Записки следователя Ротыгина

© Григорий Жадько, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дело об оружии

Слухи о том, что в калининском районе торгуют оружием циркулировали давно. Были даже два изъятия, но случай, который всколыхнул управление это стрельба в парке Сосновый Бор в результате которой был тяжело ранен курсант школы милиции. Парк собственно никогда не был парком в узком смысле слова. Там никогда не высаживали деревьев, кустарников или чего бы ни было еще. Просто когда завод Химконцентратов в конце пятидесятых годов застраивал улицу Богдана Хмельницкого и Александра Невского – детские сады, школу и 25 медсанчасть и поликлинику расположили к краю соснового леса. С другой стороны было небольшое безымянное озеро в народе получившее название «Вонялка». Когда то в него сливали отходы с завода «Экран», но быстро прекратили, а название прилипло. Постепенно вокруг росли четвертый, пятый и шестой микрорайоны, но лес уже никто не трогал и уже на закате советской власти решили его облагородить. Разбили асфальтированные дорожки, повесили фонари и ближе к трамвайному кольцу построили летние аттракционы и лыжную базу. До озера дело не дошло хотя директор ПО «Север» и громогласно объявлял, что есть планы запустить туда розовые фламинго. Советской власти не стало, директор умер, ну а о редких птицах уже никто не вспоминал. Просто бродили мамы с колясками, отдыхающие с профилактория, ну и больные те, кто пошел на поправку. По выходным парк преображался, народу было хоть отбавляй, а некоторые пребывали навеселе.

Вот и в тот субботний день, было как всегда многолюдно и весело, как вдруг ближе к полуночи двое молодых людей подошли к третьему одетому в форменную одежду. После двух-трех фраз, раздался легкий щелчок и они, не задерживаясь, развернулись и ушли по боковой дорожке в сторону озера. По горячим следам поймать нападавших не удалось. Спустя три дня молодой человек скончался.

Дело вести поручили следователю капитану Родину Олегу Михайловичу. Он был не новичок в розыскном деле. Высокий немного сутуловатый, он не производил особого впечатления, своими физическими данными. Тем не менее, за его долговязой и немного нескладной внешностью, скрывался человек, отличной физической подготовки, мастер спорта по самбо, отличный стрелок, призер городских соревнований по лыжным гонкам и конечно главным увлечением у него был альпинизм. Горы не терпят слабых. Вершины покоряются сильным. Он вспомнил, как месяц назад, во дворе, привел в шок местных пацанов. Они устроили у дома импровизированную спортивную площадку среди старых тополей. Половину весны, подтягивались на турнике, сделанном из старого лома, исправно тягали гирю в 16 кг, до хрипоты спорили, кто чего достиг. И вот как то, возвращаясь со службы, он поинтересовался их успехами. Они наперебой стали демонстрировать свои возросшие возможности. Слушал он, слушал их, и решил тряхнуть стариной, забрался на турник. Пацаны стали с улыбками подмигивать друг другу и считать подтягивания, очевидно не предполагая, что может этот дядька. После пятнадцати подтягиваний лица их поскучнели, а после двадцати пяти, вытянулись в удивленные гримасы, но он и не думал останавливаться, работал спокойно методично как автомат. Цифру сорок он преодолел легко, а потом стал уставать, но решил дойти до пятидесяти и дошел. Пацаны восторженно считали, орали, как будто он шел на олимпийский рекорд.

– Есть полсотни! – сказал он устало, и улыбнулся им.

– Ничего себе!

– Вот это да!

– Класс! – орали они наперебой, потихоньку и вежливо трогая его руки выше локтя. Видимо в их сознании плохо укладывалось, как такие обычные на вид мышцы, так безупречно, и долго могли поднимать его тело.

– Тренируйтесь ребята! Дело хорошее, нужное.

– А вы кто дядя?

– Увлекаюсь альпинизмом немножко.

– А-а-ааа… протянули понимающе ребята.– Тогда ясно.

Дело Родину принесли в понедельник. Ох уж эти понедельники, не зря поется в одной известной песне: «понедельники взять и отменить…». Не успел он толком ознакомиться, как буквально через пару дней, стали настойчиво требовать результатов. Видимо катализатором послужила смерть курсанта. Молодой парень, после службы в армии только начинал свой путь в милиции и вдруг он так нелепо оборвался. Он был не местный, приехал с Улан-Удэ. Здесь жил у дальней родственницы. Прежде в Новосибирске не был. Даже девушки завести не успел. Очевидно, и врагов тоже. Старые обиды отпадали. Но что, же случилось? Перед смертью, Родину удалось немного побеседовать с раненым, пока он был в сознании. Говорил он неразборчиво, тихо, иногда бредил или затихал, пропадал совсем. Врач, немолодой, но в силе мужчина кивал на дверь, предлагая закончить разговор. Он напрягал его пациента, но Родин, просил его подождать еще хотя бы несколько минут задать вопросы которые возможно прольют свет на произошедшие в парке события. Выждав минуту другую, пока курсант наберется сил, он опять осторожно формулировал их, облекая в новую форму. Сведений и зацепок было крайне мало. По словам курсанта, стрелявшие ушли спокойно и даже как-то равнодушно, как будто чувствовали за собой незримую силу. Рассмотреть, как следует напавших на него, он не успел, если дело пойдет на поправку он постарается составить приблизительный словесный портрет или фоторобот, а в таком состоянии ему не до этого. Исходя из показаний курсанта, выстрел был произведен почти бесшумно и он даже не сразу понял, что ранен. Только когда слабость начала затуманивать глаза и на кителе проступило горячее липкое пятно, он понял что произошло. Конфликта как такового не было. Пара ничего не значащих фраз. Даже закурить не спросили. Создалось впечатление, что смертельное ранение было, сделано походя с чувством полной безнаказанности.

В парке в это время еще было много народу. Несомненно, кто-то, что-то видел или слышал. Дали объявление в местную газету. Родин сам выступил по радио. Долго настраивался, говорил проникновенно. Старался в голос вложить боль утраты. Мысленно представлял лицо парня. Веснушки, курносый нос. Каково теперь его матери. Страшно представить. Он видел ее в коридоре относительно молодую, но согнувшуюся женщину в черном длинном одеянии. Образ ее перекликался в его представлении с монастырскими женщинами. Безропотное бездумное послушание, отчужденность от мира и всего суетного и бренного. Она передвигалась, натыкаясь иногда на стенки, и так как будто к ее спине приложили мешок с песком, и он не давал ей распрямиться вздохнуть полной грудью. Давила эта тяжесть. Давила прижимала к земле. Не давала вырваться непроизвольному крику, мольбе к Богу, Всевышнему. «За что!!!?». Может она, в чем виновата, недоглядела, не воспитала, не научила. … Может грех, какой на ней. Копалась в своем прошлом,… не обидела кого случайно, что прокляли ее семью. …Кто поймет страдание матери. Кто заглянет в эту иссохшую, почерневшую от горя душу?! Наверно она его отговаривала. Наверно предполагала, что все может случиться, но ведь не так …не в первые, же месяцы.

Свидетелей происшествия найти не удалось. Скорей всего они были, но боялись. И было отчего. Такие отморозки могли убрать запросто любого. Олег возлагал на это большие надежды. Но винить людей он не собирался. «Гражданская позиция в наши времена вещь скользкая. Сами работники милиции могут за больше деньги сдать свидетеля. Он знал такой случай с одним своим коллегой, но доказать конечно ничего было нельзя. Кроме подозрений ничего существенного. И работает, он до сих пор улыбается, смеется. Все, и он, делают вид, что этот случай забыли. Но только как такое забудешь. Хотя в этой жизни все случается,… может дикое стечение обстоятельств или какие-нибудь игры со шпионскими штучками, прослушками? Но тогда откуда через полгода у его матери пенсионерки нашлись деньги на домик в Краснодаре. Живет старушка, каково там ей? Тепло спокойно, там и сынок подтянется со временем. А он улыбается, как ни в чем не бывало. На какого следователя нарвешься? Народ умный пошел. Вот и отсиживаются, не рискуют.

Что же делать! Что предпринять! Начальство не знает слово «нет». Вынь и положь. Еще подначивают, мол, где твоя хваленая хватка? Мы тебя не узнаем!». Не все дела раскрываются. Надо требовать в пределах возможного. Но тут задета даже не честь мундира. Такие высокие и выспренные слова он не любил слушать, а тем более избегал произносить вслух… тут другое, потаенное. Он как то представил себя на его месте. Он ведь тоже иногда прогуливался по этому парку. Один, или с женой и ребенком. Форму он редко одевает, и, тем не менее,…подойдет пара таких ублюдков и заберут его жизнь или Светланы или тем паче Настеньки. … Как бы он себя чувствовал,… ждал бы волшебных подгоняющих пенделей от начальства? Зубами бы рвал,… метался как раненый зверь в клетке. …Нет! Безнаказанно это им пройти не должно! Все бывает.

И преступника порой понимаешь. Невольно проникаешься к нему сочувствием, хотя конечно гонишь эту лирику поганой метлой из души… Но это редко, единичные случаи в его практике. Чаще просто логическая цепь такова, что выбора у фигуранта нет. Да! Убийца. Да. Взял грех на душу, но перед этим все сделал, что бы этого избежать. Или если по пьяни, убивают… таких жалко бывает. Для суда отягчающее обстоятельство, а вот для него смягчающее. Порой смотришь на такого бедолагу, когда он очнется от своего угара, поймет что натворил… у него самого волосы дыбом встают, не верит своим глазам. … Жалеет, убивается, да что уж там… ничего не вернешь.

И даже те, кто убивает инкассаторов или врывается, грабит банки, сберкассы, не так страшны как вот такие нелюди. У них логика есть, они рискуют, игроки со смертью, и встречают их с оружием и еще неизвестно кому повезет в очередной раз. На войне как на войне, где главный приз деньги…. Но это удар в спину, бессмысленный и жестокий. Наверно сейчас, где то весело сидят, потягивают холодное пивко с рыбкой. Ухмыляются. Безнаказанность рождает отчаяние. Все зависит от него. Ему доверили это непростое дело. Но как к нему подступиться».

Родин понял, что традиционное расследование вряд ли принесет успех и решил сосредоточиться на уликах…. Из улик была только пуля. Выстрел был один. С недалекого расстояния. Пороховые частицы на кителе отсутствовали. Лаборатория дала заключение, что пистолет ранее ни по одному делу не проходил, в базе ни числится. Стреляли в сердце, но попали чуть левее. Несомненно, отморозки преследовали цель убить. Били на поражение. Пуля, извлеченная хирургами при операции из курсанта, показала, что орудие убийства пистолет иностранного производства калибра 7,65 мм. Почти полное отсутствие звука выстрела наталкивало на мысль, что пистолет, очевидно, был с глушителем и возможно выстрел был произведен преступниками с целью, опробовать оружие в деле после покупки. Убивать гражданского не стали, а выместили злобу на курсанте одетом в форму МВД.

Родин задумался. Побарабанил пальцами, по стеклу, лежащему на столе. Если следовать этой же версии, можно было предположить, что стрелявший или оба фигуранта, имели в прошлом проблемы с законом, а скорей всего сидели и недавно освободились из мест лишения свободы. Пистолет им понадобится в дальнейшем, для совершения преступления. Посмотреть недавно освободившихся? И что? Ничего это не даст.

Он вспомнил, как три года назад был подобный случай в Центральном районе. Около часа ночи два «пепеэсника» (патрульно-постовая служба), закончив дежурство, возвращались домой. Дежурную машину забрали, на срочное задание. Они, жили по соседству и не так далеко. Не одноклассники, но милиция их сдружила. Решили пройти дворами, что бы срезать путь. У гаражей буквально ниоткуда появился какой-то тип и с криком «Вали лягавых!!!» открыл огонь им в спину. Одного убил сразу наповал. Второй, тяжелораненый, побежал, пытался его преследовать и сделал несколько выстрелов в ответ. В результате, бандит скрылся, а он еле дотянул до больницы, потерял много крови и остался на всю жизнь инвалидом. Какой тогда поднялся шум! Об этом не писали только ленивые. Нашлись и свидетели. Разбуженные выстрелами, пара старушек из близ лежащих домов. Был составлен фоторобот, который почти полгода возили их коллеги под стеклом УАЗиков. Да только что толку. Ночной стрелок исчез, как в воду канул. Стрельба велась в тот раз из «Макарова». Кто он был? От чего у него крышу снесло? И вот опять.

Если бы существовал подробный словесный портрет преступников или фоторобот, можно было попытаться поискать в этом направлении, а так пришлось хвататься за слабую ниточку покупку пистолета.

Родин запросил сводки. В течение последнего полугода в калининском районе было задержано два молодых человека с огнестрельным оружием. Оба фигуранта имели при себе импортные пистолеты китайского производства калибра 7,65мм с глушителями. Родин запросил справку об этих пистолетах. Сведения предоставили исчерпывающие.

В 1964 году на вооружение китайской армии был принят пистолет тип 64 не имеющий специального названия и представлявший собой, несколько видоизмененный германский пистолет Вальтер. Специально для разведывательно-диверсионных и специальных подразделений в КНР было налажено производство пистолетов тип 64 разработанных в качестве бесшумного оружия нападения и защиты. Эффективная дальность стрельбы из этого оружия была невелика – 10—15 метров. Глушитель забирал около 20% мощности выстрела. Новая модель была рассчитана на использование пистолетного патрона «Браунинг». Производство пистолета было освоено заводом-изготовителем N 426 без получения каких-либо лицензий, пиратским способом.

Специальная блокировка позволяла добиться расцепления затвора. Перезаряжание могло осуществляться вручную после каждого выстрела. Такая конструкция при ведении стрельбы одиночными выстрелами с ручным перезаряжанием делало стрельбу из пистолета практически бесшумной. Благодаря этому стрелок мог скрыться после одиночного выстрела, не привлекая к себе внимания, и перезарядить оружие вручную в любое удобное для себя время и в подходящем месте. Когда китайцы начали выпускать более совершенные и легкие модели, 64-тип оказался невостребованным. Продажей оружия на экспорт в КНР занималась государственная компания «Северо-Китайская промышленная корпорация», Nоrinco, основанная в 1985 году в Пекине. Недолго думая они стали сбывать пистолеты в Азию и Африку, а также они всплыли на рынках оружия в Северной Америке и Европе. Из-за низких цен они пользовались популярностью у военизированных формирований в странах третьего мира, в том числе – антиправительственных и террористических. Видимо каким-то образом через Грузию, или Таджикистан одна из партий попала в Россию и всплыла и у них в городе.

Из материалов следствия, по показаниям задержанных следовало, что они нашли пистолеты на улице и честно несли их в милицию. У одного даже лежало в кармане заявление проставленное числом задержания. Это была обычная практика. Она была связанна, как считал Родин, с огрехами в законодательстве. Была бы статья, предусматривающая освобождения от ответственности в случае сдачи поставщиков нелегального оружия, много чего можно было сделать. Если из этого пистолета никого не убили, не ранили – отпустить мелкую рыбешку, так ведь поймать какого зверя? Ан, нет! Закон суров. Наказание должно быть неотвратимым. Но это все слова. Пыль в глаза. Неповоротлива наша система. А торговцы смертью остаются безнаказанными.

Мера пресечения к обоим задержанным была подписка о невыезде. Родин ознакомился с показаниями и получил разрешение на проведение дополнительных следственных действий в отношении лиц причастных к ношению оружия. Откладывать не стал, вызвал их на следующий день по повесткам.

Оба парня были физически крепкие, накаченные и коротко стриженные, как будто ходили к одному парикмахеру. Не сидели, но привлекались по мелким делам. Один битой разбил в порыве ярости машину не уступившему ему дорогу водителю в районе площади Гарина-Михайловского. Машину в итоге восстановил. Заявление потерпевший забрал. Дело закрыли. Второй в ночном клубе «Лимпопо», на улице Выборной хорошо приложил местного вышибалу, да так, что врачам пришлось складывать нос ему заново. Придя себя, и одумавышись, он оплатил лечение, дал денег на восстановление здоровья пострадавшему. Дело еще не закрыто, но судя по всему, к этому идет.

«Ну что же голубчики будем колоться или не стоит пробовать? – Трудный бесполезный разговор. Тупик. Глухая стена. – Таких субъектов словами о раскаянии, и о чистосердечном признании не проймешь. Сами говорят мало. Больше адвокаты. Адвокаты не из дешевых. Смотрят молодчики нагло, с вызовом. Чувствуют за собой силу. Это путь в никуда. Очень сильно похожи, но не внешне, а манерами, выражениями, поведением. Как они связаны? Случайность. Маловероятно. Упорно молчат. Все отрицают. Друг друга конечно прежде не встречали. Кто бы сомневался».

Родин взял фотографии молодых людей и провел три встречи на конспиративных квартирах с агентами. Агент «Филби», узнал обоих. Оказывается это быки из группировки Хрома. «Первый раз они друг друга видят?!!! Конечно как бы ни так. И что это нам дает. К Хрому так просто не подобраться».

Родин расчертил чистый лист. Кружки, стрелки. Хрому отвел большую область наверху. Двое его быков, овалы поменьше. И еще кружки, кружки с жирными вопросами. «Откуда у него оружие? Сам торгует? В принципе это не так важно. А что важно? Можно предположить, что и у других членов группировки есть аналогичные стволы. Это важно. Установить еще некоторых членов банды реально, даже не составит труда. Если и у них найдется оружие…? И что с того. Нет, источник приобретения они ему все равно не сдадут. Опять появятся адвокаты с гусячьими рожами. Пробуксовка на месте. Близок локоть, но не укусишь. Внедрение к Хрому? Ну, это долгая песня, и он слишком осторожен, что бы допустить кого-то в свое окружение. Думать! Думать! И еще раз думать. Использовать проституток? Нет, это не та информация, какую бандиты могут слить им. Назвать кличку – да! Проболтаться похвастаться об успешном деле – да! Но адрес склада с оружием случайно не сболтнешь. Отпадает. Даже пытаться не стоит. Подставишь жрицу любви. Заподозрят, грохнут, закопают в лесу и пошлют маме в деревню открытку. „Мама у меня все хорошо. Пригласили в Турцию. Как приеду, напишу“. Ни трупа, ни заявлений от родных. Ничего. Есть вариант закинуть удочку на счет покупки партии? Отследить передвижения. Но поверит ли Хром? Нет, он и так уже нервничает. Адвокаты, несомненно, его рук дело. Поймет что наша ловушка! Слишком прямолинейно! Топорная работа! Надо искать другой путь. Задача сложная и значит, ее надо расчленить на более простые и легкие элементы. Последовательно они могут привести к цели. Необходимо точно определиться с кандидатурами, и привести их в состояние, когда они проболтаются. Кому могут проболтаться? Кому доверяют? Подельнику? Другу?…Таких нет. Это отпадает. Или могут когда утрачена осторожность,…притуплена реакция самосохранения,… скажем когда сильно пьяные. Это можно попробовать. Да! В этом направлении и необходимо действовать. Нужно больше информации о банде Хрома, чем промышляют, где отдыхают, с кем и где спят. Всю подноготную. А потом подбирать ключи к этому хитрому замку».

Через пару дней Родину по крупицам удалось собрать немного информации, и тут совсем неожиданно ему улыбнулась удача. Впрочем, кто настойчив, тому рано или поздно эта дама приходит. Выяснилось, что проводить время бандиты любили в ресторане Русь, на Учительской, а гардеробщик в этом заведении был осведомителем и поставлял ценные сведения. Работал он виртуозно. В свое время его отмазали от одной неприятной истории. Он добро помнил, отрабатывал и еще немножко имел в материальном выражении. Агент был Степаныча, пока тот не вышел на пенсию. По наследству перешел к Родину. Особо его не напрягали, если только случались заварушки в ресторане. Но тут он мог здорово пригодиться. Стоило с ним, не мешкая встретиться и составить разговор.

На оперативную квартиру в старую двухэтажку с облупленными стенами на Театральной, гардеробщик пришел с опозданием. Родин уже хотел уходить, как в окно увидел его долговязую, слегка согнутую, фигуру, спешащую на встречу.

– Что так долго? – спросил Олег с недовольством.

– Проверялся!

– Сикрет интеллидженс сервис нашелся!

– Чего?

– Раньше выходить надо. Ну ладно, присаживайся. Дело есть срочное и очень ответственное.

– Я весь во внимании Олег Михайлович.

– Бандитов Хрома знаешь?

– Кое-кого. Не близко. Здравствуй и прощай. От силы дежурный анекдот и все общение. А кто интересует?

– Погоди! Они часто навещают вашу богадельню?

– Да редкую неделю, что бы без них, а, то и пару раз заглядывают. Вчера как раз были вчетвером.

– Со стволами ходят?

– Трудно сказать. Хотя вру!! Недавно видел, перекладывали при мне здоровые такие дуры.

– Кто?

– Босота и Хлыщ.

– Как они выглядели, я имею в виду оружие? Опиши подробней. Успел разглядеть?

Гардеробщик довольно обстоятельно рассказал, что успел увидеть. Все сходилось, даже в мелочах. Очевидно, пистолеты из той же партии, они на правильном пути. Пистолет действительно был большим, длиной 33см, и массой 1,24 кг, затруднявшим его скрытое ношение.

– Вот и задание тебе. – Сказал Родин.– Совсем простое. Как придут в следующий раз, позвонишь. У тебя там люди и уши кругом. Скажешь,… ну пусть будет так: «Металл заказывали? Он прибыл». Договорились?

– Все сделаю, как вы сказали.

– В ресторане брать не будем.

– Да уж, пожалуйста.

– Это точно. Все будет в лучшем виде, не беспокойся. На бумажке запиши, как они точно выглядят, как одеваются. Словесный портрет короче. На выходе еще чтобы ошибки не было, картуз свой снимешь, как бы провожая. Это нашим сигнал. Добро?

– Слушаюсь.

– Ты что бывший военный?

– Армия, еще советская, как у всех.

– Топай вояка. Дело выгорит. Рассчитаюсь с тобой. Иди. Иди первый. Я еще посижу, подумаю.

Гардеробщик ушел. Родин лег на не расправленную кровать. Мысли сразу завертелись в голове: «Нет доверяться случаю нельзя. А что если они будут, только слегка выпивши? Все насмарку пойдет. Надо их обработать в ресторане по-полной. Точно!».

Он вызвонил по сотовому гардеробщика, пока тот не ушел далеко. Вернул его. Объяснил новый план действий. Босоту и Хлыща он должен показать операм, когда те сядут в начале пирушки. Гардеробщик уныло согласился.

– Ничего страшного. Агенты будут женского пола. Не дрейфь старик. Комар носа не подточит.

– Я что? Я ничего. Сделаю, как сказали. Вы меня никогда не подводили.

– Ну, ступай. Ступай, ступай. Готовься отдать долг Родине, – пошутил Олег.

Оставалось дождаться, когда фигуранты окажутся в означенном заведении. На это ушло чуть больше недели. Наконец гардеробщик подал условленный знак, что клиенты прибыли.

На задание отправились группа из четырех человек из них две молодые женщины, работницы секретной части и канцелярии. Они недавно устроились в отделение и были недурны собой. Разговор с ними был составлен предварительно. Девушек уговаривать поучаствовать в операции особо не пришлось. Вся их миссия состояла в том, что бы проследить за фигурантами. Провести свободный вечер в ресторане. По возможности не вмешиваться в события. Задача что бы клиенты были в хорошей кондиции. Если ситуация с употреблением алкоголя будет критической, легкий флирт не исключался. Финансовая поддержка была достаточно солидной. Начальство с трудом, но расщедрилось. Клименко долго чесал голову, на какую статью списать наличные. Кряхтел, скрипел как немазаная телега, но все-таки разродился. Хорошие коньяки, виски не исключались. Игра стоила свеч. Девушки ничем не рисковали. Официальное прикрытие – машина из местного вытрезвителя и оперативники, как бы сотрудники этой службы, должны были дежурить у выхода из ресторана.

Родин не усидел в кабинете, подъехал, встал, прижавшись к обочине на Невского, из машины не выходил. Пока стоял много разных непрошенных мыслей лезло в голову.

Родин вышел из машины немного размяться. Окна ресторана светили вовсю. Приглушенная расстоянием музыка глухо бухала басами.

Новоиспеченные агенты уселись удачно. Но бандиты были со своими барышнями. В течение вечера девушки, как и было условленно, заказали на соседний столик дополнительно виски Jameson и Jack daniels, инкогнито. Сами скромно пили шампанское. Бандиты были удивлены подарку, но выяснять подносителей, и особо мучить официанта вопросами не стали. Для них вечер и так удался на славу. Тяжело нагруженные, расходиться они начали после двенадцати. Взяли их на выходе тепленькими. Однако, одного удалось схватить с поличным, другой успел сбросить оружие. Какова реакция! В таком состоянии. Впрочем, это мало ему помогло. На пистолете остались отпечатки его пальцев, и отрицать очевидное уже не имело особого смысла.