Мой хранитель земных душ
- -
- 100%
- +
В один момент чувствую такой порыв, что подхожу к Алексу и обнимаю его крепко-крепко, словно милого мишку из детства, без которого я никогда не засыпала. Впервые чувствую Алекса так близко. Он обнимает меня в ответ, и я готова растаять в его теплых руках. В голове не укладывается, как я могла забыть его!
Мы стоим так, наверное, где-то секунд десять, слушая дыхание друг друга. Даже представить не могу, что испытывает Алекс. Он знает меня несколько веков, а я его всего чуть больше недели. И как только можно жить, постоянно защищая кого-то и позволяя ему тебя не знать? Это похоже на пытку.
– Давай, Венера, тебе нужно идти спать. Эми наверняка места себе не находит, – шепчет Алекс.
Замечаю, как его глаза становятся ярче, словно внутри глазных яблок включились светодиоды.
– Ты прав… Но мы ведь выясним, почему ты больше не можешь стирать мне память?
Алекс удивляется. Кажется, он совсем не собирался включать меня в план.
– Но это мое дело. Тебе не стоит так сильно переживать.
– А я хочу переживать. Мы раскроем правду. Слышишь? Мы, – громче проговариваю последнее слово, чтобы Алекс вспомнил, что я люблю играть в детектива.
– Как скажешь, – пожимает плечами он, видимо смирившись с моей позицией.
Я победно улыбаюсь, открывая дверь в здание.
– Значит, операция «Марс» начинается! – кричу я в спину Алекса, который уже в метрах пяти от меня.
Он слегка поворачивается и улыбается. Кажется, тот согласен.
Проводив неспешащий силуэт Алекса, я решаю все-таки обрадовать Эми своим присутствием. Наверняка она волнуется, хотя даже не звонит мне. Видимо, все не так и плохо. Чувствую прохладный ветерок, который буквально врезается в спину. Вдалеке голые деревья качаются, словно машут мне ветками. Кажется, дождь начинается, думаю я и улыбаюсь, вспомнив слова Винни Пуха из одноименного советского мультфильма, которые в детстве я просто обожала. Кажется, заяц и волк могли спасти от любой хандры.
Не желая промокнуть, захожу в дом, медленно поднимаясь на нужный этаж, уже предвкушая звук дождя перед сном. Это ли не счастье? Наверное, я слишком сильно погружаюсь в мечты о сладком сне, что спотыкаюсь и чуть не падаю, но удачно ставлю ватную левую ногу на ступеньку и обеспечиваю себе мягкую посадку на правое колено. Хотя даже если и больно, то я совсем ничего не чувствую – алкоголь в крови активно отрицает боль.
Желанная дверь любимой квартиры оказывается прямо передо мной. Я поворачиваю ручку и захожу внутрь – словно в сам рай, где меня ждет долгожданный пожизненный отдых. Ну, или что там после смерти?.. И вправду, свет в коридоре ослепляет меня, отчего я хмурю брови, не замечая главную персону – наверное, жену самого Зевса.
– Вернулась, черт бы ее побрал! – раздается громкий голос девушки, которая совсем недавно успокаивала меня, когда я потеряла серьгу в клубе, а та оказалась в декольте. Надеюсь, наутро не вспомню этого.
– Чего ты орешь? – возмущаюсь я, пытаясь раздеться – без шатаний, икания и других признаков опьянения.
Подруга стоит во властвующей позе, словно мамочка, которая ждала свою дочь всю ночь. Но я не ее дочь и не тусовалась где-то до утра. Хотя сколько же мы с Алексом шли до дома?
– Чего я ору?! – еще громче щетинится Эми, округлив глаза так, словно я ей рассказала про хранителей земных душ и ее постоянном клиенте. – Да ты хоть знаешь, сколько тебя не было, твою мать? А на телефон не отвечаешь! Еще чуть-чуть и я бы вызвала гребанную полицию. Совсем рехнулась!
Пока я иду в свою комнату, пытаюсь профильтровать весь бранный поток Эми, которая явно волновалась за меня. Кажется, и вправду поступила неправильно, но разве я такая маленькая, что не в силах отвечать за себя?
– Эми, не грузи, а! Все ведь нормально, я жива и даже все еще одинокая Венера, – пытаюсь пошутить я, но Эми за вечер, похоже, растеряла где-то весь юмор, сохранив в этих светлых глазах лишь упреки. Как же в такие моменты она меня бесит! – Ну Эми-и-и, – протягиваю я, взяв подругу за руку и посмотрев глубоко-глубоко в глаза, – хватит уже. Да, я поступила неправильно, но со мной все хорошо! Я даже рада, что проветрилась. На улице такая хорошая погода и, похоже, будет дождь, – улыбаюсь я, обратив внимание подруги на окно, сквозь которое можно увидеть качающиеся от беспощадного ветра деревья.
Кажется, лед трогается, потому что Эми расслабляется, выдыхает и смиренно опускает плечи. Она должна, наконец, смириться с тем, что порою я не совсем постоянна и слегка импульсивна. Зато так жить интересней. В конце концов, если жить по правилам, исключений никогда не будет. И Алекс – это явное исключение!
– Это ради того мужчины ты так задержалась? – вдруг выпаливает подруга игривым голосом.
Вот черт! Откуда она узнала об Алексе? И эта чертова улыбка на пьяном лице мне совсем не нравится.
– Кто? Что? – разыгрываю я удивление. – Какой мужчина?
– Да ладно тебе! Ты его скрываешь от меня? Про Генри я тебе сказала сразу! – обиженно говорит подруга. Ах да, про того Генри, с которым у нее закручивается роман. Кажется, был одним из ее клиентов. И вправду, про него она рассказала в тот же день. Но Алекс – совсем другое. О нем никто не должен знать. – А ну колись!
– Но как ты узнала? – спрашиваю я, надеясь, что подруга не шпионит за мной. Иначе представляю, что она сделает за то, что вчера я съела последний кусок ее любимого десерта.
Эми закатывает глаза, будто делает мне одолжение, рассказывая:
– Ты так громко смеешься, что тебя можно услышать с верхнего этажа. Я посмотрела в окно и увидела, как ты воркуешь с каким-то мистером, а потом вы обнялись… Ну, еще будешь отрицать очевидное? – разводит она руками, плюхнувшись на кровать.
Мое тело реагирует на действие подруги, и я мгновенно расслабляюсь, словно это моя туша приземлилась на райское место. Честно, мне уже плевать, я просто хочу спать и увидеть самые прекрасные сны. Но Эми от меня не отстанет, и надо что-то придумать, чтобы она больше не спрашивала про Алекса.
– Да ладно тебе, Эм. Это мой друг с бутика. Мы просто встретились на улице, он решил меня проводить и все. Тут не о чем рассказывать, – как можно более непринужденно говорю я, ища на полке свою любимую пижаму.
– Почему я тебе не верю? – подозрительно протягивает подруга, скрестив руки на груди.
Ах, это ее детективная жилка бесит меня еще больше. Постоянно надо знать правду, даже если она сама не желает ей раскрываться!
– Потому что тебе везде надо найти изъян, Эми! Все, я хочу спать! – буквально выгоняю я подругу, чтобы она наконец отстала от меня и закончила бессмысленный допрос.
Кажется, Эми смиряется и освобождает мне кровать, которая будто зовет меня погрузиться в ее объятия.
– А жаль, он и вправду симпатичный. Ладно, спокойной ночи. И больше без приключений, а то в следующий раз и вправду полицию вызову! – говорит Эми, пригрозив пальцем.
– Прости! – кричу я. – Спокойной ночи.
После подруга уходит, выключив свет. А я готовлюсь ко сну, уже услышав желанный звук дождя, под который так хорошо засыпаю. Кажется, в такие моменты я нахожусь не в Сиэтле, а где-то в горах, на природе, среди деревьев и природы. С подобными мыслями так сладко спится, словно под снотворным.
И в этот день я засыпаю, вновь предаваясь дождю, который успокаивает. Вспоминаю Алекса и весь остаток ночи, проведенный с ним и его душой. Кажется, мысль о том, кто он, уже не такая страшная. Наверное, со временем для меня это будет что-то обыденное. Хотя я надеюсь, что каждый день буду удивляться этому, ведь не могу обесценить такие вещи способностью человека к привыканию. Ужасная способность человеческого тела!
К тому же впереди столько тайн, которые предстоит узнать. Надеюсь, это не перевернет мою жизнь с ног на голову. Хотя – бред, я уже как летучая мышь вешу вниз головой, отчаянно надеясь вернуться макушкой к небу.
Но следующий шаг – только лететь.
И куда же я полечу? Прямиком к смерти или же к своей судьбе, которая приготовила мне сокрушительные приключения?..
2 часть. Операция «Марс»
9 глава
Тебя так давно нет,
Снова ты пропал.
Ощущение, будто я без тебя много лет,
Но ведь ты не на всегда исчезал?..
Алекс
Сейчас в моей квартире темно, ведь я не сплю всю ночь – почему-то у меня бессонница. За окном снова дождь, который вгоняет в депрессию, что совсем не свойственно моей сущности. Я слушаю, как он пытается разбудить меня, шумно падая на окна. Уже конец февраля, белоснежный снег давно покинул город до следующей зимы и скоро наступит мое любимое время – теплая весна. Время, когда приходит любовь и уходят сожаление, грусть и усталость. Лучшее время для лечения моей депрессии. Казалось, эта чертова зима никогда не уйдет – особенно в унывающем по понедельникам Сиэтле. Не люблю здесь зимы. Другое дело – Россия. Там всегда было так красиво, что душа радовалась. Настоящая зима, когда деревья украшены белыми полотнами, можно лепить настоящих русских снеговиков и играть в снежки до потери пульса. И дождей там в феврале почти нет, как в Сиэтле. Люблю смотреть на падающие снежинки за окном. Но к сожалению, здесь это редкая картина.
И вправду, встаю слишком рано – даже соседи напротив еще не проснулись, что бывает довольно редко у тех трудяг. А у моего тела бессонница. Черт, и все это началось, когда Венера впервые узнала меня среди незнакомых лиц. И до сих пор я не могу спокойно спать – хоть другое тело выбирай!
Встаю с кровати, разминаю плечи и руки, которые часто затекают у моего тела. Еще часто сводит икры, сколько бы я не впихивал в него кальция. У этого тела много дефектов, но оно довольно красивое – такое рельефное и подтянутое. Не то, что несколько жизней назад, когда я был щупленьким мальчуганом, у которого не было даже поклонниц. А сейчас хоть отбавляй! Вот только им не скажешь, что мое сердце ни для одной из них.
Я иду в кухню, сожалеюще смотря на плиту, которую впервые использовал ради Венеры. Вспоминаю ее неопрятный вид, когда та с осторожностью поедала мою первую за все жизни яичницу. Вспоминаю ее страх и недоверие в глазах, что буквально убивало меня, но я держался ради нее. Она должна была мне поверить. Ее хрупкие руки тянулись к ножу на столе, но я пытался заставить ее чувствовать себя в безопасности. Чтобы ее душа узнала своего хранителя, ведь на подсознании она знает меня. И, кажется, у меня получилось, ведь вчера я впервые обнял душу в этом теле – обнял Венеру, которая всегда была такой недотрогой. Это странное чувство – общаться с душой, о которой заботишься столько лет, зная, что никогда не будешь ей другом. Но карты упали так, что теперь вряд ли она меня забудет. И это не укладывается в голове.
С самого начала я понимал, что здесь что-то не так. Что есть особая причина такого эффекта. Да где это видано, чтобы хранитель был не в силах стирать память душе? Как говорят люди, это кажется фантастикой – чем-то невозможным! И как хранитель я должен выяснить это, не втягивая в свои проблемы Венеру, которая отчаянно хочет нам помочь. И, черт, эту девушку не отговорить! Слишком упертая в этой жизни.
Но я разберусь один. Узнаю первым причину того, почему Венера помнит меня. Узнаю, чтобы уберечь от правды, если та слишком сокрушительна. Если она снова перевернет ее мир. Венера должна идти к своей миссии, чтобы вскоре стать такой же, как я. Или даже чем-то большим.
У нее свой путь. И я должен только помогать ей, а не отвлекать своими тайнами. Это ей ни к чему. Поэтому то, что сегодня скажет мне Брюс, я оставлю при себе и сам решу, как с этим существовать.
***
Венера
Утро начинается, конечно, с похмелья. Как же я не люблю это состояние! Голова гудит, тело не слушается, а перед глазами все расплывается, будто у меня зрение на грани слепоты. Наутро всегда жалею о том, что выпила, даже если мне было весело. И каждый раз обещаю, что больше ни капли! Но кого я обманываю?
Не сразу вспоминаю события вечера, не желая копаться в голове и снова краснеть от стыда. Но первое, что мне ударяет в голову, это Алекс, который появился вроде у клуба, когда я решила… Что я решила? Кажется, прогуляться. Неужели Алекс и правда всегда чувствует меня? И что же, он чувствует, когда я умираю от боли, если ударюсь мизинцем ноги об какой-нибудь угол? Или когда я плачу из-за смерти любимого героя? Боже, несладко же ему живется.
Я пытаюсь восстановить весь наш разговор. Кажется, помню все, ведь в тот момент почти отрезвела – прохладный воздух, обдувающий лицо, словно заставляет алкоголь выходить из тела. Помню, как Алекс рассказывал о себе, его любимый цвет – серый… Помню, как обняла его. Запах Алекса был таким приятным! Никогда не чувствовала такой вкусный и родной аромат, словно тот пользуется парфюмом на заказ – с какими-нибудь нотками души хранителя и корицы. Это был хороший вечер – даже темнота не пугала меня. Казалось, я нашла во мраке тот самый секрет, который не давал мне покоя много лет.
Но сейчас мне не дает покоя Эми, которая суетится за дверью моей комнаты, словно к нам приезжает сама Королева. Но мы вроде бы приглашения не получали. Поэтому, заинтересованная, я переодеваюсь, облокачиваясь о стенку, которая, кажется, ходит ходуном, и выхожу в свет – в кухню.
Там уже намыленная куда-то подруга смотрит сериал на ноутбуке, совсем не замечая лохматой девушки напротив. Я медленно подхожу к столу и сажусь, вопросительно глядя на Эми, которая дергается, увидев мое похмельное присутствие. А она, кажется, совсем и не пила. Еще одна черта, которая меня нервирует в ней – сколько бы она не выпила, с утра всегда бодрячком. Не человек, а настоящая ведьма!
– Как долго спит сие леди, – ухмыляется подруга, кивнув на сковородку, откуда пахнет вкуснейшими гренками из белого хлеба. Ради таких гренок готова простить Эми любые ее сверхспособности! – Уже два часа.
Я вяло киваю, словно совсем не удивлена, хотя прошло уже полдня – и мне снова восстанавливать мой к черту сбитый режим сна. Готова выписать себе леща, но не в силах даже что-то сказать.
Снова оглядываю подругу. Ее черные волосы до плеча аккуратно выпрямлены, словно она трудилась над ними несколько часов, потому что их кудрявость убрать надо постараться. На лице же у нее я замечаю макияж – он хоть и броский, но так и просится взгляд какого-нибудь мужчины. Лишь красные губы буквально заставляют стереть их жарким поцелуем. Сама же она одета в черные свободные штаны и красивую блузку, которую не надевает даже на работу. Да она точно куда-то собралась!
Я беру гренки, неохотно их поедая, хоть и очень голодна. Девушка с черными волосами и такими же тайнами смотрит на меня, словив мой презирающий взгляд.
– Что? – возмущается она, поставив сериал на паузу. – Что ты хочешь сказать?
– Куда намылилась? – спокойно спрашиваю я.
Эми смущенно улыбается, сделав глоток воды. Кажется, я даже подозреваю, куда собралась эта девушка без похмелья после достаточно алкогольной ночи.
– Не говорила тебе об этом, потому что ты была не в том состоянии. Сейчас зайдет Генри! Мы собрались в кино. Сейчас как раз с ним познакомишься, – пожимает она плечами, заинтересованно смотря на меня и ожидая моей реакции.
– Нет! – пищу я, резко откусив кусок гренки, словно настоящий хищник. – Ты издеваешься? Может, подождешь, пока я захочу в туалет, и там познакомишь нас? Я же в таком ужасном виде! – возмущаюсь я, подняв вверх лохматый локон светлых волос.
Она что, и вправду думает, что я такая буду приветствовать какого-то там Генри, который мне ни в зуб ногой? Порою Эми меня просто поражает!
– Скажи, что я умерла!
Эми огорченно вздыхает. Кажется, ей и вправду важно это – но что, мое одобрение? Обычно она знакомит со своими мужчинами, когда они встречаются довольно долго и когда она чувствует, что это «тот самый»… Нет, только не эти грабли!
– Прошу, мне кажется, он «тот самый», – буквально маньяческой улыбкой улыбается она, мечтательно посмотрев наверх. Господи, нет!
Я закатываю глаза и корчу гримасу, словно в невыносимой боли, услышав эту фразу в десятый раз. Боже, Генри, выпал же ты на ее голову! Эта песня про «того самого» не заканчивается уже какой год, и Эми все отчаянно пытается верить в нее, ведь она верит в сказки. Но это уже бред сивой кобылы! Почему бы ей не забыть про загадочного «того самого» и просто жить своей жизнью? А мужчина придет. Явно придет. Она торопит время, но время никуда не торопится. Эми упрямо натягивает розовые очки, которые прикреплены уже, мать его, скотчем, пытаясь в каждом мужчине разглядеть черты «того самого». Но кажется, эта девушка неисправима. И я устала с этим бороться. Хотя, черт, это ее жизнь. Порой приходится закрыть глаза на проблемы любимого человека, чтобы у него в конце концов они открылись. А пытаться постоянно их открывать – тщетные попытки. Так что пусть Эми сама разбивает свои розовые очки. Хотя, может, она настолько в это верит, что внушит всему миру? Может, у нее и вправду получится?
Надеюсь, это так, потому что она заслуживает любви. Настоящей любви, а не идеализированной влюбленности.
– Сказала Генри, что его ждет сюрприз в виде вот этих печенек с предсказаниями. – Я ухмыляюсь черте Эми, которая любит говорить, что за сюрприз она приготовила, а потом заставляет делать вид, будто ты ничего не знал. – Держи одну.
С любопытством беру одно печенье и разламываю.
– Тут написано: «Что ваша жизнь скоро изменится. И присмотритесь – возможно, его виновник совсем рядом», – нарочито грандиозным голосом читаю я.
Эми смеется.
– На самом деле они все такие. Смухлевала – и что с того?
Мы заливаемся хохотом. И тут мне становится интересно, может, Генри не так уж и плох?
– Ну и как мне не напугать его своим видом, а?.. Когда он придет?
– У тебя есть полчаса. Ты не переживай, он хороший. К тому же ты и не должна быть красивей меня.
– Да куда мне! – вновь смеюсь я.
Эми переключается на экран ноутбука, иногда поднимая брови от удивления. Смешно за ней наблюдать, потому что по ее гримасе можно понять даже, что происходит в сериале. Вот она поднимает густые брови и закусывает почти алые губы – значит, кто-то отчего-то бежит. Вот Эми прикрывает глаза и опускает нижнюю губу – значит, кто-то кого-то убивает. Такими темпами я буду знать сюжет сериала, который даже не смотрела.
Но вот она прерывает тишину:
– Кстати, что там с этим мужчиной, который вчера провожал тебя? Я его никогда не видела вроде, – задумывается подруга, а я закатываю глаза.
Черт! Я совсем забыла о том, что любопытный взгляд Эми прощупал нас среди мрака и света одинокой Луны.
– Я же говорю, из бутика. У нег там соседний магазин, – придумываю я, желая, чтобы подруга отлипла от меня.
Но она слишком любопытна.
– Что за магазин?
– Эми, не помню… Какая разница, вообще? Мы встретились случайно и вряд ли ты его еще увидишь, – отрезаю я – громко, с наездом, думая, что агрессия вынудит неконфликтную Эми прекратить этот разговор.
Так и происходит: она просто вздыхает, критикует меня взглядом и заканчивает этот бессмысленный допрос. Но Эми не Эми, если не сделает угрожающую точку:
– Учти, еще раз увижу, скажешь все, что только знаешь.
Я киваю, уверенная в том, что Алекс обязательно когда-нибудь еще раз попадется зоркой Эми на глаза. И что же я ей скажу? Конечно, это мое личное право – держать свою личную жизнь при себе, даже если на самом деле ее особо и нет. Но Эми моя подруга, мне и самой будет неловко, что я храню от нее тайны. Несомненно, она не будет устраивать скандалы просто из-за того, что я не хочу рассказывать о каком-то там мужчине – она не настолько сумасшедшая. Но обида в глубине ранимой души определенно будет терзать ее, чего бы мне не хотелось.
Но разве я могу сказать об Алексе? Конечно, нет. Хотя сказать, что этой мой друг – определенно могу.
– Эми, это просто мой друг. Пожалуйста, не надо меня с ним сватать и все такое. Он очень хороший, правда – милейшей души человек и очень важен для меня, – разрезаю я плотную тишину, решив не тянуть до последнего. В конце концов, я должна буду сказать об Алексе. Так пусть это будет сейчас и не так подозрительно.
Эми в каком-то сожалении дует губки, словно ожидала услышать историю о нереальной любви. Наверное, да. Она ожидала, что я тайно помолвлена с этим зеленоглазым красавчиком, у которого в кармане завалялась пара миллионов для меня. Прости, Эми, не сегодня.
– Слишком важен, раз ты так его скрываешь… Странно, что раньше его не видела, – задумывается она, спрятав взгляд где-то в потолке, видимо вспоминая.
Но ты не поверишь, Эми, как это бессмысленно.
– Потому что я знаю его еще с Портленда, – вру я. – Здесь он не так давно.
Господи, главное рассказать все Алексу и запомнить самой, что я придумала!
– Почему тогда не хочешь, чтобы я его знала?
– Скорее наоборот. Он такой занятой, что… В общем, не знаю, Эми. Это не тот человек, которого можно познакомить со всеми друзьями, – пожимаю плечами я, прекратив беседу уходом и оставив подругу с одинокими мыслями.
Теперь надо привести себя в порядок, чтобы этот Генри не убежал с воплями и криками из квартиры, которую Эми так бережно вымыла – даже шкафы блестят, словно все в лаке.
Я спешу в ванную, где принимаю контрастный душ, тем самым взбодрив свое похмельное тело и после еще раз окатив лицо ледяной водой. Это часто помогает мне прийти в норму – после тяжелого дня или веселого вечера. Была бы моя воля, я б послала этого Генри куда подальше, чтобы не повадно было ходить в чужие квартиры и смотреть на неряшливых подруг своей девушки. Но для Эми это важно, поэтому с сожалеющим выражением лица я слегка крашу ресницы черной тушью.
Выйдя из ванной, переодеваюсь в пижаму, которая выглядит как легкое прикрытие летним жарким вечером в Сиэтле. Услышав звонок в дверь, я вспоминаю про Алекса и начинаю размышлять, где же могла посеять бумажку с его номером… Ах да, абсолютно везде! Наверное, бессмысленно даже искать – легче дождаться его звонка.
Слышу громкий басистый голос. Кажется, его обладатель просто огромный, но внешность, как и голос – обманчивы, так что я не спешу делать выводы. Даже интересно посмотреть, какой он – идеальный мужчина Эмили? Может, у него длинные черные волосы и серьга в ухе? Или он как Кристиан Грей5 – бизнесмен, который хранит у себя в квартире и душе много тайн? Или он весь в татуировках и зовет мою подругу «деткой»?
Я глубоко выдыхаю, смирив волнение внутри. Иногда так волнуюсь, словно каждый день ожидаю приезда самого президента. Но максимум, кого я могу ждать в гости, это счета за квартиру, которые приходят секунда в секунду.
Выхожу из своей комнаты, словно затворница из пещеры, и натягиваю приветственную улыбку – хотя бы сделаю вид, что рада видеть Генри.
В коридоре уверенно стоит мужчина не такой крупной комплекции, как мне казалось. Его обувь искусно отполирована и блестит, словно бриллиант. Одежда на нем дорогая – это точно. Генри умеет презентовать себя. Плюсом ко всему – к уверенности, его особенным мужским феромонам и еле заметной игривости – внешностью он тоже не обделен. Аккуратный нос, пухлые губы, которые бережно касаются розовой щеки Эми, и яркие глаза буквально заставляют влюбиться в них. Теперь ясно, чем подругу так зацепил этот мужчина.
Может, он бы и мог понравиться мне, но в чем загвоздка – он слишком старается показаться таким, каким я его увидела. И есть такое ощущение, что он не совсем такой…
– Добрый день! Я Венера Эстер, – громко говорю я, прервав долгое приветствие тех двоих. Хотя заметила, как Генри косился на меня до того, как я открыла рот.
Мужчина обнажает белые зубы, слегка кивает и протягивает руку, которую я активно пожимаю:
– Очень приятно. Генри Уолстер, – говорит он.
– Очень приятно.
– Взаимно, – улыбается Генри, повернувшись к Эмили, которая уже одевается, иногда посматривая на меня и следя за реакцией.
Девушка надевает пальто неловкими движениями, а Генри как истинный джентльмен помогает ей, после чего ее глазки благодарно пронзают его сердце и душу. Между ними определенно есть связь, думаю я и незаметно для себя улыбаюсь.
– Венер, закроешь? – спрашивает Эмили, выпроводив Генри.
Я киваю.
– До встречи, Венера, – прощается Генри и растворяется за дверьми.
Я лишь снова улыбаюсь, не зная, как на него реагировать. Вроде хороший мужчина, но есть такое ощущение, что слишком хочет понравиться. Либо он что-то скрывает, либо просто не уверен в себе. Хотя я надеюсь, что мне показалось.
В надежде, что Генри заберет эту бестию на ночь, я беру ноутбук и погружаюсь в свои бездельные дела, которые так люблю, но так часто откладываю.
Ничего не предвещало беды. Я спокойно сижу, наслаждаюсь своим одиночеством и почти пустым скучающим Сиэтлом за окном, пью вкусный чай, хотя уже сыта – идеальный день, лениво переходящий в вечер. Готова каждый день так сидеть после рабочего дня. Кажется, просижу так до ночи, пересмотрев все фильмы. Но тут звонит телефон. И я вот как знала, что это не обычный звонок!