Пепельный Король

© Nick J. J. Ronmar, 2025

ISBN 978-5-0065-5508-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Согласно древним легендам, бог по имени Га́ррет даровал избранным существам веру, чтобы те не теряли надежду и продолжали свой путь вперёд, несмотря на невзгоды. Однако существует место, где надежда давно угасла. На далёком севере пролегает континент Го́рриндор, где полчища сандора́дов – тварей, порождённых самой тьмой, разоряют последние человеческие поселения, уничтожая всё на своём пути. Но на востоке Горриндора сохранился лес, что зовётся пепельным. Здесь, в глуши, у людей осталась жалкая искра веры, которая давала им силы снова и снова отражать набеги сандорадов. Каждый набег этих тварей становился всё более ожесточённым – сначала это были небольшие группы врагов, которые старались проникнуть вглубь леса под покровом ночи, но всякий раз встречали достойное сопротивление, после – вторжения приходились сотнями сандорадов. Воины леса были уверены в своей победе, их верность делу и боевые навыки укреплялись с каждой новой битвой. Казалось, что ничего не сможет нарушить этот привычный порядок вещей.

Но однажды тьма пришла во всём своём ужасе. Это было нечто большее, чем просто вторжение. Тысячи сандорадов хлынули в лес, как чёрная волна, под предводительством самого Ва́лгрима, более известного как Олк Мраконосец. Его огромная тёмная фигура, словно скала возвышалась над полчищами, приказывая ограм и троллям – разрушать всё на своём пути, оркам и гоблинам – убивать без жалости, а феям – находить и порабощать разум всех, кто пытался бежать. Воздух вокруг наполнился воинственными воплями сандорадов, оглушающим звоном мечей и свистящими повсюду стрелами. Люди сражались отчаянно, но каждая минута стычки всё дальше отталкивала их от победы – силы были неравны. Каждый удар, каждый взмах меча и выстрел из лука замедлялся, как будто само время решило испытать лесных воинов. Тусклый и тёплый, горячий огонь от факелов едва освещал вокруге, обжигая лица, и чёрные как ночь тени становились длиннее с каждым мигом. Каждый хруст сухих веток под ногами заставлял чувствовать первобытный страх, где из любого куста на тебя могут наброситься с клинком или разодрать когтями до самых костей, обглодав всё тело. Битва, которая казалась бесконечной, всё больше погружала людей в отчаяние. Где-то вдалеке слышался низкий и звонкий, как гром, голос Валгрима, отдающего приказы.

Когда битва близилась к концу, и было понятно, что людям не одолеть тьму, юноша по имени Ве́дрик, сын короля Фа́дрика, правителя леса, стоял в центре поля боя. Его дыхание было сбивчивым, взгляд метался по разорённой земле. Вокруг него, казалось, всё происходило медленнее: крики воинов, удары мечей, даже шелест листьев в ветвях деревьев. Юноша знал, что времени мало. Его родители были убиты, но он ещё не был готов сдаться, Ведрик был полон решимости, смелости и отчаяния, чтобы любой ценой защитить не себя или свой дом – но свой народ. Ведрик бросил взгляд на ветки и брёвна, которые лежали на земле, и вдруг осознал, что огонь может стать их последней надеждой.

Взяв в руки сухие, покрытые паутинами и мхом ветки и брёвна, Ведрик факелом поджигал и передавал их оставшимся воинам, потерявшим всякую надежду на спасение. Его голос звучал чётко, хоть и тихо в этом хаосе. «Поджигайте всё» – сказал он, а воины, один за другим начали выполнять приказ. Огонь быстро разрастался, превращая уже страдающий лес в настоящий ад. Объятые пламенем деревья вспыхнули ещё сильнее, освещая всё пространство вокруг и наполняя воздух смешанным зловоньем гари и крови. Чёрный дым полностью окутал небо, и оно превратилось в непроглядную завесу, словно сами небеса захотели выплеснуть весь свой гнев на обитателей леса. Со временем вопли сандорадов становились всё тише, пока их мерзкие истерзанные лица не исчезли за стенами огня. Когда битва закончилась, лес уже не был прежним. Всё вокруг было покрыто пеплом, не было видно даже тел погибших воинов. Люди стояли среди этого опустошения, молча откапывая своих братьев и сестёр из объятий серой массы. Пламя ещё потрескивало где-то вдали, словно продолжая последний разговор с ветром, перед тем как погаснуть.

Время шло медленно, лес всё больше наполняли Татало́нские кресты, что ставили на могилы: невысокие пепельные горки с воткнутыми в них палками, на которых были начертаны имена погибших. Каждый шаг по этому выжженному лесу отдавался гулом в ушах, возвращение в него стало почти церемонией. Спустя время, люди обнаружили, что лес изменился. Из могил начали пробиваться деревья без листьев, серые, словно сотканные из пепла, они росли медленно, но неуклонно, как напоминание о том, что жизнь продолжает своё течение, даже в самые тёмные времена. Понимая, что жить в прежнем лесу больше не удастся, Ведрик принял на себя тяжёлое бремя лидера, которое возложил на него народ. Лес был уничтожен огнём, но рядом, на западе, пролегали прекрасные равнины, которые рассекали сверкающие реки и озёра. Ведрик обвёл взглядом людей, измученных войной и потерями, и твёрдо сказал: «Мы построим новый город, и его стены не пробьёт ни одно божество!». Эти слова положили начало возведению города, который Ведрик нарёк: «Этино́р».

Постепенно на месте зелёных равнин вырастали толстые каменные стены. Пепел от уничтоженного леса до сих пор разлетался по округе, как напоминание о той страшной ночи, а его запах не исчезал из воздуха, несмотря на прошедшие годы. Под каменными стенами росли хлипкие домики, сложенные из булыжников и дерева, добытого за десятки лиг от города, далеко на западе, неподалёку от Скверного́рья, где скрылся Валгрим. В узких улочках под ногами хрустел щебень, а окружали их низкие заборы из гальки, закреплённые сетями, создавая видимость чего-то защищённого. Самой величественной частью нового города стали его ворота. Ведрик задумал их сразу, как только началось строительство. Он мигом нашёл кузнеца, рассказал ему о задумке и, к окончанию строительства они были уже готовы. Они должны были не просто охранять город, но стать символом людской стойкости.

Кузнец Ло́рен, известный своим мастерством, и его команда строили врата прямо на улице, собирая сплав из железа и чёрной стали. Эти массивные створки украшали сложные узоры, изображающие драконов, сжигающих армии сандорадов, местами можно было заметить множество деталей, таких как таталонские кресты, пепельный лес и короля Ведрика, который надевает корону, а сверху, большой круглый символ – метка Этинора. Глядя на ворота, каждый вспоминал ту страшную битву, что лишила их дома, но подарила новую жизнь. Высота этих врат составила ровно четыре гранта^1. Тридцать долгих лет строительства наконец завершились, и на главной площади Этинора, напротив главных ворот возвели медные статуи – Ведрика, сидящего на троне, и держащего в руке свой меч; Лорена, склонившегося над наковальней с молотом в руке; генерала Си́гурда, в правой руке которого был шлем, а в левой – меч; и советника Вермо́нта, державшего в руках свиток, на котором была выгравирована краткая история Этинора в стихах. Эти статуи не просто украшали город, они были вечным напоминанием о том, что даже из пепла может родиться нечто великое.

Спустя тридцать пять лет, память жителей и самого Ведрика о той ночи затуманилась, большинство достигло пожилого возраста, а в Этиноре, который стал для всех людей континента главным символом сопротивления, подрастает новое поколение, не понимающее величие и историю своего города.

Ве́дрик – Человек в длинном до пола, сером плаще из хлопка, с волчьей шерстью на воротнике и гербом города сзади – воящий двуглавый волк, смотрящий в разные стороны. Под плащом скрывалась чёрная хлопковая рубаха и чёрные льняные штаны. Несмотря на свой возраст в пятьдесят три года, длинные волосы Ведрика были седыми, он имел длинную седую бороду и крепкое мускулистое тело. На плечах, груди и коленях были закреплены небольшие стальные пластины, на каждой из которых был изображён Татало́нский крест – переплетённые линии, напоминающие корни, с большим центральным кругом, и четырьмя меньшими на концах, что символизирует мир, созданный четырьмя богами. На ногах Ведрик носил тяжёлые чёрные сапоги со стальной подошвой, обшитые кожой. На голове ведрика была титановая корона с четырьмя заострёнными пиками, на каждой из которых были выгравированы слова: «Славься король – славься Этинор!».

На улице был солнечный день, тёплый ветерок окутывал тела довольных граждан, проходящих мимо Ведрика, который, как обычно, решил насладиться красотой своего города и прогуляться по площади, где возвышались статуи основателей Этинора. В городе стояла весёлая атмосфера – граждане с улыбкой кланялись королю, заметив его, а вокруг беззаботно играли дети. Всем хватало еды, у всех была хорошая одежда и работа, врагов поблизости нет, все имеют крышу над головой. Ведрика также сопровождала стража, которая разбавляла дружелюбие Этинора своим устрашающим видом – шесть рыцарей, облачённых в закрытые и массивные пластинчатые доспехи из чёрной стали, на головах которых были закрытые, вытянутые шлемы с решётками на глазах и длинными красными перьями по бокам. В руках рыцари держали толстые копья, направленные вверх, на рукоятках которых завязаны красные ленты.

Ведрик остановился рядом с одной из статуй, в основании которой была залита кристально чистая вода, куда люди часто кидали медные э́лисы^2, загадывая желания. Король присел на жёсткую скамью из тёмного дуба, закрыл глаза, глубоко вдохнул свежий воздух, вслушался в лёгкое журчание воды и шелест деревьев позади, вдали слышался детский смех. Стража мигом окружила статую и короля, не подпуская к ним других людей. Через несколько мгновений, Ведрик услышал быстрый приближающийся топот, он нехотя, медленно раскрыл глаза и увидел уже стоящего перед собой своего Де́сара^3 – Вермо́нта.

Вермо́нт Ла́нгорд – человек средних лет, облачённый в чёрный, чуть ниже колен, котт из шерсти, полностью скрывающий его руки, чёрные шерстяные штаны и коричневые сапоги из замши. Вермонт носил длинные каштановые волосы, завязанные в половинный хвост: передняя часть волос собрана в хвост на затылке, оставляя заднюю часть распущенной. Лицо Вермонта было всегда гладко выбрито. На груди золотыми нитями был вышит герб дома Лангордов – сокол, держащий в лапах корону Этинора. Вермонт обладал глубоким голосом, общался спокойно и формально с людьми разных сословий, также умел недолго думая подобрать нужные слова к любому собеседнику, никто в городе не против компании такого человека.

Король двинулся ближе к краю скамьи, Вермонт поклонился и аккуратно сел рядом.

– Я не побеспокоил, ваше величество? – обратился Десар, смотря на короля.

– Узнал? – хрипящим голосом спросил Ведрик, а затем сгорбился, уперевшись локтями в колени, снял корону и задумчиво разглядывал её, даже не глядя на советника.

– Конечно. Вы были правы. Мои люди были в одной из таверн, и там они услышали, что скоро кто-то устроит поджог оружейного склада вашего кузнеца, Лорена. – Вермонт расслабился, слушая звуки природы и приглушённые голоса вдалеке, он выглядел уставшим.

– Мерзкие ду́рглины^4… – нервно усмехнувшись произнёс король, его слова гневно отскакивали от зубов. – Когда и кто? – с хрустом выпрямившись, добавил он.

– Этой ночью, мой король, на этих людях были бардовые капюшоны. – советник резко взбодрился, медленно встал со скамьи и повернулся к королю. Ведрик откинул голову назад и вновь закрыл глаза, ощущая тревогу и небольшой мандраж внутри.

– Отправь тридцать человек к складу, пусть никого не подпускают. Даже Лорена… – устало приказал король, но Вермонт продолжал молча стоять рядом. Через несколько секунд Ведрик раскрыл глаза и, смотря в небо, сказал: – Ты свободен, Вермонт. – Десар неровно заулыбался, вновь поклонился, а затем быстрым шагом ушёл в сторону Медного Замка.

^1 Грант – единица измерения в Элдриморе, используемая для измерения больших объектов, один грант – это двадцать пять метров или восемьдесят два фута.

^2 Э́лисы – валюта Этинора, придуманная королём Ведриком, в последствии распространившаяся по редким людским городам Горриндора. Серебряный элис равен сорока медным элисам, золотой – двадцати серебряным.

^3 Де́сар – главный, самый приближённый советник короля. Термин «Де́сар» придумал король Ала́рион, в 386 году третьей Эры, и теперь это слово широко используется во всём Э́лдриморе.

^4 Ду́рглин – древний король, предавший свой народ, став сла́нником (слугой) Валгрима. На сегодняшний день это слово используется в качестве оскорбления: дурглин – предатель, бунтарь, мятежник.

Ведрик

По возвращении Ве́дрика в Медный Замок, уже наступала ночь: чистое голубое небо сменилось нежно-розоватым и немного облачным, оставляя блеск на галереях замка. Но король уже давно не восхищался этой крепостью – она даже вызывала у него некое отвращение. Ведрик знал, что, войдя в Медный Замок, его ждёт лишь многочасовое и одинокое копание в своих параноидальных мыслях о свержении и отчётах. Медный Замок расположен в самом сердце Этино́ра, немного севернее главной площади. Крепость окружена низкими каменными стенами и массивными железными воротами. В основании замка лежат крупные кубы из черной стали, создающие прочный фундамент и устрашающий вид, контрастирующий с грубыми булыжниками стен, оформленных в декоративные сети.

В стенах замка высечены овальные панорамные витражи, вставленные толстым разноцветным стеклом. Сверху стен находятся сложной прямоугольной формы зубчатые галереи из меди, окислившейся с течением времени, переливающейся в бледно-красные, оранжевые и зелёные оттенки. Под окнами замка развеваются гербы домов основателей города и герб самого Этинора. Напротив ворот крепости на втором этаже имеется просторный выход на округлый выступ, окруженный низким кварцевым забором со сложными узорами. По бокам выступа стоят две кварцевые колонны, которые поддерживают тонкий навес сверху.

Четыре башни окружают замок по периметру, выполненные в том же стиле. По всей окружности башен расположены узкие бойницы в несколько рядов, которые никогда не использовались. Внутри замка на полу была пожелтевшая от времени кварцевая плитка с чёрными узорами, напоминающими бесконечную сеть из лепестков и стеблей цветов. На входе посередине – большая арка, украшенная золотыми узорами, она вела вперёд, к тронному залу. Нежно бежевые стены и высокие потолки с большими золотыми люстрами сверху, украшенные маленькими бриллиантами, создававшие атмосферу королевской роскоши.

Справа от входа и арки была широкая деревянная лестница, поднимаясь по которой слышен характерный скрип. Вверх по лестнице было три прохода: два вверх по бокам и один в зал совета посередине, на двери которого был изображён символ, обозначающий Этинор. Ведрик направился в зал совета, а двое стражей остались охранять вход в него. В зале всё блестело от чистоты, Ведрик ненавидел грязь, пыль и мусор, и лично убирался на своём месте каждый день. По бокам, вместо стен стояли полностью забитые уже прочитанными книгами полки, а в узком пространстве между ними были построены небольшие каменные статуи основателей города – членов совета Этинора. Толстая верёвка у каждой статуи в области рук могла вызвать любого члена совета, находящегося в замке.

Зал был узким, и в конце, уже на каменной плитке стоял овальный стол из тёмного дуба, покрытый лаком, на котором лежали толстые стопки непрочитанных отчётов, рядом с планами новых строений и картами города. Позади стола, в стене находился разноцветный витраж, на котором изображён король, хладным высокомерием осматривающий помещение. Ведрик сел на свой деревянный стул с широкой спинкой, направленной на окно, и откинулся назад, стиснув в руках военный отчёт. Король пытался осмыслить написанное, но буквы ускользали от его взгляда, словно зола под ветром. Гнетущее чувство рутины вновь накатывало на него, и поняв, что он не может сосредоточиться на тексте, Ведрик резко швырнул отчёт обратно на стол, закрыв руками лицо.

В этот момент за дверью кабинета раздались шаги. Ведрик вскинул голову – звук и ритм походки был ему знаком, но тревожен. Внезапно в зал вошёл Де́сар Вермо́нт, его лицо выдавалось из-за привычной уверенности. Оно было бледным, а взгляд потерянным, руки дрожали, а на опрятной раньше одежде уже виднелись чёрные следы от сажи, словно он только что вышел из ада.

– Всё нормально? Почему одежда в саже? – с утомлённым недовольством произнёс Ведрик, осознавая, что его голос звучит слишком тихо даже для него. – Вы поймали тех, в бардовых капюшонах? – король повысил свой тон.

Пауза затянулась.

– Мои люди… которые пытались разузнать про саботаж… немного ошиблись, ваше величество. – голос Вермонта дрожал, и его слова звучали как оправдание. Взгляд короля прошёлся по советнику, который, будто бы искал ответ в витраже за спиной Ведрика. – Они… Не собирались поджечь склад.

Слова, как нож, вонзились в душу Ведрика. Вдруг он почувствовал, как холодок пробежал по спине, сковывая сердце. Король медленно встал, недоверчиво глядя в глаза Вермонту, который, в свою очередь, не отрывая взгляда пялился в окно позади Ведрика. С трудом оторвав взгляд от советника, Ведрик развернулся и с неохотой подошёл к витражу. Его внимание привлекла ползущая башня, расположенная справа от главных ворот города. Снаружи она была каменной, но внутри – дерево, скрепляющее эти самые камни. Из её входа вырывался высокий столб чёрного дыма, поглощая вечерний свет.

Вокруг собирались десятки пожилых людей с вёдрами, пытавшихся потушить пламя, выливая на него литры воды. Люди один за другим выливали вёдра на башню, некоторые забегали внутрь, но их усилия были тщетны: огонь разгорался с каждым мгновением, словно живое существо, полное ненависти. Ведрика резко бросило в жар, сердце бешено заколотилось, зрение размыло, дыхание участилось, король встал на колени, упал на пол, и с улицы наконец прорезались людские крики, наполненные отчаянием и ужасом. Раз за разом крики приглушались звуками падающих на людей булыжников от осыпающейся башни, каждый врезался в уши, вызывая глухой звон, а тошнота накатывала всё сильнее. Выкрикивая неслышимые Ведриком слова, Десар судорожно подбежал и, взяв его под плечо, быстрым шагом увёл к личному лекарю, что был на верхнем этаже замка. Выходя из зала, Ведрик вскоре отключился, яркая, пронизывающая боль в сердце словно потушила его сознание.

Когда Ведрик очнулся в своих покоях, время для него потеряло счёт. В глазах всё ещё оставалось мутно, но даже с таким зрением он разглядел две фигуры, о чем-то разговаривающих между собой. Заметив, что король пришёл в себя, одна из фигур подошла ближе, вслушиваясь в грузное дыхание Ведрика. Взяв его руку, от фигуры послышался до боли знакомый голос, который король слышал не так часто, но всё же узнает из тысячи, это был его лекарь – Кле́рин. Через несколько секунд, зрение Ведрика прояснилось и стало таким же чётким, как раньше. Король был одет в растёгнутую белую рубаху, которая открывала вид на его покрасневшую и отекающую грудь.

Кле́рин – полный, пожилой девяностолетний мужчина. Его лицо изрезано глубокими морщинами, а тело покрыто шрамами и ссадинами, полученными в долгих странствиях по Э́лдримору. Он носит длинную мешковатую серую мантию с длинными рукавами, на которой черными нитями вышиты Татало́нские кресты на груди и спине. На поясе Клерина всегда висит большая связка ключей от всех дверей замка, а в правом кармане находится деревянный Таталонский крест. На ногах он носит тяжёлые коричневые сапоги из кожи с толстой подошвой. На голове лекаря видны остатки седых волос на висках и затылке, а также небольшая серая шапка на макушке. На лице маленькая густая борода. Клерин обладает высоким и спокойным голосом, а его руки, несмотря на возраст, неподвижны и спокойны, как камень.

– Вы в порядке, государь? Как себя чувствуете? – спросил Клерин, но Ведрик не мог вымолвить ни слова из-за адской боли в груди, тяжело глотая воздух, но каждый вздох вызывал у короля всё большее чувство паники. После долгого молчания, Вермонт, стоявший всё это время позади лекаря, молча вышел из покоев короля.

Ведрик сел, облокотившись на подушку, и поглубже вдохнув, тихим хрипящим голосом спросил: – Что со мной? – произнеся вопрос, Ведрик сильно закашлял, с ощущением, будто в его горле и лёгких с пару сотен иголок. Клерин тут же подал королю тёплый чай из корней весенних альме́т^1 в глиняной чашке, с маленького столика рядом. Каждый глоток лишь усиливал боль в груди и горле, но всё же Ведрику удалось выпить весь чай, его руки тряслись, проливая капли на бороду, одежду и постель. Клерин суетливо забрал у короля пустую чашку и, положив обратно на столик, ещё раз налил в неё чай.

Взяв со стола смоченное в тёплой воде полотенце, Клерин наложил его на грудь Ведрика. Затем, лекарь отошёл в дальний угол тёмных покоев, к столу, на котором стояли пустые банки, и белая ткань, с каплями крови, на которой лежали уже мёртвые, толстые пиявки. Рядом можно было разглядеть огромные шипастые корни альмет, маленькие ножи и ведро с водой.

Подойдя обратно к королю, с несколькими маленькими стеклянными банками в руках, смазанными смолой внутри, Клерин достал камень и кусок железа, ударяя их друг о друга, зажигая смолу внутри банок. После нескольких секунд горения, Клерин убрал полотенце с короля и осторожно прикладывал горячие банки к груди Ведрика, надеясь, что тепло разгонит застоявшуюся кровь, прежде чем станет невыносимо горячим. Сначала Ведрик почувствовал сильное жжение, но через несколько минут, когда банки остыли, облегчение, будто вся болезнь ушла прямо в них. Клерин снял банки с короля и спросил:

– Вам уже лучше, государь? Ваше сердце пережило небольшой требо́н^2. – заметив испуганный взгляд короля на себе, Клерин добавил, – Не беспокойтесь, всё должно прийти в норму через несколько дней. – мягко говорил лекарь, накрывая короля вновь тёплым, смоченным в воде полотенцем. Слушая его спокойный голос, хотелось спать – лишь боль не позволяла. Король не мог думать больше ни о чём, кроме смерти, и каждая секунда, казалось, приближала его к ней, усиливая страх и панику. Но Ведрику и правда стало лучше, он легче дышал, будто из горла достали пробку, и коление в сердце ослабло, хоть и всё ещё не позволяло двигаться. Спустя ещё пару минут молчания, Клерин встал и подошёл к двери из покоев, добавив перед выходом:

– Вам нужно отдыхать, государь. Не забывайте пить чай. – дверь покоев тихо захлопнулась, и уходящие шаги оставили беспомощного Ведрика наедине с мыслями о своей, вероятно скорой, кончине.

Ведрик с трудом сел, скинув ноги с постели, он попытался встать, чтобы раскрыть тяжёлые и плотные шторы, закрывающие вид на город, словно пытавшиеся спрятать ужасы, что творятся Этиноре без него. Король медленно встал с ложи и потащился к окну, что было слева от неё. Еле дойдя до штор, с дрожащими руками и ногами, Ведрик медленно раскрывал их, выпуская тьму из своих покоев, освобождая место свету. На улице был день, «Сколько это я спал?» – промычал про себя Ведрик. Может день, может два, а может и неделю? Что произошло с Этинором за это время? Разыскали мятежников или нет? Открывшийся поток мыслей не давал покоя королю, он чувствовал потерянность, – он терял контроль не только над своим городом, но и над своим телом.

Пот пробежал по телу короля, и вновь почувствовав сильную боль в груди, Ведрик вернулся к кровати, залпом выпил ещё одну чашку тёплого чая с горьким послевкусием и, прокашлявшись, лёг обратно, пытаясь уснуть.

^1 Альме́ты – трёхметровые, обычно нежно розовые или фиолетовые цветы с толстым шипастым стебелем и четырьмя треугольными лепестками. Используются для того, чтобы вывести «грязную кровь» из организма. Растут исключительно весной, что делает альметы самым редким растением в Элдриморе.

^2 Требо́н – заболевание, при котором сердце медленно гниёт и отправляет «грязную» кровь в организм. Проявляется приступами, после каждого приступа больному становится всё тяжелее дышать, из-за застоя грязной крови в лёгких. После сильного приступа, больной может провести дни, не способный выполнять повседневные функции. Приводит к смерти больного, если вовремя не остановить гниение сердца.

Вермонт

Вермо́нт Ла́нгорд вырос в доме, где детей воспитывали с одной целью: стать Де́саром короля. Лангордов ценили при дворе лишь за их верность и безупречную службу короне, правителям леса. Любой другой выбор означал бы позор и изгнание из дома. Хоть подчинение королю и выполнение всех его приказов входит в обязанности Десара, но прямое его назначение – служить народу, даже если это потребует оспорить приказ короля. Представители дома в разных поколениях использовали один девиз: «народ, честь, корона».