никаких… Она жива! Жива… Что делать? Она на задании». Раскрыться сейчас означало провалить операцию, он не имел на это права. Словно пьяный он вышел из здания морга.
– Она оставила мне знак, но я слишком поздно обнаружил его. Менять что-либо бессмысленно.
Он брёл по городу счастливый и убитый горем. Он вглядывался в лица прохожих и похожих женщин. Эту тайну он не мог доверить никому, даже самым близким друзьям и сослуживцам он не мог сообщить о своих подозрениях. Ему приходилось по-прежнему играть роль вдовца, глубоко страдающего после смерти жены.
Он вёл своё расследование, нанял частного детектива, чтобы не опрашивать самому свидетелей и сослуживцев. Ни один из указанных адресов не выводил на след жены, ни одна фотография не совпадала с жильцами, проживающими по этим адресам.
– Липа! Бля, липовое дело… Задание было только в секретном конверте. Всё остальное – просто мишура. Мне её не найти.
Он, наконец-то, понял, что ему ничего не остаётся кроме как ждать её возвращения домой. Он сотни раз прокручивал в своём сознании различные версии её исчезновения. То, что женщина, погибшая при падении, выпала из окна его квартиры не вызывало сомнений. Были опрошены все соседи.
– Но кто тогда погибшая? – для него это оставалось загадкой, и даже эксгумация не привела бы к разгадке. Он ежедневно проверял все сводки, все возможные совпадения. Он искал, исчезнувших без вести, женщин. Но каждый раз поиски заканчивались словами:
– Не то… – и он уставший шёл на кухню, ужинал тем, что было, и ложился спать.
Утро начиналось тоже с поисков… он изучил каждый уголок крыши и чердака дома, но не нашёл ничего, чтобы могло хоть косвенно указать на возможные пути поиска.
– Приходит в себя – заметили сослуживцы, видя его озадаченный взгляд. Он был весь погружен в работу. Доверие и уважение начальства постепенно стало возвращаться. Ему стали, как и прежде, направлять более серьёзные дела. Обычно жена действовала под его прикрытием, но на этот раз всё было иначе. Иногда казалось, что нервы не выдержат, и он ворвётся в кабинет к главному с единственным требованием – указать место пребывания его жены.
Прошло уже полтора месяца. Апрельские теплые дни не приносили радости как в прежние времена.
– Скоро майские праздники – подумал он, разворачивая новый выпуск газеты. По привычке он читал по порядку одну статью за другой, вглядываясь в лица на фотографиях. Ничего не вызывало подозрения и вдруг его взгляд остановился на снимке.
– Богиня! – прошептал он, глядя на выходящую из бассейна блондинку. И вдруг его взгляд остановился на перстне на её правой руке.
– Не может быть… Не может быть… Первая ласточка…. – он всё ещё не понимал, что перед ним фотография его собственной жены, он рассматривал перстень. И только спустя несколько минут он стал рассматривать её лицо. Она была почти неузнаваема и если бы не перстень, он, вероятнее всего, не стал бы даже всматриваться в фото. Сомнений не оставалось – перед ним в купальнике загримированная и живая стояла его жена.
– Слава Богу! – радостно произнёс он и стал читать статью справа от фотографии под названием «Стриптиз на воде».
Глава 4.
Небольшое здание бассейна располагалось на самой окраине города. Неудивительно, что он в течение полутора месяцев не встретил свою жену.
– Пойти самому, – обнаружить себя… – размышлял вслух майор.
– Нет, ни в коем случае..
И опять начались поиски надежного детектива. Майор знал, что отслеживают каждый его шаг, поэтому действовать нужно было крайне осторожно, чтоб не вызвать подозрения. Он допоздна копался в бумагах на работе, затем сразу же шёл домой. Со стороны казалось, что он превратился в настоящего трудоголика, которого уже ничего не волнует кроме работы.
Наблюдение было снято после 23 часов, он это почувствовал почти сразу же. Дышать стало легче. Он отыскал адреса нескольких детективных агентств, вооружился номерами телефонов и начал поиски подходящей кандидатуры.
На Леху Белокурова он вышел не сразу. После нескольких неудачных вариантов он набрал номер Лёхиного мобильного телефона. Через несколько секунд послышался голос:
– Алло! Слушаю.
Опасаясь прослушивания, майор произнёс:
– По вашему делу обнаружены дополнительные сведения.
– По какому делу? – не понял собеседник.
– Не телефонный разговор, жду Вас в ночном клубе завтра в час ночи.
– Ничего не понимаю, почему ночью – недовольно пробурчал голос.
Майор вспомнил, что сегодня он допрашивал по краже одного из свидетелей и стал нести всякую ахинею о том, что якобы полгода назад агентство уже вело расследование подобного преступления и что, возможно, это одно и то же лицо. Слушая их разговор, никаких сомнений не возникало, что майор действительно занят текущим расследованием. Получилось очень убедительно.
– Хорошо, приду! – послышалось в ответ.
Майор вздохнул облегчённо. Дело сделано. Он тщательно осматривал одну рубашку за другой в своём шкафу, пытаясь обнаружить жучки.
– Вот он – красавчик! – вдруг произнёс он, вытаскивая жучок из-под воротника одной из рубах.
– Нахрен! – выругался майор – Завтра же иду в магазин.
Необходимо было купить всё новое, чтоб не оставалось сомнений, что их разговор не будет известен начальству.
Утро, как всегда, началось с новостей. Майор встал в приподнятом настроении, скоро он будет владеть ситуацией. Он продумывал все детали разговора с детективом. Специально надел рубашку с жучком, позавтракал и вышел в подъезд. Всё было как всегда. Он нажал на кнопку лифта. Громыхая железом, дверцы лифта наконец-то открылись, и майор скрылся в его замкнутом пространстве. До обеда он допрашивал по краже. Допрашиваемый всё юлил, изворачивался или не отвечал на вопросы.
– Так, это длиться будет бесконечно – раздражённо сказал майор. Отдав на подпись протоколы допрашиваемому, он вызвал дежурного. Тот появился через несколько минут.
– Увести, – приказал майор. Допрашиваемый встал, скрестил руки за спиной и вышел, следом за ним вышел и дежурный. Всё шло по плану. Во время обеда он купил себе необходимую одежду: две рубашки, брюки, ветровку, отвёз покупки домой и вернулся обратно на работу.
Леха Белокуров в полном недоумении целый день провозился в закрытых делах, но не нашёл ничего подходящего.
– Дурдом! Ни малейшего намёка… Что понадобилось от меня этому следаку? – размышлял он, завязывая очередную папку.
Леха Белокуров, пять лет отслуживший в милиции и открывший 4 года назад собственное агентство, был в полном недоумении. Был он профессиональный юрист, прекрасный сыщик.
– Может позвонить и отказаться от встречи – промелькнуло в голове у Лёхи, но уже через 10 минут он прокручивал все возможные варианты будущей встречи с майором. Ночной клуб был в центре города. К часу ночи в нём уже было человек 200-250, достаточно многолюдно, чтобы затеряться в толпе. Первым в проёме двери показался майор. Нужно было оглядеться. В центре зала уже танцевало несколько пар. По периферии слева и справа были закрытые кабинки, прямо – открытые столы. Майор подошёл к официантке, та в свою очередь засуетилась и стала показывать ему свободные места. Несколько кабинок были свободны. Он скрылся в одной из них, которая находилась у самого окна.
– Из окна можно будет наблюдать за тем, что происходит на улице – подумал майор. Он заказал 200 гр. Мартини, лёгкий салат и погрузился в ожидание.
Леха Белокуров появился минут через 15. Невысокого роста в спортивном костюме, улыбающийся, со связкой ключей в правой руке, он остановился около барной стойки и стал вглядываться в лица. Никто не обращал на него внимания. Наконец чья-то рука коснулась его плеча.
– Это Вы – Алексей Белокуров? – Леха повернул голову, за его спиной стоял майор.
– Можно просто – Леха… – ответил он, развернувшись и протянув руку.
– Пройдём в кабину. – после рукопожатия предложил майор. Они сели друг против друга за столом. Взаимная симпатия и доверие окончательно убедили майора в правильном выборе. Леха оказался разговорчивым и вдумчивым собеседником. Через полчаса они уже каждый на своём автомобиле направлялись к дому майора.
Леха нажал на кнопку звонка, времени было уже около 3 часов ночи. Майор ждал своего звонок, всё было готово к его приходу: фотографии, газеты и даже личные видеозаписи. Они расположились в зале на креслах у журнального столика. Прошло около часа.
– Удачи! – сказал майор, пожимая Лехину руку у входной двери.
– Всё, что смогу! – ответил Леха и вышел в подъезд.
Глава 5.
Яркие лучи весеннего солнца мешали спать. Леха чертыхнулся и стал подниматься с дивана.
– Семь часов утра. Пора! – Леха включил чайник, достал из холодильника пиццу. Жил он на втором этаже. Он наблюдал за машинами и прохожими, не отрываясь от завтрака. Затем вымыл посуду, в прихожей надел ветровку, кроссовки и поспешил к выходу. Свою девятку он обычно оставлял у подъезда. Раннее утро ещё сквозило холодом, он сел в машину, повернул ключ зажигания и нажал на газ. Машина вывернула на шоссе и скрылась в потоке других автомобилей. Лёха ехал к зданию бассейна. Нужно было изучить все детали: часы работы, посетителей, работников…
Через полчаса он был уже на месте. Бассейн открывался в 11 часов. Он принадлежал одному из самых крупных предпринимателей в городе, который был основателем строительной фирмы «Реванш».
– И так, время ещё есть, – с этими словами Лёха развернул свой жигуль в сторону строительной фирмы. Строительная фирма была расположена через несколько кварталов. Лешка нажал на тормоз, небольшое двухэтажное здание с вывеской: «Строительная фирма «Реванш» находилась справа от него. Он вышел из машины, входная дверь была открыта. Прежде, чем войти, он изучил информационные стенды. На первый взгляд ничего не вызывало подозрений.
Секретарь, бухгалтерия, финансовый директор, прораб, мастер… Он проходил мимо табличек на дверях, пока не дошёл до конца коридора. Двойная дверь с вывеской «Генеральный директор» была приоткрыта. Послышались голоса, говорили тихо, разобрать о чём шла речь, было невозможно.
Леха ещё несколько минут постоял около двери, прислушиваясь к разговору, и повернулся к лестнице справа, которая вела на второй этаж. На втором этаже было всё тоже самое, только с точностью до наоборот. В обратном порядке были размещены вывески, и кабинет генерального директора фирмы располагался в противоположной стороне.
Леха присвистнул:
– Зазеркалье.
Он остановился около окна в коридоре, создавалось впечатление, что он на первом этаже. Он снова дошёл до кабинета генерального директора фирмы и остановился. Справа от двери была лестница, уходящая вверх.
– Чертовщина какая-то! – сказал Лёха и опять свернул направо . И всё повторилось, он снова застрял на втором этаже. Мурашки побежали по коже.
– Где же выход?
Он остановился в самом центре коридора и стал медленно поворачиваться кругом, рассматривая каждую деталь.
– Ничего подобного не видел, – прошептал он.
Голоса в кабинете генерального директора стихли, в дверях появилась женщина.
– Вы к кому? – с улыбкой спросила она.
– Где выход? – растерянно произнёс Лёха. Она приоткрыла дверь генерального директора, и словно всё изменилось, на противоположной стороне Лёшка увидел дверь с надписью «Выход»
Он поспешил туда, открыл дверь: