Любовные игры и сказки любви
- -
- 100%
- +
Жизнь дана, чтобы плоть не скучала,
Чтобы страсть не сходила с лица.
У любви я не видел начала
И уже не увижу конца…
© Евгений Журавлев, 2019
ISBN 978-5-4496-6010-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Об авторе
Евгений Журавлев родился в 1958 году в городе Котлас Архангельской области, а умер в 2018 году. Остались рукописи его стихов, посвящённых самым разным женщинам, жизни и смерти. Его стихи пронзительно эмоциональны, чувственны, музыкальны и очень кинематографичны.
Евгений закончил ВГИК – Всесоюзный государственный институт кинематографии и многие годы работал организатором кинопроизводства в творческом объединении «Экран». В 90-е годы создал Творческий центр «Манёвр», который занимался производством рекламных роликов и документальных фильмов.
Кино – это ещё одна большая любовь Евгения, как и поэзия, как женщина. Он был настолько увлечён творчеством и любовью, что не заметил как сердце стало давать сбой. Совсем как в его стихах… Он очень хотел, чтобы его стихи были прочитаны, нашли отклик в сердцах других. И я думаю, что так и произойдёт. И следующими будут изданы его другие сборники – «Не знаю, как её назвать», «Моё кино» и «24 кадра в секунду» – стихи, написанные незадолго до смерти, которую он предчувствовал, но о которой он совсем не хотел думать.
Лариса Тактаева (вдова)Любовные игры
Любовь на полу
Один поцелуй,А следом – второй;Любовь на полуКазалась игрой.Ещё поцелуйИ слились тела;Любовь на полуМеня увлекла.Какой поцелуй?Потерян им счёт…Любви на полуХотелось ещё.Опять поцелуй,Слияние тел;Любви на полуЯ уже не хотел.Я твой поцелуйЕдва пригубил;Любовь на полуСреди сора забыл.«Темнота её подъезда…»
Темнота её подъезда…Зимних сумерек тоска…Я нашёл губами место,То, которое искал.Отгоняя скуку буден,Как и тысячи мужчин,Тискал я тугие грудиКак послушный пластилин.Среди кухонного чадаИз-под запертых дверей,Моя плоть, казалось, радаВстрече с кожею твоей.Храбр от первой рюмки водки,Что глотнул в кругу ребят,Я дешёвые колготкиМолча стягивал с тебя.В темноте, что было дальше,Я не вспомню до сих пор;Знаю: было всё без фальши.Только юность и задор.Из квартиры кто-то вышел…Жаль, на нашем этаже;Мы метнулись словно мыши,Чтоб не встретиться уже.Маски
Рот свой густо намажешь помадой,Тени около глаз наведёшь,Красоте нарисованной рада,Ты на грязную улицу рядомПродавать свою маску пойдёшь.Извергая фальшивые стоны,Неестественно часто дыша,Глаз ничьих не увидишь влюблённых,И в полученных мятых «зелёных»Для души не найдётся гроша.Будет бить тебя маленький Хачик,И ломать деревенский Иван.Вспомнишь ты с истерическим плачемКак влюблённый веснушчатый мальчикИ без грима тебя целовал.Смыв с лица безобразные маски,Бросив в урну для губ карандаш,На бульвар, словно фея из сказки,Ты войдёшь. Только чистые глазкиЗдесь за ломаный грош не продашь.«Эта надпись на заборе…»
Эта надпись на забореНе даёт покоя мне,Вновь её увидел вскореВ нашем доме, на стене.Среди множества ругательствЯ нашёл слова свои;В них одно из доказательствЧеловеческой любви.Ни рисунки гениталий,Ни короткие словаЭтих слов не оскверняли,Были просто как канва.Посреди словечек гнусных,На поверхности стены,Мне казалось, так искусноТе слова нанесены.Но приходит время истин:Мастер выпишет наряд,И маляр посредством кистиОхрою замажет мат.От малярной кисти стеныСтанут словно чистый лист,Только слов моих нетленныхНе коснётся эта кисть.И среди блестящей краски,Веселя глаза свои,Я читаю как из сказкиЛишь три слова о любви!Крановщик
Мы распили литр перцовки,Согреваясь средь зимы,И на старенькой спецовке,В покосившейся бытовкеЗанялись любовью мы.Капли мелкие раствораНа лице и на руках…Вспомнил я как у забора,Торопясь, без разговора,Целовал тебя впотьмах.Отбиваясь, полной кистьюТы мазнула по руке.Я – нормальный, я – не мистик,Но никак мне не отчиститьЭтот след на пиджаке.И моя душа запалаНа тебя, и с этих порПлоть моя тебя искалаТам, где кисть твоя махала,Где готовился раствор.И когда от водки с перцемКровь вдруг стала горяча,Я к тебе с открытым сердцем,Притворив у печки дверцу,Повалился на топчан.Ты кричала «майна», «вира»,Я пахал крановщиком;Без поддержки бригадираМы застроили полмираС недоделками притом.Мы любовные проделкиИ не думали кончать,Но мешают недоделки:Брак и в кладке, и в побелке,Недостаток кирпича.Поменял я в корне вкусы:Хватит шляться дураком!И пошёл с утра на курсы,Чтоб среди юнцов безусыхЛучшим стать крановщиком.«Мы с тобою свободные люди…»
Мы с тобою свободные люди:Без фамилий и без паспортов.Мы увидим друг друга и будемГолосить словно пара котов.Ты причудливо пахнешь мочою,Материшься изысканно вслух;Наш союз освещает свечоюНе святой, но божественный дух.Оба только в лохмотья одеты.Дом картонный стоит на ветру,Но твоей пьяной лаской согретый,Я, счастливый, проснусь поутру.Прошлый день на помойке в журналеМы глядели на голых девиц;Как их бедных размалевали:Не рассмотришь как следует лиц.Каждый их, если хочет, разденетДа ещё оскорбить норовит.Отдаются они ради денег,Ты целуешь меня по любви.Вот весна талым снегом заплачет,Ива зазеленеет в лесу,Я со свалки букет мать-и-мачехДля любимой моей принесу.«Ты прописана в центре столицы…»
Ты прописана в центре столицы,У тебя дорогое авто;Как же ты умудрилась влюбиться(Как зовут твои «предки») в «ничто»?Парень твой и угрюм, и неловок,И не выше тебя по уму,Но под градом смешков и издёвокКрепко ты прикипела к нему.Парень твой из рабочего класса,Голодранец и просто юнец.Он – та самая серая масса,Над которой стоит твой отец.Но тебе нет до этого дела,Ведь любви не нужны тормоза.Ты ведёшь себя дерзко и смелоИ опасности смотришь в глаза.Но, когда побываешь ты в мире,Где он вырос, в котором живёт,В его тесной и грязной квартире,Совершишь ты крутой разворот.Это вас отдалит, а не сблизит,В бардачке ты найдешь порошок;Упадут из глаз капельки слизи…Ведь тебе, в твоей кукольной жизни,И одной без него хорошо.Солдатский сон
Спят солдаты в объятьях казарм.Аккуратно разложены вещи.Сон их, общий огромный плацдарм,Подготовлен для высадки женщин.Спят солдаты, устав от войны,От крутых командирских затрещин.Снятся им коллективные сныПро красивых, податливых женщин.Спят солдаты, разбиты трудом;Видят сон они, вечный и вещий,Что встречает за пьяным столомИх ватага бессовестных женщин.Спят солдаты, смертельно устав,Но без устали сердце трепещет.Им не снится ни мать, ни устав,Только плоть обнажённая женщин.Белое платьице
В мыслях – сумятица,Груди набухли…Белое платьице,Белые туфли.Были приятелиТолько снаружи:Парня объятияГолову кружат.Вечер за стёклами…Умерли люди…Лифчик расстёгнут иСкомканы груди.Стоит ли каяться?Свечи потухли…Скинуто платьице,Сброшены туфли.Шёпоты страстные,Это – серьёзно.На белом – красное,Радости слёзы.Мой друг планшетник
Вновь я свой загружаю планшетникИ ищу, и ищу, и ищу…Что смутился в тот вечер последний,Никогда я себе не прощу.Хоть прошейте, хоть перепрошейте,Не забыть голубые глаза!Вижу я на знакомом планшетеНезнакомые мне адреса.Как же я упустил этим летомГолубые, как небо, глаза?Будем мы с моим другом планшетомВ безысходной тоске зависать.Прошвырнуться не тянет из дома.Будто мышка скребёт на душе…Но найдёт наших общих знакомыхМой надёжный приятель – планшет.Не останусь в квартире я киснуть:Я узнать её адрес хочу,Но глаза её встретив, зависнуИ опять, как тогда, промолчу.Электронная любовь
Ты писать мне стала чаще,Видно, нравится самой.Я открыл почтовый ящик —Электронное письмо.Мне не надо ехать в Химки,Чтоб в глаза твои взглянуть;Тут, в письме, такие снимки,От которых не уснуть!Раньше на тебя в обидеБыл за то, что писем ждёшь,А теперь ты в голом видеФайлом вложенным придёшь.Здесь никто письмо не стащит,И не вскроет почтальон,И хранит почтовый ящикЭтих писем миллион.Но не в силах чёрный пластикИ включённый мониторПередать порыва страсти,Буйной юности задор.И тогда, забыв про снимки,Бросив кликать и качать,Я к тебе приеду в Химки,Чтоб увидеть и обнять!Счастливое число
Пролетело насекомое,Что за вид – не различить,А за ним моя знакомаяПобежала во всю прыть.А за ней в одних подштанниках,Спотыкаясь и скользя,С видом глупого ботаникаПобежал по лугу я.Моё дело – математика!Рассчитал минуты я:На костюме твоём бантикиРазвязал – и ты моя!И поляны земляничныеРастеряли урожай:Наши крики истеричныеИх заставили дрожать.И едва с тобой знакомые,Мы вступили в симбиоз,Цепко ты как насекомоеВпилась в плоть мою до слёз.Моё дело – математика!Поцелуев точный счёт.И с улыбкою фанатикаТы шепнула мне: «Ещё…»Улетело насекомое,Нас с тобою понесло…Может, ты моё искомоеИ счастливое число?«Ты любовью моею ошпарена…»
Л.Т.
Ты любовью моею ошпарена.Только раз умудрился раздеть.Только ночь была мною подарена,А ожоги той ночи везде.Я шептал тебе речи любовные,Как горяч был их бурный поток,И кусала ты губы бескровные,Остро чувствуя слов кипяток.А когда смелой лаской и нежностьюЯ обжёг твою плоть, то тогда,Примирилась ты с той неизбежностью,Что придётся любить и страдать.Ты любовью моею ошпарена,Сколько за ночь в тебе перемен:И уже не Татьяна ты Ларина,А кипящая страстью Кармен.«Мы не гуляем при луне…»
Л.Т.
Мы не гуляем при лунеСреди пустых аллей.Ты задохнулась на спинеПод тяжестью моей.Мы не танцуем на балуПод слаженный оркестр.Тебя я тискаю в углуУже второй семестр.Не говорим под сенью липМы о любви святой.Под музыки попсовой хрипМы пиво пьём с тобой.Ты – не принцесса, я – не принц,Не ровня королю.Но искреннее этих лицМы говорим: «Люблю».«Ночь. Москва начинает стихать…»
Л.Т.
Ночь. Москва начинает стихать,Но не спится мне, даже не дремлется;Из меня яркой лентой стихаДушу тянет подружка – изменница.У подружки румянец не сходит с щеки,У подружки растрёпаны волосы,И желанья мои – молодые щенки —Лают нечеловеческим голосом.И становится жизни желанней она,И оно происходит – соитие.Проливается, может быть, строчка одна,Но в ней нового слова открытие.Белой бабочкой сон начинает порхатьНад моей головой утомлённою,И вплетаю я яркую ленту стихаВ её кудри рукою влюблённою.«Мы с тобой студенты ВГИКа…»
Л.Т.
Мы с тобой студенты ВГИКа,Оба молоды с тобой;И постель белеет книгойПо науке половой.Ставим мы оценки сами,Строже, чем профессор, я;Ночью ты сдаёшь экзаменЛучше, чем при свете дня.Что нам Вайсфельд или Гребнев!Тут Феллини даже глуп.Нам понятней, чем учебник,Милый шёпот мягких губ.Мы с тобой сбегаем с лекций,Ты боишься одного:Как бы не схватить инфекцийОт предмета моего.Вновь усов небритых щёткиКолют кожу щёк твоих;Наши баллы не в зачётке —Между наших ног нагих.«Я всю ночь читал стихи…»
Л.Т.
Я всю ночь читал стихи,Чередуя их с любовью.Сколько я ещё такихК новой ночи изготовлю.Сколько скопится во мнеК новой ночи свежей влаги,Но истрачу всё вдвойнеИ в тебе, и на бумаге.Стану я читать стихиИ любить тебя ночами;И разгул моих стихийБудет снова нескончаем.«Мы влюбляемся в юности быстро…»
Л.Т.
Мы влюбляемся в юности быстро:Чуть толкни или ласково тронь —Растечётся бензина канистра,Чиркни спичкой – и вспыхнет огонь.Разгорится несмелое пламя,Кто-то крикнет в испуге: «Пожар!»Побегут к тебе люди с баграмиНаносить за ударом удар.Кто-то сунется с заспанной рожей,Кто-то сдёрнет одежду с души,И какой-то случайный прохожийМой огонь будет бойко тушить.Будут грязными лапать руками,Сапогами затопчут огни…Будет ветер, играя дымами,Ворошить головешки одни.«Ты – порождение земли…»
Л.Т.
Ты – порождение земли,А не создание фантазии;Следы ступней твоих в пылиЦелую в бешеном экстазе я.Ты – бесконечная играУлыбок, грусти, страсти скомканной;Ты не такая, как вчера,И завтра будешь незнакомкою.«Тронуть женское сердце…»
Л.Т.
Тронуть женское сердце,Что на свете дороже?Мне бы только согретьсяТвоей жаркою кожей.Тронуть женское сердце,Разорваться на части;Не успев наглядеться,Задохнуться от счастья…Сновидение женщины
Л.Т.
Каждый вечер, засыпая,Ты под шёлковым бельёмВидишь дикого сипаяС окровавленным копьём.Ты, уже который месяц,Просыпаешься и в крик:Изувер – красноармеецВ твою грудь вонзает штык.Постоянно ночью снится:Кто – то силою раздел,И казак ведёт станицейТебя голой на расстрел.Ряд кошмаров нескончаем,Вновь трагический сюжет:Страшный воинский начальникВ тебя тычет пистолет.Слышишь ты внезапный выстрел,Лёжа тихо на спине,И всем телом быстро-быстроСодрогаешься во сне.С содроганьем просыпаясь,Видишь смутно как в бреду:Турки, казаки, сипаиЗахватили твой редут.Вся дрожа, но без боязни,Разметавшись, ты лежишь,И, желая лютой казни,Просыпаться не спешишь.«Будешь ты мне загадкою вечною…»
Л.Т.
Будешь ты мне загадкою вечною.Я притронусь к тебе как к огню,И возьму тебя в пору беспечную:Семя жизни в тебя уроню.Ты останешься тайной безмерною,Не понять мне твою красоту,Я врасту в тебя собственной спермою,Через ткани твои прорасту.—Как бы ни был я пылок в постели,Как в тебя глубоко не врастай,Ни одной не узнать мне на делеИз твоих соблазнительных тайн.«В нашем общем оргазме…»
Л.Т.
В нашем общем оргазменет взаимной любви,Только чёрный, слепящий,пугающий космос,Слышу только безумные вскрики твои,Вижу чёрных волос шевелящихся космы.В дрожь бросает меня этот дикий оргазм,Вызывая безумное, злое веселье,Словно солнечный свет надпланетой погас,И исчезли народы, правители, семьи.Подо мной белым саваном наша постель,Подо мной твоя плоть яркойкапелькой яда…Чёрной ночью меня повели на расстрел,И душа моя смерти мучительно рада.Я тебя уже отцеловал
Л.Т.
Сердце бьётся, стучит неустанно,Я тебя уже отцеловал.Я с тобою в счастливейших странахЭтой ночью вдвоём побывал.Сердце бьётся, стучит неустанно,Мы уже отшептали «люблю».В необъятных морях – океанахТесно плыть моему кораблю.Сердце бьётся, стучит неустанно,Отдых дав и рукам, и губам,Я покину открытые страныИ отправлюсь к другим берегам.«В пиве плавает муха…»
В пиве плавает муха,Пахнет вобла не очень;Ты сказала мне глухо:«Я не занята ночью».Улыбалась ты хитро,Ёжа плечи нагие,И тебя за поллитраЦеловали другие.Ты смеялась развязно,Зубы мелкие скаля;Ты, должно быть, заразна,Подзаборная краля.Не пилось и не елось…Засыпала столица…Целовать не хотелось,А хотелось мочиться.Ты ушла поздно ночью:Сторговалась, наверно.Пахнет вобла не очень…Пиво тёплое скверно…Кружки звякнули громко,Тьму наполнив ночную;Это ты – Незнакомка —Приходила в пивную.Утренний чай
Л.Т.
Мы встречаемся утром за чаем.Я вдыхаю и твой аромат;Наш любовный союз не случаен,Но тому, что случилось, я рад.Мы встречаемся утром за чаем,Вспоминая минувшую ночь,Мы смущаемся только в начале,Но продолжить, что было, не прочь.Мы встречаемся утром за чаем,Влагу жгучую радостно пьём;Мы с тобою не замечаем,Что уже мы давно не вдвоём.Мы встречаемся утром за чаем,Но расходятся наши пути;Мы ещё друг без друга скучаемИ друг друга стремимся найти.Я пока ещё твой, я не бывший.Студит чай в наших чашках апрель…И мы тянем напиток остывший,Забывая про нашу постель.Другой
Л.Т.
Прикоснусь я горячим лицомК чуть дрожащим прохладным коленям.Мы друг друга поспешно разденем,В этот вечер я стану отцом.Будет зреть человеческий плод,Занимая всё больше пространства;Запретит нам куренье и пьянство,И отнимет у сердца тепло.А когда отчуждения северЗаморозит остывшую кровь,Вновь в глазах твоих вспыхнет любовь…Не ко мне.., а к тому, кто во чреве.Детские игры
В детстве мы играли в кубики,Вместе строили дворцы;А теперь для женской публикиМы и боги, и творцы.Раньше строили непрочныеЗамки мы в кругу ребят,А теперь формуем точныеКсерокопии с себя.В детстве я возился с Машею,А теперь …лишь взмах жезла,И она вдруг волей нашеюПлод чудесный понесла.Развлекали нас игрушками…Детским шалостям конец.И играем мы с подружкамиНа любовный интерес.«Каждый день очень важные новости…»
Е.К.
Каждый день очень важные новости,Что назавтра смешны и пусты,Лишь твои белокурые волосыНеизменно светлы и чисты.Дня такого не вспомню я длинного:День, как старый калека, ползёт.Не идёт, не идёт Константинова.Видно, толстый готовит отчёт.Видно, где-то она – в бухгалтерии —В белокуром потоке волос;И сижу я в одном лишь уверенный,Что меня она водит за нос.Выдыхается наше шампанское…И пусть сильно в неё я влюблён,Этой выходкою хулиганскоюДо сердечных глубин возмущён.Но едва ты появишься в комнате,Сердце полно восторгов и слёз.Не в шампанском тону я, а в омутеЗолотисто-игристых волос.Бессонница
Е.К.
Нет тебя… Со мной моя бессонница,От неё дуреет голова;Рядом моя прежняя любовница,Шепчущая нежные слова.Я лежу, постелью давит твёрдоюРану мне, и я хочу послатьЧёрным танком с тупорылой мордоюБоль свою – твой сладкий сон прервать.Боль моя железным лязгом гусениц,Светом фар, безумною пальбойС сумасшедшей яростью покуситсяНа твой сон и твой ночной покой.И тебе, моей тоской разбуженной,В темноте привидится точь в точь:Чёрный танк стоит обезоруженный,Белый флаг выбрасывая в ночь.«Переворачивает страсть…»
Л.Т.
Переворачивает страсть,Вывёртывает всё наружу.Приду домой и обнаружу:Осуществила обыск власть.Толпа страстей как операВорвалась в душное жилище,Замков не стала отпирать,Взломала, скомкав ордера,Тайник души, оставив нищим.Из – под стола и половиц,Из кладки многолетних зданийИзъяла тысячи страницЛюбовных писем и признаний.Бесстыдно чувства вороша,Их тоже приобщили к делу,Была обыскана душаИ доскональнее, чем тело.Отбила крылья у мечты,Сломала кукол суеверий.Когда ко мне явилась ты,Нашла незапертыми двери.Смела окурки папирос,Сварила впрок кастрюлю супа…Ещё не гонит на морозСтрастей грядущих опергруппа.Ворвётся в дом страстей толпа,Тебя погонит в ночь, наружу,И страсти примутся топтатьМою измученную душу.«Сердце бьётся, как маленький кролик…»
Е.К.
Сердце бьётся, как маленький кролик,В паутину попавший силка.Мы играем различные роли:Жертву – я, ты играешь стрелка.Всё моею забрызгано кровью,Но вины за тобой не найдёшь.Ведь известно: при выстреле дробьюНеизвестно в кого попадёшь.Я не стану зализывать рану,Что твоя нанесла мне рука…Пусть погибну, но всё – таки встануПод свистящую пулю стрелка.«Ты меня не целуй губами…»
Л.Т.
Ты меня не целуй губами:Всё равно я не верю в рай;Поступай как положено даме:Сердцем словно мячом играй.Я давно ничему не верю,Но каприз твой смогу понять;Даже если ты хлопнешь дверью,Я открою её опять.Мы, мужчины, виновны сами,Что не можем так мило врать;Я целую других губами:И считаю, что это – рай.Пробуждение
Л.Т.
Я проснулся сегодня счастливый:Видел ту, кого долго искал;Это выдал мой взгляд похотливый,Это выдал мой волчий оскал.Я имел её так, как я в жизниНикогда бы её не имел;Лишь боялся, что кровь моя брызнетИз разбухших пещеристых тел.И она мне приснилась такою,Какой в жизни её не видал;Лишь боялся: глаза я открою —Сон уйдёт как сквозь пальцы вода.Было всё, но никак в этой жизни.Я проснулся… Во мне пустота.На одной со мной простыни киснетИли та, или вовсе не та?«Гудит пчела – разбужена весной…»
Е.К.
Гудит пчела – разбужена весной,И липок лист, и жарко солнцу в небе;И душу мне расчёсывает гребеньВеликой радости – небесной и земной.В природе всё разбужено веснойИ одного мне только не хватает:Тебя! Тебя! Ведь всё кругом тобойИ говорит, и дышит, и летает.«Среди баб в электричке можайской…»
Е.К.
Среди баб в электричке можайской,Среди глупых и заспанных мордЯ увидел улыбкою майскойИ любовью очерченный рот.Поезд наш миновал Одинцово,Мимо мчались составы, трубя.Я смотрел на румянец пунцовый,Что хмелел на щеках у тебя.Запах пота горячий и острыйВсе сильнее вагон наполнял;Я забылся, лишь тонкие ноздриЯ в восторге немом созерцал.Всё кружилось в неистовом танцеИ в безудержном вихре любви;Запускал я незримые пальцыВ розоватые пряди твои.Разум вдруг потеряв и понятье:Где я? Что я? Безумный вопрос!Я срывал с тебя лёгкое платьеПод железную пляску колёс.Поезд мчался всё дальше и дальше…Впереди показался вокзал…Ты сошла… Не заметила даже,Как сейчас я тобой обладал.Губы капризные
Е.К.
Я люблю эти губы капризные,Просто губы… Без вздохов и слов.Твои губы как будто обрызганыПервой влагой весенних цветов.Я люблю эти мелкие трещины,Что поверхность губы бороздят;Мне в них буйная нежность мерещится,От которой молчат и кричат.Я люблю твои губы капризные,Просто губы… Без вздохов и слов.Я целую их жадно… ОбрызганныйВлагой сорванных ветром цветов.Гроза
Л.Т.
Гроза… Закрыты плотно окнаГлухими ставнями твои,И ветер пыльные волокнаВплетает в волосы мои.Грозой грядущей увлечённый,Стою и жадно жду дождя.Окном закрытым разлучённыйС тобой, красивая моя.Дождинки первые упали,Дыханье ветер затаил,И звонко стёкла задрожали:Как будто кто – то их разбил.И я моей грозой разбужен,Обрызган ею, освежён,Любуюсь радугою в луже,Не видя радуги окон…Играет солнца каждый локон,Цветут под радугой ручьи;Не вижу я раскрытых окон,Отдавшись грозовой любви.«Я не жил в твоём Коломенском…»
Е.К.
Я не жил в твоём Коломенском,Но теперь, как на поклон,Сердце рвётся, сердце ломитсяВ твой родной микрорайон.Место древнее, музейное…Но влечёт одно всего:В этом воздухе рассеянныйЗапах тела твоего.Тротуар кругом заплёванный,Всюду люди, вечно гам,Но хожу я как прикованныйК этим людям и домам.Все мечты мои сбываются:Ты – во всём, и всё – моё;Даже окна зажигаются,Имя высветив твоё.Оборванный разговор
Е.К.
В телефонной слышу трубкеТвой манящий голосок,И вбирает эти звукиСловно губка мой висок.Говоришь – обжечь рискуешь,Хоть и голос твой далёк.Через трубку ты целуешьКаждой фразою в висок.Слово за слово… Не знаю,Что сказать, но говорю;Трубки талию сжимаюТочно талию твою.Я целуюсь с целым миром…И с тобою… Интервал…Будто клоун с балансиромШёл и провод оборвал.«До свиданья». Частый зуммерРану в сердце бередит.Ты не бойся. Я не умер.Сердце замерло в груди.«Ты меня совсем никак не кличешь…»
Е.К.
Ты меня совсем никак не кличешь.Каждый раз завидую я псуВо дворе твоём, когда ты тычешьВ нос ему простую колбасу.И с улыбкой говоришь: «Барбосик!»Вмиг собака задирает нос:Зверь, как видно, очень гордо носитКличку немудрящую Барбос.Каждый день от этих раздраженийДушу обволакивает грусть,Если звать меня не станешь Женей,Я тогда Барбосом назовусь.И тогда, когда кормить собакуКолбасой варёной ты начнёшь,Я при звуках клички стану плакать,Думая, что ты меня зовёшь.Я живу на износ
Е.К.
Неужели так можно влюбиться?Не даёт мне покоя вопрос.И опять моё сердце стучитсяДля тебя на износ, на износ.Я влюбился безумно как в первый,В первый раз. Я всю душу принёс,И мои надрываются нервыДля тебя на износ, на износ.Я боюсь даже тени разлуки:Я влюблён не на час, а всерьёз,И любя, мои трудятся рукиДля тебя на износ, на износ.Ничего мне не жалко, не стыдноНи за что в этом омуте грёз;Я влюблён – это жребий завидный…Для тебя я живу на износ.Прикосновение
Л.Т.
Мы коснулись друг друга в метро,Возбудило нас это касание;Я почувствовал чьё – то бедроКак интимных услуг оказание.Мы коснулись друг друга в метро,Изменило нас это касание;Словно властное чьё – то пероЗачеркнуло судьбы расписание.Мы коснулись друг друга в метро,Сбило с толку нас это касание;Перепутались жизни хитро:Поцелуи, объятья, признания.Мы коснулись друг друга в метро,Подхватило нас это касание,И порывом подземных ветровНам любовь принесло в наказание.Обращение к сыну
Ты ещё не нюхал пороха,Страстных женщин не встречал,От дыханья и от шороха,От лобзанья не кончал.Ты ещё не нюхал порохаИ не можешь рассказать,Как любовь несчастий ворохомЗасыпает по глаза.Ты ещё не нюхал пороха;На свой ласковый приветТы боишься больше МолохаОскорбительного «Нет».Ты ещё не нюхал пороха;На грозу, дрожа, идёшь,И любви, как молний сполоха,И боишься ты, и ждёшь..Ты ещё не нюхал пороха;Угадать судьбу нельзя:То ли ты кого-то обухом,То ли обухом тебя.Ты ещё не нюхал пороха,Но любовью весь пропах.Будешь ты без сна и отдыхаВоевать в её рядах.