Спасение ледяного дракона

СКАЗКА

СПАСЕНИЕ ЛЕДЯНОГО ДРАКОНА

ГЛАВА 1

ГОРОД В ТАЙГЕ

Тайга не успокаивалась уже целую неделю. Метелица, не прерываясь, пела свои колыбельные песни, но это нравилось только младенцам, а вот ребятам лет десяти и старше совершенно не нравилось.

Город находился в тайге. По меркам Севера, он был довольно большой, с высокими защитными стенами, крепкими воротами. Была в нём и пристань для лодок и кораблей, поскольку справа от города протекала широкая река. Зимой ребята находили себе разные занятия, которые порой были не по душе взрослым. Так, например, очень нравилось залезть на одну из лодок и раскачивать её, пока не треснет лёд и не появится вокруг лодки почти чёрная вода. А потом бежит паромщик с веслом, и ребята со смехом убегают в лес. Пристань большая, чуть не до середины реки, а река и того больше и полностью огибает город. Много кораблей пристаёт, работа идёт с середины мая до середины сентября, а в остальное время река подо льдом стоит. Летом приплывают большие и малые корабли. Происходит обмен товарами, что-то город в обмен берёт да частники себе закупают, а что-то купцы приезжие берут, и так всё лето.

Вообще лето – дело прибыльное, так взрослые говорят да приговаривают: «Что летом потопаешь, то зимой и полопаешь!». С приходом тепла и огород посади, и рожь с овсом вырасти, и сена накоси. Летом на Севере солнцестояние, то есть и ночью светло, как днём, потому и созревает всё гораздо быстрей, да и человек за работой не замечает, что время-то уже позднее. Вот и посылают в поля за мужиками детей, чтоб те шли уже отдыхать.

Ещё здорово играть на стене, прячась в её сторожевых башнях. Этого делать нельзя, но так весело дразнить стражу. Заставлять её бегать и то и дело падать. Весело по выходным ходить по рынку и наблюдать за торговлей. У каждого матушки пекут дома пирожки или пироги, но на рынке они кажутся гораздо вкусней, и на них расходуются данные ребятам на выходной деньги. Парни постарше задерживаются у прилавков с украшениями, они уже, как это в народе говорят, женихаются, но нашему герою Тиму всего одиннадцать, и ему до этого далеко. Вместо верного друга у него сестра Нея. Они с ней близнецы, но она выше его на полголовы и гораздо умней и ловчей. Она с батюшкой тренируется бросать ножи, топоры, стрелять из лука, скоро и до меча дело дойдёт, а Тим никак мышцы не накачает, срам да и только. Сестра же Тима поддерживает, говорит, что и его срок придёт возмужать, и тогда она его всему научит.

Но Тим умеет управлять упряжкой собак и оленей, может ловить рыбу, а это уже немало. Летом это делать гораздо легче, тебе могут помочь вытащить большую рыбину, например нельму, килограммов на сорок, вот уж удача для семьи: и на засол, чтобы всласть поесть, надолго хватает, да и на уху знатную будет, а иной раз и икры килограмма три, но такая удача – это редкость. Вот зимой – совсем другое дело: во-первых, холодно, да и рыбины в лунку проходят не более двух килограммов, а иногда и вовсе мелочь одна идёт. Рыбу после улова все складывают в подпол, там даже летом на стенах изморозь на стенах и на полу белеет, в этом глубоком и просторном подполье и хранятся продукты про запас, разложенные по разным ящикам да бочкам.

В общем, суеты много, и для детворы полное раздолье. Одно катание на лыжах с гор и на коньках по реке приносит такую радость! А сестра Тиму и говорит, что именно эти занятия помогут ему возмужать, вот Тим изо всех сил и старается. Любит он на одну не очень крутую горку забираться, которая находится неподалёку от их городища. Доберётся до вершины, сразу под ней находится глубокий обрыв, заполненный камнями. В своё время, когда начинали строить городскую стену, здесь добывали камень. Скала очень красивая и обладает удивительным свойством: при заходе солнца она меняет свои цвета, и Тим мог часами любоваться игрой света на её снежном полотне. На невообразимой высоте скалы стояли сосны, венчая белую красавицу зелёной короной. Но вот уже несколько дней Тим был лишён этого удовольствия, и это его угнетало. Он не просто там созерцал, он постоянно мечтал о самых невероятных приключениях. Местный шаман говорил, что такое поведение присуще будущим шаманам. Но такая перспектива Тима совсем не увлекала, ему хотелось жить весьма активно, но не общаясь при этом с духами предков.

Но вот оно настало, прекрасное утро, когда пурга ушла в другие края. Окошки совсем замело, и Тим не смог увидеть, прорыли ли дорожки от дверей к основной дороге, а там уже оленей с большими брёвнами пустят, чтобы можно было всем браться за работу. Тим отправился в кладовую, увидел, как батюшка собирает снасти для рыбалки, и сразу понял, что дверь уже освобождена от снежного завала. Он побежал на кухню и застал там сестру с матушкой, которые жарили пирожки с картошкой. Аромат был потрясающим, и Тим принялся отдавать должное их труду. Сам он в это время лихорадочно думал, как бы незаметно от зоркого взора матушки улизнуть из дому, прихватив с собой всё необходимое, что может пригодиться зимой в тайге.

После завтрака он заглянул в кладовую. Батюшка, по-видимому, уже ушёл, и Тим стал собирать свою котомку. Когда было сложено всё для поджига костра и кое-какие тряпки, он обул сапоги, малицу, подпоясался широким кожаным поясом, засунул за него топор, пару больших ножей и после всех приготовлений позвал сестру. Она уже знала, что если его голос раздаётся из кладовой, то ему необходима корзинка с едой.

Через некоторое время она спустилась и начала причитать:

– Ой, не рано ли ты в путь собрался? Снега-то сколько навалило, а ну как провалишься, где, да и как тебя искать прикажешь? Собаки по снегу не пройдут… Беды ты на нас накликаешь.

– Да всё нормально будет, я на снегоступах пойду к своей красавице. Метель, поди, её всю спеленала, и теперь она вся серебром сияет.

– Чудной ты какой-то, право слово, ну да ладно, может, твои мечтания к чему и приведут. Ступай с Богом.

ГЛАВА 2

СПАСЕНИЕ ДРАКОНА

Тим надел снегоступы, сделал несколько шагов, но это было так медленно и неловко, что он сразу понял: к скале он доберётся только к заходу солнца, поэтому вернулся и взял широкие лыжи, обтянутые оленьим мехом. Они прекрасно скользят по снегу и за счёт меха не едут обратно вниз.

Сестра тут же заметила:

– Ну какая теперь дорога, коли ты вернулся? Ой, не к добру это! Прошу тебя, останься дома! Вот и на душе что-то неясное меня тревожит. Ну подождёт твоя скала денёк. Всё равно никуда не денется.

– Благослови, сестра, вослед, но я своих решений не меняю. Меня так туда тянет, что аж зубы скрипят.

Нея вышла за братом на улицу и перекрестила его вслед, шепча молитву о защите и спасении от всякой нечисти.

Морозный воздух приятно холодил лёгкие, лыжи шли легко по пушистому снегу, и Тим от удовольствия стал напевать песенку. По мере его приближения скала постепенно открывалась перед ним, являя своё величие. А он, словно она может его слышать, всё время повторял: «Я уже близко, мы скоро встретимся!»

В момент прибытия на вершину горы он закричал:

– Я приветствую тебя, великий Север! Я благодарю тебя за все твои прекрасные дары!

Тим зачарованно смотрел на покрытую снегом скалу. Сосны, стоявшие наверху, полностью слились с её массивом и казались пышной шапкой. В то же время он заметил, что левый глаз постоянно ловит посторонний объект, которого не должно быть слева от него. Он развернулся, и перед его взглядом возник огромный сугроб, который никак не мог образоваться от елей. От чего-то сразу бешено забилось сердце. И он подумал: «Вот где может быть та самая загадка, которая не даёт мне покоя уже пару лет!» Он тут же начал осторожно делать подкоп снизу и наблюдать, как ведёт себя уплотнившийся снег. Постепенно Тим проник внутрь, там было большое тёмное пространство.

Решив, что ему всё равно стоит устроить привал, он начал разводить костёр. Большая куча щепок быстро загорелась и поглотила три небольших берёзовых бревна. Когда края брёвен хорошо занялись, Тим взял одно из них, поднял вверх и стал осматриваться. Первое, что он увидел рядом с собой, – это огромную ледяную змею. Сердце его тут же провалилось в пятки, и стало так жарко, что он сбросил малицу. Мысль о побеге он сразу отбросил и стал рассуждать. Если это и змея, то она мертва, тогда и бояться её не стоит. А где уверенность, что это змея? На Севере их нет, тем более таких огромных. Поднимая факел выше, он увидел какие-то большие холмы. Значит, точно не змея. Любопытство захлестнуло Тима до предела, и он стал при помощи топора, вонзая его в лёд, лезть на эти возвышенности. Когда он достиг своей цели, то увидел вверху продолговатую морду с шипами на голове, а за спиной – раскрытые крылья белого дракона. Чувства и мысли обгоняли одна другую.

Он поднёс факел поближе к морде и тихо проговорил:

– Я грезил о тебе с детства, ты была моей самой заветной мечтой, а теперь я нашёл тебя мёртвой? Нет, этого не может быть! Просто не может, и всё!

Рискуя скатиться между ног дракона, Тим потянулся к груди и приложил к ней ухо. Было совершенно тихо, слёзы боли и досады потекли из его глаз, но вдруг он чётко услышал удар, а через секунд тридцать – ещё один. От радости он быстро скатился вниз, надел малицу, схватил топор и побежал за дровами. Задача эта была не из лёгких: всё замело, и подобраться к ели, чтобы обрубить её нижние сухие ветви, значило обрушить почти весь снег на себя, а потом очень долго из него выбираться, но такова участь путешественников по зимнему Северу. Тим вспомнил, что недалеко находится совсем засохшая ель и он не раз собирался её порубить на дрова для дома, но каждый раз что-то его останавливало. Теперь же это было спасением для него и замёрзшего дракона. Он подошёл к ней, стряхнул снег и, попросив прощения, начал обрубать ветви. Через час у него было достаточно хвороста, чтобы раза три прожечь костёр.

Войдя в случайно образованное иглу, он заметил, что костёр едва тлеет. Тим подбросил ветвей, и костёр весело затрещал и хорошо осветил помещение. В нём было гораздо теплее, это видно было по тому, что лёд начал таять и маленькие капельки начали стекать вниз, образуя под драконом лужу. Тим быстро прорыл канаву наружу, чтобы вода не разливалась вокруг.

Прошло часа три. Тим не жалел хвороста, поскольку на сухой ели его было ещё в достатке. Он осветил тело дракона, оно освободилось ото льда до половины в верхней части, да и на ногах уже была хрупкая корка. Тиму опять захотелось посмотреть на морду дракона, да и осушить слегка его кожу, чтобы ему было не так холодно. Теперь он уже не мог вонзать топор, ибо лёд был совсем тонким. Пришло решение снять обувь и носки и лезть босиком. Ничто так крепко не цепляется за любую неровность, как пальцы ног и рук, а он уж был мастаком по этому делу.

Собираясь лезть, он выбрал самый длинный и довольно тонкий факел, чтобы держать его в зубах. Второй подъём занял гораздо меньше времени. Достав из кармана тряпицы, которые он так предупредительно захватил, он постелил их на колено дракона и стал просушивать факелом его кожу. Без торчащего во все стороны льда дракон был гораздо симпатичней, даже красивей. Морда была такой утончённой, глаза огромные, враскос. Пока Тим любовался своей мечтой, глаза дракона едва приоткрылись и наблюдали за своим спасителем. Дракон с удивлением подумал: «Мой спаситель ужасно мал, но так смел и заботлив. Не позвал никого, чтобы сохранить тайну».

Тим заметил, что веки дракона задрожали, и сразу закричал:

– Не надо меня есть! Я хороший! Я с утра жгу костры, чтобы вы оттаяли и смогли отправиться к себе домой.

Дракон на удивление мягким голосом ответил:

– У меня и в мыслях нет тебя есть! Я, наоборот, очень благодарна тебе и восхищаюсь твоей смелостью, находчивостью и упорством. Не каждый бы столько возился на таком морозе с каким-то совершенно ненужным драконом.

– Да что вы такое говорите! Наши люди очень уважают белых и красных драконов за их миролюбие по отношению к нам. А у меня, так с детства была несбыточная мечта – увидеть дракона. Духи тайги откликнулись на мой призыв и прислали меня к вам в час беды и печали.

– А ты довольно мудр для своих лет. Сколько тебе, примерно десять?

– Да нет, мне уже одиннадцать, а вот насчёт мудрости – это всё заслуга моей сестры. Мы с ней двойняшки, но она выше меня на полголовы, занимается искусством боя и всё читает и читает, ну и меня учит.

– И это замечательно, когда у тебя есть друг, который всегда поможет, а главное, кому ты можешь доверять всё, что у тебя есть на душе.

– А разрешите вас спросить, какая беда могла у вас случиться, что вы попали в такое страшное положение? Ведь вы такие сильные и практически непобедимые.

– Поверь мне, мой теперь уже маленький друг, что у каждой особи есть уязвимые места, а другие особи об этом знают, вот и метят внезапно именно туда. Как-то мне пришлось сразиться с чёрным драконом на большом сходе. Я и хотела ему проиграть, чтобы его мужское эго не позорить, ведь я дама. Но он так себя мерзко вёл, что я его повергла при всех. Вот он и стал на меня из-за разных укрытий нападать. А тут как раз пурга началась, плохо видно, дом совсем рядом, вот я и расслабилась. Он же как стрела из лесу вылетел и ударил меня мордой прямо в сердце. Оно сразу сбилось с ритма, я начала задыхаться и падать, я пыталась дотянуть до дома, но упала между огромных елей, что и спасло меня от переломов. Ещё хорошо, что снег с елей меня сильно припорошил и злодей меня не нашёл, чтобы добить.

– Вы вот сказали, что ваш дом находится рядом, а можно ли узнать, где именно?

– Да тут для тебя, милый друг, нет никакого секрета. Ты, наверное, не раз любовался этой великолепной скалой, это мой дом. Там есть потаённая пещера, где температура зимой и летом двадцать градусов и рядом протекает живительный источник воды. Так что можно считать, что я дома. Вот погреюсь и посохну ещё часов десять и полечу домой.

С дрожью в голосе Тим произнёс:

– И что, мы больше с вами не увидимся? Мне бы так хотелось с вами дружить всю жизнь. Я ещё вас не знал, но уже так любил. Вы для меня как смысл жизни! А я даже не знаю вашего имени…

– Право, Тим, ты меня растрогал до слёз. Мне уже пять лет, но я ещё ни разу не слышала таких трогательных речей! Я благодарю тебя и с радостью принимаю твою дружбу! А зовут меня Антея.

Тим сидел на колене Антеи, он ловко забрался на её переднюю лапу, попросил даму его приподнять немного. И как только очутился на уровне морды, он обнял её и поцеловал в нос. Глаза Антеи, величиной с большую тарелку, стали ещё больше, но самое главное, что заметил юный ухажёр, – как она покраснела.

Её щёчки порозовели, она слегка опустила веки и проговорила:

– Признаюсь, что это весьма неожиданно, но должна добавить, что это ещё и очень приятно, молодой человек. Я очень взволнованна, но мы с вами забыли о времени. Вам уже давно пора домой. Хвороста в достатке, я и сама смогу его подбрасывать в костёр. Ступайте с миром. Утром я вас жду.

– Я вот заметил, вы стали ко мне как-то странно обращаться.

– Право, вы так молоды. У нас же совершенно теперь поменялся статус. Мы теперь очень близкие друзья, и в высшем обществе так принято. Это знак моего особого расположения.

– А что скажет моё общество?

– Если мне доведётся с ним встретиться, то я им скажу, что называю вас на вы в знак высшего уважения. Что я вас за проявленную отвагу произвела в рыцари дракона. Жаль, что у меня нет достойной шпаги или меча, чтобы вас наградить, но в дальнейшем я это исправлю.

– Ну, такое объяснение они примут.

Тим ловко скатился вниз, оделся, собрал свои вещи и, послав Антее воздушный поцелуй, вышел на улицу. Лыжи постепенно набирали скорость, и колючий воздух начинал щипать щёки, но молодой человек ничего не замечал. Гамма чувств, которая переполняла его, требовала какого-то выхода.

Он, набрав побольше воздуха, что есть мочи закричал:

– Мечты сбываются! Я так счастлив! Благодарю вас, высшие духи Севера, за это чудо!

Домой он поспел вовремя. Прямо к ужину.

Глядя на его раскрасневшиеся щёки и сильную одышку, отец спросил:

– За тобой, вероятно, злые духи мчались, что тебя аж трясёт от страха?

– Да нет, это я так быстро с горы спускался, там, наверху, такая красота! Скала словно в пуховую шаль закутана, сияет, серебрится, а сосны так запорошило, что они кажутся причудливым продолжением скалы, вроде меховых шапок!

Говорил Тим это с таким возбуждением, что матушка заволновалась и с тревогой в голосе высказалась:

– Тимушка, ты словно не в себе, как-то мне тревожно. Накапаю-ка я тебе травки успокоительной побольше, может, поспишь хорошо, да и успокоишься. Эка невидаль, скала в снегу. Вроде ты первый раз её увидел. Странный ты какой-то, что-то тебя тревожит… Дай Бог, чтобы всё миром кончилось. Да ладно, всё как-то перемелется, да мука будет. Я смотрю, вы, детки, уже поели, тогда ступайте спать.

Дети тут же сорвались с мест и направились в комнату сестры, ибо к ней без стука не входили.

Они с разбегу заскочили на её широкую кровать, и Нея тут же выпалила:

– Я тебе не матушка! А ну кайся, что натворил?

– Да ничего я не натворил. А наоборот, жизнь спас!

– Да ну, а кому?

– Ты ни за что не поверишь! Но я спас жизнь белому дракону!

– Нет, матушка права была, ты не в себе.

– Ну почему всё надо доказывать, даже тебе! Да послушай ты меня внимательно, а потом уже и говори. Кстати, завтра ты со мной поедешь, потому что слишком многое надо сделать, а я один не управлюсь.

Взгляд сестры сразу потеплел, а Тим с волнением начал свой рассказ, не пропуская ни одной мелочи.

После бурного рассказа, с яркой жестикуляцией и частыми восклицаниями, сестра некоторое время пребывала в прострации. Она слушала и думала, а вдруг это его фантазия до такой степени разыгралась, что он попутал явь с вымыслом, но, посмотрев на брата, сказала:

– Я, братик, тебе честно говорю, не верю и не верю. Это же просто невозможно. О драконах уже сотни лет никто не слышал, а тут сразу два, и именно ты замешан в этой истории. Вот завтра с тобой поеду, тогда на сто процентов уверую, а пока на двадцать с натяжкой. Давай уже спать, мечтатель, а то завтра будет воистину сумасшедший день, иначе и не скажешь. Две малявки будут белого дракона в полёт собирать. Смех, да и только.

Тим больно толкнул сестру локтем в бок и злой направился к себе в спальню.

Тим встал затемно и пошёл будить сестру, но она уже была готова и сказала, что подслушала разговор родителей, когда те завтракали. Отец отправляется к другу перекладывать печь, значит это надолго, матушка идёт прясть пряжу, и это тоже до позднего вечера. Пока они сами позавтракают, родители уйдут и им никто не будет мешать собираться.

После того как двери за родителями закрылись, заговорщики наскоро поели и стали собираться в дорогу. Нея насобирала узел старых простыней, чтобы просушить как следует крылья дракона. Тим взял шесть больших рыбин для Антеи, десять поленцев, да побольше, чтобы по лесу не бегать. Себе немного перекусить хлеба да сыра, да молока бутыль. Когда путешественники посмотрели на кучу поклажи, то поняли, что им это никак не донести. Решение пришло быстро. Они всё перегрузили на сани, впрягли в них оленя и поехали со двора. Им повезло: многие ещё спали и их побег никто не видел. Олень, застоявшийся в сарае, бежал с охотцей, потому к назначенному месту они прибыли минут через пятнадцать.

Тим сразу забежал в сугроб, костёр еле тлел, и было совсем темно, но он вдруг услышал голос Антеи:

– Я знала, что ты прибудешь вовремя и я не успею снова замёрзнуть.

– Я очень рад видеть тебя, моя милая Антея. Сейчас и костёр, и свет, и многое другое будет. Только должен тебя предупредить, что без спроса твоего, но я взял с собой сестру. Ты увидишь, что от неё гораздо больше толку, чем от меня.

– Я даже и не сомневалась, что для тебя тягость этой тайны будет слишком невыносима и ты поделишься ею с сестрой, а значит, она пожелает увериться в столь невероятном событии. Ну проси, будем знакомиться.

Пока они говорили, Тим оживил один костёр и чуть поближе к крыльям развёл второй, поэтому Антею было вполне хорошо видно. К тому же она нагнула голову вперёд так, что она была на уровне глаз Тима. Тим, недолго думая, обнял её и поцеловал в нос.

– Вот видишь, мой дорогой герой, у нас уже появилась своя традиция.

Нея не теряла время даром. Всё необходимое сложила у самого входа, а потому слышала, как беседуют дракон и её брат. Хоть она и считала себя духовно закалённой, но ноги её от услышанного подкосились, и она осела в снег.

Когда Тим вышел, подхватив поклажу, она ещё сидела в снегу, и он обратился к ней:

– Ну вот, ты чего тут расселась, пошли знакомиться, и пора за работу приниматься.

Нея с трудом встала и зашла в импровизированную пещеру. Прямо перед её лицом красовалась морда довольно симпатичного дракона, особенно завораживали огромные синие глаза.

Дракон заговорил первым:

– Я понимаю, сколько эмоций обуревает вас, и тем не менее всё, что вы видите, правда. Более того, я надеюсь на долгую дружбу не только с вами, но и с жителями вашего города. Ведь всегда приятно иметь своего стража. Итак, о главном. Меня зовут Антея, вас мне ваш брат представил как Нею. Я думаю, дорогая, что мы подружимся, я это чувствую, а я редко ошибаюсь.

После беседы дети накормили Антею, а затем принялись решать проблему с лужей, в которой сидела Антея. Дело было в том, что земля имела большой уклон вправо. Дети привезли с собой несколько рогож и оленьих шкур. Из всего этого они соорудили настил и попросили Антею на него переместиться.

Она была так рада, что тут же выразила свою благодарность:

– Как это приятно, я даже и не сомневаюсь, что об этом подумала Нея, мы же дамы, и у нас свои секреты.

Нея сразу раскраснелась от удовольствия и сделала поклон. Её сердце понемногу оттаивало, и Антея уже не казалась ей чудовищем. Пока Тим выгребал воду на улицу, Нея объяснила Антее, для чего они привезли простыни, и попросила, чтобы она их набросила на крылья, а остальными сама обтирала тело, где доставала, остальное сделают они.

– Это для ног, чтобы из всех трещинок ушла влага.

Дети работали очень усердно. В первую очередь они перенесли костры на противоположную сторону, чтобы отогреть правый бок Антеи. Потом они тщательно обтирали огромное тело Антеи, затем сушили простыни и начинали всё сначала. Стало так тепло, что дети разделись, а тело Антеи уже полностью просохло, но на дворе было ещё светло, и совсем не хотелось расставаться. Больше всего Тим боялся, что он больше её не увидит и тогда жизнь его погрузится во мрак.

Антея очень понимала его и тихо произнесла:

– Посидим ещё часик, я не люблю летать в темноте, вернее опасаюсь. Ведь на чёрном небе, под лучами луны, я сияю как огромное серебристое облако. Хорошая мишень для врагов. Мы расстанемся совсем ненадолго. Примерно через шесть дней вы можете меня позвать. Я думаю, что за это время мой целебный источник вернёт мне все утраченные силы. Приходите с вашими родителями и пару важных людей захватите, чтобы устный договор о дружбе закрепить.

В разговор вмешалась Нея:

– А в договор о дружбе входит защита от врага?

– Ну а как ты сама думаешь? Когда твоего друга бьют, ты что, в стороне стоишь? Дружба – это понятие круглосуточное и всеобъемлющее. Ваша беда – моя беда. Моя беда – ваша беда. Всё по равноправию.

– Мне такой договор ну очень нравится. Очень благодарю вас за честность.

– У меня к вам одна просьба есть напоследок: никому до последнего дня обо мне не говорите, а то каждый своему другу по секрету, и ко мне на встречу весь город придёт, а я пока к такому вниманию не готова. Ну что ж, мои дорогие, за хорошей беседой время быстро проходит, нам всем уже пора. Вы выходите первыми и подальше, я буду ломать свою колыбель.

Дети вышли, отвели оленя подальше. Тим всё пытался отворачивать лицо, но сестра понимала, что он прячет слёзы. Когда сугроб развалился, Антея встала во весь рост, расправила затёкшие ноги, помахала крыльями, и в это время она была просто великолепна. Её кожа под лучами солнца казалась перламутровой, словно рыбьи чешуйки, а рост её был таким, что её морду они не видели, поскольку она её держала, немного закинув назад. Закончив свою разминку, она присела и протянула голову к детям. Тим тут же её обнял и поцеловал. Нея тоже не сдержалась, обняла Антею и чмокнула её в щёку, и та, тоже не сдержавшись, прослезилась. Антее тоже было очень нелегко, а потому она резко сорвалась с места и взвилась в небо. Дети наблюдали за полётом Антеи, как же это было красиво! Вскоре она слилась со скалами. Там она сделала насколько красивых кульбитов на прощанье, а затем, взвившись вверх, скрылась за скалами.