Ярик, или «Ваш редкий шанс»

Ираида Михайловна Стержнева решила сама всерьез заняться обустройством личной жизни своего единственного сына Ярослава или, как она называла его с рождения, – Ярика. Достигнув пенсионного возраста, она, наконец, оставила свою руководящую должность и вышла на пенсию. С тех пор ее не покидает чувство, будто она заснула еще в далекой юности, да так и проспала долгим сном длинною в жизнь, а когда внезапно проснулась, то обнаружила, что жизнь, увы, уже позади. Нет, она работала, добивалась показателей, выполняла план выпуска нужной для промышленности продукции. Но вдруг поняла, что годы ушли, как вода в песок, а куча появившегося, ничем незаполненного свободного времени, вместо радости породила печальные мысли о бренности бытия и бессмысленно прожитых годах. Но больше всего ее расстраивало, что сын Ярик, недавно отметивший свое 30-летие по-прежнему одинок. Нет у него девушки, на которой он хотел бы жениться, создать семью, завести детей и сделать свою мать бабушкой.

К ней и раньше приходили мысли познакомить сына с кем-то из родственников или знакомых своих подруг: звала потенциальных невест в гости, покупала билеты в театр, чтобы он кого-то пригласил, но все напрасно. Устав от бесплодных попыток, махнула на эту затею рукой и, лишь выйдя на пенсию, вновь задумала возобновить действия по устройству личной жизни сына. На этот раз, учитывая свои прошлые ошибки и промахи, решила довериться помощи профессионалов. Все расходы за их услуги она возьмет на себя, что даст ей возможность контролировать процесс и участвовать в выборе претенденток для Ярика, пусть и закулисно. Тут, главное, не спугнуть великовозрастного сынка, чтобы он не почувствовал подвоха, не заартачился и пошел по нужному пути с одобренной матерью невестой, в ЗАГС. И при этом был абсолютно уверен в самостоятельном выборе избранницы. Ираида Михайловна, опираясь на свой жизненный опыт, в успехе не сомневалась. Однако, как потом убедилась мать, своего сына она не знала и явно недооценила, а свои хитроумные ходы, увы, не просчитала до конца.

Глава 1 Встреча спустя сорок лет…

А подтолкнула Ираиду Михайловну обратиться в брачную контору встреча со своей приятельницей еще по школе Галкой Огурцовой. Конечно, спустя почти сорок лет после окончания школы она, уже разменявшая шестой десяток, давно не Галка, а Галина Викторовна, сменившая фамилию с Огурцовой на Свинаренко, затем на Гулину и вот, после третьей регистрации брака, ставшая Сперанской. Но на школьных друзей это правило не распространяется: все они, как были со своими кличками и девичьими фамилиями, так навсегда и остались в памяти одноклассников.

Теперь Ираида и сама не помнит почему возобновила давно утерянную связь со школьной подругой. Наверное, это произошло благодаря случайно обнаруженной старой записной книжке, в которой она нашла номер телефона Галки. Нахлынули воспоминания и рука сама потянулась к телефону. Шансов, что подруга по-прежнему проживает все в той же квартире было немного, но других вариантов соединиться с ней не было.

К удивлению Ираиды, трубку сняла Галка, ее голос почти не изменился, такой же призывно-звонкий. Не зря в школе Огурцовой всегда поручали читать стихи советских поэтов, что было тогда очень востребовано и являлось обязательной частью выступлений на празднованиях дат, обозначенных в календарях красным цветом. Идеология была железобетонной и отлажено работала. Дети с младших групп детского сада свято верили, что у них самое счастливое детство, ибо им повезло родиться в СССР. Все пути-дороги для них будут открыты. С годами эта святая вера блекла, теряя свою позолоту, а после окончания школы у многих, не поступивших в институт, а пошедших работать кто куда и вовсе исчезла. Взрослым, вроде как, и ни к чему, а новоявленные детсадовцы и пионеры-школьники, по-прежнему, звонко и бодро чеканили стихи на утренниках и верили, что в жизни их ждет только счастье.

У Ираиды или в ту пору просто Иры, с поступлением в институт произошла осечка, подготовка оказалась слабенькая, а на занятия с репетиторами денег не было. Мать Иры, теперь покойная Клавдия Ивановна, отвела дочку за руку в цех завода «Борец», где сама работала нормировщицей. Завод находился недалеко от дома, в шаговой доступности, что особенно важно для режимного предприятия с проходной системой. Опаздывать категорически нельзя. Именно на этот «Борец» водил своих учеников Петр Сергеевич – учитель физики, дабы наглядно продемонстрировать школьникам, что ожидает ребят, не захотевших учиться. Было у него такое условно-показательное местечко на задворках цеха, где подростки без специальности красили металлические детали какой-то особо вонючей, бьющей в нос краской. Зрелище не для слабонервных: ребята, почти дети, все перепачканные, с глазами затравленных щенят, надолго оставались в памяти. После таких экскурсий Петр Сергеевич любил вспоминать этот эпизод в классе по поводу и без, особенно, когда впаривал очередной кол (двойки он не ставил) нерадивому и тупому, с его точки зрения, ученику, дословно комментируя: «Пойдешь на завод колеса красить!» Прошедший большую жизненную школу от матроса, кочегара и других разных рабочих специальностей, в возрасте за сорок, наконец, был принят учителем в школу на окраине Москвы, где учились, в основном, дети лимитчиков, таких же, как в недавнем прошлом сам Петр Сергеевич – кочегаров-плотников, строителей и заводчан. Учить физике он не умел совсем, тип был, мягко выражаясь, неуравновешенный, эмоционально неустойчивый и даже шизоидный, зато щедро сыпал колами почти всем подряд, за исключением нескольких любимцев, нещадно зубривших. Складывалось впечатление, что благодаря зубрежке, эта пара-тройка учеников знала побольше самого учителя. Галя Огурцова и Ира Редькина в их число не входили. Они иногда подшучивали над своими «овощными» фамилиями, что из редьки с огурцами благородный салат не сделать.

Сказать, что Галка очень удивилась, когда Ираида представилась по телефону Ирой Редькиной, было бы не совсем так. Не удивилась, будто и не прошло почти сорок лет. Своим, почти прежним юным голоском, она обрадованно защебетал:

– Ирка, с ума сойти! Ты где столько лет пропадала?!

– Да, нигде… всю жизнь в Москве. Вот недавно вышла на пенсию, бездельничаю.

– С ума сойти… А, как твоя мама? Помню ее строгая такая…

– Мама уже покоится на вечном пристанище. На Николо-Архангельском.

– Моя тоже на Митинском. Сироты мы с тобой! Раньше были полусиротами-безотцовщинами, а теперь круглые.

– Что не так уж и страшно в нашем возрасте.

– Кто у тебя из близких рядом?

– Сын Ярослав, Ярик. Тридцатилетний обалдуй-девственник. Пригрелся около матери и ничего не хочет.

– Ой, как ты жестоко о сыне… А, у меня кроме третьего мужа Сперанского – никого! Есть племянница, она мне почти, как дочь. Она меня и замуж выдала. Так, что после Огурцовой, я побывала и Свинаренко, и Гулиной, но все как-то недолго, и вот, наконец, обрела благородную фамилию с корнями рода Сперанских. Да, тех самых.

Племянница тебя замуж выдала? Каким образом?

– Так она владелица брачного агентства. Тебе замуж не надо? Она поможет.

Ираида Михайловна, немного помявшись, ответила:

– Спасибо. Мне вначале сына надо женить.

– Что ж, тогда ты позвонила по адресу. Пусть приезжает в брачную контору Надюши и ему обязательно помогут.

– А могу я вначале туда подъехать, познакомиться с твоей племянницей-хозяйкой, поговорить о сыне?

– Да, конечно. Но услуги бюро платные. В них входят консультации психолога, визажиста и даже сексолога, если в этом возникнет необходимость. Скажу одно: мужчины по-прежнему в дефиците. Я поговорю с племянницей и перезвоню тебе с ответом. Жди. – и Галка положила трубку.

Глава 2 Встреча с хозяйкой брачного агентства

Галина перезвонила на следующий день и сообщила, что племянница Наденька или Надежда Константиновна Тягачева пригласила к себе на прием, для предварительного собеседования.

В назначенный день и час Ираида Михайловна открыла дверь кабинета хозяйки свадебного агентства Надежды Тягачевой. За столом сидела женщина лет около сорока, немного склонная к полноте, одетая в трикотажное платье, подчеркивающее эту предрасположенность. Светлые волосы до плеч, очки… не сказать, чтобы дурнушка, но и красавицей тоже не назовешь.

Окинув внимательным взглядом вошедшую в кабинет Стержневу, Надежда Константиновна предложила гостье присесть напротив нее.

– И, так, Ираида Михайловна, рассказывайте, что привело вас в наше агентство.

Стрежнева, немного поерзав на стуле, решила говорить честно и без утайки:

– Сыну пошел четвертый десяток, а он и не собирается жениться. У него и нет никого.

– Вы в этом уверены? Может он просто скрывает?

– Да нет же! Ничего он не скрывает. В выходные и праздники дома торчит. У него из интересов только книги и марки. Остальное его не волнует.

Тягачева немного помолчав, произнесла:

– По статистике, каждый десятый мужчина – холостяк. Возможно ваш сын из их числа. Может и не нужно его насильно женить? В конце концов, это его выбор.

Тут в Ираиде Стержневой взыграл руководитель среднего звена, пусть и бывший:

– Странно слышать такое от хозяйки брачного агентства! В стране демографическая яма. Она нуждается в повышении рождаемости… Да и мне будет спокойнее на старости лет знать, что сын пристроен и в надежных женских руках!

Надежда Константиновна смягчила тон и повернула разговор в другое русло:

– Ну, вам до старости еще далеко. Уж поверьте мне, как профессионалу, у вас самой есть шансы устроить свою личную жизнь. Было бы желание. А, там, глядишь, и сын в след за вами подтянется.

Ираида, брезгливо поморщилась.

– Что вы! Привыкать к чужому человеку, подстраиваться под его привычки, ладить с его взрослыми детьми и внуками… Нет, это не для меня. Сначала сына женить надо.

Она поправила прядку волос, и немного помедлив, произнесла:

– Может потом. Если, что-то стоящее попадется.

Тягачева усмехнулась в душе:

– Какая самонадеянность! Впрочем, она в чем-то права.

И с решительным тоном обратилась к посетительнице:

– Хорошо. Но необходимо прежде всего желание вашего сына. Как с этим?

– С этим основная трудность. Вот поэтому я и обратилась в ваше агентство. Вы профессионалы, вам и карты в руки. Придумайте что-нибудь, уговорите, заинтересуйте. Я знаю, что ваши услуги платные и готова профинансировать их. Но держите меня в курсе дела. Я должна все знать.

Тягачева поднялась из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

– Хорошо. Я поняла вас. Будем на связи, Ираида Михайловна. Всего хорошего и до свидания.

Посетительница поднялась со стула и, попрощавшись, вышла из хозяйского кабинета.

Когда за ней закрылась дверь, Тягачева вызвала к себе Веру Чернышеву, принятую с испытательным сроком стажером на должность свахи.

То, что Стержнева школьная подруга тетки и пришла в их агентство именно по ее рекомендации, накладывало на Надежду особые обязательства; привлечение клиентов – одна из главных задач успешного бизнеса. Интернет уже вовсю шагает по планете, однако сарафанное радио никто не отменял. Сложность этого дела состояло в том, что хозяйка агентства не знала с какого боку подойти к потенциальному жениху, который, как она поняла из разговора с его матерью, ни сном, ни духом не в курсе планов мамаши, касаемых его женитьбы.

– Дело деликатное, скользкое. Конечно, можно его доверить более опытным свахам, уже зарекомендовавшим себя и не первый год в агентстве на хорошем счету, – размышляла Надежда Константиновна, – но у Лены Семеновой сейчас мама болеет и не хочется ее нагружать, у Виктории Викторовны – климакс, давление скачет… Самое подходящее свалить все на стажерку, принятую по объявлению. Тут, как получится: провалит дело, значит попрощаемся и расстанемся с ней. А кадровые сотрудники: они – ревнивые, обидчивые, лучше их и не трогать. У Лены муж компьютерщик, – их «скорая помощь», а у Виктории сын со связями в СМИ, где умело выбивает агентству скидки для рекламных объявлений… Стажеры в делах, когда не на кого повесить «всех собак», незаменимы.

Дверь открылась и в кабинет вошла новенькая стажерка Вера Чернышева, двадцатитрехлетняя выпускница психфака.

Хозяйка, она же руководитель агентства «Ваш редкий шанс», Надежда Константиновна Тягачева с серьезным видом, соответствующим ее должности, произнесла:

– Ну, Вера поручаю вам первое персональное дело. Скажу сразу, – не из простых, но вы в заявлении о приеме на работу отметили, что хотите раскрыть свой потенциал дипломированного психолога и подкрепить его опытом на практике. Сразу предупрежу, что лично буду помогать вам, можно сказать, это будет одно дело на двоих. Тут не столько финансовая заинтересованность, сколько престижность фирмы имеет значение. Сами понимаете, вы стажер и от итогов работы зависит и ваше принятие в штат сотрудников.

Вера внимательно слушала, затем подняла глаза на хозяйку и спросила:

– Хорошо. Понимаю. А где дело? Анкета есть?

– Пока нет. У меня было предварительное собеседование с матерью нашего потенциального клиента-жениха. Инициатива исходит именно от нее. Ваша задача придумать каким образом связаться с ее сыном и убедить, что наше агентство и в самом деле для него является редким шансом изменить жизнь и вступить в брак с достойной претенденткой. Разумеется, об усилиях со стороны матери не должно быть и намеков.

Даю вам время на обдумывание любых вариантов. Набросайте предварительные планы действий и жду вас у себя. Одного дня хватит?

Вера нерешительно кивнула.

– Ну, и отлично. Можете идти, работать. – подвела итог разговору Тягачева.

Глава 3 Я всего лишь помогаю…

Весь оставшийся рабочий день Вера Чернышова обдумывала поставленную перед ней непростую задачу. С этими же мыслями она ехала в транспорте, возвращаясь с работы. Не покинули они ее и дома.

– Да, пожалуй, решить такой ребус мне одной не под силу. Нужен собеседник с контраргументами. – Вера вспомнила о приятельнице по университету и одногруппнице Лене Ивашовой. Набрала ее домашний номер, но мама подруги сообщила, что дочка уехала отдыхать по горящей путевке в Грецию и приедет не раньше, чем дней через десять.

– Что ж, придется самой. А подойдет-не подойдет, все равно будет решать хозяйка агентства лично.

Вдруг в голову Веры пришла вполне резонная мысль: из слов директрисы следовало, что потенциальный жених увлечен марками и буквально все имеющиеся у него деньги тратит на них. Значит, в средствах стеснен и может отозваться на какую-нибудь акцию с призом от их агентства. Стоит попробовать. Ну, а дальше, как получится.

Уже на следующий день Вера предложила Надежде Константиновне свой вариант.

– Хорошо, можно попробовать. Но обязательно согласуй с его матерью. Тем более она спонсирует эту затею. Лучше звонить с утра или днем, когда сын на работе.

Выйдя от хозяйки, Вера набрала номер Ираиды Михайловны. Поздоровавшись и представившись сотрудницей «Вашего редкого шанса», стажерка, поборов природную стеснительность, вкратце изложила свое видение, как заинтересовать сына Стержневой обратиться в агентство в качестве жениха.

– Скажите, есть ли у вашего сына какая-то мечта материального плана?

Ираида Михайловна немного задумалась, потом произнесла:

– Ему нужен компьютер. Он копит на него.

– Что ж, сейчас это все больше становится насущной необходимостью. Подойдет в качестве приза, как вы думаете? А в нашем общем деле намного облегчит связь с вашим сыном. Можно обмениваться письмами, фотографиями. Очень важная и порой незаменимая вещь.

– Я в компьютерах не разбираюсь, но готова профинансировать его покупку от имени вашего агентства. Но, что вы думаете предпринять? Ведь не с неба ему приз упадет?

– Я что-нибудь придумаю… Сейчас столько акций разного рода. Интернет пестрит от предложений.

– Хорошо, действуйте.

На этом разговор закончился и попрощавшись, они положили трубки.

В ту пору, в первое десятилетие нулевых, мобильные телефоны, пусть еще и кнопочные, в России уже появились. Был он и у сына Ираиды Михайловны. Прежде чем попрощаться с Верой, мать продиктовала номер Ярика. На всякий случай, сопроводив словами:

– Вы, уж меня не выдавайте. Иначе замкнется в своей раковине и его оттуда уже не вытащить!

А в голове стажерки началась складываться конструкция по привлечению в агентство Ярика Стержнева. Складывался по пунктам план действий. Вера почувствовала внутри себя азарт охотника, ей ужасно захотелось достичь успеха операции.

– В конце концов, я дипломированный специалист, отучилась пять лет на психфаке, перечитала тонну тематической литературы. Пора на практике доказать, что даже и в таких непростых случаях можно добиться успеха если за дело берется профессионал! – подбадривала себя Вера Чернышова. Хотя, в ее душе все протестовало против действий матери предполагаемого жениха, ибо нельзя сделать человека счастливым против его воли! Однако маленькая брешь в этом убеждении все же была: – Я всего лишь помогаю. Моя задача помочь, не применяя никакого насилия. – и Вера с облегчением вздохнула.

Глава 4 Кто вы, Фредди Крюгер?!

Первый шаг, – он самый трудный. Вера набрала номер Ярика. Когда тот снял трубку, она, стараясь говорить, как можно увереннее, произнесла:

– Наше агентство «Ваш редкий шанс» предлагает принять участие в розыгрыше приза – персонального компьютера. Однако есть ряд условий:

Вы должны быть холостым, до 35 лет, с московской пропиской.

На другом конце, после небольшого замешательства, парень, придя наконец в себя, подал голос:

– Я холост, мне 30 лет и я москвич с пропиской.

– Тогда от вас анкета с фотографией. Приезжайте в агентство. – Вера продиктовала адрес и свой номер телефона. Затем попрощалась и положила трубку, оставив Стержнева в полном замешательстве.

Придя в себя, Ярослав набрал номер своего дружка по истфаку, красавчику и признанному дегустатору женских сердец Гришане Яхонту. Эта редкая фамилия, как нельзя лучше, соответствовала Гришане. Однако, так называли его исключительно близкие люди, в число которых входил Ярик Стержнев. Для всех остальных были другие вариации: Грег, Грегори, реже Григорий. Называть себя Гришей Яхонт не разрешал никому, помятуя соседа-пропойцу по коммуналке, дядю Гришу, известного всей округе в прошлом часовых дел и других ремесел мастера, после ухода жены окончательно спившегося. Старожилы их московского двора жалели пьяницу, а у Яхонта он вызывал к себе стойкое отвращение. Особенно, когда кричал еще маленькому Грише:

– Привет, тезка! Эй, Гришан, чего смотришь исподлобья?

Потом пришли другие времена, их коммуналку в центре Москвы успешно расселили по отдельным квартирам на окраинах города, Яхонту досталась однушка, взамен комнаты, а след соседа-алкоголика затерялся где-то в отдаленной от столицы деревне. Впрочем, его судьба, к тому времени, мало кого интересовала.

Поведав другу детства Яхонту о загадочном звонке из агентства «Ваш редкий шанс», Ярик спросил:

– Как думаешь, что это было?

Яхонт, счастливый обладатель персонального компьютера, по тем временам еще достаточной редкостью, произнес:

– Щас узнаем.

Он набрал в «поиске» и через минуту ответил:

– Брачное агентство.

– Что-то мне сдается, не обошлось здесь без матери. Она, как-то однажды закидывала удочку… Ее проделка, наверняка. – озвучил свою догадку Ярик.

– Раз так, то комп тебе обеспечен, приятель! – отозвался из недр интернета Яхонт. – Подай анкету, трудно что ль. Насильно в ЗАГС тебя никто не поволокет!

Поразмыслив, Ярик Стержнев решил послушаться дружка. Но не хотелось, вот так просто сдаться, за пусть и дорогую по тем временам вещь.

– Надо придумать что-то такое, чтобы никто на меня не позарился.

– Приезжай к нам в театр МГУ. Покажу тебя гримеру Пете. Он из тебя сделает похлеще Фредди Крюгера!

Несколько слов о самом студенческом театре МГУ, сейчас носящем название МОСТ. Не буду вдаваться в его отдаленное историческое прошлое, обо всем этом можно прочесть в Википедии. Из его стен или, точнее сказать, с его подмостков сошли: Ролан Быков, Марк Розовский, Роман Виктюк, Ия Савина, конечно, Марк Захаров и многие другие, впоследствии громкие имена. Гришаня Яхонт, однажды, почти случайно попав туда, неожиданно заболел театральным делом. Ему нравилась сама атмосфера лицедейства и преображения. Вечный праздник, позволявший забыться и пережить трудности студенчества, выпавшие на лихие 90-е. Но больше всего Яхонта привлекала возможность накоротке, без лишних затрат и хлопот, заводить знакомства с красивыми девушками. Он приглашал их на спектакли, забалтывал, поил кофе… Это срабатывало на все сто. Впрочем, для этого Яхонту не нужно было особенно напрягаться, так как в обаянии или харизме ему мало кто мог составить конкуренцию. А рядом с таким гадким утенком, как Ярик, огранка Яхонта сверкала еще ярче.

Петр Смолкин – театральный гример, художник и эстет, окинув взглядом Ярика, вопросительно посмотрел на приятеля:

– Грег, и что ты от меня хочешь?! По-моему, здесь сама природа постаралась как нельзя лучше. Типаж обыкновенного тихони-неудачника, мамкиного сынка и будущего подкаблучника.

Яхонт в раздумии потер свой безупречный подбородок с особо сексуальной ямочкой, приводившей девушек в восторг:

– Заметь, ключевое слово – «обыкновенный»! А надо, чтобы он, Ярик, был необыкновенным! Типа Фредди Крюгера.

– Ты серьезно! Фредди Крюгер – ходячий секс! А у девушек-готтов, на коих сейчас повальная мода, будет иметь колоссальный успех. Отбоя не будет. Зло притягивает гораздо сильнее. Самый беспроигрышный вариант – Лузер. От такого будут шарахаться все, включая маму родную, поверь уж мне. Я, пожалуй, лишь подчеркну то, чем природа так щедро наделила парня!

Гример обошел Ярика со всех сторон, затем скомандовал ему:

– Садись!

Тот послушно сел в кресло перед ярко освещенным зеркалом. Весь процесс занял несколько минут: Петр или, как его называл Яхонт, – Петруччо, взлохматил жидкие прядки блеклых, словно пакля, волос Ярика, нахлобучил ему на голову нелепую кепку, кем-то давным-давно забытую в гримерке, и еще раз внимательно всмотревшись в лицо Стержнева, самым серьезным голосом произнес:

– Улыбнись! Да не так! С зубами во всю ширь!

Ярик повиновался.

– Отличная улыбка! Хоть зубы у тебя и здоровые, зато щель между передними как нельзя лучше дополняет образ идиота первой стадии! Впрочем, еще одна необходимая деталь… – гример ненадолго скрылся в подсобке и принес оттуда очки с каким-то невероятным количеством диоптрий на толстых стеклах в немыслимой оправе.

– На, примерь!

Ярик надел это безумие со стеклами, сделавшего из него неизвестный вид обитателя морских глубин, нечто среднее из Ихтиандра в очках для подводного плавания и жабы обыкновенной. А гример Петруччо довольный, выполненной им работой, с гордостью обратился к Яхонту:

– Нет, ну, как он отвратителен! До тошноты! Был парень, как парень, обычная серость придорожная, пройдешь мимо, не заметишь… И вдруг засверкал! Не забудь мне пару фоток для моей профессиональной коллекции. – напомнил гример.

– Да, конечно! Сейчас сфоткаемся. Как будут снимки готовы, принесу.

Прежде чем попрощаться с Яриком, немного смущенный гример, сказал:

– Надеюсь, ты не обиделся? У нас так принято, в нашем театральном цехе! Зря ты не актерствуешь. Такой колоритный типаж! Красоты вокруг много, а вот такого, как ты, редко встретишь! Удачи тебе, парниша! Ты станешь звездой моей коллекции!

Ярик с пониманием кивнул. Затем отважился и спросил у Петруччо:

– Скажи, а что такое улыбка идиота первой стадии?

– Это почти норма. Вторая – это когда улыбка со слюнями… другая степень.

Осветитель, он же фотограф, – Кирилл Степанович, мужчина лет пятидесяти, профессионально быстро сделал свою работу и сразу напечатал фотографии, предусмотрительно оставив у себя негатив. А, вдруг перед ним будущая звезда экрана?! Этим можно и разжиться со временем. Впрочем, с быстро развивающимся научно-техническим прогрессом и компьютерной съемкой, эта деталь устарела и отмерла. Мир перешел на цифру.

Отдав обещанные снимки гримеру, приятели поехали на квартиру к Яхонту, где был установлен его величество компьютер, будущий вершитель судеб людей по всему земному шару.

Глава 5 Завершив дело…

Яхонт жил в однушке рядом с метро Медведково. Район на севере Москвы ничем особенно непримечательный, в былые советские времена -промышленный, что отразилось на составе его жителей: в основном заводчан, фабричных рабочих, водителей и персонал, обслуживающий крупный таксопарк. Яхонт почти до тридцати проживший в центре столицы, не желал привыкать и родниться с новым местом жительства. Он приезжал в свою однушку на окраине, чтобы переночевать, а утром уезжал на работу.