- -
- 100%
- +
От него бригадир никогда ещё не слыхал отказа. Пусть работа и будет трудной, он всё равно добьётся своего и выполнит задание. 13 летний Коля Ворончихин самостоятельно пашет пар. Он единственный работник в семье. Коле Леконцеву 12 лет. Он выполняет любую работу. Отец у него на фронте, и Коля всеми силами старается своим самостоятельным трудом заменить его в тылу. Так работают наши дети, заменяя взрослых, которые с оружием в руках борются за свободу и радостную жизнь своих детей.»
Газета «Колхозный клич»от 17 июля 1942 г. Леконцев, кладовщик колхозаПомощь освобождённым районам
Вероломное нападение фашистов на нашу Родину гневом и болью отозвалось в сердце каждого гражданина. Города и сёла региона приняли значительную часть эвакуированной промышленности и населения. В П-Сергинский район приехало 2349 человек из захваченных территорий, в том числе 1268 детей. Детей принял детский дом села Троица.
Также были организованы интернаты для эвакуированных детей в с. Сылва и д. Стерлягово – на 75 человек, в д. Огрызково – на 50 человек. Деревня Дикари приняла дошкольный детский дом из Сталинграда, 200 человек вместе с воспитателями.
П-Сергинский район в числе первых протянул руку помощи районам, которые, по мере продвижения вперёд Советской армии, освобождались от фашистской нечисти.
Газета «Колхозный клич» обращалась к своим читателям:
«Сталинградцы ждут от нас братской помощи, и они получат её! Комиссия по оказанию помощи городу-герою Сталинграду при Дикаринском сельском совете проводит работу исключительно среди колхозников. Уже имеются неплохие результаты.
Собрано 410 руб. денег. Колхозники сдали 700 гр шерсти, 2 платья, ботинки, сандалии, 4 полотенца и другие вещи. Сбор продолжается.»
Газета «Колхозный клич» от 9 апреля 1943 г.М. Левина, председатель комиссии«На счёте города-героя Сталинграда №160 005 с каждым днём растёт сумма поступлений. От трудящихся района поступило 9 326 руб. в фонд помощи Сталинграду.»
Газета «Колхозный клич» от 20 апреля 1943 г.Детство, опаленное войной
В годы войны Пермская земля стала прибежищем для населения, эвакуированного с территорий, захваченных немцами, и детей Ленинграда, Москвы, Сталинграда. Воспитатели детских домов, спасая детей, увозили их из-под бомбёжек и обстрела за линию фронта, рискуя своей жизнью.
Из Перми (тогда – Молотова) детей распределяли преимущественно по деревням и сёлам и выделяли самые лучшие помещения соцкультбыта: детские сады, школы. Бывало всякое: привозили обмороженных в дороге, заражённых корью, завшивленных детей. Поэтому на местах их размещения срочно строились бани, жаровые камеры, изоляторы. С января 1942 г. наша область приняла 112 московских, 78 ленинградских и 25 детских групп из других городов. Были организованы детские интернаты в с. Сылва на 75 человек, в д. Огрызково на 50 человек, в д. Стерлягово на 75 человек. В селе Троица располагался Московский дом ребёнка №2, а в д. Дикари находился дошкольный детский дом из Сталинграда.
Узнав о приезде сталинградских детей, местные жители заранее побеспокоились о тёплых вещах для долгой дороги в зимнюю стужу (от станции Сылва до Дикарей – 50 с лишним километров!). И вот в деревню приехал обоз из десятков лошадей, запряжённых в сани, с ребятишками, закутанными в тулупы, одеяла, деревенские шали и платки. Жители деревни, встречавшие детей, были ошеломлены, увидев вылезающих из саней маленьких старичков и старушек – такими их сделали жизнь в осаждённом Сталинграде и недели скитаний по тыловым дорогам… Их сопровождали директор Надежда Михайловна Соколова и воспитатель Мария Кузьмовна Чижова, позднее работавшая в Сергинской школе. 200 изможденных, больных, обмороженных детей разместили в здании школы. Для детского дома колхоз выделил несколько коров, лошадь, корма, а летом – участок для овощей и сенокоса. В первую зиму жители деревни обеспечивали детей домашними продуктами.
По направлению РК комсомола в детский дом были направлены Нина Николаевна Манакова (Дурбажева), Вера Васильевна Худеньких (Канзибаева), Людмила Константиновна Васильева (Вежливцева). Пришли сюда работать и местные жители: Вера Павловна Пешкова (Сорокина), Татьяна Васильевна Мордасова, Ксения Егоровна Карсакова, Агния Алексеевна Карсакова, Клавдия Афанасьевна Карсакова, Екатерина Павловна Карсакова (Третьякова), Таисья Сергеевна Худеньких. Детский дом работал до 1946 г.
«Моя мама, до замужества Пешкова Вера Павловна (1926 г. р.) родилась и выросла в д. Дикари. Её родители: Пешков Павел Дмитриевич и Пешкова Александра Петровна. Во время войны мама Вера Павловна работала в Дикаринском детском доме воспитательницей 4 года. За что была награждена медалью „За доблестный труд в Великой отечественной войне 1941—1945 г.“. Была ветераном труда. В 1946 г. её назначили учительницей в Подволочьинскую начальную школу, а в 1948 г. перевели учительницей в Дикаринскую начальную школу. Затем её педагогический стаж прервался, т.к. в 1948 году мама вышла замуж и уехала из родной деревни, сменив фамилию на Сорокину.»
Из воспоминаний Людмилы Шабуниной (Сорокиной),дочери Веры Павловны ПешковойУже с 1 января 1942 г. область полностью перевела всех эвакуированных детей на финансирование из собственного бюджета. Срочно изыскивались резервы, чтобы накормить и обуть юных сталинградцев. И если с одеждой все было относительно неплохо (мануфактуры выделяли сразу по 2—3 метра ткани на ребёнка), то с обувью – гораздо сложнее, на 10—15 человек приходилась лишь одна пара. Молоком с детишками делились колхозы и местные жители. Весной 1942 г. у каждого интерната были своя земля и хозяйство.
С начала эвакуации и до декабря 1944 г. П-Сергинский район принял 2349 человек, в том числе 1268 детей. В 1946 г. для детей была заказана одежда в швейном цеху Сергинского промкомбината. Детей одели и увезли по домам.
В 70-е г. в д. Дикари приезжали убеленные сединами бывшие воспитанники детского дома, чтобы встретиться с теми, кто спасал их от болезней и голода, старался скрасить суровое, полное лишений детство. Они приезжали, чтобы поклониться уральской земле, которая приютила обездоленных войной детей.
Воспоминания от первого лица: приют для детства
«В сентябре 1942 г. к нам в Дикари из Сталинграда эвакуировали детдомовских детей и жителей из Сталинграда. В наш детский дом поступило много разных детей, потерявших родителей. Дети поступили очень истощённые, грязные, оборванные. Но наше государство проявляло большую заботу: на каждого ребёнка отпускалось по 600 гр. хлеба, жиры, сахар, разные фрукты и крупы. Одним словом дети питались в то время очень хорошо. Одеты были тоже хорошо. Детский дом наш состоял в основном из детей дошкольного возраста. Спали все на отдельных койках. Детский дом находился в здании школы с с 1942 г. по 1946 г., до момента когда всех наших детей не развезли в разные детские дома. Перед отправкой для них в Сергинской швейной мастерской шили пальтишки.
За все эти годы к нам в детский дом приходили дети местного населения. Что оставалось от обедов (хлеб, суп, каши), мы отдавали им, а еще отдавали поношенное, списанное бельё и верхнюю одежду. Мы её должны были по решению ОБЛОНО11 сжигать, но вместо этого мы ее раздавали.
В этом детском доме я проработала с 1942 г. по 1946 г. бухгалтером и к тому же доставляла продукты со складов Серги. Работа наша не ограничивалась только воспитанием и уходом за эвакуированными детьми. Я была выбрана и секретарём комсомольской организации. Начиная с посевной и кончая уборочной мы, комсомольцы, и вся наша молодежь и работники детского дома помогали колхозу. В то время с комсомольцев спрашивали очень много. На посевную меня обязательно закрепляли за каким-нибудь колхозом. Большую часть времени отвечала за колхоз «Красный боец» в д. Высоково Дикаринского с/совета. Рано утром, до работы своей в детском доме, пойдёшь в колхоз, организуешь колхозников на работу, потом бежишь в детский дом, а после основной работы обратно идёшь в колхоз. Кроме того, вели кружковые работы. Выступали с самодеятельностью в колхозах, а также нас приглашали с нашей самодеятельностью и в районный центр с. Серга, когда проходили какие-то мероприятия. Самодеятельность у нас была поставлена очень хорошо, за что нашему кружку также райком партии объявил благодарность. Я вела драм-кружок, а Надежда Михайловна (наша директриса) – хоровой и танцевальный.
Осенью во время уборочной начали мы скирдовать снопы в клади. Поздней мы с комсомольцами и молодёжью после работы в ночь молотили хлеб до 3—4 часов ночи. Немного поспишь и опять идёшь на основную работу. Одним словом, во время войны много пришлось молодёжи поработать. Собирали тёплую одежду для фронта. Кто чем мог, тем и помогал. Посылали также папиросы, даже табак, самосадку-махорку. Вкладывали в помощь фронту и деньги, всю нашу работу. Многие из нас получили медаль «За доблестный труд в период Великом Отечественной Воины». Эту медаль я получила в январе 1947 г.».
Из воспоминаний Веры Васильевны Канзибаевой
Окончание войны
Воспоминания от первого лица: первая весть о Победе
«Мы с подругой Катей в ночь с 8 на 9 мая были в сельсовете – в военные годы было установлено ночное дежурство у телефона, он на всю деревню был только один. Ночью, в 4 часа телефон зазвонил; нас предупредили, чтобы мы ждали важное сообщение. Мы насторожились и прильнули к трубке. Стали слышны переговоры телефонисток об окончании войны, но нам не верилось, думали, что показалось, послышалось… Мы повесили трубку и стали ждать. Когда телефон снова затрещал, мы враз с подругой схватились за трубку, и мужской голос сообщил, что война кончилась, и пришла Победа. Мы от радости начали прыгать и приплясывать и даже своротили с места секретарский стол и пролили чернила! Едва дотерпели до рассвета и утром побежали по деревне и всем рассказывали об окончании войны и о Победе. Но нам верили не все.
Потом кто-то приехал из Серги и тоже рассказал, что война кончилась. И тогда в деревне начался праздник. В деревне к обеду мужики закололи баранов, так приказал председатель колхоза Сараев Степан Михайлович. На поляне устроили пир на всю деревню! На полотенцах лежали караваи из чистой ржаной муки, дымилась жареная рыба, бражка лилась рекой, а женщины угощали похлёбкой с мясом. Мы все наелись до отвала, это был первый сытный обед от начала войны. И весь народ веселился, плакал, пел и плясал под гармошку. В этот день даже животным прибавили корм.»
Из воспоминаний Антониды Степановны Бияновой (Скорыниной)Военное время подошло к концу. Многие из тех, кто ушел на фронт в 1941-м не вернулись в родную деревню. А вернувшиеся еще не скоро были готовы рассказать о том, что они пережили.
Тем не менее, до наших дней сохранились некоторые воспоминания, газетные заметки и фотографии. К сожалению, уже не осталось в деревнях живых героев, и все меньше остается тех, кто ковал победу в тылу. Да и дети военных лет вошли в преклонный возраст.
Мы обязаны помнить тех, кто так и не встретил победу, пав смертью храбрых на фронте, тех, кто вернулся домой и тех, кто жил и трудился в тылу. Все эти люди, наши прародители и односельчане, не ждали почестей и наград, не рассчитывали на прижизненную славу, но обрели нечто более ценное – всенародную любовь, благодарность, признание и бесконечное уважение.
В этой книге вы найдете имена погибших и вернувшихся жителей наших деревень, оставлено в ней и место для неучтенных героев – а такие могут быть. Они могли родиться в ваших деревнях, но призваться другими РВК. А некоторые фронтовики выехали из деревень сразу после войны или после ликвидации района в 1959 г.
Поиск и составление данных списков проводились в 1980 г., и процесс осложнялся тем, что не все документы сохранялись в архиве. В списках погибших значились только граждане Сергинского сельсовета, а значит и бывшего Дикаринского сельсовета. И учитывали только тех, о гибели которых было сообщено в П-Сергинский РВК. Но многие извещения о гибели шли прямо семьям погибших, минуя военкомат, поэтому в составленные списки не вошли. С целью уточнения списков 15 апреля 1985 г. по местному радио было сделано сообщение с просьбой о помощи.
Список участников войны вы можете найти в конце этой книги. Данный перечень не полный и составлен на основе сообщений, поступивших в Сергинский РВК, и потому нуждается в дополнениях и уточнениях. Будем рады, если вы сообщите нам о неучтенных в этом списке воинах.
Послевоенное время
Закончились трудные послевоенные годы. Мелкие деревенские колхозы объединились в один колхоз им. Маленкова. В деревне появился первый телевизор, а в магазин начали привозить печеный хлеб. Колхоз перешел на денежную оплату труда. Дикаринский сельсовет на несколько лет отнесли к Березовскому району, затем вернули обратно к Сергинскому. Колхоз приобрел пилораму и электронно-доильный агрегат. Также после упразднения района и ликвидации МТС колхоз обзавелся тракторами, комбайнами и другой сельскохозяйственной техникой.
1957 год стал роковым для всех малых деревень, которых в Дикаринском сельском совете оставалось 7; по решению Центра многие из таких населенных пунктов внезапно были объявлены неперспективными, в том числе Дикари. В апреле 1959 исполком П-Сергинского райсовета решил объединить деревню Дикари с Зарекой. В 1960 г. произошло объединение с большим соседним колхозом «Колос». Началось великое переселение семей с родовых усадеб. Для жителей малых деревень это была настоящая беда, ведь приходилось перевозить все свое хозяйство: избы, дворы, бани, омшаники12, собачьи будки. Покинутые жителями земли тогда были распаханы и обрабатывались, а в наше время всё заросло лесом и бурьяном. Предполагалось, что жители малых деревень будут переезжать в «перспективные» селения своего совета, но укрупнения этих селений не получилось. Люди из ликвидированных деревень предпочитали селиться в сельском административном центре Серга или даже за пределами Кунгурского района. Ехали туда, где есть школа, больница и работа. И если в начале 1959 г. в новом Зареченском совете числились деревни Зарека, Высоково, Чупино, Цепли, Дороничи, Кондрашина и Большая Зарека, то к 1980 г. остались только две: Зарека (60 дворов и 176 жителей) и Чупино (8 дворов и 26 жителей). Селяне медленно, но упорно покидали свою малую родину. В период с 1926 по 1980 годы население Дикарей, Большой и Малой Зареки сократилось примерно на 40%.
Много неудобств, связанных с чехардой переименования, объединением и разделением территории, пришлось претерпеть жителям бывшего Дикаринского сельского совета. Если объединение колхозов было закономерным, то непростая ситуация с сельским советом ещё долго «аукалась» жителям отдельных территорий, где главным средством сообщения в те годы была лошадка, запряжённая в сани или телегу.
Восстановление колхозов
После войны колхозы Дикаринского сельсовета трудно и медленно выправляли свою экономику: сказывались большие кадровые потери, в том числе руководителей производства, и отсутствие сельхозтехники, но колхозники не теряли надежды на светлые перемены.
«В 1945 г. по итогам областного социалистического соревнования районов, колхозов и работников животноводства в числе награждённых была овцеводка колхоза «16 партсъезд» д. Цепли Веселкова Мария Дмитриевна, вырастившая ягнёнка от овцематки.
В марте 1946 г. в колхозах Дикаринского сельсовета подводятся итоги ударного месячника по завершению подготовки к весне. Полностью выполнили свои обязательства кузнецы Александр Сараев, Егор Полыгалов, Пётр Ерушин – во всех колхозах сельсовета плуги, бороны и сеялки отремонтированы и переданы полеводческим бригадам. Дикаринцы закладывали прочную основу будущего урожая: готовили к севу самые лучшие семена и сортировали их, заготавливали золу. Колхозы «16 партсъезд» и «Красный боец» уже закончили вывозку навоза на поля. Колхоз «Опытник» (под председательством Степана Михайловича Сараева) вывез 3 тонны аммиачной селитры вместо 2-х.»
Газета «Колхозный клич». 1946 г.Валентина Карсакова«26 мая 1946 г. председатель колхоза „Красный боец“
(д. Высоково) Леонид Скорынин рапортовал, что полностью завершен сев зерновых, и полеводческие бригады полностью переключились на взмёт пара и посадку картофеля. Летом 1946 года колхоз приобрел грузовую машину.»
Газета «Колхозный клич». 1946 г.Председатель с/совета Иван ПавловОсень 1946 г. выдалась на редкость дождливой, что сильно тормозило уборку и хлебосдачу. За невыполнение пятидневных заданий колхозами Дикаринского сельсовета председатель получил строгое предупреждение о том, что ему грозит увольнение и исключение из партии, если он немедленно не выправит положение дел. Правления колхозов приняли необходимое для местных условий решение – заскирдовать как можно больше убранного хлеба, чтобы можно было молотить из кладей и в плохую погоду
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Уставная грамота помещика и крестьян – документ, обязательное составление которого каждым помещиком в ходе Крестьянской реформы в России было предусмотрено Манифестом об отмене крепостного права.
2
АСА – антисоветская агитация
3
АСД-антисоветская деятельность
4
Заготовка масла из хвойных деревьев
5
Гла́вное управле́ние лагере́й и мест заключе́ния – подразделение НКВД СССР, МВД СССР, Министерства юстиции СССР, осуществлявшее руководство местами заключения и содержания в 1930—1960 годах
6
Районный комитет Коммунистической партии Советского Союза
7
Объединённое государственное политическое управление при СНК СССР – специальный орган государственной безопасности СССР.
8
Машинно-тракторная станция
9
Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству
10
Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту
11
ОБЛОНО – областной отдел народного образования
12
Омша́ник (зимовник) – утеплённое помещение для зимовки пчёл.