Конец браку и самообману

Глава 1

– Если бы в мире был ещё один такой же, как ты, то какой-нибудь умный человек придумал бы хорошее определение для тебя и для всех на тебя похожих. К счастью, ты один такой противный склизкий лживый червь! Хотя червь не заслуживает, чтобы я тебя с ним сравнивала. Нет для тебя подходящих слов. Да ты никаких слов и не заслуживаешь!

– Ну я знал, что не любишь, но чтоб прямо ненавидишь, это для меня новость.

– Всё тебе шуточки. Никогда над ними не смеялась. Разве что в первый год после знакомства делала вид для приличия.

Голос Катерины, точнее, как она просила всех себя называть, Рины, был готов надорваться от злости. Голубые глаза из ясных стали пасмурными. Жилки на худой шее так выпятились так, что их можно было легко пересчитать. Все до одной.

– Наконец хоть не буду видеть каждый вечер твою подавленную физиономию. Никто не будет ныть по часу о том, какой плохой заказчик и какой ты гениальный организатор выставок. Ничего общего у нас с тобой нет с этого момента! Ясно! Всё, что было «нашим», ты сломал! Всё! И нашу жизнь, и наши отношения.

– Что тут ломать? Ничё и не было никогда.

– Ах, ничего и никогда… Ну поздравляю. Значит, ты ничего и не потерял. Только что ты говорил с никем, этот никто сейчас возьмёт свои никчёмные вещи и уйдёт. Счастливого строительства первой твоей семьи. С кем ты там будешь её выстраивать, забыла имя объекта твоей страстной любви… Олеся… Алиса… Алсу! Точно! Как же я могла забыть эту восточную красавицу-художницу, которая пришла к тебе на выставку. В её большом рте с огромными красными губами ты, наверное, разглядел очень много перспектив.

Рина и её взлохмаченное шатеновое каре бегали от шкафа к кровати, от комода к рабочему столу. Вещи запихивались одна за другой, как пассажиры в автобус в час пик. Казалось, места больше нет, но джинсы, костюмы и футболки умудрялись всё-таки найти себе приют. Чемодан и спортивная сумка быстро полнели. Съёмная квартира же пустела. Руки с длинными пальчиками, как у талантливой пианистки, буквально месяц назад разбирали коробки после переезда из центра на окраину. Хотелось тишины, зелени и спокойствия. Вместо этого на Рину обрушилось землетрясение в девять баллов.

– Ладно хоть Мира выросла… Не видит и не слышит этого позора. Твоего позора! Восемнадцать лет носил кольцо на пальце. На девятнадцатом решил три раза в неделю поснимать. Или вы чаще виделись? Задерживался ты в последнее время именно по средам, пятницам и субботам. Но я, наверное, в силу своей невнимательности пропустила что-то.

– Пропустила, недорогая моя. Я ещё на третьем году кольцо начал снимать.

Голову Рины ударило током. Комок в грудной клетке, который секунду назад был сердцем, съёжился так, что им можно было забивать гвозди. Гвозди гроба. Собственного. Ясно представилась картинка могилки. Чёрный мрамор, плиточка, оградка. Видевич Катерина Борисовна 13.02.1981 – 11.10.2021. «Творила и учила творить других».

Обязательно рядом с мамой, папой, сестрой и братом. Место уже заготовлено. Под берёзой. Чтобы ветки свисали прямо до фотографии. Фотография! Нет свежего фото! Рина не фотографировалась уже лет шесть.

Вот так мысли хитро перенаправили ход сознания в безобидную сторону. Совсем не хотелось осознавать, что муж начал изменять ещё 16 лет назад.

Комок перешёл в горло. Сказать что-то стало невозможно. Зато у Руслана всегда находилась идиотская шутка.

– Прости, жена, мужа-козла. Не хватало ему травки у домашнего двора.

Рина громко взвизгнула молнией чемодана. Широкими шагами она прошла в ванную, одним движением смахнула в огромный пакет все тюбики и баночки с полок, завернула рулоном любимый комплект полотенец и собрала вещи из сушилки.

– Даже представить не могла… Даже в страшном сне такое не видела…

На глазах проступили полоски влаги. Рина не разрешила им перерасти в слёзы. Не сейчас. Только не при нём. Брови быстро нахмурились, губы поджались. Рина взяла сумку-переноску, поймала Мику, закрыла её в темнице. Лысое тело тут же свернулось в комок и легло в дальнем конце тюремной камеры. Через сетку можно было разглядеть недовольные кошачьи глаза.

– Можно было и без сцен, спокойно сели бы и поговорили… Я сам хотел тебе сказать. Откуда ты, кстати, узнала? Какой леший заставил тебя вернуться, ты же уже ушла.

– Лучше тебе не знать.

Ноги с начинающимся варикозом встали в ботильоны, руки со свежим французским маникюром схватили чемодан, сумку и переноску.

– Прощения можешь не просить. Не трать ни своё, ни моё время.

Дверь громко открылась и ещё более громко закрылась. Прозвучавший удар ярко продемонстрировал степень озлобленности Рины на мужа. Лифт пришлось ждать долго. Одной кабины на 25 этажей явно было мало. Появилась возможность выдохнуть и подумать. Подумать, что теперь вообще делать. Куда ехать?

Рина достала телефон. Разблокировываться он не хотел. Не узнавал лицо. Конечно, глаза красные, макияж расплывшийся. Создавалось впечатление, что Рина постарела за этот час на 10 лет. Выбились в первые ряды морщины на лбу, веки скукожились и стали походить на две пары ягод чернослива, носогубный треугольник глубоко впечатался в лицо. Кожа шеи потеряла упругость и повисла, как слюна из пасти бульдога. Вместо румянца – бледность и серость с примесью зелёного.

Ужасно. Просто ужасно.

Рина включила телефон, введя пин-код. Она открыла контакты и набрала Иру Курьянову. Послышались гудки. Вот и лифт. Связь сейчас оборвётся. Рина решает дозваниваться до победного. Она заносит вещи, дверцы закрываются. Двадцать четвёртый, двадцать третий, двадцать второй…

– Алло, – послышался из телефона тонкий голос.

– Алло, Ир, привет. Ты как? – изображать нормальный голос было очень трудно, но Рина старалась.

– Да нормально, обживаемся на новом месте, спина так болит, и мигрень замучила, очень устала.

– Вы уже переехали?

В ответ тишина. Связь пропала.

Лифт остановился на девятом этаже. Рина сделала намерение, чтобы выйти, взяла сумки, шагнула вперёд, но тут перед ней оказались двое парней, одетых с ног до головы в чёрное. У одного над бровью красовалось тату. Разобрать надпись мог только уроженец Китая. И то не факт. Какие-то иероглифы.

Рина взглянула на табло, убедилась, что выходить ещё рано, попятилась назад, впустив незнакомцев. Лифт поехал. Пара мгновений – и наконец можно было выходить. Рина снова набрала телефон Иры.

– Алло.

– Алло, в лифте была. Так вы уже переехали?

– Да, неделю назад, до сих пор вещи разбираем, они не кончаются.

– Понятно. Да я так просто… Просто хотела узнать, как дела.

Из динамика полился плач ребёнка.

– Дела плохо. Вчера Никита чуть не… Нельзя брать ноутбук Данила, сказала же!

– Ладно, Ир, не буду отвлекать, давай, не вешай голову и спину, вы же столько мечтали о доме. Очень за вас рада. Буду ждать приглашения на новоселье.

– Оно будет не скоро… Никита! Отдай!

Рина сбросила трубку. Больше выдавливать слов она из себя не могла. К Ире не напросишься. Да и проситься было для Рины сродни добровольной казне. Роль помощника обычно выполняла она.

Всё сознание заполнил один единственный вопрос: "Что же теперь делать?"

Глава 2

Подозрительные парни уже давно вышли из подъезда. Пока Рина говорила с Ирой, мимо неё прошло ещё пять соседей. Все вооружились зонтами и капюшонами, одна Рина в своём тренче не вписывалась в сегодняшний прогноз – ветер и ливень. Большой палец листал список контактов туда-сюда, вверх-вниз. Уже трижды пробежалась от А до Я и обратно. Знакомых много, но вот тех, кто бы мог впустить с кошкой пожить на неопределённый срок, не было. Рина закрыла телефонную книгу и открыла поисковик. Отель петс фри. Есть один такой, где пускают с животными, недалеко.

Такси. К вам приедет Андрей. 5 минут.

Время шло очень медленно. Болезненные мысли проносились очень быстро. Многотонными каплями они барабанили по мозгу, не зная пощады. Что сказать Мире? Чем отвечать на вопрос о семейном положении? Как реагировать на шептание за спиной?

Креативный директор агентства по рекламе, преподаватель в институте современного дизайна, жена лучшего организатора выставок в городе, мать девочки, умницы-красавицы. Планировали купить дом, собаку, кресло-качалку и встречать старость в обнимку у камина. Точнее, Рина планировала. Руслан, наверное, даже не слушал её мечтательные рассуждения перед сном.

Андрей заехал не с той стороны. Кружился у соседнего дома. Рина вышла на крыльцо подъезда, прислонилась к стене и стала смотреть то ли в пустоту, то ли в молекулы воды, образующей дождь.

Ей вспомнилось то, что она старалась стереть из памяти. Руслан и Алсу. Как же коряво и одновременно красиво она узнала про измену. Помогла ей в этом серёжка.

Сегодня на очередной выставке, организованной Русланом, Рина фантазийным образом потеряла серьгу. Изумруд и перо павлина, висевшие на ухе, были основным акцентом её сегодняшнего образа. Пропажа обнаружилась под конец вечера, когда все гости разошлись.

– Руслан, я домой.

– Ага, мне тут ещё отжиматься и приседать, чтобы эти бездари сложили картины правильно.

Зеркало в лифте открыло Рине глаза на потерю. А потом открыло глаза на всю её реальную жизнь.

Рина вернулась в зал выставки. Серёжки там не было. Тогда Рина подошла к охраннику бизнес-центра, попросила показать камеры наблюдения в выставочном зале.

– Серёжка большая, заметная, должно быть видно, где она упала и кто её забрал.

– Без проблем, сейчас посмотрим, – начальник безопасности даже не представлял в тот момент, на что ему придётся смотреть.

В ускоренном режиме прокручивался весь день и весь вечер выставки. На стенах удручённо висели картины. За весь выставочный день на них посмотрели от силы два раза. Гостей больше интересовала возможность поговорить друг с другом и с бокалом шампанского. Хаотичные разноцветные мазки на холстах остались в тени Руслана. Он постоянно брал микрофон под предлогом прочтения оды покойному и, по его выражению, гениальному художнику Гаю Сильятову. Уж очень он хотел заслужить лестный отзыв от заказчиц – жены и дочки художника. От миловидной дочки азиатского происхождения, казалось, ему нужен был не только отзыв. В своих фантазиях он наверняка надевал короткую юбку на эту девочку с двумя угольными хвостиками. Возможно, скоро и наденет. Одной Алсу ему будет явно не хватать.

Ода виновнику торжества перерастала в юмористические истории о том, каких трудов Руслану стоило организовать такое «чудесное мероприятие в кругу таких чудесных гостей».

– Мой горб говорил мне: «Не берись за это дело, парень, иначе я стану ещё больше». Я же отвечал ему: «Нет, дорогой, мы должны. Если бы у тебя были глаза и ты бы смог увидеть работы Гая Улувича, ты бы сам вызвался волонтёром на эту выставку», – Руслан умел подать глупые слова в красивой крафтовой обёртке, перевязанной бантиком. – Мой горб действительно стал больше. Но вместе с горбом выросла и гордость за себя и своё дело. Спасибо, что стали частью такого важного целого. Спасибо всем.

– Давайте ещё ускорим. Серёжку пока не видно, надо, чтобы все разошлись.

Начальник безопасности послушно прибавил оборотов видеозаписи. Люди, как муравьи, стали быстро расползаться по сторонам. Пространства в зале становилось больше и больше. Рина пристально следила за самой собой. Она и её чёрный костюм неподвижно стояли в углу и разбирались с рабочим чатом. Опять менеджеры недовольны работой копирайтеров.

«Вы ТЗ читали вообще? Как я покажу клиенту такой баннер? Слоган не вяжется с философией компании. Нужно переделать».

В чате со студентами было ещё веселее. Большая часть группы не поняла, как выполнять творческое задание, которое Рина задала им к следующему семинару. Те, кто поняли, сплагиатили у тех, кто понял первыми. В этот сыр-бор даже вчитываться не хотелось.

– Здравствуйте, случайно не вы такси вызывали? Уже десять минут жду, никто не подходит.

Рина мысленно подпрыгнула. Будто кто-то сильно толкнул во время расслабленного сна. Пара мгновений – и в голову пришла трезвость. Глаза увидели перед собой мужчину чуть выше самой Рины. Его серое пальто и чёрные брюки за то короткое время, что он шёл от машины до подъезда, насквозь промокли. Укладка сменилась естественной кудрявой копной светлых волос.

– Да, я, – всё, что смогла сказать Рина. Воспоминания и дождь ввели её в гипноз.

– Пойдёмте, машина там. Это ваши вещи? Вам помочь?

– Да.

Послышался стук каблуков ботильонов по мокрому асфальту. Рядом под управлением Андрея зашумели колёсики чемодана. По всем возможным поверхностям барабанил дождь. Ветер создавал глухой, но яростный гул.

Рина несла только переноску с Микой. Своим телом она старалась наклониться так, чтобы заслонить любимую четырёхлапую от дождя. Три минуты торопливых шагов – и вот чёрный «мерседес». Катерина запрыгнула на заднее сиденье, сумку с Микой поставила рядом. Только сейчас до неё дошло, что водитель категории «бизнес» мог бы и возить с собой зонт. Случайный взгляд на карман соседнего сиденья показал – зонтик был, а вот продуманности у Андрея, похоже, не было.

Багажник аккуратно прихлопнул свою дверь. Автоматика обладала огромным запасом рассудка. Рина бы ударила со всей печальной и злобной силы. Андрей занял своё законное место и бросил взгляд в зеркало заднего вида. В его глазах тоже читалась печаль. Обычно Рина замечает боль других. Начинает расспрашивать, в итоге у неё обязательно находится знакомый, который может помочь. Обмен контактами – и спустя короткое время она получает сообщение с горячими благодарностями. Сейчас же Рине самой бы не помешал человек со знакомым психотерапевтом или владельцем виноградника. Второй оказал бы скорую помощь лучше.

Она не видела потухших серых глаз Андрея. Эти две глубокие лужи на мягком выбритом лице не нашли своего отражения в её двух склянках с лазурным раствором. Склянки смотрели в окно. На падающие и упавшие капли. Машина тронулась. Сознание Рины тоже поехало. Только не в отель, а в прошлое. В сегодняшний день…

Глава 3

Наконец видеозапись дошла до момента Х – деловая, сосредоточенная Рина и лысый, обаятельный начальник безопасности увидели, как серёжка пропала. Она будто сама по себе вылезла из мочки уха и, подчинившись силе тяжести, рухнула на пол. Но упала бесшумно. И незаметно.

– А можете приблизить моё лицо? Не могу разглядеть, как она упала.

Короткий полный палец с чересчур коротко отстриженным ногтем сделал пару кликов мышкой, и изображение увеличилось. Было ясно видно, что серёжка просто берёт и сама в обход застёжки выбирается из плена уха.

– Ничего не понимаю. Ну ладно, давайте дальше посмотрим.

Рина из монитора убрала телефон, подняла голову и сделала ей пару поворотов вправо и влево в поисках Руслана. Потом она направилась в комнату для персонала. В этот момент в зал вошла уборщица. Девушка, похожая на мышку, поправила свой тонкий хвостик, повесила повыше бейджик с надписью «Елена», надела перчатки и начала уборку. Рина заглянула в комнату к Руслану и проинформировала его о своём уходе. Елена же шваброй наткнулась на серьгу. Ловким наклоном и ещё более ловким движением руки она подхватила перо павлина с изумрудом и положила его к себе в карман. Затем Елена покатила ведро в сторону комнаты для персонала.

– Вот серёжка и вот сволочеобразная, которая её забрала. Ну я ей…

Рина резко сорвалась с места и ракетой устремилась к лифту. Она даже не услышала то, что начальник безопасности прокричал ей вслед. Он сказал, что все найденные вещи уборщицы в обязательном порядке сдают администратору.

Рина вдавила кнопку лифта, не смутившись болью в ногте от такого сильного надавливания. Лифт, будто испугавшись, довёз её быстро, без остановок на других этажах. Рина подлетела к двери комнаты для персонала и чуть ли не пнула рукой дверь. Так хотелось разорвать Елену в клочья за серьгу. Вместо Елены в комнате она обнаружила Руслана и Алсу.

– Приехали. Вам помочь с вещами?

Снова голос Андрея заставил Рину вздрогнуть.

– Нет-нет, я справлюсь.

Секунду помедля Рина взяла переноску и открыла дверь машины. В этот момент Мика вдруг начала жалобно мяукать и биться об стенки переноски.

– Мика, что с тобой? – с неподдельным удивлением спросила Рина.

Покладистый сфинкс никогда себе такое не позволял. Мика была, конечно, строптивой, характерной, но чтобы так безумно рваться из сумки… Никогда.

– Прошу прощения, не понимаю.

– Я помогу, не переживайте.

Рина обхватила переноску двумя руками, ей удалось сдержать пыл Мики. Она быстро перебежала дорогу, вошла в отель. Андрей с чемоданом и сумкой прибежал следом.

– Я оставлю здесь.

– Да, хорошо. Спасибо, Андрей. До свидания.

Андрей со своим тяжёлым, но магически привлекательным взглядом побежал обратно к машине. Рина с Микой побежала глазами искать администратора. Ресепшен прятался слева.

– Здравствуйте, я хотела бы снять номер, пока на неделю, с возможностью продления.

– Добрый вечер. Простите, у нас потекла крыша, во всех номерах с потолка бежит вода, заселение приостановлено.

Ударил гром. Не то на улице, не то в голове у Рины.

– Никаких вариантов нет?

– Нет, к сожалению. Приносим извинения.

Из носа Рины вырвался глубокий выдох досады. "Как же так?" пронеслось в голове ураганом. Печаль заморозила тело. Но только на мгновение. Потом разум взялся за голову и направил её в направлении выхода.

Рина поставила Мику на пол рядом с вещами и побежала на улицу. За Андреем. Тусклый свет от фонарей не позволял разглядеть малознакомого мужчину. Чёрных машин на парковке было много.

– Андрей! Андрей!

Дверь одной из чёрных машин открылась. Стали слышны быстрые шаги ботинок.

– Я видела у вас зонт сзади, он ждёт особого случая, или вы просто о нём забыли?

Андрей недоумённо сощурился. Наверное, ему сейчас стало очень неловко. Дважды неловко, если учитывать позу, в которой он стоял, – поднял руки, закрыл ими голову и сильно-сильно сгорбился.

– Вы могли бы увезти меня в другой отель? Здесь протечка крыши, никого не пускают.

– Хорошо.

Андрей, ещё сильнее сгорбившись, побежал к машине. Рина вернулась к Мике и вещам.

На стенах вестибюля висели авангардные картины. На окнах – красные плотные шторы. Такие же красные, как платье на Алсу. Юбка мини, топ без лямок. Красная тряпочка лежала на полу в ногах у Руслана и дразнила Рину своим видом. Руслан даже не потрудился раздеться. Спустил брюки и трусы, посадил свою новую секс-куклу на стол и приступил к удовлетворению своей животной потребности.

– О, Катька. Присоединиться не хочешь? – сказал он тогда со своей фирменной глупой ухмылкой.

Ужасная картина опять всплыла перед глазами. На руках и спине вскочили мурашки отвращения. Мерзкое воспоминание назойливо выбивало себе эфирное время в сознании Рины. Изображение было настолько чётким, что можно было рассмотреть все капилляры на бесстыдных глазах Руслана.

Так было шестнадцать лет. Рина не знала. Или просто не хотела знать.

Начался озноб. Рине стало плохо.

Глава 4

Рина немного тряхнула головой, чтобы выбросить из сознания ужасные картинки. Глубокий выдох помог приглушить головокружение и тошноту.

Холодные пальцы сделали пару прикосновений к экрану телефона, открыли поисковик. Потухшие глаза стали смотреть другие варианты гостиниц.

Прозвенели колокольчики, висевшие на двери. Вошёл Андрей. С зонтом. Наконец. Он молча взял чемодан, сумку, протянул Рине зонт и пошёл к машине.

– Я нашла другой отель, адрес – Рисерная, 6а.

– Хорошо.

Печаль и холодность Андрея дошла запоздалым сквозняком до Рины. Она смутилась и обеспокоилась. В глубине души обрадовалась – можно отвлечься от себя помощью другому. Вопросы начали занимать позицию «на старт». Готовились вырваться и атаковать Андрея.

Мика и Рина заняли свои места, которые даже не успели остыть. Багажник принял уже знакомый ему багаж, тихо закрылся и принялся терпеливо ждать, когда он снова понадобится. Андрей закрыл свою дверь ещё тише, чем автоматика багажник. Спокойно, но удрученно. Тронулись. Поехали.

– У вас что-то случилось? – выбежал первый вопрос.

– Что? – удивлённо переспросил Андрей.

– У вас что-то случилось? Можете мне рассказать, я никому не скажу. Возможно смогу помочь.

– Нет. Точнее, да. Ну, нет-нет. Всё хорошо. Вы пристегнитесь, пожалуйста, сотрудники ГИБДД по дороге будут стоять.

Рина опоясала себя ремнём.

– Я вижу, что-то у вас очень грустное произошло. Я вас понимаю. Я вот тоже узнала, что мне муж уже 16 лет изменяет. – Рине было очень трудно произносить это вслух. Но она пересилила себя. Ей очень хотелось отвлечься, разговорить водителя, и, в конечном итоге, помочь ему. – Представляете, так поступил. А у нас с ним дочь… Почти двадцать лет вместе.

Влажность глаз начала стремительно повышаться. «Не плачь!» – строго сказала самой себе Рина. Градус чувственности моментально снизился.

– Соболезную вам… У меня не всё так печально. Хотя как посмотреть.

Андрей замолчал. Странно. Обычно люди при первом же вопросе выкладывали Рине все тяжёлые мешки их проблем. Клещами тянуть ни из кого не приходилось.

– Что-то с семьёй? – высказала догадку Рина, чтобы заставить зажатые, напряжённые губы Андрея шевелиться.

– Нет. Всё в порядке, Катерина, правда.

– Называйте меня Рина, не люблю первую часть своего имени.

– Хорошо. Тогда вы меня Рэй, – зажатые губы немного расслабились и сформировали на лице тёплую улыбку.

Рина улыбнулась в ответ.

Машина подъехала к отелю.

– Простите, все номера заняты. Третий день идёт выставка собак, у нас полный аншлаг, – с сожалением в голосе сказала девушка с ярко-красными губами, стоявшая за стойкой ресепшена. Алая помада. Сегодня весь мир договорился не дать Рине забыть о муже.

Бежать за Андреем не пришлось. Он вдруг приобрёл предусмотрительность и, не уходя, ждал возле чемодана, сумки и Мики.

– Может, знаете другие гостиницы, где свободно?

– Выставка всероссийская, боюсь, везде нет мест, – администратор говорила с той интонацией, с какой говорит судья при оглашении приговора.

Рина озадаченно взяла телефон. Появился трудный вопрос, и она машинально хотела решить его звонком кому-нибудь. Совсем забыла, что уже проверяла список контактов. Задача была с тремя звёздочками. Такой Рина никогда не решала. Проблема касалась не кого-то, а её саму.

Помахала рукой ужасная мысль – вернуться в квартиру к Руслану. Делить с ним одну крышу как ни в чём не бывало. Выгнать его всё равно было невозможно. Этот бесчувственный пирог, начинённый шуточками и ухмылкой, не съехал бы ни при каких обстоятельствах. Даже если бы Рина ему изменила.

Спать с ним в одной постели. Лучше уж на лавочке под дождём. Рина бы так и сделала, но куда деть Мику? Она-то не виновата в том, что её хозяйка выбрала и терпела столько лет такого козла со свободолюбивыми яйцами.

– Катерина, простите, Рина, я слышал, мест нет. Я могу вам помочь. У меня есть квартира пустая. Я как раз хотел её сдать или продать. Можете жить там с кошкой.

Язык Рины уже поднялся, чтобы по привычке сказать «нет», но разум его остановил. «А куда ты пойдёшь?! Пожалей Мику! Другого жилья тебе в десять вечера не найти».

– Вы можете помочь?

– Да, квартира абсолютно пустая. Там жила… моя бабушка. Её не стало год назад. По наследству получил квартиру.

– Ну если вы правда можете…

– Да-да, конечно. Она на окраине, но район хороший, спокойный.

Спокойствие. Незнакомое Рине слово.

Хлопок багажника. Удар одной дверью. Удар второй. Дождь слабел. Капли становились тоньше, дождевая стена более редкой.

– Вы же не боитесь призраков. С другой стороны, моя бабушка была хорошей женщиной, не должна обидеть.

– Не боюсь.

Тут оба они ошиблись. О своей ошибке им ещё предстояло узнать.

Глава 5

Чёрный «мерседес» начал погружаться в тёмную, сырую пещеру. Подземный паркинг в одиннадцать вечера отлично подходил для съёмок триллера. Остановились в ячейке 13А.

Высадились на серый разлинеенный бетон, сделали уставшие и напряжённые шаги к лифту. Рине опять предстояло жить высоко. Не на двадцать пятом этаже, но всё-таки. На выходе из лифта Рину и Андрея встретила огромная цифра девять. Зелёная. Говорят, этот цвет успокаивает. На нервную систему Рины он не подействовал. Вместо объятий счастья за своё везение душа терпела удушающий приём от гордости. Встретить таксиста со свободной квартирой лучше, чем выигрышный лотерейный билет. Если брать во внимание все отягощающие обстоятельства. Но Рину везение не радовало.