Загадка для Кощея

Сегодня утром в меня влетела сказка. Вернее – мужчина в короне на своем дорогущем авто.

Потом я познакомилась с Муромцем (Алексеем, но он правда богатырь) и Ягой (не Бабой, она не любит, когда ее так называют).

Они утверждают, что я тоже ненормальная. В смысле, не человек. А кто именно – надо обязательно выяснить.

Поможет мне в этом сам Кощей, и, кажется, я действительно не от мира сего, раз во все это влезла.

1. Столкновение

Утро по дороге на работу было испорчено мерзким скрежетом металла.

Слева бок моего авто нагло притирал какой-то лихач, выскочивший буквально из ниоткуда.

Вскрикнув, я вцепилась в руль и на автомате вильнула вправо. Скрежет повторился – теперь диски терлись о бордюр. Надеюсь, только диски, а не весь низ…

Припарковавшись в небольшом кармане, я включила аварийку, стараясь не нервничать. Только недавно купила машину. Да, старенькую, подержанную, но свою! Сократив путь от дома до работы и сделав его комфортным в одиночестве салона под любимую музыку.

Новенький серебристый «Мерседес» хищной акулой остановился позади меня. Я оценила дорогущую машину в зеркальце заднего вида.

«Владелец такой сожрет – и не подавится», – подумалось с испугом.

Хотя чего я боюсь? Я ехала в своем ряду, ничего не нарушала. Это «Мерседес» опасно маневрировал между рядами и доманеврировался.

Я решительно вылезла из машины, едва не застонав – по всему левому боку тянулись глубокие царапины! И это я еще правый бок не видела, страшно узнать: там все-таки только диски пострадали или низ кузова тоже? Бордюр-то вдоль дороги тянулся высокий.

Дверь «Мерседеса» плавно отворилась, и я уже рот открыла, чтобы отстаивать свои права, но слова застряли в горле, а челюсть упала еще ниже.

Из машины вышел молодой мужчина, чуть старше меня, лет двадцать пять-тридцать на вид. Высокий, длинноногий и круто одетый пепельный блондин. Но главное не это: у него на голове была корона! Не золотая, правда, а какая-то светлая, но самая настоящая, с ободом и зубцами, она немного поблескивала на солнце.

Ничего себе аксессуар!

– Почему ты не уступила дорогу? – без предисловий начал мужчина.

Ни тебе «здрасьте», ни «извините». Еще и тыкает.

Я покосилась на свой покоцанный «Шевроле Спарк». И этот тип в короне мне еще претензии предъявляет?

– А должна была?

– Вообще-то да, – заявил наглец. – Даже странно, что не отвернула с моей дороги.

– Слушай, тебе, наверное, корона жмет! – не удержалась я. – Поэтому мозг плохо работает. Ты бы ее за рулем снимал, во избежание, так сказать.

– Корона? – удивился молодой человек, его рука дернулась вверх, но тут же опустилась, словно он успел опомнится. – Какая корона?

– Та, которая у тебя на голове! Короче, у меня повреждения серьезные, давай ставить знак и вызывать инспектора, – я решила начать действовать.

К началу рабочего дня уже не успею, но, может, не сильно опоздаю? Нужно предупредить руководство.

Я потянулась к двери, чтобы достать телефон, как наглец в короне оказался буквально вплотную.

– Кто ты такая и почему я тебя не знаю?

А потом бесцеремонно взял мой подбородок и приподнял лицо, желая разглядеть получше.

– Руки убрал! – я шарахнулась в сторону, едва не угодив под ехавший автомобиль.

Но мужчина успел схватить меня и дернуть обратно. Правда, почти сразу отпустил.

– Осторожнее. Так кто ты?

– Милана Смирнова, если тебе очень интересно, – отозвалась я, выдыхая.

Так и умереть недолго.

«Надо все-таки выставить знак аварийной остановки и надеть светоотражающий жилет», – мелькнула запоздалая здравая мысль.

– Так ты из наших или пришлая? – продолжал сбивать с толку незнакомец.

– Из каких таких ваших? – я настороженно посмотрела на мужчину.

Псих какой-то. Нужно побыстрее взять телефон, на всякий случай диктофон включу. И сумочку вытащить, там как раз перцовый баллончик завалялся. Исключительно для собственного спокойствия.

– Что ты делаешь? – нахмурился незнакомец, видя, что я достаю вещи и включаю телефон.

– Пишу руководству об опоздании и надо инспектора вызвать для составления протокола…

– Не надо никого вызывать, – наглец выхватил телефон у меня из рук.

– Отдай немедленно!

Вместо этого он щелкнул пальцами и все повреждения исчезли буквально на глазах, будто их стерли невидимым ластиком. Даже старые мелкие коцки пропали!

– К-как? – только и выдавила я.

И, дабы убедиться, что глаза не обманывают, провела рукой по двери – гладкая краска, никаких шероховатостей! Что за чертовщина?

– Так. Поехали, будем разбираться.

И пока я не успела очухаться и вернуть напрочь утраченное самообладание, мужчина подхватил меня под руку и потащил к своему «Мерседесу».

Тут сразу сработал мой инстинкт самосохранения и вспомнились строгие наказы родителей не садиться в машину с незнакомцами. А с такими странными и подавно не связываться.

– Пусти! – закричала я, пытаясь вырваться.

Но хватка у наглеца оказалась железной. А стоило начать пинаться, как он и вовсе скрутил меня, лишая подвижности, и без того ограниченной узкой юбкой-карандаш.

– Помогите! – я решила сменить тактику.

Но люди вокруг нас будто не замечали, никто даже не повернулся на крик! Машины огибали, перестраиваясь в другие ряды. Неужели совсем никому нет дела до девушки в беде?

Открыв дверь своей машины, мужчина усадил меня внутрь и каким-то неведомым образом сразу накинул ремень, проскользнувший черной гадюкой и самостоятельно нырнувший в крепление.

Да что вообще происходит?!

Ремень втянулся, намертво вдавив меня в спинку пассажирского кресла – не дернуться. Еще и обе руки оказались под ним. Хорошо, что я сумочку так и не выпустила – там лежал баллончик. Только как до него добраться? И главное – где? Не в машине же перцовку распылять!

Пока что нужно было узнать хоть что-то. Вот угораздило же!

Как ни странно, особого страха не чувствовалось, только холодная злость.

– Кто ты такой? Может, пора познакомиться?

– Егор, – не поворачиваясь, бросил он.

А я посмотрела вперед и ужаснулась от его манеры езды. Мало того что мы летели на совершенно недопустимой скорости, так еще и виляли между рядами. Один раз проскользнули совсем близко к другой машине.

Я вскрикнула и зажмурилась.

– Осторожнее! Тебе мало одной аварии? – я приоткрыла глаза и снова вскрикнула – мы опять пронеслись мимо кого-то, едва не задев.

– Авария произошла, потому что ты меня не пропустила, – мужчина уверенно повторил несусветную глупость.

– Да я не должна была тебя пропускать! Я ехала прямо в своем ряду со скоростью потока! Ты вообще правила дорожного движения знаешь?

Говорят, с психами не стоит спорить, но я не могла сдержаться. Не пропустила его, видите ли!

– Дело не в ПДД, люди всегда меня пропускают, – псих в короне упорно гнул свою линию, и я решила, что тут совсем клиника.

А жаль.

Вблизи он оказался еще круче: светлые пепельные волосы, темно-серые брови, ярко-голубые, почти неестественного цвета глаза. Правильные черты лица с острыми скулами и четкой линией гладко выбритого подбородка.

Я скользнула взглядом ниже по шее, на которой выпирал кадык, по крепким плечам, скрытым под пиджаком, и по рукам вниз. Длинные тонкие пальцы с парой серебристых колец уверенно держали руль. Мужчина вообще был довольно худощавым и поджарым, но я помнила, какой он сильный.

Был бы еще нормальным…

А еще корона эта, глаза то и дело возвращались к ней. Все-таки ну очень странное украшение.

– Ты так пристально на меня смотришь, – заметил водитель, отрываясь от дороги.

– Запоминаю тебя получше. Надеюсь, ты не невесту похищаешь? – сострила в ответ.

– Ты в себе вообще? – спросил этот псих и, кажется, еще поднажал на газ.

– Кто бы говорил, – я не сдержала смешок.

Будто в отместку, машина резко затормозила у офисного здания и нырнула на подземную парковку.

– Приехали, – объявил похититель.

Я вцепилась в сумку, от которой без преувеличения зависела моя жизнь. Мой телефон у него – помощь не вызвать, вся надежда на баллончик.

Парковка оказалась совершенно безлюдной, видимо, офисный планктон уже приехал на работу. Мы подошли к лифтовой шахте, длинные пальцы держали мое предплечье, как тиски.

Надо достать баллончик, только незаметно, чтобы не спровоцировать агрессию.

Лифт раскрыл для нас свое металлическое нутро и быстро понес вверх. Я невольно посмотрела в зеркало на дальней стене и скривилась: от прически с этим похищением ничего не осталось! Мои буйные черные волосы вообще плохо укладывались, полчаса, отобранных у сладкого утреннего сна, коту под хвост! Еще и помаду «съела», пока ехали, правда, искусанные от волнения губы и без того выглядели ярко на светлой коже. И карие глаза лихорадочно блестели.

Похититель стоял у меня за спиной и тоже внимательно изучал мое отражение.

– Кто же ты такая, Милана Смирнова? – произнес он.

Оказывается, запомнил мое между делом названное имя.

– Ответ кроется в вопросе, – ехидно подсказала я.

– Если бы, – отозвался мужчина и отвернулся.

Его вроде Егор зовут. Голова шла кругом от происходящего.

Лифт, наконец, остановился, двери плавно раздвинулись, и меня потащили дальше по коридору.

Периодически кто-то пытался поздороваться, но чаще от нас шарахались в стороны или заходили в ближайшие двери, в спину летели испуганные шепотки. На все похититель реагировал полным игнором и пер вперед с упорством заправского бульдозера.

Наконец, мы дошли до нужной двери, разумеется, в самом конце!

– Муромский у себя? – без предисловий спросил мужчина у секретарши, кивая на следующую дверь.

Видимо, он в принципе страдал отсутствием манер. Точнее, он-то как раз не страдал, исключительно окружающие.

– Нет, он на совещании в министерстве, а что? – симпатичная блондинка очаровательно захлопала наращенными ресницами и натянула дежурную улыбку, пусть и немного нервную.

– А Яга?

– Анастасия Павловна не любит, когда ее так называют, – оглядевшись, шепотом произнесла девушка, сделав большие глаза.

И я понимала Анастасию Павловну! Мне бы тоже не понравилось быть Бабой Ягой!

– Короче, она здесь?

– Да, у себя. А ты по какому вопросу, Егор? – спохватилась девушка. – Может, я помогу?

– Это вряд ли, – бросил на прощание Егор и потащил меня из кабинета вон.

Из плюсов – во время разговора я успела открыть сумочку и пошарить в ней.

Из минусов – баллончик не нащупала, зато нашла духи, которые считала потерянными.

Вывод: надо чаще разбираться в сумочке.

На следующей двери, к которой подвел меня похититель, висела табличка «Анастасия Павловна Ягая». Понятно, откуда такое прозвище, наверное, все детство дразнили.

У Анастасии Павловны секретарей не водилось. Она вальяжно развалилась в крутящемся кресле и вращалась туда-сюда.

– Кто там? – встрепенулась женщина и села ровно, положив руки на стол.

Лет сорока, очень ухоженная, в костюме приятного розового цвета. Красный современный ободок-кокошник в тон костюму на огненно-рыжей шевелюре портил серьезный образ, который она приняла, стоило нам оказаться в кабинете.

– А, Егорушка! – расплылась в улыбке Анастасия Павловна, снова откидываясь в кресле. – С чем пожаловал? Или, скорее, с кем? – она перевела взгляд на меня, очень внимательный и цепкий, препарирующий такой взгляд.

«А еще у нее нос длинный», – мелькнула совершенно неуместная мысль.

– Никак жениться надумал? – женщина с хитрецой посмотрела на моего похитителя.

– Сплюньте! А то накаркаете ведь! – Егор от испуга даже отпустил меня, наконец. – Я привел неучтенку.

– Правда, что ли? – Анастасия Павловна посмотрела на меня с удвоенным интересом, и я невольно сглотнула.

По ощущениям, будто в душу заглядывали.

Женщина медленно поднялась и подошла к нам.

– И кто же ты, наша неучтенушка? – ласково спросила она.

– Меня зовут Милана, Милана Смирнова. А этот, – я кивнула на похитителя, – мало того, что мою машину сегодня подрихтовал, так еще и силой привез сюда.

– Силой? Егор! – Анастасия Павловна с укором посмотрела на молодого человека. – Так ты точно никогда не женишься!

– Да что вы заладили! – вспылил Егор. – Я вам неучтенку привез, а дальше сами с ней разбирайтесь!

– Эх, Егорка, вечно ты так! Нет чтобы довести дело до конца, – усмехнулась женщина, оглядывая меня и так и этак.

– Подождите, вы меня не отпустите? – я поняла, что эти двое в сговоре.

И, вообще, здесь целый огромный офис странных людей, которых не смущает, что девушку явно против ее воли тащили по коридору.

И корона Егора тоже ни у кого вопросов не вызывала.

А вдруг они чем-то вроде работорговли занимаются?

И вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Если до этого я воспринимала похищение как игру, к тому же похититель был не в меру привлекателен, то теперь стало совсем не до смеха.

Я кинулась к двери, подергала ручку – заперта.

– Дверь заговоренная, поэтому не пытайся, – «успокоила» хозяйка кабинета.

– Я пошел, и так все утро потратил, – заявил похититель и потянулся к двери, намереваясь выйти.

А в моей сумке, где я уже не стесняясь копалась, как раз баллончик нашелся!

На Егора таинственный заговор – а скорее всего, какой-то скрытый замок – не действовал, он легко повернул ручку и открыл створку.

Дальше медлить было нельзя, зажмурившись и задержав дыхание, я схватила баллончик и направила струю ему в глаза. Мужчина заорал и заметался, закрыв лицо ладонями, что-то закричала Ягая, я уже не слушала, а поймала закрывающуюся дверь и выскочила в коридор. На бегу распрощалась с сумочкой, очень уж она мешала, так что я здраво рассудила, что лучше прощаться с сумочкой, чем с жизнью. Документы восстановлю, а духи новые куплю. Если выберусь из передряги.

Я бежала по не слишком оживленному коридору. Мне вслед что-то кричала Ягая, кажется, просила вернуться. Ага, как же, уже остановилась и вернулась.

А вот и лифты!

Я судорожно принялась нажимать на кнопку вызова. Ну же!

Как раз из кабинета, остервенело растирая глаза, вывалился Егор.

– Стой, мерзавка!

И побежал ко мне. Быстро побежал.

На мое счастье пришел лифт. Я нырнула в кабину, нажала на цифру один и зажала кнопку закрывания дверей. Давай, давай, пожалуйста!

Двери закрылись, лифт тронулся.

– Фух! – я облегченно привалилась к прохладной металлической стене.

Но радовалась рано. На первом этаже, стоило выйти, мне наперерез направились охранники. Два шкафоподобных здоровяка!

Наверное, я никогда так быстро не бегала. А ведь была на каблуках! Вот она, великая сила мотивации!

Правда, шансов убежать от двух подготовленных мужиков у меня почти не имелось. Но перцовый баллончик по-прежнему со мной. Выберусь – расцелую брата в обе щеки за подарок!

– Девушка, остановитесь, пожалуйста, – попросил первый «шкаф», вставая у меня на пути.

Отработанным приемом я, задержав дыхание, брызнула в него и во второго. Мужчины взвыли, хватаясь за глаза, все немногочисленные присутствующие разом обернулись. Стоявшие рядом кашляли и спешно отходили подальше. Я ринулась вперед, но тут здание затопил сигнал тревоги, а из второго лифта выскочил разъяренный Егор.

Пробежав через крутящиеся двери, заметалась перед входом.

Куда бежать? Как спасаться?! Прохожие шли мимо, словно слепые.

Глаза выхватили высокого, под стать охранникам, русоволосого мужчину в военной форме. Он-то должен мне помочь! К тому же мужчина меня заметил, замедлил шаг и нахмурился.

– Помогите! – я кинулась к нему и, подбежав, схватила за лацканы пиджака. – Пожалуйста! Меня похитили!

– Похитили? – светлые брови военного взметнулись вверх. – Кто? Когда?

– Только что! Какой-то…

Договорить не успела. На мраморных ступенях появился Егор.

– Ах ты мавка недоделанная! – подлетел ко мне похититель. – Как тебе только в голову пришло?! Решил раз в жизни сделать доброе дело!

– Доброе дело?! – я задохнулась от возмущения.

– Егор, что случилось? – военный строго смотрел на похитителя.

Ой, мамочки, они тоже знакомы и в сговоре…

Я разжала пальцы и сделала шаг назад. Кажется, я обратилась за помощью не к тому человеку…

Тут из дверей буквально вывалилась Анастасия Павловна с моей сумкой в руках, сгибаясь от смеха и вытирая выступившие слезы.

– Алеша, а вот и ты! – обрадовалась Ягая. – У нас тут такое!

И заливисто расхохоталась.

– Очень смешно, – буркнул Егор.

– Так, – военный потер коротко стриженные виски. – Пойдемте куда-нибудь, вы мне сейчас все обстоятельно расскажете.

– Я не…

– Милашка, пойдем, – Ягая, все еще хихикая, подошла ко мне и мягко взяла под руку, поведя обратно в здание.

И почему-то ноги, только что уносившие меня подальше, послушно пошагали в нужную сторону. Мне вернули сумочку, и я почувствовала себя увереннее. Духи-то по-прежнему лежали в ней.

Но перед входом я затормозила, одумавшись. Не для того же с таким трудом сбегала, чтобы сразу вернуться обратно?

– Давайте в кафе, не будем пугать девушку, – решил военный, видя мою заминку.

И мы всей компанией завернули от главных дверей налево, в какую-то кафешку.

2. Знакомство

– Наверное, мы начали не с того, – решил мужчина в форме, когда все сели за свободный столик у окна и заказали официантке четыре кофе и фирменную выпечку. – Позвольте представиться: Алексей Михайлович Муромский, – он протянул огромную ладонь, в которой моя ладошка буквально утонула.

Пожал очень осторожно и бережно, надо отметить.

– Анастасия Павловна Ягая, – схватила мою руку рыжая женщина.

В фамилии она странно отделила последнее «я». И хватка у нее оказалась железная. Еще почудилось, будто она втянула рядом со мной воздух, наверное, духами моими заинтересовалась.

– А это Егор Кощеев, – назвал моего похитителя Муромский. – Думаю, к нему можно без отчества.

– Можно-можно, – подтвердила Анастасия Павловна. – Правда ж, Егорушка? И не три глаза! Не три, кому говорят!

– Жжет до сих пор! – цыкнул Егор, грозно зыркнув на меня красными воспаленными глазами.

– Давай плюну – и все пройдет? – предложила Ягая.

– Нет! – Егор аж дернулся, будто женщина уже приготовилась к плевку. – Не настолько жжет.

– Но жжет же! – не сдавалась Ягая, подаваясь ближе и как бы примериваясь.

– Моя регенерация все за полчаса уберет, – заявил парень.

На фоне здорового и солидного Муромского он на мужчину как-то не тянул. И сейчас, существенно растеряв былой лоск после действия перцовки и забега за мной, казался моложе, ближе к двадцати пяти, чем к тридцати.

– Ренегера… тьфу ты! Слов-то каких ненашенских понабрался! – скривилась Анастасия Павловна. – Мой плевок за две минуты справится!

– Потерплю, – прошипел Кощеев, убирая руки под стол, чтобы ненароком не потереть.

И только теперь я поняла.

Муромский, Ягая и Кощеев!

– Да вы тут как из сказки все собрались! – заулыбалась я.

– Из нее самой, Милашка, – подтвердила Анастасия Павловна и покосилась на потянувшегося к лицу Егора.

Тот, заметив, что его засекли, тут же убрал руки и сел, как прилежный ученик.

Я усмехнулась. Действительно интересные персонажи.

Вроде такие разные, но что-то в них было неуловимо похожее. Будто одна семья, когда фамильные черты и привычки у всех проскакивают.

– Милана, хотелось бы узнать, что же произошло с вами сегодня утром и чем вас так напугал Егор? – по-деловому спросил Муромский.

А я невольно отметила, что он и впрямь настоящий былинный богатырь. Высокий, под два метра, коротко стриженный мужчина лет тридцати пяти, может, сорока, с модной сейчас бородой. Накачанный, пиджак на плечах едва ли не трещит, у него там точно косая сажень затесалась. Лицо приятное и располагающее, доброе, а взгляд – серьезный и твердый.

Надежный мужчина. Не то что некоторые…

– Сегодня утром я ехала на машине, никого не трогала, ничего не нарушала…

И я рассказала, как Егор сначала меня притер, а потом убрал повреждения с кузова. На этом Муромский посмотрел на него с укоризной, а Ягая и вовсе по-свойски отвесила щелбан.

– Бестолочь! Сколько раз тебе говорили, не использовать волшбу при людях! Да к тому же без веского повода!

– Я спешил! И неучтенка сбила меня с толку. Она сразу увидела мою корону, – Кощеев покосился на меня своим красным глазом.

Но глаза его действительно проходили на глазах, как бы это ни звучало. Краснота стремительно спадала, а ведь надписи на баллончике гарантировали сногсшибательный эффект! Наврали, видимо.

– Ее сложно не заметить! – усмехнулась я, кивнув на странное украшение. – Ты бы ее снимал в помещениях, как шляпу.

– Она не съемная, – огрызнулся парень.

– Ты и сейчас четко видишь на нем корону? – заинтересовался Муромский.

Я внимательно посмотрела на Егора. Он же показательно отвернулся в другую сторону.

– А как можно увидеть ее нечетко? Я на зрение не жалуюсь.

– Смотри-ка, какая силища! А ведь не инициированная! – зацокала языком Ягая и подалась ко мне. – Теперь и мне интересно, кто же ты такая?

– Я ведь представилась! Если не верите, могу паспорт показать, хотите?

И раскрыла стоявшую на коленях сумочку.

– Не надо, – спокойно ответил Муромский. – Мы тебе верим. Просто, понимаешь, Милана, судя по всему, ты не совсем человек, вернее – совсем не человек. Как и мы.

– Как и вы? – переспросила я и повернулась к Анастасии Павловне за разъяснениями.

Наверное, женская солидарность сыграла, но с ней мне было проще всего.

– Ну ты же уже поняла, кто я, – широко улыбнулась она. – Яга-я.

– Баба Яга? – я нервно захихикала.

Все-таки не каждый день люди представляются сказочными персонажами.

– У нас тут двадцать первый век вообще-то! – оскорбилась Анастасия Павловна. – Так что никакая я тебе не Баба! Я женщина в самом расцвете лет. Вот! Но Яга, да.

– И избушка у вас есть? На курьих ножках? – не унималась я.

– Есть избушка, – с готовностью подтвердила Ягая.

– Трехэтажная, на заливном фундаменте, – с улыбкой уточнил Муромский. – И ступа из Германии.

– Что ж поделаешь, если отечественный автопром ступами не радует? – развела руками женщина. – Приходится брать у фрицев.

– Ничего, – продолжал веселиться Муромский. – Скоро все на «китайцев» пересядем.

– Так есть ступа или нет? – не поняла я.

– Милашка, ну какая ступа в наш прогрессивный век? – возмутилась Ягая. – Уже бабка моя на «Волге» ездила! Прошли те времена, когда мётлы заговаривали и на них летали. Теперь можно с комфортом хоть летать, хоть ездить, а не трястись в ступе или отсиживать зад на палке!

Голова шла кругом от этих «нелюдей». Кружок психов какой-то…

– Ну вот смотри. Дорогуша, – обратилась Ягая к подошедшей официантке, – как вам прическа нашего молодого человека? – и кивнула на Егора. – Мы все советуем ему покороче стричься.

– Мне кажется, молодому человеку очень идет, – смущаясь, ответила девушка.

Егор цыкнул и опять отвернулся. Не нравилось ему быть объектом всеобщего внимания.

– А корона? – поинтересовалась я. – Тоже ему идет?

– Корона? – официантка непонимающе посмотрела на меня.

– У него на голове корона, – пояснила ей.

Почему-то сумасшедшей выглядела я.

– Это метафора, – любезно пояснила Анастасия Павловна. – Самомнение у Егора большое.

Девушка улыбнулась, поддержав шутку странных клиентов, и, то и дело оглядываясь, ушла.

– Милана, люди не видят корону Кощея, – объяснил Муромский. – Поэтому, раз ты ее заметила, значит – не человек.

– А кто же?

– Это мы и хотим узнать, – добродушно улыбнулась Яга.

То есть Ягая. Не собираюсь играть в эти их ролевые игры!

– Я не знаю, кто вы, но я точно человек.

– Нет, Милана, ты точно не человек, – возразил Муромский. – Я это вижу, но кто именно – не понимаю.

– Кикимора она болотная, – буркнул Егор и спешно убрал руки от лица, пока в него не плюнули.

– Да ну нет! Какая же она кикимора? Милашка у нас настоящая милашка! – не согласилась Ягая. – Вполне возможно, что из русалок.

– Ты хорошо плаваешь? – спросил Муромский.

– Вообще не умею, – честно призналась я.

Соседи по столику переглянулись.

– Странно, но, может, просто не было возможности проверить…

– Была, но я не люблю воду. И боюсь ее.

Вспомнилось, как братья как-то затащили меня в речку, а я так запаниковала, что потом еще час рыдала на берегу, а ночью боялась уснуть. Казалось, стоит мне закрыть глаза, как вода накроет с головой. Мама тогда их очень ругала.