Хранители Эталины. Игры со временем

– А как ты попадешь на корабль, если у него нет входа? Или ты раздумал лететь? – вмешался Роберт, которому не давал покоя этот вопрос.

– А я уже там.

– Как это? – изумился Феликс.

– Элементарно. Я закончу свои дела, вернусь в прошлое, соберемся и полетим.

При последних словах Амалина его корабль вошел в зону, контролируемую дорванами. Наступила зловещая пауза, но через мгновенье со всех сторон на него обрушилась мощная атака. Такого Роберт никогда не ожидал увидеть: корабль, на который обрушилась такая лавина ударов, продолжал спокойно двигаться дальше, бесследно впитывая в свою темную зеркальную поверхность лазерные лучи. Несколько истребителей противника стали группироваться, перекрывая дорогу к транзитному коридору, но корабль хранителя неожиданно быстро взмыл вверх, идя на таран. Среди кораблей дорванов началась паника, они попробовали отступить, но не успели, а прилипли на гигантское яйцо, как мухи на мед. Еще несколько резких движений в разные стороны, и корабль оказался со всех сторон облеплен малометражками дорванов. Оставшиеся корабли противника бездумно продолжали наносить удары, но теперь получалось, что они стреляют по своим собратьям, так как яйцевидный корабль постоянно менял углы наклона, продолжая медленно и уверенно подниматься вверх. Приподнявшись над большинством кораблей дорванов, истребитель, который все это время был под прикрытием корабля, чуть подался вперед, открывая пламенный огонь на поражение. Буквально через несколько секунд он был уничтожен, но за это время сумел погубить десятки кораблей противника. На этом потери дорванов от маленького истребителя не закончились. Яйцевидный корабль отпустил истребитель, который до этого времени висел, как на магните, и он начал падать на корабли дорванов, которые только что его поразили. В результате падения загорелись еще два корабля противника и друг за другом рухнули в море, вслед за героем-истребителем. Корабль Амалина продолжал подниматься и, минуя черный вихревой шар, вошел в транзитный коридор перед самым его закрытием. Коридор закрылся, корабль исчез вместе с ним с экрана, на измученном небе остались только корабли дорванов и гигантский шар-людоед.

– Как вы миновали черную дыру? – невольно вырвалось у Роберта.

– Я и сам точно не знаю, но поскольку корабли дорванов имеют иммунитет к этой дырке, мы просто прикрылись ими и прошли, – Амалин подался вперед и увеличил изображение, – теперь омерзительный шар заполнял весь экран.

Очень трудно было понять, из чего он был создан, поскольку его окружали бесконечные вихри песчинок, которые, как намагниченные, тянулись воронками с планеты, исчезая в бездонной дыре. Туда же затягивались и обломки кораблей, которые не успели упасть вниз. Внезапно мощность всасывания увеличилась, – к шару, помимо песка, с поверхности начал подниматься мини-город – бункер, окруженный своей шарообразной защитой. Это была полная катастрофа. Такие бункеры оберегались особенно тщательно, ведь в них находились женщины и дети. Помимо защиты, бункер охранял многоуровневый крейсерский корабль. Было видно – как корабль мечется вокруг бункера, тщетно пытаясь оттянуть момент катастрофы, но также уносится навстречу гибели.

– Там мама с сестренкой, – указывая на бункер, заявил Эмиль Анавару, сидя на его руках в рубиновом зале Литорна перед многочисленными экранами.

Внук наблюдал за сражением широко раскрытыми, не по-детски взрослыми глазами.

– Все будет хорошо, мой мальчик, – Анавар попытался придать уверенность своему голосу, но эта попытка не увенчалась успехом.

– Хранители времени делают все возможное, чтобы спасти людей, они долго готовились, а Майкл на крейсерском корабле уже готовит грандиозное перемещение во времени.

Анавар не обратил внимания на слова внука, его внимание по-прежнему было приковано к гигантскому шару, но в одно мгновенье небосвод вновь стал голубым и независимым.

– Они все-таки перенеслись, – улыбнулся Эмиль, но его глаза тут же наполнись слезами, – а родных я теперь не скоро увижу.

Анавар трепетно прижал к себе мальчика, тщетно пытаясь разобраться в данной ситуации.

Роберт в ужасе схватился за голову, зажмуривая глаза, не желая видеть страшной катастрофы, но внезапно, вероятно, перейдя в другое измерение, исчезли и жуткий шар, и бункер, и охраняющий его корабль.

– Твоя работа? – напрямую спросил Феликс у хранителя, – люди живы?

– Я не знаю, – задумчиво отозвался Амалин, – они все ушли в будущее и сумеют ли пережить этот переход и не погибнуть в черной дыре, покажет только время.

– И насколько они опережают нас?

– На несколько десятков лет. Я как раз планирую вернуться, а пока у всех есть время подумать, – как справиться с этим пылесосным монстром. Ладно, – поднялся Амалин, – я сделал все, что мог. Пойдемте, я отправлю вас обратно, в Литорн, правда, не совсем привычным способом.

Роберт с Феликсом, переглянувшись, повиновались. Они проследовали за хранителем и сели в его турболет. Амалин сидел за штурвалом, но не торопился куда-либо лететь. Создавалось впечатление, что он спокойно спал, откинувшись на спинку кресла. Время шло, хранитель продолжал молчать, минут через пять стало как-то неуютно и холодно, все происходящее вокруг стало трудно воспринимать, что-то происходило с воздухом, он словно желировался, превращаясь в белый туман, сознание Роберта заволокло какой-то дымкой, голова стала тяжелой, как будто налитой свинцом. Через минуту туман резко исчез, все встало на свои места. Амалин встал, внимательно окинул взглядом ловенцев и покинул турболет.

– Выходите, – раздался его голос снаружи.

– Что это было? – тихо поинтересовался Феликс.

Роберт пожал плечами. Они последовали за Амалином, остановившись в изумлении: перед их взором раскинулся живописный пейзаж: могучие, крепкие, каскадные деревья стояли вдоль речушки, утопающей в многочисленных полянах, усыпанных белыми и голубыми камушками. Тут же шустро сновали светло-дымчатые пушистые зверьки с высоко поднятыми пушистыми раздвоенными хвостиками, забавно играя друг с другом. Некоторые из них останавливались, вставали на задние лапки, с любопытством посматривая на людей, но потом опять продолжали спешить по своим делам, забавно фыркая при этом.

– Где мы? – первым нарушил молчание Феликс.

– В буферной зоне. Мы переместились в прошлое, – до того как люди начали заселять Эталину.

– А почему… – хотел было задать вопрос Феликс, но замолчал, – перед ними неожиданно возникли три подростка верхом на эльтаврах.

Ребятам можно было дать лет по четырнадцать, внешне они были похожи между собой, но, видимо, отличались характерами. Все имели светлые волосы до плеч и ярко-синие глаза, такие же, как у Амалина. Старший мальчик был красив, но его красота напоминала скорее прекрасную мраморную скульптуру, он был неподвижен и холоден: взгляд выражал равнодушие и отрешенность. Второй по характеру – был полная противоположность первому, было видно, что он не мог спокойно сидеть на месте, его взгляд постоянно менял направление, с губ не сходила улыбка. Улыбался и третий мальчик. Он был спокоен, но не так холоден, как первый, напротив, казалось, его улыбка излучает свет и тепло, поскольку была непринужденной, сияющей и лучезарной. Одеты ребята были в светлые льняные одежды, а головы украшали кожаные плетеные обручи.

Первым не выдержал мальчик-непоседа:

– Пап, ты велел нам встретить вас в буферной зоне.

– Да, идем, – Амалин обернулся к Феликсу и Роберту, представляя подростков, – это мои сыновья: Геннадий, Энергия, можно просто Эн, и младший – Радость или Рад.

Хранитель сел позади мраморного красавца Геннадия, Феликс последовал его примеру, расположившись за непоседой Эном, а Роберт – за Радом. Когда все были готовы, эльтавры встрепенулись и понеслись. Удержаться на них было весьма проблематично, поскольку они передвигались резкими, длинными прыжками. Эти дикие и обособленные животные, не поддающиеся приручению, всегда жили сами по себе, иногда собираясь стаей для образования пар, но потом опять расходились по бескрайним просторам Эталины. Внешне они походили на пантер, тот же черный блестящий цвет, похожее строение тела, только они были крупнее и гораздо сильнее. Глаза были наполнены двумя цветами: верхний – светло-голубой, плавно переходил в завораживающий зеленый, а шкура была словно сложена из множества пазлов, плотно скрепленных между собой. Каждый пазл был толщиной до пяти сантиметров и, словно слоеный пирог, состоял из особо прочных тканей, скрепленных резиновой прослойкой. Именно такое строение позволяет им безболезненно выдерживать любые удары противников: будь то хорды, лойды или даже лазерные лучи. В сражениях, если, конечно, кто-то пытался вступить с ними в схватку, они предпочитали использовать длинный хвост, сужающийся на конце. Несколько ленивых ударов этим хлыстом быстро обеспечивали легкую победу. Эльтавры заинтересовали переселенцев, особенно их бронированная шкура, благодаря которой им не страшны были лойды, но попытки поймать или приручить животных не принесли успехов. В итоге Совет запретил на них охоту, осознавая, что не стоит связываться с сильным и ловким зверем, опасаясь последующей мести. Это решение было принято после видеоролика, в котором хорды напали на молодого эльтавра. Малыши больше всего предпочитали молодые почковидные цветы на каскадных деревьях. Было отчетливо видно, как эльтавр неспешно перекусывал, обрывая голубоватые лепестки, а рядом ходила ходуном земля, – хорды готовились к атаке. Зверь видел шевеление и приподнимание земли, но от лакомства не отходил. Прыжок, и несколько хордов оказались на спине эльтавра, а остальные схватили его за лапы, таща свою жертву в разные стороны, пытаясь ее разорвать. Гибель жертвы была неминуемой, но никто и не думал погибать. Резко вывернувшись и одновременно подпрыгнув, эльтавр избавился от большей части нападавших, а приземлившись, придавил остальных хордов своим весом. Несколько точных ударов хвостом, – и оставшиеся в живых зарылись в землю, а победитель, как ни в чем не бывало принялся за недоеденный цветок.

Несмотря на сложности передвижения, Роберт наслаждался полетом. Встречный ветер трепал волосы, принося завораживающие, неведомые ароматы трав и цветов. Их дорога пролегала вдоль русла реки с кристально прозрачной водой. Последним прыжком эльтавры перепрыгнули водную гладь и остановились. Все слезли, а звери, никем не удерживаемые, тотчас разбрелись в разные стороны. Амалин подошел к единственному засохшему дереву, приподнял кору и спрыгнул вниз. Феликс с Робертом с удивлением подошли ближе. Дерево было полым внутри, поэтому казалось бездонным. Геннадий последовал за отцом. Видя нерешительность Роберта, Рад взял его за руку, и они вместе прыгнули вниз, приземлившись на теплую и мягкую поверхность, напоминающую по структуре мох. Следом последовали Феликс и Эн. Было темно, но сквозь тонкую высохшую кору проходили немногочисленные золотистые лучи света. Глаза быстро привыкли к полутьме, и Роберт принялся изучать обстановку. То, что они находились в корне дерева, – не вызывало сомнения, только корень был абсолютно полый и имел множество ответвлений, гигантских размеров, по которым человек мог свободно идти в полный рост. Амалин стоял у одного из таких ответвлений, разговаривая с сыновьями. Мальчики обернулись, попрощались с Робертом и Феликсом, напоследок исчезнув так же внезапно, как и появившись. Роберту стало явно не по себе. Если испарится еще и хранитель, то они навсегда останутся в этом красивом, но странном месте, без шанса увидеть своих родных и близких. Словно угадав его мысли, Амалин сказал:

– Не переживайте, я исчезать не собираюсь, только сделаю попытку научить вас управлять временем и верну назад. Пойдемте.

Ответвление закончилось небольшой уютной комнаткой, в которой было гораздо светлей – сверху находился гигантский зеленый лист, пропускающий сквозь поры мягкий приглушенный свет. Роберт с изумлением разглядывал его необыкновенно красивые изогнутые прожилки, а также сами стены болотного цвета, по структуре напоминающие мох, нежно пружинящие при надавливании.

Хранитель расположился на полу, кивком приглашая гостей последовать его примеру.

– Сейчас начнем, только подождем детей. Я их тоже буду обучать.

Действительно, спустя несколько секунд с криками «Папа, папа!» ворвавшиеся малыши, облепили Амалина.

– Ну вот, с мальчиками я вас знакомил, а это мои дочери – Вера и Надежда.

– Этого не может быть! – вырвалось у Феликса.

Роберт с ним молча согласился, разглядывая детей. Всем было лет по семь, босоногие, взъерошенные, запыхавшиеся, смеющиеся и улыбающиеся, – дети как дети. Но среди них он узнал и Геннадия, и Эна, и Рада, которые сразу стали лет на семь младше своего возраста. Геннадий предпочитал держаться подальше ото всех, не принимая участия в играх других детей.

– Гени, Гени, – звали его девочки, предлагая повисеть на отце, смешно выговаривая его имя, но он не обращал на них внимания, оставаясь серьезным и невозмутимым.

– И сколько вам лет? – поинтересовался Феликс

– Мне – шесть, Наде – тоже шесть, но через месяц будет – семь, Гени – семь с половиной, а Эну и Раду только исполнилось семь, – бойко ответила одна из девочек.

Роберт с Феликсом переглянулись.

– Они что, от разных матерей? – продолжал допытываться Феликс.

– Нет, от одной, – отозвался из-под кучи детей Амалин, – они погодки, Эн – старший, за ним Вера, Геннадий, Надежда и Радость. Все очень просто.

– Да? – зазвучало сомнение в голосе Феликса.

– Конечно, они родились в разное время, а воспитывать удобнее всех вместе. Возраст немножко не совпадает, но это сделано специально, чтобы у каждого был свой день рожденья и именины. У нас нет понятий – старший, младший, – все равны, да и детям интереснее играть со сверстниками, а не со старшими братьями и сестрами, которые постоянно говорят «отстань, не лезь, не подходи, ты еще маленький, сначала подрасти», а тут все в одинаковом положении. Правда, солнышки?

Раскатистое «Да» не смолкало довольно долго, отражаясь от стен и лихо возвращаясь раскидистым эхом. Потом Амалин угомонил детей, рассадил по разным местам, начав объяснять, как управлять временем, как его сжимать и растягивать. Маленькие слушатели поглядывали на отца, но крутились и шептались между собой. Только маленький Гени сосредоточенно вникал в суть разговора, не обращая внимания на остальных. Видя, что малыши устали, хранитель объявил перерыв. Дети с криками «Ура» моментально разлетелись в разные стороны. Амалин подсел к Феликсу и Роберту.

– Кроме Гени, никто ничего не понял, но у ребят еще есть время научиться, а вы, насколько я понимаю, тоже не осилили эту науку. Эта информация закрыта от людей, хотя, по-моему, каждый человек может научиться управлять временем.

– Разве этому можно научиться? – усомнился Феликс.

– Конечно. Это знание бесценно. Кто управляет временем, тот имеет все шансы победить и выйти невредимым из боя, врач, оперирующий больного, может провести операцию почти мгновенно, тем самым спасая жизнь. Когда-то давно, когда еще не было лазерного оружия, люди взрывали бомбы, которые разлетались на мельчайшие осколки, калеча и убивая людей. Впрочем, были случаи, когда Господь, желая спасти человека, открывал ему тайное знание, а все происходило, как в замедленном кино: люди получали возможность избегать столкновения с осколками, уклоняясь от них, выходя невредимыми из безысходных ситуаций. И таких случаев было немало, только никто так и не смог понять, – каким образом замедляется время. В некоторых случаях его, наоборот, необходимо ускорить. Например, если тебя запирают внутри корабля с запасом провизии только на месяц, а помощь придет только через несколько лет, нужно ускорить время, сжать годы в дни и спокойно дожидаться избавления. Я родился тоже без этих знаний, но однажды, в детстве, на меня направили токовые силовые лучи. С той поры во мне словно открылось второе зрение, – я понял, как управлять временем, это очень легко, знание лежит на поверхности, жаль, что люди не могут познать его, хотя, если оно откроется не очень порядочному человеку, новой диктатуры и его личного обогащения не избежать. Видимо, поэтому Господь не дает это понять и осознать. А объяснить – очень трудно. Представьте себе, что живут на свете люди, которые никогда в своей жизни не спали. К ним вдруг попадает обычный человек, хочет научить их спать, поскольку понимает, что все очень устали и нужен отдых. Но, не зная самой природы сна, он не может ничего толком объяснить, говорит «расслабьтесь, ложитесь, закрывайте глаза», сам-то он засыпает, поскольку его организм сам знает, что такое сон. А остальные люди лежат с закрытыми глазами, тщетно пытаясь что-то предпринять, чтобы просто заснуть. У меня с вами такая же ситуация. Я своих мальчиков научу, пусть на это уйдут годы, но я должен отдать им это знание. А вас я научу пользоваться этими медальонами.

Хранитель протянул им резные украшения из крыльев лойдов на изящной цепочке.

– Они именные, даже если вы захотите отдать или подарить свой медальон, он не будет работать на другого человека, это только ваша защита. Когда придет пора использовать – сожмите его в руке, мысленно начиная растягивать или сжимать время. Таким образом вы добьетесь результата, но он будет очевиден только для вас. Если нужно изменить время на несколько лиц или территорию, нащупайте на обратной стороне ромбик, поверните его и начинайте нажимать, продолжая крепко сжимать медальон. Одно нажатие – изменение времени на метр от вас, два – на полтора, три – примерно на 160 см. Дальше увеличить расстояние очень трудно. Вы почувствуете, с каким трудом будет даваться каждое нажатие, но ничего другого предложить не могу. Феликс, сжимать время намного труднее, тем более если находишься в корабле. Одному медальону это не под силу. Возьми кристаллит, он подготовлен на целый корабль, располагай всегда рядом с двигателем, поскольку в любой момент можешь очутиться в ловушке.

– Ты хочешь сказать, что меня запрут в корабле на несколько лет?

– Возможно, несколько лет спустя. Честно говоря, я до сих пор не могу понять, что мы сами можем изменить, а что нам не дано. Считается, что у человека есть свободная воля, возможность выбора, но всегда этот выбор сильно ограничен. Я просто пришел к выводу, что что-то можно и нужно менять, а для остального остается промысел Божий, который проявляется в самых безысходных ситуациях. Пойдемте, я верну вас в ваше время, там, где ваша судьба жить, бороться, побеждать. Кстати, Роберт, тебе нежелательно было покидать Литорн. Но это мы исправим.

Отослав детей, закрыв за ними гигантский лист, который прекрасно заменил дверь, Амалин вновь сел между Феликсом и Робертом. Он прикрыл глаза, вокруг них снова сгустился знакомый туман, который исчез также неожиданно, как и в прошлый раз. Хранитель резко вскочил, подпрыгнув, зацепился за стенку и приподнял лист-потолок.

– Все в порядке, а вот и вы.

Роберт с Феликсом тоже присоединились к Амалину. Пейзаж снаружи резко поменялся, вместо прекрасной речушки, сейчас только еле различалось ее русло, заросшее немногочисленными растениями, на фоне возвышающегося Литорна. В самом деле, ребята увидели сами себя вместе с Анаваром, спешащими сесть на корабль. Было ли это объемным кино или действительностью – определить трудно. Но то, что это были именно они, Роберт не сомневался. Он помнил, как они спешили на заседание, как Феликс споткнулся, а он его поддержал, помнил, как Анавар оглянулся, а они виновато улыбались в ответ, как на ходу надевали шлемы охранников. Впрочем, взлет турболета, а особенно поднятая им пыль, развеяли все сомнения в возможности иллюзии. Неожиданно из Литорна выбежали Док и Пират, крича и размахивая руками, вслед улетающему кораблю. Бежали они быстро, потом, видя бесполезность своего занятия, остановились недалеко от убежища ребят, с отчаянием вглядываясь в удаляющуюся точку в лазурной синеве.

– Неужели Анавар додумался забрать с собою Роберта? Док, срочно связывайся с ним!

– Нет, – энергично закачал головой его брат, – Анавар – правитель, его звонки параллельно принимает целая служба сотрудников, поэтому нам ему звонить категорически запрещено.

– Хорошо, твои предложения – как нам срочно вернуть Роберта?

– Идите к ним, – шепнул хранитель Роберту и Феликсу, – счастливо, оставайтесь с Богом.

Амалин сделал два шага назад и исчез.

Пока Роберт смотрел ему вслед, Феликс резко отодвинул гигантский лист, окликая ребят.

– Феликс, – Пират примчался первым, – а Роберт где?

– Здесь.

Послышался вздох облегчения.

– Что случилось? – Роберт подтянулся и оказался на поверхности.

– Пойдем срочно, к тебе гости приехали.

– Кто?

– Твой младший брат, он тоже определен сюда, но не в тюрьму, а на поселение в близлежащую деревню. Его сопровождает чрезвычайно скользкий тип – ваш личный адвокат Ди Готри, но я бы держался подальше от таких адвокатов. Лезет во все дырки, повсюду что-то разнюхивает. Я видел у него детектор лжи, поэтому все берегитесь, – думайте, что отвечать на его вопросы. Роберт, прыгай обратно, мы здесь пройдем, эта корневая система тоже приведет нас в Литорн.

Пират включил фонарь, и они быстро зашагали по полой извилистой корневой системе. Видимо, маршрут ребятам был не в новинку, – они прекрасно ориентировались в этом естественном лабиринте. Несколько раз по дороге им попадались змеи, но никто не обращал на них внимания. Роберт вопросительно взглянул на Феликса.

– Да, – кивнул тот в ответ, – это змеи, а не ужи, но они крайне неохотно расходуют свой яд, когда вынуждены нападать или защищаться. Мы их не интересуем, это змеи Амалина, он с ними нянчился и научил первыми не нападать на людей. Деликатесом для них являются яйца хордов. Поэтому с появлением змей последних становится все меньше и меньше.

– А сами змеи откуда?

– Наши родные, с Земли, Амалин выпросил у Анавара несколько ядовитых змей, произвел селекцию и расплодил в своей буферной зоне. Мы все в свое время там учились охотиться на лойдов. Это зона – период расцвета планеты, самое красивое место, а потом нас вернули обратно, в наше время.

Очутившись в Литорне, Феликс, Док и Пират отправились по своим делам, а Клайн и Кон в костюмах охранников аккуратно надели на Роберта силовые наручники, предварительно переодев его в комбинезон заключенного, и отвели в комнату для посетителей. Младшего брата юноша заприметил еще издали: Ричард сидел, опустив голову, явно стараясь держаться подальше от своего собеседника. Адвокат, представившийся Антуаном Ди Готри, был чрезвычайно подвижен и худощав. Его вздернутый курносый нос время от времени шмыгал, а маленькие узкие глазки-щелки постоянно перебегали с места на место, пытливо рассматривая все вокруг. Приметив Роберта, он впился в него своим взглядом-рентгеном и довольно долго его не отводил, потом, словно из лимона, выжал улыбку и начал разговор. Его миссия – опекать своего подопечного, собирать все жалобы, даже, если угодно, добиться перевода в тюрьму с более мягкими условиями содержания.

– Не надо, – спокойно парировал Роберт, – мне нужна свобода, а не другая тюрьма.

Адвокат завалил его пышной грудой документов, попросив ознакомиться и расписаться. Роберт не стал ничего рассматривать, а, скрепив все документы, раскатистым почерком написал: «Виновным себя не признаю, требую только освобождения», – закрепляя сообщение своей именной заливной печатью. Печать любезно показала время и место нанесения, обеспечивая ему алиби, если кто-то узнает его рядом с Анаваром на заседании Совета.

– В таком случае разрешите откланяться, если будут жалобы, обращайтесь по транслятору в любое время, я буду находиться рядом, – елейным голосом воркотал Ди Готри, забирая Ричарда, который с некоторой тревогой наблюдал за их разговором. В дверях брат попытался задержаться, но адвокат тотчас увлек его за собой, как паук свою пойманную жертву. Клайн вышел за ними следом, закрывая дверь на специальный замок. В комнате загорелся зеленый свет.

– Зеленый или голубой свет – все в порядке, кроме наших ребят, никто сюда свой любопытный нос не сунет, – объяснял Кон, снимая костюм, превращаясь в обычного заключенного, – надевай и не вздумай снимать его при обычном свете – только при цветном, помни.

Он положил перед Робертом свой костюм, снимая с него силовые наручники.

– Ты же хочешь с Ричардом увидеться?

– Естественно.

– Тогда вперед. Выйдешь через боковую дверь, далее прямо и трижды налево, потом во двор, где увидишь небольшие домики для обслуживающего персонала и ссыльных.

Дверь раздвинулась, за нею оказалась целая сеть длинных коридоров с раздвижными дверьми. Минуя повороты, Роберт быстро оказался на улице. Действительно, на территории тюрьмы находилось несколько уютных домиков, расположенных довольно близко друг к другу. Он проследовал по улице, разыскивая брата. Юноше повезло: на втором этаже ближайшего домика он разглядел знакомый силуэт. Немного подумав, он направился прямо к входу в дом. По дороге ему как бы случайно встретился Клайн, тихо шепнув: