- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
– Возьмите свою истинную за руку. Крепко переплетите пальцы. В последний раз.
Голос жреца был безжизненным и отстраненным.
– А это обязательно? – тон Гриона не предвещал ничего хорошего, в нем слышалось отвращение. Он словно мне пощечину отвесил.
– Я бы тоже не хотела касаться… этого дракона, – поддержала я. Видеть его больше не могу, дышать одним воздухом с ним не желаю, не то что за руку брать!
– Если вы хотите стереть метку истинности и расторгнуть помолвку, этого не избежать, – служитель был неумолим.
Мы стояли в храме, в котором через месяц должно было состояться наше венчание. Сегодня здесь не было гостей, кроме охраны со стороны жениха и невесты. Уже почти бывших.
Мрачные воины следили, чтобы не было покушения ни на меня, ни на Гриона Карца.
Наш брак, полностью договорной и политический, должен был скрепить две державы, ознаменовать перемирие двух королевств.
Но условия нашего мира были дерзко нарушены.
И виноват в этом тот, кто стоит сейчас рядом и не хочет подать мне руки.
Мерзавец Грион Карц, младший сын правителя соседнего королевства. Капитан драконьей гвардии.
Убийца моего дяди. Кроварный и хладнокровный.
Разумеется, когда об этом стало известно, ни о каком перемирии не могло быть и речи, и о договорном браке тоже.
Однако просто так расторгнуть помолвку с драконом нельзя, нужно стереть метку истинности, которая связала нас против воли.
Мы с Грионом виделись всего трижды.
Первый раз на официальном балу со знакомством, где у нас появились эти проклятые метки, второй – на нашей помолвке. И в третий сейчас, на ее расторжении.
На свое счастье, я еще не успела его полюбить. Но первая встреча была такой волнующей, многообещающей. Она заставила мое сердце трепетать и ожидать продолжения.
Его мужественный образ уже был запечатлен в моем сердце. Гордая посадка головы, величественный разворот широких плеч. Черные вьющиеся волосы, всегда чуть растрепанные, но эта небрежность его только красила, придавая еще больше привлекательности. Пронзительный взгляд, который, кажется вот-вот коснется твоей души. Четкие, ровные черты лица, красивая, чуть надменная линия рта… И драконья грация в походке и движениях.
Я думала, мы честны друг с другом и у нас могут сложиться прекрасные супружеские отношения, пусть мы пока и почти не знакомы…
– Осознаете ли вы, Грион Карц, что истинность дается дракону лишь один раз, и больше вы не сможете ее обрести ни в ком?
– Да, – ответил предатель.
– А вы, Лейла Мелени, отдаете себе отчет в том, что у вас останется всего один шанс на удачное замужество, и воспользоваться им вы должны, прежде чем вам исполнится двадцать один?
– Да, – звонко сказала я, подавая левую руку своему врагу.
Его пальцы – пламя, мои – лед. Кажется, сейчас раздастся шипение. Но ничего не слышно, только лишь мое сердце словно сводит судорогой.
Моя вооруженная свита напряженно следит за ритуалом, как и охрана Гриона. Одно подозрительное движение, и полетят стрелы и пики.
Я была уверена, что испытаю отвращение, когда наши пальцы соприкоснутся.
Но его огонь и мой холод смешиваются и дают тепло. Оно поднимается до самого сердца и дарит неожиданное умиротворение, расслабляя напряженные до предела, почти каменные, мышцы.
Я ощущала это преступное сейчас спокойствие и злилась на себя. Так не должно быть, он предатель! Жестокий, вероломный, такой ни перед чем не остановится. Он мечтает, как и его отец-тиран, спалить дотла наши владения!
Монотонный голос жреца читал заклинание.
Остро отточенный клинок легко коснулся наших сцепленных рук, оставляя тонкие, но глубокие порезы, проходящие как раз по центру меток на запястьях.
Я невольно вскрикнула, а Грион чуть вздрогнул, потому что это было болезненно.
Жрец говорил все громче, так, что у меня закладывало уши. Его голос гремел, отражаясь от купола храма.
А наши метки вдруг начали словно стекаться к ранам. Еще мгновение, и все увидели как из порезов и у меня и у Гриона выходят лепестки двухцветного пламени, голубое смешано с алым.
Все тело пронзила резкая боль, то же самое наверняка испытывал и мой враг, потому что он внезапно сжал мои пальцы, словно спасаясь от невыносимых страданий.
Цвета разделились. От моего запястья теперь отходил голубой огонь, от Гриона – алый.
– Истинная связь разрушена! – торжественно объявил жрец.
За нашими спинами послышался общий вздох изумления. Зрелище было устрашающим и очень редким. Такие ритуалы проводятся в исключительных случаях и не в каждом столетии.
Мы расцепили руки. Раны на запястьях моментально затянулись, кожа стала гладкой, ни шрама, ни следа брачной метки. Только лишь сердце мое все еще кровоточило.
– Лучше нам больше не попадаться друг другу на глаза, – сказал Грион, глядя на меня с бешенством.
– Смерть предпочтительнее вашего общества, мезир Карц.
– И если вы встретитесь на моем пути, я вам ее дарую! – пообещал Грион.
– Не факт, что успеете первым! – прошипела я.
Мне хотелось убить его… и плакать навзрыд, бросившись ему на грудь.
И даже не знаю, какое из желаний было сильнее.
Одно я четко понимала: никогда, ни при каких обстоятельствах мы не должны увидеться с бывшим женихом вновь.
ГЛАВА 1
Пять лет спустя
– Это твой шанс на счастье, – убеждала меня мама.
– Последний шанс! – ехидно добавляла кузина Талана под одобрительным взглядом собственной родительницы.
Я фыркнула. Счастье!
Мое сердце умерло и похоронено пять лет назад. И надежда на счастье стала ему надгробием.
В поместье Мелени собрался семейный совет, на котором присутствовали мои родители, а также тетушка Оллин, вдова генерала Мелени, вероломно убитого… нет, не хочу об этом вспоминать, слишком ужасно.
Кузина Талана, соответственно, дочь этой несчастной супружеской четы.
– Лейла! – строго сказал отец. – Я удивлен твоей несговорчивостью! Ты получила приглашение на отбор невест для одного из лучших женихов королевства! И это при том, что через три месяца тебе исполнится двадцать один год!
– И все, сестричка, песок времени в твоих часах иссякнет, – снова встряла Талана.
Удостоверившись, что никто в данный момент на меня не смотрит, я показала ей язык.
Кузина прищурилась и продемонстрировала кулак.
Нет, у нас не было игривых сестринских отношений, как могло бы показаться. Мы с ней друг друга терпеть не могли. И причина этой нелюбви была проста: нас заставляли дружить, просто навязывая это общение и на всякий случай ставя в пример одну другой, чтобы подчеркнуть, насколько мы то ли лучше, то ли наоборот, хуже друг друга.
При том, что у нас совершенно разные характеры, интересы, условия воспитания и даже возраст.
А в последние пять лет Талана и вовсе – несчастная, потерявшая отца девочка. Я же – та, жених которой лишил ее любимого родителя. Что жених бывший, уже не так важно.
И да, по официальной версии убийца не установлен. Разумеется, по политическим причинам, чтобы все-таки сделать возможным перемирие.
Но в нашей семье все знали, что виноват Грион Карц, закопай его черную душу гракханы!
Война, что разгорелась после убийства дяди-генерала, завершилась спустя год. Главы королевств подписали соглашение о мире, поняв, что только зря теряют силы, население и ресурсы, но никто так и не одерживает верх.
Но отголоски всего этого ужаса преследовали меня во снах почти каждую ночь.
Тем не менее, Талли была пострадавшей, которой дозволялось слишком многое. Всё. Уж по отношению ко мне точно. Хотя я не по своей воле заключала помолвку с вероломным драконом.
– Понимаю, почему ты отказываешься, Лейла, – вдруг выдала Талана, тряхнув сияющими, черными как смоль локонами, – знаешь, что победить тебе не удастся.
– Талли! – укоризненно покачала головой тетушка Олли. – Ли еще вполне привлекательная девочка. Несмотря на то, что почти вышла из возраста брачной свежести.
Вот так, еще и старухой обозвали. Но доброжелательно, по-родственному.
– Начнем с того, что Лейле пока все еще двадцать! – вступилась за меня мама. – И шансов покорить сердце маркиза у нее может и побольше, чем у остальных!
– Всё, – отец поднялся и стукнул кулаком по столу, – ничего не хочу слышать больше. Дом Мелени все еще в шатком состоянии после войны. А отец жениха, герцог Ханли, наоборот, с тех пор многократно увеличил свое влияние. И для того, чтобы стать еще мощнее, ему нужна королевская кровь! Которая течет в твоих жилах, Лейла!
Возразить на слова отца было нечего. Моя мама – родная сестра короля Рупера Третьего, так что я и впрямь самых благородных кровей.
Нельзя сказать, что со времени тех трагических событий, которые повлекли за собой столько жертв, я не получала предложений выйти замуж. Но мне удавалось упросить родителей дать мне еще время восстановиться.
Да и, как оказалось, отец ждал выгодную партию. Такую, как сын герцога Ханли. И теперь я не могу отказать своему родителю. За время войны он чуть ли не разорился, несколько наших имений были разрушены почти полностью. Часть из них пришлось продать, чтобы восстановить другие. До былого величия дому Мелени очень далеко.
– Ты едешь на этот отбор, Ли. И победишь в нем, ради семьи.
Отец смотрел на меня решительно и не собирался на этот раз принимать отказ.
– Я дал тебе достаточно времени, дочка. Прошлое пора отпустить. У тебя три дня на сборы.
1.2
Если в разорившемся, но благородном, семействе имеется дочь на выданье, там всегда будет шкаф с нарядами, дорогими и очень изысканными. Даже если для их пошива по специальным лекалам потребуется заложить еще одно имение.
Вместе с нянюшкой, которой предстояло ехать со мной в шикарное поместье Ханли, мы выбирали десять лучших платьев из моего гардероба. Именно столько выходов участниц к жениху ожидается… если, конечно, я не вылечу в самом начале.
Я сказала это вслух, вызвав неодобрение нянюшки.
– Что вы такое говорите, мизи Лейла! Разве может племянница короля проиграть?
– Ты забыла, Дилора, что первые пять выходов – в масках, в которых наших лиц не узнать!
– Мезир Алеф почувствует вашу благородную кровь, мизи, иначе и быть не может!
Приятно, когда в тебя верят.
Но по чести сказать, мне пока совершенно не хотелось замуж ни за Алефа Ханли, ни за кого бы то ни было еще. Специально плохо выполнять задания я не стану, ради чести семьи. Но если не пройду в какой-то следующий тур, для меня это не будет большим расстройством.
До владений Ханли нужно было добираться почти сутки по воде.
Стоя на палубе нашего семейного корабля, я с удовольствием отмечала, как за последние годы возродились земли, некогда опаленные битвами.
Жизнь продолжалась, деревья шли в рост, поля дарили урожай. А люди уже пришли в себя.
Надо же, война продолжалась год, а восстановление заняло в три раза больше времени.
Почувствовав, что меня немного укачивает, я прошла в свою каюту и до самого прибытия в Ханлимир выходила только чтобы перекусить легким салатиком. Больше ничего и не захотелось.
На пристани нас с Дилорой встречал улыбчивый и церемонный служащий.
– Добро пожаловать в лучшие владения во всем королевстве! – приветствовал он меня. – Прошу, мизи, ни в коем случае не представляйтесь мне, будет достаточно вашего приглашения.
– Страсти какие! – всплеснула руками Дилора. – Так ведь у нас на парусах эмблема нашего дома и флаг на главной мачте.
Лицо встречающего вытянулось, но он быстро нашелся, что сказать:
– Поверьте, досточтимая мизерис, я не знаю наизусть все гербы и флаги благородных домов нашего королевства. Да и вижу, признаться, плоховато.
В подтверждение своих слов, пройдоха прищурился.
Я протянула ему свое приглашение. Он коснулся конверта золотистого цвета палочкой, и конверт засиял. А следом и лицо слуги.
Мужчина закивал.
– Милейшая мизи, прошу вас протянуть мне правую руку.
С величайшей осторожностью он надел на мое запястье тонкий серебристый браслет участницы, с совершенно гладким кружком, который даже украшением не назовешь. Он болтался на уровне застежки.
Затем нас проводили в экипаж. И вскоре мы были в замке герцога Брайта Ханли.
Нам с Дилорой выделили просторные покои, три комнаты в них были мои, одна для прислуги.
Обе мы чувствовали себя настолько вымотанными, что отказались от обеда, предпочли совершить омовение и немного поваляться. Точнее, это я в своей спальне прикорнула, что делала моя нянюшка, я не знала.
Я уснула, едва голова коснулась подушки, а разбудила меня почтительная служанка, предлагающая ужин.
Сперва я от него хотела отказаться, но почти сразу почувствовала, что ко мне вернулся аппетит.
– Если желаете, можно совершить вечернюю прогулку по саду, – сказала горничная, – мезир герцог велел обеспечить вам полный комфорт.
– А если мы случайно встретимся с другими участницами? – осторожно уточнила я. – В порту мне сообщили, что пока мы в отборе, у нас нет имен. Стоит ли мне надеть маску?
– О, к мизи это не относится, между собой вы можете общаться без границ. Ведь вряд ли кто-то захочет давать преимущество своим соперницам, выдавая их происхождение маркизу.
– С удовольствием прогуляюсь, – решила я, чувствуя себя отдохнувшей и посвежевшей.
Дилора со мной идти отказалась, но я была даже не против провести с полчаса в саду в молчании.
Однако стоило мне ступить на вымощенную камнем дорожку на аллее с прекрасными цветущими деревьями, как я услышала хорошо знакомый голосок. Настолько здесь неуместный, что я подумала, будто мне это почудилось.
– Ли! Как же быстро мы тут с тобой встретились!
Вздрогнув я несколько раз моргнула. Но идущая мне на встречу кузина Талана никуда не исчезла.
1.3
– Что ты тут делаешь, Талли? – моему удивлению не было предела.
– То же, что и ты, Лейла! – бодро и жизнерадостно сообщила кузина.
– Откуда у тебя приглашение?
Мой вопрос был резонным.
В “высших отборах” участвует дюжина девушек из самых благородных семей королевства. А Прейсто – большое государство. Поэтому его даже драконы сломить не смогли. И распорядители стараются искать семьи из разных уголков страны, не только ближних к столице. А тут две девицы чуть ли не из соседних имений. Еще один тонкий момент – обе мы знакомы с Алефом лично, хоть и не виделись несколько лет! Такого обычно избегают и, как считали родители, для меня сделали исключение. Ради королевской крови.
– Думаешь, ты у нас самая завидная невеста? – язвительно спросила Талана. – Дочь погибшего героя, генерала Мелени – лакомый кусочек. К тому же, мой отец был потомком великих магов Сумрака. И в моих жилах течет настоящее волшебство.
– Я и не спорю с этим, Талли.
Мне и правда не хотелось с ней враждовать. Что мне с ней делить? Сердце Алефа Ханли?
Восторга от появления на отборе своей кузины я не испытывала лишь потому, что наши с ней отношения никогда не отличались легкостью и приятностью.
Гулять по саду, держась за ручки, мы, разумеется, не стали.
Поязвили и разошлись.
Настроение, и так далеко не безоблачное, было испорчено еще больше. Но созерцание прекрасного сада Ханли все же отвлекло меня от мрачных мыслей. Была весна. Время цветения и пробуждения всего живого.
Вечерние бабочки, крупные, яркие, порхали вокруг, иногда садясь на плечи, на руки, даже на голову.
Аромат цветов был опьяняющим.
Мне хотелось прилечь на мягкую травку и созерцать заход дневного светила.
Я чуть было не поддалась этому искушению, но увидела как под ногами скользнуло что-то серебристое. Змея?
Нет, я их не боюсь, потому что все носители королевской крови умеют заговаривать холоднокровных. Но все равно, можно же не заметить, на кого уселась, не успев и глазом моргнуть.
Немного пройдясь по саду, я встретила еще двоих девушек, которые как и я гуляли сами по себе. Мы кивнули друг другу, не вступая в разговор.
Сумерки становились гуще, пришло время отправиться в свои покои.
Так как я днем выспалась, уснула вновь уже далеко заполночь.
А утром пришлось рано проснуться, привести себя в порядок и причесаться с помощью нянюшки и позавтракать.
После этого меня проводили в большой зал, куда постепенно стекались и остальные участницы. Всего двенадцать девиц от семнадцати лет до двадцати одного года.
Кто они? Знают ли, как выглядит Алеф Ханли, если не за сердце, так за руку которого мы станем бороться, подобно непримиримым врагам?
Худышки, толстухи, высокие и миниатюрные. Такие разные. Однако есть кое-что общее. Осанка, гордая посадка головы у каждой выдает высокородное происхождение.
Дочки лордов, графов, маркизов, виконтов и герцогов, никак не ниже рангом. Цвет знати королевства Прейсто.
Все переглядываются с подозрением. Взгляды изучающие, настороженные. Только Талана при виде меня изобразила улыбку и помахала рукой.
– Приветствую вас, прекрасные и благородные мизи! – глубокий голос церемониймейстера поплыл по белому мраморному залу, казалось, обволакивая колонны и статуи, которых было здесь немало.
Высокий, худощавый мужчина в длинном приталенном камзоле изумрудного цвета и обтягивающих панталонах взирал на участниц отбора с отеческой улыбкой, прищурив серые глаза.
На голове его был напудренный белый парик.
– Мое имя – Лекоб Штин. И я буду сопровождать вас в течение всего отбора, который продлится ровно один лунный цикл, двадцать восемь дней. И до последнего дня дойдут только двое участниц. Я расскажу вам, как пройдет наш отбор. Это не будет концертом для публики или конкурсом красоты. Благородный Алеф Ханли выберет супругу, с одобрения своего отца герцога Брайта Ханли и по зову своих сердца и разума.
Лекоб замолчал и обвел взглядом всех присутствующих девушек.
– Завтра состоится великолепный бал, на который приглашены высокие гости. И даже сам король Руперт Третий обещал быть, если найдет время.
Его Величество и мой дядя Руперт часто так говорит, но потом выясняется, что государственные дела не оставили ему ни секундочки свободной.
– Все будут в масках. Кроме хозяев этого вечера. После торжественного открытия отбора пройдет жеребьевка, где каждая из вас получит имя, под которым ее будут знать до конца этого удивительного приключения. И это будет цветок. Вам нужно будет вынуть свой из корзины. А дальше состоится и сам бал, где вам представят жениха. Он потанцует в течение вечера с каждой из вас. После этого вы все пройдете в следующий тур. А вот дальше… дальше маркиз Ханли будет встречаться с вами, устраивать необычные свидания. И дарить браслеты тем, кто пройдет дальше. Я желаю вам удачи, мизи!
Вот значит как, Алеф Ханли хочет лучше узнать предполагаемых невест, чтобы сделать выбор. Это и просто, и сложно одновременно.
В последний раз я виделась с Алефом примерно четыре года назад, когда в королевстве отмечали окончание войны с драконами. Очень надеюсь, что он не потянется ко мне, как к кому-то знакомому и понятному, когда я буду в маске.
1.4
“Вы потанцуете со мной, прекрасная незнакомка?”…
“С удовольствием, мезир”…
“Позвольте вашу руку, мизи”… “Вам не кажется, что мы кружимся в танце судьбы?”
“Я не знаю, а вот мое сердце, кажется, уже все понимает…”
Высокий худощавый молодой мужчина с темными вьющимися волосами и дерзким взглядом карих глаз ослепительно мне улыбается.
А мое сердце колотится, как никогда раньше.
“Это можете быть только вы, мизи, моя истинная. И я хоть сейчас готов это проверить”.
Я проснулась в холодном поту.
Какой странный сон. Наша первая встреча с Грионом Карцем. Я не вспоминала о ней, не жалела об утраченном, наоборот, старалась не думать об этом человеке-драконе. Которого готова была полюбить, но вместо этого чуть не умерла после того, как он разбил мое сердце своим черным предательством.
Почему он приснился мне именно сейчас, перед началом отбора?
Я не хотела долго об этом размышлять.
Прошлое умерло, сгорело.
Больше уснуть не получилось, поэтому, немного повертевшись в кровати, я встала, умылась и принялась выбирать платье для сегодняшнего бала.
Золотая маска, оставляющая открытыми кончик носа и губы, уже была в комнате с моими нарядами.
Она гордо располагалась на специальном шесте и выглядела, как мне казалось, немного зловеще.
Из всего-то десятка нарядов выбирать, кажется, нечего. Но я все равно задумалась. Может вот это, цвета лаванды, которое пошили мне портнихи из столицы? Нет, оно не для бала, слишком легкое.
А то что рядом с ним, бирюзовое, я приберегу пока что. Если продержусь до момента снятия масок, надену его.
Я остановилась на темно-синем платье с открытыми плечами, украшенном золотыми узорами. Оно отлично сочеталось с маской, даже орнамент похож.
Дилора, которая проснулась позже меня и очень по этому поводу переживала, мой выбор одобрила. И весь дальнейший день заняла подготовка к балу.
С перерывом на легкий не обед даже, а перекус.
Хлопот было столько, что и волноваться некогда было.
Ко мне прибыли два парикмахера, женщина с красками для лица и две горничных, которые должны помочь облачиться.
На прическу потребовалось около трех часов. В волосы мне вплели золотистые нити и мелких бабочек. Тонкие пряди заплели в почти невидимые косички, которые укладывали в орнамент, похожий на тот, что был на моей маске.
Грим, несмотря на то, что почти все лицо будет на балу закрыто, мне наносили тщательно, делая глаза как можно более выразительными, магией увеличивая ресницы, улучшая цвет лица. На губы нанесли помаду уже в последнюю очередь, когда маска была надета.
Я боялась, что она слишком тяжелая и будет стягивать мне кожу, не давая ей дышать. Но конструкция маски оказалась весьма удачной, я почти не ощущала ее на своем лице.
Наконец корсет на мне затянули окончательно, побрызгали плечи специальным “бальным составом”, придающим коже сияние и свежий вид, помогли надеть туфли на высоком каблуке. И я дождалась сопровождающего меня на бал пажа. Молодой придворный тоже был в полумаске, но не такой массивной как у меня, у него закрыта была лишь верхняя часть лица, скулы уже видны, как и очаровательные ямочки на пухлых щеках. Он был очень юный и восторженно взирал и на меня, и на других девиц, которые встречались нам по пути, также сопровождаемые пажами.
Мы стекались нарядными ручейками в одну модную реку.
И она устремлялась в людское море, которое уже собралось в огромном бальном зале.
Нас вводили в него под аплодисменты собравшихся. Мужчин и женщин в масках. Участниц можно было отличить от гостей по браслетам на запястьях.
Зал украшали живые растения с серебристыми, золотистыми и бронзовыми листьями и множество цветов. И вся эта яркость не выглядела излишней или аляпистой. Все очень уместно и элегантно.
Столики для гостей оформлены будто клумбы.
Цветы и бабочки стали основными элементами декора на этом балу. Нас, двенадцать участниц, разместили полукругом на невысоком подиуме. Зрители стояли к нему чуть ли не вплотную. Разглядеть лиц было невозможно, толпа пестрила масками. Только лишь по одежде можно понять, насколько богатая персона явилась на открытие отбора для маркиза Алефа Ханли.
Даже оркестранты и танцоры и то скрыли лица.
Толпа отступила от подиума, когда заиграла музыка и в пространство между нами и зрителями выпорхнули три прекрасных пары. Девушки с крыльями бабочек, реалистично выполненными, трепещущими. Кажется вот-вот они поднимут красавиц под высокий куполообразный потолок.
– Мезиры, мизерис и мизи! – провозгласил зычный, усиленный магией голос Лекоба Штина. – Поприветствуем хозяев этого бала и прекрасного замка, где мы все собрались! Супруги герцог и герцогиня Ханли и их сын. Несравненный маркиз Алеф Ханли. Жених, который сделает свой выбор в конце этого лунного цикла.
Под аплодисменты в центр возвышения вышла величественная герцогская чета и их сын, все трое без масок, им скрываться было бессмысленно.
Алеф с тех пор, как я его видела, чуть раздался в плечах и возмужал. Но все равно красота его оставалась юношеской, а улыбка такой непосредственной и чуть детской, что он напомнил мне пажа, что провожал меня на этот бал.
Маркиз с любопытством пробежался по нам взглядом.
– Здравствуйте, благородные мизи, – глухой, низкий голос герцога Брайта Ханли, казалось обращался к каждой лично, – для меня честь принимать вас в моем доме. Благодарю, что вы приняли наше приглашение. Сожалею, что не могу обращаться к вам по именам еще какое-то время. Но очень надеюсь, что цветы, которые достанутся вам, подчеркнут ваши красоту и обаяние.