- -
- 100%
- +
© Даша Ивлиева, 2017
ISBN 978-5-4483-7449-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
В начатый понедельником год, когда интернет только опутывали социальные сети, когда милицию ещё не переименовали в полицию, а казино не выдворили из российских городов – судьба готовила встречу двух сердец…
Глава 1
Тель-Авив, Израиль. Апрель 2007-го. Год и четыре месяца до Ультимум Пунктум.
Вдали над пустыней взбиралось солнце. Из городских теней плавно выбирался медицинский центр, впуская в окна ясный день.
Первые лучи уже освещали лестницу уборщице, где та со шваброй и ведром спустилась по маршу пятого этажа. Рядом, за зеленоватой двустворчатой дверью, скрывались больничные палаты, оттуда же доносились неясные голоса и нарастающий топот. Гул близился подстать стаду. Женщина нахмурилась и словно на всякий случай придвинула ведро к стене. Дверь с грохотом разверзлась – и на лестничную площадку вылетели две белые фигурки. Уборщица едва успела отпрыгнуть, как существа пронеслись мимо и барабанной дробью принялись перебирать ступеньки. С заминкой из двери вынырнула тучная женщина в белом халате:
– Куда же вы?! А ну стойте! – схватилась та за сердце и сдалась.
Следом на площадке появился мужчина в форме охранника. Тот, приняв указания женщины в халате, пустился вдогонку.
Уборщица подошла к ограждению и склонила голову: фигурки, словно в воронке, вихрем ускользали вниз, куда теперь торопился охранник.
– Сафари, – промычала уборщица…
Пара до блеска лысых девочек в пижамах преодолели лестницу и оказались перед двумя лифтами. Первая сходу вызвала обе кабины, пока вторая томилась позади. Подъёмные механизмы еле звучно загудели, а спустя секунды из коридора, что вёл в вестибюль, возникла молодая сотрудница в деловом костюме и о чём-то возмущённо заговорила на иврите.
– А по-русски слабо? – вырвалось у первой девчонки.
– Вам нельзя здесь находиться! – почти без акцента предупредила особа.
– Если кто-нибудь спросит, – деловито уведомляла первая беглянка, – мы на третьем этаже!
Гуденье в шахте лифта замерло, и перед девочками по очереди разъехались обе двери.
– Садись в тот, – распорядилась первая. – Встретимся на третьем.
Тут на глазах озадаченной сотрудницы к лифтам прорвался охранник – но створки скрыли беглянок прям перед его носом.
– Они поехали на третий этаж, – сообщила сотрудница.
Охранник достал рацию что-то доложить на своём языке и побежал обратно к лестнице.
На оговоренном этаже первая девочка пересела ко второй:
– Жень, теперь куда?
– Терпенье, Лиза./
/Женя нажала верхнюю кнопку. Лифт безропотно повиновался, потянув их ввысь. Женя подмигнула через отражение в зеркале:
– Так даже прикольней, – не сводя глаз с зеркала, провела та рукой по лысой голове.
– Ага, – тяжело дыша и улыбаясь, согласилась Лиза.
Она зачаровано смотрела то на себя, то на подругу и не переставала поражаться совместной дерзости.
Кабинка остановилась. Лиза выбралась первой, пока затейница посылала лифт куда-то ещё:
– Так мы сможем их запутать, – пояснила та.
Лиза помахала рукой в благодарность лифту и стала растеряно следить за подругой, которая подалась к лестничной клетке.
– Не та. Нужна другая, – увлечённо совалась по сторонам Женя.
Наконец подруга приникла к какой-то схеме и приставила туда палец:
– Нам сюда.
Лиза в ответ лишь недоумённо изучала Женин лысый профиль.
– За мной! – поторопилась за угол подруга.
Они мчались по галерее вдоль труб и кабелей. На стенах чередовалась абракадабра из символов и слов.
– Где это мы? – озираясь по сторонам, бежала Лиза вслед.
– На техэтаже.
В середине галереи из кармана пробивался дневной свет. Свернув туда, подруга привела к другой лестнице, ступени которой вели на ярус выше; туда они и взобрались, где упёрлись в металлическую дверь.
– Блин, закрыто! – тяжело дыша, дёргала за ручку Женя.
Они взглянули в глухое окно справа. За стеклом сияла в солнце крыша.
– Я сейчас.
Женя отлучилась назад в галерею. Лиза, опёршись на перила, наблюдала за подругой с недоверием.
Не минуло и минуты, как Женя появилась с красным баллоном на руках.
– Зачем тебе огнетушитель?
– Посторонись, кроха!
– Что ты делаешь? Я такой игры не знаю! – не успела договорить Лиза, как послышался бой стекла.
Женя упорно освобождала оконную раму от острых включений.
– Нас убьют!
– Врачи народ гуманный. Может, и не убьют…
Обезопасив проход, подруга выбросила огнетушитель в окно и проворно юркнула за ним.
Лиза находилась в ступоре. В груди грызли сомнения. Оставить подругу и вернуться, или успокоиться и пойти дальше?
– Ну где ты там?! – подтрунивал голос Жени.
Лиза нехотя высунулась наружу, затем спрыгнула на мягкую, пружинистую кровлю, прямо на осколки. Кожу обдало дуновением свободы. Солнце ослепляло. А в нос ворвался горячий пыльный воздух. Лиза заслонила ладонью глаза: Женя уже ловила с распростёртыми руками лучи палящего светила.
– Нам нельзя находиться на солнце! – забеспокоилась Лиза.
– Кто тебе сказал?! – усомнилась подруга в сторону лучей.
– Мне так кажется… – тихо призналась Лиза.
Женя и не думала оборачиваться:
– Нельзя то… нельзя это… забей…
Крыша напоминала палубу корабля: вся плоская, с множеством непонятных вещей. За спиной выдавалась надстройка с разбитым окном, каких здесь маячило несколько. Толстенные чёрные кабели, металлические контейнеры, две вышки, огромные спутниковые тарелки, какие-то странные вращающиеся серебристые штуковины и прочие необъяснимые диковинки, смысл которых просто не укладывался в голове. «Мне здесь не место», – поняла Лиза. Она предвкушала неприятности, в то время как подруга прыгала по кровле как на батуте. И зачем было ввязываться? Теперь их точно перестанут лечить и продадут на органы.
Тут припрыгала подруга. Её вытянутая с указательным пальцем рука колебалась вверх-вниз.
– Посмотри, какой обалденный вид!
Лизу не отпускал страх, так что любоваться красотами желания не возникало.
– По-моему, нет здесь никакой волшебной страны!
– Это потому что кое-кто из нас в неё не верит! – прыгала Женя по кругу.
За пределы крыши Лиза всё же взглянула. Городские окраины как подводные скалы утопали в оранжевом свете утра. Когда же она повернулась к подруге, та уже несла огнетушитель.
– Что ты задумала?
Женя сняла предохранитель.
– Что ты делаешь?
– Устроим пенную вечеринку!! – с задором объявила та и направила огнетушитель вверх, вдавив с шипеньем клапан.
Дождь из пены обрушился в момент. Не сговариваясь, они разом заверещали. Прохладная взвесь оказалась отличным спасеньем от нещадного солнца. Лизу наконец отпустила тревога, и она стала подбирать и подбрасывать пену, которой Женя ликующе, как в кокон, окутывала обеих.
– Дай мне! – Лиза выхватила баллон и с восторгом продолжила его опустошать.
Когда же иссякший огнетушитель валялся в сторонке, они вовсю, словно снегом, кидались пеной.
– Я же говорила, будет весело!! – безудержно смеясь, бросалась пузырями Женя.
– Ты самая смелая из всех, кого я знаю!! – радостно швырялась Лиза в отместку.
– Нет, это просто `ты трусишка!! – Женя повалила её в пену. – А заешь, что делают с трусишками?.. Их щекочут и обливают пеной!
Глава 2
Вологда. Сентябрь. Одиннадцать месяцев до Ультимум Пунктум.
Во двор типовых многоэтажек ступал юноша. С растрёпанными волосами, в тёплой не по погоде куртке он с сумкой на плече прощупывал рукав куртки, то ли поправляя, то ли проверяя наличие чего-то. С дорожки вдоль клумбы он ловко завернул на крыльцо отомкнуть дверь подъезда.
Он уверенно взобрался по обшарпанной лестнице, чтобы остановиться у входной двери. Там натянул усталую улыбку и нажал звонок. Звонок не откликнулся. Тогда парень постучал, не забыв улыбку поправить.
За щелчком замка и распахнутой дверью на пороге появилась недружелюбного вида женщина, а из закутков донёсся плач ребёнка. Парень спрятал улыбку и непонимающе забегал глазами. Похоже, ни один не собирался завязывать разговор. Так за женщиной выглянул небритый мужчина в майке:
– Это мой брат Максим, – как-то неловко пояснил тот женщине.
Максим мялся подобно попрошайке, что клянчит мелочь:
– Привет, – скартавил он брату.
Пока женщина успокаивала плачущее дитя, мужчина провёл Максима на кухню:
– Макс, извини, тут такая канитель вышла… – отстранённо вытягивал из себя объяснения, – совсем забыл рассказать. Думал, ты нескоро вернёшься… – усевшись за стол, неумело изображал тот восторг.
Максим выглядел растеряно:
– Это… я тут… в общем…
– А я женился. Ты уж прости…
– Да ладно, это ж здорово… – несколько испугано радовался Максим.
Как будто боясь молчания, он внезапно завёлся и несвязно затараторил о каких-то начинаниях со школьным другом, грандиозной цели и неизбежном прорыве. В итоге минут за шесть исчерпался и стих. Вряд ли Максим был понят братом, который, точно что-то затеяв, почесал нос:
– Слышь, ты случайно не в курсе, где драгоценности родителей?
Максим отпрянул:
– Ты же знаешь, я тебе их не отдам, – с некой опаской проронил он.
– Просто очень надо. На время.
– Ты опять проигрался?
Брат выдержал паузу:
– Люди оказались крайне непонимающими. Мне вот-вот одни должны отдать кучу денег, – тряс тот на себе майку, – а другие отказываются подождать. – И вкрадчиво добавил: – Послезавтра крайний срок.
Максим потирал лицо.
– Мы заложим драгоценности, – продолжал брат, – и отдадим деньги моим придержателям, а рассчитаются `мои должники, вернём побрякушки тебе.
Максим робко изучал проникновенно блестевшие глаза брата.
– Моей семье угрожают, а на шутников они совсем не похожи. Войди в моё положение. – И дожимал: – Ты же не оставишь брата в беде?
С досадой на лице Максим молчаливо раздобыл отвёртку, раскрутил сбоку от себя розетку, откуда извлёк чумазый свёрток.
В развёрнутой материи брат определённо узнал семейные драгоценности:
– Вот они где! – воспрял тот. – А я всю квартиру перерыл.
Мужчина взялся трепетно перебирать украшения. Максим на них даже не смотрел…
Тем же днём Максим объявился в полузаброшенном цеху, где молодые механики увлечённо извлекали внутренности из автомобилей. Там его встретил приятельски настроенный паренёк:
– Опять ты не в себе, друг мой. Надо бы тебе развеяться, затусить – и жизнь покажется раем! – тот в обнимку вёл по цеху Максима, не давая ему вымолвить ни слова, каждый раз весело представляя его занятым и безразличным механикам. – Поверь, я знаю, что тебе сейчас нужно…
– Оттянуться по полной, – небрежно вставил Максим.
– И даже не спорь! – с откровенным самодовольством оглядывал пространство приятель. – Сколько мы не виделись, год? На этой неделе я таки выведу тебя в свет, звездочёт! – потряс тот Максима. – Уж я-то избавлю тебя от кислого вида.
Приятель переместился к Максиму лицом.
– Рома, я хотел… – попытался заговорить Максим.
– Кстати, – перебил Роман, – я ожидал увидеть такого, ну, сурового мужика, всего из себя, в наколках, – пятился тот спереди Максима, изображая собой карикатуры.
– Я отбывал в колонии-поселении, а там…
– И подстригись уже! – не дослушав, категорично указал на Максима приятель. – Пойдём, покажу твою ласточку.
Они продвинулись вглубь цеха. В дальнем углу помещения угадывались контуры автомобиля, накрытого тёмной плёнкой. Роман её торжественно сдёрнул. Перед Максимом предстала узкоглазая пятидверка синего цвета. Он провёл по машине рукой.
– Соскучился? – довольно лыбился Роман. – Обрати внимание на диски! – горделиво отмечал тот. – В салоне мощное стерео, а под капотом – даже говорить не стану – всё равно не оценишь.
Роман обхаживал Максима, словно покупателя:
– В общем, я над ней потрудился!
– Спасибо, – скромно усевшись за руль, завёл двигатель Максим.
Роман пристроился с другого бока:
– А это – твой комп».
Максим с неким подозрением разглядывал на коленях приятеля ноутбук:
– Что-то он не похож на мой.
– Извини: `твой тебя не дождался.
Максим неловко блуждал взглядом:
– Знаешь, зря ты это всё устроил: эту прокачку, комп» – мне чужого не надо.
– Макс, ты же заешь, в каком я у тебя долгу, – возразил Роман. – Ты неудачно загремел, а я хочу искупить вину. Да и потом, чужая вещь после многократного использования становится родной – проверено на себе, поверь.
– Хорошо, – наконец-то улыбнулся Максим. – Спасибо, что сберёг её для меня, – включил он радио.
В эфире звучали биржевые новости. Максим трепетно достал из рукава согнутую тетрадь:
– Ромка, помнишь, я писал, что у меня созрел грандиозный проект.
Роман лениво явил любопытство.
– У меня была уйма времени. Я всё просчитал, – провёл ладонью Максим. И стал загибать пальцы: – Нужны деньги на серверы, достойную визуализацию, администрирование, раскрутку и продвижение.
Максим так увлёкся, что могло показаться, разговаривает с собой:
– Это будет поисковик. У меня есть алгоритмы. Он будет находить первоисточник информации; давать ссылки на файлы, если источник, например, книга. Можно будет выбрать тематику поиска. Это будет востребовано для поиска специализированной информации…
Роман кивал головой в такт изложению.
– …Нужна откатка и наладка, чтобы можно было дорого продаться. На том этапе найдём инвесторов, например, венчурный фонд. Также я рассматриваю возможность интеграционного портала для любой соцсети. У меня есть некоторые наработки. Это будет паутина нового поколения… – раскинул он руками. – Мы сделаем это вместе.
Роману, должно быть, забавно было узнать, как его картавый друг намеревается завоевать мир:
– Макс, постой, – очевидно, не намеревался вникать Роман. – Ты, вообще, о чём?..
Максим безразлично уставился вдаль.
– Что у тебя за тараканы в голове?.. Макс?
– Это мои тараканы – не тронь их, – окончательно скис Максим.
– Макс, не обижайся, но у меня к тебе есть предложение приземлённей.
Максим словно находился где-то далеко:
– Предложение?
Роман усмехнулся:
– Конечно, я отлично подготовился к твоему появлению. Придержал для тебя место механика.
Максим положил голову на руль.
– Если тебя эта работа не устраивает, – огорчился Роман, – можешь продавать запчасти.
– Я лучше поеду.
– Ну что тебе не нравится? – явно терял терпение Роман.
– Мы же договаривались.
– Мак, я не думал, что ты так скоро вернёшься. Поверь, сейчас не время. Давай лучше к нам.
– У меня условно-досрочное освобождение.
– Соглашайся, – воодушевлял тот Максима. – И знать, что машины угнанные, совсем необязательно.
– Давай обойдёмся без рискованных предложений, – устало мямлил Максим, судя по всему, с желанием живей убраться.
И Роман как бы словил момент:
– И у меня, разумеется, одно такое найдётся, – раскрыл тот компьютер. – И здесь без твоей помощи мне не обойтись, – принялся водить курсором по монитору, а затем развернул к Максиму ноутбук: – Мне нужна эта девушка.
На бело-голубой страничке Максим мог видеть фотографию брюнетки:
– От меня-то тебе что нужно? – спрашивал он без настроения.
– Чтобы ты пригласил её из Питера сюда и познакомил со мной.
Максим иронично улыбнулся:
– Ром, если кому и не нужно помогать склеить девицу, так это тебе.
– Тут я должен с тобой объясниться, – Роман вновь залез в интернет. – Дело в том, что вы с ней дружите в сети.
– Ты ничего не путаешь?
– Понимаешь, пока тебя не было, решил от твоего имени подцепить приличную девчонку.
Максим нахмурился:
– Зачем?
– Только не горячись. Думал как лучше – для тебя, чувак. И вот эта самая клюнула и уже даже в гости напрашивается.
– И ты, конечно же, в неё влюбился!
Романа аж передёрнуло:
– Нет, что ты! Просто узнал, что у неё богатенький папаша.
– То есть я приглашаю её сюда, знакомлю с тобой, а ты у меня её отбиваешь? – скривил уголки губ Максим.
– Голова у тебя просто золото! – усмехаясь, постучал Максима по плечу Роман.
– Знаешь что?
– Что?
– Иди-ка ты к чёрту, Ромашка, – без особого напряжения вымолвил Максим. – Я поехал.
– Она тебе понравилась, да? – убрал улыбку Роман. – Да я взамен тебе сколько угодно девчонок нарою!
– Ничего она мне не понравилась, – вяло огрызнулся Максим.
– Ладно тебе, звездочёт, хватит делать вид, что девушки тебя не интересуют.
Максим закрыл ноутбук и швырнул на заднее сиденье.
– Ты ничуть не изменился.
Максим кичливо отвернулся:
– Вылезай из машины, я еду домой.
Роман выбрался и встал в двери:
– Она уже месяц умоляет о встрече‼ – уговаривал тот. – Тебе всё равно её не удержать! – тряс руками.
Максим захлопнул дверь.
– Даже готова сама из Питера ехать‼ – кричал в стекло Роман.
Максим раздражённо газовал, смешивая уговоры с рёвом мотора.
– Я устал барахтаться по жизни сам‼! Это моя путёвка в будущее‼! – унимал Максима приятель. – Позволь мне использовать её‼!
Максим что-то бурчал себе, когда Роман ворвался обратно в салон:
– Хорошо, это девушка моей мечты. Доволен? И пока я не порвал со своей бывшей, это был единственный способ общения с ней!
– Знаешь `что?
– Что?
– Уже знаешь!..
Домой Максим добрался уже на машине. С мягкой игрушкой размером со щенка он махом преодолел крыльцо, пролетел этажи, а в конце нажал звонок. Звонок по-прежнему нуждался в починке. Максим, было, занёс руку постучаться, но повременить заставили выкрики из квартиры.
– У тебя всегда всё «пойми, пожалуйста»‼ – срывался женский голос. – Мне не нужен уголовник в доме‼
– Ты его совсем не знаешь. Пусть хотя бы пару дней у нас побудет, пока решит, что делать.
– Я не хочу его здесь видеть‼!
Истерика по ту сторону нарастала. Не все женские слова поддавались разбору.
– Но он мой брат! Мы жили вместе. У него больше никого.
– Он из тюрьмы вышел, от него можно ожидать, чего угодно! А у нас ребёнок‼!
– Он мне нужен. Он обещал помочь уладить одно дельце.
– Нет!.. Тебе кто важнее?! Хочешь, чтобы `я ушла?
Последовала заминка.
– Не хочу… Я с ним поговорю… Не волнуйся.
Парень взглянул на серого плюшевого мишку. Прикусил губу. Не спеша зашагал вниз…
Уже на берегу реки в свете заката Максим вынул из рукава черновик и занялся какой-то правкой. С задумчивым видом кидал он в воду камни, чтобы затем устроиться на ночлег в машине.
Глава 3
Три недели до освобождения Максима.
Для Лизы настал тот самый, кошмарный, день. Первый день в новой школе. В той, куда ходила раньше, из-за плохой успеваемости и долгого отсутствия ей отказали в переводе в седьмой класс. Но мама твёрдо заявила, что не хочет, чтобы она до бесконечности училась, зачем и договорилась с директором новой школы. «Когда же ты уже вырастишь, чтоб я с тобой не маялась!» – так оставила её одну в школе мама.
И вот Лиза предстала перед классом. Стоя у измыленной доски, крепко вцепилась она в лямки рюкзака.
– Дети, прошу любить и жаловать – Елизавета Краснова, – представила её классный руководитель.
В смущении за внешний вид своих джинсов и серой водолазки Лиза по привычке поправила ненавистный бардовый берет, скрывавший лысину. Как же на неё так оценивающе глазели!
В классе установилась придирчивая тишина. С неё всё не сводили глаз. «Это всего лишь дети, такие же как я…»
Лиза уже просяще смотрела на учительницу, чтобы получить разрешение сесть, как миниатюрный рыжий мальчик из первого ряда взметнул руку к потолку:
– А можно задать вопрос? – прописклявил рыжий чертёнок.
– Конечно, Вадик, – позволила учитель.
– А она не заразна?
– Проверим на тебе!! – хлёстко втиснул кто-то, взорвав смехом класс.
Лизу обдало жаром.
– Нет, она не заразна, – отрезала учитель, – её вылечили, и теперь она неопасна.
От подобного откровения Лиза покачнулась. Вопрошающе взглянув на учителя, она непроизвольно скрестила руки и прищурилась. Тут обезьяньи лапки доброй половины класса взмыли вверх, и новоиспечённые одноклассники наперебой завопили:
– А можно, а можно!..
Лиза опустила глаза, ей хотелось убежать…
Заняла она свободную парту в первом ряду у окна. И весь урок географии зачем-то прислушивалась к чужим разговорам. Казалось, все смотрят только на неё и шепчутся лишь о ней. Лиза без конца поправляла берет и уже не надеялась произвести благополучное впечатление.
– Ты случайно не гуманоид? – обратился упитанный мальчик за соседней через проход партой.
Лиза намеренно обратила яростный взгляд на пока не знакомого одноклассника, и увидела, как ей ухмыляется весь средний ряд. Она насупилась, приготовила отповедь, но уловив их самодовольные, задиристые лица, не смогла выдавить ни слова. Сгорая изнутри, Лиза безропотно уткнулась в тетрадь. Руку, что держала ручку, напрочь сковало бессилие. Ничего страшного. Скоро к ней привыкнут и перестанут её замечать.
– Оказывается, она и говорить-то не умеет! – донёсся девичий голосок.
Лиза старалась внимать словам учительницы, а слышала исключительно смешки и разговорчики весёлой компашки соседнего ряда.
– Видимо, скромница! – отнюдь не тихо ёрничал второй девчачий голосок.
Лиза почувствовала себя зверьком в клетке.
– А может, она гордая и не хочет с нами разговаривать? – гадал тот же мальчик справа.
– Да уж, придётся научить её манерам! – прорычал голос третьей девочки.
Лиза вся сжалась и принялась успокаиваться: им просто скучно на занятии, а вообще они добрые и милые; она обязательно с ними подружится!
Глава 4
Санкт-Петербург. Третий день после возвращения Максима.
В назначенное место Максим привёз брата и деньги, в которых сам безнадёжно нуждался. Дорога на машине заняла ночь. На стоянке казино брат отлучился, как обещал, ненадолго и попросил дождаться каких-то посыльных.
Само здание издали напоминало Максиму детскую игрушку с огромными красными буквами «VEGAS» на верхе – и прилегающей территорией от остального города обособлялось с четырёх сторон оживлёнными трассами. По прикидке вся территория занимала не меньше пяти футбольных полей, служа неограниченным источником парковочных мест по кругу. Через дорогу против главного входа зеленел парк, по бокам обосновались гипермаркет и заправка, а сзади раскинулся отстроенный, по-видимому недавно, спальный квартал. Высотой с пятиэтажку, заведение завлекало людей видеорекламой над своим названием.
Максим проклинал себя за обещание Роману позвонить брюнетке. Он даже набрал номер, но в последний момент сбросил вызов. Минут сорок без брата наполнились скукой, пока не показались двое молодых мужчин.
У первого, что шёл вразвалочку, голова будто вросла в широченные плечи: чтобы обратиться к напарнику, тому приходилось поворачивать туловище. Этот крепыш, на ком сидел серый костюм с белой рубашкой без галстука, и пригласил скупой фразой пройти с ними.
Второй, что выдался на голову ниже и раза в два тоньше, предстал в потёртом плаще и расправленной из брюк рубашке, а вблизи оказался ростом с Максима. Его ухоженная бородка дополнялась курчавыми волосами с явными отметинами недавнего сна. Этот тип вёл себя как-то дёргано, иногда издавал похрюкивания и пугал красноватыми зенками. И вообще вид у того имелся такой, точно собирается вот-вот пасть от истощения наземь.
Мужчины, кого Максим прозвал Дохляк и Боров, вели мимо ресторана с вывеской «Гренландия», прилегавшего сбоку вплотную к казино. Максим бок о бок с Дохляком почти бежал за вышагивающим Боровом. Так они обогнули лицевую часть здания и проникли в спрятанный от глаз посетителей пятиэтажный корпус, что примыкал к казино сзади.
Только в широком коридоре третьего этажа Максиму показалось странным, что брат так и не объявился. За спинами своих проводников, которые по пути ни разу не открыли рот, Максим вошёл в комнату, где за скруглённой стойкой приёма попивала кофе, видимо, секретарша. Молодая женщина посмотрела поверх очков: