Под иными небесами

5

Прошло несколько дней. Торваль полностью оправился от раны, вынужденно попробовал местную еду, не отравился, но остался крайне недоволен, и все-таки не торопил меня с возвращением домой. Однако на Земле ему не нравилось, это было очевидно.

Андрей звонил регулярно, вот и сегодня отметился.

– Привет, – сказал он в трубку. – Как дела у твоего приятеля?

– Спасибо, неплохо, – ответила я.

– Как насчёт сходить куда-нибудь? – предложил он. – Тут новое кафе открылось…

– Давай, – согласилась я. – Сегодня вечером?

– Я за тобой зайду, – сказал Андрей и отключился.

Вернувшись в комнату, я открыла шкаф и начала искать что-нибудь более-менее пристойно выглядящее. Хотя золотые монеты, исправно превращающиеся на Земле в бумажные купюры, и позволяли мне жить так, как хочется, ходить по магазинам мне всегда было недосуг. Ладно, не в оперу же Андрей меня поведет? Джинсы и джемпер вполне сойдут.

Торваль молча наблюдал за моими передвижениями.

– Ты куда-то уходишь? – спросил он наконец.

– Да, – ответила я.

– Я пойду с тобой.

– С какой стати? – опешила я.

– Ты – моя единственная возможность вернуться домой, – негромко произнес Торваль. – Я присмотрю, чтобы с тобой ничего не случилось.

После этих слов он замолчал и не отвечал больше ни на какие вопросы. Ясное дело, спорить с ним было бесполезно, так что мне пришлось пройтись по магазинам и купить для Торваля кое-какую одежду.

Когда пришел Андрей, мы были в полной боевой готовности, и кавалер мой слегка опешил, увидев рядом со мной Торваля.

– Он пойдёт с нами, – поставила я Андрея перед фактом, и тот согласился. А что ему оставалось?

На улице Торваль вел себя так, словно родился в этом городе, во всяком случае, не шарахался от машин и с явным интересом поглядывал на девушек в коротких юбках. Девушки на него тоже заглядывались, на Андрея тоже: они с Торвалем интересно смотрелись рядом – один светловолосый, высокий, стройный и широкоплечий, второй – пониже ростом, крепко сбитый спортивного типа брюнет. И оба по-своему привлекательны.

Видимо, пока меня не было дома, Торваль успел насмотреться по телевизору всякого-разного, и теперь, если и удивлялся, то не слишком явно. Да, мне пришлось открыть ему тайну говорящего ящика, потому что Торваль умел очень выразительно смотреть, а я не могу спать, когда на меня таращатся в упор… Хорошо еще, я ему об интеренете не рассказала.

Вечер выдался тёплым, и мы расположились на веранде, под тентом. Симпатичная молоденькая официантка принесла наш заказ, кокетливо взглянула на Торваля, и, не дождавшись ответной реакции, упорхнула.

Андрей пересказывал мне последние новости и сплетни о наших общих знакомых, я потягивала из высокого стакана апельсиновый сок, а Торваль пристально разглядывал что-то у меня за спиной. Когда его рука, словно невзначай, потянулась к спортивной сумке, в которую мы упаковали его амуницию, я насторожилась.

– В чем дело? – резко спросила я.

Торваль качнул головой, покосившись на Андрея.

– Андрюш, принеси ещё соку, – попросила я.

Андрей вытаращил на меня глаза: Андрюшей я его не называла со школьных лет, – однако отправился за требуемым.

– Так в чем дело? – снова спросила я.

– Достань зеркало, – велел Торваль. Я вынула из сумочки пудреницу и сделала вид, что вынимаю ресницу из глаза. – Смотри… Сзади тебя, двое мужчин… левее… еще левее. Да, они.

– И что? – не выдержала я, присмотревшись.

– Тот, что сидит к нам боком… Сейчас повернется – взгляни на него как следует.

Мужчина за соседним столиком повернулся. Я едва не ахнула – это был тот самый маг, что чуть не положил конец моему существованию! Бывают же совпадения… Однако… это играло на мою версию! Особенно если предположить, что упитанный тип рядом с магом – тот, кто заправляет делами на Земле. Выглядел он соответственно – простая с виду, но явно очень дорогая рубашка, скромные и опять-таки недешевые мокасины, невзрачные часы стоимостью с автомобиль, ухоженное лицо и руки, нарочито небрежная стрижка… Ну и какая-то неуловимая властность в манере держаться. Неподалёку маялись несколько крепко сложенных парней, наверняка телохранители…

– И что нам теперь делать? – спросила я.

– Не знаю. Они нас, похоже, не заметили…

– Маг не ожидает увидеть нас, – сказала я. – Интересно… действует ли его магия здесь?

– Есть только один способ это узнать, – холодно ответил Торваль. – Будь наготове.

Не успела я и глазом моргнуть, как он подхватил свою сумку и лёгким танцующим шагом направился к столику, за которым расслаблялся маг. Едва заметным кивком Торваль приказал мне следовать за ним. Я начала понимать, что он задумал…

Выждав, пока Торваль не окажется за спиной мага, я шагнула вперед.

– Прикурить не найдётся? – поинтересовалась я, глядя магу прямо в глаза. Тот вздрогнул, но моментально взял себя в руки.

– Вот уж не мечтал о такой встрече, – хмыкнул он.

– О чем это вы? – удивленно спросила я. – Я вас впервые вижу! Ну, нет зажигалки так нет, что ж теперь…

– Зажигалка-то найдется, – ответил он и цепко взял меня за запястье. И не боится ведь, паршивец! – Мне просто интересно: неужели ты думаешь, что я тебя не узнаю? Ты в самом деле настолько глупа, что сама идешь ко мне в руки? Ты ведь ничего не можешь сделать, особенно теперь, когда тебя не прикрывает этот аль… Интересно, на что ты рассчитывала, вот так подойдя ко мне?

– На острую сталь, – спокойно сказала я, выдернув руку из его пальцев, и в тот же миг клинок Торваля коснулся горла мага.

– Не вздумай даже шевельнуться, – негромко сказал Торваль второму мужчине, дернувшемуся было позвать на помощь. – Твоя охрана тоже пусть посидит спокойно, иначе твой приятель мигом лишится головы.

Тот обессилено откинулся на стуле, махнув рукой подобравшимся охранникам.

– Ну и чего вы добились? – спросил маг с лёгкой иронией, будто не его горла касалось бритвенной остроты лезвие. – Убьёте меня – вам не дадут уйти живыми. Оставите меня в живых – я не дам вам уйти… Ваши жизни гроша ломаного не стоят!

– Нам терять нечего, – усмехнулась я. – Кроме наших жизней, которые, как ты выразился, гроша ломаного не стоят. А вот тебе есть что терять – целый мир… и не один.

Маг вздрогнул – я угадала.

– Не дергайся! – велела я. – Ни один безголовый ещё не прославился. Торваль, скажи, что хотел…

– Он пытается сложить пальцы в знак Огня, – спокойно сказал Торваль, водя кинжалом по горлу мага, будто примериваясь, как бы сподручнее его побрить.

– Я поостерегусь, – кивнула я.

Поделом мне: не слежу за собеседниками! Уже ведь нарвалась на неприятности точно так же, а ума не нажила!

– Я не это имел в виду.

– А что же?

– Он может колдовать и здесь, – невозмутимо пояснил Торваль.

– Надо же! – улыбнулась я, поняв, к чему он клонит. – Не превратил бы он нас в лягушек… Что-то мне надоело быть человеком!

– Ну нет! – прохрипел маг, который тоже сообразил, к чему идет дело. – Я этого не сделаю!..

Торваль надавил чуть сильнее, и по шее мага поползла тонкая струйка крови, пятная белоснежную рубашку.

– Прекратите! – неожиданно тонко взвизгнул его ухоженный собеседник. – Я… я… Вызовите кто-нибудь полицию! Где служба безопасности?! Что вы себе позволяете?!

– Как наконечники для стрел и мечи штамповать, так тут ты барин, – сощурилась я. – А стоить чуть прижать – и сразу крик на весь город!

– Он нам не опасен, – оборвал Торваль. – Следи за руками этого колдуна.

– Я не сделаю этого! – повторил маг. – Лучше убей меня!

– Обязательно, – пообещал Торваль. – Но у тебя есть выбор – умереть сравнительно безболезненно или… знаешь, альи прекрасно разбираются в ядах. Ты никогда не слышал о яде под названием «мёртвая радуга»? Ну что ж, значит, тебе предстоит испытать его на себе. Интересно! Я ещё никогда не видел его в действии… Дай-ка мой нож, Поднебесная.

Я порылась в сумке и протянула ему требуемое – засапожный нож. У алья и помимо лука со стрелами имелось столько оружия, что на нескольких бойцов хватило бы.

– Нет! – Маг дернулся на стуле. – Прекратите!

– Вот так, чародей… – Торваль пощекотал заложника лезвием ножа. Кинжал он передал мне. – Достаточно одной царапины… а противоядия нет. Так что постарайся. Второй попытки у тебя может не оказаться. Берись за дело, и не вздумай меня дурачить: помни – всего лишь одна царапина, и ты отправишься к праотцам, и умирать будешь медленно и мучительно. И даже лекари этого мира тебя не спасут, потому что понятия не имеют о том, что такое «мертвая радуга». Может быть, они продлят твое жалкое существование на день, а то и на месяц, и даже на год, но все это время тебя будет терзать невыносимая боль, которую не заглушат никакие зелья и снадобья. Даже во сне ты не избавишься от нее, и, гния заживо, будешь умолять своих богов, чтобы они в великом своем милосердии послали тебе быструю смерть…

Я не слыхала прежде, чтобы он говорил так много и складно, но, признаюсь, эта речь впечатлила не только меня.

– Я… я готов… – выдохнул маг.

– Действуй, – велел Торваль. – И без шуток. Мы, знаешь ли, не умеем шутить.

Тут он немного приврал: чувство юмора у альев имелось, да еще какое, только вот объектам их шуточек обычно становилось не до смеха.

Маг прикрыл глаза. На лбу его выступили капли пота. Вытянув руки вперед, он неожиданно звучным голосом произнес несколько слов на неизвестном мне языке, а меня вдруг охватил жар… Нет, не так. Просто то пламя, что бушевало внутри меня, не находя выхода, наконец вырвалось наружу!

Я могла бы сдержаться… но не стала. Люди с криками ужаса шарахнулись в стороны. От ветра, поднятого моими крыльями, разлетелись разноцветные тенты и лёгкие пластиковые столы и стулья. Я подняла голову и выдохнула в мутное вечернее небо длинный язык пламени, и мой торжествующий рев смешался с людскими воплями и гудками автомобилей…

Вой сирен раздался совсем рядом. Летнее кафе окружили люди в масках, с автоматами в руках – наверно, телохранители подали сигнал тревоги, а я об этом и не подумала… Что-то я слишком о многом не думаю!

– Берегись! – крикнул Торваль. Я резко развернулась, закрыв его плечом, и пули срикошетили от моей чешуи.

Я подставила Торвалю лапу, и он одним прыжком очутился у меня на спине. Я взмахнула крыльями, подняв ураган, и через минуту люди превратились в крохотных букашек далеко внизу. А вокруг было небо…

Прикинув направление, я понеслась на северо-восток. Сильно разниться география двух миров не могла, поэтому океан должен был оказаться именно там.

– Надеюсь, ты убрал свою «мёртвую радугу» подальше? – спросила я Торваля, чуть повернув голову. – Оцарапаешь еще ненароком…

– Нет такого яда! Я его выдумал! – крикнул он в ответ и хрипло расхохотался. Ветер относил его слова в сторону.

Впереди заходил на посадку самолёт. Я не отказала себе в удовольствии сравнять наши скорости и несколько минут летела слева от «Боинга». В иллюминаторах виднелись бледные возбуждённые лица, несколько раз сверкнули вспышки фотоаппаратов. Я выдохнула ещё один язык пламени и взмыла вверх.

Только полчаса спустя я сообразила, что Торвалю на такой высоте может быть несколько неуютно. Уже темнело, поэтому я, выбрав в простирающемся внизу лесу прогалину, резко спикировала туда. При своих немалых габаритах я способна приземляться даже на очень ограниченных площадках… хотя, признаюсь, мне пришлось долго тренироваться. Поначалу я сносила макушки деревьев, а то и устраивала настоящий лесоповал, да и сама несколько раз повреждала крылья. Хорошо еще, перепонки не порвала, они все-таки достаточно прочные, но шрамов у меня осталось преизрядно.

Торваль кубарем скатился с моей спины в траву. Я осторожно дохнула на него горячим воздухом, стараясь не обжечь. Потом свернулась кольцом и положила голову на передние лапы, наблюдая, как он приходит в себя после полёта.

Наконец Торваль взглянул на меня, сел и встряхнул головой – из его волос посыпались травинки и мелкий лесной мусор.

– Не лучше ли нам вернуться? – спросил он. – Я имею в виду…

– Я поняла, – усмехнулась я. – Думаю, не стоит. На Земле эти места практически безлюдны, а там нам придется лететь над человеческими поселениями, где много магов. Честно говоря, я предпочитаю скрываться от здешних вооруженных сил, это проще.

– Насколько ты уязвима для здешнего оружия? – спросил Торваль. – Эти летающие штуковины могут тебе что-нибудь сделать? По-моему, та, которую мы видели сегодня, была побольше тебя раза этак в три.

– Это был мирный самолет, – пояснила я, – он просто перевозит пассажиров. Ну, как корабль. Военные – те, что в состоянии за мной угнаться, – намного меньше, но отлично вооружены. Правда, если мне придется ввязаться в бой с парой боевых вертолетов, я бы поставила на себя, но вот с истребителями уже сложнее – они быстрее, хотя я маневреннее… Но, конечно, если они применят ракеты с ядерными боеголовками…

– Какое место у тебя наиболее уязвимо? – продолжал допытываться Торваль, пропустив мимо ушей незнакомые термины. Хотя почему незнакомые, может, он по телевизору такое видел и слышал!

– А зачем тебе знать?

– Ты мне не доверяешь?

– А почему я должна тебе доверять?

– Мы обязаны друг другу жизнями.

– Хороший аргумент, – кивнула я. – Ладно. Меня сложно достать. Ну, задняя часть интереса не представляет. А спереди… Чешую можно пробить вот здесь, под передней лапой, и здесь, под подбородком. Но я редко задираю голову. В любом случае это будет не смертельная рана.

– Если тебе воткнут копьё под переднюю лапу, могут достать сердце, – заметил Торваль.

Я отрицательно качнула головой.

– У меня сердце смещено. Оно здесь, – я коснулась середины груди, – за грудной костью, а её и пулей не пробьешь, разве что ракетой. Но от ракеты я, пожалуй, успею увернуться.

Я умолчала о том, что вообще-то у меня не одно сердце. Стоит иметь в запасе хоть что-нибудь.

– Ты забыла о ядах, – сказал Торваль. – Я ведь говорил – порой хватит и одной царапины…

– Верно, – нехотя согласилась я. – Придется поостеречься… Знаешь, я, пожалуй, превращусь обратно. Мало ли что…

– Сперва разожги костёр, – сказал Торваль и невольно поежился. Видимо, после путешествия на моей раскаленной спине ему сделалось зябко.

6

Хотя стояла середина лета, ночью было холодно – такое в этих краях не редкость. Поскольку у костра можно греться только одним боком, а теплой одежды у нас при себе не было – рассчитывали ведь просто посидеть в кафе, а не скитаться по лесам! – то ночевать было неуютно, во всяком случае, Торвалю. Мне что – меня грел собственный огонь, так что ветровку я готова была одолжить спутнику, но передумала: он привык ночевать под открытым небом, уж не окоченеет. А я хоть под голову эту тряпочку положу…

Торваль разбудил меня на рассвете и, не сказав ни слова, зажал мне рот. Я покрутила пальцем у виска и вопросительно посмотрела на него. Торваль кивнул куда-то в сторону поселка, над которым мы вчера пролетали. Я прислушалась. Кто-то осторожно шёл через лес, стараясь не шуметь. Конечно, до любого алья им было далеко, он расслышал шаги, должно быть, от самого их жилища. Мог бы и пораньше меня разбудить, к слову, давно бы уже улетели!

Торваль показал мне три пальца – ясно, к нам приближались трое. У меня не настолько хороший слух: определить, что в лесу кто-то есть, я могу, но пересчитать их и определить по характеру шагов, кто высок, кто низок, кто опытный лесовик, а кто приехал на прогулку из города, увы, не могу.

– Делай вид, что мы просто заночевали в лесу, – сказала я одними губами. – И не лезь на рожон. Кто разберет, что это за люди такие, может, грибники, а может, нет…

Торваль отошёл к костру. Я тоже придвинулась поближе к огню, насвистывая, чтобы нас легче было найти.

Ждать пришлось недолго. Минут через пятнадцать из-за кустов на опушке появились трое. Выглядели они обыкновенными мужиками из глубинки, решившими поохотиться – каждый держал ружьё наперевес.

– Привет! – сказала я. – Вы откуда?

Мужики немного опешили.

– Вы кто такие? – спросил один из них, заросший трёхдневной щетиной, и поудобнее перехватил ружье.

– Туристы, – ответила я.

– Туристы, говоришь… – протянул второй, озираясь. – А вещички ваши где? Палатка там, рюкзаки…

Я мысленно выругалась: придумала тоже, сразу ведь ясно, что я человек сугубо городской! Да и по Торвалю сейчас не скажешь, что он именно что лесной житель и свои родные чащобы исходил вдоль и поперек.

– Мы от своих отбились, – сообщила я. – Может, сегодня нагоним.

– Ага… – сказал третий, до сих пор молчавший. – Туристка… в городских ботиночках!

– Слушайте, а что вам от нас надо? – серьезно спросила я. – Мы вроде ничего дурного не сделали! Какое вам дело, чем мы тут занимаемся? Может, мы извращенцы-экстремалы, нравится нам по ночам в лесу мерзнуть! А может, на спор решили тут переночевать. Вам-то что? Скажите еще, мы вам дичь распугали… Кстати, не сезон еще.

– Действительно, – буркнул первый мужик. – Вить, чего ты к ним пристал? Мы не их ищем!

– А кого? – сразу заинтересовалась я. – Заключенные какие-нибудь сбежали? Вам для этого ружья, да? Ох, хорошо, что сказали, а то так нарвались бы мы на них…

– Да нет, какие зэки, – отмахнулся бородатый. – Колоний-то поблизости нет, а и были б – им сюда бежать резона нет, глухомань. Ну разве что отсидеться… Мы за другим пошли: вчера по телевизору сказали, что в городе чудовище появилось. Спалило ресторан, а потом пыталось самолёт сбить!

– Вы что, в это верите? – искренне рассмеялась я. – Ерунда какая!

– Не поверили бы, – сказал третий, тот, который не нравился мне больше других, – если бы своими глазами не видели. Вчера оно над нашим поселком пролетало. Приземлилось где-то здесь, в лесу…

– Большое чудовище-то? – подал голос Торваль.

Первый мужик оглянулся.

– Ну, на эту полянку только-только влезет, – сказал он. – А может, и не влезет…

– И вы на него с винтовками? Или это дробовики? Простите, я в оружии не разбираюсь, – повинилась я.

– Обрез это, – мрачно сказал бородатый. Очевидно, ему затея товарищей тоже не нравилась, вдобавок, если я ничего не путаю, обрезы запрещены, и попадись эта охотничья партия бдительному лесничему или там участковому, не миновать им неприятностей.

– Как же оно тогда в лесу село, такое большое? – поинтересовался Торваль. – Носом в землю? Или крылья сложило – и камнем вниз?

– А ты откуда знаешь, что у него крылья были? – насторожился неприятный мужик, которого звали Витькой.

– Если что-то летает, значит, у него есть крылья, – спокойно сказал Торваль.

– Вертолет тоже летает, – скривился первый. – Однако ж у него не крылья, а винт…

– Ага, а над поселком Карлсон-переросток пролетал, – не удержалась я. – Не иначе, малинник учуял! А что: летает, без крыльев, но с винтом, как вам и нужно. Вы не его, часом, ищете?

Бородатый мрачно засопел, явно признавая, что аргументы их, мягко говоря, бредовы.

– Не нравятся они мне, – буркнул Витька, почесав в затылке. – Откуда они тут взялись?

– Действительно, – поддакнул второй. – Пошли-ка, ребята, с нами…

– Куда это? – фыркнула я.

– В полицию, – пояснил Витька. – Петька верно говорит. Там разберемся, кто вы такие и откуда.

Торваль метнул в меня вопросительный взгляд. Я покачала головой – в конце концов, не превращаться же мне на глазах у публики!

Петька, щеголявший расплющенным носом, подошёл ко мне и подтолкнул стволом в спину.

– Двигай, красотка!

– Ты не очень-то, парень… – сказала я. Внутри вскипала ярость. – Как бы ручонки не обжечь…

Витька приблизился ко мне спереди и уставился мне в лицо. Потом резко распахнул на мне ветровку. Я так удивилась, что даже не подумала сразу дать ему по рукам. Да и опрометчиво это, когда в спину тебе тычут ружьем. Интересно, кстати, почему мне, а не Торвалю – он все-таки мужчина, и мужчина не хлипкий…

– А ничего тёлка, – сказал Витька, почесав за ухом. – Ну-ка…

– Убери от неё руки, – негромко произнес Торваль.

– Мужики, врежьте-ка ему, – лениво велел тот. – Чтоб не отвлекал…

Торваль дернулся в сторону, но Петька выстрелил ему под ноги. Я достаточно рассказала Торвалю об огнестрельном оружии, чтобы он не стал кидаться грудью на обрез. Первый мужик, имени которого я так и не узнала, попытался было ударить Торваля прикладом в лицо, но недооценил противника – альи намного быстрее людей, поэтому головы Торваля не оказалось там, куда метил незадачливый боец. Его вообще нигде не было… ну, так думали эти трое, пока аль не возник позади Петьки, от всей души двинув его по шее. Надеюсь, не убил…

– Ладно, хватит развлечений, – мрачно сказала я, когда остальные заклацали затворами.

Миг – и Витька обнаружил, что обнимает не стройную девичью талию, а мощную когтистую лапу. Этой самой лапой я зашвырнула его в кусты. Безымянный мужик успел выпалить, но пули отскочили от моей чешуи, а перезарядить ружье он уже не успел: удар кончиком хвоста – и он отлетел в сторону. Кажется, полёт он завершил в ветвях столетней сосны.

– Цел? – спросила я Торваля. В этом облике говорить тихо мне трудно, поэтому в лесу отозвалось эхо.

Торваль молча кивнул. А впрочем, что ему сделается? Ударить его никто не успел, швы бы вот только не разошлись…

Наклонив голову, я принюхалась – нет, кровью не пахло, значит, обошлось. Я подставила Торвалю лапу, и через минуту полянка осталась далеко внизу. Любопытно знать, что будут рассказывать эти горе-охотники? И будут ли? Скорее уж, решат, что пали жертвой зеленого змия (хотя я черная)… А даже если расскажут, кто им поверит? По телевидению репортаж о чудовище наверняка прошел по разряду очередной «утки» – частенько ведь люди то инопланетян видят, то снежного человека, то Лох-Несское чудовище (хотя оно, кажется, уже вышло из моды), то призраков… Чем я хуже? Ну а если эти трое начнут болтать, так прослывут врунами и выдумщиками, доказательств у них все едино нет. Разве что мои следы на земле, ну так после первого же дождя они исчезнут. Да и их можно объявить фальсификацией…

Успокоив себя таким образом, я довольно фыркнула и прибавила ходу.

Мы по-прежнему летели к океану, и уже утром следующего дня впереди заблестели серо-синие волны. Я могла бы добраться и быстрее, но мешал сильный встречный ветер. Впрочем, оно и к лучшему: явно надвигался шторм, значит, вылеты из аэропорта если не отменят вовсе, то отменят многие рейсы, а это мне на руку. Лишний раз попадаться на глаза не годилось, и так наследила…

– Мы на месте, – сказала я, делая круг над портом.

– Почти на месте, – ответил Торваль, потягиваясь: долго сидеть в одном положении – это не шутки. Тем более, мой загривок – это не комфортабельное кресло авиалайнера, спина у меня бронированная и довольно-таки жесткая. И ремней безопасности не предусмотрено.