- -
- 100%
- +
Он вышел из дома, когда уже перестали ходить вечерние автобусы. Не спеша он достал из кармана своей затертой косухи пачку красного Marlboro. Открыв ее, вдохнул полной грудью свежий запах табака, захватил зубами за фильтр одну из пачки и поджег ее старой советской зажигалкой в виде фотоаппарата. Эту зажигалку он давно искал по всяким блошиным рынкам, сайтам и винтажным магазинчикам. И вот, спустя месяцы поисков, он ее нашел, выкупив за приличную сумму. Восстановил фитиль, заправил ее бензином, и она заполыхала как факел. Первая затяжка вредного дыма ощущалась довольно атмосферно. Саша любил представлять, что он этакая рок–звезда, волк–одиночка типа Виктора Цоя в фильме "ИГЛА", поэтому каждый раз старался выглядеть пафосно: майский темный вечер, пустой двор, парень в косухе и сигаретой в зубах идет, курит и размышляет о своем, напевая знакомые куплеты. Весенний вечер уже был достаточно теплым, но все равно приходилось накидывать какую–нибудь куртку или свитшот, чтобы под утро не замерзнуть, попивая с друзьями пиво или обнимаясь с девчонкой на свидании. Достав телефон из кармана джоггеров, он разблокировал его и зашел в известную соцсеть, чтобы посмотреть, где будет сбор компании. Нажав кнопку записи голосового сообщения, он пробурчал: "Ну че, вы на дворце уже?"
«Дворцом» было принято называть обычную убогую детскую площадку в одном из дворов Ленинского района. Там всегда валялась куча бычков, всякий мусор, и была наплевана шелуха. Рядом находилась большая трансформаторная будка, изрисованная вдоль и поперек всякими надписями, матерными словами и граффити.
Он воткнул в телефон штекер наушников, вставил их в уши и поставил в плейлисте "Районы кварталы". Подходя к дворцу, он заметил чью-то припаркованную старую черную БМВ в кузове Е34 без заднего бампера. По черной крыше автомобиля свет фонаря перекатывался прямо на лобовое стекло, было видно, что машину мыли. Хоть сзади она и была потрепанная, но в целом выглядела пленительно. Народ уже собрался и был занят своими делами. Девчонки курили, сидя на спинке облезлой скамейки, листали в телефоне инсту и что–то бурно обсуждали. То и дело в разговоре у них проскальзывало слово "шлюха", хотя выглядели они, собственно, точно так же, как и упоминаемая ими профессия. А кто–то просто стоял и с огромным живым интересом рассказывал что–то про цилиндры двигателя, крутя в руках брелок с ключами. Подходя ближе и выбрасывая бычок, Саня весело крикнул в их сторону:
– Эй народ, чье ведро там стоит? – он указал на БМВ.
Никто, кроме одного парня из этой компании, особо не подал виду. Тот, что крутил ключом от машины, отвлекся и с недопонимающим видом глянул на приближающегося.
– Сань, тебе такая даже на пенсии не светит, – ответил он, улыбаясь с пафосным видом.
Саня подошел ближе и с размаху пожал руку своему старому приятелю.
– Да ладно, Тох, я угораю просто, бумер пушка. Че, за сколько взял?
– Да, считай, даром, у меня же брат начальник следствия теперь. Он у себя в ментовке на служебной гоняет, поэтому бэху так отдал, все равно будет себе новую брать.
– Ну, ты теперь прям как бандос, у тебя в чухане такой вообще ни у кого нет. Слушай, в «Бумере» такая же ведь была?
– Не, там вроде в 38 кузове была.
И тут его отвлек цитрусовый запах дыма, который выпускали девчонки, паря свои вейпы. Саня подкрался к ним сзади, и из–за их спин незаметно заглянул в экран айфона. Он увидел, как они внимательно смотрели чьи-то видео в историях и яро комментировали, как футбольные арбитры, каждый кадр.
Над ухом Ксюши мужским тембром раздалось:
– Ксюха, ну–ка, скинь мне ссылку этой малышки.
Ксюха, испугавшись появления Сани, взъерошилась, чуть не выронив телефон, и выкрикнула, как старая сварливая бабка: "Да ёп твою мать, Макеев, я чуть не охренела! Че ты так пугаешь блин?"
Саня заулыбался, довольный своим "эффектным появлением".
– Ксюх, кто это в сторис сейчас была?
Ксюха, продолжая листать ленту, промычала в трубку вейпа: "Тебе не светит, расслабься".
– Ну кто это? Просто скажи, – допытывал Саня.
– Настя Волкова, она в меде учится с Ленкой Дятловой, – ответила за Ксюху Таня, не отвлекаясь от важной переписки с бывшим.
– Погоди–погоди, Ленка – это та, которую на той неделе в "молотках" Мавроди отжарил в толчке?
«Мавроди» – было прозвище Игоря Мошкина, рыжего парня из компании знакомых его друзей. Лично они знакомы не были, но Саша уже знал много фактов из его биографии и легенд, связанных с ним. Мавроди был из обеспеченной семьи, но его постоянно тянуло на всякие приключения, связанные с сомнительными заработками. Свое прозвище он получил за постоянное участие и попытки вовлечения других в сомнительные авантюры, финансовые пирамиды и прочие махинации, начиная от скупки лотерейных билетов и заканчивая продажей некачественного жевательного табака в колледжах и школах. Денег Мавроди потерял огромное количество, но, как бы это ни было странным, он постоянно был при деньгах.
– Да там не так все было! – оправдывая Ленку, начала Ксюха. Но ее успел перебить Тоха, краем уха услышавший что-то про "молотки", Мавроди и "жарить в толчке".
– Да что не так, слышь, Дятлова уже вдровища была по полной, когда к ней Мавроди подткатил, он ей че-то втирал про вейпы по дешевке, ахах, а она его даже слушать не стала, потащила в туалет сразу, ну а как всем известно, Мавроди от халявы никогда не отказывается – ехидно улыбаясь закончил Тоха.
Саня, заинтересовавшийся Настей Волковой, будто уже и не слышал их.
– Да кинь ты мне уже ссылку ее, заколебала!
– Да сбросила уже тебе, все, отвали, – отозвалась Ксюха.
Саня торопясь полез в карман за телефоном, разблокировал его и ткнул пальцем в иконку инсты. Найдя нужную ссылку в диалоге с "ksuSHALOVe1999", перешел по ней. Ему открылся яркий профиль "VolkovaaaNas" с множеством эффектных фотографий. На крайней в посте была девушка с русыми волосами, вздернутым носиком и пухлыми губами, тут она в баре пьет синий коктейль, отведя загадочно взгляд, на следующей она с огромным букетом красных роз у себя дома. Далее были фотографии из тренажерного зала и несколько фото в зеркале в различных нарядах.
Он полистал, где-то пролайкал и стал думать, как ему заявить о себе и познакомиться. И тут он увидел у нее новое видео в истории, открыл его. На коротком видеоролике все та же милая девушка с русыми волосами танцевала с подругами в каком-то клубе. Тут он понял, что эта сторис была снята минут пять назад, если не меньше. Резко ему в голову пришла идея: «А че тянуть?». Надо поехать туда к ней прямо сейчас и позвать на танец, а как иначе? Написать ей в директ что-то типа «привет, как дела, давай познакомимся»? Да она его просто проигнорит. Саня резко вскочил и бодро зашагал, к только что взявшему в зубы сигарету Тохе.
– Тоха, погнали прям сейчас в Dantes, она там!
Тоха даже не сразу понял, о чем и о ком речь, но сразу согласился, ему очень хотелось покозырять своей новой–старой БМВ.
– Да подожди, ща докурю и стартанем.
– Да некогда! В машине докуришь, а вообще бросать надо, – протестовал Саня.
– Ля ты борзый, раскомандовался тут, сам куряга тот еще, ладно прыгай.
Девчонки, увлеченные просмотром инсты, встрепенулись, увидев какое–то движение парней и их сборы в ночной клуб. Перед тем, как захлопнулась дверь, Ксюха успела подать голос.
– Тоха, нас с Танькой тоже возьми, мы тоже в Dantes поедем.
С глухим стуком закрылись задние двери, ключ провернулся в замке зажигания, и двигатель, немного прочирикав, высекая искру завелся, прокашлявшись застоялыми газами из выхлопной трубы. Тоха подключил аукс-провод к магнитоле, включил "Федука" и нажал на педаль газа. Машина дернулась и, вписавшись в поворот, выехала со двора на дорогу.
– Слышь, холодильником так хлопать будешь, машина новая почти.
– Ой, Маликов, я тебя умоляю, успокойся, на этой тачке еще, наверное, твой дед ездил.
– Так, рты там закрыли, еще слово про бумер, и я вас высажу прям здесь.
Улицы ленинского проспекта озаряли фонари, машин было немного, но все–таки чувствовалось, что сегодня пятница и люди едут в центр развлекаться. Вот они проезжают мимо своего района, на несколько секунд показалась их школа, которую они закончили год назад и постарались забыть как можно скорее, пара сотен метров – и за окном показался памятник героям ВОВ. Саня невольно вспомнил, как его, еще совсем мальчишку, отец водил туда и учил возлагать цветы в память о Героях тех лет. Но детство уже в прошлом, теперь он вырос, девятнадцать лет как-никак будет в этом году, и он перейдет на второй курс ВГИЮ, родители устроили его после школы учиться на юриста. А чего хотел по- настоящему он сам, он не знал. И откуда ему было знать, он до сих пор грезил мечтами стать рок-звездой или каким–нибудь блогером, но что-то ему вечно мешало. Конечно, он умел играть на гитаре и держать камеру в руках, но ведь этого мало для того, чтобы стать знаменитым. Хотя, сейчас стоит оказаться героем какой-нибудь гнилой истории по типу той, с лжеизнасилованием, и все, ты известен всей стране. Но нужна ли такая слава ему? Разумеется, нет. Он мечтал дать что-то людям от себя, чтобы его любили не за то, что он такой красивый и обаятельный, а за его простоту, за честность, за его талант, за умение дружить. Да, у него были свои грешки, он не был идеален, к примеру, он любил красивых милых девушек и ничего не мог с этим поделать. А что тут сделаешь, если они такие красивые и тебя тянет к ним как магнитом? К сожалению, часто вся их красота оказывалась лишь блестящей пылью, пущенной в глаза. На деле эти «барби» не стоили ничего, они хвастались своими дорогущими покупками и обсуждали, сколько грамм нужно вколоть в губы, чтобы было красиво. Их не интересовало искусство, фото из картинной галереи или с выставки были сделаны просто для очередного контента в инсте. Но они могли произвести впечатление на любого мужчину, соблазнить и выкачивать из его кошелька побольше купюр на свои "хочу". Мимо пронеслась патрульная машина с включенными мигалками, салон автомобиля стал наполняться сладким цитрусовым дымом от вейпа Ксюхи. Подъезжая, они увидели первые признаки молодежной тусовки в центре города: валяющиеся банки от дешевых коктейлей, кучи бычков, фантиков, какие-то разборки среди пацанов и курящих девушек на остановке.
– Блин, понаставили свои корыта, встать негде, – возмущался Тоха.
– Вон камрюха выезжает, давай туда нырнем, – указал Саня. Машина быстро сманеврировала на освободившееся место. Тоха заглушил двигатель, вместе с шумом мотора пропала и музыка. Все четверо вылезли из машины и направились ко входу в клуб "Dantes".
Dantes был популярным у молодежи и ребят «кому за тридцать» местом тусовок под открытым небом. Там был дешевый и слабо вставляющий алкоголь, музыка была молодежная, но танцевать под нее было тяжеловато, потому что диджеи убого миксовали треки. У входа, как обычно, уже несколько человек стояло в очереди, а бородатый толстый парень в черной футболке с надписью ММА изучал содержимое сумок и заглядывал в паспорта посетителей. Девчонок и Тоху пропустили сразу, так как они были завсегдатаями этого заведения, а вот Саню стали проверять на предмет совершеннолетия. Пройдя этот фейсконтроль, вся компания начала потихоньку расходиться кто куда. Ксюха и Таня, увидев знакомых подруг, побежали к ним и стали лобызаться и фоткаться на фронталку. Тоха остановился у входа, закурил и разговорился со знакомым парнем с бородой, как у священника. А Саня в это время уже во всю как разведчик изучал собравшихся там людей. Среди тех, кого он успел оглядеть, он мало кого узнал, даже подойти пожать руку было некому. Насти Волковой нигде не наблюдалось. Спустя час скитаний под безвкусные миксы современных музыкальных треков, Саня уже отчаялся найти Настю и почти собрался идти на выход, как тут за барной стойкой он увидел ее в окружении трех подруг и бармена-подхалима. «Как же она в жизни потрясающе выглядит, – подумал Саня. – Она в сто раз лучше, чем на фотках». Настя сидела на барном стуле, закинув ногу на ногу, и что-то листала в телефоне, ее кудрявые золотистые локоны отражали свет от гирлянд и прочих фонариков, блестящее темное платье облегало красивую фигуру. Саня смотрел на нее, наверное, минуты две, пока его не задел какой-то танцующий пьяный студент. Теперь он уже был решительно настроен подойти к ней и познакомиться, но не знал, как сделать это правильнее и эффектнее. И тут ему пришла гениальная, как он посчитал, мысль. Он решительно направился к барной стойке, приготовив банковскую карту, на которой худо–бедно оставалось несколько тысяч, и облокотившись на стойку крикнул бармену: "Сделай Б–52 мне и этой красивой девушке!" – жестом показав на Настю. Настя удивленно посмотрела на него, но сразу же сделала равнодушное лицо. Зато ее подруга прожигала Сашу неистовым взглядом. Уже через минуту Саня потягивал ликер через соломинку и строил в своей голове стратегию диалога с Настей.
– Тебя как звать? – начал Саня
– А что, понравилась? – ответила Настя.
– Ну, допустим, да. Ты ведь в меде вроде учишься?
– О, а я тебя вроде у Маликова видела в сторисах.
– Ну да, возможно дело, это его днюха была. Так как зовут? Дай угадаю, ммм… Настя?
– Ты прям такой догадливый, по любому в отметках у кого–то видел, признавайся.
– Все может быть. Настя, танцевать пойдешь? Там скоро медляк будет. И тут в разговор вмешалась ее подруга. Она выглядела отвратительно: ярко–алая помада на губах делала ее улыбку похожей на улыбку джокера, а тушь была нанесена так, что у лица было выражение, словно она либо не высыпается, либо умерла неделю назад. Ее мерзкий писклявый надменный голос сразу отрезвил и понизил настрой Сани.
– Она с тобой никуда не пойдет, она здесь с нами до конца, – провизжала ее подруга.
Саня немного оторопел, но сразу сообразив, выпалил ей в лицо:
– Я считаю, Настя самостоятельная взрослая девочка и сама решит, что ей делать, – заявил он с улыбкой.
Настя незаметно улыбнулась. Но подруга не унималась.
– Слышь, ты че, бля, умный тут самый? Иди отсюда!
И тут Саня сообразил, в чем дело. Он увлекался чтением книг по психологии и прочитал проблему этой "обиженной" по одной ее внешности. «Конечно, как же я сразу не допер? – начал внутренне рассуждать Саня. – Она же страшная, аж жуть берет, от парней не бегает – это однозначно. Тут заваливаюсь я такой, не урод, в принципе, и сразу к самой красивой среди них, да еще и выпить ее подружайкам не взял. Конечно, она, блин, обидится и начнет упираться рогами, чтобы меня обставить.»
– Друг, а сделай этим красоткам тоже по коктейлю, за мой счет, – крикнул Саня бармену. Девочки, выбирайте что хотите.
Лицо ее подруги тут же изменилось, матюгальник закрылся.
– Ладно, парень ты нормальный вроде, сори что наехала, – промычала она.
Глаза Насти уже заинтересованно смотрели на Саню. А Саня даже выпрямил спину, чувствуя, как будто победил дракона, как мало оказывается им нужно для счастья. И тут зазвучал медляк, поставили классику "Behind blue Eyes" в исполнении Limp Bizkit.
– Ну, что, пойдем, – ласково пригласил он Настю.
– Ну, пошли, – кокетливо ответила она.
Они вышли на танцпол, нашли свободное место, и Саня, аккуратно взяв Настю за талию, начал потихоньку перебирать ногами. Ее руки на его плечах ему показались такими нежными, теплыми, аккуратными, как будто она была не девушка, а кукла. Ее блестящие зеленые глаза с интересом, по-доброму проникали в его нутро и щекотали, словно пытались узнать всю правду – откуда он такой нарисовался.
– Так, как тебя зовут.
– Саша.
– А где учишься?
– Я вообще на юриста учусь, потом думаю в спецслужбы пойти работать, в ФСБ там или ФСО, например. Будто он был и впрямь уверен, что там спят и видят, когда там Александр Иванович Макеев уже закончит свой ВГИЮ и придет служить к ним.
– Мм, это круто, будешь потом за всеми следить, хах.
– А ты на кого учишься?
– Я в меде, на хирурга поступила. Вообще хотела в строяк, но там математику, физику надо было сдавать, а я не очень это люблю, поэтому в мед и пошла. Хочу в модельный еще подать документы, а так пока не решила, кем буду. Пока просто вышку получаю, – закончила она и улыбнулась.
– Слушай, ну, модельный это тоже очень здорово. У тебя ведь реально модельная внешность, фигура позволяет, – флиртуя, ответил он.
– Спасибо, если ты так и вправду считаешь.
Медляк резко прекратился, и Настя убрала руки с Сашиных плеч.
– Извини, я к подругам пойду, хорошо?
– Да, конечно, я сам сейчас пойду друга искать, а то он куда-то… – ответил Саня, не закончив, и пошел в сторону выхода, провожая ее взглядом, довольный, но слегка озадаченный. У выхода людей стало еще больше. На парковке с трудом отыскав старую БМВ друга он стал вглядываться через тонированные окна в салон. Но нигде его верного соратника видно не было. Внезапно он почувствовал, как в спину ему уперся металлический холодный тупой предмет, он никогда не испытывал этого ощущения ранее, но без промедления сообразил – это был пистолет.
– Руки на крышу! – строго скомандовал голос из–за спины.
Саня послушно положил руки. И тут же пистолет пропал и раздался истерический смех Тохи.
– Ахахахахахахахах, бля, ты бы свое лицо видел, – гоготал Тоха.
Саня резко пришел в себя. Он ударил кроссовкой его в голень и закричал:
– Тоха, ты, сука, больной придурок!!!
Тоха, скрюченный от боли, все еще продолжал смеяться.
– Откуда он у тебя вообще? – спросил Саня.
– Прикинь, в бардачке нашел, когда на бэху пересел. Да это сто процентов брат изъял у дурака какого–нибудь, когда опером работал.
– Ты в курсе, что это уголовка? Меня, если что, вместе с тобой повяжут, – заявил Саня, доставая сигареты и закуривая.
–Ай, да хорош, я ж не совсем отбитый, чтобы тыкать и махать им везде. О, мальбос! Дай стрельну одну у тебя. Да, это так, чисто по бутылкам пострелять, тем более, это вообще охолощенный ствол, он не стреляет боевыми, если его конечно не подшаманить, сечешь, о чем я? Короче, в случае какого-то кипиша, постоять за себя с ним можно.
– Нет, блин, я не понимаю, о чем ты, блин, ты вообще понимаешь, что ты человека можешь им убить? Люди и так гибнут ежедневно от обстоятельств, которые они не могли предвидеть, а ты еще и средство скорейшего наступления смерти с собой таскаешь
– Брат, ты так не нагружай мою голову, ладно?
Тоха засунул пистолет под футболку.
– Вообще, Сань, сейчас время такое, малолетние идиоты друг друга в школах режут, кретины с ружьями на вузы нападают, на трассе какой–нибудь урод подрежет, а потом сам же выйдет с битой машину твою курочить.
Выслушав его, Саня задумался
– Ну, может ты и прав, ладно. Блиииин.
– Че такое, забыл че то?
– Да, побежали обратно в клуб, я номер у нее забыл взять.
Они быстро проскочили через главный вход, забежали на танцпол, но народу было столько, что найти нужного человека казалось просто невозможным. Они начали протискиваться сквозь толпу, но толпа была настолько увлечена песней "Горы по колено", что Саше показалось, что его просто растопчут на месте. И вот островок безлюдья, где они смогли отдышаться и осмотреться. До барной стойки было рукой подать. Еще пару метров, и он снова рядом с Настей. Подходя к ней, он достал телефон и, улыбаясь, крикнул, чтобы перекричать музыку клуба.
– Слушай, Насть, может, номер дашь свой, я тебя наберу, встретимся на днях, ладно?
– Посмотрим, но ты первый, кому я так просто даю номер, это чтобы ты знал, – с загадочной улыбкой ответила Настя.
Саня, удовлетворенный тем, что все получилось, чуть не взвизгнул, но по нему было заметно, что будь в нем ракетное топливо, он бы взлетел до луны.
Утро было тяжелое. Голова вроде и не болела, но ощущение было такое, что его контуженного выкинули из вертолета. Открыв один глаз, Саша окинул медленным взглядом комнату: смятые джоггеры валялись вместе с одним носком у кровати, футболка в углу была похожа на половую тряпку, но любимая куртка висела крючке. Он зашел на кухню, открыл холодильник, достал бутылку холодного чая и осушил ее в три глотка. Взяв телефон, он долго смотрел на время, было уже 13:42. Поняв, что уже полдня прошло, а из полезного сделано ровным счетом ничего, он решил сегодня позвать Настю прогуляться. Набрав ее номер, он, затаив дыхание, ждал ответа. Он слышал стук своего сердца и гудки на обратном конце линии.
– Алло, да?
– Привет, узнала?
– Привет, эмм, не совсем.
– Это Саша, помнишь, мы вчера познакомились в Dantes’e?
– А, Саш, да, вспомнила. Как ты?
– Я отлично вообще, ты там живая хоть?
– Я, хахах, даа, мы с подружками только под утро разъехались.
– А у меня такое ощущение, что я с тусы час назад вернулся, все болит, трещит.
– Ахах, да ладно, пройдет.
– Слушай, я че звоню, ты сегодня свободна?
– Нууу, да, после пяти свободна, а что?
– Я хотел тебя позвать погулять в центр.
– А, слушай, извини, я сегодня не могу, я дедушке обещала помочь там.
– А, не вопрос, а когда тогда освободишься?
– Я сама не знаю, давай я тебе сама позвоню, хорошо?
– Да, хорошо.
– Ну, все тогда, пока.
– Пока.
Саня чувствовал себя кинутым, как будто Настя дала ему не свой номер, а какой-то инфоцыганки. Выйдя на балкон покурить, он стал наблюдать за происходящим на улице. Жизнь за окном шла своим чередом, машины бороздили улицы, люди шли по своим делам. Казалось, что вокруг все хорошо у всех, кроме Сани, которого сегодня продинамили.
Переодевшись, он вышел на улицу и направился проведать Тоху, ведь в районе часа ночи он пьяный за рулем крутил пятаки на центральной площади и чуть не влетел в памятник Ленину, а потом, отвезя Саню домой, поехал дальше кутить по полной. Саша достаточно быстро доехал на душном старом автобусе с грязными сидушками до Южного района. Он прошел мимо замусоренной лесополосы, в глаза бросилась забытая, разбитая «Волга». В детстве они с Тохой по приколу залезали в эту «Волгу». Зайдя к нему во двор, он удивился, что его черной БМВ нигде не наблюдалось. Наоборот, под окнами Тохи стояла красная Ауди А4 с мягкими игрушками под задним стеклом. Саня набрал 170 квартиру на домофоне, но никто не открывал. Он позвонил повторно, тишина. Набрал соседнюю квартиру, соврал, что он их сосед из 185, типа забыл ключи и все такое, и зашел в подъезд. Поднявшись на третий этаж, он стал барабанить в 170 квартиру. Тишина. Тоха в это время должен был быть еще дома, играть в комп. Спустя пять минут послышалось какое-то движение за дверью, было понятно, что человек смотрит в глазок и не открывает. Спустя секунд двадцать, дверь открылась. На пороге стоял измученный либо ночной гулянкой, либо вьетнамским пленом Тоха. Красные глаза смотрели на Саню, как будто для формальности, тело Тохи еще спало, волосы взъерошены, из одежды присутствовали один тапок и одни трусы.
– Ты на часы смотрел? – сказал Тоха невнятно
– Да, прикинь, уж полтретьего.
– И что? Это значит, что надо было долбиться ко мне, как ненормальный?
– Ладно, бро, сори, разговор есть.
– Залетай.
Они прошли в просторную, залитую светом, кухню. Саня плюхнулся на мягкий стул, а Тоха, открыв огромный холодильник, достал оттуда две бутылки холодного алкогольного коктейля и протянул одну другу, а вторую вскрыл об угол столешницы. Отпив полбутылки, он почувствовал прилив жизненных сил, даже его голос стал чуть бодрее.
– Че ты сидишь, как в военкомате, рассказывай давай.
– Короче, эта Настя, ну, к которой я вчера подкатывал, мне кажется, что она сливается. Я номер же вчера взял у нее, утром набрал ей, ну, позвал гулять, а она какую-то херню несет, какой-то дед, какая-то помощь. Ну, это же лажа по-любому, ты как думаешь?
Тоха, внимательно выслушав, отглотнул еще из бутылки, крякнул и с прищуром посмотрел на Сашу.
– Сань, вот ты мне скажи, может, я че не понимаю? Те, блин, че, баб мало, на кой хер тебе эта Волкова нужна? За ней только одни отбитые оффники гоняют, остальные на нее просто гоняют. Ты ведь нормальный пацан, я тебя одиннадцать лет уже знаю, вечно тебя на каких–то телок непонятных тянет. А кстати, видел аудюху красную во дворе?
Саня вопросительно посмотрел на него. Тоха отхлебнул и горлышком бутылки показал в направлении спальни. Саня повернулся в кресле, чтобы лучше видеть. Из коридора в спальню вела тропинка из женской одежды: начиная от джинсовки и заканчивая красным лифчиком у кровати. Из-под мятого одеяла торчала гладкая женская нога, видно было красивое бедро, по подушке были разбросаны длинные каштановые волосы.
– Ты когда их успеваешь уламывать? Я каждый раз поражаюсь.
– Тут две хитрости, друг мой. Эти девушки слабы на передок, ну, я имею в виду, подпитые, они очень лояльны, ну, и плюс мое обаяние конечно, – с улыбкой закончил Тоха и осушил бутылку.