Разбитая чашка, или Между строк

Разбитая чашка, или Между строк

Я родился и вырос в крохотном городке Антреа на юге Финляндии. Возможно, вы даже никогда не слышали о нём и думаете, что ничего интересного и таинственного здесь никогда не происходило и удивить вас будет нечем, ведь вы, наверняка, знаете, как обстоят дела в таких незаметных, возможно, даже не нанесенных на карту местах.

Поэтому у меня для вас есть два предложения: первое, вы можете закрыть книгу на этой странице, так и продолжая жить с этим несомненно ошибочным мнением, либо, оставшись со мной, прочитаете о весьма загадочной череде событий (кто знает, случайных или нет), в которых мне довелось стать не просто свидетелем, а самым что ни на есть главным героем.

Часть 1. Таинственный незнакомец

Мы жили на хуторе в небольшом деревянном доме, отапливаемом камином. Зимой, когда порой метель была настолько сильной, что ветер мог запросто повалить деревья в лесу, отец надёжно закрывал окна и двери, подкидывал дрова в камин, готовил нам невероятно вкусный чай с мёдом и имбирем и приглашал всех собраться в гостиной, чтобы под треск поленьев послушать удивительные бабушкины рассказы.

Она неизменно садилась в своё плетёное кресло-качалку, положив на колени клубки нитей, и принималась за вязание. Каждый раз бабушка рассказывала новую историю, и потому мне казалось, что ей известны все сказки мира. Мне всегда было любопытно узнать, в чем же заключался её секрет. Ведь если Шахерезада рассказывала свои сказки тысячу и одну ночь, то бабушкиной фантазии хватило бы на все тысячу и один год.

Так мы проводили много вечеров.

Я всегда удивлялся, как же она смогла запомнить целую гору различных легенд и сказок? Быть может, научившись читать, она тайком брала книжки из домашней библиотеки и старалась запомнить как можно больше?

Могла ли она предположить, что долгими снежными вечерами вся семья будет с трепетом ждать, что она поведает свои самые сокровенные истории? Мне кажется, что однажды в детстве она попала к сказочникам, и те научили её всему, что знали сами… В общем, вы поняли, что я терялся в догадках и каждый раз придумывал новую теорию, объясняющую бабушкин талант. Сама бабушка на мои вопросы отвечала просто: к сожалению, память у неё нынче была совсем уже не та, и потому все новые истории она придумывала на ходу: «Я рассказываю то, что вижу. Все мои сказки – это реальная жизнь, только в огранке».

Я помню её загадочную улыбку, когда множество морщинок на её прекрасном добром лице тут же оживлялись и начинали двигаться так плавно, словно они танцевали медленный вальс. Эти, столь любимые мной морщинки, были не просто спутником её возраста, они, как сюжетные линии историй, переплетались, соединяясь в замысловатые узоры. В такие минуты я не унимался и расспрашивал всех домашних, может, они знают тайну её таланта? Но они лишь снисходительно смотрели на меня и, вздыхая, советовали пойти позаниматься ещё немного прописями, ведь мой почерк оставлял желать лучшего, несмотря на то, что мне было целых десять лет…

Однажды вечером на чердаке нашего дома среди прочих забытых всеми вещей я нашёл старинную печатную машинку. Она была вся в пыли, потеряла уже несколько клавиш, но при этом все равно держалась весьма стойко. На ней когда-то работал мой дедушка. Он был журналистом и редактором единственной еженедельной газеты нашего городка. Эта находка дала мне шанс попытаться написать что-то самому. Уж очень привлекли меня эти клавиши с буквами, по которым дедушка в своё время очень быстро стучал. Честно сказать, родной язык был не самым моим любимым предметом, так как занудные правила приводили меня в крайнее негодование. Но эти клавиши с буковками…

Когда дед впервые увидел у меня на столе машинку, то строго спросил, зачем мне понадобилась эта вещь? Я объяснил ему, что тоже хочу сочинять, как он и бабушка, и в скором времени непременно напишу что-нибудь. А эти клавиши мне помогут.

Тут уже засмеялись все.

На этот не по годам дерзкий ответ дедушка отреагировал весьма спокойно, он лишь задумался над чем-то, устремив свой взгляд в глубину комнаты. В какой-то миг мне даже показалось, что он задремал, потому я легонько потряс его за руку и спросил:

– Дед, ну как? Что я должен уметь делать, чтобы стать писателем?

Ухмыльнувшись, он сказал:

– Чтобы стать настоящим журналистом или, как ты выразился, «писателем», надо многому ещё поучиться, а также приобрести твёрдый характер, научиться ставить перед собой разумную цель, но и, конечно, иметь хоть какую-то фантазию. А у тебя, дружок, я пока вижу только желание. Но и это уже неплохо.

Из всего этого я запомнил только слово «желание», которое у меня было огромным.

– Я обязательно стану или писателем, или журналистом! Я это знаю точно! Никто меня в этом переубедить не сможет! – сказал я и, насупив брови, серьезно посмотрел на деда.

– Ну раз Вы настолько уверены в этом, молодой человек, то я могу сказать Вам, что Вы выбрали не самый лёгкий путь к вершине. Не каждый может просто так взять и с ровного места, ни с того ни с сего, а лишь потому что он захотел, стать писателем. Для начала нужно посмотреть, насколько хорошо ты обращаешься со словом. И вот тебе мой совет: попробуй быть более внимательным, подмечай всё вокруг, так как любая мелочь может стать основой для рассказа, нужно только взглянуть на неё под другим углом. А ещё пиши, просто пиши. Записывай самое интересное, что видишь каждый день. Начни с пары предложений, потом пиши небольшие отрывки и так, пока не начнёт получаться хоть что-то стоящее…

* * *

Летом, обычно, я помогал отцу в кафе, которое он держал около дома. Это было небольшое, но очень уютное заведение со старинной мебелью и слегка поскрипывающими стульями, на стенах висели картины, написанные маслом, витражи привносили в интерьер немного загадочности.

Это был обычный день, ничем не отличившийся от предыдущего. В кафе как всегда заходили люди. Я старался быстро выполнять заказы в надежде получить небольшие чаевые. Под вечер гостей стало гораздо больше, и мне почти не удавалось присесть, чтобы перевести дыхание и отдохнуть. Устав от этой суматохи, я сам того не замечая, стал более невнимательным. И как-то раз, убирая посуду, выронил из рук чашку, её осколки разлетелись по полу. Испугавшись, что своей неуклюжестью потревожу гостей, я осмотрел зал. Однако все делали вид, что ничего не заметили. Только глаза одного человека пристально смотрели на меня.

Жестом он показал, что хочет сделать ещё один заказ. Я передал его отцу и принялся наблюдать за человеком в длинном чёрном шарфе. Из кожаного чемоданчика тот достал записную книжку и ручку, очень внимательно взглянул на меня, и хитро улыбнувшись, стал что-то быстро в неё записывать. Когда кофе был готов, я медленно и осторожно понёс его, стараясь не пролить ни капли, но руки почему-то предательски дрожали.

Оставалось несколько минут до закрытия, а он все продолжал сидеть. Для меня было странным, как можно крохотную чашечку кофе пить так долго!

Отвлекшись на несколько минут, я заметил, что он исчез. Он как-то бесшумно прошел к двери, и было удивительно, что даже колокольчик, исправно сообщавший о приходе и уходе посетителей, так и не зазвучал.

Каким-то необъяснимым образом этот господин меня заворожил. Захотев ещё хоть что-то узнать о нём, я сказал отцу, что мне нужно срочно встретиться с другом, и попросил его отпустить меня. Так, я отправился вслед за нашим последним посетителем. Я хорошо знал свой город и потому не волновался, что потеряюсь.

Сначала он шёл по главному проспекту, потом свернул налево и попал на дорогу, ведущую к озеру, спрятавшемуся на окраине города. Начинало темнеть, солнце уже почти скрылось за горизонтом, вдали виднелись лишь тлеющие угольки заката. Из травы раздавался мерный треск цикад, лёгкий ветерок перешептывался с деревьями, и они отвечали ему тихим шелестом листьев. Это был прекрасный летний вечер…

Птицы так зачарованно пели, что я невольно заслушался. А когда вновь посмотрел на берег, то незнакомец опять бесследно куда-то исчез. Ведь он не мог пройти мимо меня незамеченным?! От озера шла только одна дорога. Первое, что мне пришло в голову: «Возможно, он захотел искупаться?», но вода в это время была прохладная, я бы сказал ледяная. Мне страшно было подумать, что могло бы с ним произойти. Тогда я подошёл поближе к воде.

Да, он был там, но уже не один, а в компании двух чёрных фигур, которые насильно затаскивали его в лодку. Спрятавшись за кусты и присмотревшись получше, я увидел, что у несчастного связаны руки. На лице появился кровоподтёк. По всей вероятности, его ещё и били. Нужно было быстро принимать решение о спасении бедняги, но ноги будто приросли к земле. Пропал и голос. Губы беззвучно шевелились.

Меня спасали от опасности выстроившиеся рядами заросли тростника, похожие на отряд отважных рыцарей. Я с облегчением перевел дыхание, поняв, что мне удалось остаться незамеченным, но мысли переплетались моей голове. Что же сделать ещё? Как спасти этого несчастного? Пока я перебирал в голове всевозможные варианты развития событий, бандиты переправились на другой берег и стали что-то настойчиво выяснять, тыкая своими пальцами в его чёрный портфель. Казалось, ещё мгновение и он упадёт без чувств.

В тот миг я ощутил в себе колоссальный прилив энергии. Откуда-то пришли силы, и я решил, что сделаю всё, чтобы спасти этого человека.

Бандиты быстро скрутили ему руки и затащили в заброшенный дом. Я не знал, что и думать. Их звериная злость могла сотворить что угодно. Если бы хоть кто-нибудь из взрослых оказался сейчас рядом, мне не было бы так страшно!

На озеро опустился густой туман, и я понял, что это мой шанс. Я знал, где можно быстро найти лодку, ведь кто-нибудь всё время забывал прикрепить её на цепь. Медленно и осторожно я переплыл на другой берег, но высадился чуть дальше от них, чтобы меня не было видно. Туман был моим союзником.

Пробираясь сквозь тонкие заросли, я наткнулся на какой-то трухлявый пень, упал и скорчился от боли. В эту же секунду раздался крик «ку-вить, ку-вить». Я знал, что так кричит сыч. Видимо, я задел его гнездо. Также я знал, что сыч – хороший охотник. Боясь, что он набросится на меня, я отступил назад. Чувство страха ещё больше овладело мной, но я должен был спасти бедолагу.

В тот миг во мне сидело два человека: одному безумно хотелось оказаться дома в безопасности, в окружении своих близких; а с другой стороны, я понимал, что спасение жизни несчастного находится в моих руках.

Некоторое время из окон доносился шум. Потом свет погас, видимо, они уснули. Медленно и осторожно я вошёл в дом. Все чувства мои разом обострились. В тот миг я, словно сыч, слышал каждый звук. Чувство страха не покидало меня, но я шёл вперёд. И вдруг мне показалось, что меня кто-то позвал. Голос был настолько слаб, что мне показалось будто это слуховые галлюцинации. Я замер.

Однако это повторилось. Еле дрожащим голосом я прошептал: «Это кто?».

Голос также слабо ответил: «Помоги мне».

Мои глаза стали привыкать к темноте, в глубине комнаты лежал связанный мужчина. Я понял, что это таинственный незнакомец.

Не спрашивая ни о чем, я как мог стал освобождать его руки от верёвок. Но бандиты очень умело и крепко связали узлы. Что же делать? И тут я вспомнил про складной ножик, который всегда носил с собой в кармане. Главное, чтобы я не выронил его там, на берегу.

Мне повезло: нож был на месте. Но узлы так легко не поддавались. Разозлившись от собственной беспомощности, я стал с нечеловеческой силой ниточка за ниточкой обрезать толстую верёвку. Время шло. Я понимал, что в любой момент бандиты могут проснуться. И тогда уже не только незнакомец, но и я попаду к ним в плен. Не знаю, сколько времени прошло. Туман медленно начал рассеиваться, за окном забрезжил рассвет. Надежда стала покидать меня. В этот момент последняя нить разорвалась. Теперь надо было срочно выбираться из этого злосчастного дома.

Ничего не говоря друг другу, мы очень тихо вернулись к лодке и приплыли в безопасное место. В лодке мне незнакомец поведал, что он в нашем городе проездом, решил зайти в кафе попить кофе, а напоследок перед поездом посидеть у озера. Однако внезапно на него налетели два бандита, потащили в лодку и стали что-то требовать. Наверно, они его с кем-то перепутали…

Мне пришла идея спрятать незнакомца на чердаке нашего дома. Для загадочного гостя я открыл небольшую комнатку – мезонин, в котором, несмотря на его крохотные размеры, было одно окошко, и даже помещалась старая кровать. Теперь я знал, что он будет в безопасности.

Поблагодарив ещё раз, незнакомец на секунду заглянул мне прямо в глаза. В его темных зрачках я увидел своё испуганное отражение.

Почти шепотом он сказал:

– Я знаю, что у тебя есть мечта, мой друг. Ты хочешь стать писателем?

От удивления я не сразу нашёл, что ответить ему.

– Да…хочу. Как Вы узнали это?

– Не всё так просто, и не всё тайны могут быть открыты, но я хочу тебе помочь. Ты хочешь написать интересные книги? Тогда сейчас мы отправимся с тобой в путешествие, не выходя из этой крохотной комнаты.

Взяв мою руку, он стал что-то шептать, произнося какие-то непонятные мне слова. В моих глазах резко потемнело, стены стали сжиматься, пространство сужалось. В ту же секунду мы исчезли.

Часть 2. Путешествие

…Я открыл глаза, пытаясь прислушаться к своим ощущениям и оглядеться вокруг. Мне хотелось думать, что это всего лишь сон. Я ущипнул себя за руку, чтобы убедиться, что сплю, но это было не так. Я отчётливо ощущал запахи, окружающих реку растений, слышал плеск воды и пение птиц. Мне стало страшно.

В лодке не было весел, и потому я совсем не мог ей управлять. Звать на помощь было бессмысленно: берега сплошь заросли кустарниками, и никаких признаков жизни за ними хоть за сто миль было не найти. Всё, что было в моей власти – это отдаться воле судьбы и ждать куда же прибьёт мою лодку.

Спустя некоторое время я почувствовал, что течение в реке стало более быстрым, появились водовороты. Моя лодка с невероятным рвением ринулась покорять водную стихию. Крепко ухватившись за её края и зажмурив от ужаса глаза, я ждал, что же произойдёт дальше. Совсем скоро лодка натолкнулась на что-то твёрдое – её остановило поваленное дерево. Забравшись на него, я перелез на берег и упал на землю.

Проснувшись, мне показалось, что я вновь оказался в воде, она будто бы была повсюду. На самом деле кто-то протирал мой лоб смоченной тряпкой, и потому вода стекала по щекам, попадая в уши. Я осмотрелся: рядом со мной сидела девушка, она была невысокого роста со смуглой кожей и озорными карими глазами.

Пришли люди, они выглядели уже не так безобидно, как эта девушка: они были одеты в нечто похожее на доспехи. Что-то спросив у моей новой знакомой, они стали внимательно смотреть на меня, будто я был каким-то инопланетянином. Их язык мне был не понятен.

Я ощутил себя не десятилетним мальчиком из затерянного городка, а взрослым мужчиной. В моих руках была непривычная сила. Мой мозг лихорадочно работал. А мысли, словно миллионы атомов, проносились мимо. Я был в ужасе!

Мой организм, видимо, поняв, что ещё минутка, и я умру от переполняющего меня шока, благоразумно отключился. Я вновь потерял сознание.

Я был слаб, и потому эта девушка, практически не отходила от меня. Её звали Нэя, и она была из этого загадочного племени. Каждый день она старалась меня чему-то научить, брала предметы и говорила, как их следует называть.

Несколько дней спустя я стал выходить из шатра на воздух. То, что я увидел, поразило меня: вокруг было много людей, и все они занимались чем-то непонятным для меня. Чуть приглядевшись, я понял, что все эти люди с бамбуковыми палками совершенствуют какое-то искусство. Другая группа людей соединяла ладони вместе, параллельно произнося какое-то слово, и тогда в них появлялся настоящий огонь. Да, настоящий огонь, я видел это также, как и сейчас вижу лист бумаги, на котором я пишу эту историю.

Вдруг ко мне подошёл мужчина в чёрном одеянии. Он взял меня за запястье и повёл в большой шатёр, где сидели старшины этого племени. Среди них я увидел Нэю. Седовласый старик жестом попросил меня подойти к нему. Он что-то спросил у Нэи, она кивнула ему и затем улыбнулась мне. Старик подозвал к себе двух мужчин, у которых в руках были миски с неизвестной жидкостью. Они взяли мои ладони и погрузили их туда. Я был поражён тому, что эти маленькие на вид миски оказались бездонными. Обмакнув ещё раз ладони, я вдруг увидел, что прямо в центре появились какие-то символы. Я вскрикнул, но Нэя сказала мне «и лантэ», что означало «ты избранный».

Так я стал обучаться всему, что знали эти люди. Постепенно я смог говорить на их языке, мои навыки совершенствовались с каждым днём. Они стали моей семьёй, у меня даже появились друзья. Нэя как-то обмолвилась, что я белый лист бумаги, который должен стать огромной книгой.

…Прошло несколько лет. Я приобрёл знания, я начал понимать, что наш мир несовершенен, но тем не менее он прекрасен. Настал момент поделиться ими. Собрав несколько смельчаков, я предложил им отправиться к водопаду, служившему для нас порталом.

Пройдя сквозь изумрудно-лазурный поток воды, мы оказались в тёмном туннеле, который вёл в нужное нам место. Наконец вдали забрезжил робкий свет, я обрадовался и сказал остальным, что, наконец, мы скоро выйдем.

– Вы видите, как он ярко освещает на дорогу?

– О чем это ты?

Все засмеялись. Кто-то сказал:

– От долгого нахождения в темноте у тебя начались световые галлюцинации. Успокойся, нам ещё идти не меньше получаса. Это очень длинный туннель.

– Но я же отчетливо вижу!

Стремительно побежал я навстречу этому лучу. Чем больше я приближался, тем ослепительнее он становился. Мне даже пришлось закрыть глаза руками.

* * *

Когда я открыл глаза, то немного поодаль увидел девушку. Казалось, будто она меня здесь ждала. Её взгляд был прекрасным, но довольно странным. Я решил первым начать наш разговор:

– Здравствуй!

Девушка поприветствовала меня в ответ, но это был какой-то другой язык. Тогда я спросил, как её зовут. Она опять на чужом для меня языке ответила, что ее зовут Мариетта. Не понимая, что происходит, мы полностью понимали друг друга.

– Ты где живешь? – спросил я. Её ответ дал мне понять, что в этом мире началась моя новая жизнь. Это был незнакомый для меня мир, хотя Мариетта казалась совсем земной девушкой.

Я заметил, что в её корзине лежали какие-то травы.

– Ты собираешь гербарий? – вновь я задал вопрос.

– Зачем же его собирать, если он окружает нас? – искренне удивившись, ответила она. – Но он живой, имеющий запах, цвет, а если прислушаться, то какая травинка имеет свою мелодию.

«Странная девушка, но мне почему-то с ней так легко». Я взял из её корзины травинку, вдохнул аромат, приложил к уху, но так ничего и не услышал.

– Что-то в этом есть, – попробовал подыграть ей я.

– Ты не умеешь врать. Если ты задержишься у нас на какое-то время, то сможешь не только увидеть эту красоту, но научишься её понимать.

– Зачем тебе тогда столько растений в корзинке? Если, по твоим словам, ты можешь просто приходить любоваться ими и разговаривать.

– Понимаешь… – вдруг грустно ответила она и отвела взгляд.

Мы встречались с ней каждый день. Я стал замечать, что с ней что-то происходит. Иногда она тяжело дышала, но стоило ей приложить к сердцу какую-то травку (для меня они все казались одинаковыми), как сразу её дыхание становилось ровнее.

Я догадался, что она чем-то больна, но спросить об этом не решался. Я должен был разгадать эту тайну и постараться помочь ей. Я не могу объяснить, почему меня так сильно к ней тянуло. Может быть, это любовь?

Однажды Мариетта не пришла. И я пошёл ее искать. Она всегда как-то появлялась и исчезала незаметно для меня, как наваждение.

– Где же ты живёшь, моя лесная нимфа? – спрашивал я у себя.

Наступил вечер. Луна светила не так ярко, как обычно. Вы можете подумать, что я сошёл с ума, но мне показалось, что её свет пытался сказать мне что-то важное. Он будто говорил: «Иди за мной, и я покажу, куда ты должен прийти». Вскоре он привёл меня к реке. Там я и нашёл Мариетту.

– Почему ты здесь? – спросил я. – Я тебя везде ищу.

Она только печально смотрела на меня и слабо улыбалась. Я прилёг рядом с ней. Мы долго лежали молча, любуясь лунным светом.

Вдруг я почувствовал запахи трав, и какая-то печальная мелодия увела меня в дрему. Я не хотел засыпать, потому что боялся хоть на секунду отпустить её руку. Я знал только одно, что завтра наступит утро. Увидев вновь ее глаза, я обязательно признаюсь ей в любви. От этой мысли сердце моё сладко замирало, на душе становилось спокойно… Сон погрузил меня в кромешную тьму.

Часть 3. Экспедиция

Разыгравшаяся в тот вечер буря совсем не хотела успокаиваться. Снежный вихрь подхватывал всё, что попадалось ему на пути, и уносил далеко за горизонт.

Наконец, спустя несколько часов, уже ближе к восходу солнца стало понятно, что даже этот монстр уже устал. Наступило затишье. Это означало только одно: нужно вновь выдвигаться на поиски. Пройдя ещё несколько квадратов, группа спасателей обнаружила первый след: это была походная кружка одного из детей.

– Они были здесь! Смотрите! – крикнул один из них и поднял кружку над головой будто флаг.

– Но куда же они могли пойти дальше? Впереди только пещера N. Я здесь никогда не был и не знаю, как в него зайти. – кто-то ему ответил.

Уже несколько дней они искали пропавших в горах детей. Ещё недавно погода была отличной, и потому эта экспедиция должна была пройти в штатном режиме, однако всё пошло совершенно иным путём. Спасатели должны были найти пропавшую группу и выяснить, почему те отказались от ночёвки на базе, отправившись в путь под покровом ночи.

Обратившись к карте, они поняли, что произошло то, во что верить совсем не хотелось: вход в ущелье был завален камнями. Видимо, сходившая с гор лавина стала виновницей этого обвала.

– Выход один, – почти риторически сказал спасатель и сжал руки в кулаках. – Мы свяжемся с базой и вызовем помощь. Пусть они прилетят на вертолете со всем необходимым инвентарём, а пока будем разбирать камни сами. Согласны?

Все молча кивнули. Повисшая тишина и сосредоточенность во взгляде каждого говорили о том, что время было явно не на их стороне. Под грудой камней находились дети. Они начали работу. Дышать было тяжело: на такой высоте кислорода было явно недостаточно.

* * *

Я проснулся под завалом совершенно один, оказавшись в какой-то пещере, и почувствовал сильную ноющую боль. Что-то гигантское лежало на мне и не позволяло даже пошевелиться. Сознание медленно возвращалось, и теперь я отчетливо понимал, что лежу под грудой валунов.

В ту же секунду я всё вспомнил, понял, как и почему я оказался в этом месте. Наша группа совершала экспедицию по горам Алтая. Всего нас было десять: руководитель группы, я и ещё восемь ребят.

Мы шли строго по запланированному маршруту, каждый день проходя нужный отрезок пути. Ночевали мы на какой-либо базе, где набирались сил и могли запастись едой.

Я четко помню, что это было вчера. Руководитель дал нам указания приготовить ужин, достать спальные мешки и вышел.

Поужинав, мы стали укладывать спать. Все забрались в спальники, будто в коконы, и стали о чём-то перешептываться. Мы всегда обсуждали, что будет завтра, пытаясь предугадать, какие сюрпризы принесёт нам следующий день.

Вдруг обычно уверенная в себе Нелли сказала:

– Вы знаете, ребята, а я боюсь.

– Чего же? – буркнул кто-то ей в ответ.

– Завтра мы идём на вершину. Это будет самый сложный день. Кто знает, что таят в себе эти горы…

– Ой, не придумывай ерунды. Горы как горы. Что в них особенного? – со смехом воскликнул Гоша. – Я уверен, что покорю миллион таких вершин.

– Не смей так говорить! – со страхом прервала его Нелли. – Горы не любят, когда к ним так относятся, а ещё они не любят дураков!

– Это ты кого сейчас дураком назвала?! – взвизгнув, спросил Гоша и вскочил с постели. – Да я готов хоть сейчас пойти туда! Ничто меня не остановит!

– Ложись спать, хвастун! Ты даже узлы-то правильно вязать не научился.

Но Гошу было уже не остановить. Он достал фонарик и его лицо казалось багровым от злости, внутри него всё бурлило.

– Я больше слушать вас не желаю, трусы! Что? Слабо? Слабо прямо сейчас пойти вместе со мной туда? Или вы можете только как утята идти вслед за мамой-уткой?

Это уже был перебор. Его слова задели всех. Каждый из нас считал себя самодостачным, и поэтому не принять его вызов означало признать себя побеждённым.