Поцелуй по-эльфийски

1. Поцелуй

Я плелась вслед за шумной компанией однокурсников, радостно предвкушающих веселую ночку. Как же! Новогодний бал – единственный день, когда можно забыть строгие правила академии магии. Народ восторженно обсуждал предстоящее развлечение и хитро поглядывал на меня – главную причину отличного настроения окружающих.

– Ничего, Лета, ты справишься, – Ники, эффектная голубоглазая блондинка в сиреневом платье и моя лучшая подруга, обняла меня за плечи. – Мы в тебя верим!

– Ты такая красавица, что они к тебе сами толпой потянутся, вот увидишь! – присоединились к ней другие девчонки.

– Я бы точно потянулся, – согласился Зак и в подтверждение реально потянулся, сложив губки бантиком, за что слегка получил локтем под дых и принялся изображать тяжело раненного. Глядя на крупного парня с темными вихрами, притворно корчащегося от боли, не сдержала улыбку даже я, но тут же вернула себе серьезный вид.

Подруга рассмеялась вместе с остальными. Смешно им, как же!

Я сбросила ее руку и расстроилась еще сильнее. Мое настроение было отнюдь не праздничным и радостным. Ну почему, почему именно в этот раз короткую палочку вытащила я? И почему, по какому такому закону подлости, именно в этот Новый год к нам прибыла делегация эльфов?

А там уже несложно предположить, во что эти два несчастливых совпадения вылились.

У нас существует традиция, до некоторых пор и мне казавшаяся весьма забавной и совсем не дурацкой. В конце каждого месяца все в нашей учебной группе тянут палочки, и вытянувшему короткую достается какое-то задание, придуманное извращенным студенческим разумом.

Обычно приходится делать что-то шутливое – навести на себя личину пещерного гоблина и в одной набедренной повязке прогуляться по академгородку или что-то похожее. Иногда задания достаются посерьезнее, однажды Кайлус – один из сильнейших в нашем потоке – скручивал с крыши главного корпуса академии живой флюгер – гордость ректора – предсказывающий погоду, чтобы его перепрятать. Чудом не попался.

Мне до недавних пор везло, но везение не может продолжаться бесконечно. Тот, кто уже вытянул короткую палочку, больше в текущем году в заданиях не участвует. Так что когда-нибудь это должно было случиться. Но почему именно сейчас?!

Даже не вспомню, кто там придумал мое задание, его настолько дружно все поддержали, что впервые на моей памяти решение было принято единогласно.

Поцеловать эльфа.

Нет, ну это же надо додуматься?!

Эльфы со студентами даже не общались, исключительно с преподавателями. Мы так и не поняли, является ли данный жест одним из проявлений длинноухого снобизма или это наше руководство, опасаясь за репутацию академии, решило оградить впечатлительных соседей от молодых магов.

Факт остается фактом. С эльфами мы не пересекались, видели их издалека, и единственный вариант подобраться к ним поближе – поймать на балу, куда они точно должны явиться в полном составе.

Добрые одногруппники уже вдоволь насмеялись надо мной, вернее – завалили ценными советами, как лучше поймать эльфа и зажать его в уголке.

– У туалета лови, – посоветовал Льюр, стараясь при этом не ржать. – Нужда, знаешь ли, у всех одна.

– Да они даже отлить поодиночке не ходят, – махнул рукой Зак. – Я как-то стоял у писсуара, а они всей делегацией ввалились, дверь закрыли и никого не впускали.

– И не выпускали? – заинтересовался кто-то. Смешки пошли очень многозначительные.

– Выпускали, – хмыкнул Льюр. – Дождались, пока все уйдут, и только после этого приступили к своим грязным делишкам.

– Может, у них там физиология очень альтернативная?

– Лет, может, ты постараешься и проведешь для нас полноценное исследование? – опять подкатил ко мне Зак. – Потом, глядишь, и курсовую напишешь.

– Действительно, зачем ограничиваться одним поцелуем? – тут же подхватили остальные.

Я отпихнула Зака, не удивлюсь, если и идея с поцелуем изначально принадлежала именно ему. С такими-то шуточками.

А я и без того нервничала.

Надо ли говорить, что провалившего неминуемо ждет наказание – выполнение домашки целый месяц. А остальная группа в это время радостно списывает у неудачника. Тогда как обычно домашка делится на всех – ну невозможно сделать тот объем, который задают магистры!

Поэтому каждый очень старается выполнить свое задание.

Но я бы лучше флюгер снимала, честное слово.

– Лета, а ты не могла бы у эльфа один волос выдернуть, а? – подошла ко мне с другой стороны Алекса.

– Зачем? – удивилась я.

– Я слышала, что если эльфийский волос вплести в косу, то и остальные станут такие же гладкие и блестящие!

– Ой! И мне тогда выдерни! – тут же попросила Ники.

– И мне!

– Выдергивай целый клок на память, – заржали парни.

Я только вздохнула. Тут бы поцеловать хоть как-нибудь и хоть кого-нибудь, какие уж там клоки?

Огромный зал академии встретил нас музыкой, светом, кружащимися в воздухе снежинками и красивым зимним оформлением. В другой раз я бы насладилась прекрасной работой иллюзионистов и водников, отвечающих за новогоднее торжество. В этот же мне было не до того.

Взглядом тут же отыскала эльфов и едва не застонала. Они сидели в отдалении от других столов, огороженные сплошной ледяной стеной. Бьюсь об заклад, из своего убежища ушастые не выйдут. А на единственном входе к ним дежурит один из духов-стражей Академии. Мимо него не пройдешь, а если и удастся прорваться с боем, то дальше меня точно свяжут и отправят в карцер. Нужно что-то сделать, не привлекая внимания.

Мы сели за свой стол. Магистр Фаграл, наш ректор, невысокий и пузатенький маг в преклонных летах, а не красавец-мужчина, каких обычно описывают в любовных романах, вышел на сцену и затянул длинную речь об итогах года уходящего и планах на год грядущий. Его по традиции никто не слушал, накинувшись на праздничное угощение и напитки. Только эльфы, с которых я не сводила глаз, внимали словам почтенного старичка в синей мантии.

Я же смотрела на эльфов, прикидывая, как к ним подобраться.

В теории, можно расплавить лед…

О, вот еще несколько девушек именно так и решили поступить! Желающих познакомиться с гостями поближе и без меня хватало.

Но стоило троице смелых девиц начать применять заклинание, как рядом с ними материализовалась сразу пятерка духов-стражей – ого! – и тут же нацепила на нарушительниц эльфийского спокойствия магические наручники и потащила на выход.

Плавить лед – не вариант.

Можно телепортироваться через стену, для перемещений в пределах видимости стационарные порталы не нужны. Но, готова поспорить, в преподавательском составе у нас тоже не дураки и предусмотрели дополнительную защиту на такой случай.

Какие еще есть варианты? Неужели действительно караулить у туалетов? Хотя не удивлюсь, если эльфы способны терпеть всю ночь. Или в уборную тоже пойдут под защитой духов-стражей.

Речь ректора закончилась, полилась музыка, народ повалил танцевать. Меня тоже вытащили из-за стола. Парней в Академии традиционно больше девушек, не сильно, три к двум где-то, так что для девушек никогда не составляет труда найти партнера. И не только для танцев.

У меня, правда, жених имелся, так что никаких вольностей на стороне я себе не позволяла. Пусть о свадьбе и договорились родители, но Стивен был неплохим молодым человеком, учившимся на год старше меня. Выпускные курсы традиционно находились сейчас на боевом дежурстве, причем не в Академии, а далеко за ее пределами, и вернуться должны только после новогодних праздников.

И если вначале я переживала по этому поводу, то теперь была несказанно рада: объяснить Стивену мой повышенный интерес к ушастой делегации было бы нелегко. И такое задание ему бы точно не понравилось…

Эльфы тем временем чинно сидели за столами и до вульгарных человеческих танцев опускаться не собирались. Я то и дело с каждым новым партнером делала круг рядом с ними, пытаясь найти слабые места в ледяной стене. Но ни поисковые импульсы, ни сканирование результатов не дали. Стена была монолитной без изъянов.

Чтоб ей вместе с эльфами провалиться.

Часы пробили полночь, все принялись поздравлять друг друга. На нас сверху посыпались конфетти, отовсюду доносились взрывы хлопушек, смех и поздравления.

Мне же было не смешно. Вот совсем. Ни разу вообще.

Поэтому, когда из-за стены вышел один из эльфов, я едва на стуле не подскочила, готовая нестись к нему.

– Сиди! – дернула меня за руку Ники. – Это их главный!

Я чуть не выругалась от досады. Да, набрасываться на самого важного эльфа на глазах у всех – не самая умная идея.

Руководитель ушастой делегации сдержанно, а главное, коротко поздравил всех присутствующих с наступлением Нового года. Ему радостно зааплодировали, благодаря больше за краткость. Ведь все знают, что у эльфов Новый год празднуется весной, тогда и начинается новый отсчет дней. Из-за этого наши календари не совпадали, что частенько приводило к разным путаницам и казусам. Но эльфам было плевать, люди под них тоже подстраиваться не собирались. Так все и жили, каждый раз уточняя, про какой календарь идет речь.

Студенты вновь вернулись к празднику и танцам, я же осталась за столом с ощущением грядущей катастрофы: целый месяц домашки! Проще сразу повеситься.

В какой-то момент я четко поняла, что надо развеяться и проветриться. Так что встала, подхватила юбку длинного голубого платья – так его выбирала, столько денег потратила на кружево и украшения! – и поплелась на балкон.

Длинноухих я уже тихо ненавидела и на выполнение задания даже не рассчитывала.

Балкон располагался на той же стороне, где сидели эльфы. Так что проходя мимо красиво украшенного выхода, охраняемого духом-стражем, я незаметно показала ушастым неприличный жест рукой, спрятанной в складках платья. Стало чуточку легче.

А уж когда я вышла на балкон и вдохнула свежий морозный воздух, окончательно отпустило.

Обидно, конечно, было не справиться. Эльфы должны отбыть уже послезавтра, так что вряд ли мне представится другой шанс. Но ничего не поделаешь.

Я облокотилась о поручень балкона и посмотрела вдаль, где светила огромная круглая луна, сейчас висевшая в самом центре неба между двумя горами. Под ней серебрился заснеженный лес и замерзшими волнами лежали сугробы. Красота. Я вдохнула полной грудью и развернулась, намереваясь вернуться в зал и присоединиться к всеобщему веселью. Все-таки провал задания – это не провал экзаменов и совсем не повод портить себе такой долгожданный праздник.

Развернулась и замерла, не поверив глазам. С другой стороны длинного узкого балкона стоял эльф. Я даже поморгала, не в силах поверить в увиденное. Самый настоящий ЭЛЬФ! О Боги! Да у них, оказывается, был свой замаскированный выход на балкон, с видимой снаружи дверью!

Эльф как-то невероятно сливался с окружением, поэтому я его и не заметила сначала. В голубоватом свете луны он казался призраком или сотканной из волшебных нитей иллюзией. Светлые платиновые волосы лежали на плечах, сверкая и переливаясь. Заостренные кончики ушей, отмеченные простым камушком-серьгой, выглядывали из-под прядей каким-то диковинным украшением. Точеный, слишком правильный профиль, раскосые глаза, острые скулы и идеально прямой нос. А еще губы, светлые, но все равно не теряющиеся на нечеловечески красивом лице. По расстегнутому пиджаку вился причудливый узор из мерцающих нитей.

Я сглотнула. Вот он, мой шанс!

Собрав всю смелость, я решительно подошла к эльфу, не обращавшему на меня никакого внимания. Он даже не повернулся в мою сторону.

Я кашлянула. Ноль эмоций.

– Простите, пожалуйста, – я тронула эльфа за рукав. – Мне ужасно нужна ваша помощь. Прошу!

И он, наконец, развернулся ко мне, чуть приподняв бровь.

Говорят, эльфы знают человеческие языки, но разговаривают на них лишь в исключительных случаях. Мой, видимо, таковым не являлся, поэтому эльф молча и безучастно смотрел на меня сверху вниз. Почти на полголовы выше, несмотря на мои высокие каблуки.

И это разозлило. Я у него тут помощи прошу, а он хоть бы поинтересовался, что случилось? Вдруг у меня действительно беда! Именно поэтому стыдно мне перед эльфом не было, наоборот, злость от нервов придала уверенности и сил.

– Вы не могли бы… – начала я, делая шаг к эльфу.

А после схватила его за одежду и, пока эльф не очухался, притянула к себе. Поцелуем это было назвать сложно, скорее, мы столкнулись губами, кажется, даже сильно. Все-таки я немного не рассчитала, а он, само собой, не ожидал от меня подобного, поэтому и не успел отреагировать.

Не знаю, почему девушки так вьются вокруг этих красавчиков, ничего, кроме внешности, в них нет. С таким же успехом я могла чмокнуть одну из ледяных статуй, украшающих бальный зал.

Уже через секунду я отпустила эльфа и, не дожидаясь его реакции, вылетела с балкона. Технически поцелуй состоялся. Повезло! Вот это повезло!

– Я сделала это! Я его поцеловала! – меня просто распирало от эмоций, когда я подбежала к нашему столу, за которым снова собралась почти вся группа. Лишь несколько самых стойких по-прежнему кружились в танцевальной части зала.

– Серьезно?!

– Как?!

– Как ты смогла?!

– Как это было?!

– Не врешь?!

– Честное магическое! – такие слова произносили редко и всегда подкрепляли магией. Удивительно, но соврать магия, и правда, не позволяла.

– Молодец! Поздравляем! – мне в руку ткнулась чайная кружка, в которой, судя по запаху, плескался совсем не чай, но нечто похожее по цвету. Я выпила залпом и закашлялась, стирая выступившие слезы.

– Ну хоть что-нибудь расскажи! – потребовали одногруппники.

– Да нечего рассказывать, – я отдышалась и села на стул, чувствуя себя героиней вечера. – Случайно встретила одного на балконе, подошла и поцеловала. Все, больше ничего.

– Так уж ничего? Рассказывай, давай! – подколол меня Зак. – У тебя вон губы опухли, а одна вообще прокушена!

Все тут же принялись рассматривать мой рот, я же быстро тыльной стороной ладони стерла капельку крови. Переусердствовала, конечно, даже губу разбила. Надеюсь, эльф не пострадал, и это не сочтут за покушение.

– А волос не выдернула?

Я чуть не высказала все любителям красоты по бабушкиным рецептам, но мой ответ так и так утонул бы в общем хохоте.

Дальше вечер шел просто потрясающе. Наконец я могла отмечать и веселиться вместе со всеми. Правда, полностью расслабиться не получалось.

Я то и дело бросала взгляды на эльфов за ледяной стеной, ожидая от них неприятностей. Почему-то постоянно вспоминались глаза того эльфа, полные совершенно непонятных мне эмоций.

Но ничего не происходило, и когда начало светать, я облегченно выдохнула. Кажется, наша шалость прошла без последствий.

В общежитие мы возвращались всей толпой. Веселые и абсолютно счастливые. Студенческий Новый год удался!

2. Последствия

Нас с Ники разбудил стук в дверь. Резкий и настойчивый, не предвещающий ничего хорошего. Студенты-соседи обычно несмело скреблись, чтобы попросить чего-то. И те еще отсыпались после бала. На часах и полудня не было, а вернулись мы к восьми утра. Шести часов для нормального отдыха после такой ночки явно маловато.

– Лета, пошли их к чьей-нибудь бабушке, – попросила Ники, зарываясь под подушку.

– Виолетта Сарнад! Вас вызывают к ректору! – донеслось из-за двери.

Я резко села на кровати, сон как рукой сняло. Ники тоже вылезла из-под одеяла, недоуменно глядя на меня.

– Это из-за эльфа, – севшим голосом произнесла я, хватаясь за голову.

Поход к ректору – это катастрофа. Да, на вид наш кругленький старичок похож на добренького дедушку. Он и ведет себя соответственно, всегда тяжело вздыхает и качает головой, подписывая приказы об отчислении…

– Все будет хорошо, не паникуй раньше времени, – тут же подсела ко мне подруга. – Ты – одна из лучших в Академии. Ну не отчислят же тебя из-за какого-то поцелуя?

Я сглотнула. Вчерашний кураж, подкрепленный изрядной порцией алкоголя, схлынул, оставив после себя пустоту в животе.

– Виолетта Сарнад! Поторопитесь!

– Иду!

Злить помощника ректора в такой момент – последнее дело. К тому же спала я не раздеваясь. У нас с Ники на это по возвращении сил не хватило. Так и рухнули, в чем были. Конечно, платье потеряло всякий вид, как и прическа.

В зеркале вместо симпатичной девушки с медовой кожей, каштановыми волосами и карими глазами отражалась бледная растрепа со следами ночного загула на лице. На губе едва заметная ссадина, которую и не видать толком за смазанной помадой. Бальное платье, отделанное кружевом и кристаллами, сейчас висело бесформенной тряпкой. Вот такой «красавицей» я и шла за одним из помощников ректора в главный корпус.

– Живее, – раздраженно попросил мужчина, – я и так вас долго будил.

– А вы не знаете, из-за чего меня вызывают? – взволнованным голосом спросила я. Может, это никак не связано с эльфами?

– Понятия не имею, но уверен, скоро вам все расскажут, – едко заметил провожатый.

Больше я вопросов не задавала.

В пустом ректорате мне сразу указали на дверь в кабинет, куда я, робко постучавшись и получив разрешение, зашла.

Мои самые худшие опасения подтвердились. В кабинете сидел за своим столом ректор, подперев пухлой рукой седую голову. В одном из кресел расположился глава ушастой делегации, тот самый, что поздравлял нас со сцены.

Я судорожно сглотнула.

– Присаживайтесь, Виолетта, – вздохнул ректор. – Доброго утра вам желать не стану.

Я без сил рухнула в кресло, вцепившись в подлокотники. Что теперь будет?

– Студентка Виолетта, – ректор перелистнул страницу папки, и, только увидев свое изображение, я поняла, что в его руках мое личное дело. И будущее. – Отличница. Одна из сильнейших магов-практиков. Дочь и надежда славного магического рода, – я низко опустила голову, понимая, что вот-вот расплачусь. – Не ожидал от вас, не ожидал.

Ректор захлопнул папку и отодвинул ее в сторону.

– Наши гости сообщили мне об инциденте, произошедшем в новогоднюю ночь, – в груди все сжималось, глаза я поднять не могла. – Вы поцеловали одного из эльфов. Скажите, это действительно так?

Я, все так же не поднимая глаз, кивнула. Смысла не было отпираться.

– Зачем же, позвольте узнать, вы это сделали? – в голосе ректора слышалось сочувствие. Кажется, даже неподдельное. Отрадно знать, что ему будет жаль меня исключать.

– Это было заданием, – едва слышно произнесла я. – От группы.

– Задание, значит… А последствия вашего поступка вам известны?

Я покачала головой. Предположить вслух, что меня исключат, было выше моих сил.

В этот момент дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену.

– Я требую немедленных объяснений! – мой папа, чуть подволакивая правую ногу и опираясь на трость, вошел в кабинет. За ним забежала бледная мама.

– И вам добрый день, лорд Сарнад, леди, – ректор поднялся и слегка поклонился.

Я резко встала и уже дернулась навстречу родителям. Остановила мысль, как я их подвела…

– Дорогая, что случилось? Что с тобой сделали эльфы? – мама сходу заключила меня в свои объятия, я же недоуменно посмотрела на нее. Эльфы со мной? Сделали?

– Я требую объяснений! – рявкнул папа, подойдя к ректорскому столу и тяжело на него опершись. Я прекрасно знала, как нелегко ему дается передвижение, от чувства вины защемило сердце. Ну как я могла? Зачем выполнила это дурацкое задание? Да никакая домашка того не стоила!

– Присядьте, пожалуйста, – устало попросил ректор.

– Папа, садись, – я взяла его за руку, зная, что стоять ему еще сложнее. Раны, полученные им в последнем сражении с пришедшими из другого мира захватчиками, от которых мы едва отбились пятнадцать лет назад, так и не зажили полностью.

Но мой отец хотя бы вернулся…

Папа нехотя опустился на кресло возле меня, мама села по другую сторону.

Эльф молчал, ректор тоже собирался с мыслями. Наверное, глядя моим родителям в глаза, особенно папе – герою войны, сообщить об отчислении дочери вдвойне тяжело.

– Объясняйте, магистр, почему с утра пораньше я получаю от вас такие новости, – папа достал из кармана пальто, покрытого мелкими каплями от растаявшего снега, бумагу и бросил на стол ректору.

– Ваша дочь этой ночью поцеловала эльфа, – со вздохом ответил магистр.

Взгляд мамы было не передать словами. Мне же захотелось провалиться сквозь землю. Но пол кабинета наверняка зачарован от любых воздействий.

– И что? – папа на меня не смотрел, он по-прежнему буравил взглядом магистра. Потом он со мной еще как поговорит, но наедине, без свидетелей. Он у меня такой: семью защищает всегда, как защищал наш мир на поле боя.

– Этой ночью было полнолуние, – никак не переходил к главному ректор. – А еще они обменялись кровью.

Вот тут отец глянул на меня весьма странно.

– Кровью? – переспросила я, не помня ничего такого.

– Да, – уверенно подтвердил ректор. – У вас губа разбита. Как и у Дьеналя Варнао, нашего эльфийского гостя.

– И… что? – дрогнувшим голосом спросила мама. – Это же всего лишь поцелуй!

– Именно! – подтвердил отец. – В наше время и совместная ночь не повод для брака. А мы говорим про какой-то поцелуй!

Повод для… брака?

У меня голова пошла кругом. Что происходит?

– Дорогая! – мама схватила меня за плечи. Кажется, я начала заваливаться в обморок прямо на кресле. – Принесите воды!

Воду наливал лично ректор. Магистр Фаграл подал мне стакан и вернулся на свое место.

– Виолетта, вижу, вы не знакомы с эльфийскими традициями, – прокомментировал он.

– Мы… не проходили… ничего такого, – речь давалась мне с трудом. Голова все еще кружилась, но хотя бы зрение прояснилось.

– Верю, – ректор потер лысеющую макушку. – Это из старых традиций, которые редко выносятся из эльфийских земель. Но они есть. Если двое поцелуются при луне и обменяются кровью, они считаются женатыми.

Стакан выпал из моих ослабевших рук на колени и скатился на пол и дальше под ректорский стол. На голубом шелке платья расползалось мокрое пятно, а по полу растекалась лужа.

– Что? – я ушам своим не верила. В голове подобное не укладывалось.

Я посмотрела на сидящего в кресле эльфа, спокойно наблюдающего за разворачивающимся в приемной представлением, словно это все его совершенно не касалось. Впрочем, именно его, может, и не касалось, ведь не его же я поцеловала. К счастью. Впрочем, какая разница? Замуж за эльфа я не собиралась. Ни за какого.

Отчисление показалось уже не таким страшным наказанием. Что-то мне подсказывало, что это было бы меньшим из зол. Потому что с разводами даже у нас все сложно. У эльфов, боюсь, их может и вовсе не быть…

– Но она же не эльфийка! – первым отреагировал отец. – При чем тут их идиотские традиции?!

– К сожалению, нигде не сказано, что оба обязаны быть эльфами, – развел руками магистр Фаграл.

– Моя дочь не станет женой эльфа, – категорично заявил отец, игнорируя тот факт, что один эльф находится вместе с нами в кабинете, пусть и не участвует в беседе.

– Боюсь, это решать не вам, – наконец, подал голос глава эльфийской делегации.

– А кому? Вам что ли? – поморщился папа.

– И не мне. Все уже решено, – эльф посмотрел на нас глазами темно-изумрудного цвета.

У него не было привычных признаков возраста – ни морщин, ни седины. Но замершее восковой маской лицо выглядело очень старым. Сколько ему лет? Сотня? Две? Некоторые из его народа доживают и до трех.

– Но ведь этого никто не видел, – я попробовала ухватиться за соломинку. – Никто не узнает!

Ну не могут же великие эльфы, какими они сами себя считают, быть заинтересованы в браке с человеком?

– Луна – свидетель, – веско произнес старый эльф.

– Вы издеваетесь? – отец резко поднялся и пошатнулся, схватившись за ногу. Мы с мамой обе кинулись к нему, но он только отмахнулся от нашей помощи.

– Не стоит так нервничать, – попробовал успокоить его ректор, но замолчал под взглядом отца.

– Я не отдам вам свою дочь, – четко выговорил папа.

– Если вы не позволите ее забрать, значит мы оставим здесь Дьеналя, – эльф не шелохнулся, но его поза стала чуть более напряженной.

– Пусть остается, но к моей дочери не приближается! – наверное, если бы отец мог, он бы уже призвал магию.

Но он не мог. Больше не мог. Он выжег себя досуха в последнем сражении с захватчиками, когда объединенным войскам удалось в решающей схватке отстоять наш мир.

– Сожалею, но мы вынуждены настаивать на признании брака законным. Если для этого потребуется обряд по человеческим традициям, то так тому и быть.

– Нет, не быть! – прорычал отец.

– Поймите, Виолетта помолвлена, у нее есть жених, – попробовала уговорить эльфа мама. Судя по бледности, ей тоже нелегко давался этот разговор.