Челноки поневоле. Том 1

Пролог

Телефонный звонок прозвучал в ночной тиши как сигнал тревоги. Хозяин дома сразу проснулся и лихорадочно схватил трубку, как будто боялся, что своим звоном телефон может перебудить всех домочадцев. Правда, в этот день он ночевал дома один: жена уехала к подруге, у которой, во‑первых, был день рождения, а во‑вторых, она перенесла незадолго до этих событий серьёзную операцию и сама ещё никуда перемещаться без посторонней помощи не могла.

Анатолий Ильич не любил ночных телефонных звонков, а точнее, боялся их, полагая, что они предвещают беду.

– Алло, – хриплым спросонья голосом сказал он.

– Анатолий Ильич, извините, что звоню так поздно, но никак мне не давали остаться одному, – послышалась скороговорка Лёшки, верного помощника, которого все знающие его люди прозвали оруженосцем.

Анатолий бросил взгляд на часы. Был без малого час ночи – время, когда сам он звонил только в неотложном, сверхсрочном случае.

– Ваши «друзья», – в последних словах Алексея прозвучал явный сарказм, – меня никак от себя отпускать не хотели, боялись, наверное, что вы прям сегодня сюда примчитесь. Меня даже до номера проводили и потом ещё долго у входа на улице стояли. Может, решали, как ловчей объяснение придумать случившемуся. А дело было так. Я, как приехал на завод, сразу же к нашей колонне направился. Мы ведь с вами решили, что надо немного жира с предыдущей партии наковырять, чтобы его с одесским сравнить и решить, можно их будет смешивать или нет. Мишка за мной хвостиком, глаз не поднимает, а вид имеет самый что ни на есть разнесчастный. Я какую-то неприятность предположил, но то, что я увидел…

Сон с Анатолия слетел напрочь. У него всё время было какое-то тревожное чувство, что так хорошо всё быть не может, но…

Глава первая

Паспорта готовы!

Эта история началась в феврале 1988 года. Тогда в Советском Союзе только-только появились первые кооперативы, причём стали организовываться они во всех отраслях народного хозяйства, даже там, где, казалось, это было невозможно.

Анатолий Ильич, начинающий полнеть человек сорока с лишним лет, с уже заметным животиком, встал с мягкого дивана и с удовольствием потянулся. Поезд приближался к конечной станции – Курскому вокзалу, вчерашний день завершился замечательным ужином в новом кооперативном ресторанчике Кирова. Этот ужин вкусно обрамил контракт, подписанный часом ранее.

В купе никого больше не было. Анатолий (будем для простоты называть его именно так) не любил ездить с попутчиками. Обычно он покупал два билета в вагон СВ, а ехал один. Бывало, знаете, настолько неприятные соседи попадались, что уж лучше немного переплатить (а Анатолий мог себе это позволить без особого ущерба), чем мучиться потом всю дорогу, ведь ездить приходилось очень часто.

Вот и в этот раз он ехал один, перебирая в памяти события последней командировки. Вскоре это надоело (сколько можно мусолить одно и то же, даже если это интересная работа, сулящая солидное вознаграждение), и он включил поездное радио. Захотелось попить чайку с припасёнными бутербродами да послушать лёгкую музыку. Однако по радио передавали какую-то рекламу. В то время это было внове, реклама ещё не заполонила весь эфир, и иногда было очень интересно и даже полезно её послушать. Сейчас как раз был такой случай.

Оказывается, появилась некая частная туристическая компания, которая предлагала поездку в Шри-Ланку. Анатолия это просто поразило. Дело в том, что это же бывший Цейлон, одна из стран, в которой он с детства мечтал побывать. Таких стран было немало, но все они находились в дальних краях, куда попасть ещё совсем недавно было невозможно, а тут на тебе – в Шри-Ланку можно слетать, и об этом по радио открыто говорят. Чудеса, да и только. Анатолий записал адрес и решил сразу же с вокзала отправиться в эту турфирму.

«Народу, наверное, соберётся полно», – подумал он, взяв в руки дипломат. Недавно ему удалось достать новый, с наборным шифратором на замке, таких ещё почти ни у кого не было, и Анатолий был им очень доволен. Поезд в это время уже тянулся мимо длинного перрона Курского вокзала.

Ехать от Курского до «Площади Революции» всего-то одну остановку на метро, брать такси глупо. Конечно, приятно, когда ты можешь это сделать, но дольше прокрутишься в узеньких улочках старой Москвы. Анатолий даже не стал раздумывать, а сразу направился в сторону метро.

Офис туристической компании находился в очень престижном месте – проезде Сапунова, дом одиннадцать. Этот проезд соединял улицы 25 Октября и Куйбышева и проходил сразу за ГУМом. В здании, где располагался офис, были некоторые секции этого монстра советской торговли, поэтому сама возможность арендовать там помещение казалась чудом.

Не прошло и получаса, как Анатолий вышел из поезда, а он уже поднимался по узкой каменной старинной лестнице на самый верх трёхэтажного здания. К его удивлению, никакой очереди не было.

«Вот хорошо, вовремя я успел. Наверное, только начали эту рекламу крутить, но скоро набегут: на Цейлоне многие захотят побывать», – думал Анатолий, разыскивая в чехарде небольших комнаток, разместившихся вдоль широкого коридора, требуемый номер. Дверь, к которой был прикреплён маленький листок бумаги с написанным от руки названием фирмы «Московская туристическая компания», была закрыта. Анатолий посмотрел на часы: до начала работы, указанного на том же листочке, оставалось ещё пять минут.

Коридор был совершенно пуст, но стоило Анатолию достать сигарету и закурить, как со стороны лестницы появилась симпатичная девушка.

– Вы, наверное, к нам? – приветливо улыбнулась она. – Подождите, пожалуйста, одну минутку, я сейчас переоденусь и вас позову.

Минутка ровно столько и продолжалась, поэтому к тому моменту, как дверь снова распахнулась, Анатолий успел лишь пару раз затянуться. С сожалением посмотрев на дымящуюся сигарету, Анатолий поискал глазами урну, но, не обнаружив ничего похожего, бросил её в тот угол, где уже валялось несколько окурков, хорошенько придавив каблуком на всякий случай. Затем вошёл внутрь и огляделся.

Комната, в которой он оказался, была средних размеров, практически без мебели, только один стол да пара стульев тщетно пытались заполнить всё её пространство. Ещё одна старая, облупившаяся дверь виднелась по левой стене, оклеенной обоями, наверное, ещё в те времена, когда это здание было построено.

«Там кабинет начальства, а здесь приёмная», – подумал Карпов, любуясь красивым девичьим лицом с ещё розовыми от мороза щеками.

– Вы что желаете: чай или кофе? – услышал он и с трудом оторвался от приятных мыслей о том, как было бы здорово покувыркаться с этой девушкой где-нибудь в укромном уголке.

Он вопросительно посмотрел на секретаршу, и она, улыбнувшись (наверное, догадалась, о чём может подумать, глядя на неё, не старый ещё мужчина), повторила:

– Так вам чай налить или кофе? Но вы знаете, кофе у нас сейчас советский растворимый, обещали импортный привезти, да вот всё никак не достанут, наверное. Так что лично я предлагаю чайку попить. – Она вскочила со стула, на который уселась буквально минуту назад. – Только я сейчас чайник включу и новую заварку сделаю. Вот чай у нас сегодня хороший – «Три слона».

Пока она всё это говорила, на столе уже и круглый алюминиевый электрический чайник с длинным, в матерчатой оплётке шнуром заблестел, и вазочка с каким-то печеньем из недр стола рядом с ним возникла, и два стакана в красивых позолоченных подстаканниках с сахарницей, заполненной большими кусками пиленого сахара, появились.

«Везёт же некоторым, и где таких секретарш берут?» – думал Анатолий, присаживаясь на кончик стула и вертя в руках ондатровую шапку.

К его изумлению, никто больше не подходил.

«Уж туда ли я попал? Где народ-то? – с тревогой думал он. – Спросить, что ли? Ну да, вот так спросишь – окажется, что ошибся домом. Придётся уйти, и лишусь возможности с такой девушкой чайку попить».

А та, как будто подслушав его мысли, сказала:

– Вы не волнуйтесь, директор сейчас примчится, он на машине ездит, а тут, сами понимаете, какие пробки бывают. Вчера он должен был всё окончательно решить в посольстве Шри-Ланки, там маршрут поездки по стране для нашей группы подбирают. Русских-то туристов у них в таком количестве раньше не было, вот они и суетятся.

Анатолий успел выпить чай, и секретарша рассказала о других планах их компании. Если верить её словам, они хотели по всему миру группы возить. Стало ясно и почему они именно со Шри-Ланки начали. Оказалось, что директор фирмы работал раньше в Интуристе и занимался оформлением поездок различных высокопоставленных чиновников и приближённых к ним лиц именно в тот регион и что он очень любит именно Шри-Ланку, где побывал уже не один раз.

Тут как раз в приёмную не вошёл, а, скорее, ворвался молодой парень со спортивной фигурой, в модной болгарской дублёнке и тоже ондатровой шапке на голове.

– Ага, вот и первый клиент пожаловал, – буквально ошарашил он этой фразой Анатолия. – А то ты, Ирина, говорила, что зря я именно Шри-Ланку в рекламу воткнул. Вот увидишь, другие тоже придут.

– А что, я действительно первый? – Анатолий был в полном недоумении от одной только этой мысли.

– Первый, первый, и будете самым любимым, – радостно воскликнул парень.

Ирина еле смогла прорваться через поток его восторженных восклицаний, чтобы представить мужчин друг другу. Директора звали Вячеславом Петровичем, но он попросил называть его просто Славой. Был он совершенно не такой, каким его ожидал увидеть Анатолий, какой-то несолидный и абсолютно несерьёзный для того дела, которым начал заниматься.

– Ну и что мы с вами будем делать? – спросил Анатолий. – Как мне дальше поступать-то?

– Да всё очень даже просто. Вы оставляете нам свои данные для оформления заграничного паспорта. Процедура эта не быстрая, может занять до двух месяцев, а то и больше. Когда паспорта будут готовы, милости просим лететь. Вот и всё, в сущности. Да, ещё, конечно, немного денежек нам заплатить придётся. – И он как-то нехорошо ухмыльнулся.

Анатолия даже передёрнуло от какого-то недоброго предчувствия, но он его решительно отбросил и постарался сразу же о нём забыть.

– Денег-то совсем немного надо, – словно опять подслушав его мысли, вмешалась в разговор секретарша. – Сейчас пока только за оформление паспортов. – И она озвучила смешную сумму, которую не жалко потерять, если что-то пойдёт не так.

Совершенно успокоенный и очень довольный, Анатолий, оставив листок с анкетными данными на себя и супругу, направился, но не на работу, где его с нетерпением ждали сотрудники, а к своему другу Илье. Надо было уговорить того срочно набрать команду человек из двадцати, ведь туристический директор сказал, что для организации группы этого количества будет достаточно.

Илья Викторович относился к той редкой человеческой породе, которую зовут в народе «нужниками», то есть людьми, могущими достать всё, что только твоей душе угодно будет, и работал инженером в одной небольшой, но престижной проектно-монтажной организации, руководство которой его очень ценило. Конечно, его уважали и коллеги, и заказчики как очень хорошего специалиста, но таких везде много, а чтобы тобой дорожило начальство, требуется ещё кое-что. Вот этим «кое-чем» Илья был награждён природой до самого верха, причём, что немаловажно, без излишка. Прежде всего, он был душой любой компании. Буквально через полчаса в совершенно незнакомом обществе его уже все хлопали по плечу и просили: «Илюша, ну ещё пару анекдотиков давай! А ещё можешь? А ещё? Ну, ты парень что надо!»

Но самое главное, он был безотказным доставалой. Всё, что угодно, от дефицитных книг, лекарств, вещей до билетов в театры и путёвок в санатории, он доставал в максимально короткие сроки и с весьма маленькой переплатой, при этом себе не оставлял ни копейки, всё уходило на какие-то мелкие подарки: цветочки, конфетки и всё такое прочее.

Но была у него одна непонятная для многих страсть – какая-то безграничная любовь к поездкам по стране, так называемому туризму выходного дня. Руководство смотрело на это увлечение скорее с одобрением, чем с осуждением, потому что тоже любило посещать различные интересные места и охотно принимало участие в таких вылазках.

Сотрудникам эти поездки обходились в чисто символические суммы, практически всё оплачивала контора (она была достаточно богатой и могла себе многое позволить), но траты ограничивались таким количеством всяческих запретов, что официально потратить деньги не было возможности и зачастую они попросту отходили государству. В отличие от других статей расхода, благодаря неуёмной энергии Ильи узаконенный процент бюджета, предназначенный для проведения культурно-массовых мероприятий, весь уходил на такие путешествия. Практически каждую неделю (ну, естественно, за исключением сентября, так как в сентябре Илюша уходил в отпуск, а без него поездка не поездка) группа туристов-любителей из их конторы куда-нибудь летела. Анатолий с женой и то три раза присоединялся к ним, причём за счёт всё той же Илюшиной конторы (намного сложнее было провести деньги за их поездки через бухгалтерию, чем выполнить просьбу Ильи о включении его приятеля в группу). К слову сказать, поездки эти были очень даже интересными, и каждая на три-четыре дня – в Алма-Ату, Мурманск и Севастополь. Такие вот поездочки были.

Вот у Анатолия Ильича и возникла идея сколотить группу из тех коллег Ильи, которые чаще всего в такие путешествия пускались, а уж оплатит контора поездку лично ему или нет, не имело такого уж большого значения.

Карпов озвучил свою идею, Илья тут же трансформировал её так, чтобы она понравилась начальству, и умчался в директорский кабинет. Вернулся он через полчаса, в течение которых Анатолия атаковал весь женский состав конторы. Тот отбивался как мог, отвечая даже на вопросы, ответов на которые сам не знал.

Вернулся Илья, и все вопросы закончились: начальство эту авантюру одобрило, мало того, вызвалось само возглавить такую бригаду.

– Ура! – дружно сказали все присутствующие и побежали собирать документы.

Буквально на следующий день Илья отвёз их на проезд Сапунова. Туристическая компания ему тоже не очень глянулась, но она была единственной: этот бизнес только начинал развиваться, и выбирать было не из чего.

Напомню, что история началась в феврале 1988 года. К концу марта у Анатолия появилось немного времени, и во второй половине дня он решил навестить своих новых знакомых да заодно проверить, как идут дела.

Неожиданно оказалось, что там кипела жизнь: в коридоре стояли стулья, на которых стойко сидели желающие путешествовать; мало того, были и такие, кому стульев не хватило, и они стояли, прислонившись к стене. Видно было, что люди заняли очередь уже давно, так как двигалась она, по-видимому, достаточно медленно. Анатолий, не обращая никакого внимания на робкие протесты собравшихся, решительно толкнул дверь и зашёл в приёмную.

Комната тоже изменилась, узнаваемой осталась только дверь в кабинет. Как умудрились в небольшое помещение вместить столько мебели, неясно, но там стояло ещё три стола, за каждым из которых сидели молоденькие девушки, сосредоточенно заполнявшие многочисленные бумаги, а рядышком на стульях пристроились посетители, которым только и оставалось, что сидеть и наблюдать за работой профессионалов.

Надо всем этим царила Ирина. Для неё установили какую-то конструкцию, чтобы она могла всё видеть и контролировать. Анатолий, лавируя между столами, направился к ней.

– Ой, Анатолий Ильич, здравствуйте, наш любимый клиент, – нараспев произнесла секретарь.

Все посетители тут же подняли головы и посмотрели в его сторону.

– Шеф сейчас занят, подождите минуточку, – продолжила Ирина.

«Может, она уже и не секретарша, – подумал Анатолий. – Вон как по-хозяйски всё обозревает. Но хороша, чертовка, ох, хороша».

Вскоре из кабинета бочком выполз какой-то толстяк, вытирающий пот с лица. Анатолий подождал, пока тот протиснется мимо него, и вошёл в открытую дверь.

Хозяин встретил его как лучшего друга, вскочил со стула и бросился навстречу, протягивая сразу обе руки.

– Анатолий Ильич, добро пожаловать.

Чем-то в этот момент он напомнил Анатолию кота Бегемота из «Мастера и Маргариты», тот был так же подчёркнуто любезен и радушен.

«Нет, что-то здесь не так, неприятный тип, искусственный какой-то. Интуиция меня редко подводит, – думал Анатолий, с улыбкой идя навстречу директору. – Ну да ладно, лишь бы они свои обязательства выполнили, а так наплевать. Как говорится, не детей же мне с ними крестить».

– Анатолий Ильич, вы наш талисман, – продолжал Вячеслав, тряся его руку. – Я ведь не зря назвал вас нашим любимым клиентом. Это не потому, что вы первым оказались, нет. Вы такой солидный и надёжный, это на нашу деятельность должно оказать самое что ни на есть положительное влияние, так звёзды говорят. – И он опять как-то нехорошо улыбнулся.

«Всё-таки насколько неприятный тип», – ещё раз подумал Анатолий, пожимая руку Вячеславу.

– Присаживайтесь, дорогой, присаживайтесь, – приговаривал директор, подвигая прямо под коленки Анатолия мягкий в прошлом, а теперь ободранный, ставший жёстким стул. – Не обращайте, пожалуйста, внимания на эту бедность. – И он руками сделал такое движение, как будто весь кабинет обнял. – Приди вы на пару дней позже, вы бы мою скромную обитель и не узнали даже. Завтра новую мебель привезут да рабочие придут, чтобы привести здесь всё в порядок. Дела потихоньку идут, в ОВИРе уже все в шоке, ведь мы им каждый день по полсотни новых комплектов документов привозим. Они-то не привыкли так работать, вот и хватаются за голову. В этой стране пока никому ничего не нужно, кроме таких вот, как мы с вами, энтузиастов. Да вы и сами это прекрасно знаете.

С этими словами Анатолий согласился полностью и безоговорочно, он сам на каждом шагу с таким сталкивался.

– Тем не менее мы добились, что они первую партию документов в КГБ на проверку уже отправили, теперь осталось только ждать. А знаете, как мне уже надоели эти цейлонцы? Они каждый день звонят и спрашивают, когда будет первая группа да когда. Не понимают первобытные, что мы до такой степени зацивилизованы, что, пока вам паспорта выдадут, у них уже внуки вырастут.

– Что, всё настолько плохо?

– Да нет, это я просто так, накипело очень, но никто здесь этого не понимает. Сколько уже подарков в ОВИР отвёз! Всё воспринимается как должное, а дело не движется. Понимаете, я бы эту работу за два дня сделал, но у них установленные сроки. Вот сидят и чай пьют целый день, ничем не хотят заниматься, зарплату всё время ждут, это их любимое занятие. Ну ладно в ОВИР хоть можно просто так зайти, а вот что с той конторой делать, даже не могу себе и представить. Я ожидал, что будет по-другому, но мы не отчаиваемся. Просто сроки оттягиваются и оттягиваются. Придётся ещё ждать.

В этот момент дверь отворилась и в кабинет вошла Ирина с красивым подносом, на котором стояла прекрасная кофейная пара. Потрясающий кофейный аромат быстро заполнил всю комнату. Анатолий любил хорошо сваренный кофе, поэтому отдал ему должное и с удовольствием констатировал, что кофе в этой фирме теперь действительно был отменным.

С этого дня Анатолий зачастил на Сапунова. Если он был в Москве, то редкую неделю не забегал в туристическую компанию: кофе всё исправил, и даже не до конца ещё осознанное негативное ощущение спряталось в дальний тёмный уголок подсознания.

Офис изменился абсолютно. Нет, ремонт никто делать не стал, ведь работа в фирме шла с девяти утра до девяти вечера, даже без перерыва на обед. Девочки попеременно, отпустив очередного клиента, бежали на улицу 25 Октября, где открылось новое кооперативное кафе, перед входом в которое всегда выстраивался длиннющий хвост. Но Вячеслав как-то решил этот вопрос – его девочек не только пропускали без очереди, но и обслуживали быстро.

Новая обстановка потрясала: удобные столы и кресла, красивые торшеры, цветы на окнах, какие-то немыслимые плакаты с фантастическими пейзажами и загорелыми людьми довершали общую картину. На засаленные местами обои никто уже не обращал внимания.

Ну а кабинет Вячеслава преобразился вообще неузнаваемо. Шустрые ребята за несколько дней сделали там ремонт, поменяв практически всё, только стены остались на своём месте, зато сияли теперь каким-то очень красивым, нанесённым прямо на свежую штукатурку геометрическим рисунком без острых углов. Потолок, ставший немного ниже, превратился в некое подобие шахматной доски, на узеньких металлических полосках лежали белоснежные квадратики в мелких дырочках, как будто раскатанное тесто вилкой истыкали. В некоторые квадраты в каком-то сложном порядке были вставлены новомодные, тоже квадратные, светильники с лампами дневного света. Окна блестели новенькими стёклами; те, старые, беспощадно выщелоченные московской погодой, были без особых сожалений отправлены на свалку.

Ну и, конечно, мебель. Это было нечто. Массивный стол с длинным языком, вытянувшимся чуть ли не до двери, удобные вращающиеся кресла для посетителей, какие-то невиданные цветы, растущие в кадках, горшках, ящичках, в художественном беспорядке были расставлены по окнам и углам, некоторые умудрились забраться даже на длинноворсовый ковёр, небрежно брошенный на пол. Очень всё это Анатолию нравилось, и он частенько сидел на мягком диванчике в этом кабинете; перед ним на столике с колёсиками стояла непременная чашка кофе, а он слушал бесконечный монолог хозяина о его грандиозных, но кажущихся абсолютно неосуществимыми планах покорения вселенной.

Прошло ещё почти три нескончаемых месяца ожидания того момента, когда будут готовы заграничные паспорта. Таких документов для выезда за рубеж раньше не было в нашем государстве. Представить трудно, но их никогда и никому не надо будет возвращать после поездки, они будут лежать там, где у вас лежат все ваши ценности, и терпеливо ждать, когда вы снова соберётесь в дорогу. По рассказам Вячеслава, чиновники объясняли такие немыслимые задержки лишь одним: не хватало каких-то инструкций и методических пособий по их воплощению в жизнь.

За эти месяцы ситуация у Ильи изменилась: многим надоело ждать неизвестно чего, и некоторые даже забрали свои документы, другие всё же решили дождаться новых паспортов, но ни в какую Шри-Ланку уже ехать не собирались, и только несколько человек решили составить компанию Анатолию в осуществлении его детской мечты.

Торжественный день наступил как-то неожиданно и буднично. Из ОВИРа позвонили и сообщили: паспорта готовы, срочно приезжайте и забирайте.

Вячеслав со смехом рассказывал позднее Анатолию, как он поехал один, думал, ну отдадут ему первые двадцать с небольшим паспортов, но, как оказалось, хорошо, что он был на машине: на руках всё это донести ему было бы не под силу. Для начала примерно полдня он провёл, расписываясь в каких-то реестрах, списках, ведомостях, амбарных книгах и ещё неизвестно в чём, затем пересчитывал содержимое каждой коробки, сверяя наличие документов с соответствующими ведомостями, и только после того, как заклеил и запечатал все коробки, перенёс их в машину. Паспортов он привёз, сказать страшно, более тысячи штук.

Анатолию торжественно, с вручением бокала шампанского и маленькой шоколадки на закуску, показали два паспорта – его и супруги; он проверил, правильно ли они оформлены, полюбовался жирными штампами, удостоверяющими, что ему разрешён выезд за рубеж, и, расписавшись, что он и ознакомился, и всё проверил, с сожалением вернул их обратно. Теперь предстояло получить шри-ланкийскую визу. Но это уже начиналась вторая, как говорится, часть марлезонского балета.

Глава вторая

Начало путешествия

Время шло, оставались считаные дни до наступления июля, но с получением визы возникли какие-то проблемы. Наконец, когда Анатолий скорее по привычке, чем по необходимости забежал на Сапунова, он увидел на двери маленькое объявление, напечатанное на машинке: «Срочно! Все желающие выехать за рубеж должны сдать по сто пятьдесят рублей для оплаты поездки».

Сумма показалась Анатолию нереально маленькой. «Неужели за такие деньги можно слетать чёрт знает куда да там ещё пару недель на песочке поваляться?» – задался он вопросом. Много лет назад круиз по Средиземному морю обошёлся его приятелю в шестьсот пятьдесят рублей, так там не надо было никуда лететь, корабль из Одессы отправлялся и туда же вернулся, а тут и самолёт, и отдых – и всё за сто пятьдесят. Ерунда какая-то.