Пушкина, Августиновича, Мицуля, Жданко, Штернберга – и другие хорошие человеко-горы. Горы Сахалина и его люди
- -
- 100%
- +
Погода была блестящей. Если смотреть на воду, так даже глаза слепило. Эх, вот бы здесь оказаться в дни 35-ти градусов жары, что стояла не так давно. А сейчас морской бриз освежал достаточно, чтобы отказаться от купания.
Выбрался к рыбообрабатывающему заводу. Этот «малыш» занял все пространство устья ручья и морского побережья. Требовалось подняться на верх склона, выйти на дорогу и по ней обойти сооружение. Подняться я поднялся, а на дорогу шиш с маслом. Какое-то время шел по кромке высокого берега, там было чем с него любоваться. Солнце заходило в сторону моря и это уже многое объясняет в завороженности окрестных пейзажей.
Вскоре, в наглую спустился в какую-то часть завода, что не производила впечатление запруженности толпами людей. Перейдя площадку, упал в ручей спрятанный бетонные ванные. Справедливо рассудив, что он выведет к морю, пошел по его водам на запад. Напротив основного тела завода открылась дыра. Из нее текла вонючая масса. Воды ее перемешались с ручьевыми водами, и по очкам победила вонючка. Отходы рыбообработки никто не думал очищать. Очистных здесь в принципе не существовало. Зачем, если под боком чистое море?
Последние сто метров пришлось дышать ротовым отверстием, чтобы не задохнуться.
На берегу моря перескочил невысокую ограду и оказался вне пределов загрязняющего производства.
Близость Томари по всему чувствовалась. Дороги выходили на пляж, и какая-то женщина нежилась на берегу с рядом припаркованной машиной. Это и были все отдыхающие. Зачем-то я двигал со всем упорством в Томари. Как точка, которой стоит гордиться. Зато не очень удобно ночевать. Или удобно? Я думал, думал и решил попробовать.
Томари не замедлило явиться
За поворотом открылись виды: великие, без преувеличения. Заводь, которая и носит прозвище у японцев Томари, блестела под солнцем, а все это обрамлялось невысокими, но сочными сопками. И в центре этой неземной красоты находился городишко. Целый районный центр. В последнее время его грязные раны 90-х припудрили цветными крышами и легкой косметикой стен домов. Но его убитый БУМ стоял нелюдимой громадой где-то в глубине, на возвышенности сбоку все еще торчали остатки японского храма. Его тоже в последнее время стали спасать. Река начала подмывать берега, грозя унести с собой в море отдельные монументальности. На верхушку монастырского ансамбля соорудили лестницу, поставили ознакомительный щит и на этом пока все.
Окрестности, по которым шел вдоль моря, оказались совсем уж завалены мусором и теперь точно не приходилось думать о ночевке здесь.
В городе помотался между вокзалом, магазинами и пляжем, где и решено остаться на ночь до 4 утра, в час когда тронется поезд. Удалось не проспать подобное событие, и вот я качаюсь в новенькой электричке. Все удобно до такой степени, что есть даже розетки в подлокотниках. Любезная стюардесса притащила чаю по первому требованию, хоть и в банке, и шоколадку: так замутило, что захотелось выпить и съесть.
Вдоль Охотского моря начиналась заря, солнце крадучись подступало с той стороны Земли к сахалинскому горизонту — я вернулся домой, наверное в тысячный раз и надеюсь не последний.
ЖДАНКО — КРАЙ ОСТРЫХ ГОР и ГЛУБОКОГО МОРЯ. 2015 год
Жданко красивый край, доступный, но дикий. Крутой, но не высокий. Сахалинский, но легкопроходимый. Сплошной разрыв шаблона, а не хребет. Самый узкий в Азии.
Странность больше не в нем, а в наших людях. Не многие ходят туда почему-то, проблема, конечно не в том, что именно туда мало ходят, а в том, что вообще мало ходят. Другая странность, что иностранные гости периодически просят отвести их в те места за деньги, за хорошие деньги. Не понятно.
Лесли англичанин, Томаш из Польши. Они увидели хребет из окна поезда, после оглядели его со всех сторон в Гугл-карте и во время своей вахты на севере острова приняли твердое решение зайти на этот необычный, красивый хребтик. Вышли они на меня и решено было, что они сразу с поезда пойдут в поход.
5 июля машина забрала нас в городе и помчала на севера. Через два часа мы выгрузились у подножья и покарабкались. Как правило, народ, который ходит туда, делает это по концу августа, либо в сентябре. Приятные теплые деньки и масса ягоды. Брусника, голубика, клоповка, шикша, черника. Не видать нам этого в начале июля. Или не видать? Или не торопиться с выводами? А поглядим.
Короткий подъем на низкую точку хребта занял час времени. Мужикам после сидения на корабле в течение 55 дней, было тяжело.
Расправляли легкие, грели мышцы и каждую минуту скидывали с себя клещей. «Is it a tick?» С легким недоумением спросил Лесли, показывая мне красненько-черного. «Ага, клещ, он самый» — кивнул я в ответ, сдирая с себя добрый десяток клещей. Никогда в жизни, за все годы блужданий по тайге я не видел такого количества клещей. В конечном итоге я снял с себя порядка 50—60 клещей.
Продравшись через засаду клещей, вышли мы на верх. Разделись, собрали еще охапку кровососов. Потихоньку поскакали на гору Владимирова, за которой открылись виды Жданко.
Два его зуба призывно мерцали вдали. Вверх-вниз по кручам заняли у нас чуть более двух часов. На удивление достаточно быстро мы достигли долины, в которой я намеревался ночевать. Только там есть вода, достаточно дров и места под палатку. В общей сложности три с небольшим часа непростой прогулки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.