Измена. Я тебе отомщу, Савельев

Глава 1

Закатное солнце заливало окрестности мягким золотистым светом, придавая всему вокруг особенную магию. Я с облегчением свернула на знакомую грунтовую дорогу, ведущую к дому родителей. Здесь, среди высоких сосен и тихого шелеста листьев, я надеялась найти покой после напряженных рабочих недель.

Подъезжая к дому, я заметила машину мужа, припаркованную под раскидистой яблоней. Улыбка озарила мое лицо. "Он решил сделать мне сюрприз", – подумала я с радостью. Но что-то внутри меня напряглось. Из открытых окон дома доносились приглушенные звуки – тихие стоны и вздохи, перемежающиеся с легким смехом.

Сердце забилось быстрее. Стараясь не издавать ни звука, я тихо вышла из машины и направилась к дому. Каждый шаг давался с трудом, словно ноги налились свинцом. Звуки становились все отчетливее. Я различила голос мужа, его низкий, страстный шепот, и женский голос, полный нежности и страсти.

Подойдя к приоткрытой двери гостиной, я заглянула внутрь, прячась за занавеской. Комната была наполнена теплым полумраком, создавая атмосферу интимности и уюта. На пушистом ковре перед камином они лежали вместе. Мой муж нежно касался ее лица, проводя пальцами по контуру ее щек и губ. Она смотрела на него с обожанием, ее глаза сияли в отблесках пламени.

Он склонился к ней, их губы слились в глубоком поцелуе. Его руки скользнули по ее шее, опускаясь к плечам, осторожно снимая тонкие бретельки ее платья. Она выгнулась навстречу его прикосновениям, тихий стон сорвался с ее губ. Их тела двигались в гармонии, словно в танце, наполненном страстью и нежностью. Мой муж с таким вожделением занимался с ней сексом… Не помню когда-либо, чтобы между нами была такая же страсть и мне от этой мысли стало совсем паршиво.

Она провела пальцами по его волосам, притягивая ближе, их дыхание смешалось. Теплота их близости наполняла комнату, создавая ощущение полного единения. Он шептал ей что-то на ухо, и она улыбалась, закрывая глаза от удовольствия. Их движения становились все более плавными и глубокими, отражая взаимное желание.

Я стояла, не в силах отвести взгляд, словно парализованная. Каждое их действие, каждый вздох пронзали меня острой болью. Это был мой муж, человек, с которым я разделяла жизнь, и теперь он отдавал свою любовь другой женщине прямо здесь, в доме моего детства.

Слёзы подступили к глазам, затуманивая зрение. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Внутри все сжималось от боли и предательства. Не в силах больше наблюдать, я тихо отступила от двери и направилась обратно к машине.

Руки дрожали так сильно, что я едва смогла открыть дверцу. Сев за руль, я пыталась успокоиться, но эмоции захлестывали меня волной. Я смотрела прямо перед собой, не видя ничего, кроме образа их вместе – счастливых и влюбленных.

"Почему? Как он мог?" – мысли кружились в голове, не давая покоя. Я чувствовала себя опустошенной, преданной, словно часть меня была вырвана и разбита на кусочки.

Слёзы наконец прорвались, катясь по щекам горячими дорожками. Я обхватила руль, пытаясь собраться. Нужно было что-то решить, но я не знала, что делать дальше.

Взглянув в сторону дома, я увидела, как они вышли на веранду, он – абсолютно голый, девушка ради приличия накинула халат. Мой халат! Он обнимал ее за талию, она смеясь смотрела на него, ее глаза светились счастьем. Они казались идеальной парой, и это зрелище причиняло мне невыносимую боль.

Я завела машину и, не оглядываясь, поехала прочь. Дорога передо мной расплывалась от слёз, но я продолжала ехать, стараясь уйти как можно дальше от этого места, от этой боли.

Ночь постепенно окутывала все вокруг. Вернулась на работу и попросила охранника оставить мне ключи.

– Но Татьяна Валерьевна, не положено, – сказал он. – Не могу.

– Обещаю ничего не ломать и не красть. Много работы, надо закончить, – объяснила я.

И старик сжалился. Отдал мне ключи от офиса, я быстро открыла дверь, сняла с сигнализации, закрыла главную дверь, чтобы никто раньше времени не зашел и побежала в свой кабинет.

Позвонила своей маме, чтобы узнать почему их не было на даче, она быстро подняла трубку и обеспокоенно спросила:

– Танечка, что случилось?

– Да так, ничего, – спокойно сказала я. – Просто хотел узнать где вы с папой.

– Так Вова позвонил, сказал, что хочет устроить тебе романтический вечер на веранде, – ответила она. – Ой! Ты еще на работе? Вот блин, весь его сюрприз испортила, сказав тебе.

Если бы она знала какой сюрприз сделал этот говнюк, еще и на их даче, на ее любимом диване…

– Он устроил сюрприз, всё хорошо, – пришлось соврать, чтобы она не беспокоилась.

Зря я так быстро убежала оттуда, надо было ему устроить физическое замечание.

– Видишь какой он у тебя романтик. Повезло с мужем! Не то что твой папа и цветочки не додумается подарить.

– Ладно, мам, пойду я дальше ужин доедать, который Вова наварил, – ответила я и сбросила.

Не ожидала я от мужа такой подставы. Больше всего выводило из колеи то, что он это делал на даче моих родителей. Соврал, что хочет сделать мне сюрприз. Просто непризнанный гений!

Благо, что я сейчас на любимой работе. Кабинет – это мой личный оазис в океане офисной суеты. Пройдя через бесконечные ряды однотипных столов и мониторов, вы попадаете в мое царство. На двери висит табличка, поднимающая всем настроение: "Красавчикам вход разрешен".

Стены кабинета окрашены в нежный мятный цвет, который, как мне кажется, успокаивает нервы после общения с особо "одаренными" клиентами. На полках разместилась моя коллекция кактусов – они неприхотливы, как и я по утрам после кофе. Кстати, о кофе! У меня есть собственная кофемашина, которая варит такой капучино, что бариста из соседнего кафе плачут от зависти.

Я решила побаловать себя и сделать шикарный латте. Процесс приготовления кофе всегда успокаивал меня. Я взбила молоко до идеальной пены, добавила щепотку корицы – маленький секретный ингредиент, который придает напитку особенный вкус.

Пока кофе готовился, я заглянула в холодильник. На полке лежали бутерброды с рыбкой, аккуратно завернутые в пленку.

"Что ж, вечер не так уж и плох", – подумала я, разворачивая бутерброд.

Глава 2

Глубокая ночь укрыла город, и только мерцающие огни уличных фонарей проникали сквозь жалюзи моего кабинета. Я не заметила, как усталость взяла верх, и, уютно устроившись в своем большом мягком кресле, задремала прямо на рабочем месте.

Резкий стук в дверь и настойчивый голос охранника вывели меня из сна:

– Татьяна Валерьевна, все ждут, пока вы откроете!

Я резко проснулась, буквально спрыгнув с кресла. В этот момент тарелка, которая лежала у меня на коленях, с грохотом упала на пол, разбившись на множество осколков. Я едва не опрокинула журнальный столик, пытаясь сохранить равновесие.

– Черт! – прошептала я, пытаясь собраться.

Сердце колотилось от неожиданности, а в голове еще царил туман сна. Не теряя ни секунды, я схватила пиджак, накинула его на плечи и поспешила к входной двери.

Открыв офис, я увидела группу сотрудников, собравшихся в коридоре. Среди них был Николай, мой коллега, с вечной улыбкой на лице.

– Вот что значит любовь к работе, – пошутил он, подмигнув мне, – и днем и ночью Татьяна здесь.

Я почувствовала, как щеки заливает краска смущения. Попыталась выдавить улыбку:

– Да уж, иногда работа затягивает, – ответила я, стараясь придать голосу бодрость.

Сотрудники начали расходиться по своим местам, а я вернулась в кабинет, пытаясь привести мысли в порядок. На полу все еще лежали осколки тарелки и остатки бутерброда. Вздохнув, я подняла их и выбросила в корзину.

"После всего случившегося я совсем потеряла счет времени", – подумала я, опускаясь в кресло.

– Нужно собраться, – сказала я себе вслух.

Я включила компьютер и открыла список задач на день. Бесконечные отчеты, письма, встречи – все это сейчас казалось спасительным островком нормальности в океане хаоса.

Дверь кабинета приоткрылась, и в проеме снова появился Николай.

– Таня, у нас через полчаса совещание. Ты готова?

– Да, конечно. Спасибо, что напомнил, – кивнула я, пытаясь выглядеть уверенно.

Он задержался на мгновение, внимательно посмотрев на меня:

– Если что-то случилось, ты можешь поговорить со мной.

– Все в порядке, правда, – ответила я, избежав его взгляда.

Он кивнул и вышел, оставив меня наедине с мыслями.

"Может быть, стоит принять его предложение?" – мелькнуло у меня в голове. Но сейчас я не была готова обсуждать свои проблемы.

Я поднялась и подошла к окну. Утренний город просыпался, солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в нежные розовые оттенки.

Открыв ежедневник, я начала составлять план. Не только рабочий, но и план того, как справиться с ситуацией в личной жизни. Ну, Сваельев, держись! Я это просто так не оставлю и выбью всё!

Нужно действовать красиво и продуманно. Не буду показывать, что знаю о его ночном кутеже на моем любимом диване. Девушка там так стонала, будто он половой гигант! Знаю я, что там, Ванька давно уже еле встань-ка!

В коридоре меня снова догнал Николай.

– Таня, я тут подумал, может, после работы выпьем кофе? Просто поболтаем.

Я на секунду задумалась.

– Звучит неплохо. Давай, – ответила я с легкой улыбкой.

– Отлично! Тогда увидимся после работы, – обрадовался он.

Мы вместе вошли в конференц-зал, где уже собрались остальные сотрудники. Я заняла свое место во главе стола, готовясь провести совещание.

– Доброе утро всем, – начала я, чувствуя, как уверенность возвращается ко мне. – У нас много дел, так что давайте приступим.

Слова лились сами собой, и я погрузилась в работу, позволяя себе на время забыть о личных переживаниях.

После окончания совещания сотрудники постепенно разошлись по своим делам. Я собрала свои бумаги и уже собиралась вернуться в кабинет, когда заметила, что Людочка, наша ассистент-дизайнер, задержалась и пристально смотрит на меня, скрестив руки на груди.

– Татьяна, можно тебя на минутку? – спросила она.

– Конечно, Люда, что-то случилось? – ответила я, стараясь выглядеть как можно невозмутимее.

Она подошла ближе, прищурившись и слегка наклонив голову:

– Это я у тебя хотела спросить, что случилось? Ты какая-то… не такая сегодня.

Я усмехнулась и попыталась отмахнуться:

– Да все в порядке! С чего ты взяла? Я здорова как бык, полна сил и энергии!

Людочка подняла бровь:

– Ага, конечно. Только вот обычно люди, у которых все хорошо, не ночуют на работе. Разве что ты настолько любишь свою работу, что решила с ней пожениться?

– Люда, да ладно тебе! – возмутилась я, усмехаясь. – Просто задремала. Работа, кофе, ночь… Сама знаешь, как бывает.

Она окинула меня взглядом, который бы сказал больше слов.

– О да, конечно, – поддела она меня. – Просто "задремала". Кофе, бутерброды и пару часов сна сидя в офисном кресле… С таким графиком ты скоро поставишь кровать прямо здесь. Что, правда, хорошая идея, экономия на аренде.

– Люда! – я уже почти хохотала. – Да я просто переработала, ничего страшного.

Она с невинной улыбкой посмотрела на меня и, разворачиваясь к выходу, бросила:

– Но если что, Таня, я за тебя здесь ночевать не буду. У меня, знаешь ли, дом есть. И кровать!

Я закатила глаза. Не ожидала, что это произведет такой фурор в офисе. В зале для конференций опустело, я осталась снова в одиночестве.

И тут меня словно молнией пронзило – Жерар! Бедный попугайчик! В суете и круговороте последних событий я совершенно забыла про него. Он остался один в квартире, некормленый и непоеный. Честно говоря, Жерар был настоящим тираном в нашем доме: он громко требовал внимания и мог бы соревноваться с любым начальником в умении командовать.

"Чёрт! – пробормотала я себе под нос, хватаясь за голову. – Он же, наверно, уже замышляет мятеж!"

Но забрать его в офис – это, конечно, была совершенно нереальная идея. Владелец нашего небоскреба, человек с таким же чувством юмора, как у кирпича, категорически запрещал любых животных в помещениях. Один раз Людочка как-то привела своего хомяка – его спрятали в коробке от принтера, но тот сбежал и навел шорох в бухгалтерии. С тех пор с животными в офисе было строго – приводить их нельзя, даже маленьких.

А представить, что Жерар, с его упрямым нравом, окажется тут… Он бы, наверное, успел бы передразнить всех коллег к обеду, и заодно меня опозорить перед начальством.

Нет, Жерара в офис тащить нельзя. Но что же делать? Я представила, как он, сидя в клетке, недовольно топает лапками по прутьям, громко возмущается и кричит на весь дом. Еще немного – и устроит скандал.

После работы мне пришлось срочно поехать домой – Жерар, мой попугай, вероятно, уже был на грани организовать революцию в клетке. Я быстро свернула на свою улицу, поднимаясь на этаж и в мыслях уже представляя, как буду умолять его о прощении за то, что оставила голодным.

Но когда я вошла в квартиру, меня ждало нечто неожиданное. Жерар был накормлен, совершенно доволен жизнью, мелодично посвистывал и даже не собирался устраивать мне привычный концерт по поводу голодовки. Но вот кто был явно не в духе – это мой муж.

Он сидел на диване с ноутбуком, и по его выражению лица было понятно: он был крайне недоволен.

– Где ты была? – резко спросил он, не поднимая глаз от экрана ноутбука.

Сделала паузу, быстро обдумывая, как же его раздражение могло возникнуть на этот раз, и сдержанно ответила:

– На работе.

Он хлопнул крышкой ноутбука и, наконец, посмотрел на меня:

– Давай честно. Где ты была?

В голове у меня мгновенно пронеслось: "Вот сволочь! Сам трахается с кем попало, а теперь от меня требует честности и конкретики! И еще ревнует!" Но я сохранила внешнее спокойствие и, не дрогнув, ответила:

– Я была на работе, и весь офис может это подтвердить. Хоть звони, хоть приезжай и опрашивай всех.

Он раздраженно вздохнул, будто и не сомневался, что я найду, как выкрутиться.

– А ты? Где был ты? – спросила я, невинно приподняв брови.

Он ненадолго замялся, но быстро выдал:

– Я… я поехал на дачу к твоим родителям. Твой отец попросил выбросить старые вещи и строительный мусор. Ну, ты знаешь, тесть всегда просит помочь с этими мелочами.

Чуть не рассмеялась вслух от абсурдности этой выдумки. Отец вряд ли бы когда-либо попросил его о такой помощи, особенно без предварительных уговоров и без меня в курсе дела. Но я не подала вида. Пусть врет дальше.

– Какой заботливый ты у меня, – сказала я с легкой улыбкой, – спасибо, конечно. Надеюсь, мусор весь выбросил?

– Конечно, – буркнул он, чувствуя, что его оправдания не производят должного эффекта.

Я стояла, смотрела на него и внутри кипела. От этого лицемерия у меня сжалось все внутри.

И тут, как по волшебству, из угла комнаты раздался знакомый голос Жерара:

– Раздевайся! Раздева-а-а-а-а-йся!

Я застыла, буквально не веря своим ушам. Этот голос, эти слова… явно не были случайностью. Я перевела взгляд на мужа, который мгновенно напрягся. Он сидел с закрытым ноутбуком на коленях и смотрел на меня так, будто его только что поймали на горячем.

– О чем это он? – спросила я, стараясь удержать голос спокойным, хотя внутри все клокотало.

Муж отвел взгляд, будто пытался найти правдоподобное объяснение. Он нервно выдохнул и бросил:

– Да откуда я знаю? Попугай бред несет, как обычно. Может, телевизор смотрел или соседей подслушал. Ты же знаешь, он бывает странным.

Но я уже не могла не обратить внимания на его напряженный вид. Жерар продолжал сидеть на жердочке, довольный своей фразой, словно подбрасывая дровишек в огонь.

– Серьезно? Телевизор? – протянула я с прищуром.

Вова мгновенно перевел тему, явно пытаясь уйти от неудобного разговора:

– Надеюсь, что сегодня ты будешь ночевать дома, – сказал он с таким тоном, будто это было ключевым вопросом вечера.

Я на секунду прищурилась, ощутив, как он пытается вывернуться из ситуации.

– Почему ты так зациклился на моем отсутствии, Вова? – ответила я с легким намеком на сарказм. – Ты сам-то, случаем, не хочешь объяснить, кто тебя так вдохновил научить Жерара фразам про "раздевайся"?

Вова быстро отмахнулся, пытаясь уйти от прямого ответа:

– Ну, я ведь всегда один дома, – сказал он, раздраженно вздыхая. – Если Жерар что-то и подхватил, то, наверное, от соседей. Ты же знаешь, у них там вечные вечеринки, кто его разберет, что они болтают.

Скрестила руки на груди, не сводя с него взгляда. Попытка перевести всё на соседей выглядела настолько нелепо, что я чуть не рассмеялась вслух. Один дома, да? – мысленно повторила я.

Я решила, что мне срочно нужно в душ. Вода – лучшее средство, чтобы хоть как-то снять это напряжение, что скопилось за весь день. В ванной комнате я включила теплую воду, наслаждаясь паром, который окутывал меня словно спасительный кокон.

Сняла одежду и потянулась за своим шампунем, но, открыв крышку, вдруг заметила, что бутылка практически пуста. Шампунь, который я совсем недавно покупала, почти закончился. Я замерла, пытаясь вспомнить: я точно покупала этот шампунь буквально на днях, и его было достаточно.

Тревожная мысль мелькнула в голове. Кто мог его использовать? Я посмотрела на бутылочку еще раз, словно она могла дать ответ. Но он был очевиден.

Глава 3

После душа я быстро приняла решение. Внутреннее напряжение не отпускало, и что-то внутри меня требовало действий. Я взяла свою сумочку и начала складывать туда косметику, которой пользовалась каждый день – привычные вещи, без которых я не могла обходиться. Затем достала спортивную сумку и положила туда несколько вещей: пару футболок, леггинсы, кроссовки. Сама не зная, зачем это делаю, тихо вышла в коридор, чтобы спрятать сумки, но тут наткнулась на взгляд Вовы.

Он стоял, опершись на дверной косяк, и смотрел на меня с прищуром:

– Что это ты делаешь?

Я на секунду замерла, потом, не растерявшись, с улыбкой выдала:

– Вообще-то, между прочим, я записалась на спорт. Чтобы тебе, знаешь ли, еще больше нравиться.

Он покивал, скрестив руки на груди, и, с явно снисходительным видом, ответил:

– Да, спорт тебе не помешает.

У меня на лице осталась дежурная улыбка, но внутри все кипело. "Ты, блин, сам выглядишь как обрюзгший старик, а тебе всего 37! Кто бы говорил про спорт!" – мысленно добавила я, едва сдержавшись, чтобы не сказать это вслух.

Решив пойти вабанк, я повернулась к Вове, изобразив на лице самое искреннее выражение, на которое была способна:

– А ты не хочешь присоединиться ко мне? – предложила я с наигранной легкостью. – Тренировки сразу после работы. Два часа интенсивных групповых занятий по зумбе. Говорят, это отличный способ держать себя в форме. Ну как, идешь?

На долю секунды на его лице мелькнуло что-то вроде ужаса, но он быстро взял себя в руки, снова сделав вид, будто все под контролем.

– Зумба? – переспросил он, сдерживая усмешку. – Нет, спасибо. Это не для меня.

Я кивнула, сохранив внешнее спокойствие, но в душе ликовала от того, что хотя бы на мгновение смогла застать его врасплох.

Не удержавшись, чтобы хоть немного отвести душу, я с улыбкой подергала Вову за бок и мягко погладила его пивной живот, который уже начал выдавать последствия его "сидячего" образа жизни.

– Ну как минимум тебе нужно начать следить за питанием, – сказала я с усмешкой, глядя ему прямо в глаза. – А то через пару лет будешь как типичный батя в майке-алкоголичке, с пивом сидеть на диване и с дистанционным пультом от телевизора как продолжение руки.

Он усмехнулся, но было видно, что мои слова его задели, даже если он не хотел это показывать.

– Ладно-ладно, – ответил он, похлопывая себя по животу, будто это была его гордость. – Следить за питанием… Может быть. Но это уж точно без твоей… зумбы.

Я хотела под шумок забрать и гель для душа с остатками шампуня, пока Вова стоял тут и изображал невозмутимость. Но не успела – он ушел в ванную.

Черт!

Секунда замешательства – и в голове мелькнула идея. А что если… Я подошла к его ноутбуку, стоящему на диване, и попыталась открыть его. Естественно, тот был запаролен. Тьфу, не получилось!

"Ну, ничего, на этом я не остановлюсь," – мысленно сказала я себе, откинувшись назад и думая, как бы отомстить с максимальной точностью и иронией. Надо было как-то добраться до его пассии и преподнести ей "приятный сюрприз".

Я уже представляла: написать ей от его имени что-нибудь дерзкое и заманчивое, вроде "Приходи в плаще на голое тело". И указать адрес… психиатрической клиники. Улыбка непроизвольно расползлась по лицу. Да уж, вот это был бы поворот!

"Ладно," – подумала я, глядя на запароленный ноутбук, – "раз у меня нет любовника и некуда ехать ночевать, пусть моим любовником станет работа. Надо чем-то себя занять!" И тут мне в голову пришла отличная идея – приготовить свое коронное блюдо: стейк из лосося в мандариновом соусе. Если уж жизнь складывается так себе, почему бы не порадовать хотя бы себя вкусным ужином? Я знала, что это вызовет у Вовы вопросы, но мне это было даже интересно. Я ведь готовила только для себя… или не только? На кухне я быстро разложила ингредиенты, и вскоре квартира наполнилась ароматами цитрусовых и свежего лосося. Но, конечно, как только я начала аккуратно укладывать стейки на противень, Вова подошел, всматриваясь в мое "творение" с подозрением. – Кому это ты готовишь? Мы что, будем ужинать так поздно? – спросил он, нахмурив брови и явно что-то подозревая. Я, не глядя на него, спокойно ответила: – Нет, это я возьму с собой. Положу в контейнер и съем на работе. Вова посмотрел на противень, в котором было три приличных куска лосося и целый бассейн соуса в контейнере на столе. – На работе? Ты серьезно? Тут порция на троих! Я улыбнулась, не поднимая глаз от готовки. – А что ты хотел? Я всегда голодная. – Ты сильно изменилась за последние несколько лет, – пробурчал он, явно не в восторге от того, что моя голодная "рабочая" версия теперь живет по своим правилам. Я резко посмотрела на него и, не удержавшись, с сарказмом ответила: – Да уж, интересно, почему это… ведь причин никаких, правда? Он замолчал на мгновение, явно чувствуя укол в свой адрес, а я, чтобы разбавить напряжение, добавила с улыбкой: – Ну, может, у меня просто новый метод. Решила "есть за троих", чтобы хоть немного компенсировать отсутствие приключений в личной жизни. Он скривился, явно не поняв моей шутки, а я продолжила готовить, наслаждаясь растерянным видом муженька.

Вова недовольно поджал губы и сказал: – Ты такими дорогими блюдами давишь на наш бюджет. Лосось, мандариновый соус – тебе не кажется, что это немного чересчур? Я усмехнулась, посмотрев на него, и с легким сарказмом ответила: – Кажется, кто-то забыл, кто тут содержит дом и оплачивает наши машины. Вова сразу напрягся и, слегка повысив голос, попытался оправдаться: – У меня тоже зарплата нормальная, чуть ниже твоей, но все-таки! Я не удержалась от язвительного замечания: – Может быть, – ответила я спокойно, – только вот, знаешь, твоя зарплата семейный бюджет почему-то обходит стороной. Он замолк на секунду, осознав, что дальнейшие оправдания будут звучать неубедительно.

Глава 4

Ночевать пришлось в одной кровати с Вовой, хотя мысль о том, что теперь нужно делить постель с ним, вызывала у меня почти физическое отвращение. Лежа в темноте, я мысленно усмехнулась: "Мой муж теперь стал общественным мужчиной, как общий душ в спортзале – кто хочет, тот и пользуется". Эта мысль должна была меня развеселить, но только усилила чувство раздражения.

Ночь прошла беспокойно. Я не могла нормально уснуть, лишь находилась в полудреме, постоянно ворочаясь и слушая его ровное дыхание рядом. Слишком много мыслей и эмоций крутилось в голове, чтобы расслабиться. В какой-то момент я поняла, что единственная причина, по которой я проснулась раньше него, – это потому, что я вообще не спала. Просто пролежала рядом с этим "общественным душем", укутываясь в свою злость и отвращение.

Словно механически, я выбралась из кровати, стараясь не разбудить Вову, и тихо ушла в ванную, чтобы хотя бы немного прийти в себя.

После душа я решила, что сегодня стоит как-то особенно подчеркнуть свой внешний вид. Может, это было следствием всей этой внутренней борьбы, может, просто желание чувствовать себя увереннее, но меня вдруг потянуло на что-то яркое и сексуальное.

Я выбрала строгие брюки, черный боди с глубоким вырезом, который явно подчеркивал грудь, и свободный пиджак, который придавал образу деловой вид. Красная помада добавила яркости и дерзости, а очки придали мне некую интеллектуальную остроту. Глядя на себя в зеркало, я вдруг осознала, что стала случайно открывать свою сексуальность, чего раньше не делала – по крайней мере, так явно.