Пантеон

Глава 1. Охотничья зона

Внимание! Вы прибыли в «Охотничью Зону № 1». Вероятность появления локальной миссии повышена!

Первое января – особенный день для нашей страны и, полагаю, значительной части земного шара. Если пришельцы захотят захватить нашу планету, то этот день практически идеален для массированного нападения. Тьфу-тьфу-тьфу. Тем не менее ответили мне почти сразу, да и эвакуации пришлось ждать недолго.

Моя миссия затянулась, основные цели экспедиций были достигнуты, и, как я успел узнать по дороге, уже шли разговоры о том, чтобы признать меня пропавшим без вести. Завтра флот собирался уйти из акватории бывшего Токийского залива. Вероятно, они оставили бы корабль на случай моего запоздалого возвращения, но всё равно, успел я вовремя.

Новость о моем возвращении разлеталась быстро, так что на палубе меня встретила немаленькая толпа народу. Кто-то хлопнул меня по плечу, кто-то сунул в руку бокал, из которого я лишь пригубил, а затем на шее повисла Ева. Никакой субординации…

– Ты нарушаешь карантин, – шепнул я.

Бокал упал и разбился, но сейчас это меня не слишком волновало. Кажется, там было что-то безалкогольное. Да и вообще, несмотря на праздники, все члены группы на удивление трезвые.

– Правда? Полагаю, теперь нас придется изолировать в одной каюте?

– Теперь – точно. – Я поцеловал девушку, вызвав одобрительное гудение зрителей.

Ну да, картина «Возвращение героя» во всей красе. Тот факт, что я в очередной раз выжил, явно повысил всем настроение. Вопросы, приветствия…

– Как Ната? – напомнил Родяха. – Ты не нашёл её?

– Она жива, вскоре вы её увидите. Остальное расскажу позже. Ладно, мне нужно посетить медицинский отсек, принять душ и всё такое. Хан, найди меня через три часа, обсудим дела.

Несмотря на возвращение со сложной и продолжительной миссии, особой физической усталости я не чувствовал.

Медицинская проверка была довольно формальной, всё же случаев заражения пока не замечено, а божественные гарантии успокаивали. Будь монстры заразными, то человечество в ближайшие годы начало бы вымирать ударными темпами…

– Ну давай, рассказывай, что случилось за моё отсутствие.

Хотя формально Хан был моим заместителем и носил звание старшины, наедине мы придерживались неформального тона. Ева тоже крутилась рядом, отвлекая внимание.

– Тебя не было шесть дней. Количество миссий всё это время постепенно увеличивалось, пока не прошло сообщение о создании некой «охотничьей зоны». К счастью, в этом регионе много игроков, так что пока мы справляемся. Сейчас основные «проколы» идут по Хонсю, уцелевшие города превращаются в крепости. Гражданских частично эвакуируют на соседний остров.

– Слаймы?

– Не только, хотя и их хватает. Вторжения продолжаются, большая часть новых монстров высаживается в этом районе. Хорошая новость в том, что остальная часть планеты почти спокойна. Чем дальше от Японии, тем меньше новых призывов. И, как понимаешь, правительства большинства стран это вполне устраивает.

Ну да, повторить судьбу Японии никто не хочет, да и защищать всю территорию страны, а не только границы – банально дорого. Конечно, делать это всё равно придется, но одно дело единичные трагедии, а другое – ежедневные прорывы.

Что касается доступа к новым ресурсам и прокачки игроков, то желающих «прокачаться» можно направить сюда. Даже если США захочет воспользоваться своим статусом союзника и загрести всё под себя, вряд ли у них это получится.

– Какой самый дальний зафиксированный прорыв?

– В Тайвани. Золотая обезьяна устроила резню на рынке. Восемь убитых, около сотни раненых – большей частью во время паники. Забита местными жителями, даже без помощи полиции.

– Довольно интересные подробности.

– Я изучал отчеты. Суть в том, что прорывы сейчас идут мелкие, противники особой опасности не представляют. Мы заключили договор об очередности участия, за время твоего отсутствия наши игроки закрыли шесть малых миссий.

Что-то многовато. Я попытался припомнить, всех ли видел на палубе…

– Потери?

– Отсутствуют, обошлось даже без серьезных травм. Сумка, полученная из госпиталя, практически гарантировала безопасность. Мы воспользовались этой возможностью, чтобы протащить в личную комнату оружие и снаряжение. В планах было провести через такие миссии всех участников отряда…

– Мысль неплохая. Кто успел поучаствовать?

– Ева, Варлок, Филин, Кузнец, Спартак и Пионер. Остались Родяха, Горгона и я. Ты говорил, что Ната выжила?

– Она здесь, но ей требуется серьезная медицинская помощь. Вряд ли разового сеанса хватит, лучше подождать до возвращения в госпиталь…

Я бросил карту на стол, позволив Хану и Еве изучить её. Девушка хмыкнула, бросила на меня странный взгляд, но от комментариев воздержалась.

– Уверен? – спросил Хан. – Госпиталь Владивостока вряд ли может предоставить условия сильно лучше, чем наш корабельный.

– Вы уверены, что стазис абсолютный? И она, например, не чувствует боль?

– Пожалуй, вы правы, – кивнул я. – Ждать возвращения действительно нет смысла. Но нужно немного подготовиться.

Желаете стать владельцем Карты Раба?

Да/Нет

Ну вот я и стал рабовладельцем. Не слишком этично, но без привязки функции были заблокированы, выпустить пленницу я не мог…

– Приготовились? Начинаем…

Я взмахнул картой, и на полу появилась истекающая кровью девушка. Причем, судя по стекленеющим глазам и судорогам, речь тут шла уже об агонии. Твою же…

– Держите её…

На Нату навалились несколько «санитаров», один из которых ловко перетянул «культю» жгутом из сухожилия крысы – в данном случае требовалось использовать системные материалы. Я положил ладонь ей на живот и активировал великое исцеление… Секунда. Тело дернулось, почти скинув здоровых мужчин, раздался дикий крик.

– Спокойно! Ты не умрёшь!

Резерв опустел, но этого было недостаточно. Девушка продолжала вырываться, ещё не осознав, что ситуация изменилась. Возврат… Тело вернулось в карту, а помощники с руганью отступили, разглядывая заляпанные кровью руки и халаты.

– Получилось, – выдохнул я, убирая карту в карман. На удивление удобная штука. Даже если убрать основной функционал, она могла служить своего рода спасательной капсулой. Возможно, даже путем к бессмертию. Вечный сон, который может продлиться до конца времен…

– Какие твари это сделали? – выдохнул один из помощников.

Судя по тому, что он не упомянул гоблинов, до рядового персонала лишние подробности не дошли. Тем лучше. Меньше знаешь – крепче спишь.

– Это секретная информация.

– Да я так, просто…

– В бою такое случается, – поделился «мудростью» я. – Она жива, и это главное. Не распространяйтесь о том, что видели.

– Пол заляпали, – внезапно выдал второй. – Нужно будет в следующий раз постелить клеенку.

– Клеенку… – покачал головой я. – Хорошая идея, подготовьте всё. Следующий сеанс будет завтра утром.

Проблема была даже не в том, что мне требовалось восстановить ману – большая её часть шла от Ереси, а если добавить повышенный магический фон в регионе, средний дар и навык медитации, восстановиться я мог часа за два. Используя кристаллы – минут за десять, но для стратегического ресурса были и другие применения. Однако время шло к ночи и требовалось разобраться ещё с кучей дел.

Да и куда торопиться? К тому времени, как мы вернемся в Россию, Ната уже будет в достаточно стабильном состоянии, чтобы её можно было поместить в нормальную палату. Или всё же подождать, пока не разрешится ситуация с отрубленной конечностью? Внутри карты девушка находится в безопасности.

Я вздохнул, изучая пустую страницу текстового редактора, и потер виски. Главное в написании отчетов – врать так, чтобы тебя не поймали на противоречиях. Как ни странно, проще всего этого добиться, избегая откровенной лжи. Утаивать детали и смещать акценты, представляя ситуацию с наиболее выгодной для себя стороны. Собственно, все мои текущие проблемы изначально вытекали из необходимости хранить целый ряд тайн. И чем дальше, тем сложнее это было делать.

«Черный ящик», изначально казавшийся вполне разумным инструментом контроля, доставлял в этом плане немало неудобств. Скажем, большую часть времени я разговаривал с призраком мысленно, но нет никаких гарантий, что пару раз не забылся. Периодически я убирал «ящик» в сумку, но такие действия были нарушением регламента, и прибегать к ним слишком часто я не мог.

Вторая проблема – проявление на записи незадокументированных возможностей и вещей, которые другим видеть в принципе не стоит. Мои разговоры с гоблинами, расположение Истинного Сердца и, главное, наличие у меня «ручных крыс».

Просмотреть и подредактировать запись я сам не смогу, тут выбор прост – либо я уничтожаю компромат, либо передаю его «как есть», со всеми попытками скрыть часть информации. И если я буду вечно уничтожать записи, то вопросы ко мне возникнут очень и очень скоро. Да и в случае с Подземельем заснятая информация надолго займет ученых и позволит лучше подготовиться к экспедиции. Не говоря уже о том, что при иных раскладах писать отчеты я устану…

И если большую часть проблем можно было обойти – во время того же именования я «жучок» убирал, – то скрывать наличие стаи бесполезно. Слишком часто крысы светились в кадре, и даже если уничтожить запись, в будущем этот факт почти неминуемо всплывет при работе с гоблинами. Значит, его следует надёжно залегендировать уже сейчас. К счастью, об этом я подумал заранее и подобрал более-менее подходящий вариант…

«В ходе выполнения миссии изучил навык „приручение зверей“. Особенности навыка позволяют призвать некое существо, которое способно захватить тело ближайшего монстра. Контроль средний, вероятность невелика, сам дух почти неразумен…»

Я ещё раз перечитал описание и зевнул. Этого явно недостаточно. Задача была гораздо сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Лишний навык нужно встроить в событийный ряд, указать, как я его получил, где взял лишний опыт и так далее и тому подобное. Причем, с учетом записи, требуется либо завысить уровни противников, либо вписать их в периоды, где я убирал регистратор. Задача на грани выполнимого, несмотря на «логи». К счастью, камеры не могли записать системную информацию, «выгоревшие карты» выглядели одинаково, и определить, какой навык был записан до изучения, не получится. И парочка такого рода «козырей» у меня имелись. Ладно, будем считать, эту проблему я решил…

Или нет? К чему натягивать сову на глобус, если я просто могу списать произошедшее на волю моего божественного покровителя? В личной комнате я запись не вел, оправдывая это «конфиденциальностью». Куда я шел, благодаря гоблинам, было известно заранее, а значит, мне могли просто выдать нужную карту, уже накачанную опытом. Сомнительно, но не проверишь никак. И никаких лишних вопросов… Я без всякой жалости стер половину отчета и начал вбивать заново…

«Перед миссией врата моего покровителя оказались открытыми. Узнав о том, куда я направляюсь, он решил оказать помощь, передав оказавшийся чрезвычайно полезным навык…»

Эта история с «таинственным покровителем» тоже утомляла, но «оседлав тигра», спрыгнуть так просто уже не получится. Пока я не решу проблемы с богами, я могу рассчитывать лишь на хитрость.

Ноутбук был личным, всё время хранился в сумке, так что наличия вирусов я не боялся – воздушно капельным путем компьютерные не передаются, а модуль вай-фая был перманентно выключен. Паранойя, но что поделать?

Я перечитал особенности ещё разок и не нашёл, к чему можно прикопаться. Минус был только один – Кир всё ещё не восстановился после поглощения большого количества ци и чувствовал себя неважно. Скажем, сейчас он висел в углу каюты, занимаясь… ничем. Однако даже это было куда увлекательнее, чем развлечения, доступные ему внутри сумки. Разумному существу нужен поток внешней информации, чтобы не сойти с ума. Но чем должен развлекаться призрак? Пугать людей?

«Старший лейтенант… – Рука на мгновение задержалась, прежде чем вывести фальшивое имя. – Иванов Василий Николаевич». Ещё одна мелкая, но такая раздражающая ложь…

Дата, подпись. Ну вот и всё, осталось перекинуть на флешку и отправить по почте. Флешки у меня, само собой, тоже были новые, одноразовые. Единственный способ более-менее быть уверенным, что мой рабочий ноут останется «чистым». На случай вроде сегодняшнего.

Отдельным пунктом шла опись трофеев. Сделать это лучше было самому и до того, как мы вернемся на родину… Да и других дел хватало.

Ворон всё ещё находился без сознания, проходя свою трансформацию, но от горки кристаллов вокруг него почти ничего не осталось. Было видно, что происходящее дается ему непросто. Так что я забрал то, что ещё не рассыпалось окончательно, и добавил свежих. Была мысль добавить туда и духовных камней, но рисковать не стал – меня самого подобный эксперимент едва не убил…

– Ну и долго ты собираешься спать?

Ответа я, само собой, не услышал. Легиона запихали в отдельный контейнер, но что-то его внешний вид не внушал мне доверия. Из чего их вообще делают?

Часовой успел привыкнуть к тому, что тут ничего не происходит и, видимо, рассматривал пост как некую синекуру. Хорошо, что не спал, но и по стойке смирно тоже не стоял, обустроив себе довольно уютный уголок. С чайником, кружкой и лапшой… Причем, похоже, последнюю кто-то притащил из затопленного города. Мародерство, в самом невинном его проявлении. Или нет?

– Японские? Откуда дровишки?

– Парни наткнулись на какой-то склад, командование приказало забрать. Беженцев в пути кормить чем-то надо, да и дальше им будет нелишним.

Я кивнул, решив не углубляться в тему. Хотя уверен, те, у кого была возможность, прихватили что-то посущественнее. Не мне их осуждать, владельцам в любом случае уже ничего не вернется, а оставлять всё это богатство слаймам тем более ни к чему.

Тем не менее я прошелся по трюму, рассматривая тюки, контейнеры и прочее в том же духе. Из-за эвакуации, в которой участвовал и наш флот, народу в корабли набилось многовато, и сюда утрамбовали часть груза. Главное ничего взрывающегося тут нет, а живых пленников и биологические остатки и вовсе везли на «научном» корабле.

– Ладно, происшествий не было?

– Никак нет, всё спокойно.

– Хорошо. Если что – сообщай немедленно. Эволюция ворона вскоре должна завершиться.

Солдат был из «особого отряда», приписанного к нашей группе, так что в курсе деталей. Поэтому, собственно, здесь и стоял.

Ещё одна проблема – сдержать информацию о Подземелье. Несмотря на то, что это изначально было тайной, информация просочилась, и особисты собирали бумажки о неразглашении.

Досадно, но что знают двое – знает и свинья, а тут у нас гораздо больше народу. К счастью, большинство из них мало что знало о том, куда я отправлялся и что делал. Гоблинов большей частью держали в изоляции и за пределы камер выпускали только в сопровождении игроков и охраны.

Для основной части экипажа я просто вернулся с какой-то уникальной миссии. Но о результатах на данный момент знало только высшее руководство. Даже члены моего отряда были не в курсе всех открывшихся перед нами перспектив. И если я хотел, чтобы так и оставалось, то следовало разобраться с гоблинами и запретить им болтать лишнее.

– Ты… вернулся…

– Зовите меня Владыкой.

Гоблины словно опомнились и упали на колени, ткнувшись лбами в пол. Похоже, они слабо верили в мой успех.

– Приветствуем нового Владыку!

– Встаньте. Если помните, я обещал вам возможность вернуться домой…

– Да, Владыка…

Судя по взглядам гоблинов, они были одновременно рады и при этом не очень-то верили в свое счастье. Или, наоборот, неудачу? Не похоже, чтобы они рвались обратно в пещеры. С учетом того, что гоблины могут скрещиваться с людьми, я бы на их месте вообще предпочел эмигрировать. Да и психологи должны были неплохо поработать, обеспечивая их лояльность. Корзина печенья и бочка варенья, всё по классике…

– У вас есть выбор: либо вы вернетесь туда навсегда, либо примете мою Метку и вам будет позволено остаться в нашем мире. Посетить пещеры вы тоже сможете. Выбирайте.

Сложный выбор. При прошлом Владыке в его сотне состояли, по сути, смертники, однако сейчас ситуация изменилась. Иногда лучше прожить день львом, чем сто лет – овцой. Познав блага цивилизации, сложно добровольно вернуться к былой нищете.

– Я готов! – первым из гоблинов рухнул на колени Тоо.

Его позу повторили ещё двое, нескладно уверяя меня в своей вечной преданности, и я трижды поставил Метку. Последний из гоблинов колебался, но я не собирался его уговаривать.

– Ты сделал свой выбор, – равнодушно пожал я плечами. – Тебе запрещено покидать пределы комнаты. Вскоре я верну тебя обратно в пещеры.

– П… погодите, Владыка. Я тоже согласен.

Я поморщился, но взмахнул рукой, накладывая четвёртую Метку. Всё же мне нужно было учиться на дипломата. Такой талант пропадает…

Вскоре после моего возвращения эскадра двинулась обратно. Основная работа была проделана, своих целей мы достигли, смысла находиться в территориальных водах Японии никакого. По оценкам аналитиков, даже если Охотничья Зона ограничена островами, то перенестись на миссию можно будет и из Владивостока. Что, кстати, ставило под угрозу наши островные территории – Курилы почти не заселены, да и на Сахалине народу негусто.

Впрочем, для начала предстояло доставить к точке эвакуации тысячи беженцев. Хонсю лежал в руинах, так что спасенных везли на Хоккайдо. Основной точкой эвакуации был город Хакодате, но «наших» мы довезли до новой временной столицы – Саппоро.

Здесь, как я и ожидал, большая часть спасенных сошла на берег, но некоторые согласились на предложение наших дипломатов и попросили убежища на территории Российской Федерации. Таких было немного, около сотни японцев предпочли уехать из ставшей негостеприимной страны. В том числе несколько местных игроков, включая Юки. Её брат остался в Японии, но непохоже, чтобы они поссорились…

– Почему ты решила уехать?

– Это ты? – вздрогнула девушка. – Это было совместное решение, нашу родину ждут тяжёлые годы. Промышленность разрушена, монстров всё больше, а на помощи других стран нельзя жить вечно. Наши родители, скорее всего, погибли. По крайней мере, в списках эвакуированных их тоже нет. Однако у нас есть и другие родственники. Не думаю, что они уедут, но лучше, чтобы у нашей семьи был путь к отступлению. Сейчас подходящее время, чтобы это обеспечить, ты так не думаешь?

– Твой брат несовершеннолетний.

– Он игрок, и правительство дало ему все права совершеннолетнего. Уверена, он не пропадет.

Я кивнул – японских игроков забрали правительственные машины. Нет сомнений, что тем, кто решит остаться, отклонив щедрые предложения конкурентов, предоставят немало льгот.

– И это всё?

– Охотничья Зона. Миссии почти не прекращаются, а у Японии нет сумок третьего уровня.

Я сильно подозревал, что у её брата сумка контрабандиста как раз была – по крайней мере, парень выпросил у меня огнестрельное оружие. И я даже подыскал ему подходящее. То, которое нельзя будет, случись что, связать с нашей страной…

– Многие из тех, кто уходит на миссии, уже не возвращаются. Без нормального оружия шансы на выживание есть только у сильнейших. Если я останусь здесь, то не проживу долго. Что касается брата… он патриот и сделал свой выбор.

Кажется, насчёт ссоры я не угадал. Хотя сейчас она говорила почти спокойно, чувствовалось, что тема для неё весьма болезненная. Я посмотрел на город и вдруг подумал, что не всё так плохо. Если Охотничья Зона закрепится здесь, то даже если из Японии хлынут беженцы, для игроков, желающих стать сильнее, это место может стать «священной землей». И неплохо приобрести здесь резиденцию сейчас, когда цены на недвижимость рухнули вниз. Если не самому, то через доверенное лицо. Деньги у меня есть, можно слегка разориться…

Или, возможно, стоит помочь местным и обменять сумку третьего уровня на какой-нибудь скромный небоскреб? Всё же, несмотря на огромные потери, у японцев на данный момент насчитывалось по меньшей мере две-три сотни игроков. Трофеи, захваченные самолично, оставались в моей собственности, и я мог распоряжаться ими так, как мне заблагорассудится. Однако такой вопрос следовало всё же согласовать с руководством. Уверен, в нём можно достигнуть взаимопонимания и, помимо финансовых, получить ещё и политические дивиденды…

– У тебя ведь есть моя визитка? Пусть твой брат свяжется со мной, у нас есть, что обсудить. Ну и сама не стесняйся обращаться, если возникнут проблемы или потребуется помощь.

Казалось бы, зачем мне имущество, но глупо жить, страшась смерти. Об ультиматуме богов я старался пока не думать. Будет день – будет пища. Сорок дней – достаточно долгий срок. В крайнем случае я смогу скрыться на Осколке и провести следующую сотню лет, счастливо топча тараканов и охотясь на крыс. Хороший стимул найти какой-нибудь другой выход.

Японию мы покинули, так и не прогнав всех членов группы через миссию. Во время стоянки эту возможность успел использовать лишь Хан, расстреляв из гранатомёта слайма. Опыта ему это не принесло, зато значительно повысило шансы на выживание в грядущих миссиях. Теперь он не был так жёстко привязан к сумке.

На третий день, когда мы уже находились в открытом море, раздался рёв пожарной тревоги. Большинство членов экипажа отнеслись к нему равнодушно – ложные сработки случались и раньше. Тем не менее на этот раз всё оказалось не так просто…

– Вот, товарищ лейтенант… – показал мне оператор одну из камер, парой щелчков увеличив ту до размеров экрана. – Похоже, контейнер плавится.

Ящик, в который запихали ворона, и вправду раскалился докрасна, а сквозь щели, пробитые для вентиляции, то и дело пробивалось пламя. Впрочем, его было почти не видно под грудой пены от сработавшей автоматической системы пожаротушения. Весьма важная часть на любом корабле, тем более боевом…

– Пена закончилась, сейчас пойдет вода…

– Этого нельзя допустить, – возразил я. – Капитан, отключите насосы! Мой питомец находится на ключевом этапе трансформации. Если вы зальете его водой, то он погибнет.

– Если огонь перекинется дальше и начнется пожар, то мы все тут можем погибнуть. Мы посреди моря, а от моего решения зависит жизнь полутысячи человек экипажа! Я не собираюсь рисковать своим кораблем!

Какого фига в трюме вообще что-то есть? Какого чёрта огонь так силен? Ворон описывал возможные риски, но вряд ли то, что я наблюдаю, можно обозначить как «незначительные выбросы пламени»…

– Я этого и не требую. Ситуация пока далека от критической, на данный момент контейнер ещё не разрушен, так что блокировки отсека достаточно. Там ведь нет боеприпасов или чего-то подобного? Если груз пострадает, я возьму ответственность на себя!

– Ты думаешь, кто-то будет тебя слушать, если мой «Варяг» станет вторым, затонувшим в этих водах?

Вообще-то легендарный крейсер погиб в районе Сеула, у берегов Южной Кореи, а это Жёлтое море, а не Японское, где мы сейчас находились, но некие аллюзии прослеживаются…

– С кораблем ничего не случится!

– Я не собираюсь…

– Капитан! – рявкнул подошедший адмирал Волков. – Сделайте всё возможное для выживания ворона. Это приказ!

Я кивнул, выражая благодарность. Старик тоже был в курсе важности нашей группы, да и, похоже, здраво оценивал вероятность распространения пожара. Пока что всё было под контролем…

– Слушаюсь! – Офицер кивнул и бросил на меня полный ярости взгляд. Кажется, за эти несколько минут противостояние перешло в разряд чего-то личного. – Отменить закачку воды в пострадавший отсек! Что в соседних? Держите распространение огня и температуру под контролем. Отключите вентиляцию. Нет, герметизировать пока не нужно. Приготовить транспорт для возможной эвакуации. Свяжись с соседними кораблями, пусть подойдут ближе и готовятся принимать людей на борт!

Адмирал кивнул, подтверждая разумность мер. Я недооцениваю опасность? Такое чувство, что они тут тонуть собрались. Почему-то мне казалось, что если корабль пойдет ко дну, капитан может предпочесть остаться на борту – просто чтобы насолить лично мне и ради красивого жеста.

– Пошлите людей, чтобы убрать тюки.

– Я не собираюсь рисковать людьми и вам тоже не позволю.

Я бросил взгляд на экран, с трудом удержавшись от ругательств. Контейнер не просто накалился, а местами уже потек, больше не напоминая прямоугольник. Из какого только хлама его сделали? За ворона было неспокойно, но всё, что я мог сделать, – это ждать и проследить, чтобы ему не помешали. Если выбирать между старым советским кораблем, которому давно пора на металлолом, и питомцем, то далеко не факт, что первый будет ценнее. Пусть даже и стоит сотни миллионов долларов. Вот только капитан со мной вряд ли согласится. Да и правительство тоже…