Остров Творцов

– Твои, – женщина коснулась лица Брана. – Еще ты просил передать тебе слова.

– Чьи?

– Не знаю, – мотнула она головой. – Друга, возможно. Вот они: ответы придут очень скоро, ненужные вопросы отпадут сами собой.

Но прежде ты должен увидеть того, кого звать. – Женщина положила правую руку ему на грудь.

– Я тебя не понимаю… – Бран сделал шаг назад. – Что здесь происходит?

– Зови того, чьи глаза смотрят на тебя из толпы. Только он сможет помочь, когда время снова обретет ход.

Дальше снова всё исчезло, и Бран уже был на площади, заполненной людьми, и руки его были крепко привязаны к столбу, как и он сам. Толпа скандировала что-то, люди смотрели на него с нескрываемой ненавистью. А потом острые и злые языки пламени стали подниматься всё выше, сжигая одежду. И лишь один человек, одетый во всё черное, не отрываясь смотрел на помост, охваченный пламенем. Бран никогда не видел таких изумрудных глаз. А еще он слышал шепот неизвестного в своей голове: «Фэро будут там, когда тебе это понадобится».

Наступило утро. Солнце уже показалось из-за горизонта, а настенные часы пробили девять. В дверь Бранимира постучала Кира и позвала вниз на завтрак.

Князев открыл глаза и сразу же сел в кровати, свесив ноги вниз. Архитектор глянул по сторонам, вспоминая свой сон и осмысливая его. Он осмотрел свои руки со всех сторон. На них не было никаких следов ожогов.

– Приснится же такое… – потер он лицо руками и, встав с кровати, пошел умываться. – Фэро… – прошептал он, – надо будет погуглить как-нибудь.

Он спустился минут через пятнадцать, был немного сонным, но в хорошем настроении. Увидев в ресторане Киру, подсел к ней. Она поприветствовала его своей лучезарной улыбкой.

– Как спалось?

– Отлично! Словно на природе. Тут так дивно пахнет лесом! А где остальные?

– Уже поели и делают последние приготовления. Но мы можем не торопиться.

Несколько минут Князев и Вереск сидели молча, уплетая завтрак, который им только что принесли. Бран посматривал в окно на парковку и видел, как незнакомый мужчина разбирал рюкзаки, тщательно досматривая их.

– А это нормально, что он так свободно ковыряется в наших сумках? Кира подняла голову и тоже посмотрела на брата египтянина.

– Это Рик, брат Джабари. Так что это, видимо, для него нормально. У этой группы были свои запросы на содержимое, и, согласившись на это путешествие, мы должны им следовать. Однако ты можешь отказаться, я организую тебе трансфер в аэропорт, и ты полетишь домой, если хочешь. Только скажи.

– Не надо, – улыбнулся Князев, помотав головой. – Я хочу пройти этим маршрутом. В проспекте он интригует. Может быть, найду вдохновение для нового проекта, который обеспечит мне хорошую работу. – На краткий миг его глаза погрустнели, будто он вспомнил о чем-то. – Хотя бы раз в жизни побывать в походе – это же здорово, так ведь?

– В любом другом случае я бы с радостью ответила «да». – Кира отрезала кусочек колбасы и запустила ее в рот. – К сожалению, сейчас не тот случай.

– Почему же? Что-то не так?

– Не знаю пока, не уверена, – тряхнула головой Вереск, затем подняла глаза на Бранимира. – Не бери в голову, видимо, присутствие бывшего мужа меня нервирует. Или встала не с той ноги. Бывает! – Она постаралась улыбнуться, на что Князев с недоверием снова посмотрел на улицу. – Бран, не волнуйся, что бы ни случилось, я всё равно проведу тебя от и до, и домой ты вернешься с кипой отличных воспоминаний, целым и невредимым! – взяла себя в руки Кира, сообразив, что очень не вовремя поделилась своими домыслами.

– Я тебе верю и не сомневаюсь, что так оно и будет, – кивнул Бран. – Хочешь, я поеду спереди? – Вереск подняла на него глаза. – Так тебе не придется сидеть с ним рядом, – словно извиняясь, пожал он плечами, – ну и… м-м…

– М-м… и что? – удивилась девушка.

– Если честно, мне будет удобнее на переднем сиденье. С моим ростом сзади как-то не очень комфортно.

Кира хмыкнула:

– Хорошо, конечно, садись! Только пристегнуться не забудь. Я не самый тихий водитель. Посадим Петьку сзади, значит.

– Не понял?

– Дальше веду я, – улыбнулась Вереск, доедая омлет и запивая его горячим чаем. – И уверена, в отличие от Русова, тебе будет интересно послушать об этих местах.

– Мне всё интересно, – кивнул Князев. – Особенно про остров, на который мы отправляемся. О нем все говорят, но никаких подробностей.

– Нет никаких подробностей. Может, мы и вовсе его не найдем, но этот Джабари под влиянием Петра свято верит в то, что я им его найду.

– Скажу по секрету, я тоже верю, что ты его найдешь.

– Почему?

Они встретились глазами.

– М-м, мой отец говорил, что ты не ищешь то, что уже находил. Ты к этому возвращаешься.

– Ну, – отмахнулась девушка, – если что, отведу вас всех на любой другой остров. В темноте вы разницы не заметите.

Оба засмеялись.

– Кстати, хотел спросить, а что за фамилия у тебя такая странная? – он подался чуть вперед, перешел на шепот, и глаза его заговорщицки заблестели. – …Из вереска напиток забыт давным-давно. А был он слаще меда, пьянее, чем вино11. Откроешь тайну верескового меда? – Бран улыбнулся одними губами.

– Ха! – засмеялась Кира, также подаваясь вперед. – А мне костер не страшен. Пускай со мной умрет моя святая тайна – мой вересковый мед!12– прошептала она в ответ. Только сейчас она по-настоящему заглянула в глаза Князева. Они показались ей особенными, бездонными и излучающими невероятное тепло. – Меня этим стихотворением в школе замучили, – махнула она рукой. – На самом деле всё проще. Мой предок был травником в Сибири и жил недалеко от верескового поля. Собирал его, сушил, врачевал. Может, и мед варил, кто знает. Так и прозвали его – старик Вереск.

– Эй вы! – окликнул их вошедший в ресторан Петр. – Выходим строиться! К вечеру должны уже быть на месте.

– К вечеру? – удивилась Кира. – Мы пешком идем, что ли? Тут часа полтора езды.

– Ой, выходите давайте!

Кира и Бран переглянулись и, одновременно пожав плечами, хмыкнули. Музыка в ресторане становилась всё громче, и Вереск услышала знакомую песню, которую терпеть не мог Петр. Проходя мимо Русова, она негромко пропела ему:

Кира подмигнула Петру, будто говоря, что видит его насквозь.

– Да пошла ты, – шепотом ответил ей Русов, но Князев его услышал.

– Поверь мне, она не такая милашка, какой кажется, – указал Петр пальцем на девушку.

– И слава богу… – обогнул его Бран и пошел к выходу. «Зато красиво поет», – подумал архитектор.

На улице уже собралась странная троица, которая над чем-то задорно смеялась. Бранимир подошел к ним поближе.

– А вот и наш новичок! – воскликнул Джабари. – Не успели вчера познакомиться. Зови меня Джа! – он протянул руку Князеву, тот ее пожал и представился в ответ. – Это мой брат Рик.

Кира удивленно вскинула брови.

– Брат по духу, дорогие мои, – добавил Джабари, поняв удивленные взгляды Брана и Вереск.

Рик не стал жать рук, он просто кивнул в знак приветствия.

– Ну а нашу Оничи ты уже знаешь.

– Вы все так здорово по-русски говорите! Просто поразительно! – похвалил их Бран.

– Время такое, – развел руками Озаз, – язык необходим, но мой брат говорит крайне плохо. Скорей всё понимает, как собака. – Смеясь, он похлопал Рика по плечу. – Арабский ему куда ближе, да, брат?

Рик бодро закивал.

– Петь, а Петь! – окликнул Джабари Русова. – Ты ведь не возражаешь, если я поеду с ними, а ты пересядешь во вторую машину? Уверен, Кира расскажет о здешних местах куда интереснее, чем ты.

– Обижаешь, – плюнул себе под ноги мужчина.

– Переживешь!

– Ого, как сильно уменьшились в размере рюкзаки, – удивился Князев, садясь в машину. Кира в это время завела мотор и тоже глянула назад.

– Поверь мне, – ответил Озаз, забравшись на заднее сиденье, – два комплекта зимней одежды тебе не понадобятся, да и столовая утварь тоже. Не волнуйся, всё лежит у нас в номере, на обратном пути заберешь свое добро.

Кузьма был явно недоволен таким соседством, поэтому перекочевал на приборную доску, поближе к хозяйке.

– Вы, как и Оничи, не бывали здесь раньше? – поддержал разговор Бран.

– Как раз бывал. Только очень давно, лет пятнадцать назад. Еще с отцом. – Джабари задумался о чем-то, будто предаваясь воспоминаниям. На самом деле он смотрел на небо, ища в нем одному ему ведомые знаки. – Сегодня будет удивительная ночь, ребята. Только это секрет.

– Отчего же?

– Бран будет спать в палатке первый раз в жизни? – улыбнулась девушка, посмотрев на Князева.

– Ха! Видимо, это какие-то незабываемые ощущения!

– А то! Первая ночь с карельскими комарами непередаваема, – засмеялась девушка.

Джабари посмотрел на людей впереди и ухмыльнулся чему-то.

– Это тоже, – кивнул он, – но сегодня еще и небо вас удивит. – Вереск глянула на него через плечо. – Ты ведь, Кира, догадываешься, о чем я? – Джа встретился с ней глазами в зеркале заднего вида.

– Отчего ты так уверен, что это произойдет?

– А иначе меня бы тут не было, – египтянин похлопал ладонью по своей старой тетрадке. – Мы все именно там, где и должны быть…

Кира и Бран переглянулись, затем девушка перевела взгляд на свой мобильный. От Василия всё еще не было никаких вестей, хотя и прошло совсем немного времени. Два груженых лендкрузера покинули стоянку и взяли курс на Ладожское озеро. Солнце поднималось всё выше, и лучи света пробивались через густую листву, освещая дорогу путникам.

– М-м, о чем вы, если не секрет? – спросил Князев, глянув на Озаза. – Видел когда-нибудь красную луну, друг Бран?

– Не приходилось, – мотнул головой Бранимир. – О таком бы, наверное, все СМИ трубили.

– Если бы знали – да, – согласился Джабари. – Но они не знают.

– Тогда откуда вы знаете?

– Видишь эту тетрадь? – кивнул египтянин на свое сокровище, лежащее на его рюкзаке. – Это книга пророчеств. Открою еще одну тайну. Это книга злейших врагов моей семьи. В свое время ее для нас выкрали. Именно из нее моя семья на протяжении долгих лет узнает о грядущих событиях.

– Обо всех? – спросила Кира. – Типа потерянный томик Нострадамуса?

– Нет, не обо всех, лишь о том, что касается жизни этого славного мира.

– В смысле? – Князев сел вполоборота, повернувшись к Джабари. – В прямом. Когда прибудем на место, я не просто объясню, а даже покажу.

– Значит, едем полюбоваться красной луной на озере? – скептически вскинул брови Князев.

– Мы все тут едем на остров, который является лишь во время красной луны, – тихо ответил Джа.

Бран посмотрел на Киру, та лишь недовольно поморщилась, явно не испытывая энтузиазма по поводу острова.

– А название у него есть?

– Как и у всего в этом мире, – с улыбкой кивнул Озаз. – Мы зовем его островом Творца.

– Звучит таинственненько. И что мы хотим найти на острове?

– …Себя, друг мой, только себя.

Петрозаводск

Смирнов припарковался у офиса турагентства и направился внутрь. Дверь была открыта, внутри шла самая настоящая генеральная уборка. Василий недовольным взглядом окинул коридор, заставленный картонными коробками, и прошел в кабинет директора. Павел тем временем снимал с книжных полок подарки от разных местных умельцев и старые фотографии. Аккуратно протирал их от пыли и предавался воспоминаниям. Он долгое время не замечал стоявшего в дверном проеме человека, но, увидев его, от неожиданности вздрогнул.

– Что происходит? – развел руками Смирнов. – Мы переезжаем, а сотрудники не в курсе?

– Ох, это ты, а я уж испугался, – натянуто улыбнулся Павел. – Уборку вот затеял.

– Масштабную, я смотрю, – кивнул на разор Василий и, подойдя к стулу, сел. – А такое бывает только когда у тебя нервишки шалят.

– Всё-то ты обо мне знаешь, даже страшно, – тяжело вздохнул директор.

– Что случилось, Паш?

– Страшно стало, – Григорьич сел в свое кресло и, опустив руки, уставился на большую фотографию всей команды агентства, висевшую напротив стола. – Оттого, что подвел вас, – покачал он головой.

– Что это значит?

– Со мной несколько дней назад связался странный, но крайне деловой человек, – тяжело вздохнул и шумно выдохнул директор. – Запросил индивидуальный тур, которого в программе у нас никогда не было, но и денег за него обещал куда больше положенного. Что, конечно, сильно поправило бы наш бюджет…

– Ты, разумеется, согласился? – исподлобья спросил Василий. Павел виновато кивнул. – Что дальше было?

– Дальше он начал спрашивать, что да как у нас тут и кто может провести. Я ему скинул информацию по вам всем. Он, недолго думая, за Киру уцепился. Готов был ждать даже, пока она из похода вернется. Я этому значения тогда не придал. А когда потом Русов явился ко мне и пистолетом начал грозить, мол, вызывай ее на маршрут, как обещал моему хорошему другу Озазу… Тут я и понял, что влип по самые помидоры.

– И ты вызвал ее…

– Под прицелом ты бы сделал то же самое, – огрызнулся директор. – Слушай, мы с тобой Петра хорошо знаем, он бы нашел способ со мной поквитаться. Не выстрелил бы в офисе, убил бы меня где-нибудь еще. Не он, так его приятель-заказчик.

– Григорьич, ты вроде взрослый человек, а что такая тряпка-то вдруг? Ты еще от крыш бандитских в девяностых отбивался, а сейчас какой-то Русов тебя напугал!

– Не Русов, а Озаз этот. Ты бы его видел… Дьявол во плоти. И девка его. Они убийцы, я тебе говорю!

– И ты с ними Киру отправил? Одну. Молодец, – развел руками Василий.

– А что я мог сделать?!

Смирнов резко встал с места, подошел к начальнику, схватил его за грудки и притянул к себе:

– Ты отправил ее с группой убийц и бывшим мужем-отморозком неизвестно куда и еще спрашиваешь, что ты мог сделать? – змеей шипел Смирнов. – Как минимум обратиться в полицию ты мог, и уж точно не должен был давать им то, чего они хотят!

– Да обращался я! Руками развели и к черту отправили!

– Тварь ты, – Смирнов оттолкнул Павла. Тот, промахнувшись мимо кресла, упал на пол.

– Да, я струсил… Я не спорю и не оправдываюсь! Я не знаю, что на меня нашло, но что сейчас делать, не знаю подавно!

– Что ж, то, что они опасны, – это уже и так понятно. Теперь нужно узнать, насколько, и сможет ли Кира из похода просто так вернуться.

– Слушай, я правда не знаю, кто эти люди…

– Копии их паспортов и прочие данные есть?

Павел кивнул.

– Давай их мне.

– Может, за ними поедем? – предложил Григорьич малость подрагивающим голосом, копаясь в бумагах в ящике стола. – И всё равно, думаю, что пока рано так паниковать… – Он протянул Васе кипу копий в прозрачной папке.

– Действительно, подумаешь, он один раз ее чуть не убил в походе с товарищами! Чего волноваться, когда он будет наедине с ней в лесу! – огрызнулся Василий, листая бумажки и выбирая нужные ему.

– Но она же села с ним в машину, хотя могла этого и не делать. Вдруг они… м-м… помирились?

– Она из-за тебя в машину села, чтобы тебя не подвести с группой. А вот дальше осталась только из-за этого парня, который там явно выделяется на общем фоне. – Смирнов ткнул пальцем в копию паспорта Князева. – Радует, что он точно не с этой четверкой… – Дальше Василий сделал снимки всех листков на телефон. – А это кто такой? Кира про Виктора ничего не говорила вроде, – он показал скан документа директору.

– Участник группы, как и остальные.

– Их семеро? – удивился Вася. – Она только про шестерых сказала.

Начальник пожал плечами и присмотрелся к фотографии.

– Какое знакомое лицо! Где-то я его видел…

– Где?

Павел рыскал по своему письменному столу в поисках чего-то. Наконец он извлек из-под бумаг сегодняшнюю газету и начал ее быстро листать.

– Вот, – Григорьич ошарашенно смотрел на заметку в разделе происшествий. – Этот парень умер вчера в аэропорту, сразу по прилету. – Директор без сил опустился в кресло.

– Класс! И чего вдруг молодой парень у нас помер? – Василий взял газету и пробежался глазами по заметке. – Угу, типа сердце. Сколько совпадений, черт тебя дери!

– Почему ты отметаешь несчастный случай?

– Люди не те, чтобы в случайности верить, – Смирнов скомкал газету и бросил ее в мусорку.

– Ты ведь не думаешь, что он правда снова посмеет на нее напасть? – А что ему помешает? Павел пожал плечами.

– Так, позвони-ка Михаилу Алексеевичу. Он человек надежный, поможет нам малек, и ребятки у него есть шустрые. Мимо его турбазы в Олонце они по-любому поедут. Пускай приглядится к туристам, оценит обстановку.

– Он начнет задавать вопросы, и что я ему отвечу? – возразил Павел.

– Не маленький, придумаешь, – отмахнулся Смирнов. – Я отлучусь пока, сделаю пару звоночков.

Василий вышел на улицу и набрал номер старого друга, сослуживца.

– Ба! Какие люди! Васька! Здорово!

– Привет, Ром!

– А я вот, не поверишь, только-только ребятам тут рассказывал, как ты меня на рыбалку возил на Ладожское! Ну, что ты, как ты?

– Да потихоньку, Ром. Ты извини, но мне твоя помощь нужна, не подсобишь?

– Что-то мне твой голос не нравится. Давай выкладывай, куда ехать и кому морду бить? – мужчина громко посмеялся.

– Не отыщешь мне информацию по нескольким человечкам?

– Ну, пока не скажешь что случилось, – нет, – посерьезнел Роман. – Да, может, конечно, и ничего страшного, но, судя по всему, один из наших проводников ушел на маршрут с нечистыми на руку людьми. Про одного и так знаю, что отморозок, а вот другие выглядят опасными, но ничего конкретного у меня нет. Такие дела. Поможешь?

– А кто из ваших с ними?

– Кира Вереск.

– Это та рыженькая, молоденькая совсем которая?

– Она самая.

– Хорошая, кстати, девка! Ладно, скидывай, что есть. У меня товарищ один как раз в отпуске, пробьет кого сможет. Но с тебя причитается!

– Что захочешь, Ром! – обрадовался Василий.

– Рыбалку хочу, и охоту, и ужин! Хах! Я ж сейчас выпрошу всякого! До связи, давай, скоро наберу.

– Ромка, спасибо огромное! – Вася повесил трубку.

Теперь оставалось лишь ждать.

Тем временем на пути к Ладожскому озеру

Кира посмотрела на телефон. Тот молчал, и это нервировало. Она глянула на небо, и ей сперва показалось, что погода портится, но это была лишь иллюзия. Отчего-то небо медленно приобретало медный оттенок. Солнце тем временем бледнело, хотя ничто не предвещало такой резкой смены цвета. Редкие облака, словно когтистые лапы, тянулись к горизонту, и нарастающий ветер цеплялся за верхушки деревьев, склоняя их к земле. Бран задремал, и даже тряска не мешала ему спать. Джабари продолжал увлеченно листать новостные сводки на планшете и изредка поглядывал то на дорогу, то на небо. Правда, спустя полчаса уснул и он.

– Ну прям сонное царство, – хмыкнула девушка и, коснувшись радио, сделала звук чуть тише.

Прислушавшись, она только сейчас поймала себя на мысли, что и эта песенка в исполнении Пелагеи не предрекает ничего хорошего.

– тихо пропела она.

Кузьма навострил уши и поднял голову.

– Предатель, – шепнула она зверьку, который уютно расположился на коленях у Князева. Белка тут же аккуратно перебралась на приборную доску и села у руля. – Да спал бы дальше, навигатор мне пока не нужен, – улыбнулась Кира.

– Может, его что-то беспокоит? – шепотом спросил проснувшийся Бранимир, стараясь не шевелиться, чтобы не разбудить Джа.

– Не знаю насчет него, но мне точно не нравится это небо.

Кузьма отчего-то быстро смотрел по сторонам, принюхивался и тоже поглядывал наверх.

– Ты уже видела такое когда-нибудь?

– …Да. Два раза, и последний был четыре года назад, – шепотом ответила Вереск, глянув через плечо назад.

– Случилось что-то плохое на том острове?

Кира взяла конфетку из упаковки, лежащей рядом с коробкой передач, и, закинув ее в рот, коснулась пальцами своего шрама.

– Это с какой стороны посмотреть, – улыбнулась девушка, согнав с лица любые намеки на печаль. – Не каждому доведется войти в одну реку дважды.

– Расскажешь?

– О чем именно?

– Откуда шрам?

Девушка посмотрела на Брана, будто желая убедиться, что ей не послышалось.

– Прости, если… – растерялся он. – Я хотел сказать, про остров. Само как-то сорвалось.

– Ну, если только по секрету и только тебе. – Вереск подмигнула Князеву, показав взглядом на дремлющего Джабари. Бранимир согласно кивнул. Ему этот человек тоже не внушал доверия. – В этот раз про остров, а там, глядишь, заслужишь доверие и еще что-нибудь узнаешь.

– Звучит многообещающе, – улыбнулся ей в ответ Князев. – И как его заслужить?

– Еще не придумала.

– Так, надеюсь, история про остров мистическая?

– Еще какая!

– Я весь внимание, – Бранимир сел поудобнее, показывая всем своим видом, что готов слушать.

Четыре года назад

На берегу Ладожского озера, на одном из островков, был разбит небольшой лагерь из двух палаток. Две лодки, привязанные к дереву, соприкасались бортами. Солнце клонилось к закату, и теплый ветер сменялся прохладным. Небо было подернуто перистыми облаками, через которые пробивался свет гаснущего солнца. Однако вместо оранжево-красного оно оставалось белым и, казалось, светило слабее.

Двое мужчин рыбачили и болтали обо всем на свете. Они не обращали внимания на атмосферные аномалии, да и выпитый за день алкоголь сыграл свою роль в мироощущении молодых рыбаков. На другой стороне острова расположились две девушки. Одна загорала, лежа на цветастом полотенце, а другая сидела рядом, играла на гитаре и тихо напевала какую-то песню на испанском языке. Ее рыжие волосы искрились даже под лучами такого бледного солнца. Она посматривала на небо и куда-то вдаль, будто ища какие-то знаки или просто за что можно зацепиться взглядом.

– Ты что-то сама не своя, – сказала девушка в ярко-красном бикини, укладываясь на живот. – Что у тебя с ним происходит? – она кивнула в сторону противоположной стороны острова.

– То же, что и всегда, – отвернувшись, ответила рыжеволосая. – Ничего хорошего, – добавила она уже про себя.

– Кира, ты не умеешь врать, – нахмурилась Виктория, ее подруга еще со школьных времен. – Ты подумала о разводе, а? Так не может больше продолжаться. А что, если эти его вспышки ярости обернутся против тебя? Что, если он однажды за нож схватится? У вас же с ним ничего общего!

– Он вроде бы работает над этим, – пыталась уклониться от разговора Вереск.

– Ночью мы слышали, как именно он это делает. Что он орал там? Вроде что-то про «убью». Или мне навеяло?

– Это не было адресовано мне! – возмутилась Кира. – И потом, он во сне кричал.

– Да какая разница, кому?! Может, в школе он и был классным парнем, и в институте ничего таким, но сейчас я сама боюсь с ним рядом находиться! Он уже давно не тот Петька, которого мы знали. До сих пор не понимаю, почему он вдруг после того дня на тебя запал, как сумасшедший. До этого не замечал даже…

– Это и меня всегда интересовало, – натянуто улыбнулась Кира. – Ведь ему ты нравилась всегда.

– Мне кажется, и новая работа ему явно не на пользу, – продолжила Виктория.

– Зато свежий воздух, и у меня на глазах. – Кира пожала плечами и снова натужно улыбнулась.

– Да вы же с ним ругаетесь постоянно. Он ничего, кроме своего мнения, слышать не хочет. Не знаю, как ваш Григорьич это терпит, не говоря уже о туристах. Брось его к чертям, пока не поздно!

Вика замолчала, и на некоторое время снова воцарилась тишина.

– Кир, – девушка перевернулась с живота на спину, – только не говори мне, что дождь будет… – Она недовольно поморщила нос, глядя на небо. – Загорать уже бесполезно. Буду снова бледная, как поганка.

– Непохоже, что дождь, но что-то точно будет, – согласилась Вереск, перебирая струны. – Давно такого не видела. – Она кивнула на облака, будто покрывающиеся медью. – Семь лет назад, помнишь, Вик?

– Когда в лагере тебя потеряли? Пф, еще бы! Все на ушах стояли! И я в том числе. – Вика сняла солнцезащитные очки и тоже посмотрела на небо. – Оно что, такое же, как тогда? Плохо помню цвет…

– Угу, – кивнула Кира, задумчиво подтягивая струну.

– Эй! – подскочила на месте подружка. – Это же тут всё произошло! Ну, вон там было наше тайное укрытие! – Вика указала пальцем на противоположный полуостровок. – Ты еще к тому дереву байдарку привязывала! Отказалась с нами на катамаране плыть!

– Не помню, чтобы ты расстроилась по этому поводу, – подмигнула ей Кира. – Зато была на борту со всеми, кому хотела в чем-то признаться.

– Да я думала, они меня сбросят в воду и уплывут!