Не то, чем кажется… Последняя

I

Александр Сергеевич сидел в своём кабинете. Рабочий день, а точнее ночь, его уже закончился. Идти домой ему не хотелось, да и его там никто уже не ждал. Мать умерла несколько лет назад, а семьи в его сорок два года так и не было. Его сотрудники считали, что он женат на работе. Но он точно знал, что работа единственный способ избежать одиночества и пустоты в сердце. Он не был нелюдим или замкнут, наоборот он имел достаточно много романов и в юношестве, и в уже зрелом возрасте, но все они заканчивались через четыре-шесть месяцев. Ни одна не заставила его сердце дрогнуть и затрепетать: «Вот эта –единственная!»

Сейчас, после ночной смены, он как всегда не торопился домой, а проводил собеседование с кандидатами на вакансию врача в его клинике. Уже было два соискателя, и первым пришла красивая блондинка с хорошими рекомендациями и послужным списком. Она откровенно флиртовала со своим, возможно, будущим начальником. Александр Сергеевич поддержал её игру, и она ушла довольная, явно уже поздравляя себя с должностью. Следующим был мужчина, у него список был короче, так как он был военным ветеринаром и это по сути было его единственное предыдущее место работы. Но Александр Сергеевич, пообщавшись с ним, понял, что он профессионал до мозга костей, и уже думал, как сообщить блондинке об отказе. У него была ещё одна анкета, последний на сегодня кандидат, который должен был прийти через пятнадцать минут. Глав. врач бегло читал анкету, параллельно думая, как мягко отказать и этому соискателю.

– Так. Надо хотя бы без запинки имя и отчество произнести, когда буду объяснять, что вакансия закрыта. – сказал он сам себе и вернулся к графе ФИО.

Глаза его округлились: «Алприка Всеволодовна». Он несколько раз произнёс вслух. Потом он решил по внимательней прочитать хотя бы предыдущее место работы, и понимающе покачал головой. Известная клиника с отличной репутацией, оттуда просто так никто не увольняется. Он даже как-то работал с ними. Сотрудники оставили у него неизгладимое впечатление, он бы хотел таких у себя. Но ведь он уже выбрал мужчину, хотя не сказал же ещё.

– Ну, хорошо, – опять сам себе сказал Александр Сергеевич, – поговорю с ней, может она не сама ушла, а …

Он посмотрел на часы. Было без двух минут от назначенного времени. Вроде не опаздывает, но все кандидаты стараются прийти раньше.

– Уже маленький, но минус… – сам себя успокаивал Александр Сергеевич и продолжил смотреть на часы.

Стрелка переместилась ровно на двенадцать и тут же раздался звонок администратора: «Александр Сергеевич, к Вам на собеседование».

– Вот это точность! – выдохнул он. – Уже иду.

Он взял анкету и вышел из своего кабинета, который больше напоминал жилую комнату, так как Александр Сергеевич очень часто после работы не ездил в квартиру, а жил в клинике. Поэтому кабинет был не пригоден для приёма лиц «со стороны».

Глав. врач спустился вниз и подошёл к стойке администратора. Девушка-администратор кивнула на соискательницу.

– Добрый день. – вежливо сказал Александр Сергеевич женщине, которая разглядывала дипломы и награды на стене. Она повернулась и улыбнулась: «Добрый день!». У Александра Сергеевича дрогнуло сердце.

– Прошу, Вас! – отводя взгляд, он открыл ближайший кабинет, где обычно идёт приём пациентов, но сейчас там было пусто.

Она легонько наклонила голову и прошла в кабинет.

Александр Сергеевич сел в кресло врача, а Алприка Всеволодовна на место, где обычно сидят клиенты.

– Добрый день! – опять зачем-то повторил Александр Сергеевич.

– Добрый! – опять улыбнулась женщина.

– Алприка Всеволодовна? – он поднял на неё взгляд.

– Просто Алприка. Моё имя многих ввергает в шок, а если ещё и с отчеством, то все впадают в ступор. Так что просто Алприка. Я уже привыкла.

– Хорошо, Алприка, – Александр Сергеевич чуть расслабился, – меня зовут Александр Сергеевич. Я главный врач клиники. Вы претендуете на должность врача нашей клиники, я правильно понимаю?

– Да, Александр Сергеевич. – ответила она, и у глав. врача от звучания собственного имени из её уст, ещё раз дрогнуло сердце.

– Вы работали в клинике, достаточно известной и успешной. Что Вас не устроило там, что Вы решили уйти из неё.

– Меня там всё устраивало, но причина банальна – я переехала. Мне очень неудобно туда добираться. Ваша клиника не менее известна и успешна, поэтому я думаю, что она мне подойдёт.

– Вот как? – удивился Александр Сергеевич. – Подойдёт? А из чего Вы сделали такой вывод?

– Вы же прекрасно понимаете, что в той клинике плохих специалистов не держат, так же, как и в Вашей. И ещё один плюс – мне нравится главный врач.

– Вот как? – повторился Александр Сергеевич и откинулся на спинку кресла, – Объяснитесь, пожалуйста, а то я могу неправильно Вас понять.

Алприка, не дрогнув, продолжила:

– Вы меня не помните, но мы работали на одном из проектов: «полевые» испытания лекарства для кошек. Вы были единственным глав. врачом, работавшим наравне с нами, обычными врачами и младшим персоналом. Ещё тогда я отметила, как Вы обращаетесь со своими сотрудниками и подумала, что, если мне придётся менять место работы, я бы хотела такого глав. врача. Мало того, что Вы талантливый руководитель, Вы ещё и, как человек, очень приятны в общении…

– Ах, вот в каком смысле! А то я уж подумал… Ну, Вы мне льстите.

– Льстят тем, у кого нет заслуг, которые можно отметить. Если Вам будет, так удобней, считайте это комплиментом. – спокойно глядя в глаза, сказала Алприка.

Александр Сергеевич улыбнулся.

– Можно ещё вопрос? – почему-то спросил он.

– Конечно. Это же я на собеседовании. – улыбнулась она и Александр усмехнулся: «Точно!».

– У Вас «красный» диплом, и Вы учились в том же институте, что и я. Почему я Вас не помню?

Алприка усмехнулась и первый раз отвела глаза: «Ну этот вопрос не мне надо задавать». Потом опять посмотрела на Александра Сергеевича:

– Отличники чаще выступают на конференциях с докладами и презентациями, а я больше – на сцене. Видимо, поэтому Вы меня и не запомнили, мы были в разных кругах.

У Александра что-то шевельнулось: сцена, репетиции…

– Пели или танцевали?

– Пела, играла на гитаре и фортепиано.

– Ого! – не смог удержаться он. – А сейчас где-то выступаете?

– Нет. После окончания института и музыкальная карьера закончилась тоже.

– Жаль.

Алприка пожала плечами.

– У меня есть работа. Когда я не смогу её выполнять достойно, будет чем заняться в старости. – улыбнулась она.

Александр Сергеевич смотрел на женщину, не зная, что ещё спросить. Ему так хотелось ещё поговорить с ней, чтобы она не уходила, но про работу спрашивать он не хотел. Хотел спросить о муже, детях, личной жизни, но это было бы слишком…

– Хорошо! – взял он себя в руки. – У меня сегодня было ещё два кандидата на эту должность, так что мне надо время подумать и завтра я сообщу о своём решении. Ваш телефон? – он посмотрел в анкету. – Есть! Завтра созвонимся.

Она встала и протянула ему руку, он тоже встал и коснулся её ладони.

– До свидания! – сказала она и аккуратно забрала свою руку.

– До свидания! – хрипло произнёс Александр Сергеевич.

Александр Сергеевич сидел в своём кабинете-комнате на диване и смотрел на правую руку.

«Что это было?» – думал он. Он нервно сглотнул, вспомнив, что он «увидел», когда дотронулся до неё: «Её губы чуть приоткрыты и она постанывает, он ласкает её грудь и иногда касается её губ, хватая стоны…»

Он закрыл глаза и глубоко вздохнул: «Наваждение какое-то». Но он хотел, чтобы это наваждение сбылось.

На следующий день двое из троих претендентов на вакансию, узнали, что их не взяли на эту должность.

II

Через неделю, после улаживания всех формальностей, в клинике начал работать новый врач.

«Алприка» – так было написано на нагрудном экране врача.

Глав. врач сам, лично провёл нового врача по клинике, показывая все кабинеты.

– Это мой кабинет, – махнул он рукой на дверь, – а это Сергея Геннадьевича – генерального директора. Но не рекомендую к нему ходить, минуя меня. Я не люблю, когда «прыгают» через голову. – стараясь смягчить тон, сказал Александр Сергеевич.

– Хорошо. – пожала плечами Алприка. – Я могу приступать к своим обязанностям?

– Конечно! Раздевалка там. – указал он рукой дальше по коридору.

– Спасибо.

Она пошла в указанном направлении. Александр Сергеевич посмотрел ей в след и зашёл в свой кабинет.

По «странному» стечению обстоятельств у Алприки график совпадал с графиком глав. врача. Особенно Александр надеялся на ночные смены, когда клиентов было в разы меньше и можно было просто сидеть в ординаторской и болтать.

Так прошло почти полгода. Александр не узнавал себя. Так долго ходить вокруг да около. На него это не похоже. Он оправдывал себя тем, что она не даёт ему никаких намёков. Даже рукопожатий больше не было.

В очередную ночную смену, правда не в свою, а Алприки. Он сидел у себя в кабинете и просматривал истории болезней. И тут его, как пронзило: «Не то лекарство назначено!». Правда он выдохнул, это было ещё не сделано, а только, как рекомендация. Но его и это почти взбесило: «Кто из его врачей мог так грубо ошибиться?». Он посмотрел электронную подпись лечащего врача и у него всё «упало» – Алприка. Она ошиблась в назначениях. Он не верил своим глазам.

– Может она подписала чьё-то назначение, не глядя? – попытался успокоить себя Александр. – Надо всё выяснить!

Он решительно встал и пошёл на поиски врача. Выйдя из кабинета, он услышал голоса в ординаторской и пошёл туда.

Алприка и двое ассистентов пили чай и весело болтали, но все резко замолчали, увидев в дверях мертвенно бледного глав. врача с горящими от злости глазами.

– Алприка! Можно Вас? – отчеканивая каждое слово и подняв вверх планшет, сказал Александр Сергеевич.

Алприка встала и спокойно пошла за начальником. Тот зашёл в кабинет, и пропустив своего сотрудника, закрыл и запер дверь на замок.

Он сел в своё кресло, Алприка через стол, напротив.

– За эти полгода я ни разу не усомнился в Вашей квалификации и своём выборе сотрудника, – начал он, положив планшет с открытой на нём историей болезни на стол, – но… сейчас я проверял назначения и нашёл грубейшую ошибку… Я склонен думать, что Вы просто подписали, не глядя, чужое назначение? – он с надеждой посмотрел на Алприку.

Она смотрела на глав. врача, и тому показалось, что она улыбнулась уголками рта.

– Нет! Я не подписываю чужие назначения.

Александр Сергеевич сжал кулаки:

– Вы понимаете, что за это увольняют?

Теперь она улыбнулась не скрываясь, Александр опешил:

– Вы считаете, что это смешно?!

– Я сделала это специально! – встала она и опершись руками на стол, нависла над начальником.

– Что?! Зачем?!

– Мне надоело ждать, когда ты сделаешь первый шаг.

Слова застряли в горле у Александра, он просто сидел и удивлённо моргал.

– Ты думаешь я не знаю, что у нас смены совпадают? Что ты, как тень бродишь за мной по клинике? Что с тобой? Раньше ты не был таким не решительным?

– Раньше?

– Да, раньше! Ты всегда подходил и говорил, что тебя не устраивает или что ты хотел от меня. А сейчас?

– Но я тебя не знаю и никогда не видел раньше. Я тебя не помню!

– Пока не помнишь…

Она обошла стол и развернула Сашу к себе лицом. Тот не сопротивлялся, он просто «врос» в кресло от такого напора.

Она положила руки на подлокотники и коснулась своими губами его губ. Несколько секунд он смотрел на её лицо, потом его «пронзил ток», и он схватил её и посадил на себя. Она улыбнулась, не отрывая от него губ. Он взял её одной рукой за затылок, другой гладил по спине. Она обвила его шею руками и прижалась к нему грудью. Их языки играли друг с другом, обвивая и затягивая каждый к своему хозяину в рот.

Алприка отстранилась и встала. Она отошла к дивану и сняла рабочий комбинезон.

– Ты всё ещё так любишь? – спросила она, вставая на колени на диван и опираясь грудью на его спинку.

– Откуда?.. – удивился Саша.

Алприка улыбнулась.

Он снял свою одежду и прижался к ней, целуя её спину и плечи. Его руки скользили по её груди, спускаясь вниз: живот, лобок… Он тронул её пальцем, и она прогнулась навстречу ему. Потом обратно и её ягодицы упёрлись в его пах. Он укусил её за плечо. Она ещё сильнее выгнула спину и застонала.

– Ты серьёзно разрешись мне?.. – он с трудом подбирал слова, дыхание его было частым и дрожь нетерпения и возбуждения проходила по его телу.

– Да! – улыбнулась она и прогнулась так, чтобы ему было удобно в неё войти.

Он облизнул палец и круговыми движениями ввёл его между ягодиц. Она застонала и резко дёрнула тазом так, что его палец оказался в ней целиком. Саша чуть не задохнулся от вожделения. Он схватил себя за пенис и вошёл в её зад. Алприка застонала и улыбнулась: «Да!». Его пальцы входили в неё спереди, сначала один, потом два. Он сжимал её грудь левой рукой и с силой вжимал в диван. Он чувствовал, как она дрожит под его напором, как замирает и кусает диван, подавляя стоны. Несколько минут и он, уткнувшись в её затылок, выдохнул свой удовольствие.

Алприка оделась и посмотрела на Александра. Тот сидел на диване и улыбался, как кот, натрескавшийся сметаны. Она выжидающе смотрела на него, но тот не шевелился, а просто наблюдал.

– Ну?..

– Что, ну?

– Ты вспомнил?

– Я, вроде, ничего не забывал, – удивлённо улыбнулся он, – я же не рыбка с пятиминутной памятью.

Алприка вздохнула, поджала губы и подошла к столу. Взяла лист бумаги и ручку и что-то написав, протянула Александру. Тот взял лист: «Прошу уволить по собственному…» – прочитал он и уже без улыбки удивлённо уставился на Алприку.

– Что это?

– Меня здесь больше никто не держит. Я увольняюсь.

– А… Вот это? Что сейчас было? – ошарашено спросил он.

– Ошибка. Извини. – она повернулась к двери.

– Жаль. А то я хотел предложить тебе шоколадку без сдачи…

Алприка резко повернулась, Саша встал и с хитрой улыбкой подошёл к ней.

– Конечно, я тебя вспомнил! – поцеловал он Алприку.

Она прижалась к нему.

– Я так понимаю, что такой способ «вспомнить всё» придумала Она? – глядя ей в глаза, спросил Саша.

Алприка прекрасно поняла, о ком он и кивнула: «Конечно!».

III

#Макс лежал на столе в зале заседаний абсолютно голый. Он закрыл глаза и взял чьё-то лицо в свои ладони и поднёс к губам. Когда он открыл глаза на него, с горящими от желания глазами, смотрел Декстер… #

Макс резко сел на кровати и огляделся: «Это сон!». Он ущипнул себя, на всякий случай, и обратил внимание, что Лоры рядом нет. Но он уже не беспокоился, она иногда уходила, но теперь Макс знал, что это её работа. То на Основной Планете что-то срочное, то в других колониях какие-то проблемы и без неё никак.

– Интересно, а этот сон считается кошмаром или эротическим? – уже полностью успокоившись, пошутил сам себе Макс.

– Ты о чём? – спросила Лора, входя в комнату.

– Да, так… Сон дурной приснился. – Макс не очень хотел рассказывать про его «любовь» с Декстером.

– Ну, как скажешь… – пожала плечами Лора.

– Только не смейся. – обиженно сказал Макс.

Лора сделала самое серьёзное лицо.

– Мне приснилось, – он вдохнул поглубже, – как я с Декстером занимался сексом на столе…

Лора с трудом подавила улыбку и на полном серьёзе сказала:

– Ты бы мне раньше сказал. Я отошла бы в сторонку и не мешала вашему счастью…

– Ну я же просил… – с укором посмотрел Макс на неё.

– Я серьёзно! Для меня главное – твоё счастье. Даже если без меня. А Декстер выполнит любой мой приказ. Ты же знаешь.

– Да, ну тебя… – обиделся Макс.

Лора села перед Максом и погладила по коленке:

– Да, ладно тебе. Не каждый же день ты мне свои сны рассказываешь. А где вы это делали?

Макс понял, что теперь она его изведёт своими шуточками:

– На столе. В зале заседаний. – буркнул он.

Максу показалось, что Лора вздрогнула. Он поднял голову, она улыбнулась, но Макс точно видел, как за секунду до этого в её глазах промелькнула настороженность.

Она провела ладонью по его щеке, большим пальцем по губам, он чуть прикусил её палец.

– Может пока Декстер-разлучница не встал между нами, я на что-то сгожусь? – в её взгляде читалось недвусмысленное желание.

– Ты покажи, что умеешь, а я решу, кому отдать предпочтение… – Макс решил, что единственный способ не развивать неприятную тему, посмеяться над ней.

Лора приблизила свои губы к его и легонько облизала языком, убирая свой палец. Их губы слились, языки переплелись. Макс лёг на спину, увлекая за собой Лору, которую он крепко обвил руками.

– Я хочу, чтобы ты кончил на меня. – шепнула Лора Максу, когда тот был готов войти в неё.

– Хорошо! – почти простонал он.

Лора села и Макс приготовился к жару её лона. Но она отклонилась назад и опёрлась на руки, и Макс понял, что она сядет на него, но не так, как он хочет. Она, глядя на Макса села и тот закрыл глаза, когда проник в её попу. Ноги её были разведены в стороны, и когда она приподнималась, он видел её губки, влажные от «сока». Он положил подушку под свою голову и пальцами обеих рук ласкал её губки и клитор. Она стонала и пыталась попасть на его пальцы. Но он не вводил их, а только сильнее распалял её и так возбуждённую плоть. Этого было достаточно, чтобы она несколько раз выкрикнула его имя и попыталась свести бёдра.

– Я не могу больше терпеть… – простонал Макс.

Лора поднялась повыше и легла между его ног. Она взяла его пенис в руку, и он выплеснул на её живот всё, что она просила. Лора улыбалась. Она пальчиком собрала остатки с его головки и облизала свой палец. Потом растёрла его семя по своей коже, обвела вокруг сосков и к шее. Макс любовался её движениями.

– Ты наелась? – спросил он, когда всё впиталось в её кожу.

– Да, спасибо.

Она поцеловала его пальцы и ступни.

– Принеси «игрушку», пожалуйста. – сказал Макс.

Лора блеснула глазами и пошла к комоду. Она не успела даже открыть ящик…

Комод бился об стену, а на его поверхности появились свежие царапины. Макс входил в Лору резко и грубо. Она прогибалась под ним, упираясь грудью в комод. Он открыл ящик, остановившись на секунду, достал одну из «игрушек», и не выходя из Лоры, ввёл игрушку в неё. Она закричала: «Да!» и Макс продолжил.

В этот раз он кончил в неё, но Лора и не возражала. Она цеплялась за комод и тяжело дышала.

– Ты дикий зверь! – с восхищением выдохнула она.

Макс посмотрел на неё и схватил за хвост, положив на пол на спину.

– Макс!?

Он с силой раздвинул ей ноги. Ей набухшие губки приятно грели прохладный нос Волка. Его язык приносил временную прохладу, но то, что он там делал, только усиливало её жар.

– ^Встань, чтобы я мог в тебя войти! ^ – услышала она его голос в голове.

Лора перевернулась на живот, и Чёрный Леопард подняла зад и отвела хвост в сторону.

Если у стен были уши, они бы оглохли от рёва двух диких зверей, в таком ограниченном пространстве.

IV