Графоманы и писатели

Введение

Эта книга писалась долго и трудно, а не одном дыхании, и это навевало на грустные мысли. Я до сих пор пребываю в сомнениях. Кто сказал, что писательскому мастерству в силах кого-либо научить. Может действительно, нужно призвание, а все остальное приложится!? Сорок лет связывает меня с литературой, но настоящих стопроцентных рецептов нет. Тут ничего не поделаешь. Не существует писателя, который может непрерывно писать замечательные произведения. Никого не хочу обидеть, но профессиональный токарь или краснодеревщик точно знает, что у него получится в конце, потому что мастерство и годы дают о себе знать. Этого не скажешь о писателе. У всех у нас есть неудачи, провалы. То, от чего порой хочется откреститься, но написанное не вырубишь и топором, с этим приходится смириться. Значит, нет универсального рецепта? Тогда зачем же я пишу эту книгу?

Раньше мне казалось, что если человек прочитал много книг и неплохо разбирается в литературе, то он уже потенциальный писатель. Да, и я думал, что если человек умеет рисовать, то он уже художник. Но человек, который может нарисовать, скопировать что-то, еще совсем не художник, он просто хорошо владеет карандашом, возможно даже кистями. Он ремесленник, а не творец, и возможно, никогда им не станет. Так можно любого учителя русского языка назвать писателем. Конечно! Учитель правильно излагает на бумаге свои мысли, может даже прекрасно разбирается в литературе и учит учеников, как писать сочинения, но все же до писателя ему далеко. Сколько у нас учителей литературы? Разве они не прекрасные знатоки в области грамотности или построения речи, не разбираются в замысле или хитросплетениях сюжета, не могут по косточкам разобрать классиков литературы? Но хороший учитель и хороший писатель – это разные люди. Если ты любишь музыку и хорошо играешь на гитаре, это еще не означает, что ты в силах стать композитором. Есть ценители, есть исполнители, а есть люди, которые все это создают.

Как стать писателем

Учебного заведения, университета, окончив который можно объявить: «Я стал писателем!», не существует; и не только у нас в стране, но и во всем мире. Мы можем получить высшее образование по классу «Теория литературы» или диплом об окончании аспирантуры, стать кандидатом наук по специальности «Русская или зарубежная литература». Но такие корочки не сделают нас настоящим писателем. Так кто же такой писатель? Это и не просто человек, который наскоком изучил книжку по сочинительству и тут же принялся стучать клавишами на компьютере. Писатель даже не тот, кого издают. Мы знаем очень много примеров, когда издают огромными тиражами низкопробную макулатуру, непритязательные детективчики… или романы приближенным к литературным тусовкам давно исписавшихся писателей. Я уж деликатно промолчу про литературу малых народностей. Есть и модные раскрученные авторы, писатели на час. Они сгорают как бабочки, легкие мотыльки, не оставив следа.

Писатель тот, кого читают, перечитывают, дают друзьям, ждут выхода новых книг. По нему сверяют свою жизнь, ищут ответа на сложные вопросы. Но титул настоящего истинного писателя вам вручает его величество время. Лучшие писатели это как правило ум и честь своей эпохи, символ совести, примера и подражания.

Наверно нельзя забывать и о том, что всякая птица, когда-то была неоперившимся птенцом. Каждый выдающийся писатель, когда-то был неизвестным, включая Гоголя, Лермонтова, Чехова, Толстого, Хемингуэя. Но они смогли сделать себя сами. Значит и вы сможете. Надо только очень захотеть.

Если таких устремлений нет, а у вас есть желание просто попробовать себя. Вдруг получится. Не советую. Зря потеряете время. Это серьезная наука. Сразу вспоминается анекдот. Один хороший гражданин спрашивает другого: «Вы не играете на рояле?» «Может быть», – глубокомысленно отвечает его собеседник. «Что значит „Может быть?“» «Вообще-то, я не пробовал».

Для писателя мало значимо отсутствие диплома о высшем образовании, социальное положение. Отчасти, конечно, начинающему автору никогда не помешают деньги, особенно на первое время. Хотя это наверно тоже расхолаживает. Главное для писателя задатки к творчеству, горячее желание творить. Людей, обладающих хорошими задатками много, но вот разовьется ли из них талант сказать трудно. Писатель должен родиться в свое время. Общество, народ должны сделать заказ. Мы помним эпоху золотого расцвета русской литературы и эпоху советского застоя, когда писать по-настоящему было невозможно. Соцреализм широкой поступью шагал по стране. Талантливые вещи можно было писать только в стол.

Времена изменились, пришла свобода и сегодня вроде все разрешено писать и издавать, но где они наши столпы литературы? Никого даже нет на слуху. Разве нет талантов? Отбили у людей желание творить? Есть. Конечно есть. Точно говорю в России нет недостатка в талантах. Конечно, практически всякий, приложив немного труда, может придумать неплохой сюжет, связно изложить его на бумаге. Литературные порталы буквально заполонены такими авторами. Некоторые получают десятки восторженных откликов. Так и просятся слова: «Восторг! Гениально! Ждем новых творений!». Но так ли это на самом деле?

Подавляющему большинству авторов, обладающих несомненным талантом, никогда не стать настоящими писателями. Почему? Им не хватает: усидчивости, настойчивости, самодисциплины и ответственности за написанное. Человек думает: раз он талантлив, можно и не «заморачиваться». Уж как нибудь! Людям же нравится! Но отзывы на сайтах не играют роли или их роль мала. Большинству читателей нужно, что бы вы пришли к ним и сказали доброе слово. Так и выходит. Нет достойной критики, хвалят все подряд. Это полная дезориентация начинающего автора. Обращают внимание не на стиль и качество работы, а на саму историю. Зажег? Хорошо. Неплохо бы покороче, как у Огурцова в фильме «Карнавальная ночь». А изыски нам ни к чему.

Некоторых авторов, такое не шаткое не валкое творчество вполне устраивает. Они не желают учиться, развиваться, повышать уровень своего мастерства. Опусы, которые выходят у них под пера, сделаны как под копирку: серые, невзрачные, без искры божьей и этому можно только посочувствовать. Именно таких людей принято называть графоманами. Но никогда не надо так унижать начинающих авторов, которые делают первые шаги в литературе, в не зависимости от того сколько им лет на  самом деле. Возможно они поздно начали заниматься творчеством и у них все еще впереди.

С чего начинается книга. Или как обратить на нее внимание

Настоящее искусство – только то, что хочется смотреть, читать или слушать. А это великая тайна. С чего начинается книга? Со знакомства читателя с ней. Но как заставить убедить читателя открыть ее, погрузиться в чтение? Самая прекрасная и талантливая книга останется в тени, если мы не найдем способов заставить людей сделать этот первый шаг.

Как обратить внимание на нашу книгу?

Тратить деньги на рекламу? Иногда срабатывает, но не факт. Одна моя знакомая по имени Даша, попробовала через издательский сервис Ридеро, оплатить рекламу в интернете. Были задействованы Фейсбук, Одноклассники, Твиттер. Десять тысяч рублей, конечно, в семье были не лишними, а результат оказался, не просто плачевным, а нулевым. К сожалению, ни одна книга так и не была продана. Операторы с сервиса Ридеро, после ее обращения, только посочувствовали.

Очевидно, реклама не всесильна, нужно что-то еще. Поговорим об этом.

Обложка. Потенциальный читатель, который выбирает книгу, прежде всего обращает внимание на ее внешний вид! Если на обложке книги не будет привлекательного изображения, оригинальной картинки, а только название это минус. Девяносто процентов информации человеку поступает через глаза. Они всегда делают первую оценку. Пренебрегать этим нельзя.

Если вы используйте для обложки фотографии с бесплатных сайтов, таких как https://pixabay.com/ru/, будьте внимательны, такие обложки редко смотрятся хорошо. Читатель не воспринимает их как оригинальные. Читатель такие или подобные фотографии за день просматривает десятками, сотнями. Для детектива, не обязательно на обложку помещать большой пистолет или прорезь прицела, это тривиально и роман о врачах не всегда должен иметь на обложке машину скорой помощи, которая мчится по срочному вызову. Совершенно другой эффект будет если вы воспользуетесь картиной хорошего художника, если она подойдет вам по тематике. Если художник сильный график – тем более. Тут, конечно, стоит соблюдать авторские права. Еще хорошо привлекают внимание лица симпатичных девушек. Если роман о любви, то, скромная красавица с потупленным взором, будет для вас находкой.

Если вы владеете такими программами как «Фотоимпакт», «Фотошоп», то можно сделать из скачанных фотографий необходимый коллаж, который отразит основную мысль, заложенную в вашей книге. И все-таки этого часто, бывает, недостаточно. В интернете можно найти программы для обработки изображения специальным образом. Обычно их используют художники. Суть их в том, что в них можно работать мышкой как художественной кистью, подобрать размер, нажим, разбавление и в продвинутых программах есть даже такие специфические средства как мастихин или пипетка для точного подбора цвета. Как правило это платные ресурсы, но разработчики дают бесплатный бонус на 40 дней. Вам будет вполне достаточно времени, чтобы подготовить обложку и иллюстрации. Такие изображения, создают иллюзию, что они написаны маслом. Старайтесь работать чуть небрежно, крупными мазками. К сожалению, формат этой книги на позволяет поговорить об этом более подробно.

Фотография после обработки

Хорошая обложка – товар лицом, но и этого порой бывает недостаточно. Позвольте отвлечься, окунуться в воспоминания. Прошу прощения, расскажу из собственной практики. Как-то я наблюдал в девяностые годы странную картину. Один армянин на вещевом рынке поставил несколько продавщиц. В каждом ряду по одной. Им полагался раскладной столик и несколько размеров мужских свитеров. Меня удивило, что одна из продавщиц продавала в пять-шесть раз больше, чем другие. Я присмотрелся. Все, кроме нее, торговали традиционно. Только успевал подойти к ним покупатель, как они начинали его нетерпеливо бомбардировать. «Что вас интересует?» «Могу я вам чем-то помочь?» Знакомая картина. Покупатель старался уйти в сторону, даже толком не взглянув на товар. А эта женщина действовала по-другому. Увидев, что, идет пожилая пара, она не ждала, когда заинтересуются ее столиком, а обращалась примерно так:

– Ой! Вы знаете! Можно вас попросить об одном одолжении! У меня у свекра скоро день рождения, хочу подарить ему свитер, а размер не могу определить. Он у меня точно такой комплекции. Вы не примерите?

– Это можно.

Уже через минуту… жена незадачливого прохожего одобрительно говорила:

– Слушай Вась! А смотри, правда, он тебе идет! Может, купим. Сколько он стоит?

До половины примеривших, уходило с покупками.

Или другой пример. На радиорынке один из продавцов не отталкивал покупателей фразами: «Чего ищете?» «Что нужно?», а говорил подходящим просто:

– У меня импорта нет.

Вроде даже отталкивал клиента от своего стола.

– Да мне импорт и не нужен, – отвечал покупатель, подспудно чувствуя заботу о своем времени и проникаясь доверием.

Как бы непринужденно завязывался разговор.

– Тогда другое дело. Из отечественного можно поискать.

– Да вот телемастер список написал, я не очень разбираюсь, – доверительно извлекал бумагу покупатель.

Незаметно заветный список оказывался в руках опытного торговца.

В обоих случаях продавцы подошли с неожиданной стороны. Они не пытались навязать покупку и этим не вызывали реакцию отторжения, а сделали все, чтобы завязать дружеский диалог и им сопутствовал успех. Мы тоже должны с читателями завязать диалог. Правда, в силу обстоятельств он будет незримый.

Недавно ученые провели интересное исследование и выяснили, что заголовки прочитываются в 9—10 раз чаще чем остальной текст. То есть потенциальный читатель скользит, рассеянно бежит взглядом, и только в одном случае из десяти, возможно, попытается узнать дополнительную информацию о книге. Ключ близко! Как попасть в эти 10%? Какой алгоритм мыслей и действий читателя? Как подвигнуть человека остановиться именно на вашей книге?

Название. Предположим, что это нестандартное отличное от других название. Если книга будет звучать примерно так: «Жизнь Клима Самгина», то мы ошиблись веком. И роман «Тополя» или «Просто любовь» не привлечет внимания. Мы отталкиваем читателя тривиальностью, обыденностью и заезженными словами… Даже произведение типа «Война и мир», в наш бурный век, скорей всего оставит потенциального читателя равнодушным.

Сделайте как та женщина, которая лихо сбывала свитера или как продавец радиодеталей. Смените алгоритм. Попробуйте завести с будущим читателем диалог. Поставьте его в тупик. Он может и не купит вашу книгу, но пусть откроет ее просто так. Это уже маленький шажок к успеху. Чтобы это произошло, дайте ему загадку, которую его ум будет некоторое время переваривать. Лучше если в названии книги будет заключена определенная тайна, парадокс.

Вот примеры удачных названий: «Горячий снег» Ю. Бондарева, «Понедельник начинается в субботу» братьев Стругацких, «А завтра была война» Б. Васильева, «Над пропастью во ржи» Д. Сэлинджера, «Вверх по лестнице ведущей вниз» Б. Кауфмана. Это названия парадоксы. Не бывает горячего снега, и понедельник не может начинаться в субботу, и слова «завтра» и «была» не стыкуются, и трудно представить, что в пропасти кто-то посеял рожь, а уж как взбираться по лестнице ведущей вниз – одному автору известно!

Не стоит обманывать его вычурными красивыми заголовками, за которыми ничего не стоит. Нужно дать максимально правдивую информацию, к какому жанру принадлежит книга. Какие события ждут его если он углубится в чтение. Если вы введете читателя в заблуждение, он почувствует себя обманутым. Напротив, к вам не придет тот читатель, который хотел бы прочесть именно ваше произведение.

Скажем, человек знает, что ему нравятся: детективы, фантастика или любовные романы, и наивно пытаться его обмануть если ваша книга о тяготах войны. Издания, в которых жанр легко определить, легче находят своего читателя. Возможно, стоит получить консультацию в редакции. Это взгляд со стороны. В этом ничего зазорного нет. Издатели профессионалы, они в большинстве случаев догадываются, что и как предложить читателям. Так, по крайней мере, считают сами издатели.

Есть названия преувеличения и просто необычные, цепляющие: «Похороните меня за плинтусом» П. Санаев, «Сто лет одиночества» Г. Маркес. «Облако в штанах» В. Маяковский. «50 оттенков серого» Э. Джеймс, «Табор уходит в небо» режиссер Э. Лотяну, «Вино из одуванчиков» Р. Брэдбери, «Жареные зеленые помидоры в кафе „Полустанок“» Ф. Флэг. «Мой дедушка был вишней» А. Нанетти и так далее.

Если вы придумали такое название и вызвали определенный интерес, потенциальный читатель скорее всего попытается его удовлетворить и откроет первую страницу. Ура!! Равнодушию прочь! Он не только остановился взглядом. Он снял ее с полки и открыл. Наши старания не прошли даром. А что дальше? Ответственный момент!! Тут у него, опять же согласно исследованиям ученых, есть в среднем 36 секунд до принятия решения. Если начальные фразы вашего повествования его разочаруют, то уже как бы хорошо вы не написали текст, он уже не сможет его прочесть. Особенно важны первые 72 символа! Золотые буквы.

Если вы пишете книги и желаете стать успешным автором не забывайте об этом. В начальных фразах как на кончике иглы у Кощея Бессмертного заключена ваша жизнь и смерть как автора! Еще и еще раз возвращайтесь, в начало произведения, оттачивайте его, совершенствуйте и это воздастся вам сторицей.

Можно попытаться написать предисловие, но оно больше об авторе, о том, как писалась книга. Тем не менее, хорошее предисловие может помочь делу, но, к сожалению, многие его не читают.

Предисловие, эпиграф, пролог, аннотация

Предисловие

Иногда предисловие само по себе шедевр литературы, от которого трудно оторваться. Э. Хемингуэй «Прощай оружие»:

«Эта книга писалась в Париже, в Ки-Уэст, Флорида, в Пигготе, Арканзас, в Канзас-Сити, Миссури, в Шеридане, Вайоминг; а окончательная редакция была завершена в Париже, весной 1929 года. Когда я писал первый вариант, в Канзас-Сити с помощью кесарева сечения родился мой сын Патрик, а когда я работал над окончательной редакцией, в Оук-Парке, Иллинойс, застрелился мой отец. Мне еще не было тридцати ко времени окончания этой книги, и она вышла в свет в день биржевого краха. Мне всегда казалось, что отец поторопился, но, может быть, он уже больше не мог терпеть. Я очень любил отца и потому не хочу высказывать никаких суждений. Я помню все эти события и все места, где мы жили, и что у нас было в тот год хорошего и что было плохого. Но еще лучше я помню ту жизнь, которой я жил в книге и которую я сам сочинял изо дня в день. Никогда еще я не был так счастлив, как сочиняя все это – страну, и людей, и то, что с ними происходило. Каждый день я перечитывал все с самого начала и потом писал дальше и каждый день останавливался, когда еще хорошо писалось и когда мне было ясно, что произойдет дальше…»

Эрнест Хемингуэй, эл. картина автора

Каждое слово точное, выстраданное, кажется, ложится в душу, обволакивает сознание, заставляет читателя проникнутся доверием и расположением к автору. Скорее это даже исповедь человека, умудренного опытом, которому нечего скрывать. К сожалению, так писать могут не многие. Это большой труд и талант одновременно.

Будем реалистами, писать так не каждому дано, но не стоит опускать руки. Надо искать ключики к читателю, вкладывать в первые строки весь ваш талант.

Вот для примера, как начинается книга: «Французская любовь как это бывает»

«Я закрыл дверь и долго смотрел в окно. Рядом назойливо жужжала жена. Я не отвечал. А что я, вообще, мог сказать. Что я отнес десять тысяч долларов просто так, а сам живу в комнате на подселении, что норковая шуба для жены, это пустые планы на следующую пятилетку, а там будь что будет. Но все-таки на душе было тепло. Не знаю от чего.»

С первых строк читателю дается тайна. Очевидно, небогатый человек расстался с целым состоянием. Причина этого неординарного поступка раскрывается в тексте, но для этого его надо прочитать.

А вот другое начало лирической повести, которая носит название: «Немножко счастья, когда шел дождь». «Тогда мне было 23 или 24, точно не помню. Я дружил с одной девушкой, не со своей будущей женой, с другой девушкой, но она была хороша. Необыкновенно хороша, и что-то в ней было, что потом я искал, в других девушках. В других девушках и в своей жене». Автор, выступающий в качестве доверительного рассказчика, сразу настраивает читателя, на то, что будет рассказан неординарный случай, ради которого стоит почитать эту книгу. Он с первых строк сближает дистанцию, устанавливает тесный контакт. Тот, кто торопливо пробегает текст, для него не просто читатель, – а друг и товарищ, которому можно открыться, поведать сокровенное.

Иногда можно воспользоваться зацепками или сюжетными вопросами, которые не оставляют читателей равнодушными. Рассмотрим это на криминальной драме «Портрет для киллера». Она начинается так:

«Настя стояла у окна и смотрела во двор. Второй этаж идеальное место для обзора, и она так делала каждый вечер. Она не знала, да и не могла знать, что это невинное занятие обернется для нее совсем с неожиданной стороны, беда уже незримо караулила ее».

Название – «Портрет для киллера», фраза «… беда уже незримо караулила ее» – крепко хватают читателя, предвещая захватывающее повествование.

Если мы обратимся к кинофильмам, то увидим, что иногда в начале дается короткий отрывок с динамичными захватывающими погонями, стрельбой, и другими штучками. Они предваряют фильм и дают возможность подглядеть уровень накала страстей, и хитросплетения сюжета. А уже после начинается подача на экране титров и знакомство с героями и артистами. Этот прием служит тем же целям. Создатели фильма предвосхищают интересные события, хотят крепко зацепить внимание зрителя.

В литературе такое трудно представить. Тут мы ограничены, интересные отрывки впереди книги не принято ставить, хотя такие прецеденты были, скажем, у Набокова в Лолите. Нарушение хронологической последовательности через ретроспекцию или прыжки во времени, сложны. Воспользоваться ими начинающему автору затруднительно.

Иногда в описательной части произведения, без которых не обойтись, можно воспользоваться намеками на бурные события, которые ждут героев в будущем. Типа именно эта, с виду неприметная или заурядная вещь, сыграла немаловажную или трагическую роль в будущем. Но герой даже не догадывался об этом, он просто положил ее в чемодан.

Или главный персонаж садится в машину, шарит под сиденьем и достает большой нож, который достался ему, от прежнего хозяина машины при покупке. Он пролежал там два года без дела, а сейчас он его протер, попробовал сталь ногтем и вернул обратно.

Мы не знаем, что произойдет в дальнейшем. Автор немногословен, не хочет предвещать события и раскрывать секреты. (Нельзя не согласиться, что он поступает правильно). Сам факт, что этот нож лежал два года без дела и вдруг герой его достал, протер, проверил, говорит о том, что надвигаются какие-то серьезные события. Это как ружье на стене у Чехова, если повесили, значит не просто так – придет время оно выстрелит.

Можно и такой вариант, описывая местность, скучные дома поселка вы как бы мимоходом отмечаете, что этот дом был обычный, рядовой и стоял на отшибе, но трое его бывших хозяев кончили жизнь не своей смертью. А если еще добавить фразу: «Но конечно никто не ждал повторения трагедии!!» Читатель сразу поймет, что скоро скучать будет некогда.

А если обратиться к тому, что ваш персонаж едет на важную встречу, нервничает и по пути во дворе раздавил голубя, который замешкался и не смог вовремя взлететь. Событие малозначащее думает герой, но под ложечкой у него неприятно сосет: «Может развернуться и поехать обратно. Что готовит ему эта встреча?» Строчка, несомненно, заставит читателя насторожиться.

Стоит сказать, что писатель, прибегнув к таким приемам не вправе обмануть читателя. Он, конечно, может это сделать в силу того, что он автор и единоличный хозяин произведения, но у читателя возникнет отчуждение к нему. Никому не нравится, когда нас обманывают. А если возникнет отчуждение, то не известно, захочет ли читатель в дальнейшем знакомиться с жизнью персонажей, поверит ли он тому, что ему рассказывают. Как у Пруткова: «Единожды солгавши – кто тебе поверит»

Да-да, это все верно, скажет проницательный литератор, но не всегда удается такое начало. А если требуется дать вводный текст, который расскажет нам о герое, подготовит читателя к конфликту и позволит правильно выстроить литературное произведение. Как поступить в этом случае?