Любовь на спор
- -
- 100%
- +
– Хорошо.
Я вернулась в гостиную, чтобы взять сумочку и жакет и когда вышла на террасу Марк протянул мне шлем. Он, что заранее предполагал, что я соглашусь?
Я взяла шлем надела его и попыталась застегнуть. Марк подошёл, потянул ремни и застегнул шлем. Проверив, все ли в порядке взял меня за руку и повёл в своему байку. И столько нежности было в его движениях, столько заботы, что я просто не смогла больше удерживать стену, которую старательно воздвигала, между нами, все это время.
Кажется, и он почувствовал, как между нами рушится стена, потому что остановился и неожиданно притянул меня в свои объятия, крепко обнимая. Я была уверенна, что сейчас он поцелует меня страстно или нежно, не важно, но я ждала этого поцелуя и он был нужен мне, сейчас здесь. Но Марк отпустил меня, коснувшись на мгновение моего лба своим и повёл дальше к байку.
Я села на мотоцикл и обняла Марка, когда он надел свой шлем.
– Ты готова? – обернулся он ко мне.
– Да.
– Тогда поехали.
Сначала он ехал медленно, а когда мы выбрались за город разогнался так быстро, что у меня дух захватило. Я впервые в жизни каталась на мотоцикле и получила просто непередаваемые ощущения. Стоило нам выехать за город, как я закричала, давая выход своим эмоциям, своим страхам и переживаниям.
Когда мы приехали к озеру, о котором говорил Марк, я была совершенно счастливая.
– Спасибо, Марк, – сказала я, едва только слезла с байка. – спасибо.
– Вечер только начинается, – сказал он, обнимая меня, но по-прежнему не пытаясь поцеловать, что меня очень удивило.
Он развернул меня к озеру, и я увидела, то зачем мы сюда приехали: огромная полная луна на совершенно чёрном небосводе, мириады звёзд и серебристая лунная дорожка на ровной поверхности водной глади. Я посмотрела наверх, осматривая звезды, а Марк прижал меня к себе и положила голову ему на плечо, касаясь его щеки.
Я замерла, впитывая в себя увиденное и прочувствованное. Я чувствовала, что улыбалась и душой и телом. Я была совершенно счастлива в этот момент. Рядом с Марком.
Марк.
Ты так глубоко забрался в моё сердце, что уже и не вытащишь. И нужно ли? Мне действительно так хорошо с ним и, судя по всему, ему хорошо со мной.
– Ты не замёрзла? – шепнул он мне на ухо.
– Ты слишком горячий, чтобы я могла замёрзнуть, – ответила я, поворачиваясь к нему.
Его глаза лучились счастьем, так же, как и мои. Это было волшебно.
Тот Марк, с которым я познакомилась и тот которого я знаю сейчас, разительно отличались друг от друга. Я хотела сказать об этом вслух, но решила, что это разрушит то волшебство, которое витало сейчас в воздухе.
Марк достал из кармана телефон и сделал селфи. Я не зажмурилась от яркой вспышки только потому, что смотрела на Марка. И когда он показал мне фото поняла, что у меня слишком влюблённый взгляд. И такой же у него…
Он включил нашу с ним песню. Нежную и волшебную, как и сам вечер.
Мы танцевали под луной и звездами на берегу озера. Только мы и больше никого.
Только я и Марк.
Он проводил меня до крыльца, и когда я собиралась прощаться, прижал меня к себе, переплетая наши пальцы, медленно склонился и поцеловал.
– Марк… – выдохнула я ему в губы, чем он воспользовался, углубив поцелуй.
Мы целовались и целовались, стоя на моей террасе. То нежно, то страстно и не могли остановиться, оторваться друг от друга. Я уже была готова впустить его в свою спальню, когда он оторвался от моих губ и прошептал.
– Спокойной ночи, Натали.
Я теперь точно не смогу уснуть! Но и удержать его я не решилась.
– Спокойной ночи, Марк, – ответила я. – спасибо за волшебный вечер.
Он охватил моё лицо ладонями и поцеловал так нежно, так чувственно.
– Натали, моя Натали, – шептал он между поцелуями. – Почему ты плачешь? – Спросил он, вытирая одинокую слезу.
– От счастья, – совершенно искренне ответила я.
– От счастья, – повторил он мои слова, снова целуя.
Я почувствовала, как его рука скользнула под ткань я платья, нежно выписывая замысловатые узоры на моей коже. Я прикрыла глаза, чтобы прочувствовать его прикосновения. Мои губы раскрылись сами собой встречаясь с губами Марка.
Моего Марка.
Как же приятно думать о нем именно так.
Мой Марк.
– Твой, всегда твой. – выдохнул он мне прямо в губы.
Я что сказала это вслух? Я распахнула глаза. Он смотрел на меня, а в уголках его глаз собрались морщинки.
– Наконец-то ты это признала.
– Признала, – ответила тихо я.
Он дождался пока я войду в дом, закрою дверь на замок и только потом ушёл. А я сползла по стене вниз, ощупывая свои припухшие от поцелуев губы. Чувства счастья и невероятной любви переполняли меня и, кажется, заполняли все пространство, выбираясь за пределы дома через щели. Я ещё никогда в жизни не чувствовала себя так.
Глава 36
Мы гуляли с Марком вдоль озера, когда у меня зазвонил телефон.
– Это тётя Нелли. Мне нужно ответить, – сказала я Марку и отошла в сторону.
Нелли, как всегда, звонила по видео связи.
– Таша, привет. Как дела?
– Все, прекрасно, – ответила я совершенно счастливая.
– Ты очень хорошо выглядишь, глаза сияют. Ты меня с ним познакомишь?
– С кем?
– С твоим избранником, – она подмигнул мне, – и не вздумай возражать, я тебя хорошо знаю. А таких сияющих глаз у тебя не было никогда. У тебя кто-то появился, наконец-то.
– Нелли, от тебя ничего не утаится, – ответила я.
– Наконец-то, – обрадовалась Нелли, – он хорошенький? Ааа, вижу, что хорошенький.
– Что? – не поняла, я, но в следующее мгновение почувствовала дыхание Марка. Он подошёл ко мне сзади и всячески старался попасть в объектив камеры. – Что ты делаешь, Марк?
– Привет, – не обращая внимания на мои возмущения, Марк таки влез в камеру, охватил меня за талию и крепко прижал к себе. – Я Марк.
– Здравствуй, Марк, – ответила Нелли и мне ничего не оставалось, как перевести. – Не надо меня переводить, Таша, я сама.
И Нелли продолжила разговор на превосходном английском. Всё-таки знания с годами никуда не исчезают. Они могут на некоторое время затеряться, но в нужный момент мозг правильно реагирует и вытаскивает на поверхность, казалось бы, давно забытые знания.
– Расскажи мне о своей тёте, – попросил Марк, когда мы закончили с ней разговор. – откуда у неё такой превосходный английский?
– Нелли когда-то работала учительницей английского языка в вузе, собственно, благодаря неё у меня такой хороший английский. И вообще если бы не Нелли не знаю, чтобы со мной стало. Она заменила мне родителей, наставников, подруг. Я с детства была очень замкнутой девочкой и с трудом сходилась с новыми людьми.
– После той аварии? – осторожно спросил.
– Да.
Он крепко обнял меня, и мы какое-то время молчали, прежде чем он спросил.
– Это тётя тебе сообщила о той катастрофе.
– Нет, – я тихо ответила, стараясь сдерживать накатившие слезы, но они предательски бежали по щекам обжигая кожу. – Я была там… в машине… вместе с ними.
Марк сжал меня сильнее, а вдруг почувствовала острую необходимость, выговориться. Мы с Нелли никогда не обсуждали это, а я сама никому не рассказывала, а сейчас… Вдруг в объятиях Марка я почувствовала острую необходимость выговориться, опустошить себя, избавиться от этих чувств, что тяжёлым грузом висят у меня на душе уже много лет.
– Мы были вместе в тот день. Я сидела на заднем сиденье и это все происходило у меня на глазах, – воспоминания того дня вспыхнули у меня перед глазами, и я замерла, вновь переживая все то, что случилось много лет назад. – Они погибли у меня на глазах, а у меня даже царапины не было… я… я…
– Натали, прости, мне не следовало спрашивать тебя об этом.
– Все, в порядке Марк. Просто… Я никому не рассказывала об этом. Мы даже с Неллей не обсуждали это. Я не разговаривала несколько месяцев после сучившегося. Нелли забрала меня к себе, оформила опекунство. Возилась со мной, чтобы привести в чувства. Я очень благодарна ей за это.
Тёплые мысли о тёте Нелли развеяли мои страхи и переживания, я с облегчением выдохнула. После того, как я поделилась с этим с Марком мне действительно стало легче.
– Пойдём домой, – предложила я и мы тут же не торопясь отправились ко мне.
Марк почти все время проводил у меня. Даже когда я работала. Он сидел в гостиной или на кухне, готовился к выпускным экзаменам. Его родители безумно радовались тому, что мы начали встречаться, добавляя, что я хорошо влияю на Марка. Ведь он перестал пропускать учёбу и подтянул свои знания.
Роб часто приезжал к нам, и мы втроем работали над их приложением. Я, как пользователь, тестировала все ли удобно и понятно, а Марк и Роб тут же корректировали. А еще я предложила перевести приложение на русский язык. Эту идею Роб и Марк встретили с энтузиазмом и в свободное время я занималась переводом.
Не думала, что Марк отличный программист. Честно говоря, программирование и Марк долго не укладывались у меня в голове. Но как оказалось это было правдой, и он наконец показал мне фото годичной давности, с которого на меня смотрел довольно щуплый парень. Высокий и очень щуплый.
Я смотрела на фото, затем на сидящего рядом Марка, опять на фото и не верила своим глазам.
– Но как?
– Все дело в Кейт. Когда она перевелась в наш колледж, я решил, что хочу быть с ней, но с таким мной, – он указал на фото, – она ничего не хотела иметь общего, и тогда я начал тренироваться. Много тренироваться.
– Результат впечатляет, – с восхищением добавила я.
– Вот и Кейт оценила. – он смотрел на меня внимательно, оценивая мою реакцию на его признание. – Я думал ты будешь ревновать.
– Ревновать? – не поняла я. – Зачем?
– Я рассказываю тебе о своей бывшей…
– Ты рассказываешь о себе, – перебила его я. – И если Кейт была в твоей жизни, то здесь уже ничего не изменить. Кейт хорошая девушка. К тому же, если бы не она, мы с тобой не встретились.
– Почему? – удивился он.
– Я думаю, что такой ты, – указала на фото, – вряд ли стал бы спорить на меня.
Марк усмехнулся.
– Ты же не будешь мне об этом напоминать всю жизнь.
– Возможно, – рассмеялась я, а Марк тем временем прижал меня к себе.
– Тогда я каждый раз буду целовать тебя, – выдохнул он мне в губы.
– Тогда мне стоит чаще об этом вспоминать.
Во взгляде Марка появилось что-то хищное, опасное…
Он осторожно опустил руку на моё колено, медленно забираясь под ткань платья, оглаживая обнаженную кожу, которая начинала пылать под его пальцами. Второй рукой он обвел контур моих губ, приоткрывая их.
Я почувствовала, как пространство вокруг нас сгустилось, а все звуки отошли на второй план. Были только мы вдвоем.
Он не торопился, но его волнение выдавало частое и прерывистое дыхание. Он нежно выписывал замысловатые узоры на коже. Медленно, но, верно, забираясь под ткань платья, и слегка сжимая ягодицы.
Я прикрыла глаза наслаждаясь новыми для себя ощущениями, а Марк наконец-то поцеловал, постепенно углубляя поцелуй.
Я почувствовала, как он расстегнул молнию моего платья и коснулся обнажённой спины.
– Мааарк, – выдохнула я со стоном.
– Ты уверена, Натали? – хрипло спросил он между поцелуями.
– Да, – коротко ответила я и он тут же стянул с меня платье, подхватил под бедра и отнёс в спальню, опуская на прохладные простыни, чтобы тут же накрыть своим горячим телом.
Я тонула в новых для себя ощущениях, в нежной ласке. Я чувствовала его напряжение, то, как он сдерживал себя, но была благодарна тому, что он не торопится. Я не чувствовала боли, когда он вошёл в меня, лишь небольшой дискомфорт, который быстро сменился наслаждением
– Натали… Моя… Только моя… – шептал он.
– Твоя, – отвечала ему со стоном.
Глава 37
Я проснулась, когда уже было совсем светло. Марк крепко прижимал меня к себе, не давая возможности пошевелиться. Но мне было уютно в теплом коконе его объятий. Пока он спал я могла сколько угодно любоваться им. Он чуть хмурил брови во сне, и я не удержалась, чтобы не разгладить пальцами морщинку на переносице.
– Уже проснулась? – спросил он, не открывая глаз.
– Проснулась.
– Как ты себя чувствуешь?
Он распахнул глаза и навис надо мной.
– Прекрасно, это была самая чудесная ночь в моей жизни. – ответила я, довольно потягиваясь.
– Впереди нас ждут ещё больше таких ночей.
Я выгнулась, когда он поцеловал меня сначала нежно, потом страстно. Марк вновь и вновь изучал моё тело, но более уверенно, собственнически.
– Как же колледж? – спросила я, пока ещё не потеряла связь с реальностью.
– Ты важнее, – ответил он, снова целуя меня.
Марк уехал от меня ближе к обеду. Он не поехал сегодня в колледж, утренние занятия он уже пропустил, но его ждала встреча с представителем какой-то компании, которая заинтересовалась их с Робом приложением. Это была важная для них… для всех нас.
У моего любимого мужчины все получалось, и я была счастлива. Было так странно думать о Марке, как о моем мужчине, любимом мужчине, но я определенно ощущала его именно таким… любимым. И я была настолько счастлива, что танцевала, передвигаясь по дому, и то и дело напевала какую-то мелодию.
Я была уверенна, что у Марка с Робом все получится на сегодняшней встрече. Они много работали, их приложение действительно было интересным и классным. Но если его не получится продвинуть здесь в Америке, то я уже знала, кто заинтересуется им в России. Кроме того, у меня есть Игорь, а у него связи…
"Нелли попала в больницу, сердце."
Сообщение от Игоря выбило весь воздух из груди. Я с трудом удерживала в руках телефон, когда дрожащими пальцами набирала Игоря.
– Как она сейчас? – спросила я, не здороваясь, после того как целую вечность слушала телефонные гудки, пока Игорь не ответил мне.
– Плохо, очень плохо. Её готовят к экстренной операции, – ответил он.
– Ты уже забронировал мне билеты домой? – спросила я.
– Почти, подбираю наиболее удачный рейс. Как только оформлю скину информацию.
– Жду, – коротко ответила я и бросилась в спальню собирать вещи. Упаковка чемоданов не заняла у меня много времени. Я часто переезжала последние два года и могла быстро собраться. Упаковка вещей у меня дошла до автоматизма. Поставить на зарядку телефон, упаковать ноутбук и все что к нему прилагается в сумку. Сложить одежду и разложить ее на кровати, чтобы было удобнее складывать в чемодан.
Но вот чемоданы были собраны, а я готова к выходу из дома. Но меня не покидало чувство, что я что-то упускаю… что-то очень важное…
Марк!
Я бросилась к двери, схватив свой телефон, и побежала к дому Марка. Сообщение от Игоря о рейсе ещё не пришло.
Дверь мне открыли через целую вечность.
– Что случилось, Натали? – спросила она, вглядываясь в мое лицо.
– Мне нужен Марк, очень срочно.
– Его нет, он уехал с Робом и когда вернётся не знаю. Позвони ему, – сказала она.
– У меня нет его номера, – забавно, но у меня действительно не было его номера.
– Я тебе сейчас напишу или давай я позвоню ему прямо сейчас.
– Нет времени. Я сегодня улетаю домой. Сейчас напишу свои телефоны и электронную почту, чтобы он мог со мной связаться, когда я буду в России. Вы дадите мне ручку и бумагу?
– Конечно, милая, но что случилось? – спросила Мерри Эн передавая мне блокнот с ручкой.
– Тётя Нелли. У неё что-то с сердцем. Её готовят к операции. Мне нужно лететь домой.
Я говорила отрывисто пока писала телефоны и почту, проверив номера ещё раз я передала листок маме Марка. В этот момент пиликнул телефон оповещая о новом сообщении. Игорь прислал мне информацию по рейсу, а я уже в приложении заказывала себе такси.
– Я уезжаю прямо сейчас. Я могу оставить вам ключи от дома, чтобы их забрал у вас риелтор? Она будет предупреждена о том, что я уехала.
– Конечно, Натали, конечно.
– И да, запишите мне, пожалуйста, номер Марка.
Она написала мне номер Марка, а я побежала к дому, к которому уже подъехало такси. Вытащила чемоданы, закрыла дом, кажется все. Отдала ключи встревоженной Мерри Эн и, стараясь сдерживать слезы, коротко обняла её на прощание. Села в такси, и мы поехали.
Уже в машине я отправила риелтору сообщение и позвонила Марку. Но он не отвечал. Не ответил и через час. И через два. Когда я уже села в самолёт, и мы готовились к взлету он перезвонил.
– Натали, что случилось? Мама сказала, что ты улетаешь?
– Марк, – когда я ответила на звонок ко мне подошла стюардесса с просьбой отключить телефон, – прости, но я уже не могу говорить по телефону. Мы взлетаем. Все потом.
Я сбросила вызов и охватила себя руками. Только бы с ней все было хорошо. С моей Неллей. Только бы ты была в порядке. Я ведь чувствовала, чувствовала, что что-то не так. Ну почему я позволила себя убедить в обратном!
Весь полет прошёл как в тумане. На пересадке у меня разрядился телефон, а запасной батареи с собой не оказалось.
Я не помню сколько часов я была в дороге, но наконец-то наш самолёт приземлился в Москве, и я поспешила на контроль. Никогда ещё в моей жизни время не тянулось так бесконечно долго. Никогда. Казалось, что весь мир замедлился. Все, как нарочно делали все, медленно, что-то роняли, куда-то отвлекались, а внутри меня все сгорало от нетерпения, от тревоги, от неизвестности… Что там с моей Неллей?
Но вот я получила багаж и поспешила к выходу, где меня уже ждал Игорь, он перехватил у меня чемодан и повёл к машине.
– Как она?
– Вчера прооперировали. Время покажет.
– Я могу попасть сейчас к ней.
– Не дури, а? – Игорь остановился и развернулся ко мне. – Ночь на дворе. Сейчас домой – спать. Завтра поедешь в больницу.
– Но…
– Если ты вымотаешь себя, то выздороветь Нелли ты не поможешь. Ты ей там нужна бодрая, а не так как ты выглядишь сейчас. Сейчас домой, спать. Всё завтра. Её прооперировали. Она спит. Состояние стабильное. Что с телефоном? Не мог дозвониться.
– Разрядился, – устало ответила я, усаживаясь в машину.
– Ты знаешь о существовании повербанков? Розетки в аэропортах?
Я усмехнулась… Игорь может разрядить обстановку.
– Не до того было.
Кажется, я уснула в машине. И правда мне сейчас в больнице нечего делать. Это я осознала, когда очнулась от того, что Игорь настойчиво тряс меня за плечо.
– Уже приехали?
– Пошли. Есть хочешь?
– Не особо. Куда ты меня привез? – Спросила я, озираясь по сторонам.
– Пока к себе. Завтра решим, что с тобой делать. Пошли. Оля заждалась, ужин второй раз разогревает.
Я улыбнулась. Оля, жена Игоря самая настоящая любящая и заботливая жена. Хотя сначала она невзлюбила меня, ревновала, а потом поняла, что я просто на просто маленькая девчонка, о которой нужно заботиться и которая платит за эту заботу приличные гонорары. Игорь стал моим агентом, представителем, который занимался продвижением моих книг, счетами, договорами и прочими делами, а я просто творила, но со временем мы все сдружились. А Игорь с Олей и их детьми стали для меня настоящей семьёй. И конечно же Нелли… Как же я соскучилась по дому. И все равно, что я сейчас в гостях у Игоря. Я дома в родной и любимой России.
Дома.
Глава 38
Рано утром следующего дня Игорь привез меня в больницу. Я встретилась с врачом, мы долго говорили о прошедшей операции, о том, что следует делать после выписки. Об этом мы говорили больше всего. Мне очень не хотелось думать о плохом и поэтому я максимально себя настраивала на то, что мы с Неллей будем делать после ее выписки.
Я тихо открыла дверь в палату и вошла. Нелли лежала, окруженная проводами и разными медицинским аппаратами. Она казалась такой маленькой, такой хрупкой на этой огромной больничной кровати. Было так странно видеть её такой, такой безжизненной… Но мне очень хотелось верить, что жить она будет ещё долго.
Врачи не строили никаких прогнозов. Состояние стабильное, это все что мне сказали, предупредив, что в её возрасте может быть что угодно.
Я сидела рядом и держала мою Нелли за руку. Я старалась не плакать, но у меня не получалось. Слезы сами по себе градом катились по щекам. Мне так не хотелось её терять, не хотелось терять ещё и её…
Я гладила её руку и вспоминала все, что мне подарила моя Нелли. А она подарила мне очень много. Она подарила мне жизнь, после почти смерти. Научила радоваться, научила любить, научила творить. Она подарила мне мою счастливую жизнь. Чтобы стало со мной, если бы не она?
Нелли для меня самый удивительный человек. Она умела видеть и чувствовать то, о чем другие даже и не подозревали.
Я знаю её как весёлого жизнерадостного человека, всегда активная, улыбающаяся. Тем сложнее было сейчас видеть её такой…
– Мы живём в удивительном мире, – часто говорила она, – в мире, полном всего, чего только можно пожелать. Мы живём в волшебном мире, полным чудес, которые, разучились видеть. С человеком должно произойти какое-то потрясение, чтобы он научился видеть мир, таким каков он есть на самом деле, а не таким, каким нас научили видеть. Мир, наполненный любовью, счастьем и благодарностью – самый прекрасный мир. Как же жаль, что люди эту любовь закопали глубоко внутри себя.
Я тогда многого не понимала из того, что она говорит, была слишком маленькой, закрытой.
Нелли научила меня любви к миру, научила меня быть счастливой. Она научила меня состраданию и пониманию…
Она всегда говорила, что в каждом человеке, которого я встречу на своём пути я увижу отражение себя самой, своих страхов. Нелли всегда говорила, что, если мне что-то не нравится в человеке, значит это есть во мне самой.
– Никогда не отталкивай человека, который тебе не нравится. Присмотрись к нему, понаблюдай. Задайся вопросом: почему он не нравится тебе? Что тебя в нем смущает? То, что тебе не нравится в нем, есть в тебе самой. Всё люди, которые приходят в твою жизнь лишь твои зеркала. Но запомни, если человеку что-то не нравится в тебе, значит ему просто не нравится что-то в нем самом. Это зеркало, милая, работает в обе стороны.
Она научила меня видеть только хорошее в любой ситуации, даже в самой ужасной. Каждый провал, каждая проблема приходит не просто так. Или она привлечена собственными плохими мыслями, или для того, чтобы сберечь или научить.
– Никогда не расстраивайся, если на выходе из дома тебя вдруг окатили грязью. Подумаешь одежда испачкана, зато возможно ты избежал аварии, в которую могла бы попасть. Никогда не знаешь, как именно о тебе позаботится твой мир, но все что не случается принимай с благодарностью. Ничего не бойся. Страха не существует. Ты можешь все, что только пожелаешь. Страх люди придумали, что бы никто ничего не делал, чтобы никто не развивался. Потому что людьми, которые забыли о своих возможностях и живут в бесконечном страхе, очень легко управлять. Запомни это. Никому не позволяй собой управлять. Ты сама хозяйка своей жизни. И если тебе что-то не нравится, просто прекращай это делать или уходи.
Нелли всегда учила извлекать плюсы в любой даже самой ужасной ситуации. Она говорила:
– Случилась беда, всегда посмотри на неё со всех сторон и спроси, зачем она пришла, что ты получила из этой беды, какие знания и опыт приобрела.
А про потерю денег она всегда шутила:
– Не печалься из-за потерянных денег. Это твоя плата за опыт. Опыт очень доходчиво объясняет на потерях.
Как же так получилось, что твоё сердце не выдержало. О чем таком ты так сильно переживала, что сердце не выдержало, Нелли.
Я перестала плакать и облокотилась головой на кровать. Не знаю сколько я так просидела, но вошедшая медсестра попросила меня выйти из палаты и ехать домой. Я не стала противиться.
Каждый мой следующий день был похож один на другой: я приезжала в больницу, читала Нелли её любимые книги или просто разговаривала с ней, а потом ехала домой.
Игорь и Оля настояли на том, чтобы я осталась у них. С этим я тоже не стала спорить. У меня просто не было сил ни на что. Всё мои мысли были рядом с Неллей и Марком.
Марк…
Он так и не позвонил… ни разу.
Это меня убивало больше всего на свете. Я чувствовала себя потерянной и никому не нужной, даже самой себе. Я чувствовала себя пустой…
Марк…
Неужели все, что между нами было, было не настоящим… Я поверила ему… Влюбилась… Он был таким искренним, что же изменилось после моего отъезда? Он решил вернуться к Кейт?
Наверное, так будет лучше…
Я не плакала из-за Марка, нет. Но с каждым днем я становилась все более пустой и безжизненной.
Когда Нелли наконец-то пришла в себя я едва сдерживала слезы. Нельзя было показывать ей своих переживаний. Врач осмотрел тётю, а потом она снова уснула. Её первые пробуждения были короткими. Со временем она стала чаще и дольше оставаться в сознании. Я по-прежнему читала для неё вслух, иногда включала для неё музыку, которую она просила.