Тропами Снайпера. Судьба Бригадира

© Жеребьев В., 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

Редакционно-издательская группа «Жанры» выражает благодарность замечательному российскому писателю-фантасту Дмитрию Силлову за вклад в развитие серии «СТАЛКЕР» и за предоставленную другим авторам возможность использовать в цикле «Тропами Снайпера» реалии, локации и персонажей из своих книг.

Дмитрий Силлов – автор более трех десятков романов, разошедшихся многотысячными тиражами. Каждому поклоннику серии «СТАЛКЕР» известен Снайпер – ключевой персонаж большинства произведений Дмитрия. Но сеть тайных троп, по которым передвигаются снайперы и в реальной жизни, и в фантастических мирах, слишком запутана и непредсказуема, и подчас на эти тропы попадают совсем другие, еще не знакомые нам герои.

Читайте «Тропами Снайпера» – цикл книг, написанных лучшими представителями жанра!

Глава 1

Красный напряженно нарезал круги там, где недавно зиял провал портала, но, кроме выжженной земли, ничего в том месте больше не было. Вокруг же царили спокойствие и благодать. Мирно несла свои воды прозрачная озорная речушка, над головой проносились приветливые барашки облаков, вдалеке темнел небольшой лесок, а вокруг, куда ни глянь, простирались густые заросли мелкого кустарника.

– Я думаю, что мы за Кордон вышли, – предположил Бригадир, выуживая из рюкзака банку тушняка, которую он ловко вскрыл и с жадностью проглотил сразу половину содержимого – после боя у него разыгрался зверский аппетит. С сытостью тут же навалилась тяжелая усталость, да такая, что глаза начали буквально сами собой закрываться.

Внезапно набежавшие тучи принесли резкий ветер и мерзкую морось. Будто кто-то нарочно погоду переключил. Сонливость как рукой сняло.

– Вон дом вроде… давай туда, – предложил Красный, озираясь по сторонам в поисках хоть какого-то укрытия.

– А мутанты?

– Да какие тут мутанты? – возразил старик, но все же рефлекторно сжал ремень автомата. – Аномалии разве что.

Торопливо собрали пожитки, прикопали мусор от греха подальше: Бригадир вырезал на неприметном склоне кусок дерна, запихал под него пустую банку. Двинули вниз по течению. Тучи тем временем стремительно сгущались, заполняя небо темно-серой, почти графитовой хмарью, морось быстро переросла в ливень. То и дело поскальзываясь на мокрой траве и жирной грязи, сталкеры бросились в укрытие.

Здание оказалось заброшенным, что Бригадира не удивило. Пара гаек-маркеров улетела сначала на дворик перед входом, потом – в оконный проем и распахнутую дверь. Только после всех этих предосторожностей сталкеры вошли под своды кирпичного обветшалого дома. Хозяева жилища, судя по всему, уходили когда-то много лет назад в спешке. Об этом гостям поведали и оставшаяся в старомодном буфете посуда, и выцветшая, покрытая толстым слоем пыли скатерть на столе, и пара чашек с черными разводами на донышке, и покосившийся дровяной сарай неподалеку от дома, и проржавевший насквозь трактор под дырявым навесом.

– Холодно тут. – Красный, поежившись, уселся на скрипучий стул, смахнув с сидушки пыль. Бригадир же замер на пару секунд, насторожившись, потом резко сдернул АКСУ с плеча, ударил по предохранителю ребром ладони.

– Ты чего? – охнул Красный, но сталкер только палец к губам прижал.

С момента появления гостей в комнате что-то неуловимо, но совершенно точно поменялось. Запахи, звуки… нет. Шкаф! Тяжелый платяной шкаф с потрескавшейся полировкой на дверцах. Он переместился! Сдвинулся на пару сантиметров буквально, в полутьме и не углядишь. В руку Бригадира незаметным движением скользнул фонарь, белый луч прорезал острым лезвием темноту… И тут вдруг – бах! Бригадир успел отскочить в сторону, а старику просто повезло – он успел нырнуть на пол, когда взбесившийся шкаф, будто выпущенный из катапульты, пролетел мимо него и ударил о стену. Грохот тут же сменился топотом ног, удаляющимся куда-то наверх. Послышалось какое-то неразборчивое бормотание, и все стихло, почти на минуту.

– Ложись! – заорал вдруг Красный, поднявшийся было с пола, и снова рухнул, закрывая голову рукой. На этот раз в ход пошла посуда на столе. Чашка плавно поднялась и устремилась прямо в голову Бригадира. Тот вовремя подставил автомат, и бешеная посудина разлетелась на сотни мелких острых осколков. Вторая чашка не заставила себя долго ждать и впечаталась в стену – аккурат в то место, где только что была голова сталкера.

Мужчины замерли, тревожно озираясь.

– Что за бред? Полтергейст? – выдохнул Бригадир и нервно сглотнул. – Бюрер?

– Быть того не может, – просипел снизу старик. – Они стадом ходят. Живут под землей, в коллекторах, там, где влажно и темно. Тут же сухо, светло днем…

Доски над головой пронзительно заскрипели, второй этаж заходил ходуном от грохота и топота.

– Твою мать, это гнездо, вот угораздило! Валить отсюда надо!

– Не выйдет. – Красный привстал, оперся на стену. Кустистые брови старика сошлись на переносице. – Игру они устроили, черти уродливые. Теперь не выпустят.

– И что делать-то? – Бригадир слышал о бюрерах, пару раз даже видел издалека, но те либо сбегали, либо начинали швыряться разными предметами на расстоянии, причем делали это исключительно силой мысли. Однажды даже попытались автомат из рук вырвать, но на том опыт общения с ними и заканчивался. Косая очередь в воздух – и мутант, как правило, терял всяческий интерес к человеку.

Бюреры всегда жили стаей, иногда ими руководил вожак – обычно он был крупнее и уродливее прочих. Опасность эти мутанты представляли по нескольким причинам. Во-первых, маскировка. Интеллект бюреров позволял им довольно успешно мимикрировать: например, рядиться в человеческую одежду, и если глядеть издалека, то непонятно было, кто перед тобой. Этой своей особенностью они пользовались, чтобы подманивать молодых, еще не обстрелянных сталкеров. Во-вторых, эти мутанты обладали необычайно развитой способностью к телекинезу, а также, чудо из чудес, могли управлять геомагнитными полями. Последнее, правда, было не доказано. А третья опасность заключалась во вкусовых предпочтениях этих существ. Уродцы практиковали людоедство и активно охотились на сталкеров-одиночек. Иногда попадались очень организованные мутанты – они сооружали ловушки, заманивали добычу в лабиринты, коллекторы, устраивали облавы или срывали самодельные плотины. Бюрер – сильный, хитрый и крайне опасный мутант. От него не уйти, не скрыться, если уж тот взял тебя в оборот. Одна панацея – АКСУ.

– Валить будем всех. – Красный сплюнул на пол. В слюне обозначились кровавые сгустки. – Короткими, не жалея патронов. У меня в рюкзаке запас есть еще, так что протянем.

Над головой происходило невесть что – сущий ад: потолок буквально ходил ходуном, трещали доски, сыпалась какая-то труха, казалось, что вот-вот – и все обвалится вниз, прямо на головы непрошеным гостям. Воздух наполнился мелкой пылевой взвесью пополам с какой-то белой дрянью. Бригадир поспешно натянул на лицо бандану, повязанную галстуком на шее, трясущейся рукой достал из кармана разгрузки чудом уцелевшие в боях очки и нацепил их на нос, пряча глаза. Красный последовал примеру товарища, вот только очков у него не нашлось. Мужчины, шаря стволами по углам, аккуратно двинулись, наконец, с места. Наверху, в самом конце лестницы, мелькнула тень. Снизу мигом последовала дульная вспышка, мутант дернулся от удара в плечо. Раздался визг, сменившийся топотом удаляющихся ног.

Бригадир кивнул, продолжил движение. Следом заскользил Красный. В бою старик преобразился, будто бы и не было долгих лет заключения, ярма зоны, выбеленных тяжелыми временами висков. Под ногами хрустели черепки битой посуды, скрипели доски. Передвигаться бесшумно было просто нереально, но теперь это уже не имело значения. Бригадир преодолел половину лестницы, бдительно следя за обстановкой, чтобы в поле зрения не появилось, допустим, пианино, или, например, письменный стол. Бюреры любили сбросить на голову жертве что-нибудь потяжелее. Когда в этих местах воцарилась Зона, люди бежали, оставляя то, что не могли унести: громоздкие музыкальные инструменты, массивную мебель, почти нетронутыми остались библиотеки.

Раздался звон бьющейся посуды. Бригадир поморщился – это ж сколько сволота приличной утвари побьет! Удар в грудь пришелся словно из ниоткуда. Сплоховала сталкерская чуйка. Дух выбило мигом. Бригадир захрипел, ухватился рукой за перила. Над ухом заплясало пламя, рыкнула очередь, другая, – Красный шпиговал кого-то свинцом. Ствол плясал в руках старика, веер смертельных свинцовых пчел пробивал ветхие стены, переборки, впиваясь в пустой слой шпатлевки и дерева. Новый удар, еще сильней. Видимо, твари объединились, включая свое гребаное коллективное сознание.

– Вон они!

Забыв про боль в грудной клетке, стряхнув с себя оцепенение и шок, Бригадир выпустил очередь по дверному проему, и второй этаж вздрогнул от пронзительного визга. Снова застучали по доскам пола ноги, гулко, тяжело. Дом затрясся так, что, казалось, сейчас сложится. Треснули последние целые стекла в оконных рамах, перекосились дверные косяки. Лестница, ведущая на второй этаж, отделилась от стены и, ударившись о балку, остановилась, растопырив переломанные ребра перил.

Становилось чем дальше, тем хуже. Сначала уродцы действовали будто разрозненно, каждый сам по себе, играючи наносили удары то тут, то там. Трещали доски, разлеталась осколками посуда, стены старого здания пошли трещинами по штукатурке, оголяя замурованную проводку и старые обои. Когда получилось подбить парочку мутантов, дело начало стремительно и неуклонно приобретать совсем другой оборот. Атаки их стали агрессивнее, пошли с разных сторон, почти синхронно. Отставание в действиях каждого было незначительным, будто задержка связи при передаче. Наконец изможденным такой вакханалией сталкерам удалось отступить, выйти из громыхающего здания в ночную темноту.

Ночь в Зоне – самое плохое время суток. Если нет ни соответствующей экипировки, ни тыла, то человеку, оказавшемуся в темные часы без надежного укрытия, приходится несладко. Сумерки превращаются во мрак могильный на «раз-два». Передвигаться бесшумно невероятно сложно, особенно неподготовленному, а вот мутант может делать это с какой-то удивительной легкостью. Бывало, так пройдет, что и трава не примнется.

– Дальше не идем. – Красный остановился, боязливо оглянулся. Плотная, почти физически ощутимая тьма обволокла все вокруг, и даже яркие белые лучи фонарей не выручали. Словно в подтверждение опасений старика, что-то заухало, зашуршало в кустах. Внезапный порыв сильного ветра швырнул в сталкеров пригоршню листьев пополам с песком.

Бригадир попятился, инстинктивно закрыв лицо рукой. Красный увернулся, нажал в ужасе на спусковой крючок автомата. Дульные всполохи на миг осветили уродливую фигуру бюрера. Это был коренастый, низкорослый монстр с плоским жабьим лицом в рытвинах, будто после оспы; с узловатыми толстыми пальцами, сжатыми в кулаки; в ветхой замызганной человеческой одежде…

Воздух колыхнулся, пошел волнами, сгустился, будто желе. Тени метались вокруг дома, приближались к беглецам, у сталкеров появилось ощущение какой-то фатальной обреченности.

– Окружают, – хрипло прошептал Красный. Пальцы старика, сжав цевье автомата, побелели. – Кранты нам по ходу. Ломку собираются устроить.

О «ломке» Бригадир был наслышан. Ход со стороны бюреров это был редкий и импровизацию исключал. Мутанты собирались в стаю, окружали готовых продать свою жизнь подороже сталкеров и по сигналу старшего наносили удар. Манипулируя магнитными полями, они могли разнести дерево в щепки, раздробить все кости внутри жертвы, даже не прикасаясь к ней. Один такой невидимый тычок – и все, ты истечешь кровью. Бюреры, однако, «ломку» применяли редко. Чаще они попросту убегали, прятались, а нападали вот так, в лоб, только по мере острой необходимости.

Бригадир судорожно вздохнул, хрипло откашлялся, чувствуя, как что-то настырно проникает в глубину сознания. Кто-то чужой неуверенно завозился в подкорке, заелозил маленькими ручками, что-то попытался донести, но тщетно. Мысленный фантом развеялся, его спугнул оглушительный треск рухнувшего метрах в двадцати старого, прогнившего от сердцевины тополя.

Красный не сдержался, выпустил в ночь автоматную очередь. Дульный всполох на краткое мгновение вырвал неясную тень. Сердце Бригадира бешено заколотилось, близкое предчувствие беды погнало по венам адреналин. Вновь оживилось существо внутри сознания. Что-то странное, постороннее, чуждое, требующее внимания и подчинения. Сталкер попытался отогнать наваждение, но не тут-то было. Тварь, шевелящаяся в мозгу, вцепилась острыми когтями в волю, комкая и подминая ее под себя.

– Отпусти… – прошелестело внутри черепной коробки. – Погибнешь.

Бригадир схватился за голову, сжал виски. Ночи больше не было. Исчезло чувство опасности, ушли на задний план мечущиеся в темноте уродцы. Все внимание сосредоточилось на борьбе, которая происходила внутри. Существо росло, пуская поросль щупалец по мысленным потокам, обвивая жгутами сердце, проникая в легкие, стараясь заполонить собой все пространство плененного человека…

Глава 2

Мастер, прослывший среди сталкерской братии толковым парнем, в Зоне находился уже давно. Работал качественно, но шумно. Все его задумки неизменно заканчивались обвалами, шрапнелью, осколками и прочими неприятностями, характерными для подрывных работ. Будучи настоящим профи во взрывном деле, сталкер был практически незаменим: надо обойти опасное место, но впереди непроходимые развалины, – зовут его; требуется выкурить мутантов, но так просто они выходить на белый свет не спешат, – все туда же, к Мастеру.

Невысокий, крепкий, в черной горке, надвинув на лоб вязаную шапку, он колдовал над зарядами, детонаторами, проводами и прочей волшебной шелухой, а на выходе получалось чудо. Взрывчатку и относящуюся к ней снарягу он, конечно, с собой не носил. Хлопотное это дело, да и опасное. Любой может на такой груз позариться. Источников и контактов сталкер тоже не сливал, и потому звали его иногда то Темным Мастером, то Мастером Призрачным. Как и любой здравомыслящий боец, имел он по всей Зоне ряд схронов, где и паковал свое добро, от гранат до динамита, тщательно упакованное в полиэтилен, замотанное клейкой лентой и спрятанное в стенах старых домов, в корнях деревьев, под пустыми грузовыми контейнерами – почти везде, куда наверняка не добрался бы опытный взгляд и загребущая рука даже бывалого мародера.

День выдался не из легких. Работать с бандитами всегда тяжело, а с бандитами-фанатиками – вдвойне. Если перед тобой идейный, да еще настроенный агрессивно, – договориться с ним, как правило, совершенно невозможно. Заказ от «Долга» потрепал нервы, хотя, как всегда, преподносился ими как исключительно пустяковый. Мол, работай, Мастер, за пригоршню баксов и благодари, что тебя, как отступника и чуть ли не еретика, не скормили псевдоплоти. Охотиться пришлось, кстати, именно на нее. Не достать редкий артефакт, не обезвреживать аномалию или разбирать завалы, а именно охотиться на псевдоплоть. Зона вдоль и поперек напичкана самыми разнообразными опасностями. Но если кто-то думает, что огороженный вышками и автоматчиками периметр представляет собой непроходимую вереницу аномалий, стай псевдособак и зарвавшихся бюреров, то глубоко ошибается. Поначалу, конечно, так и было. Приходили сталкеры, шли к Монолиту, гибли через одного. Порой целые рейды головы складывали, да так, что даже косточки потом не найти было. Кого мутанты растаскивали по норам, а кого собственные же «коллеги», после дележа хабара, упаковывали в деревянный макинтош да на дно ближайшего озерца или болотца отправляли. Зона ведь не выдаст, тут целые кладбища костей попадались.

Многое изменилось с тех пор, народ стал вроде как цивилизованней, что ли, правильней, но от этого опасности никуда не делись. «Долг» вынужден был взаимодействовать с бандитскими группировками, уж очень ловко последние доставляли в Зону медикаменты и наркотические вещества, требуемые в некоторых действиях и ритуалах. «Свобода» наладила связь с военными, и те, не мудрствуя лукаво, активно приторговывали оружием, боеприпасами, а порой и брали на себя миссии по сопровождению за периметр научных экспедиций и любителей пощекотать нервы. Тут Мастер тоже приходился ко двору. Кумулятивные заряды, разрывающиеся когда надо во время радиоактивного сафари, приносили десятки тысяч долларов организаторам. Сам сталкер тоже зелени срубал, предпочитая теперь прямой продаже хабара дистанционную оплату на счет в банке, открытый на предъявителя.

В этот вечер Мастер как раз добрался до своего схрона рядом с дальней сторожкой. Раньше тут располагались охотничий домик и гараж какого-то нувориша. До прихода Зоны жилое здание представляло собой двухэтажный особняк, скрытый за высокой кирпичной изгородью, от ворот которой ко входу в дом вела хорошо укатанная дорожка из асфальтовой крошки. За территорией именьица дорожка эта вливалась в главную проселочную дорогу, ведущую в областной центр. Новые хозяева жизни заезжали сюда попариться в баньке, выпить водки да пострелять по банкам или живности, что в прицел попадалась. С тех пор многое, как и все в Зоне, поменялось – к худшему, конечно. Некогда добротный дом обветшал, дорога поросла травой, корни деревьев вскрыли укатанную поверхность – природа начала потихоньку захватывать отвоеванные у нее территории. Порос бурьяном двор, прогнил гараж, ковер из ползучих растений почти полностью закрыл восточную часть дома. Большую часть из того, что тут осталось от старых хозяев, попросту разворовали, растащили по нычкам и кострам, распродали на блошиных рынках в поселках. Так что, когда со стороны заброшенной дачи послышались выстрелы, Мастер был удивлен и раздосадован.

Огонь вели из автоматического оружия. Дульные всполохи виднелись издалека, а грохот пальбы, как и любой другой механический звук, разносился на многие километры. Он то угасал, то вспыхивал с новой силой. Что-то невнятно завывало, слышался треск балок, будто кто-то, подогнав бульдозер, пытался снести остатки цивилизации, закатывая их в мох и чернозем.

Бригадиру становилось все хуже и хуже. Бюреры обступили напарников безжалостной стаей, воздух вокруг трещал, рассыпаясь искрами, шел чуть ли не трещинами. Сталкер чувствовал, что еще немного – и его грудную клетку расплющит: сломаются ребра, острые осколки кости пробьют легкие, сердце, повредят все внутренние органы. Жилка на виске забилась, будто в припадке. Бригадир шатнулся… и закрыл глаза. Что-то шагнуло из темноты его разума, на этот раз нагло, требовательно, почти по-хозяйски, отогнало рефлексию и отчаяние. Луч злобы и силы резанул по мыслям, воля окрепла, словно по волшебству. Казалось, весь организм в мгновение ока перестроился, принял что-то новое. Тело налилось мощью, страшной, пугающей. Энергии пришло столько, что сердце забилось в панике: а вдруг не вывезет мотор, а вдруг порвет или заглохнет. Прыжок в темноту – и Бригадир ушел из-под ментального воздействия. Тупая серая физиономия мелькнула перед лицом. Широкие ноздри, выпученные глаза, грубая, вся в рытвинах, кожа. Огромные лапищи попытались схватить ускользающую жертву, но как-то растерянно. Бюрер не предвидел такого расклада. Бригадир молниеносным движением выхватил нож, который прильнул рукоятью к ладони, как живой организм. Полоса стали метнулась вперед раз, другой, третий, клинок пробил глаз мутанта, на секунду завяз в кровавом месиве и снова заплясал в смертельном танце. Когда первая тварь рухнула на землю, бюреры вокруг заволновались, заголосили по-своему, почти беззвучно, будто шепотом. Сталкер не останавливался. Перекат, неуловимое движение слева, только чуйка да периферическое зрение и спасли бойца – он ловко ушел от тяжелого ментального удара, от которого камни под ногами разлетелись в мелкое крошево.

И тут снова навалилось. Нет, никто не окружил, не вцепился толстыми заскорузлыми пальцами в глотку, не ударил… хотя почему – как раз ударил… В голове зазвенел набат, в глазах помутнело, мир вдруг стал каким-то плоским и размытым, как рисунок, выполненный красками, на который кто-то вылил стакан воды. Бригадир в панике обернулся, резанул очередью темноту, но безрезультатно. Ситуация только ухудшилась. Чья-то железная воля сжимала в тиски его сознание.

Снова посыпались выстрелы – неуверенные, одиночные. Это ожил Красный. Внимание стаи было сосредоточено на угрозе в лице Бригадира, поэтому старика быстро отпустило. Он не растерялся. Воспользовавшись моментом, начал класть маслины одна за другой по всем нештатным изгибам поверхности, предварительно укрывшись за ржавым остовом автомобиля, и, как всегда, методичный расчет и правильная последовательность действий начали приносить плоды. Пара пуль со смаком вошла под капюшон одного из мутантов, уродец взвизгнул, закрутился на месте, но запала его хватило ненадолго. Сделав несколько оборотов, он рухнул бесформенной кучей на землю.

Сущность, пытающаяся поработить волю Бригадира, не торопилась отпускать добычу. Ментальная захватчица с азартом боролась с непомерно сильным человеком. Правда, Бригадир уже и сам сомневался, а человек ли он вообще. Кроки, вскрывающие себе грудную клетку перед порталом, невероятная способность к регенерации, теперь вот это. Неужели Брайн все-таки задел что-то внутри землянина, тронул невидимые рычаги, потянул за ниточки. Его уродливые модификации человеческого тела до сих пор вызывали у Бригадира суеверный ужас и отвращение. Однако тут все было иначе. Как будто бы мотор почти заглох, но открылся запасной вентиль, и вместо привычной низкосортной бурды по бензопроводу ринулся поток высокооктанового топлива.

Выяснить, что будет дальше, сталкер не успел. Воздух вдруг взорвался, вспышка осветила черное небо, набухшие грозовые тучи, вырвав из антрацитового покрывала ночи крупного, чуть ли не в рост человека, мутанта. Широкие плечи, ноги-столбы, безумный пронзительный взгляд, цепкий, будто крюк мясника. Дальше же все пошло и вовсе странно. Рвануло снова, совсем рядом. Больно ударило по ушам, но сама волна прошла так ловко, будто в кино. Поднятый шрапнелью мелкий щебень резанул по мутанту, смешался с энергией взрыва, раскинул конечности уродца, выгнул его туловище, вывернул, крутанул. Тварь будто треснула: ошметки плоти, мозгов, густой крови – вся эта каша разлетелась по сторонам. Бригадир еле успел прикрыть глаза рукой.

– Я о тебе слышал, конечно, но дел с тобой пока не имел. – Красный подкинул полено в костер и продолжил тщательно отчищать куртку от мелкого крошева останков мутанта. Мастер сидел, облокотившись на остов машины, и с интересом поглядывал на Бригадира, который мрачно расхаживал вдоль световой линии, отбрасываемой пламенем, почти рядом с подлеском и, казалось, чихал на то, что совершенно недавно с ним произошло.

– А я тебя знаю. – Подрывник вдруг скривился. – Ты из бывших красновцев. Все думают, что тебя на дальнем полигоне ЧВК положили, да и банду твою. Кто жив остался, а это единицы, расползлись по периметру, будто черви, попрятались по норам.

– Вот как, значит. – Красный погрустнел, но видно было, что эта новость не стала для него неожиданностью.

Бригадир покосился на товарища. Что-то тут было не так. Не особо-то, судя по всему, Красный и сокрушался о боевых товарищах, погибших в неравном бою со стаей мутантов, управляемых сверхмозгом из далекой галактики. Тут бы старику сделать скорбную мину, погоревать, потосковать, грустно куря в потолок, хмуро подвигать бровями, а он только смурной малость стал.

– А вот тебя я вижу в первый раз. – Мастер перевел взгляд на сталкера. – Да еще с таким подходом. Что за артефакты у тебя чудные?

– Нет у меня никаких артефактов, – отмахнулся Бригадир.

– Врешь! – Взрывник хитро прищурился. – Ты двух бюреров голыми руками почти завалил, остальных я разметал. Может, не вмешайся я, так больше бы среди них двухсотых было.

– Не уверен, – покачал головой Бригадир. – То случайно вышло. Подвернулись дурни под руку, да чуйка вывезла.

– Послушай, парень, – продолжил Мастер вкрадчиво. – Ты хоть скажи, где те артефакты взял. Я понимаю, что они ценные и нужны тебе самому, но за любую из твоих игрушек сталкерье местное душу продаст. Королем станешь, с кабинетом министров. Батистовые портянки, тушенка китайская…

– Нет у меня артефактов – и точка! – рубанул раздраженно Бригадир.

Подрывник примирительно поднял руки, однако на его хитрой физиономии так и читалось недоверие. Мол, мели дальше, Емеля, неделя твоя, а потом, как закончится, так и выясним.

Глава 3

С рассветом закончился и дождь. Бригадир обошел дом, заросший двор, окинул взглядом периметр, но трупов мутантов не обнаружил. Даже следов крови не осталось, а ее после вчерашнего боя должно было быть предостаточно.