Не хотите на мне жениться?

– А что я могу сказать? – Я покрепче обхватила Марусю. – Он не в моем вкусе.

– Но вы же понимаете, что иногда можно закрыть глаза на отсутствие пламенных чувств. До совершеннолетия осталось не так много, а Ричи прилежный студент и наследник большого состояния.

Видимо, господин Дамиан искренне не понимал, почему Викки Вэлларс зациклилась на его кандидатуре, если рядом есть другие перспективные женихи. Я тоже этого пока не понимала, но подвести Марусю не могла.

– Нет, спасибо, уж лучше подожду большой и чистой любви. Лучше всего взаимной.

Ректор покачал головой.

– Ладно, возвращайтесь к себе, – сказал он. – И внимательнее следите за питомцем, если еще раз застану ее в своих комнатах…

Договорить не успел. Дверь распахнулась, и в кабинет вошла профессор Кариша. Изящная, с гривой густых, черных как смоль волос и смуглой кожей, она смотрелась весьма впечатляюще. Не ошибусь, если скажу, что некоторые мальчики-студенты волочились за ней, а значит, не одна Маруся искала счастье в преподавательском составе, нечего наговаривать.

– Закончили? – Кариша прошлась от двери до стола, цокая высокими каблучками. Интересно, какой предмет она преподает?

– Закончили. Вы свободны, Вэлларс, – ректор кивнул.

Но вместо того, чтобы обрадоваться быстрому окончанию разговора, Маруська вздыбила шерсть.

Я направилась к выходу и, уже будучи в коридоре, подальше от посторонних глаз, опустила Марусю на пол.

– Ты чего?

– Стой тут, – велела она и рванула обратно к кабинету.

Разве я могла ее бросить? Конечно пошла следом.

В узкую щель плохо прикрытой двери проглядывались два силуэта.

Два целующихся силуэта.

– Тебе не надоело нянчиться с девочкой? – спросила Кариша, отрываясь от ректора. – Слишком много ей позволяешь.

– Я не позволяю ничего порочащего или двусмысленного. Она просто запуталась, надо дать время.

– Время для чего? Влюбиться еще сильнее? Она же бегает за тобой с прошлого года.

Дамиан отошел к окну.

– Вэлларс хорошая студентка, ее ждет большое будущее. И я не стану мешать ей получать образование, не ищи проблемы там, где ее нет.

Маруся, слыша это, со злостью подалась вперед, отчего дверь скрипнула, а мужчина обернулся.

Я схватила Маруську и, не обращая внимания на окрик ректора и веселый смех Кариши, бросилась бежать.

Маруся крепко вцепилась когтями и указывала, в какую сторону свернуть, чтобы не заплутать в коридорах.

– Ты слышала? Нет, ты слышала? – возмущалась она. – Она хочет, чтобы меня отчислили! Почему он ее не уволит? Почему меня надо отчислять, а ее нет?

Кошачьему негодованию не было предела. Как девушка я ее понять могла, но как студентка Вэлларс – готова была убить.

– В следующий раз думай, что делаешь. Ты для него усатая морда, и все, а я та, кому придется расплачиваться за твои косяки.

– Можно подумать!

– Можно, если постараться, – сказала я, остановившись. – Все, не могу больше бежать.

Маруся спрыгнула на пол и, повернувшись ко мне спиной, гордо задрала хвост. Я хмыкнула.

– Конечно понимаю, что на данный момент ты кошка и все кошачьи реакции тебе не чужды, но сейчас ты… гм… оголяешь некоторые части своего тела. Это для устрашения или так в вашем мире выражается благодарность за успешно сданную аттестацию?

* * *

Маруся увела меня в местную библиотеку, клятвенно уверяя, что в это время суток желающих погрузиться в мир книг немного. И правда, небольшое помещение, заставленное стеллажами с учебной литературой, выглядело уютным и спокойным.

– Тут есть несколько столиков в углу, – прошептала кошка.

Она опять сидела у меня на руках и посматривала по сторонам. Прекрасно понимая, что я далека от здешних укладов жизни, Маруся помогала как могла.

Я не сразу разобралась в ее характере: порывистая, ветреная, не думающая о последствиях, но при этом по-своему заботливая, опекающая даже там, где этого не требовалось. Хотя, может, она просто заботилась о теле, отданном «в аренду», а не лично обо мне?

– Ты завтракала сегодня? – спросила кошка.

– Да, перекусила в столовой. У вас неплохо кормят.

– Кухонные духи старательные, для академии специально подбирали самых лучших. Король считает, что студенты – это будущее королевства и они должны посвящать время учебе, а не думать о насущных проблемах.

– Мудрый у вас король, – улыбнулась я.

– Приличный, да. – Маруся дождалась, пока я сяду, и перепрыгнула на стол. – Говорят, профессор Кариша его родня. Может, из-за этого ее не увольняют?

– Или из-за того, что она квалифицированный преподаватель и нравится ректору. Какой предмет она ведет?

– Зельеделие. Яды всякие, настойки от веснушек и любовные отвары. Ну и аптечку помогает собирать. У всякой уважающей себя ведьмы должна быть аптечка, сделанная собственными руками.

– Хорошо учит?

– Ну… неплохо, – со вздохом призналась Маруся. – И Дамиану, действительно, нравится, я же видела, как он ее целует. Но он на ней никогда не женится.

– Потому что рядом есть ты? – я усмехнулась.

– Потому что имеет драконью кровь в роду, а значит, разводы не приемлет. Дамиан будет тщательно выбирать невесту.

– А ты, как посмотрю, стараешься насильно осчастливить его собой?

Маруся вспыхнула, глаза блеснули, из лапок выпустились коготки, но тут же спрятались обратно.

– Тоже считаешь, что слишком навязываюсь?

– Честно? – уточнила я и, дождавшись кошачьего кивка, безжалостно продолжила: – Ты – самое страшное, что может быть в жизни мужчины. Искренне сочувствую ректору и восхищаюсь его терпением. Крутой мужик, раз до сих пор никого не отравил. Кстати, профессору Карише тоже надо сказать спасибо.

– А ей-то за что?!

– Она спец по ядам, а ты до сих пор жива. Будь я на ее месте, давно бы завалила приставучую студентку.

Кошачий носик недовольно сморщился. А я принялась спокойно разглядывать библиотеку – ничего, может, хвостатая поумнеет.

– Ритуал был для Кариши, – неожиданно призналась Маруся. – Я хотела переместиться в ее тело хоть на один день. Хотела понять, каково это, когда тебя целует любимый человек. Но, как всегда, ошиблась и угодила в другой мир. Просидела несколько часов под кустом, с ужасом понимая, что имею теперь усы и хвост. Знаешь, мужчинам обычно не нравятся усатые девушки, – она горько усмехнулась. – А потом увидела тебя… Мы похожи как две капли воды. Так странно.

– Немагическая копия из другой вселенной.

– Да. Совершенно немагическая, – с сожалением произнесла она и вдруг замерла, рассматривая кого-то за моей спиной.

– С кем разговариваешь, Вэлларс? – послышалось в тишине библиотеки. Голос Ричи я узнала сразу. – Было два голоса, – задумчиво сказал парень, разглядывая Маруську.

– Скажи еще, что кошка говорящая, – фыркнула я оборачиваясь. – Просто рассуждаю вслух, на жизнь жалуюсь.

– Разными голосами?

– А что странного? Женские дни на подходе, гормоны шалят, так и хочется быть то зайкой, то стервой, никак не определюсь.

Ляпнула самое неуместное, надеясь, что это немного отвлечет парня, заставит переключиться. Так и получилось.

– Женские дни? – удивленно переспросил Ричи.

Уверена, он прекрасно понял, о чем речь, но, как воспитанный человек, изобразил природную глухоту.

– А я тебя искал! – парень сухо улыбнулся.

– Зачем?

– Ректор велел передать, чтобы ты зашла к новому преподавателю… – Ричи сдвинул брови. – Как же его?.. К профессору Хайлиту.

– Только я? С чего вдруг?

– Он ритуалист по профессии, а ты носитель родового дара. Дальше пояснять нужно?

– Не стоит. – Я протянула руку к кошке. – Маруся, забирайся, придется прогуляться.

– Провожу, ты же не знаешь, куда его заселили, – сказал Ричи и первым вышел из библиотеки.

* * *

Ричи вырос в благородной семье. С детства его воспитывали как наследника герцогского титула (дядя герцог давно заявил, что жениться не намерен, а детьми обзаводиться – тем более), поэтому Ричи и подумать не мог, что девушка, которую ему прочат в жены, может совершать что-то недозволенное. Конечно, он знал о характере Викки, все-таки учились в одной академии, хоть и на разных факультетах, но верил, что она не будет нарушать правила так опрометчиво, поэтому про два голоса больше не спрашивал, хотя иногда бросал внимательные взгляды.

Профессор Хайлит поселился на том самом преподавательском этаже, с которого мы с Марусей сбежали, но в другой стороне от кабинета ректора.

– Тебе сюда, – Ричи указал на одну из дверей. – Можем поговорить после того, как освободишься?

– У нас мало тем для беседы, – как можно вежливее ответила я.

Хамить не хотелось, лимит дерзостей на сегодня исчерпан.

– И все-таки мне бы хотелось пообщаться, – не сдавался парень.

– Я подумаю.

Он ушел, а я спустила Марусю с рук на пол и направилась к двери.

– Я с тобой! – тут же воскликнула она.

– На этот раз нет.

– Почему? – Удивлению не было предела.

– Ты не можешь держать себя в руках и часто подставляешься.

– А ты ничего не знаешь про ритуалы!

– Ты тоже мало выучила, а с практикой вообще проблемы.

– Зато я ведьма, – не сдавалась Маруся.

– Сейчас ты кошка, – напомнила я. – Сиди на месте, можешь даже прилечь, но, бога ради, не вмешивайся.

Маруся хлестнула хвостом, но решила не спорить. Смерила строгим взглядом и отпустила на одинокие подвиги.

– Не подведи. – Она с намеком выпустила когти.

– Постараюсь, – пообещала я и постучалась к профессору.

Тяжелая дверь из массивного куска дерева отозвалась глухим звуком, а потом скрипнула и отворилась.

Преподаватель стоял у стола и перебирал бумаги.

Его кабинет разительно отличался от кабинета ректора – серый пол, безжизненные стены и такая же мебель. Единственным красочным пятном был кактус на подоконнике.

– Добрый день, профессор, – сказала я, хотя мы виделись несколькими часами ранее. Он так увлекся макулатурой, что, казалось, не заметил посетителя.

Я огляделась в поисках стула, но не нашла. А единственное кресло стояло за спиной Хайлита. Ну да ладно, не гордая, могу и постоять.

Мужчина продолжал копаться в бумагах, изредка останавливаясь, чтобы прочесть пару слов. И вновь принимался что-то искать. Наконец вытащил с самого низа помятый листочек и вздохнул с облегчением.

– Это описание вашего дара, – сказал он, поднимая на меня взгляд. – Ритуалистика, верно?

– Да.

Хайлит покивал и пробежался глазами по тексту. Я тоже вытянула шею, стараясь узнать, что же там написано.

– Практиковались?

– Что вы, разве можно до аттестации, – сделала честные глаза я и поняла, что ни капли не соврала. Викки, может, и проводила какие обряды, а мне такое делать не приходилось.

– Прилежная студентка, значит, – хмыкнул Хайлит. – Ректор попросил позаниматься с вами индивидуально. Приходите два раза в неделю по четвергам и субботам к трем часам.

– Как скажете. Спасибо.

Он кивнул и вновь принялся что-то читать. А я осталась стоять столбом посреди кабинета, не зная, можно ли уходить или разговор еще не закончен.

– Могу идти?

Хайлит кивнул опять.

Я медленно развернулась и пошла к двери, как вдруг услышала:

– Господин Дамиан сказал, что лично будет присутствовать на каждой нашей встрече. Уж не знаю, с чего к вам такое внимание, наличие дара не делает вас особенной, но буду рад, если ректор останется доволен.

– Да, я тоже…

Маруся ждала в коридоре и набросилась с вопросами, едва я вышла. Коротко обрисовав перспективы и услышав радостное повизгивание от законного повода видеться с ректором почаще, я перешла к насущным проблемам.

– Послушай, Маруся, – сказала я как можно серьезнее. – Любовь любовью, но на занятия к профессору буду ходить одна.

– Но там же будет Дамиан!

– Поэтому ты останешься за порогом. Бедный мужик и так считает тебя дурочкой, талантливой, но глупой, зачем лишний раз это подтверждать? Пусть немного отдохнет от восхищения, потеряет бдительность, а ты к тому времени придумаешь, как вернуть нас обратно. А потом делай что хочешь! Хоть на шею вешайся, хоть голой перед ним танцуй! Меня это уже касаться не будет.

Маруся возмущенно зашипела, но я твердо стояла на своем. Проблем не хотелось. Новый мир и так оставлял определенный след на моих нервах, поэтому переживания о кошачьих чувствах можно было отодвинуть на задний план. Сначала дело, а потом хоть в ЗАГС со всем учительским составом.

* * *

Ричи стоял на лестничном пролете и явно поджидал меня. Отправив кошку погулять, я решительно направилась к парню.

– Ну? Что хотел обсудить? Если дело касается брака, то сразу говорю: даже не думай.

– Нет, тут другое. Точнее… почти другое. Давай пройдемся, не на одном же месте стоять. – Ричи начал спускаться, даже не сомневаясь, что я последую за ним.

Такая уверенность говорила о многом, но я предпочла промолчать.

Парень волновался. Вчера его движения были твердыми, а сейчас скупые, осторожные. Это настораживало.

– Что-то случилось? – поинтересовалась я.

– Почему ты так думаешь?

– Заметно.

Ричи передернул плечами, стараясь вернуть былую надменность, но не смог.

– У меня небольшие проблемы.

– А я тут при чем?

– К сожалению, решение этих проблем зависит от тебя.

– О как! Дай догадаюсь… Все-таки дело в браке?

– Дядя приезжает с проверкой. Король дал полномочия проверить хозяйственные дела, ну и заодно оценить обучение.

– «К нам едет ревизор», – усмехнулась я. – Но полагаю, волноваться надо ректору, а не тебе.

– Ты не понимаешь, – Ричи обернулся. На его красивом лице пробежала гримаса недовольства. – Дядя хочет видеть тебя моей невестой.

– Мало ли что он хочет.

– Вэлларс… ты можешь всего лишь на одну недельку изобразить покорность? Пожалуйста. – Он посмотрел мне прямо в глаза и повторил: – Пожалуйста! Скажи дяде, что ты почти согласна. Не надо давать клятвенных обещаний, просто изобрази глубокое раздумье и симпатию. Это все, о чем прошу. Пусть дядя думает, что я тебя почти уговорил.

Я нахмурилась. Что за глупости? А больше ничего не надо изобразить? Мало того, что вынуждена играть роль влюбленной студентки, так еще одна задачка? Я хотела возмутиться, но неожиданно услышала тихое «мяу-у-у» вдалеке. Маруся была где-то рядом и наверняка следила за беседой. Но самое странное – ее возглас был одобрительным.

– И что мне за это будет? – уточнила я, прекрасно понимая, что прежняя Викки Вэлларс никогда бы не согласилась на подобное мероприятие без торга.

– Помнишь, ты просила рукописи из нашей семейной библиотеки? Я принесу, – предложил Ричи.

– Уверен, что они все еще представляют ценность?

Парень нахмурился.

– Тогда выполню любое желание, в пределах разумного, разумеется. Ничего нарушающего закон или приносящего вред.

– О, как щедро! – воскликнула я. – Договорились.

Под такое обещание можно запросить что угодно, лишь бы желание выглядело как благо. А уж кому это благо будет выгодно – его не касается.

Ричи облегченно выдохнул.

– Вот и отлично, уж начал бояться, что ты потребуешь избавить тебя от клятвы, – сказал он.

А я вдруг поняла, что упустила какой-то важный момент.

* * *

Марусю пришлось ловить. Это чудовище бегало по всем коридорам и вопило: «Мя-а-ау!», на забывая тихонько прибавлять: «Помогите, убивают!»

Убивала, как понимаете, я.

Один плюс в таких догонялках – хоть чуть-чуть изучила замок. Заодно приглядела наиболее пустые коридоры и залы, а также самые наполненные – служившие излюбленным местом встречи учеников. Если уж выдавать себя за студентку, то надо ознакомиться с академией получше.

Но это потом, сейчас же я пыталась поймать кошку и высказать все, что думаю о таинственных клятвах.

Вот бы сразу предупредила, что так, мол, и так, есть в прошлом Викки Вэлларс некоторые моменты, на которые стоит обратить внимание… Так нет, молчала, как партизан, пока не стало слишком поздно.

Маруська откровенничать не хотела, поэтому делала все возможное, чтобы спрятаться. Даже сбежала в мужской туалет на одном из этажей, из-за чего получила по ушам от старшекурсника.

– Эй, Вэлларс! Твоя пропажа? – парень вынес повисшую мягкой тряпочкой кошку. – Забирай.

Маруся перекочевала в мои крепкие объятия, но особой радости от этого не испытывала. Даже попыталась цапнуть за палец.

– Еще раз укусишь, – прошептала я, – всей академии расскажу, что ты целовалась со старшекурсником в мужской туалете.

– Не было такого!

– Может, не было, а может, было. Интересно, что подумает про тебя господин Дамиан?

– Ты так не сделаешь, – пробурчала она.

– Просто повезло, что у меня совесть есть, в отличие от тебя.

Я прижала добычу к груди, чтобы уж точно никуда не убежала, и понесла в единственное знакомое мне тайное помещение – в пространственное искажение.

А там приступила к долгим и нудным расспросам. Маруся поначалу отнекивалась, но потом, когда поняла, что выхода нет, все же поведала некоторые факты своей биографии.

Викки Вэлларс рано потеряла мать, почти сразу после своего рождения. Воспитанием девочки занималась бабушка – строгая, деспотичная матрона, видевшая во внучке шанс улучшить положение семьи. Попав в академию, Викки первым делом поняла, насколько разнится свободная студенческая жизнь от сурового домашнего воспитания, и решила сделать все возможное, чтобы не возвращаться в родные пенаты. Каникулы проводила у подруг, а в мужья сразу же избрала серьезного и спокойного ректора, не повышающего голос даже в самых, казалось бы, отчаянных ситуациях. Викки была уверена: Дамиан – это тот мужчина, который ей нужен. Что по этому поводу думает он сам, ее не волновало.

– А как же твой отец? – Я задумчиво слушала рассказ Маруси.

– Он всегда был очень добр ко мне.

– И сейчас?

Маруся поджала лапки.

– Папа погиб пять лет назад на дуэли с герцогом Райвисом.

По словам Маруси, этот герцог всегда прохладно относился к отцу. А отец в ответ не жаловал герцога, в доме о нем доброго слова не слышали, поэтому ничего удивительного, что дело дошло до дуэли.

– Когда возраст подошел для поступления в академию, с меня первым делом стребовали клятву не портить жизнь Ричи. – Маруся подняла на меня взгляд. – Хотя до сих пор мечтаю провести какой-нибудь ритуал посложнее, чтобы от этой семейки и пылинки не осталось!

– А при чем тут Ричи?

– Так герцог Райвис и есть его дядя. Вот скажи, разве я могу выйти замуж за племянника убийцы моего отца?

– А почему прям так и не ответишь?! Зачем разыгрывать представление? – возмутилась я.

Кошка дернула ушками.

– Помнишь, что он говорил про семейную библиотеку? Предок Ричи – общеизвестный господин Бонам, тот самый, что писал про параллельные миры. Вдруг там есть какие-нибудь ритуалы?

– Так давай попросим, чтобы он их принес.

– Ага, прям тебе так и отдали такую ценность! – фыркнула Маруська. – Мы с ним раньше договаривались на простенькие заговоры, а тут целое исследование. Нет… наверняка еще защитные заклятья наложены…

– И что тогда делать? – спросила я, прекрасно понимая, к чему клонит кошка, но до последнего надеясь, что все обойдется.

– Напросишься в гости, у Ричи как раз день рождения в следующие выходные, будет праздник в родовом гнезде. А ты, как возможная невеста, станешь почетной гостьей. Все легко и просто!

У Маруси все всегда легко и просто. Вот только потом откуда-то возникали проблемы.

* * *

На следующий день начались практические уроки, и первым в расписании, как назло, стояло зельеделие.

– Не нервничай, – внушала мне кошка. – Зелья – это несложно. Как супчик приготовить! Минимум магии, максимум обоняния. Если воняет тухлятиной, значит, отвар испорчен.

– Но я ничего не учила!

– Никто ничего не учил. Рецепт Кариша прям там продиктует, а ты запишешь. Порежешь ингредиенты, покидаешь в котел и будешь с умным видом помешивать. Не переживай.

Профессор Кариша ждала нас на первом этаже, возле огромных входных дверей. Мы с Норидой стояли в числе первых и с интересом поглядывали по сторонам.

– Практика будет на улице, – сказала Кариша, осматривая второкурсниц. – Истинные ведьмы варят зелья только на свежем воздухе.

Мы вышли из замка.

Боже мой, а ведь за дни, проведенные в новом мире, я так и не удосужилась побывать за пределами академии! Смотрела из окна на окружающую природу, на дворовые постройки, но вечно не находила времени выйти наружу.

Здесь воздух был чист и свеж. Пахло осенней травой и цветами. Деревья пестрели яркими красками, а трава сверкала от выпавшей за ночь росы.

– Ах, какая прелесть! – воскликнула Норида.

Я была согласна. Красота.

Профессор Кариша повела нас вокруг замка, прямиком к прилегающему лесу. Узкая тропинка разбила студенческие пары, заставив идти друг за другом, буквально шаг в шаг, чтобы не наткнуться на колючие кусты крыжовника, обильно разросшиеся вокруг. Кусты цеплялись за платья, оставляя в подолах листья и колючки, но девушки лишь повизгивали от неожиданности и звонко смеялись.

Как оказалось, мой курс состоял из одиннадцати молодых ведьм.

Я держалась поближе к Нориде, опасаясь ляпнуть что-нибудь не то, все-таки настоящая Викки с каждой из них общалась на протяжении целого года. С Норидой же таких проблем возникнуть не должно, Маруся весь вечер расписывала тяготы молодой жизни, упоминая друзей и возможных знакомых. Я постаралась запомнить наиболее значимые моменты.

Наша компания вышла к круглой поляне, на которой красовались разделочные столы и одиннадцать черных блестящих котлов.

– Настоящая ведьма… кто бы мог подумать, – прошептала я, осматривая посудину со всех сторон.

– Ой! Это же малина! – послышалось от девицы за соседним столиком. Она взяла какую-то ягоду и внимательно ее рассматривала. – Сентябрь на дворе, поздно уже, а эту, видать, с гор завезли.

Я с интересом смотрела, как девушка поднесла ягоду к губам.

– Ингредиенты никому не трогать! – тут же раздался грозный окрик Кариши.

Девица расстроенно положила ягоду на место.

– Говорят, что если съесть позднюю малину, то не придется пользоваться румянами целый год, – доверительно сообщила она подружкам.

– Не советую пробовать, – ответила Норида. – Красавицей, может, и не станешь, а дурой с дизентерией – запросто.

Глава 4

Маруся боялась оказаться ненужной.

Не до конца уверенная в возможности обратного переселения, она храбрилась до последнего. А меня воспринимала как мимолетное неудобство, опасаясь предоставить свободу действий.

Даже сейчас Маруся выглядывала из-за дерева, отслеживая каждый шаг.

Наверное, ее можно понять. Очень страшно ежеминутно наблюдать, как кто-то другой живет твоей жизнью: общается с твоими друзьями, улыбается твоим любимым, вытесняя постепенно память о прежней Викки.

Не знаю, как я бы себя вела, будь перед глазами кто-то в моем обличии.

Профессор Кариша прохаживалась между нашими столами и рассказывала о технике безопасности. Ягода, что чуть не съела девушка, оказалась далеко не безобидной малинкой, а ядовитым плодом растения с заковыристым названием. Я незаметно записала на листочек, чтобы выучить – пригодится.

Удивительно, но никто не конспектировал профессорскую лекцию, наверняка эти правила изучали на первом курсе, но мне, как неподготовленному человеку, все было в новинку.

– Готовы? – Кариша осмотрела нас пристальным взглядом. – Заплетите тугие косы, и начнем.

Я, как и все, подобрала волосы, чтобы ничего не торчало (зельеделие – наука тонкая, от любого ингредиента зависящая), и, взяв в руку нож, воззрилась на копошащиеся в банке личинки.

– Сегодня варим сонный бальзам, – сказала профессор. – На первый раз ничего сложного, справится и ребенок. Пять листьев дуба, три пучка вербены, восемь щепоток золотистого жмыха и один большой корень орлянки. Залить литром воды, довести до кипения и добавить головы личинок слизорога. Варить десять минут. Всем ясно? Приступайте.

Я честно постаралась запомнить количество ингредиентов, но опасалась запутаться в названиях, поэтому просто следила за Норидой.

Листья дуба были вполне узнаваемы, так же как и вербена. Золотистый жмых оказался странным порошком серо-рыжего цвета, а корень орлянки – вонючей белой морковкой. Опасения внушали лишь загадочные слизороги, но видя, как Норида ловко отрубает личинкам головы, я немного воспрянула духом.

Кариша продолжала прогуливаться между студенток, помогая разжигать костер под котлами. Едва кто-то ошибался, профессор одним щелчком пальцев очищала посудину, заставляя варить зелье заново. Я даже позавидовала – вот бы тарелки так быстро мыть. Щелк! – и чистота.

– Отлично, отлично, – приговаривала Кариша. – Надеюсь, вы помните, что жмых галлюциноген и его нельзя вдыхать? Держите подальше от лица. Что? Кто-то уже вдохнул? Мы проходили опасные вещества в прошлом году, неужели трудно было запомнить?!