Сила слова

Глава первая

Языки пламени приближались и разрастались. Мутные, плохо различимые образы в одно мгновение стали чёткими. Возносясь в темноту, они закручивались, закручивались и закручивались. Подобно вихрям набирали мощь. Подбирались к чему-то.... к кому-то. Огонь охватывал всю линию горизонта. Горела… вода? Точно, вода. Пламя буйствовало прямо на воде. Трещало и развивалось. Немыслимо! А за ним… За ним что-то было. Что-то звучало. Издалека раздавались крики. Вопли ужаса, боли и смерти.

Арма̀нд проснулся. Потолок комнаты явственно предстал перед глазами. Зрение не затуманилось, не подёрнулось присущей пробуждению пеленой, словно он вовсе не спал, а лишь на пару мгновений прилёг. Однако общее ощущение говорило об обратном. Арманд выспался! Действительно хорошо выспался и отдохнул. Если бы не дурацкий сон, о лучшем и мечтать нельзя.

Разглядывать уныло-серый потолок наёмной квартиры – занятие не слишком интересное. В отличие от горячей воды и завтрака. Арманд отпихнул одеяло, ногой отодвинул окончательно остывшую грелку с водой и присел на постели. Повернул голову направо, затем налево. Потёр шею.

«Нет, не показалось. Правда выспался», – про себя усмехнулся молодой человек.

Встав с кровати и распрямив спину, Арманд подошёл к небольшому оконцу над хлипким комодом. Без промедлений распахнул, запуская в комнату уличный воздух и галдёж. Довольно скудный галдёж. Не больше обычного уж точно. Пару раз глубоко вдохнув, Арманд принял для себя новый день.

«Что было, то прошло. Сегодня всё по новой».

Из кранов с холодной и горячей бойко полилась вода, наполняя заткнутую пробкой раковину. Выждав несколько секунд и смочив пальцы, Арманд поднял взгляд на себя в зеркало.

Бритву вновь можно не тревожить. Как бы не хотелось (ведь в нынешнем году среди прекрасных особ крайне популярна мужская щетина), волосы на лице расти отнюдь не спешили. Наследственность, надо полагать. Ни отец, ни дядя никогда не отличались пышностью бород и усов.

Глаза сегодня выглядели, как им и положено на самом деле – голубыми, а не красноватыми с угнетающими прожилками и обосновавшейся в глубине усталостью. Организм согласился с вердиктом своего хозяина – он действительно отдохнул.

Небольшой перерыв от работы внёс свою лепту. Возможно, ещё несколько дней без дел избавили бы и от тяжёлых снов, да только тающие объёмы наличности никак не могли допустить подобного развития событий.

Зубная щётка удобно легла в руку, и Арманд поспешил освежиться.

Снаружи действительно оказалось не слишком людно. Что по меркам улицы, где квартировал Арманд, что Борогра̀да в целом. Основная масса горожан уже разошлась по делам, в то же время пока не успев перейти к обедам и дневным доставкам. Пасмурная погода, столь привычная и знакомая местным, неожиданно отступила, дав солнцу освещать улицы.

Многие прохожие щурились, не обзаведясь привычкой радоваться ясной погоде и душевно любя уютные облака. Некоторые, в особенности старожилы, даже суровые, непроницаемые тучи.

Поддержав земляков небольшим прищуром, Арманд поправил через чёрный сюртук подтяжки, чуть ослабил шейный платок дымчатого цвета и сошёл с крыльца.

Не прошло и секунды, как слух поймал знакомый голос. Туфли застучали по мостовой по направлению к вертлявому источнику звука.

– Свежайшие новости! Главные сплетни! Чудо на колёсах! Новые модели машин Круппа! О, доброе утро, меда̀рр Брѐгцев!

– Привет, Пѐша! – поздоровался Арманд с кудрявым черноволосым мальчонкой, отвечая кивком на кивок. – Чем сегодня порадуешь?

– Свежайший выпуск «Еженедельника».

– Нетушки, оставь эту галиматью домохозяйкам и щёголям. «Красный воробей» есть?

– Есть, медарр, есть. Вот только… – Пеша сверкнул коварным взглядом. – Тираж небольшой. Уже почти весь купили. Но я вам один экземпляр оставил. Утренний. А первая полоса знаете какая? Ух, вы обязаны прочитать!

– Обязательно прочитаю, раз ты для меня аж экземпляр припас. И насколько же выросла цена, пока выпуск безопасно отлёживался в твоём загашнике?

– На сущую мелочь! Девять рулѝдр, и выпуск ваш! – Пеша широко улыбнулся, предусмотрительно не обнажая зубов. Смуглая кожа хоть и делала их искусственно белее, пристрастие парнишки к чаю и сахару давали о себе знать.

– Трижды цену взвинтил! – почти искреннее возмутился Арманд. – Дорог твой загашник. Я лучше до Площади свободы пройдусь, там, верно, ещё остались выпуски!

– Что вы, медарр, что вы! С таким выпуском никак нельзя ждать! Так и быть, ради моего к вам безграничного уважения – семь рулидр.

– Четыре.

– Шесть.

– Пять.

– По рукам!

Арманд выудил из кармана заготовленную пятёрку монет и высыпал в подставленную ладошку. Пеша ловко спрятал деньги в карман новеньких брюк, выудил с самого низа стопки разномастных газет утренний выпуск «Красного воробья» и гордо протянул покупателю.

– Благодарю! – с наигранным возмущением поблагодарил Арманд, демонстративно покачал головой и медленно зашагал по тёмной брусчатке.

– Свежайшие новости! Главные сплетни! – незамедлительно раздалось за спиной. Впрочем, Арманд уже не обращал внимания на возгласы Пеши.

Удобно согнув газету, молодой человек забегал глазами по первой полосе. Прочитав лишь название и короткую припись внизу, он застыл посреди улицы.

«Сорванец! Знал, знал, что оно мне нужно!» – пронеслось в голове.

Сунув газету за пояс, Арманд ринулся вперёд к оживлённой проезжей улице, спешно ища взглядом извозчика.

Возле редакции «Красного воробья» стояло несколько повозок: две пассажирские и одна грузовая. Напротив столпилась группа ребятишек-посыльных, поджидающих шанса заработать монету. Пришлось высаживаться на самом краю длинного здания из красного кирпича и добираться до входа на своих двоих.

Ещё на подходе к парадным дверям в нос ударила смесь запахов: бумаги и чернил, дерева и краски, выпивки и дыма. Тяжёлый дух гостеприимно принимал в свои объятия, оставляя позади ароматы города. К особому удовольствию, запахи лошадей и следов их присутствия.

Арманд бодро заскочил внутрь, устремившись на третий этаж. По дороге с разных сторон прилетали «Доброго!», «Привет!», «Как утреце?» и прочие сообразные времени суток фразы. Молодой человек коротко отвечал разносчикам, наборщикам и репортёрам, толком не обращая ни на кого внимания. Чем ближе он подбирался к кабинету редактора, тем сильнее в груди распалялось возмущение, не позволяя думать о другом.

Последние ступени узкой лестницы скрипнули, и короткий проход с видом на нижний этаж подвёл к заветной двери. Арманд заглянул внутрь через стёкла, уже потянув руку к ручке, как вдруг замер. Перед столом редактора стояли двое в неприятно знакомых тёмно-синих мундирах и шлемах, вызывающих ассоциации с барабанами, натянутыми прямо на головы.

Арманд прислушался. Внутри шла ругань, безуспешно маскируемая под вежливость. Голоса тоже оказались неприятно знакомыми. Укусив угол нижней губы, Арманд отступил на шаг, и тут двойка начала разворачиваться к двери.

Шлицу сюртука потянуло назад, столь быстро её владелец ринулся прочь. Половицы предательски заскрипели. К счастью, в редакции хватало всевозможных звуков. В том числе скрипов. Какофония скрыла спешное бегство.

Дверь кабинета редактора распахнулась именно в тот момент, когда Арманд заскочил в закуток. Прижавшись к стене, он отвёл голову в сторону и обратился в слух, старательно игнорируя собственное участившееся сердцебиение.

Шаги двойки приближались. Вот уже и их неровное дыхание начало различаться. Мимо скользнула тень, секундой после вторая. Скрипнула первая ступенька ведущей вниз лестницы.

– Гляньте! – Язвительный возглас перерубил все надежды на избежание встречи. – Чья косматая башка прячется. Брегцев!

Арманд повернулся к говорившему и вышел из укрытия. Прекрасно зная, что пустая издёвка Га̀гена порождена безуспешностью борьбы того с собственным облысением, он горделиво выпрямился и встряхнул головой. Тёмные ни капельки не косматые волосы слегка разлетелись. Голубые большие глаза встретились с маленькими серыми, источающими презрение.

– Гаген! Эрст! – Переведя взгляд на второго мужчину, Арманд изобразил исключительно нелюбезный поклон головой.

– Для тебя инспектор Лѝллард! – бросился Гаген на защиту начальника с прытью, способной вызвать зависть у любой сторожевой собаки.

– Для служивых патрульных вроде тебя, бесспорно, «инспектор», а я человек вольный.

– Чести в тебе…

– Тихо! – сухой ровный голос Лилларда заставил рот патрульного закрыться, а спину выпрямиться. Арманд нехотя признался себе, что сам едва не встал по стойке смирно. – Не учтиво требовать от простых горожан соблюдения порядков городского сыска. С них довольно соблюдать законы. Тебе ведь прекрасно известно, что для медарра Брегцева и это уже непростая задача.

Зелёные глаза инспектора впились в лицо Арманда. Выдержав паузу, он вздохнул, подняв идеально симметричные усы к носу:

– Не к чему избегать встречи со служителями правопорядка, Арманд. Офицеры люди стойкие, мы стерпим вызываемые твоей персоной воспоминания. Увы, не ты первый опозорил мундир.

Гаген тихо усмехнулся, выглядывая из-за плеча начальника.

– Если бы вы меньше следили за мундирами и больше за порядком, в Борограде давно бы закончились преступники, – парировал Арманд, стоически держась в игре в гляделки. Надменность Лилларда было нелегко перебороть, но позволить себе сдаться молодой человек не мог.

– Видишь, Гаген! – Инспектор бросил фразу через плечо, не разрывая зрительного противоборства. – Работа частным детективом убеждает, что ты разбираешься в тонкостях правопорядка. Оставим горожанина Брегцева с его фантазиями. Честь имеем! – Лиллард оглушительно стукнул каблуками. – В отличие от некоторых, – добавил он ровно таким тоном, чтобы Арманд едва услышал. Последовавший за комментарием мерзкий смешок Гагена различался куда лучше.

Арманд не смотрел, как двойка спускалась по лестнице. Слух обозначил, когда они ушли достаточно далеко, чтобы больше не слышать его. Он выдохнул. Челюсть болела от напряжения. Укрывать печаль за отрешённостью получалось с трудом.

«Лиллард, старая псина! Никогда не простит. Никогда не поймёт».

Арманд развернулся на каблуках. Резче, чем стоило. Половицы заскрипели пуще прежнего. Поправив платок на шее и позволив на время утихнувшему негодованию набрать половину былой мощи, детектив подошёл к двери главного редактора.

– Угу! – раздалось изнутри на стук.

Арманд переступил порог.

– Виновен! Твоя правда, виновен! – зазвучал торопливый бас, стоило посетителю сделать шаг в кабинет. – Ты не представляешь, что за утро!

– Отпираться не будешь? – иронично спросил Арманд, доставая купленную газету и кладя на стол перед редактором.

– А смысл? Я ещё не выжил из ума, чтобы пытаться тебя обманывать! – Газетчик громко рассмеялся, обдавая Арманда едким запахом.

Красное лицо, ещё более красный нос. Мокрый лоб. До неприличия разящий аромат фиалкового одеколона. Никаких сомнений – вчерашний вечер Куо̀рон разделил с бутылкой крепкого. А может и утром на короткое свидание заглянул.

Арманд подошёл вплотную к столу и протянул руку. Приятель приподнялся из-за стола, чего было вполне достаточно, чтобы поравняться в росте, и стиснул протянутую ладонь в своей исполинской лапе. Никто при первой встрече не ожидал, что главным орудием в этих ручищах служит перьевая ручка.

– Рассказывай, что за убийство? – Угол стола скрипнул под весом присевшего Арманда. Стульев, кроме хозяйского, в кабинете не держалось.

– Ради него Лиллард и припёрся.

– Куорон, давай по порядку! – осадил детектив.

– Да-да-да. Газету читал? – Куорон хлопнул по положенному приятелем на стол утреннему выпуску.

– Только заголовок.

– Эх, пишешь-стараешься, а им заголовки. Из-за таких дела и идут, куда не надо. – В руке Куорона почти из ниоткуда (лишь цепким взглядом замечая, что из первого ящика стола) появился стакан с бренди. Сделав глоток, газетчик продолжил: – В «Долгом пути» в комнате нашли убитую. – Газетчик отхлебнул ещё и опустил глаза в стол. – Неприятное убийство. Мерзкое. Повесили на её же волосах, разрезали платье. Маньяк.

– Странный способ для убийства. Самоубийство исключили?

– Табурета на полу не было. Говорят так. Убийство получается. И зачем платье резать, когда вешаешься?

– Хм. – Арманд глянул через стеклянную дверь кабинета в окно, располагавшееся под самым потолком. Через узкий прямоугольный проём лился солнечный свет.

«Только в нашем городе солнце плохой знак. Такая светлая погода и убийство. Странное убийство».

Определившись, что белых пятен здесь столько, что про ответы рано и думать, детектив повернулся обратно к знакомому.

– Что ещё известно?

– Мало. Там у меня человечек есть, но всё равно мало. Владелец сильно негодовал. Очень хочет побыстрее всё решить, чтобы к заведению дурная слава не прилипла. Ко мне как прибежала, я сразу в печать. Потом развоз. Первому надо быть. Сам понимаешь. Потом уже собирался к тебе, да Лиллард припёрся. Ты знаешь как с ним! – Куорон поднял угрюмый взгляд на приятеля. – Быстро сделать ничего не могут, так и со мной также. Я всё, что знал, напечатал. Но он по кругу затянул. Давай, говорит, говори. Откуда, кто, когда? Дурак!

Куорон залпом допил остатки бренди и убрал стакан обратно в ящик.

– Собирался, но ты уже сам…

– Не волнуйся, я не в обиде. – Арманд натянуто улыбнулся. Узнав про все подводные камни, он действительно перестал злиться на приятеля, однако новость от убийстве не оставила шанса утреннему приподнятому настроению вернуться. – Есть ещё что добавить?

– Вроде, нет.

– Хорошо. Тогда мне нужно на место. Благодарю! – Арманд медленно встал на ноги. Про себя шустро вспомнил весь разговор. Убедился, что больше спрашивать не о чем, и направился к двери. – Если вдруг какие новости…

– Ты будешь первым после станка! – Газетчик басисто усмехнулся. – Осторожнее там. Убийца не ворюга какой-нибудь!

– В том и весь интерес!

Арманд собрался распахнуть дверь, когда его опередил подбежавший к кабинету взмыленный юнец.

– Медарр Дэ̀лик! – заверещал он с порога, смотря на редактора. – Расчётки принесли!

– Позвольте, любезный! – Детектив силой отодвинул словно не заметившего его посыльного и вышел в коридор. К Куорону он относился с симпатией, но его внутренняя деловая кухня не вызывала ничего, кроме скуки.

Бросив на приятеля прощающийся взгляд и получив ответный, Арманд зашагал по скрипящему полу к выходу.

Глава вторая

«Долгий путь» абсолютно ничем не отличался от десятка таверн Борограда и, вероятно, от сотни аналогичных заведений по всему свету. Широкое здание в два с половиной этажа. Первый, выложенный некогда светлым кирпичом, был несколько вытянут вверх. Окон почти не имел, в отличие от второго, где располагались комнаты для постояльцев. Над ним чердачок для гостей бедных или остро нуждающихся в постое в переполненный вечер.

Окинув заведение ещё одним взглядом, Арманд приблизился и толкнул вперёд солидную дубовую дверь. Вместо обилия публики и ароматов еды с выпивкой «Долгий путь» встречал резким запахом мыла. Большинство гостей уже явно прознало об инциденте и решило на время (или вовсе) удалиться. В попытках исправить положение дел хозяин затеял масштабную уборку, свидетелем которой Арманд и стал.

Не задерживаясь в дверях, детектив побрёл между столами. Без спешки, без промедлений, без прямых взглядов на служащих. Так, чтобы максимально быстро затеряться и не вызвать ничьего интереса.

Стоявший за стойкой бородач повернулся к другому посетителю, и Арманд плавно свернул в бок. Проскочил мимо отчаянно трущей столы девчонки, обошёл двух беседующих стариков и взошёл по лестнице к жилым комнатам.

На втором этаже запах мыла стоял ещё крепче. Деревянный пол во многих местах покрывали мокрые разводы и пенные пятна. В дальнем конце суетилась дородная женщина.

«План не хуже других, но вряд ли сильно поможет. А вот раскрытие убийства может», – протянул про себя Арманд, отскакивая в сторону. Несущий гору белья выше его головы мальчонка совершенно не видел, куда идёт.

– Заплутали? – послышался сбоку хриплый голос. Следом из близлежащей комнаты вышел приземистый мужчина с закатанными рукавами. – Комнату сняли или к кому?

– Нет, медарр, я частный детектив. Арманд Брегцев. Касательно произошедшего убийства.

– Частный детектив, да? Ох, город наш впереди света всего. У прочих только служивые, а у нас детективы есть, да? Бороград всем покажет! – Мозолистый кулак погрозил невидимым заграничным завистникам. – Сложная работёнка у детектива, да?

– Любая работа сложная, если делать её качественно. Но трудолюбие и радость от полезности дела справятся с любыми трудностями.

– Ох, вы завернули! Учёный человек, сразу видно! – Приземистый собеседник небывало широко улыбнулся, выражая чистосердечное уважение.

– Бод, ты чаво языком расчесался? – К разговору присоединился вытянутый подобно швабре старичок. – Работать кто будет?

– Ну тебя, тут частный детектив. Уважаемый человек! А ты всё о тряпках да о тряпках!

– Детектив? – с любопытством спросил старичок, окидывая Арманда приценивающимся взглядом. – За убийство пришли узнать? Молодка вы ещё, медарр. Опыт у вас большой?

– Достаточный, уважаемый! – Арманд добродушно улыбнулся и уставил на старика решительный взгляд. – Я работал на купцов Сумба̀джи и герцога Бу̀ргота.

«Отыскивал сбежавших со столовым серебром слуг», – неразличимым шёпотом добавил Арманд. Никто его не услышал, и детектив ничуть не сожалел об отсутствии у собеседников острого слуха.

– Слыхал? – победоносно заявил Бод. – Герцога абы кого не нанимают.

– Богачам разное в головы взбредает. Подумаешь! – Не сдавался старичок.

– Также я сотрудничал с адвокатом Камернэ̀.

«Бумаги носил и дела подготавливал», – тем же призрачным шёпотом добавил Арманд.

– Камернэ? – внезапно раздался из-за спины высокий голос. К троице подошла дородная поломойка, попутно смахивая с рук остатки воды и мыла. – Усатый такой? С тростью с длинноносой животиной ходит? Знаю такого! Моему младшему, он у меня солдат, с сослуживцами денег не заплатили. Капитан гадина и ворюга у них! Этот Камернэ за них ругался. Платы почти не взял. Порядочный человек!

– А что же взял? За просто так, что ли, работал? – Старичок подозрительно сощурился. – Молодка, чем ваш адвокат зарабатывает, а? Скажите на милость!

– Боюсь, я не имею права разглашать…

– Человек доброе дело сделал, а ты давай подозревать, плешивая твоя голова! – возмутилась поломойка, огибая Арманда и упирая руки в бока.

– Я чаво? Надо узнать, с этих станется…

– Это с тебя станется! – прохрипел Бод. – Сам-то когда в последний раз доброе дело делал?

– Я…

Арманд отступил на шаг назад. Перестал прислушиваться к разговору, активно превращающемуся в базарную ругань, и забегал глазами, ища способ уйти. Хорошо бы ещё вызнав про совершённое убийство.

Вариантов лучше, чем просто шмыгнуть в ближайшую комнату, а затем поискать менее болтливых информаторов, не придумалось. Арманд выбрал направление для отступления, как вдруг спор слуг заглушил оглушительный хлопок в ладоши. Спорщики замерли и дружно посмотрели в сторону лестницы.

– Что за бардак? Почему никто не работает? – грозно спросил мужчина в буром сюртуке и такого же цвета котелке, сверля всех недовольным взглядом.

– Тут это, частный детектив. – Бод оглянулся в поисках Арманда и, найдя, показал на него большим пальцем.

Обладатель бурого наряда подцепил детектива взглядом. По его лицу пробежал скорый табун мыслей.

– Я разберусь, все за работу!

Служащие покивали в разные стороны и их будто ветром сдуло.

– Добрый день, Арманд Брегцев!

Самостоятельно представиться местному раздатчику команд Арманд посчитал обязательным делом и проворно вышел вперёд. Создать о себе удачное первое впечатление – неоценимо важная миссия в работе частного детектива.

– Ва̀са Пу̀ттев!

Они обменялись рукопожатиями.

– Верно сказали, вы частный детектив?

– Верно.

– Кто вас нанял?

– Никто. Я узнал об инциденте из газеты и решил разузнать сам.

– Газетчики. – Васа выплюнул слово, подобно последнему оскорблению. – Весь город им надо на уши поставить. Хм. – Мужчина задумчиво посмотрел на Арманда. Почти кивнул, словно принял про себя некое решение. – Я владелец этого заведения. Пойдёмте, покажу вам убитую. – Они устремились вдоль коридора. – Быстро раскроете убийство?

– Чтобы раскрывать дело, должно быть дело. Меня же пока никто не нанимал, – учтиво произнёс Арманд, следуя в половине шага позади медарра Путтева.

– Ловите работу? Пусть, не моя забота. Сколько?

Арманд едва не потерялся от настойчивости хозяина таверны. С иного угла, так даже лучше. Можно взяться за расследование без расшаркиваний.

– Двадцать фрака̀н.

Васа издал недовольное шипение. Ответил не сразу, поскрипывая желваками. Только дойдя до комнаты в самом конце коридора и помолчав ещё с минуту, он продолжил:

– По рукам. Но чтобы быстро!

– Сделаю всё от меня зависящее.

Кажется, Васа остался не слишком доволен ответом. Угрюмо хмыкнул и выудил из кармана потёртый от прикосновений тысяч рук ключ.

– Аванс восемь фракан. Остальное, когда раскроете. Как посмотрите, зайдите ко мне, выдам деньги.

– Договор. – Арманд принял ключ от комнаты. – Тело ещё там? Внутри убирались?

– Тело где было. – Васа сморщился и отвернулся от двери. – Погребальная команда пока не приехала. В порте корабль затонул, они там с самого утра. Остальное тоже не трогали. Инспектор запретил.

– Инспектор Лиллард? Он уже был здесь?

– Был. Чуть больше часа назад. Осмотрел комнату, поговорил со мной, ещё с парой работяг и уехал.

– Ясно. Он поделился с вами своими заключениями?

– Уверяет, что погибшая – проститутка. Проститутка! – Васа оказался талантлив на сплёвывание слов. – Не хватало мне этого! Ух, пойду я, медарр Брегцев. Как закончите, заходите.

Хозяин таверны наспех кивнул и торопливо пошёл прочь. Арманд проследил за ним взглядом. На повороте Васа буркнул поломойке мыть тщательнее и скрылся из виду.

«Какая забота о деле. Заботился бы о людях хотя бы в треть этого, был бы мечта, а не начальник», – про себя произнёс Арманд, отворачиваясь от коридора.

Детектив вставил ключ в замок, не спеша повернул и отворил. Открывшийся вид моментально отбивал желание заходить внутрь.

Убитая висела посреди комнаты. Из расположенного за ней окна струился солнечный свет, огибая тело и не давая его толком рассмотреть.

Арманд вошёл внутрь, закрыл за собой дверь. Не дал голове вжаться в плечи и вновь повернулся к телу. Свет продолжал мешать, и детектив начал обходить его по кругу.

Молодая женщина. Уже не девушка и старше его самого на несколько лет, но всё ещё молода. С деньгами проблем, похоже, не имела. Бедняки не носили столь длинных волос. Волосы… Куорон верно сказал – неприятное убийство.

Русую косу обернули вокруг шеи и привязали к потолочной балке. Посиневшие губы и цвет лица не оставляли маневра для фантазии. Женщина умерла от удушения.

«Сперва её должны были оглушить или одурманить». – Арманд нехотя подошёл ближе и посмотрел на потолок. – «Здесь невысоко, но чтобы подвесить всё равно пришлось бы вставать на стул. Сложно представить, как это всё провернуть, если бы жертва была в сознании и сопротивлялась. И платье…»

Арманд перевёл взгляд на платье. Добротно сшитое, жёлтого и белого цветов, с небольшим узором на рукавах. Не для представительницы богатейших сословий, но и не для беднячки.

– Проститутка, – тихо произнёс Арманда. – Не богаты, но деньги водятся.

Теория Лилларда крутилась в голове, поворачивалась разными сторонами. Детектив вздохнул. Вместе с запахом смерти отчётливо слышались запахи пота, грязи и пыли. С утра здесь побывало около полудюжины человек. Из коридора тянуло мылом. Арманд вздохнул вновь. Закусил нижнюю губу. Что-то здесь казалось несостыковывающимся.

«Проститутка», – повторил он уже про себя и с силой втянул носом воздух.

Поборов секундный страх, Арманд прикоснулся к руке убитой. Холодной, неподвижной. Словно вещь, а не человек. Детектив отогнал мрачную мысль и повернул руку ладонью к себе.

«Ссадин нет, ногти целы. Не похоже, что она боролась».

Поборов новый набег страха с примесью неприязни, Арманд поднёс руку убитой к носу и понюхал запястье. Аромат духов едва-едва улавливался.

«Проститутка, не наседающая на духи? В городе? В этом квартале? Верится с трудом».

Арманд отпустил руку: та опала вниз, подобно верёвке. Детектив сглотнул, отошёл на шаг назад и начал медленно осматривать убитую снизу вверх. Она была в туфлях, малопригодных для дальней дороги. Платье тоже не слишком годилось для путешествия. Подол ни капли не запачкан.