Анти-Суворов. «Ледокол» опровергнут!
- -
- 100%
- +
«Война прожорлива, потому каждый стратег составляет карту путей, по которым стратегическое сырье попадает в его страну и в страну противника. Свои пути следует защитить, пути противника – резать.
Если составить карту с источниками стратегического сырья и путями, по которым оно идет, то каждому будет ясно: положение Германии в 1939 году было исключительно тяжелым. По большому счету, в Германии нет сырья. Германия связана сотнями уязвимых нитей со всем миром. Захват Польши, Дании, Норвегии, Бельгии, Голландии, Люксембурга, Франции, Югославии, Греции, присоединение Австрии и Чехословакии проблем не решило. Господство над многомиллионными людскими массами и огромной территорией, на которой почти нет сырья для промышленности, вело к распылению сил, но не сулило никаких выгод.
Вот только один аспект проблемы. Германия, Франция, Бельгия имеют мощную сталелитейную промышленность, но не имеют железной руды.
Известно, что победа куется в мастерских, катится по рельсам и кончается на фронте ударом штыка. Но кувалды в мастерских, рельсы на железных дорогах и сам штык – это сталь. Слишком многое на войне и в тылу, от линкоров до подков на солдатских сапогах, сделано из стали. Из-за нехватки стали в Германии в ходе войны на уровне Геринга поднимался вопрос о строительстве бетонных паровозов вместо стальных. Из-за нехватки стали поврежденные мосты приходилось восстанавливать с помощью бревен вместо стальных конструкций, а из-за этого – резко сокращать грузоподъемность железнодорожных составов. Из-за нехватки стали рельсы вторых путей использовались для восстановления поврежденных участков на первых путях. Железнодорожные пути с двухсторонним движением превращались в одноколейные. Это замедляло весь ритм экономической жизни Германии и оккупированных ею стран.
В любом случае Гитлер не мог надеяться на скоротечную победу – у него было слишком много врагов. А затяжная война вела Гитлера к самоубийству в самом прямом смысле слова. Для того чтобы продержаться несколько лет, следовало обеспечить подвоз железной руды. А руда добывалась на самом севере Швеции и через Балтийское море шла в порты Германии»39.
На странице 12 мистер Резун вдохновенно лжет: «Если бы Сталин хотел мира, то он должен был всячески мешать возрождению ударной мощи германского милитаризма: ведь тогда Германия оставалась бы слабой в военном отношении страной. Кроме слабой Германии, в Европе была бы Британия, не имеющая мощной сухопутной армии; Франция, которая почти весь свой военный бюджет тратила на сугубо оборонительные программы, возводя подобие Великой Китайской стены вдоль своих границ, и другие более слабые в военном и экономическом отношении страны. В такой ситуации Европа была бы совсем не столь пожароопасной… Но Сталин с какой-то целью не жалеет средств, сил и времени на возрождение германской ударной мощи. Зачем? Против кого? Конечно, не против самого себя! Тогда против кого? Ответ один: против всей остальной Европы».
На самом деле военно-экономическую мощь Германии восстановили США и Англия: «Для того чтобы подготовиться к войне и обеспечить себя новейшим вооружением, Германия должна была восстановить и развить свою тяжелую индустрию и, прежде всего, металлургию и военную промышленность в Руре.
После поражения в первой империалистической войне Германия, находившаяся под гнетом Версальского договора, не могла этого сделать в короткий срок своими силами. Германский империализм получил в этом мощную поддержку со стороны Соединенных Штатов Америки.
…Громадную роль в этом деле сыграл так называемый репарационный план Дауэса для Германии, при помощи которого США и Англия рассчитывали поставить германскую промышленность в зависимость от американских и британских монополий. План Дауэса расчистил путь для усиленного притока и внедрения в германскую промышленность иностранного, преимущественно американского, капитала. В результате уже с 1925 года начался подъем германского хозяйства, обусловленный интенсивным процессом перевооружения производственного аппарата… За 6 лет, с 1924 года по 1929 год, прилив иностранного капитала в Германию составил свыше 10–15 млрд марок долгосрочных вложений и свыше 6 млрд, марок краткосрочных вложений.
По некоторым источникам, объем капиталовложений был значительно больше. Это привело к гигантскому усилению экономического и, в частности, военного потенциала Германии. В этом деле ведущее значение принадлежало американским капиталовложениям, составлявшим не менее 70 проц. суммы всех долгосрочных займов.
…Вот этот золотой дождь американских долларов оплодотворил тяжелую промышленность гитлеровской Германии и, в частности, военную промышленность. Это миллиарды американских долларов, вложенных заокеанскими монополиями в военную экономику гитлеровской Германии, воссоздали германский военный потенциал и вложили в руки гитлеровского режима оружие, необходимое для осуществления его агрессии.
В короткий срок, опираясь на финансовую поддержку главным образом американских монополий, Германия воссоздала мощную военную промышленность, способную производить в огромных количествах первоклассное вооружение, многие тысячи танков, самолетов, артиллерийских орудий, военно-морских кораблей новейшего типа и другие виды вооружения.
Все это хотелось бы забыть фальсификаторам истории, пытающимся уйти от ответственности за свою политику, вооружившую гитлеровскую агрессию, развязавшую Вторую мировую войну и приведшую к невиданной еще в истории военной катастрофе, стоившей человечеству миллионов и миллионов жертв»40.
Современные западные историки тоже подтверждают факты активной помощи США и Англии в возрождении военно-экономического потенциала Германии: «До 1930 года в Германию поступили приблизительно 28 миллиардов долларов; 50 процентов этой суммы в виде краткосрочных кредитов; половина этой суммы поступила из Соединенных Штатов. Только 10,3 миллиарда долларов пошли на выплату репараций; остальное растеклось по множеству весьма интересных направлений. Другими словами, начиная с 1923 года Германия не заплатила из своего кармана ни одного цента репараций.
На эти американские заимствования Германия оказалась способной восстановить свой промышленный потенциал, сделав его в целом вторым в мире…»41.
Далее на все той же двенадцатой странице автор «Ледокола» пишет: «Но возродить мощную армию в Германии и столь же мощную военную промышленность – это только полдела. Даже самая агрессивная армия сама войн не начинает. Нужен, кроме всего, фанатичный, безумный лидер, готовый начать войну. И Сталин сделал очень многое для того, чтобы во главе Германии оказался именно такой лидер. Как Сталин создал Гитлера, как помог ему захватить власть и укрепиться – отдельная большая тема. Книгу на эту тему я готовлю (курсив мой. – С.Ж.). Но об этом речь впереди…» И на 24-й странице: «Роль Сталина в захвате власти фашистами в Германии огромна. Книга об этом будет» (курсив мой. – С.Ж.). В книге «Ледокол», вышедшей в 1992 году в Издательском доме «Новое время», автор сообщает о том, что готовит книгу о Гитлере. В электронном виде «Ледокола» в интернете фразы «книгу на эту тему я готовлю», «книга об этом будет» изъяты. Прошло 20 лет. Книги нет. Потому что книгу о том, что И.В. Сталин «создал» Гитлера, написать невозможно из-за того, что Гитлера создали англо-американские финансисты.
Гвидо Джакомо Препарата пишет: «На период с 1924 по 1933 год британские финансисты, ведомые Банком Англии, стали главными и практически единственными главными героями вскармливания и взращивания гитлеризма»42.
Глава 1
Путь к счастью
Автор на пятнадцатой странице пишет о том, что только в России была совершена революция, а в других странах революционеров не нашлось: «Ленин надеялся, что и в других странах найдутся настоящие марксисты, способные подняться „над узконациональными интересами“ на борьбу против своих собственных правительств ради превращения мировой войны в мировую гражданскую войну. Но таковых в других странах не нашлось, и потому перспектива мировой революции отодвинулась в недосягаемое будущее».
А на восемнадцатой странице сам себе противоречит и сообщает о том, что пролетарские революции совершались и в других странах Европы: «Расчет Ленина точен: истощенная войной Германская империя не выдержала напряжения войны. Война завершается крушением империи и революцией. Ленин немедленно аннулирует договор. В разоренной войной Европе на обломках империй возникают коммунистические государства, поразительно похожие на ленинский режим большевиков… Коммунистические режимы в Баварии, Бремене, Словакии, Венгрии…»
Мистер Резун – грубый фальсификатор и ревизионист истории. В этой же главе он пишет на девятнадцатой странице: «Благоприятный момент в Германии уже упущен, и все же Германия 1920 года – это вполне подходящее поле для классовых битв. Германия разоружена и унижена. Все идеалы поруганы и оплеваны. В стране жесточайший экономический кризис: в марте 1920 года Германию потрясла всеобщая забастовка, в которой, по некоторым сведениям, участвовало более 12 миллионов человек. Германия – пороховая бочка, и нужна только одна искра… Марш Красной армии (Марш Буденного) включает слова: „Даешь Варшаву! Дай Берлин! “. Теоретик советских коммунистов Николай Бухарин в газете „Правда“ провозглашает более решительный лозунг: „Непосредственно к стенам Парижа и Лондона! “.
Но на пути красных легионов – Польша. Между Советской Россией и Германией нет общей границы. Чтобы зажечь пожар революции, нужно сокрушить разделительный барьер – свободную, независимую Польшу. На беду коммунистов, во главе советских войск оказался командир, не понимавший сути стратегии, – М.Н. Тухачевский. Армии Тухачевского были разбиты под Варшавой и позорно бежали. В критический момент у Тухачевского не оказалось стратегических резервов, это и решило исход грандиозного сражения. Поражение Тухачевского не было случайным: за полгода до начала советского „освободительного похода“ на Варшаву и Берлин Тухачевский „теоретически обосновал“ ненужность стратегических резервов в войне»43.
Из вышеприведенного высказывания подразумевается, что Советская Россия для того, чтобы якобы «болыпевизировать» Германию, напала на «свободную, независимую Польшу».
Но это ложь.
В 1920 году именно Польша напала на Советскую Россию, а не наоборот.
Далее «заламаншский исследователь» вещает: «Перед самым введением нэпа в декабре 1920 года Ленин говорил о мировой войне: „…новая такая же война неизбежна“»44.
О том, что Версальский мирный договор не исключал войны, а порождал новые, знали все. Французский главнокомандующий в Первой мировой войне маршал Ф. Фош признавал, что Версальский мир – «это не мир, а перемирие на 20 лет»45.
Президент США В. Вильсон, «выступая в Омахе, как и многие другие „умеренные“, говорил о том, что парижский договор посеял семена „следующей, куда более ужасной войны"»46.
Мистер Резун преподносит слова В. И. Ленина как сенсацию, но на самом деле вождь Великой Октябрьской социалистической революции озвучил те мысли, которые были известны на тот момент всему миру
В.И. Ленин пишет:
«Версальский договор это есть договор хищников и разбойников. Когда нам навязали Брестский мир, под игом которого мы были столько времени, тогда во всем мире кричали, что это мир грабителей. Когда была побеждена Германия, Лига наций, воюя против нее, кричала о том, что это война освободительная, демократическая. Германии был навязан мир, но мир этот был ростовщический, мир душителей, мир мясников, потому что они разграбили и раздробили Германию и Австрию. Они лишили их всех средств жизни, оставили детей голодать и умирать с голоду, это мир неслыханный, грабительский. Таким образом, что такое Версальский договор? Это неслыханный, грабительский мир, который десятки миллионов людей, и в том числе самых цивилизованных, ставит в положение рабов. Это не мир, а условия, продиктованные разбойниками с ножом в руках беззащитной жертве. У Германии отняты этими противниками по Версальскому договору все ее колонии. Турция, Персия и Китай превращены в рабов. Получилось такое положение, при котором 7/10 мирового населения находится в порабощенном положении. Эти рабы разбросаны по всему миру и отданы на растерзание кучке стран: Англии, Франции и Японии. И вот почему весь этот международный строй, порядок, который держится Версальским миром, держится на вулкане, так как те 7/10 населения всей земли, которые порабощены, только и ждут не дождутся, чтобы нашелся кто-нибудь, кто поднял бы борьбу, чтобы начали колебаться все эти государства»47.
В следующем абзаце «просто любитель истории» снова выхватывает фразу из работы В.И. Ленина и, облекая ее в свою одиозную оболочку, в сфальсифицированном виде преподносит читателю: «И снова я вспоминаю Гитлера. Я его не защищаю, я просто отмечаю, что в 1920 году он ничего публично не говорил о неизбежности и желательности Второй мировой войны.
А вот заявление Ленина того времени: „Мы кончили одну полосу войн, мы должны готовиться ко второй“. Для этого и вводится нэп. Мир – это передышка для войны. Так говорит
Ленин, так говорит Сталин, так говорит „Правда“. Нэп – это короткая передышка для будущих войн»48.
В. И. Ленин имел в виду тугой узел противоречий, который оставила в наследство Первая мировая война победителям и побежденным. Всему миру было ясно, что эти противоречия приведут рано или поздно к новому мировому конфликту. В.И. Ленин говорил: «Нам нужно добиться того, чтобы поголовно все члены профсоюзов были заинтересованы в производстве и чтобы они помнили, что, только увеличивая производство, повышая производительность труда, Советская Россия в состоянии будет победить. И только таким путем Советская Россия на десять лет сократит те ужасные условия, в которых она находится, тот голод и холод, которые она теперь переживает. Не поняв этой задачи, мы можем погибнуть все, потому что при слабости нашего аппарата мы должны будем отступать, так как капиталисты в любое время могут возобновить войну после того, как они немного отдохнут, а мы не в состоянии будем тогда продолжать эту войну. Мы не в состоянии будем тогда проявить нажим наших миллионных масс, и в этой последней войне мы будем разбиты. Вопрос стоит именно так, – долгий ряд войн до сих пор решал судьбу всех революций, всех величайших революций. Такой величайшей революцией является и наша революция. Мы кончили одну полосу войн, мы должны готовиться ко второй; но когда она придет, мы не знаем, и нужно сделать так, чтобы тогда, когда она прядет, мы могли быть на высоте»49.
В.И. Ленин призывал не к войне, а к мирному социалистическому созидательному труду, к восстановлению разрушенной Первой мировой войной, Гражданской войной и иностранной военной интервенцией нашей страны, к строительству военно-промышленного щита для молодой Советской республики, а мистер Резун в свойственном ему стиле снова все переврал.
А в книге «Последняя республика» автор себя опровергает и заявляет, что В. И. Ленин предупреждал о том, что в Германии неизбежно возникнут реваншистские настроения, которые могут привести к новой мировой войне: «Ленин первым понял, что Первая мировая война завершилась, но оставила после себя наследие-динамит. Страны-победители, особенно Франция, увлеклись и обложили побежденную Германию чудовищными репарациями. Победа западных союзников была закреплена Версальским договором, грабительским и унизительным для Германии. Выплата огромных сумм победителям привела к жестокому экономическому кризису в Германии и поставила германский народ на грань голода, нищеты, на грань постоянного бедствия.
Ленин понял первым, что Версальский договор – бомба, заложенная под Европу В нее следовало только вставить взрыватель и пустить механизм. Ленин понял, что жадность победителей погубит: Германия никогда не смирится с несправедливостью, в Германии найдутся силы, которые выступят против Версальского договора, за пересмотр результатов Первой мировой войны, выступят с идеей реванша и его осуществят.
Уже в 1920 году Ленин на совещании председателей уездных, волостных и сельских исполнительных комитетов говорил: „…порядок, который держится Версальским миром, держится на вулкане, так как те 7/10 населения всей земли, которые порабощены, только и ждут не дождутся, чтобы нашелся кто-нибудь, кто поднял бы борьбу, чтобы начали колебаться все эти государства“»50.
Глава 2
Главный враг
Автор делает просто сенсационные заявления на 24-й и 25-й страницах: «И Сталин поддерживает фашистов. Рьяные сталинцы, например, член Политбюро германской компартии Герман Ремелле, совершенно открыто поддерживают германских фашистов, рвущихся к власти. Роль Сталина в захвате власти фашистами в Германии огромна. Сейчас я приведу только мнение Льва Троцкого, высказанное в 1936 году: „Без Сталина не было бы Гитлера, не было бы и гестапо!“. О проницательности Троцкого и знании данного вопроса говорит его другое замечание в ноябре 1938 года: „Сталин окончательно развязал руки Гитлеру, как и его противникам, и подтолкнул Европу к войне“. Это сказано, когда Чемберлен радуется, что войны не будет, Муссолини считает себя миротворцем, а Гитлер еще не давал директиву о подготовке нападения на Польшу – и тем более на Францию.
В момент, когда Европа с облегчением вздохнула и поверила, что войны не будет, Троцкий уже знает, что она скоро будет, и знает, кто в этом виноват. Чтобы окончательно поверить Троцкому, послушаем еще одно его пророчество, высказанное 21 июня 1939 года. В этот момент идут интенсивные переговоры между Великобританией, Францией и СССР против Германии. Ничто не указывает на возможность каких-то неожиданностей и осложнений. А Троцкий говорит: „СССР придвинется всей своей массой к границам Германии как раз в тот момент, когда Третий рейх будет вовлечен в борьбу за новый передел мира“. Германия будет воевать во Франции, а Сталин „всей своей массой“ будет сокрушать нейтральные государства на своих западных границах, приближаясь к границам Германии.
Читая обобщения и предсказания Троцкого через 50 лет и сейчас оценив их точность, мы задаем вопрос: как же он это мог знать? Троцкий не делал секрета. Он – автор коммунистического переворота, создатель Красной армии, советский представитель на брестских переговорах, он – первый лидер советской дипломатии и экс-командующий Красной армии, он бывший вождь СССР и бывший рулевой Мировой революции. Уж он-то знает, что такое коммунизм, Красная армия и кто такой Сталин. Троцкий говорит, что все его предсказания основаны на открытых советских публикациях, в частности на заявлениях секретаря Коминтерна Димитрова.
Троцкий самым первым в мире понял игру Сталина, которую не поняли западные лидеры, которую не понял вначале и Гитлер».
Но все эти заявления хороши для желтой бульварной прессы: «Спешите видеть! Сенсационные «открытия»! Только у нас и нигде больше!». Для исторического исследования все эти утверждения не имеют никакого значения, так как они не подтверждены ничем. Здесь нет ни одной ссылки на источники. Эти заявления – голословные высказывания, а, следовательно, ложь на лжи и ложью погоняет.
Ну и напоследок. Мистер Резун так отзывается об Л.Д. Троцком в другой книге: «Но не все, что говорил Троцкий, надо принимать всерьез… Так что логика Троцкого была хромающей. Политика – это борьба за определенные идеи. Но чтобы идеи воплотить в жизнь, нужна власть. Потому политика – это борьба за власть. Величие и ничтожество политиков проверяется только одной мерой: как они преуспели в борьбе за эту самую власть. Троцкий не удержался на вершине власти, следовательно, политики не понимал, оказался ничтожеством в политике, и его оценки политической ситуации не могут представлять интереса»51.
На странице 26 автор цитирует И. В. Сталина: «В 1927 году Сталин объявил о том, что вторая империалистическая война совершенно неизбежна, как неизбежно и вступление Советского Союза в эту войну Но мудрый Сталин не хочет войну начинать и быть ее участником с первого дня: „Мы выступим, но выступим последними, чтобы бросить на чашу весов гирю, которая могла бы перевесить“ (Т. 7. С. 14)».
Мистер Резун почему-то датирует 1927 годом речь И. В. Сталина на пленуме ЦК РКП(б) 19 января 1925 года: «Это не значит, что мы должны обязательно итти (в оригинале именно так: не „идти“, как бы мы написали сейчас, а „итти“. – С.Ж.) при такой обстановке на активное выступление против кого-нибудь. Это неверно. Если у кого-нибудь такая нотка проскальзывает – то это неправильно. Наше знамя остается по-старому знаменем мира. Но если война начнется, то нам не придется сидеть сложа руки, – нам придется выступить, но выступить последними. И мы выступим для того, чтобы бросить решающую гирю на чашку весов, гирю, которая могла бы перевесить.
Отсюда вывод: быть готовыми ко всему, готовить свою армию, обуть и одеть ее, обучить, улучшить технику, улучшить химию, авиацию, и вообще поднять нашу Красную армию на должную высоту. Этого требует от нас международная обстановка»52.
И.В. Сталин в своей речи говорит о миролюбии Советского Союза, а мистер Резун опять все переврал для своей выгоды.
Глава 3
Зачем коммунистам оружие
В начале этой главы автор сообщает: «В 1939 году Гитлер начал Вторую мировую войну, имея 3195 танков, то есть меньше, чем Харьковский паровозостроительный завод мог выпустить за полгода, работая в режиме мирного времени»53.
А в книге «Последняя республика» количество немецких танков уменьшилось: «На 31 августа 1939 года танковый парк Германии включал несколько сотен трофейных чешских легких танков и 2977 танков германского производства. В том числе: 1445 танков Т-I, 1223 – Т-II, 98 – Т-III, 211 – Т-IV»54.
Количество «несколько сотен трофейных чешских легких танков» выпишем из книги «Святое дело»: «Кроме того, трофейные чешские танки: 35(t) – 149; 38(t) – 623»55. Итого: 772 чешских танка.
Данные по германским и чешским танкам мистер Резун почерпнул в исследовании генерал-майора германской армии Б. Мюллер-Гиллебранда «Сухопутная армия Германии 1933–1945 годов». Воспроизведем из вышеуказанной книги таблицу по наличию танков в германской армии на 1 сентября 1939 года, а также на 1 июня 1941 года.
Таблица 1. Изменение количества танков и штурмовых орудий
Источник: Б. Мюллер-Гиллебранд. Сухопутная армия Германии 1933–1945 годов. – М.: Изографус, изд-во «Эксмо», 2002. С. 267.
Из общего количества германских танков мистер Резун по одному ему известным причинам исключил вначале 5 штурмовых орудий (в «Ледоколе»), а в последующих книгах он исключил помимо штурмовых орудий также огнеметные и командирские танки.
Советские же танки он считает все. Более того, он сравнивает все советские танки только с германскими, да и то лишь с теми, которые находились 22 июня 1941 года на Восточном фронте: «Некоторые исследователи определяют общее количество советских танков цифрой 25 508. И даже больше. Я с этим согласен. Но дабы не обвиняли меня в перехлестах, называю количество советских танков по минимуму, а германских на Восточном фронте – по максимуму, по самой щедрой оценке Жукова. Общее количество: Советский Союз – 24 010; Германия – 3712»56. Еще пример: «На 21 июня 1941 года у Сталина 24 000 танков…На 22 июня 1941 года на Восточном фронте Гитлер имел 3350 танков»57.
Такой подход некорректен, так как не все советские танки находились на западных границах Советского Союза, равно как и против СССР воевали не только германские танки, но и танки, и самоходные орудия союзников-сателлитов Германии, а также трофейные бронированные машины из оккупированных стран (например, французские).
Воспроизведем в таблице 2 количество бронетанковой техники, выпущенной на заводах Франции в период с 1917 года по 1940 год.
Таблица 2. Количество танков, выпущенных на заводах Франции в 1917–1940 годах
Источник: Холявский Г.Л. Полная энциклопедия танков мира. 1915–2000 / Сост. Г. Л. Холявский. – Мн.: ООО «Харвест», 2000. С. 50, 148–161.
Советскому Союзу приходилось держать почти 1000 танков в Закавказском военном округе против Турции и более 4000 танков на Дальнем Востоке и в Забайкальском военном округе против Японии, которая имела в наличии 3500 танков58 и в любой момент могла напасть на СССР.
Таблица 3
Источники: Мельтюхов М.И. Упущенный шанс Сталина. Схватка за Европу: 1939–1941 (Документы, факты, суждения). Издание 3-е, исправленное и дополненное / Михаил Мельтюхов. – М.: Вече, 2008. С. 526; В. Суворов. Разгром: Третья книга трилогии «Последняя республика». – М.: ACT, 2010. С. 204.