Певец во стане русских воинов: Стихотворения. Баллады. Поэмы
Издательство:
Эксмо
- -
- 100%
- +
Стихотворения
Сельское кладбище
Элегия
Уже бледнет день, скрываясь за горою;Шумящие стада толпятся над рекой;Усталый селянин медлительной стопоюИдет, задумавшись, в шалаш спокойный свой.В туманном сумраке окрестность исчезает…Повсюду тишина; повсюду мертвый сон;Лишь изредка, жужжа, вечерний жук мелькает,Лишь слышится вдали рогов унылый звон.Лишь дикая сова, таясь под древним сводомТой башни, сетует, внимаема луной,На возмутившего полуночным приходомЕе безмолвного владычества покой.Под кровом черных сосн и вязов наклоненных,Которые окрест, развесившись, стоят,Здесь праотцы села, в гробах уединенныхНавеки затворясь, сном непробудным спят.Денницы тихий глас, дня юного дыханье,Ни крики петуха, ни звучный гул рогов,Ни ранней ласточки на кровле щебетанье —Ничто не вызовет почивших из гробов.На дымном очаге трескучий огнь, сверкая,Их в зимни вечера не будет веселить,И дети резвые, встречать их выбегая,Не будут с жадностью лобзаний их ловить.Как часто их серпы златую ниву жали,И плуг их побеждал упорные поля!Как часто их секир дубравы трепетали,И потом их лица кропилася земля!Пускай рабы сует их жребий унижают,Смеяся в слепоте полезным их трудам,Пускай с холодностью презрения внимаютТаящимся во тьме убогого делам;На всех ярится смерть – царя, любимца славы,Всех ищет грозная… и некогда найдет;Всемощныя судьбы незыблемы уставы;И путь величия ко гробу нас ведет!А вы, наперстники фортуны ослепленны,Напрасно спящих здесь спешите презиратьЗа то, что гробы их непышны и забвенны,Что лесть им алтарей не мыслит воздвигать.Вотще над мертвыми, истлевшими костямиТрофеи зиждутся, надгробия блестят,Вотще глас почестей гремит перед гробами —Угасший пепел наш они не воспалят.Ужель смягчится смерть сплетаемой хвалоюИ невозвратную добычу возвратит?Не слаще мертвых сон под мраморной доскою;Надменный мавзолей лишь персть их бременит.Ах! может быть под сей могилою таитсяПрах сердца нежного, умевшего любить,И гробожитель-червь в сухой главе гнездится,Рожденной быть в венце иль мыслями парить!Но просвещенья храм, воздвигнутый веками,Угрюмою судьбой для них был затворен,Их рок обременил убожества цепями,Их гений строгою нуждою умерщвлен.Как часто редкий перл, волнами сокровенной,В бездонной пропасти сияет красотой;Как часто лилия цветет уединенно,В пустынном воздухе теряя запах свой.Быть может, пылью сей покрыт Гампден надменный,Защитник сограждан, тиранства смелый враг;Иль кровию сограждан Кромвель необагренный,Или Мильтон немой, без славы скрытый в прах.Отечество хранить державною рукою,Сражаться с бурей бед, фортуну презирать,Дары обилия на смертных лить рекою,В слезах признательных дела свои читать —Того им не дал рок; но вместе преступленьямОн с доблестями их круг тесный положил;Бежать стезей убийств ко славе, наслажденьям,И быть жестокими к страдальцам запретил;Таить в душе своей глас совести и чести,Румянец робкия стыдливости терятьИ, раболепствуя, на жертвенниках лестиДары небесных Муз гордыне посвящать.Скрываясь от мирских погибельных смятений,Без страха и надежд, в долине жизни сей,Не зная горести, не зная наслаждений,Они беспечно шли тропинкою своей.И здесь спокойно спят под сенью гробовою —И скромный памятник, в приюте сосн густых,С непышной надписью и резьбою простою,Прохожего зовет вздохнуть над прахом их.Любовь на камне сем их память сохранила,Их лета, имена потщившись начертать;Окрест библейскую мораль изобразила,По коей мы должны учиться умирать.И кто с сей жизнию без горя раставался?Кто прах свой по себе забвенью предавал?Кто в час последний свой сим миром не пленялсяИ взора томного назад не обращал?Ах! нежная душа, природу покидая,Надеется друзьям оставить пламень свой;И взоры тусклые, навеки угасая,Еще стремятся к ним с последнею слезой;Их сердце милый глас в могиле нашей слышит;Наш камень гробовой для них одушевлен;Для них наш мертвый прах в холодной урне дышит,Еще огнем любви для них воспламенен.А ты, почивший друг, певец уединенный,И твой ударит час, последний, роковой;И к гробу твоему, мечтой сопровожденный,Чувствительный придет услышать жребий твой.Быть может, селянин с почтенной сединоюТак будет о тебе пришельцу говорить:«Он часто по утрам встречался здесь со мною,Когда спешил на холм зарю предупредить.Там в полдень он сидел под дремлющею ивой,Поднявшей из земли косматый корень свой;Там часто, в горести беспечной, молчаливой,Лежал, задумавшись, над светлою рекой;Нередко ввечеру, скитаясь меж кустами, —Когда мы с поля шли и в роще соловейСвистал вечерню песнь, – он томными очамиУныло следовал за тихою зарей.Прискорбный, сумрачный, с главою наклоненной,Он часто уходил в дубраву слезы лить,Как странник, родины, друзей, всего лишенный,Которому ничем души не усладить.Взошла заря – но он с зарею не являлся,Ни к иве, ни на холм, ни в лес не приходил;Опять заря взошла – нигде он не встречался;Мой взор его искал – искал – не находил.На утро пение мы слышим гробовое…Несчастного несут в могилу положить.Приблизься, прочитай надгробие простое,Чтоб память доброго слезой благословить».Здесь пепел юноши безвременно сокрыли;Что слава, счастие не знал он в мире сем;Но Музы от него лица не отвратили,И меланхолии печать была на нем.Он кроток сердцем был, чувствителен душою —Чувствительным творец награду положил.Дарил несчастных он – чем только мог – слезою;В награду от творца он друга получил.Прохожий, помолись над этою могилой;Он в ней нашел приют от всех земных тревог;Здесь все оставил он, что в нем греховно было,С надеждою, что жив его спаситель-бог.Май – сентябрь 1802Дружба
Скатившись с горной высоты,Лежал на прахе дуб, перунами разбитый;А с ним и гибкий плющ, кругом его обвитый…О Дружба, это ты!Июль 1803Песня
Когда я был любим, в восторгах, в наслажденье,Как сон пленительный, вся жизнь моя текла.Но я тобой забыт, – где счастья привиденье?Ах! счастием моим любовь твоя была!Когда я был любим, тобою вдохновенный,Я пел, моя душа хвалой твоей жила.Но я тобой забыт, погиб мой дар мгновенный:Ах! гением моим любовь твоя была!Когда я был любим, дары благодеяньяВ обитель нищеты любовь моя несла.Но я тобой забыт, нет в сердце состраданья!Ах! благостью моей любовь твоя была!Май 1806Вечер
Элегия
Ручей, виющийся по светлому песку,Как тихая твоя гармония приятна!С каким сверканием катишься ты в реку!Приди, о Муза благодатна,В венке из юных роз, с цевницею златой;Склонись задумчиво на пенистые воды,И, звуки оживив, туманный вечер пойНа лоне дремлющей Природы.Как солнца за горой пленителен закат —Когда поля в тени, а рощи отдаленныИ в зеркале воды колеблющийся градБагряным блеском озаренны;Когда с холмов златых стада бегут к реке,И рева гул гремит звучнее над водами;И, сети склав, рыбак на легком челнокеПлывет у брега меж кустами;Когда пловцы шумят, скликаясь по стругам,И веслами струи согласно рассекают;И, плуги обратив, по глыбистым браздамС полей оратаи съезжают…Уж вечер… облаков померкнули края,Последний луч зари на башнях умирает;Последняя в реке блестящая струяС потухшим небом угасает.Все тихо: рощи спят; в окрестности покой;Простершись на траве под ивой наклоненной,Внимаю, как журчит, сливаяся с рекой,Поток, кустами осененной.Как слит с прохладою растений фимиам!Как сладко в тишине у брега струй плесканье!Как тихо веянье зефира по водам,И гибкой ивы трепетанье!Чуть слышно над рекой колышется тростник;Глас петела вдали уснувши будит селы;В траве коростеля я слышу дикий крик,В лесу стенанье Филомелы…Но что?.. Какой вдали мелькнул волшебный луч?Восточных облаков хребты воспламенились;Осыпан искрами во тьме журчащий ключ;В реке дубравы отразились.Луны ущербный лик встает из-за холмов…О тихое небес задумчивых светило,Как зыблется твой блеск на сумраке лесов!Как бледно брег ты озлатило!Сижу задумавшись; в душе моей мечты;К протекшим временам лечу воспоминаньем…О дней моих весна, как быстро скрылась ты,С твоим блаженством и страданьем!Где вы, мои друзья, вы, спутники мои?Ужели никогда не зреть соединенья?Ужель иссякнули всех радостей струи?О вы, погибши наслажденья!О братья! о друзья! где наш священный круг?Где песни пламенны и Музам и свободе?Где Вакховы пиры при шуме зимних вьюг?Где клятвы, данные Природе,Хранить с огнем души нетленность братских уз?И где же вы, друзья?.. Иль всяк своей тропою,Лишенный спутников, влача сомнений груз,Разочарованный душою,Тащиться осужден до бездны гробовой?..Один – минутный цвет – почил, и непробудно,И гроб безвременный любовь кропит слезой.Другой… о небо правосудно!..А мы… ужель дерзнем друг другу чужды быть?Ужель красавиц взор, иль почестей исканье,Иль суетная честь приятным в свете слытьЗагладят в сердце воспоминаньеО радостях души, о счастье юных дней,И дружбе, и любви, и Музам посвященных?Нет, нет! пусть всяк идет вослед судьбе своей,Но в сердце любит незабвенных…Мне Рок судил: брести неведомой стезей,Быть другом мирных сел, любить красы Природы,Дышать под сумраком дубравной тишиной,И, взор склонив на пенны воды,Творца, друзей, любовь и счастье воспевать.О песни, чистый плод невинности сердечной!Блажен, кому дано цевницей оживлятьЧасы сей жизни скоротечной!Кто, в тихий утра час, когда туманный дымЛожится по полям и хо́лмы облачает,И солнце, восходя, по рощам голубымСпокойно блеск свой разливает,Спешит, восторженный, оставя сельский кров,В дубраве упредить пернатых пробужденье,И, лиру соглася с свирелью пастухов,Поет светила возрожденье!Так, петь есть мой удел… но долго ль?.. Как узнать?..Ах! скоро, может быть, с Минваною унылойПридет сюда Альпин в час вечера мечтатьНад тихой юноши могилой!Май – июль 1806Тоска по милом
Песня
Песня
Мой друг, хранитель-ангел мой,О ты, с которой нет сравненья,Люблю тебя, дышу тобой;Но где для страсти выраженья?Во всех природы красотахТвой образ милый я встречаю;Прелестных вижу – в их чертахОдну тебя воображаю.Беру перо – им начертатьМогу лишь имя незабвенной;Одну тебя лишь прославлятьМогу на лире восхищенной.С тобой, один, вблизи, вдали.Тебя любить – одна мне радость;Ты мне все блага на земли;Ты сердцу жизнь, ты жизни сладость.В пустыне, в шуме городскомОдной тебе внимать мечтаю;Твой образ, забывая сном,С последней мыслию сливаю;Приятный звук твоих речейСо мной во сне не расстается;Проснусь – и ты в душе моейСкорей, чем день очам коснется.Ах! мне ль разлуку знать с тобой?Ты всюду спутник мой незримый;Молчишь – мне взор понятен твой,Для всех других неизъяснимый;Я в сердце твой приемлю глас;Я пью любовь в твоем дыханье…Восторги, кто постигнет вас,Тебя, души очарованье?Тобой и для одной тебяЖиву и жизнью наслаждаюсь;Тобою чувствую себя;В тебе природе удивляюсь.И с чем мне жребий мой сравнить?Чего желать в столь сладкой доле?Любовь мне жизнь – ах! я любитьЕще стократ желал бы боле.1 апрель 1808Плач Людмилы
Ангел был он красотою!Маем кроткий взор блистал!Все великою душоюНесравненный превышал!Поцелуи – сладость рая,Слитых пламеней струя,Горних арф игра святая!Небеса вкушала я!Взором взор, душа душоюРаспалялись – все цвело!Мир сиял для нас весною,Все нам радость в дар несло!Непостижное слияньеВосхищенья и тоски,Нежных ласк очарованье,Огнь сжимающей руки!Сердца сладостные муки —Все прости… его уж нет!Ах! прерви ж печаль разлуки,Смерть, души последний свет!1809 (?)Моя богиня
Какую бессмертнуюВенчать предпочтительноПред всеми богинямиОлимпа надзвездного?Не спорю с питомцамиРазборчивой мудрости,Учеными строгими;Но свежей гирляндоюВенчаю веселую,Крылатую, милую,Всегда разновидную,Всегда животворную,Любимицу Зевсову,Богиню Фантазию.Ей дал он те вымыслы,Те сны благотворные,Которыми в областиОлимпа надзвездногоС амврозией, с нектаромПодчас утешаетсяОн в скуке бессмертия;Лелея с усмешкоюНа персях родительских,Ее величает онБогинею Радостью.То в утреннем веяньеС лилейною веткою,Одетая ризою,Сотканной из нежногоДенницы сияния,По долу душистому,По холмам муравчатым,По облакам утреннимМалиновкой носится;На ландыш, на лилию,На цвет-незабудочку,На травку дубравнуюСпускается пчелкою;Устами пчелинымиВпивается в листики,Пьет росу медвяную;То, кудри с небрежностьюПо ветру развеявши,Во взоре уныние,Тоской отуманена,Глава наклоненная,Сидит на крутой скалеИ смотрит в мечтанииНа море пустынное,И любит прислушивать,Как волны плескаются,О камни дробимые;То внемлет, задумавшись,Как ветер полуночныйПорой подымается,Шумит над дубравою,Качает вершинамиДерев сеннолиственных;То в сумраке вечера(Когда златорогаяЛуна из-за облакаНад рощею выглянетИ, сливши дрожащий лучС вечерними тенями,Оденет и лес и долТуманным сичнием)Играет с наядамиПо гладкой поверхностиПотока дубравного,И, струек с журчаниемМешая гармониюВолшебного шепота,Наводит задумчивость,Дремоту и легкий сон;Иль, быстро с зефирамиПо дремлющим лилиям,Гвоздикам узорчатым,Фиалкам и ландышамПорхая, питаетсяДушистым дыханиемЦветов, ожемчуженныхРосинками светлыми;Иль с сонмами гениев,Воздушною цепиюВиясь, развивается,В мерцании месяца,Невидима-видима,По облакам носится,И, к роще спустившися,Играет листочкамиОсины трепещущей.Прославим создателяМогущего, древнего,Зевеса, пославшегоНам радость – Фантазию;В сей жизни, где радостиПрямые – луч молнии,Он дал нам в ней счастие,Всегда неизменное,Супругу веселую,Красой вечно юную.И с нею нас цепиюСопряг нераздельною.«Да будешь, – сказал он ей, —И в счастьи, и в горестиИм верная спутница,Утеха, прибежище».Другие творения,С очами незрящими,В слепых наслаждениях,С печалями смутными,Гнетомые бременемНужды непреклонныя,Начавшись, кончаютсяВ кругу, ограниченномЧертой настоящего,Минутною жизнею;Но мы, отличенныеЗевесовой благостью!..Он дал нам сопутницу,Игривую, нежную,Летунью, искусницуНа милые вымыслы,Причудницу резвую,Любимую дщерь своюБогиню Фантазию!Ласкайте прелестную;Кажите вниманиеКо всем ее прихотям,Невинным, младенческим!Пускай почитаетсяНад вами владычицейИ дома хозяйкою;Чтоб вотчиму старому,Брюзгливцу суровому,Рассудку, не вздумалосьЕе переучивать,Пугать укоризнамиИ мучить уроками.Я знаю сестру ее,Степенную, тихую…Мой друг утешительный,Тогда лишь простись со мной,Когда из очей моихЛуч жизни сокроется;Тогда лишь покинь меня,Причина всех добрых дел,Источник великого,Нам твердость и мужество,И силу дающая,Надежда отрадная!..1809К ней
Имя где для тебя?Не сильно смертных искусствоВыразить прелесть твою!Лиры нет для тебя!Что песни? Отзыв неверныйПоздней молвы о тебе!Если бы сердце могло бытьИм слышно, каждое чувствоБыло бы гимном тебе!Прелесть жизни твоей,Сей образ чистый, священный,В сердце, как тайну, ношу.Я могу лишь любить,Сказать же, как ты любима,Может лишь вечность одна!1811Песня
О милый друг! теперь с тобою радость!А я один – и мой печален путь;Живи, вкушай невинной жизни сладость;В душе не изменись; достойна счастья будь…Но не отринь, в толпе пленяемых тобою,Ты друга прежнего, увядшего душою;Веселья их дели – ему отрадой будь;Его, мой друг, не позабудь.О милый друг, нам рок велел разлуку:Дни, месяцы и годы пролетят,Вотще к тебе простру от сердца руку —Ни голос твой, ни взор меня не усладят.Но и вдали моя душа с твоей согласна;Любовь ни времени, ни месту не подвластна;Всегда, везде ты мой хранитель-ангел будь,Меня, мой друг, не позабудь.О милый друг, пусть будет прах холодныйТо сердце, где любовь к тебе жила:Есть лучший мир; там мы любить свободны;Туда моя душа уж все перенесла;Туда всечасное влечет меня желанье;Там свидимся опять; там наше воздаянье;Сей верой сладкою полна в разлуке будь —Меня, мой друг, не позабудь.29 сентября 1811Желание
Романс
Озарися, дол туманный:Расступися, мрак густой;Где найду исход желанный?Где воскресну я душой?Испещренные цветами,Красны холмы вижу там…Ах! зачем я не с крылами?Полетел бы я к холмам.Там поют согласны лиры;Там обитель тишины;Мчат ко мне оттоль зефирыБлаговония весны;Там блестят плоды златыеНа сенистых деревах;Там не слышны вихри злыеНа пригорках, на лугах.О предел очарованья!Как прелестна там весна!Как от юных роз дыханьяТам душа оживлена!Полечу туда… напрасно!Нет путей к сим берегам;Предо мной поток ужасныйГрозно мчится по скалам.Лодку вижу… где ж вожатый?Едем!.. будь, что суждено…Паруса ее крылаты,И весло оживлено.Верь тому, что сердце скажет;Нет залогов от небес;Нам лишь чудо путь укажетВ сей волшебный край чудес.1811Певец
В тени дерев, над чистыми водамиДерновый холм вы видете ль, друзья?Чуть слышно там плескает в брег струя;Чуть ветерок там дышит меж листами;На ветвях лира и венец…Увы! друзья, сей холм – могила;Здесь прах певца земля сокрыла;Бедный певец!Он сердцем прост, он нежен был душою —Но в мире он минутный странник был;Едва расцвел – и жизнь уж разлюбил;И ждал конца с волненьем и тоскою;И рано встретил он конец,Заснул желанным сном могилы…Твой век был миг, но миг унылый,Бедный певец!Он дружбу пел, дав другу нежну руку, —Но верный друг во цвете лет угас;Он пел любовь – но был печален глас;Увы! он знал любви одну лишь муку;Tеперь всему, всему конец;Твоя душа покой вкусила,Ты спишь; тиха твоя могила,Бедный певец!Здесь у ручья вечернею порою,Прощальну песнь он заунывно пел:«О красный мир, где я вотще расцвелПрости навек: с обманутой душоюЯ счастья ждал – мечтам конец;Погибло все, умолкни, лира;Скорей, скорей в обитель мира,Бедный певец!Что жизнь, когда в ней нет очарованья?Блаженство знать, к нему лететь душой,Но пропасть зреть меж ним и меж собой;Желать всяк час и трепетать желанья…О пристань горестных сердец,Могила, вечный путь к покою,Когда же будет взят тобоюБедный певец!»И нет певца… его не слышно лиры…Его следы исчезли в сих местах;И скорбно все в долине, на холмах;И все молчит… лишь тихие зефиры,Колебля вянущий венец,Порою веют над могилой,И лира вторит им уныло:Бедный певец!1811Пловец
Вихрем бедствия гонимый,Без кормила и весла,В океан неисходимыйБуря челн мой занесла.В тучах звездочка светилась;«Не скрывался!» – я взывал;Непреклонная сокрылась;Якорь был – и тот пропал.Все оделось черной мглою;Всколыхалися валы;Бездны в мраке предо мною;Вкруг ужасные скалы.«Нет надежды на спасенье!» —Я роптал, уныв душой…О безумец! ПровиденьеБыло тайный кормщик твой.Невидимою рукою,Сквозь режущие валы,Сквозь одеты бездны мглоюИ грозящие скалы,Мощный вел меня хранитель.Вдруг – все тихо! мрак исчез;Вижу райскую обитель…В ней трех ангелов небес…О спаситель-провиденье!Скорбный ропот мой утих;На коленах, в восхищенье,Я смотрю на образ их.О! кто прелесть их опишет?Кто их силу над душой?Все окрест их небом дышитИ невинностью святой.Неиспытанная радость —Ими жить, для них дышать;Их речей, их взоров сладостьВ душу, в сердце принимать.О судьба! одно желанье:Дай все блага им вкусить;Пусть им радость – мне страданье;Но… не дай их пережить.Июль (?) 1812Мечты
Песня
Зачем так рано изменила?С мечтами, радостью, тоской,Куда полет свой устремила?Неумолимая, постой!О дней моих весна златая,Постой… тебе возврата нет…Летит, молитве не внимая;И все за ней помчалось вслед.О! где ты, луч, путеводительВеселых юношеских дней?Где ты, надежда, обольстительНеопытной души моей?Уж нет ее, сей веры милойК твореньям пламенной мечты…Добыча истине унылойПризраков прежних красоты.Как древле рук своих созданьеБоготворил Пигмалион —И мрамор внял любви стенанье,И мертвый был одушевлен —Так пламенно объята мноюПрирода хладная была;И, полная моей душою,Она подвиглась, ожила.И, юноши деля желанье,Немая обрела язык:Мне отвечала на лобзанье,И сердца глас в нее проник.Тогда и древо жизнь прияло,И чувство ощутил ручей,И мертвое отзывом сталоПылающей души моей.И неестественным стремленьемВесь мир в мою теснился грудь;Картиной, звуком, выраженьемВо все я жизнь хотел вдохнуть.И в нежном семени сокрытойСколь пышным мне казался свет…Но ах! сколь мало в нем развито!И малое – сколь бедный цвет.Как бодро, следом за мечтоюВолшебным очарован сном,Забот не связанный уздою,Я жизни полетел путем.Желанье было – исполненье;Успех отвагу пламенил:Ни высота, ни отдаленьеНе ужасали смелых крыл.И быстро жизни колесницаСтезею младости текла;Ее воздушная станицаВеселых призраков влекла:(Любовь) с прелестными дарами,С алмазным (Счастие) ключом,И (Слава) с звездными венцами,И с ярким (Истина) лучом.Но ах!.. еще с полудороги,Наскучив резвою игрой,Вожди отстали быстроноги…За роем вслед умчался рой.Украдкой (Счастие) сокрылось;Изменой (Знание) ушло;Сомненья тучей обложилосьСвященной (Истины) чело.Я зрел, как дерзкою рукоюПрезренный славу похищал;И быстро с быстрою весноюПрелестный цвет (Любви) увял.И все пустынно, тихо сталоОкрест меня и предо мной!Едва (Надежды) лишь сиялоСветило над моей тропой.Но кто ж из сей толпы крылатойОдин с любовью мне вослед,Мой до могилы провожатый,Участник радостей и бед?..Ты, уз житейских облегчитель,В душевном мраке милый свет,Ты, (Дружба), сердца исцелитель,Мой добрый гений с юных лет.И ты, товарищ мой любимый,Души хранитель, как она,Друг верный, (Труд) неутомимый,Кому святая власть дана:Всегда творить, не разрушая,Мирить печального с судьбойИ, силу в сердце водворяя,Беречь в нем ясность и покой.1812Элизиум
Песня
Роща, где, податель мира,Добрый Гений смерти спит,Где румяный блеск эфираС тенью зыбких сеней слит,Где источника журчанье,Как далекий отзыв лир,Где печаль, забыв роптанье,Обретает сладкий мир:С тайным трепетом, смятенна,В упоении богов,Для бессмертья возрожденна,Сбросив пепельный покров,Входит в сумрак твой Психея;Неприкованна к земле,Юной жизнью пламенея,Развила она криле.Полетела в тихом свете,С обновленною красой,В дол туманный, к тайной Лете;Мнилось, легкою рукойГений влек ее незримый;Видит мирные луга;Видит Летою кропимыОчарованны брега.В ней надежда, ожиданье;Наклонилася к водам,Усмиряющим страданье…Лик простерся по струям;Так безоблачен играетВ море месяц молодой:Так в источнике сверкаетФакел Геспера златой.Лишь фиал воды забвеньяПоднесла к устам она —Дней минувших привиденьяСкрылись легкой тенью сна.Заблистала, полетелаК очарованным холмам,Где журчат, как Филомела,Светлы воды по цветам.Все в торжественном молчанье.Притаились ветерки;Лавров стихло трепетанье;Спят на розах мотыльки.Так молчало все творенье —Море, воздух, берег дик —Зря пенистых вод рожденье,Анадиомены лик.Всюду яркий блеск Авроры.Никогда такой красойНе сияли рощи, горы,Обновленные весной.Мирты с зыбкими листамиТонут в пурпурных лучах;Розы светлыми звездамиОтразилися в водах.Так волшебный луч СеленыВ лес Карийский проникал,Где, ловитвой утомленный,Сладко друг Дианы спал;Как струи ленивой ропот,Как воздушной арфы звон,Разливался в лесе шопот:Пробудись, Эндимион!Апрель 1812Узник к мотыльку, влетевшему в его темницу
Откуда ты, эфира житель?Скажи, нежданный гость небес,Какой зефир тебя занесВ мою печальную обитель?Увы! денницы милый светДо сводов сих не достигает;В сей бездне ужас обитает;Веселья здесь и следу нет.Сколь сладостно твое явленье!Знать, милый гость мой, с высотыСтрадальца вздох услышал ты —Тебя примчало сожаленье;Увы! убитая тоскойДуша весь мир в тебе узрела,Надежда ясная влетелаВ темницу к узнику с тобой.Скажи ж, любимый друг природы,Все те же ль неба красоты?По-прежнему ль в лугах цветы?Душисты ль рощи? ясны ль воды?По-прежнему ль в тиши ночнойПоет дубравная певица?Увы! скажи мне, где денница?Скажи, что сделалось с весной?Дай весть услышать о свободе;Слыхал ли песнь ее в горах?Ее видал ли на лугахВ одушевленном хороводе?Ах! зрел ли милую страну,Где я был счастлив в прежни годы?Все та же ль там краса природы?Все так ли там, как в старину?Весна сих сводов не видала:Ты не найдешь на них цветка;На них затворников рукаСтраданий повесть начертала!Не долетает к сим стенамЗефира легкое дыханье:Ты внемлешь здесь одно стенанье;Ты здесь порхаешь по цепям.Лети ж, лети к свободе в поле;Оставь сей бездны глубину;Спеши прожить твою весну —Другой весны не будет боле;Спеши, творения краса!Тебя зовут луга шелковы:Там прихоти – твои оковы;Твоя темница – небеса.Будь весел, гость мой легкокрылый,Резвяся в поле по цветам…Быть может, двух младенцев тамТы встретишь с матерью унылой.Ах, если б мог ты усладитьИх муку радости словами;Сказать: он жив! он дышит вами!Но… ты не можешь говорить.Увы! хоть крыльями златымиМоих младенцев ты прельсти;По травке тихо полети,Как бы хотел быть пойман ими;Тебе помчатся вслед они,Добычи милыя желая;Ты их, с цветка на цвет порхая,К моей темнице примани.Забав их зритель равнодушный,Пойдет за ними вслед их мать —Ты будешь путь их услаждатьСвоею резвостью воздушной.Любовь их – мой последний щит:Они страдальцу провиденье;Сирот священное моленьеТюремных стражей победит.Падут железные затворы —Детей, супругу, небеса,Родимый край, холмы, лесаОпять мои увидят взоры…Но что?… я цепью загремел;Сокрылся призрак-обольститель…Вспорхнул эфирный посетитель…Постой!.. но он уж улетел.Начало 1813