Механический Сапсан: Циркуляция

Х 16 Х

Секьюрити-центр находился в подвалах преподавательского корпуса, куда Джастину без особых проблем дали доступ. В трёх небольших комнатах располагались сервера для местных ноутбуков, система охраны и видеонаблюдения. На постоянной основе там присутствовало от силы человек пять. Безвременная темнота, отсутствие отопления создавали атмосферу нормальности, которая была привычна людям, не бывавшим в стенах МЦУ. В столь идеальном месте не могло быть подобных недосмотров, но везде есть свои косяки.

Джастин спустился в этот подвал и застал там четверых компьютерщиков, каждый из которых был в очках, и в целом выглядели они крайне одинаково.

– Здравствуйте. Я связывался с вами…

– А, ты Джастин Хьюцио?

– Да. Пэй дал мне задание – разобраться со списыванием, и я подозреваю одного человека. Пак Чи Сон. Вы позволите мне последить за тем, как он проводит ночь.

– Да, конечно же!..

На следующее утро, после первой пары, Йеренуэ с Джастином встретились возле этого подвала.

– Ну как?

– Я наблюдал за ним всю ночь. За его номером. Он пришёл домой после пар, где-то в десять часов вечера и сразу лёг спать. Он спал целых два с половиной часа. Меня самого уже начало клонить туда же, но как только я услышал три стука в его дверь в своих наушниках, сразу взбодрился. Пак тоже проснулся. Ему под дверь просунули синий конверт. С виду, он идеально подходил для листов формата А4. Даже больше на папку похож. Он подошёл к двери и подобрал его. Затем он неясно зачем пошёл в туалет с ними и вернулся через десять минут. Подошёл к своему столу и вскрыл содержимое. Он достал оттуда огромное количество листов и положил их на стол очень ровной стопкой. Взял ручку и начал что-то быстро писать в свою тетрадь, перекладывая листы один за другим. У него ушло примерно три часа на это. Затем он засунул листы обратно в файл и скинул их в ящик комода. Потом он лёг спать.

– Это были выполненные домашние задания! Ему принесли решения!

– Да, я тоже так думаю. Нужно проверить этот комод, когда Пака не будет в номере.

– И когда, если мы на парах?

– Я решил эту проблему.

– И как же?

– Просто пишем завтра зачёты – все, как можно быстрее. После каждого у нас будет время до перемены между парами. То есть время самой пары. Чтобы не вызывать подозрений, Пак с решениями будет сидеть на зачёте до последнего и аккуратно выводить всё под камерой. В это время мы можем делать всё, что захотим.

– Ну, попробую сделать всё быстро своим способом…

– Да, и не забывай, что нам тоже нужно скрывать своё списывание. Не торопись слишком сильно. Нам вполне хватит сорока минут на его комнату.

– Ага…

Х 17 Х

Йеренуэ и Джастин вновь встретились, но уже на следующий день, после предпоследнего зачёта, возле корпуса, в котором жил Пак.

– Номер девяноста восемь на четвёртом этаже. Йеренуэ, ты раздобыл ключ?

– Конечно! Хорошо, что с ключами в аудиторию никого не пускают. Успеть бы его вернуть. Кстати, классно выглядишь в этом облике! Как тебя там называют? Диана, да? И ты так прикольно меня называешь… Йеренуэ… классное имя! Можно просто Йере.

– Давай быстрее займёмся номером..

Они поднялись на четвёртый этаж корпуса и прошли в конец коридора. Почти в самом углу здания находилась комната девяноста восемь. Внутри не было ничего подозрительного: всё также, как и у всех.

– Вот тот самый комод.

– Открывай.

Но внутри ничего не было, кроме тетрадей, ручек.

– Эй, Джастин, как это понимать?

– Он не прикасался к ящику с того момента, как убрал сюда эту папку с листами. Утром он встал и пошёл на пары. Я проследил за этим.

– И как же отсюда исчезли эти листы?

– Очевидно, кто-то зашёл в номер и вынес их…

– Кто это может быть? Ведь ключ у нас!

– Тот, у кого есть его дубликат…. И тот, у кого нет пар….

– Чего?!

– …Охранник! Кто-то из тех ребят в подвале!.. Очевидно, связан с составителями заданий и может обеспечить Пака ответами и решениями на зачёты и домашки…

– Не может быть! Идём скорее! Нужно допросить их!

– Нет, это бесполезно. Если они узнают, что мы их подцепили, они станут осторожнее. Сделаем по-другому.

– И что ты предлагаешь?

– Это была предпоследняя пара. Мы знаем, во сколько сюда приходит охранник – около половины часа ночи. Я приду сюда в полночь и подкараулю его здесь. После того, как он постучит в дверь, я выхвачу папку и улики у нас в кармане.

– Ловко… а мне что делать?

– Следи за камерами. Будь подстраховкой. План простой, но она не помешает.

– Понял. Верну оригинал ключа Паку, и приступаем?

– Да.

Х 18 Х

Форма коридора корпуса, в котором жил Пак, напоминала букву *Г*. Проход до комнаты девяноста восемь вёл направо от лестничной клетки. Налево вёл другой коридор, который потом поворачивал направо и простирался дальше. За этим углом Джастин и спрятался в полночь. Он начал выжидать, как он предполагал, охранника.

Где-то через пол часа он объявился. Человек в большом плаще, с синей папкой в руках.

~ Вот он. Нужно подождать, пока он постучится в дверь.

Тёмная фигура медленно скрипела по коридору в противоположном направлении от Джастина, и он понемногу начал продвигаться за ней. Вот, он уже возле лестничного пролёта, а фигура – возле двери. И… раздался стук.

~ Вот он! Сигнал! Стартую!

Джастин пролетел мимо лестничной клетки. Плащ действительно стучался в девяноста восьмую. Всего три секунды и Джастин преодолел весь коридор и вырвал папку из рук охранника, в чём он убедился сразу после того, как увидел его лицо. После этого он тут же постучался в дверь сам.

– Пак Чи Сон! Вы подозреваетесь в списывании! Открывайте!

– Эй, эй! Потише, он, наверное, спит.

– Да?! А это что?!

Джастин поднёс папку к носу упитанного наблюдателя.

– Э… Нет, вы ошиблись… Пак Чи Сон – мой племянник. У меня есть друг-лектор здесь. И Пак не сильно воспринимает информацию со слуха. Поэтому он попросил меня носить ему конспекты лекций, если моему другу будет удобно их печатать. Он согласился. Времени особо другого нету, поэтому ношу по ночам. Не верите, сами проверьте. Я знаю, что это не запрещено.

Джастин вскрыл папку и внимательно всё просмотрел.

~ Действительно… Это… и правда обычные конспекты! Как же так?..

Ему ничего не оставалось, кроме того, как вернуть папку.

– Боюсь, возникло недопонимание… Извините.

– Да. Надеюсь, больше вы нас не потревожите!

Джастин вернулся в подвал Секьюрити-центра в расстроенных чувствах.

– Джастин! Ты достал улики?

– Нет… Это были конспекты.

– Что?! Кон-спекты?!

– Да. Обычный конспекты лекций. У его дяди-охранника есть друг-лектор. И он печатает Паку конспекты! Я проверил всё со всех сторон. И даже немного вчитывался. Нет ничего постороннего. Наверное, как раз, первый курс физфака. Я на философском, так что не уверен в программе. Вы ведь сейчас Гидравлику проходите?

– Э.. Да!

– Тогда всё сходится.

– Погоди… что значит со всех сторон?

– Ну весь лист в смысле… с каждой стороны напечатано

– Тогда… это не логично… Посмотри сюда!

Они оба повернулись к монитору, через который Джастин наблюдал Пака вчера, а Яджи сегодня.

– Погоди… Он перекладывает листы, но даже не переворачивает их! Как же так?

– Да. Я тоже удивился. Он не смотрит на обратную сторону листа, где находится другая часть конспекта.

– На что же он на самом деле смотрит?!

– Без понятия. Там вообще ничего такого не было. Может, нужно ещё раз тщательно осмотреть его номер?

– Согласен… Но придётся ждать три дня. Не понимаю, как такое может быть… На листах точно нет ничего, кроме конспектов. И они точно написаны с обеих сторон. А если бы в конспектах были шифры, ему бы понадобилось время на расшифровку.

– Может, за этим он и ходит в туалет?

– Нет, слишком быстро. И тем более, ему нужны листы и ручка для записи расшифрованных посланий. Их не так просто запомнить. А он ходит туда только с папкой.

– Понятно… тогда ждём?

– Да, как бы неприятно это не казалось.

Х 19 Х

Ожидание было едким. Но на третий день его смыло. Конечно, гораздо логичнее было бы понаблюдать в это время за другими, но… Распущенность Джастина и Йеренуэ… Сыграет с ними злую шутку?

– Снова девяноста восьмая…

– Да. На этот раз у нас целых полтора часа. Ловко мы зачёты уделали!

Джастин и Яджи перевернули всё. Кровать, компьютер, ящики стола, холодильник. Ничего подозрительного не было.

– У него… ничего нет. Вообще.

– А должно быть?

– Не знаю…

– Почему он не переворачивал листы? Как это объяснить? Только одна сторона? Что там было? Может он и вовсе использовал листы только для вида, параллельно занимаясь чем-то другим?

– Нет, он никак не мог. Левая рука на столе, правой он пишет. Головой постоянно вертит от листа к своей тетради и наоборот. Я отлично помню эту картину. Ничего не понимаю… Надеюсь, он не расстроится, если я у него нужду справлю…

– Иди. Он ничего не заметит. Мы всё на места поставили.

Через пол минуты случилось неожиданное.

– Эй, Джастин, подойди сюда!

– Что там такое?

Джастин зашёл в белую комнату с раковиной, ванной и унитазом.

– Это нормально? Почему у него фонарик в туалете?

– Фонарик?..

– Вот, смотри.

Йеренуэ протянул Джастину обычный чёрный фонарик, какой есть у любого в каждой квартире, где могут отключить свет.

– Нет, это обычный фонарик. Причем он здесь? Почему ты позвал меня?

– Да?.. а я думал… просто тут всё такое белое, чистое, а он такой чёрный… глаз на него упал.

– Понятно…

Джастин пощёлкал фонариком.

– Батарейки что ли сели?..

– Нет, вряд ли. Индикатор загорается. Он работает. Выключи-ка свет.

Джастин вместо этого включил темноту.

Фиолетовые лучи брызнули из круглой линзы и заполнили всё свободное пространство.

– Это же ультрафиолет! Ха-ха! Ты понял?

– Да… Я всё понял. Вот, что он тут делал. Повезло нам, Йере. Посчитать странным присутствие фонарика в ванной… Ты прирождённый детектив!

– Получается, он заходит сюда, закрывает дверь, выключает свет и просматривает конспекты под ультрафиолетом?

– Да. А потом он фотографирует решения, написанные красками, которые можно проявить только под этим светом, а обычные чёрные краски на ультрафиолет не реагируют. Видимо, он знает, что в номере есть скрытые камеры, и, чтобы казаться менее подозрительным, он перекладывает листы, пока переписывает решения с телефона, заслоняя его собой. А решения зачётов он просто заучивает. Это не так сложно. Теперь всё ясно.

– Нужно рассказать об этом директору! Эй… Что ты делаешь?

Джастин открыл дверь, встал на унитаз и выкрутил лампочку. Он достал из портфеля абсолютно такую же и вкрутил её на место прежней.

– Мы же не пойдём к нему с пустыми руками. В этой лампочке скрытая камера. Мы снимем её после следующего зачётного дня и покажем всё директору.

– Ого.. и где ты такое достал?

– У нас в Секьюрити-центре и не такое откопаешь. Лежала на складе, среди какого-то барахла, в дальней комнате, той, что за серверной. Если бы не ты, совсем бы забыл об этой затее.

– Ну, круто…

– Всё, уходим отсюда.

Они убедились, что всё лежит ровно также, как и было и покинули девяноста восьмой номер.

– Это был первый человек. Мы потратили на него почти шесть дней. Если так и дальше пойдёт, мы не успеем.

– Да. Надо что-то придумать. И ещё Джастин… меня беспокоит один вопрос: почему они не могли просто присылать ему решения по почте?

– Все социальные сети преподов проверяются для их же безопасности. У людей здесь крыша едет. Поэтому лекторам иногда приходят сообщения с угрозами. Это также исключает возможность связи студента с лектором и уменьшает вероятность списывания.

– Понятно…

Х 20 Х

~ Оценки… не показатель твоего интеллекта… Это отговорка слабаков, которые не умеют изменять систему и располагать её под себя. Оценки позволяют поднять имидж и получить привилегии в плане образования, но не знаний. Я всегда этим пользовался в школе, но местная система оказалась гораздо крепче, чем я думал… Однако, и к ней у меня получилось подобрать ключ.

~ Ты в одиночку не можешь ничего. Это не тот мир, в котором один человек может что-то решить. Вот если вас, таких, как ты, Килиан, соберётся штук десять, вот тогда вы возможно сделаете что-то вместе…. И даже если это не так, нашу участь предотвратить.

– Я докажу ему обратное: человек может всё!.. Я могу… изменить. Всё.

~ Домашние задания составляются ночью вместе с решениями, прямо перед днём выдачи. Также и зачёты. Они рассчитывают на их новизну. Решения никак не найти в интернете, но у них должен быть закрытый банк заданий – информационное хранилище, в котором есть и всё, что мне надо. Мне нужно каким-то образом подключиться к этой базе. Тогда у меня будет доступ к заданиям. Я не могу это сделать со своего компа. Иначе, меня по ай-пи вычислят. Не зря я взял с собой установочную флэшку с трояном. Это самый простой троян, который тяжело обнаружить. С помощью него я могу всего лишь просмотреть облачное хранилище, но больше мне и не нужно. Мне надо установить троян на комп, у которого есть доступ к полному банку заданий. Такой доступ должен быть у какого-нибудь секретаря или менеджера. У директора на худой конец. Хотя, я бы не стал лезть в его кабинет. Троян привязан к моему телефону с помощью моей собственной закрытой сети. Так я смогу удалённо подключиться к компьютеру и манипулировать его данными. Но самое главное, это никак не отобразится на мониторе и на всём компьютере. Для этого обязательна лишь работа главного сервера, который включён всегда и, держу пари, находится где-то в подвалах под корпусами. Я, скорее, с помощью этого вируса подключаюсь к серверу с полным доступом, а потом этот посторонний комп никак не пригодится, поскольку вирус проникнет на сервер, а с установочного устройства удалится автоматически…

~ Звучит здорово, но мне нужно проникнуть в комнату с компом, у которого есть полный доступ. Она находится в преподавательском корпусе, но я понятия не имею, где именно…

Килиан достал свою маленькую флэшку и направился к преподавательскому корпусу почти в полночь.

Только ночью раскрывалась истинная красота лагеря МЦУ. Теплая подсветка дорожек, окружённых зеленью, различные беседки, голубой пруд, в котором, по всем правилам Голливуда отражалась полная белая луна. Преподавательский корпус возвышался над деревьями, образующими этот зеленый лабиринт.

~ Здесь пятнадцать этажей… не корпус, а офисный центр какой-то. Зачем так много? Здесь настолько много преподов?.. Хотя, если учесть, что на один день нужно как минимум по… по семь пар в день на два факультета, да ещё на шесть курсов… это восемьдесят четыре препода. А когда на первом курсе пятьсот человек, то и вовсе вся сотня или даже больше… пора приступать…

– Эй вы!!! Там, наверху! Я хочу поговорить с вами!

Но Килиану никто не ответил. Ничего не произошло. Тишина немного всколыхнулась от его слов, но снова застыла на месте и осела.

– Эй!!! Вы что там?! Глухие?! Я хочу поговорить с директором!

Килиан кричал минут пять. Он уже собрался уходить, но на порог вышел Эобард.

– Ты что кричишь в такой час? Все спят. Я просил все вопросы задавать мне через приложение.

– Извините… но мать настояла на этой флэшке… она не любит новые технологии.

Килиан достал из кармана флэшку и протянул её Эобарду.

– Что это такое?

– Куратор Рамблер, это заявление от моего врача. У меня болезнь Вильсона-Коновалова. Мне нужны специальные таблетки, иначе моя печень откажет… Об этом написано в заявлении… Вы ведь можете мне их предоставить?

– Хорошо, я ознакомлюсь. А теперь иди спать и не мешай остальным. А, да… Как тебя зовут?

– Килиан Спидуокер.

– Понял.

– Э-м.. Спасибо, до свидания!

– Доброй ночи.

Они разошлись. Килиан сдерживал улыбку изо всех сил. У него получилось! Заявление было настоящим. У него действительно были проблемы с печенью, и он филигранно обратил это в свою пользу. Уже через пятнадцать минут он рылся в данных МЦУ и, наконец, нашёл все задания с решениями. Из домашних работ, из зачётов и даже задания на предстоящие сессии, которые, как оказалось, готовили заранее.

Через два дня ему в номер принесли месячный запас таблеток и вернули флэшку с заявлением, чему он также был крайне рад.

Килиан обладал довольно хорошей памятью и поэтому, ему не составило труда запоминать решения на каждый из последующих зачётов. Ему достаточно было лишь понимать ход мысли составителя задач и на зачётах он без проблем воспроизводил их, не затрачивая время на понимание задачи, а сразу приступая к записи решения. Домашние работы же он успевал списывать вечером за два-четыре часа. На это уходила разное количество времени, но в целом, высыпаться ему это не мешало.

~ Я отучусь здесь идеально, не прилагая к этому усилий. Но всё равно, нужно быть осмотрительнее. Троян не засекут никак, а вот на зачётах стоит быть аккуратнее. И, кто знает, может быть и в моей комнате есть какие-нибудь жучки… Не думал, что вдобавок ко всей полезности моего пребывания здесь, это ещё окажется занимательным занятием.

Х 21 Х

– Нашёл кого-нибудь подозрительного?

– Никто не делает ничего из ряда вон выходящего. Но есть странность с камерой в семьдесят третьем номере того же корпуса, где живёт Пак. Чёрный экран. Камера сломана.

– Или её сломали нарочно… Дай-ка посмотреть.

– Сейчас..

Йеренуэ переключился на вкладку с семьдесят третьим номером.

– Нет, это не поломка камеры. Видишь слабый засвет слева?

– Ну да.. и что?

– Это свет снаружи. Перед камерой что-то поставили. Наверное, кто-то передвинул мебель. Чья эта комната?

– В ней живёт Эрл Дрейден. Стоит к нему наведаться?

– Да. За одно и камеру из номера Пака заберем. Поищи ещё что-нибудь. У тебя хорошо получается. Ты внимательный и можешь подметить что-то важное, когда другой сочтёт это ненадобным.

– Не, давай лучше ты. Я уже устал. Я не помню, когда спал последний раз. Я постоянно тут сижу! Пора бы и тебе этим заняться.

– Ну ладно. Отдыхай тогда сегодня и завтра. Я тебя подменю.

– Спасибо..

Йеренуэ, шатаясь из стороны в сторону, покинул подвал.

– Приступим… что у нас здесь… как удобно, что все оставшиеся первокурсники-естественники в одном корпусе… пять этажей по двадцать пять номеров на каждый. Что у нас в семнадцатом номере?.. Это тот Джей Альваро… и его сосед в восемнадцатой – Рао де Въёнг. Это объясняет, почему они так сдружились. Но почему Пэй думает, что они списывают сообща? Сейчас одиннадцать – двадцать два… Оба спят. Допустим… комната двадцать четыре. Фрай Эбове… тоже спит?! Даже их позы очень похожи. Вот только… Фрай лежит не в кровати, а на полу, хотя кровать позволяет ему более удобное положение вещей… ему виднее, где спать… Сиагель Гондвана. Номер Сорок девять. Что с ней?!

Девушку швыряло по полу из одной части комнаты в другую. Казалось, её мышечная система, её тело взбунтовалось против неё и было готово вывернуть само себя наизнанку, измельчить все кости, выдавить все органы и превратить их в фарш, какой обычно вылезает из старой бабушкиной мясорубки.

– Что… Что это?!.. Я… должен ей помочь?

Справа внезапно отозвался кто-то из смотрителей, которые обычно сидят в другой комнате

– Не, не. Мы тож-сначала испугались. Но она так всегда. Ща, через пару минут очухается, как ни в чём не бывало. Я так, за кофе зашёл. Не буду тебе мешать.

Джастин только сейчас заметил, что в комнате есть кофе-машинка, и после того, как полу-старик вышел, он тоже потянулся за кружкой. Но Сиагель внезапно прервала его и свои движения.

– Точно, здесь же есть микрофоны в камерах.. я забыл надеть наушники.. Она наверно громко кричала…

Сиагель перестала дёргаться и ровно лежала на спине. В наушниках Джастин услышал тишину. Вдруг, девушка метнулась к столу, схватила две ручки, две тетради, открыла учебники и начала очень быстро что-то писать, скидывая всё новые и новые исписанные до краёв тетради на пол. Она писала обеими руками, но левой рукой она двигала справа налево так, будто она и не писала что-либо вовсе, а просто импульсивно и беспорядочно черкалась. Так продолжалось семь минут. Джастин заскучал и решил сменить объект наблюдения.

– Пятьдесят второй номер… Сах Кхатун… ну и имя… индус. Пишет работу. Ничего странного не вижу… телефон лежит экраном вниз. Перед ним решительно только тетрадь и учебник… Ладно, подожду ещё пару минут и следующий…

Восемьдесят пятый номер это… Килиан Спидуокер. Так, а время… время уже пятнадцать минут первого.. Он спит. Ладно. Что там с Сиагель? Всё ещё в делирии? Ну и пусть. Главное, чтоб себя не покалечила. Хотя мне за это ничего не будет.

Седьмая комната – Ифе Добусса. Африканец что ли? И правда, чёрный на фото… а его в номере нет. Или это в комнате так темно, что его, к-хе, не видно?.. А, вот оно что, в туалете свет горит и перемещается какая-то тень… Ну, допустим…

Через четыре минуты Ифе покинул уборную и рухнул на кровать, тут же отрубившись.

– Понятно всё… а как там дела у Пака?

В девяноста восьмой, как и предполагал Джастин, спокойно спал кореец, который уже скоро окажется в наихудшей ситуации в своей жизни.

– Сто одиннадцать… Рафаэль Вега-Фернандес. Двойная португальская фамилия… а его, похоже, нет в номере совсем…

Тридцать три – Гилия Рибейро Гражданство – Гренландия? Серьёзно? Она сменила его, чтобы поступить… она похоже, на самом деле, португалка… Гилия… а может и из Бразилии. Без понятия, у них один язык… но её тоже нет дома. Если они с Рафаэлем из одной страны, возможно они могут быть в сговоре.