Избранные. Космохоррор

* * *

Отдел гражданских разработок находился на нижнем этаже подземного комплекса. Доступ сюда имели лишь военнослужащие и несколько гражданских лиц, включая Артура и Андрея. Вход только по электронным пропускам! Отдел имел собственную охрану, и пребывание гражданских здесь строго контролировалось.

Кард-ридер пикнул, толстостенная гермодверь отъехала в сторону. Узкий коридор, освещённый светодиодными лентами, уходил вниз под углом. Охранников на привычном месте не оказалось. КПП пустовал. В обычное время людный, отдел гражданских разработок будто бы вымер. В дверях кабинетов на кирпичном полу валялся разномастный хлам, на столах рассыпались стопки бумаг и канцелярские принадлежности. Артур чувствовал, как к горлу подступает комок, в груди росло чувство тревоги.

– Эй, здесь есть кто-нибудь? – в ответ тишина.

Артур осторожно шагал по пустому коридору, вслушиваясь в звуки собственных шагов. Кабинет старшего куратора гражданских разработок, подполковника Агасяна, был открыт. Дверь распахнута настежь, под стулом валяется картонный стакан недопитого кофе. Артур окликнул Агасяна по имени, никто не ответил.

В покинутом кабинете горел свет. Изнутри доносилось мерное гудение: главный мейнфрейм работает. Артур подошёл ближе, датчик движения среагировал и монитор вспыхнул. Компьютер вышел из режима гибернации, гудение сделалось громче.

На мониторе мерцало окно знакомой программы, Артур работал над «огражданиванием» этого софт: бета-версия дистанционного управления дронами-аннигиляторами. Во весь монитор растянулась интерактивная карта звёздной системы Агасфера, в нижнем правом углу мигала строка состояния: в боевой готовности – сто пятьдесят единиц, уровень угрозы – потенциальный, тип угрозы – не определено.

– Твою мать… Артур небрежно бросил бумаги на угол стола и поспешил убраться прочь.

* * *

Кабинет юристов покидали в спешке: вещи Андрея остались на месте, на столе беспорядок, ящики тумбы открыты. Артур набрал номер начальника, приложил мобильник к уху – тишина. Нет гудков, автоответчик сотового оператора даже не сообщил своё дежурное «абонент находится вне зоны действия сети».

– Этот день нравится мне всё меньше и меньше. – сказал Артур вслух и начал собираться домой.

* * *

Прохожие вели себя странно. В панической спешке люди старались поскорее сесть в свой автомобиль или прыгнуть автобус, спуститься в метро или зайти домой. Другие же стояли как вкопанные и молча разглядывали небо.

Артур не сразу понял суть происходящего. На улице горели светодиодные фонари, они включались при активности вулканов дневной стороны, когда облака пепла, путешествуя на зимний полюс, закрывали собою охристо-жёлтый диск Агасфера.

– Боже всемогущий… – Артур во все глаза таращился на небо. – Быть того не может!

На сумеречный пояс Негев опустилась настоящая ночь. Небо темно-синего оттенка усыпали светящиеся искорки звёзд. Тускло отсвечивая жёлтым, над облаками зависли две луны: Давид и Голиаф.

Не зная что и думать, молодой юрист спустился в метро. Монорельсовый поезд домчал до нужной станции всего за пятнадцать минут. Люди в метро были обеспокоены, не утихали волнительные разговоры; большинство негевианцев никогда не покидало планету, настоящую ночь они видели лишь по телевизору, либо в сети.

На выходе из вестибюля безымянной станции под номером «тринадцать», Артур встретил кхетта-торговца. Ксеномент истерично перебирал свой товар, по его бегающим во все стороны глазам было ясно – он растерян и не находит себе места.

– Эй, приятель? Ты как.

– Человек. Опасность. Планета. Опасность. Кхетт. Чувствовать. Опасность. Мир. Опасность. Мир. Заболеть. Мир. Умирать. Скоро.

– Не будь ханжой. Возможно это опять какие-то капризы погоды. Наша звезда не самая стабильная во вселенной…

– Нет. Всё. Плохой. Кхетт. Жить. Много. Жизни. Человек. Не. Видеть. Такой. Небо. Кхетт. Уходить. Под. Земля. Человек. Спасаться.

– Спасибо за оптимизм, друг! И тебе всего хорошего…

Артур выехал из парковки. Негевианские электромобили оснащались лишь слабыми дневными ходовыми огнями. На планете, где солнце никогда не заходит за горизонт, мощные фары ни к чему. Артур старался держать безопасную скорость и не разгонялся. Неуверенный, слабый свет дневных фар то и дело вылавливал из темноты задние бампера соседних машин. Кое-как удалось добраться до дома. Сегодняшние приключения отняли у Артура остатки сил.

Оказавшись дома и увидев спящую жену, мужчина немного успокоился. Главное с Анной всё в порядке, остальное не имеет значения.

* * *

Негев встретила настоящий рассвет! Огромный солнечный диск поднимался из-за горизонта. Небо привычного нефритового оттенка наливалось тёмной бирюзой. Розовые облака тихо плыли куда-то вдаль.

Утопая в рассветной заре, на небольшой высоте летел авиалайнер. Четырёхкрылый самолёт двигался на околозвуковой скорости, влажный воздух рисовал на хвосте машины белую паровую «юбку». Артур поневоле залюбовался умиротворяющим пейзажем. Непривычно-яркий свет Агасфера на мгновение сделался ещё ярче, небо разверзлось и ухнуло: непроглядной чернотой зиял провал в никуда, во мгновение ока самолёт и окружавшие его облака засосало внутрь, провал хлопнул и закрылся. Будто исполинский резиновый жгут, небо поколыхалось ещё секунду и успокоилось.

В животе растекалось неприятное чувство, будто кишки обдало крутым кипятком. Артур разбудил жену.

– Анна! Проснись, любимая!

Жена неохотно стянула с себя одеяло и лениво потянулась.

– Ты что, совсем не спал? Я не слышала, как ты пришёл, и чтобы ты ложился не помню…

– Да какой тут на хрен сон, иди сюда, смотри!

Анна была в одном лишь исподнем, белая сорочка в лучах рассветного солнца казалась розовой. Зевнув, она подошла к окну, глянула на небо и замерла. Бешеным потоком в её голове пронеслась стая лихорадочных мыслей.

– Как? Агасфер в зените? Не может быть!? Я слышала, что такое на Земле бывает. Как же это называется… Полдень!