Бестужев. Служба Государевой Безопасности 2

Глава 1

Зима, раннее утро, нещадно валит снег. Дежурство выдалось крайне напряженное, устал, как собака. Скорее бы добраться до дома, жена вчера сварила борщ, мой любимый. Вот наемся и под одеялко. Машин на дороге единицы, в начале девятого утра в новогодние каникулы – это нормально.

По пути к загородному дому на отделенной барьером встречной полосе груда дымящихся машин, странное голубое мерцание вокруг, словно аура. Надо бы остановиться, вдруг кому нужна помощь. Похоже не надо, за собравшей на себя тонны свежего металлолома фурой молотили воздух десятки проблесковых маячков скорой и несколько красно-синих люстр ДПС, на горизонте нарисовались пожарные машины. Здесь точно без меня справятся. Бедолаги, небось без жертв не обошлось, хреновый новый год у кого-то.

Во дворе снег чистили вчера, за ночь насыпало немало нового, но для моей машины небольшой сугроб проблемой не является. Припарковался перед гаражом, подхватил дежурную спортивную сумку и поднялся на крыльцо. Дверь внезапно распахнулась и из темноты мне в грудь уперлась двустволка. Щелчок курка, громкий ба-бах, сильная головная боль и темнота.

Стоп! Почему у меня трещит башка, если мне стреляли в грудь? Бред какой-то! Ха, я чувствую боль, значит я живой, а это уже неплохо. Открыл глаза и понял, что мне на голову надели мешок. Судя по всему, не стираный, запах земли и каких-то гнилых овощей. Прекрасно, мне на башку натянули мешок из-под картошки. Ноги связаны от лодыжки до колена, руки скованы наручниками за спиной. От наручников по телу расползались слабость и разбитость, впрочем, не уверен, возможно, показалось. Начало зверски тошнить. Не хватало ещё срыгнуть в вонючий мешок себе под нос.

Что такое происходит? Кто меня связал? Где мои жена и дети? Услышал знакомый женский голос. Нет, он не принадлежал какой-то близкой знакомой, но я точно его уже где-то слышал. Может это знакомая жены привела сюда бандитов? У меня дома было что взять, но не настолько много, чтобы стрелять в меня. Хотел спросить, где моя семья, но из горла вырвался только сдавленный хрип.

– Очнулся, граф Бестужев? – брезгливо спросил всё тот же женский голос. – Вот и молодец. Приходи в себя, чуть позже с тобой хотят поговорить.

Стук каблуков по паркету удалился, хлопнула дверь. Вопрос похоже был адресован именно мне, но почему она называет фамилией политика, служившего при дворе Екатерины Великой? И тут сквозь боль в голове сложился пазл. Нет у меня ни жены, ни детей, а я не хирург, приехавший с дежурства. Я граф Павел Петрович Бестужев. То, что я сейчас видел, был просто сон. Или видение, вызванное болевым шоком. А ведь я почти добрался до борща. Гребаный ты Экибастуз!

Я попытался пошевелиться, но получилось только подтянуть колени к животу и немного пошевелить онемевшими пальцами рук. Зафиксировали меня знатно. В памяти потихоньку начало всплывать, как меня сцапали. Осталось только понять, кто это сделал. Неужели отец меня всё-таки узнал и организовал это похищение? Тогда Боря сильно ошибался в нём и зря так надулся на меня.

Возможен и другой вариант, это люди Софьи, которая решила выловить и ликвидировать главного конкурента своего дитятки. Или это люди герцога Альтенбургского? Что за жизнь у меня такая, раз столько вариантов, кто может желать мне зла? И я ведь ещё не закончил перебирать! В любом из вариантов ничего хорошего меня не ждёт, значит надо как-то отсюда выбираться самостоятельно, а не ждать милости.

Будучи на второй ступени по пути к адепту, у меня был продвинутый дар воина и сила больше соответствующая четвертой или даже пятой ступени. Можно попробовать сломать наручники, да вот незадача, похоже они действовали на меня также, как те кандалы, которые надели на плацу перед тем, как отвели на «губу» в старую башню. Похоже это тупик. Придётся ждать, когда наручники снимут. Но ведь могут и не снять! Поговорят, узнают, что хотели, если у них получится, и пустят в расход.

Надо действовать прямо сейчас, найти способ совладать с этими наручниками и искать способ выбраться. Как я не напрягался и не пыжился, ничего не получалось, от былой силы у меня осталось процентов пять. Но надо же что-то делать!

Голова двигалась нормально, значит для начала надо снять с себя этот гадский мешок. Я начал вертеть головой, хвататься зубами за грязную мешковину и стаскивать её с себя. За дверью послышались шаги, и я замер. Похоже прошли мимо, я возобновил попытки и через несколько минут освободился.

Наконец-то могу осмотреться. Я находился в полуподвальном помещении с небольшим окошком под потолком, скудный свет от закатного солнца дал понять, что это винный погреб. Странно, почему окно не закрыто ставнями? Вино ведь нуждается в темноте. Недоумки. Вдоль стены многоярусный стеллаж с уложенными штабелями запыленными бутылками. Вино здесь находится достаточно долго, скорее всего не дешёвое. Вряд ли такое хранилище находится в подвале многоэтажки, значит загородное имение.

Ноги связаны толстой верёвкой, действовал спец, веревка не просто обвита вокруг ног, а аккуратной восьмеркой, через виток с обычными кругами. Такую вязь ослабить и сбросить не получится. Узел очень крепкий, змеиный. Я любил рыбалку в прошлой жизни и не раз пользовался таким. Растянуть и ослабить точно не получится. Если бы он был сзади, можно попробовать развязать, но и тут всё продумано, он спереди!

У меня есть ещё один туз в рукаве, о котором никто кроме друзей пока не знает – телекинез. Я закрыл глаза и постарался мысленно просканировать устройство замка наручников. Вроде всё просто, но и способность двигать предметы без физического контакта тоже находится под давлением магии. Да твою-то мать!

Так, Паша, думай, думай! Когда-то в кино видел, как вывихивают большой палец, чтобы вытащить руку из наручников. Крайне неприятное зрелище, но жизнь дороже, а боль можно и потерпеть. Наверное. Прокрутил в голове увиденное много лет назад и прикинул, что делать. Как же, мать твою, не хочется этого делать!

Дотянулся зубами до воротника пиджака и впился, как голодный пёс в сахарную кость. Главное – точно рассчитанное движение и усилие. Три, два, один! Хрясь! Еще немного и я откусил бы кусок воротника. Почему так больно-то? Когда кабан ногу грыз, казалось легче было.

Удерживая браслет левой рукой, начал протискивать правую, продолжая жевать воротник. Спустя секунд двадцать и сотню матерных слов, впитавшихся в синюю ткань, я смог освободить правую кисть из плена.

Открыл глаза, отдышался и уставился на вывернутый палец. Еще немного мата и вывих вправлен, но боль осталась. Какое же это приятное ощущение, когда чувствуешь, как тело наливается силой! Значит подавитель уже не работает. Онемение в пальцах прошло и я начал дербанить гребаный змеиный узел. За дверью послышались тяжёлые шаги. Узел только начал поддаваться, я катастрофически не успеваю!

Ручка двери повернулась, я скомкал частично расплетенные верёвки и сел на колени. Руки за спиной, будто я ещё в наручниках, состряпал максимально испуганное лицо, это оказалось несложно. Дверь открылась и вошёл двухметровый плечистый лысый дядя лет под сорок в чёрном костюме. Судя по ткани, слуга или телохранитель без магических способностей, не из элитного бутика одежда.

Не произнеся ни слова, он схватил меня за грудки и поставил на ноги. В следующую секунду он схватился за раздробленный кадык, хватая ртом воздух, но ему это не помогало. Бычара начал заваливаться в сторону винного стеллажа. Если у него это получится, об инциденте будут знать все, кто находятся в доме и во дворе.

Я схватил его за воротник и отшвырнул в сторону. Одна беда, из-за того, что ноги оставались связанными, начал сам падать на стеллаж. Вариант только один. Осел на корточки и откатился к стеллажу, упёршись спиной в нижний штабель бутылок. Ззади слегка звякнуло, я закрыл голову руками и зажмурился. Тишина, ни одной бутылки не упало.

С облегчением вздохнул и спешно продолжил освобождать ноги от верёвки. Время ограничено, этого козла скоро хватятся. Наконец я полностью свободен. Оружия при мне не оказалось, ничего удивительного. Зато у здоровяка в кобуре под мышкой наган в самой современной модификации. И, что самое приятное, нашелся ключ от наручников. Труп оттащил в дальний угол и усадил между стеллажей, ноги прикрыл тем же мешком. Оглянулся на него от двери и осторожно выглянул в коридор.

На потолке пара тусклых лампочек, лишь бы не навернуться в темноте, несколько дверей слева и справа, в дальнем конце лестница, ведущая наверх. Через открытый вход были слышны голоса, оживлённо обсуждавшие какую-то животрепещущую тему.

Я осторожно начал подниматься, предварительно взведя курок револьвера. Желательно только обойтись без стрельбы, по-тихому. Мочить гадов по одному гораздо легче, чем сразу скопом. Вот стану архимагом, буду устраивать апокалипсис, а пока так.

Я уже поднялся на площадку перед выходом из подвала, как услышал быстрые приближающиеся шаги.

– Вася, ты чё там застрял? – услышал я сипатый голос.

По-моему именно он уточнял тогда, того ли взяли. Я вжался в угол и приготовился. Второй амбал сделал шаг за порог и замер, словно что-то почувствовал. Мои силы к этому времени полностью восстановились, и бычья шея охранника не смогла предотвратить смачный хруст позвонков. Я подхватил обмякшее тело и усадил в угол, убрав ноги с прохода. Вдруг придётся бежать обратно в подвал, сам же об него и споткнусь.

– Да что там вообще происходит? – послышался раздражённый голос дамы, той самой, которая спрашивала у меня дорогу до оружейной палаты. В мою сторону застучали каблучки. – Куда вы все провалились?

Может оглушить её, утащить в подвал и там допросить? В идеале надо сделать именно так, но я понятия не имею, что она из себя представляет. Скорее всего невидимые путы на Кремлёвской набережной на меня накладывала именно она, нет никаких гарантий, что она не повторит это снова. Далеко не факт, что я после этого выживу. Значит решено, никаких разговоров и никакой пощады.

Каблучки остановились недалеко от двери, почему она не пошла дальше? Я уже готов был повернуть её изящную шею на сто восемьдесят градусов. Я почувствовал касание невидимых щупалец, плавно проникающих в мой мозг. Эта зараза догадалась, что здесь что-то не так! Если она узнает, кто стоит за дверью, мне хана. Надо действовать прямо сейчас.

Я выпрыгнул в холл первого этажа и мои ноги сразу увязли в невидимом бетоне. Значит путы накладывает именно она. Красивая засранка стояла шагах в пяти от меня, дотянуться я уже не смогу. Она зловеще улыбалась и медленно поднимала повернутую ладонью вниз руку. Вместе с эти движением поднимались путы, давление которых я чувствовал уже на уровне бедра.

Тихая разборка закончилась, переходим к следующему этапу. Резким движением я достал наган и выстрелил ей в голову. Пуля вошла в нёбо этой ржущей паскуде, которая решила, что может безнаказанно издеваться надо мной. На фоне полной тишины выстрел прозвучал оглушительно. Если в доме и во дворе кто-то есть, они скоро окажутся здесь. Путы исчезли, как только ухоженная блондинка в роскошном платье грохнулась на дорогой паркет.

Парадный вход прямо передо мной, через стеклянную дверь я увидел, как в дом бежит ещё один охранник, расстегивая кобуру на поясе. Пуля пробила стекло, на лбу спешащего на помощь появилось красное пятно, голова резко дернулась назад, и он рухнул на мраморные ступени замертво. Слишком много трупов за пять минут, господин Бестужев, как вы это всё разгребать будете? Но был и приятный момент, когда свет жизни в глазах девчули погас, я почувствовал прилив энергии. После убийства безродных охранников такого не было. Я выбежал во двор и увидел стоящий у ворот заведенный черный автомобиль «Чайка». Тот самый. У меня плохая память на номера, может на ней как раз Эдик Альтенбургский приехал пьяный к общаге в Твери.

Я сел за руль, воткнул ручку коробки на ручной режим и впечатал педаль газа в пол. Ворота уже были открыты, вышибать не надо. С рёвом двигателя и визгом колес я вылетел со двора и вывернул на шоссе, абсолютно не понимая в какую сторону ехать. Главное побыстрее смыться отсюда. Вольюсь в поток машин и включу навигатор. В худшем случае сделаю петлю и поеду в сторону Москвы по другой дороге.

Не отпускали мысли о том, что за эти убийства придется отвечать. С другой стороны, сомневаюсь, что они объявили во всеуслышание о моём похищении. О том, что я здесь, никто не знает. Кроме причастных, конечно. В кабине было просторно и комфортно. Каждая деталь интерьера вопила о том, что это авто стоит охренительно дорого. Нажал на символ навигатора на сенсорном экране и понял, что с направлением движения я всё-таки ошибся. С максимально возможной скоростью я удалялся от Москвы в сторону Питера.

Ну и отлично, зато они за мной сюда не поедут, наверняка посчитают, что я сразу рванул на Москву. А я скоро поверну на Зеленоград, а потом в столицу по Пятницкому шоссе. Так и не нашел, где включается кондиционер, зато нашел кнопку опускания стекла. Пять сантиметров прозрачной брони медленно опустилось вниз и прохладный ветер быстро остудил мою разгоряченную голову. Потом открыл окно в пассажирской двери и выбросил наган в болото, мимо которого проезжал.

Вот только куда девать эту приметную тачку? Что-то я сразу не подумал, но есть идея. Выезжая на кольцевую, повернул на юг. Моя конечная станция – Рублёвские трущобы. Заехав в неблагополучный район, совсем недавно служивший мне убежищем, я повернул в сторону гаражей, которые славились разномастными умельцами. Таких тачек они наверняка ещё не разбирали. Извазюканные в мазуте мужики уронили челюсть, завидев катящийся по буеракам элитный автомобиль. Я остановился и вышел из машины. Ключи положил на крышу.

– Мужики, налетай! – крикнул я. Работяги, они же и жулики, и торговцы краденым, застыли в нерешительности, но глазки уже заблестели. – Всё ваше, разбирайте!

Я направился к выходу с территории, когда услышал заманчивое предложение.

– Тебя может подвезти куда, благодетель? – спросил мужичок с проседью в бороде, опираясь на капот старенького фолькса. – Зачем лакированные туфли по пыли топтать?

– Спасибо, брат, но нет, – ухмыльнулся я. – хочу прогуляться, погони за мной нет, не переживайте. Только первым делом отключите аккумулятор.

– Ну смотри, я предлагал – мужик покачал головой, взял набор инструментов и пошёл участвовать в делёжке.

Я вышел с территории гаражей, скрылся с глаз разбиравших “Чайку” и побежал в сторону старых обшарпанных двухэтажек. Была мысль зайти в съёмную квартиру, но смысла особо не было. Во-первых, там не осталось ничего ценного, что могло бы мне сейчас пригодиться. Во-вторых, вполне возможно, что меня там ждут или высматривают, слишком опасно. Хватит с меня на сегодня. Самое безопасное место сейчас – общага академии. Осталось туда добраться.

Такси буду ловить по старинке, телефон у меня изъяли. Даже друзьям не могу позвонить. И денег с собой нет, чтобы другой купить. Твою же мать, а чем я буду в такси расплачиваться? Уже пожалел, что не согласился покататься на стареньком “Фольксе”. Мог бы попросить высадить за несколько кварталов от академии, чтобы водила не знал, где я обитаю. И это сказал человек с гербом академии СГБ на лацканах пиджака, ну-ну. Теперь нет смысла думать об этом, в гаражи я не вернусь. У меня нет даже мелочи на городской транспорт. Можно зайти к дяде Коле и попросить взаймы, он не откажет. Чесать пешком больше десяти километров что-то не улыбалось, и так слишком много пережил сегодня.

Значит решено, иду к дяде Коле. С этим персонажем из трущоб у меня были самые хорошие отношения. Уже вечерело, я выбрал не самый близкий путь, зато легко отследить хвост. Сколько я не оглядывался по пути, слежки не заметил. Постучал в дверь, тишина. Странно, вечером он обычно дома. Днем рубился с мужиками в шашки и домино, а как темнеть начинает, сразу на хаус. Может просто не услышал? Я постучал сильнее, дверь открылась сама. Очень странно, дядя Коля не из трусливых, но дверь всегда закрывал на замок и на цепочку.

Я толкнул дверь, она с тихим скрипом распахнулась. В крохотной однушке, отделенной когда-то от коммунальной квартиры, был невероятный бардак. Были вывернуты наизнанку все шкафы и ящики, вещи беспорядочно валялись на полу. Похоже что-то искали. Но что могут искать у бедного пенсионера, проживающего в этой жопе мира? В тихом омуте черти водятся, значит что-то скрывал. Я открыл дверь в ванную, на потертом кафеле в луже крови лежал дядя Ваня с перерезанным горлом.

Да как же так-то? Самого миролюбивого человека и любимого всеми соседями, прикончили, как свинью! Ума не приложу, кому такое могло прийти в голову? Может бывшие подельники вышли из тюрьмы и пришли свести счёты?

Сзади отчетливо послышался скрип половиц.

Глава 2

Половица скрипнула еще раз, но уже тише. Вот зараза! Неужели на кухне прятался? Я заглянул туда перед тем, как найти дядю Колю, но мельком и никого не увидел. Я осторожно повернулся лицом к выходу, одна из плиток под ногой похоже давно отошла и издала негромкий характерный предательский хруст. Полная тишина, мой потенциальный противник тоже замер.

Судя по тому, как долго избивали, а потом грубо прикончили дядю Колю, магами здесь не пахнет. Значит на кухне простой мастер ножа, а то может и не мастер даже. Мой пиджак легко выдержит удар ножом, я активировал магическую броню и спокойно вышел из ванны.

Посреди кухни с выпученными глазами стоял нестриженный бородатый мужик. Одет в какое-то отребье, словно из помойки вытащил. В левой руке он держал завязанный мешок для мусора, а в правой здоровенный окровавленный тесак. Наверно именно им он и перерезал горло дяде Коле. Негоже так поступать с хорошими людьми!

Бомжеватого вида убийца бросил мешок, вскинул руку с ножом и бросился на меня. Нет, придурок, торопиться не надо. В прямой маэ гири я постарался вложить не слишком много силы, чтобы не убить одним ударом. Мужик отлетел назад, снеся по пути обеденный стол, с которого полетела початая трехлитровая банка с солёными огурцами.

Бродяга впечатался в стену и сполз на пол, пытаясь вспомнить, как дышать. Лужа рассола на потёртом линолеуме была больше похожа на результат приступа трусости моего оппонента. Он жадно хватал ртом воздух, поглядывая на выпавший из рук нож. Я подошёл ближе и пнул его единственное оружие в сторону.

– Даже не мечтай, урод! – рыкнул я. – Ты зачем хорошего человека порешил?

– Не твоё собачье дело, сопляк! – просипел мужик с трудом поднялся, выхватив по пути из голенища кирзового сапога еще один нож, немного скромнее первого. – Я и тебе щас по кадыку секану, домашешься у меня тут копытами!

Мужичок сделал неожиданно резкий прыжок, пытаясь на вытянутой руке всадить мне нож в область сердца. Я сделал небольшой шаг в сторону, пропустил нож мимо себя и как следует зарядил ему ребром ладони под ухо. Падая на пол утырок приложился головой о газовую плиту и мешком распластался на полу. Из-под головы появилась лужица крови.

Да твою мать! Я же ещё и поговорить хотел, а теперь облом. На всякий случай прижал палец к сонной артерии, тишина. Вот и поговорили. Выходя из кухни, пнул в сторону мусорный мешок, тот с лёгкостью отлетел к стене. Стоп, а что это вообще? Этот голодранец ведь не мусор же сюда пришёл выносить.

Я аккуратно развязал горловину мешка и присел на пол, оперевшись спиной о стену. Столько денег я ещё не видел, разве что в кино. Пачек тридцать крупными купюрами. В голове сразу посчиталась сумма, от радости в зобу дыханье спёрло. В дальнем углу кухни была выломана одна половица, под ней зияла дыра, наверное, там и был тайник.

Дяде Коле эти деньги точно уже не нужны, этому хмырю тоже, а мне очень даже пригодятся. Скорее всего деньги краденые или бандитский общак, уточнить не у кого, а номинала купюр это не меняет. А когда всеобщего любимца и борца за справедливость Колю похоронят, я ему памятник нормальный поставлю. Сначала возникла мысль, засунуть пачку денег ему в карман, но не стал. Один хрен бабло прикарманит тот, кто его найдёт первым.

Выходить на улицу с мусорным пакетом это нормально, а ходить с ним по городу в костюме от Юсупова, как-то не комильфо. Часть пачек я запихнул за ремень сзади, часть по карманам, правда пиджак пришлось расстегнуть, чтобы пачки банкнот не топорщились через тонкую ткань. Остальное сложил в пакет с ручками, который нашёл в тумбочке на кухне. Всё лучше, чем мусор. Несколько купюр положил в карман брюк.

В подъезде никого. Быстро спустился по лестнице и вышел на улицу, здесь вечером тоже безлюдно. Когда на город опускаются сумерки, улицы в трущобах вымирают. Хочешь жить – сиди дома. Черная изнанка ещё не выползла из щелей, удачное время, чтобы свалить отсюда никого не встретив. Через два квартала относительно оживленное шоссе, здесь можно поймать такси или попутку, что я и сделал. Остановил у ближайшего магазина электроники, надо купить новый телефон.

Купить новый аппарат взамен старого – это одно дело, можно все данные туда перенести. А вместо утраченного – совсем другая картина, но ситуация не безвыходная. Одно успокаивает – на телефоне, который у меня забрали, стоит хорошая защита. Вряд ли они будут искать крутого специалиста, чтобы его взломать. Я на это надеюсь. Впрочем, с них станется, тот упырь ведь надеялся что-то найти в моей переписке с отцом, которой насколько вы понимаете не существовало и в помине.

Войдя в свою комнату в общаге, я наконец-то почувствовал себя в безопасности. И это чувство я смогу испытывать только на территории академии. Это что же получается, теперь мне сидеть взаперти, пока они не найдут способ достать меня и здесь? Да ну на фиг! Я не для этого в новый мир пришёл, чтобы трусливо сидеть в углу и ждать свою участь. Раз мне дана новая жизнь, я буду крутить Землю в ту сторону, в какую мне надо.

Душу грела одна мысль, теперь эти чудо клинки из тяжелого сплава скоро будут моими. Денег хватит на несколько комплектов. Только с покупкой придётся немного подождать, но это уже не страшно. А пока для моих нужд хватит и тех, что я купил совсем недавно, они неплохо себя зарекомендовали.

Утром после построения отозвал Антона, Андрея и Катю в сторону для разговора и посвятил в детали вчерашних приключений, кроме последних событий, естественно. Они долго молчали, а я не мешал им переваривать.

– И что ты дальше собираешься делать? – спросил Антон. – Если они так хотят тебя достать, уж не знаю почему, то всё равно рано или поздно достанут.

– Именно поэтому я хочу их достать первым, пока они не сделали это. – ответил я. – Для начала я хочу поднять ступень. Вы можете поехать со мной, но если не хотите, я не настаиваю.

– А учёба? – спросил Антон, окислившись в лице.

– Только начало учебного года, наверстаем. Но, я повторяю, вас заставлять не буду.

– Да не надо никого заставлять, – отмахнулся Андрей. – Мы сами поедем. Ты только скажи, когда и куда.

– В Сибирь, в Раздольное.

– Ага, кто нас там ждёт? – спросила Кэт, было видно, что она сомневается.

– Никто не ждет, но, чтобы ждали, сначала заедем на базу в Костино, они смогут организовать, я уже договорился. Так что через час выезжаем. Все едут?

Андрей и Кэт уверенно кивнули, Антон немного подумал и тоже подтвердил.

Через час все уже сидели в “Долгоруком”, и я поехал в сторону Мытищ, а там и до базы недалеко. Сначала все молчали, думали каждый о своём, а может и о том, что произошло со мной вчера. Кэт не выдержала первой.

– Вот если бы ты не бегал от меня вчера, пошли бы в ресторан с моей семьёй и было бы всё нормально.

– Может быть, – недовольно буркнул я, не желая продолжать этот разговор.

Возможно я повёл себя глупо и знакомство с её родителями ни к чему не обязывает, но, как говорится, я так вижу. У нас с родителями просто так не знакомят. Кэт надулась, отвернулась от меня и смотрела в окно.

– Кать, вряд ли это в корне изменило бы ситуацию, – решил разрядить обстановку Андрей. – Если бы его не сцапали вчера, сделали бы это чуть позже, результат мог и хуже в итоге оказаться. Мне кажется, что они это вчера сделали спонтанно, а не по холодному расчёту. Увидели его на выставке и решили действовать.

– Думаешь? – спросила Кэт, ещё не решив, продолжать дуться или пора заканчивать.

– Уверен. Если бы у них был конкретный план, ему бы спуску не дали и скорее всего всё закончилось бы гораздо быстрее, не пришлось бы его мариновать в винном погребе. Паш, ты хоть запомнил, где находится это имение?

– Конечно. Когда до общаги добрался, надыбал информацию. Дом находится на Приозёрной улице, район Черкизово, Петербургское шоссе.

– Ого, район элитной застройки, – Андрей вздохнул. – И ты уже знаешь, кому принадлежит?

– Ага, – ответил я.

– Ну не тяни же кота за бубенцы! – Кэт уже перестала дуться и требовательно смотрела на меня.