Остров Творцов

– Само собой, – с готовностью ответил Озаз. – Никто не захочет пропустить светопреставление!

Бран и Кира переглянулись.

Спустя некоторое время два лендкрузера заехали на стоянку гостиницы «Олония». Все вышли из машин и осмотрелись по сторонам. Кузьма выпрыгнул из окна и сразу же забрался на плечо Киры. Из одноименного ресторана доносилась музыка и приятные ароматы только что приготовленной еды. Запах мяса и жареной картошки нельзя было спутать ни с чем.

– Ребят, я в магазин схожу, тут рядом, и вернусь. Начинайте есть без меня, окей? – сказала Кира.

Джа одобрительно кивнул, надевая солнцезащитные очки.

– Составить тебе компанию? – предложил Князев.

– Это минут пять займет, не стоит, – покачала она головой, – разомни косточки пока. Засиделись уже!

– Как скажешь. – Князев как-то задумчиво посмотрел на нее, будто догадываясь о ее плане, но отступил и последовал за Озазом. Петр со своими спутниками также вышел из машины. Они демонстративно потягивались и хихикали. Русов молча проводил взглядом Киру и поморщил нос, что-то вспомнив.

Ниже по улице Свирских дивизий располагался магазин «Магнит», но Кира туда не собиралась, хотя для виду все-таки зашла внутрь. Подойдя к банкомату, она достала из кармана телефон и набрала номер Смирнова.

– Вась, привет, снова я. Узнал что-то?

– О! Только что собрался тебе звонить. У тебя всё нормально?

– Да, в Олонец приехали. – Она достала из кармана орешек и дала белке. Кузьма его взял, но есть не стал, будто напряженно вслушивался в разговор хозяйки со Смирновым. – Что у тебя есть?

– В Олонец, оу, отлично! Езжай мимо Михалыча. Окей?

– Окей, но зачем? – удивилась девушка.

– Нам так спокойнее. Они приглядят за вами.

– Ладно, ну так ты узнал что-нибудь?

– Ничего на них пока нет. Типа просто люди, но там еще хакер проверяет. Направили два запроса по месту их жительства. Ждем, в общем. Кир, я сразу тебе сообщу, как только узнаю хоть что-то.

Кузьма хрустнул орехом.

– Спасибо тебе… Буду ждать, – сказала Кира.

– Постарайся пока не накручивать себя, а?

– Стараюсь, – хмыкнула девушка. Она уже почти вышла из магазина, когда ее внимание привлекла газета, валявшаяся на полу и открытая на криминальных сводках. Кира подняла затоптанный листок и увидела заметку о смерти молодого мужчины в аэропорту. – Но получается с трудом… – прошептала она.

Египет, Каир

Несмотря на полуденный зной, людей в городе было много. На узких улицах перемешивались народы, туристы и местные жители. Каир стоял в пробках, но все уже давно к этому привыкли и, казалось, не обращали внимания. Музыка с арабскими мотивами носилась над крышами домов, смешиваясь с речью на всевозможных языках и ароматами восточных специй. Город шумел и спешил жить под знойным палящим солнцем. Жаркий ветер из Сахары уносил прочь легкие облака и любые намеки на прохладу, как и надежду на дождь. Нил бесшумно бежал вдоль берегов древнего города, унося с собой воспоминания, смешанные с илом. Обычно туристам Нил видится грязной рекой, и лишь редким жителям Каира он показывает свое истинное лицо. То самое, когда Нил раскрывал смотрящему душу и свои тайны. В такие моменты река, как по мановению волшебной палочки, меняла свой цвет с сапфирового на изумрудный, а в потоке неслись, словно цветки распустившегося лотоса, отражения облаков. Пропадал пустынный зной, прохладный ветерок ласкал лицо. Именно тогда оживала история…

Между правым и левым берегом реки в самом центре Каира расположился остров Гезира, соединенный с городом четырьмя мостами. Он слыл местом для богатых и знаменитых, где было всё самое лучшее для самых лучших. Местом, где туристы могли отведать блюда национальной кухни и насытить не только желудок, но и душу чувством прекрасного. На северной оконечности острова расположился ресторан «Секуола», который, словно белый корабль, парил над водой. В лаундж-зоне было многолюдно. Столы, накрытые белоснежными скатертями в тон легким шторам, заставлены едой, источающей божественные ароматы и пробуждающей аппетит у любого дерзнувшего пройти мимо. За столиком на четверых, у самого края понтона, на белом диване с большими подушками сидела молодая женщина и листала местную газету. Рядом с ней их лежала целая стопка. Газеты из самых разных городов и стран. Она словно выискивала в них какую-то информацию. Ее длинные и черные, как смоль, волосы спадали ниже пояса, касаясь сиденья. Смуглая кожа, отливавшая золотом, поблескивала, ловя солнечные лучи. Длинное белое платье из струящейся ткани слегка облегало точеную фигуру. Издалека женщина могла сойти за древнеегипетскую статую царицы Нефертити.

Официант принес ей заказ и добавил воды в опустевший стакан. Еще спустя пять минут к ней подошел мужчина и, поприветствовав, сел напротив. Женщина отложила газету, и ее глаза, изумрудные, как воды Нила, смерили его изучающим взглядом. Гость достал из кожаной папки листок бумаги, какую-то распечатку и, положив на стол, подвинул ближе к женщине. Та, придерживая длинный рукав платья, взяла листок и пробежалась глазами по тексту.

– Это точно? – спросила она на арабском, поправив длинную челку.

– Ошибки быть не может, – ответил гость, подавшись вперед. – В газеты, как вы успели заметить, утечки не было. Похороны прошли в узком семейном кругу с закрытыми гробами во всех трех случаях. Хоронить было практически нечего.

– Удалось вычислить оставшихся из Семерки?

– Теперь уже Четверки, – хмыкнул мужчина, сев поудобнее. – Эти двое, – он указал на имена в распечатке, – приезжали на похороны и, судя по показаниям свидетелей, были крайне взволнованы отсутствием кого-то из семьи Озаз. – Гость не мог оторвать глаз от лица женщины, оно его словно гипнотизировало своим магнетическим очарованием и красотой. – Позволите высказать мое предположение?

Женщина кивнула.

– Думается мне, что эти двое ничего не знают о планах. Полагаю, они всего лишь пешки. Главные – всё равно семья Озаз и их основные помощники Кройманы.

– Это мне известно, – перебила она собеседника. – Может, знаешь, где сейчас Алистер Кройман?

– Вы будете приятно удивлены, но он в данную минуту прибывает в Каир на встречу с отцом Джабари.

Женщина улыбнулась одними губами, и ее глаза недобро сверкнули.

– И вправду. О том, куда пропал Джа, по-прежнему ничего неизвестно?

– Мы работаем над этим.

– Уверена, что Алистер и Кнему могут что-то знать.

– Возможно. Последняя встреча всей Семерки состоялась три недели назад и была явно экстренной. Узнать повестку мы так и не смогли. Быть может, сегодняшняя прольет свет на правду. Также другие два члена теперь уже Четверки не приглашены.

– Известно, где пройдет встреча?

– В поместье барона Эмпейна, в четыре пополудни. Выбирал место сам Кнему Озаз.

– Любопытно. Что ж, спасибо за информацию. – Женщина встретилась с информатором глазами, он хотел отвести взгляд, но замер, словно кролик перед удавом. Она посмотрела на его наручные часы и едва заметно улыбнулась.

– …Госпожа Фэро, – он достал из нагрудного кармана свернутый листок бумаги, – есть еще кое-что. Вот это я получил сегодня утром.

Мужчина положил бумагу на стол и пододвинул к ней поближе. Женщина взяла листок и быстро прочитала.

– Известно, кто их ищет? – спросила она.

– Русские. Причем не официальные, а, видимо, хакеры, – с готовностью ответил гость. – Запросы стали поступать примерно два часа назад. Сначала на Джабари, затем на Рика и Рисё.

– И что запрашивают?

– Любую информацию, но с упором на криминальное прошлое. Видимо, в чем-то подозревают.

– Интересно… – ее коралловые губы сложились в полуулыбке. – Узнайте, откуда именно идут запросы. И, если возможно, свяжитесь с ними. – Женщина коснулась своих зеленоватых жемчужных бус, а затем стала их перебирать, будто четки.

– Это еще не всё, – продолжил гость. Она подняла на него глаза, ожидая продолжения рассказа. – Мы проверили, насколько смогли, последнюю активность семьи Озаз. Судя по всему, они явно что-то замыслили, вот, смотрите. – Он подвинул ей всю толстую папку, но руки с нее не убирал, будто ожидая чего-то. – Все выкладки по их операциям здесь.

– Цена, полагаю, та же?

Он кивнул. Египтянка взяла со стола телефон и проделала в нем несколько операций. Уже через минуту на мобильный ее собеседника пришло сообщение. Он тут же убрал руку с папки и улыбнулся.

– Что-то еще? – спросила госпожа Фэро.

– Нет. Теперь всё, – мотнул он головой. – Мы продолжим работу. Приятного вам дня.

Гость встал с места и, кратко поклонившись, вышел из ресторана. Женщина проводила его взглядом, а потом принялась листать полученные документы, где были подробно расписаны все последние действия семьи Озаз. Ее внимание привлекло одно имя, не подходившее к этому списку.

– Неужели настало время? – прошептала она, посмотрев на реку. – Что ж, – женщина убрала прядь волос с плеча, отложила папку и, пододвинув к себе тарелку, отрезала кусочек сочного мяса, приготовленного на гриле, – тогда это повод подкрепиться перед тяжелым разговором и, возможно, длинным путешествием…

Снова в Карелии

В ресторане «Олония» оказалось немноголюдно, но несколько столов всё же были заняты довольно шумными маленькими компаниями, явно не местными. Первыми вошли Петр, Оничи и Рик. Джабари и Бранимир немного отстали. Египтянин достал сигарету из портсигара, украшенного драгоценными камнями, и закурил. Князев хотел было зайти в здание, но Джа остановил его.

– Не торопись, – сказал он. – Составь компанию.

Мужчина выпустил клуб дыма в сторону от Князева.

– Занятную историю она рассказала, да? – Озаз встретился взглядом с архитектором. – Хех, да, каюсь, подслушал. – Бран посерьезнел. – Но знаешь, что интересно? У Петра-то иная версия.

– У него не может быть своей версии, он ничего не помнит. – Голубые глаза Бранимира впились в лицо Озаза, силясь обнаружить истинные мотивы этого незнакомого человека.

– Может, с ее слов, конечно. Да и про шары она ему не рассказывала. Странно, да? – Джа помахал своей тетрадью перед Браном и ухмыльнулся. – Занятно, что ее история выглядит как по инструкции, описанной тут.

– Раз ты такой осведомленный, Джа, то что это за шары?

– Ты и впрямь любопытный, но, так и быть, расскажу, – он перешел на шепот. – Это своего рода сигнализация, защита от вторженцев.

– Почему же тогда не тронули ее?

– Всё просто, друг мой, не всем можно ступать на берег острова Творца. Лишь тому, кто сам Творец или несет его частицу. Шары атакуют недостойных с целью показать остальным, что среди них враг. Они раскрывают в человеке самые потаенные, скрытые темные стороны. – Джа замолк. – Кира умолчала о чем-то…

– О чем?

– Что-то произошло прежде, чем она затащила его в воду. Возможно, вернувшись, узнаем, – египтянин улыбнулся и затушил сигарету об урну. – Потому что, как только взойдет красная луна, он всё вспомнит. Так что ждать осталось недолго.

– Н-да, чувствую, я попал в очень странную компанию, – поджал губы Князев.

– Зато с нами не будет скучно, – развел руками Озаз и, развернувшись, вошел в ресторан.

Бранимир увидел приближающуюся Вереск. Она помахала ему рукой и широко улыбнулась.

– А чего ты тут один стоишь, скучаешь?

Кузьма спустился на землю и принялся обнюхивать архитектора, а затем забрался к нему на плечо. Вид у белки был триумфальный и очень довольный.

– Ого! Как ты его носишь? Он же тяжеленный! – воскликнул Князев.

– Тренировка, – улыбнулась девушка.

– Я решил тебя дождаться. Всё в порядке? Ты будто чем-то обеспокоена.

– Неужели так заметно? «Оскара» мне точно не видать, – подмигнула она ему. – Буду держать себя в руках.

– Джабари обмолвился, что подслушал твою историю про остров, и сказал, что у Петра другая версия.

– Разумеется, – кивнула Кира. – У Петра всегда своя версия на все события. Такой человек.

– Еще Джабари считает, что ты что-то утаила. Не то чтобы это мое дело, но я решил, что тебе лучше знать об этом. И да! Он сказал, что Петр всё вспомнит, как только взойдет красная луна.

– Знаю, – грустно ответила Вереск.

– М-м-м? – Князев откровенно удивился. – Откуда?

– Когда ему снились кошмары, он разговаривал во сне, иногда кричал о том, что ему нужно вернуться, чтобы всё вспомнить. – Девушка огляделась и посмотрела на небо. – Но вот небо действительно становится таким же, как четыре года назад. – Она убрала руки в карманы толстовки.

– Я сейчас себя почувствовал героем романа Стивена Кинга. – Бранимир погладил Кузьму и даже удивился, что тот ему это позволил.

– Главное, чтобы не героем сводок «Дежурной части», – она хмыкнула, и Князев улыбнулся ей в ответ. – Кузьма, марш в машину. Со зверями дальше не пустят.

Белка недовольно перекочевала на руки к Кире, и та отнесла ее к машине. Она так же обиженно расположилась на водительском сиденье.

– Кроме тебя, никто не сможет приглядеть за нашими вещами, – сказала Кира, погладив Кузьму. Он понимающе дернул ухом. – Всё. Теперь, Бран, пойдем есть! В этот раз мне попалась группа явно после голодовки!

– Погоди минутку, – остановился Князев, доставая из кармана телефон. – Я что-то никак не могу дозвониться до своего товарища. Не отвечает ни на эсэмэски, ни на звонки. Вдруг случилось что…

– Вы с ним прям друзья-друзья? – осторожно спросила девушка.

– Эм-м, почему ты спрашиваешь?

Кира молчала, не зная, что ответить.

– Хорошо, мы не друзья, он пытался меня подставить и украсть мои работы. Это путешествие было своеобразной попыткой наладить отношения и расставить все точки над «i». Ну так почему? Ты что-то знаешь?

– …Нет. Откуда?.. – соврала Кира.

– Ладно, попозже еще попробую. Домой ему звякну.

Тем временем компания выбрала место у окна и уже вовсю делала заказ. Петр посматривал в окно на свою бывшую жену и Брана, мило болтающих у машины.

– Ревнуешь? – с ухмылкой спросил Джабари, откладывая меню в сторону.

– Нисколько, – мотнул Русов головой. – Было бы к кому и было бы кого.

– Она же явно его бесит, – вставила слово Рисё. – Еле сдерживается. Иногда мне кажется, ты ее ударить хочешь, – обратилась она к Русову. – Кстати, за что? Как-никак женаты были.

– Да, были, – кивнул Петр. – Молодо-зелено, все делают ошибки. – И все-таки? – полюбопытствовал Озаз. – Она оказалась умнее тебя, и тебя это крайне беспокоило? Или, хм-м, – задумался на пару секунд египтянин, – или это было наваждение? Вся эта ваша любовь.

– Отличное слово, кстати, – закивал Русов, – наваждение. По-другому и не назовешь.

Все трое устремили на него любопытствующие взоры.

– Знаете, – Петр наклонился поближе и понизил голос, – после самой первой красной луны, одиннадцать лет назад, всё и началось. Уже начинаю думать, что всё произошло из-за того камня.

– Камня? – переспросил Озаз, достав из нагрудного кармана куртки блокнот, и пролистал почти до середины, словно ища там ответы.

– Да. Все начали орать, мол, вылезай, посмотри на луну, я вылез из палатки, пьяный был. Смотрю на спутник этот чертов, и вдруг с неба падает прямо под ноги черно-алый камень. Я к нему, как дурак к золоту, потянулся – и всё… погрузился в сон, точно младенец. Только Киру эту и видел всю ночь. А когда глаза открыл, ни о ком другом думать не мог. Поплелся на озеро ее искать и, будто больной, плавал, искал, ждал. Супермен чертов. Но вся эта любовь-морковь закончилась, когда я потерял камень четыре года назад. И хорошо, а то бы так и мучился. После того путешествия словно глаза открылись…

– Тебя использовали, значит, – улыбнулась Рисё, проведя кончиком языка по верхней губе. – Должно быть, неприятно.

– Всё это было предсказано, – цокнул языком Джабари, сделав отметку в блокноте. – Если бы не эта ваша интрижка, ее бы тут не было, и никто бы не привел нас к острову. Так что первомонада сама ведет нас к цели. Творит мир так, как надо.

– На ее беду. Ей это не на пользу, – засмеялась Рисё, хлопнув в ладоши.

– Ничего не понял, но если вас это радует, то ради бога, – примирительно поднял руки Петр.

– Конечно, радует! Влюбленная первомонада куда дороже простой первомонады.

– Не понял? – вскинул брови Русов.

– Если я тебе скажу, что этим двоим, – он кивнул на Киру и Брана, – суждено быть вместе, ты сильно расстроишься?

– Насколько я помню, этим двоим, – Петр указал пальцем на пару, – суждено умереть, и желательно вместе. Против этого я точно ничего не имею. – Он воткнул в стол отполированный ножик. – Она мне уже давно поперек горла.

– Нельзя быть таким злым. Это аукается, – снисходительно улыбнулся Джабари. – Всегда.

– Пф-ф, – фыркнул Русов, – я в это не верю.

– С удовольствием посмотрю, как ты обретешь эту веру чуть позже, – впервые за долгое время заговорил Рик.

Когда подошли Кира и Бран, они резко сменили тему. Оничи смерила Вереск недовольным взглядом, на что Джабари лишь ухмыльнулся.

– Ну, что скажешь, уважаемый проводник? – спросила Рисё, сделав глоток яблочного сока. – Быть сегодня краснолунию?

– Как ты правильно заметила, я проводник, а никак не Росгидромет, – снисходительно улыбнулась Кира.

– Что ж, я думаю, скорее быть, чем нет, – погладив себя по подбородку, сказал Джабари. – Небо не предсказывает ничего хорошего. Разве нет, Кира?

– Небо только показывает, – ответил за нее Бранимир. – Каждый трактует рисунки по-своему. А будет ли ожидаемое вами всеми краснолуние или нет, мы узнаем ближе к вечеру.

– И то верно, – ухмыльнулся Джа, отметив про себя что-то. – Давайте подкрепимся. Неизвестно, когда нам снова доведется поесть в цивилизованных условиях.

Обед мог бы пройти в тишине, но вдруг у Князева зазвонил телефон. Он извинился и, встав из-за стола, вышел в коридор. Под предлогом того, что ей необходимо в туалет, за ним тенью последовала Оничи, предварительно получив молчаливый одобрительный полу-кивок от Джабари. Бран не заметил, что она подслушивала его разговор, стоя у него за спиной.

– Андрюх, привет!

– Как ты там, Бран? У тебя всё в порядке? МЧС пока вызывать не надо? Далеко уже уехали? – веселился Андрей.

– Считай, только выехали. Всё отлично! Группа, конечно, странная, но гид у нас прекрасная…

– Уже радует! А что странного? Витёк опять подобрал людей себе под стать? Или ведет себя как дурак последний?

– Витя не со мной.

– Это как? А где он?

– Ему в аэропорту плохо стало… он домой собирался вернуться.

– Эм-м… ничего себе новости! С одной стороны, круто, что ты там без него, но я удивлен, что ты остался. Почему, кстати?

– Не знаю, – мотнул головой Князев. – Просто захотелось.

– Признайся, это всё из-за девушки? Хех!

– Слушай, я знаю, ты терпеть не можешь Милова, но я что-то не могу с ним связаться. Ты же рядом с ним живешь, прямо через дорогу. Узнай, как он, пожалуйста.

– Н-да, Бран, ты в своем репертуаре. Мать Тереза прям-таки. А, нет, отец Терентий!

– Сходишь? – Князев пропустил шутку мимо ушей.

– Ладно, так и быть! Наберу позже.

– Спасибо! – Князев повесил трубку и обернулся. Рисё стояла перед ним с застывшей полуулыбкой.

– Всё в порядке? – спросила азиатка. – Ты выглядишь обеспокоенным.

– Всё хорошо, не переживай за меня, – натянуто улыбнулся Бран. – Не одолжишь телефон?

– Эм, – Князев с удивлением отметил, что у Рисё в руках был свой мобильный.

– Долгая история. Мне просто нужно отправить сообщение, но я очень не хочу делать это со своего телефона. Не волнуйся, я верну деньги…

– Не стоит, – мотнул головой Бранимир и протянул ей телефон, – держи.

– Ой, спасибо! Я быстро, – девушка взяла мобильник и действительно принялась печатать сообщение латинскими буквами по-японски.

– Я пойду… – Бранимир указал на ресторан, японка согласно кивнула. Князев вернулся к столу.

– Это тебе нужно переживать, дурачок, – прошептала она ему вслед на японском и, открыв какую-то программу на своем мобильном, приложила его к телефону Бранимира. – Ну вот и всё: была связь – и нет ее. – Она ухмыльнулась и легкой походкой вернулась за стол. – Спасибо! – Оничи отдала телефон Брану, и он не глядя убрал его в карман.

Спустя сорок минут группа снова была в дороге. Кира, как и обещала Смирнову, проехала мимо дома Михаила Алексеевича и взяла курс на озеро, к причалу, обозначенному на карте этой подозрительной группы. Прошло не больше часа, и шесть человек стояли на берегу Ладоги рядом с причалом.

Озеро было спокойно, тихие волны едва касались берега, отрывая от него золотые песчинки. В воде отражались могучие ели и стройные сосны, из зарослей можжевельника, казалось, выглядывали любопытные лесные жители. Совсем рядом, за деревьями, виднелись несколько покрытых мхом огромных валунов. Вдалеке пели свои песни птицы, но именно здесь не было слышно ничего.

На песчаном берегу, в паре метров от воды, стояли две готовые к отплытию лодки, подготовленные кем-то совсем недавно.

Когда все вышли из машины, Джа, окинув их взглядом, довольно заулыбался.

– Что ж, лодки готовы. Осталось дождаться луны, да, Кира?

– Джабари, – вмешался Петр, – думается мне, нужно быть ближе к центру озера. Отсюда мы рискуем не увидеть острова.

– Не могу не согласиться. Итак, Кира, есть идеи, где нам лучше всего дожидаться нашего главного приключения?

Вереск кивнула, делая шаг вперед:

– Там же, где и в прошлый раз.

– Отлично! Рик, Петя, грузите наши вещи!

Русов недовольно закатил глаза, но направился к багажнику. Бранимир подошел ближе к воде, окинул этот волшебный пейзаж взглядом и сделал глубокий вдох. Воздух был другим, вокруг висел непередаваемый аромат соснового бора. Еще больше восхищала незыблемая озерная гладь, позолоченная лучами солнца. Где-то вдалеке угадывались каменистые гряды и скалы, некогда обточенные ледником, и сотни островов, таящихся за поворотами. Князев посмотрел на Киру, подошедшую к нему. Кузьма на ее плече также вглядывался вдаль.

– Невероятная тут красота, – прошептал Бран.

Вереск, улыбнувшись, посмотрела на архитектора. В лучах солнца он, казалось, светился изнутри. Было в его образе сейчас нечто непередаваемое, но безумно родное и теплое. Ей вдруг подумалось, что она знала его раньше, быть может, в прошлой жизни.

– прошептала Кира вдруг всплывшие в памяти слова стихотворения, не отрывая глаз от лица Князева.

– Красиво, – повернувшись к ней, сказал Бран и улыбнулся. Краем глаза он заметил направившихся к машинам Петра и Рика. – Эй, давайте я помогу! – вызвался Князев.

Кира снова посмотрела на озеро, затем тоже пошла к машине, достала с заднего сиденья лук, стрелы, свой небольшой рюкзак и сама понесла их к лодке. Ей не нравилось, что рядом никого не было. Последним знакомым человеком на пути сюда был Михаил Алексеевич, но до его любимого причала минут сорок ходьбы. Сложив свои вещи в водонепроницаемый мешок, Кира незаметно достала телефон и проверила, нет ли сообщений от Смирнова. Пока ничего. Переброска вещей и их укладка в лодках не заняла много времени. Уже через двадцать минут они понеслись по водной глади в сторону островка, где Кира не была четыре года.

Каир, Египет

Солнце стояло еще высоко над Гелиополисом, на часах было 16:27. Заброшенное поместье барона Эмпейна напрочь выбивалось из окружающего архитектурного облика арабской столицы своими камбоджийскими фасадами. По периметру поместья шел высокий забор с колючей проволокой. В этот день он был окружен еще и головорезами в штатском, вооруженными до зубов. Лики индийских богов словно дразнили прохожих, а особенно Шива с застывшей в камне полуулыбкой. Вокруг этого дома буквально кружились городские легенды и леденящие душу истории о призраках и духах, обитающих внутри. Однако, несмотря ни на что, жилые дома в округе с видами на дворец стоили куда дороже, чем где-либо еще в городе. Люди старались не ходить мимо, особенно ночью, когда в темных окнах мелькали бледные огни свечей и слышались голоса ругающихся между собой хозяев дворца. Почти всегда у входа в дом сидел охранник, лишь иногда пропускавший посетителей внутрь за отдельную плату. К сожалению, в большинстве своем местные норовили лишь оставить никому не нужные надписи на старинных фасадах, а туристы захаживали сюда крайне редко, оттого что даже и не слышали о затерянном кусочке Индии в сердце Каира. Чаще всего двери в дом оставались закрытыми на два тяжелых железных замка. Но не сегодня. К удивлению сторонних наблюдателей, со стороны запасного выхода не было ни людей в штатском, ни телохранителей. Только один охранник, сидевший на белом пластиковом стуле под зонтиком, с удовольствием разглядывал прохожих. Мимо него проходила группа женщин, и он с нескрываемым любопытством рассматривал их, словно картинки. И даже вслушивался в непринужденный разговор о непослушности современных детей, особенно своих, видимо, плетущихся следом. Одна из женщин, шедшая чуть позади, была одета в просторное многослойное платье из черного шифона. От макушки до колен ее силуэт скрывал длинный химар14из такой же ткани. На ее руках были длинные черные перчатки по локоть. Лишь изумрудные глаза с вызовом смотрели вперед. Мужчина подумал про себя, что наверняка под этой тканью может скрываться лишь богиня. Вдруг один из мальчишек неудачно пнул футбольный мяч, и тот полетел в сторону входа в поместье барона. На большой скорости мяч прокатился мимо белого стула и закатился в угол за ступеньками. Мальчишки встали как вкопанные, припомнив все легенды о призраках, что когда-либо слышали. Один из них начал просить охранника принести им мяч, но мужчина равнодушно развел руками.