Призрачная долина

Глава 1: Деревенская ведьма.

Был конец мая, а это значит что скоро, очень скоро, должны были начаться долгожданные летние каникулы! Никакой учебы, зачетов и вечного недосыпа перед экзаменами. Свобода! Саша, Луна и Женька учились в одном институте и на одном курсе, а конкретно- на первом курсе .Они сразу как-то вместе сдружились, вместе проходили все испытания учебой и выручали друг друга шпаргалками. Луна имела пепельного цвета волосы, серые глаза и очень бледную кожу. Женя был высокий брюнет с зелёными глазами, а Саша был чуть выше среднего роста, со светлыми волосами и синими глазами. К концу курса, они твердо решили хотя бы часть летнего отдыха непременно провести вместе. Варианты были разные: поехать вместе на море (Саше, деньги на это обещали подкинуть родители, Луне -отец, мамы давно уже не было и она жила вдвоём с папой, а Женя честно заработал свой нал трудясь в местной забегаловке быстрого питания), завербоваться вожатыми в детский лагерь (этот вариант предложил Женя, он был самый быстрый из этой троицы друзей на предмет поиска подработки, потому как, в отличие от них, был из многодетной семьи, где вечно нужны деньги), ну или просто остаться в городе и посещать местные тусовки (тоже вариант, но он мало рассматривался). Неизвестно на чем бы они остановились, но Саша получил письмо. Да, даже в наше продвинутое и переполненное виртуалом время, кто-то пишет письма. Саше письма писала бабушка. Бабушка была ещё очень бодрой старушкой и не чуралась прогресса, но в той деревенской глухомани, где она проживала, почти не ловила сотовая связь. Потому, общалась как могла. Но письмо было не от бабули, а от почтальонши Валентины (это женщина средних лет, вполне приятной и заурядной наружности, жила в деревне бабушки и, разумеется, всех там знала, с Сашей она почти не общалась, ну виделись иногда, когда тот гостил в деревне). Сам факт, что ему решила написать почтальон был удивителен, Саша прочитал письмо. Она писала, что бабушка его очень разболелась и что ему надо обязательно приехать, как бы не умерла она. Разумеется, такие новости его огорчили. Вероятно, всё его огорчение ясно читалось на лице Александра, потому как подошедши Луна с Женей, сразу же спросили: «что случилось?» Саша сказал, что придется отложить приятный отдых летом на потом, потому как его бабушка заболела. Бабушка заболела, произнёс Саша сам не веря своим словам, ведь раньше его бабуля даже молодым могла дать фору : никогда особо не болела, даже простудой. Выслушав его, Луна сказала: ну значит мы едим отдыхать летом к твоей бабушке! Женя поддержал подругу, сказав, что тоже готов ехать. Саше пришлось смириться с этим, поняв, что утешать бабушку в болезни он будет не один. Но, пока надо досдать последний экзамен, а потом уже собираться в путь. К тому моменту, как этот последний экзамен был сдан, Саша получил ещё одно письмо, на этот раз уже от самой бабушки. Бабуля писала, что узнала про письмо от Валентины, где она её чуть ли не умирающей выставила, так вот, это всё не правда, и писала, чтобы он ни в коем случае к ней не приезжал, что видеть его она не желает и вообще совершенно здорова! В то, что бабушка здорова Саша мог поверить, учитывая то, что она особо не болела, но поверить в то, что его бабушка, души в нём не чающая, не желает его видеть! В это он отказывался верить категорически! И, конечно же, они с друзьями, все вместе поехали к Сашиной бабушке.

Добраться до деревни бабушки можно было разными способами: на машине (так Саша добирался в детстве: отец его отвозил на своей машине, как правило, на всё лето), либо часть пути на электричке, до ближайшей к деревне станции, а дальше пешком по дороге или ловя попутку, если повезёт (так Саша добирался прошлое лето, потому как отец не мог, он был в командировке, а машина в их семье была только у папы). Поскольку отец опять уехал в командировку, пришлось опять ехать на электричке. Был ещё вариант с такси, но тратить на это столько денег, выделенных родителями на отдых на море, Саша не хотел- жаба душила! Мама Саши, узнав о болезни своей мамы, тоже хотела поехать, но сейчас не могла совсем, из-за своей работы, отдохнуть она могла только через месяц, а сейчас никак, хоть увольняйся.

На электричке друзья добрались без проблем, но дальше пошли сложности: все встречные машины, что проезжали мимо них в их направлении, узнав куда надо ехать, просто не желали их брать вообще, проезжая мимо. Только один водитель грузовика согласился их немного подвезти, но не к самой деревне, а обещал высадить недалеко и недобро поглядывал на них всю дорогу. Это было неприятно, но терпимо: мало ли, ну не в настроении были люди. Добравшись до деревни, пошли дальше по деревне до дому бабушки Саши.

– Как же тихо у вас тут,– заметил Женька.

– Тихо, но не до такой степени,– признался Саша. Хоть деревня была очень маленькая, но жители имели: собак, коз, курей, гусей, кто-то даже свинок держал. Вся эта живность шумела обычно, но только не сейчас. Кругом тишина, как в морге! Людей на дороге тоже нет, никто не сидит на скамейках как раньше, хотя проходя мимо домов, Саша видел как старики выглядывали из своих окошек. Дом бабушки не был исключением: все как вымерло, даже болонка Жучка ни разу не тявкнула ради приличия, ей нигде не было ни видно, ни слышно. Бабушка лежала в доме на своей большой кровати, вся бледная, молчаливая. Когда заметила в доме гостей, вместо приветствия, стала ругать Сашу, что не послушал её и приехал, не надо было.

Внешний вид и поведение бабушки Иды встревожили Сашу. Он как мог, поухаживал за ней: приготовил еду и лекарства и попытался расспросить о том, что с ней случилось, и куда делась Жучка?

– Нету больше Жучки,– грустно сказала бабушка. Не только её нет, почти все собаки в деревни померли, а также козы, свинки, куры с гусями.

– Что ж так, мор у вас тут что ли?– Спросил Женька, отодвигаясь подальше от бабули и тщательно обрабатывая руки антисептиком. Баба Ида вздохнула :

– И ты туда же, все наши соседи нас за заразных держат и обходят нашу деревню стороной, не верят нам. Но дело не в инфекции, тут беда иная.

Луна подошла поближе и попросила продолжать.

Всё началось недели три назад. Деревенька у нас тут небольшая, сплошь пенсионеры живут, из молодых только почтальонша Валя, да ещё внуков на лето привозят дети. Так вот, привезли мальчишек ещё в начале мая, а они шустрые, на полянку к нашей речки побежали играться. Да Саша знает эту поляну, там камни лежат, много камней и все холодные, даже летом в жару от них холодом веет, а ещё не растет там ничего, даже трава, только камни и лежат.

– Помню ту поляну,– сказал Саша, меня с ребятами от туда Григорий Иванович всегда гонял, когда мы туда забегали.

– Гонял, когда помоложе был,– вздохнула бабушка. А тут захворал наш староста, ну и не уследил за ребятнёй. Скучно им стало с нами, стариками и пошли они из тех камней крепость строить. Пошли туда 5 детей, а вернулось 4, Сережка, внучок бабы Глаши, не вернулся. Пошли его искать, нашли недалеко от речушки, весь бледный, лежит, чуть дышит. Его взяли и к дороге понесли, там связь уже ловит, скорую вызвали. В больнице сказали что у него малокровие, оставили лечиться. С тех пор и началась эта напасть: животные дохнуть стали или пропадать. Внуков старики детям в город обратно отдали, некоторые и сами туда переехали. Жучка моя тоже пропала со двора. Пошла я её в лесок поистать, иду, кличу, а навстречу мне девица незнакомая идет и поёт что-то, а мне с той песни так спать захотелось, что прямо там на травку и повалилась. Очнулась я уже к вечеру, темнеть стало, слабость во всём теле такая, что еле до дому доковыляла. Совсем слегла, Валя меня навестила, вот, видно, и написала тебе что я больна. Я как об этом узнала, сразу и написал тебе, чтобы не приезжал! Я то старая, уже пожила, а тебя мне жалко, уезжал бы ты от сюда Сашенька и друзей своих тоже забирай!

– Ничего бабуль, прорвемся! Что-нибудь придумаем,– сказал Саша.

Саша, Женя и Луна разместились в доме у бабы Иды, приготовили еду, передохнули с дороги, а дальше стали думать, как им быть. Посовещавшись друг с другом, решили идти к той самой поляне- с холодными камешками.

Поляна изменилась: очень многих камней на ней не хватало. Найти их было легко- они были около речки, их там была целая куча (вероятно это и была та самая крепость, что дети строили), а на том месте, где раньше лежали камни, Луна заметила капли крови. А ещё на полянке было что-то типа старой землянки. Она и раньше тут была, но раньше она была вся завалена камнями и больше походила на небольшой холм, теперь же , камней на ней почти не осталось и вход в землянку был открыт. Идти туда никто из приятелей не решился, они конечно смелые, но ну её нафиг, мало ли там что… Камни, на поляне, больше не были холодными, погода стояла уже теплая и камни тоже немного прогрелись с одной стороны.

Саша побрел вдоль речки, в сторону деревни. Совсем немного пройдя вперёд, он заметил в кустах трупы животных, среди них была и Жучка. Саша сразу узнал знакомое тельце болонки. А рядом лежали куры, гуси, козы , свинки, другие собаки и кошки. Все они были мертвые и уже воняли. Но самое жуткое, это, что в ворохе этих трупиков Женя заметил тело ребенка. Это был мальчик, с виду лет 10-11. Он лежал в обнимку с немецкой овчаркой, прямо посреди разлагающихся животных. Женя вскрикнул, позвав остальных. Первой к ребенку подбежала Луна. Но как только она приблизилась к мальчику, овчарка, лежащая рядом с ним, подняла голову и зарычала на неё. Мальчик вздрогнул и посмотрел на Луну.

– Он живой! Саша, он живой! –сказала Луна. Саша уже был около мальчика, оценивая его состояние. Собаку взял на себя Женя. Собака рычала, пыталась укусить, не подпуская к ребенку, но была столь слаба, что даже встать на лапы не могла.

– Это моя собака. Брут фу, успокойся. –проговорил мальчик.

– Как ты здесь оказался, зачем вообще сюда пришёл?– спросил Саша. Разве тебе не говорили, что в лес ходить нельзя! Чтобы ты был дома?

– О, разумеется, говорили! Каждый день по многу раз! – сказал ребёнок. После того, как в деревне стали пропадать животные, всех моих друзей родители забрали в город. А мои меня не забрали, сказали, что это всё больные фантазии стариков и им работать надо, а не за мной следить. Можно подумать, что они раньше за мной сильно следили! Вечно им некогда, когда я им совсем надоел, хотя бы собаку подарили – Брута, чтобы я им занимался. А я и занимался! Мы были друг у друга, и он был мой самый лучший друг! Он не отмахивался от меня как от надоедливой мухи и всегда был рад меня видеть! Здесь в деревне тоска: друзей больше нет, все в городе, со двора ни ногой, одни старики кругом. Только с Брутом и играл! Пока однажды и его не стало. Я просто пришёл, а его нет! Нигде нет! Я не мог бросить друга в беде, понимаете, не мог!

– И ты пошёл его искать- сказала Луна. Мальчик кивнул.

– Что было дальше?– спросил Саша.

– Я пошел в лес, стал звать Брута, шел по дороге, к речке. А потом увидел какую-то странную женщину нищенку.

– Почему нищенку?– спросил Женя.

– Да одета она была в длинные лохмотья, типа платье что ли такое и волосы у неё длинные были, а лицо не разглядеть: волосы закрывали. Я подошёл и спросил: не видела ли она тут собаку? А она, вместо ответа, петь начала. А дальше всё, ничего не помню, только сейчас и очнулся.

– Но как рядом с мальчиком оказалась собака? – удивилась Луна. Саша показал на овраг и сказал: «Смотри, тут везде трупы животных, вероятно эта упыриха всех своих жертв сюда кидала, потому тут и Бут оказался. И мальчишку решила сюда же кинуть. А дальше собака подползла к хозяину и ребёнок машинально её обнял, по привычке.

– А почему тогда твою бабулю сюда эта тварь не кинула?– спросил Женька.

– А ты забыл как выглядит моя бабушка? Она любит поесть и весит как 3 таких мальчика. Я думаю, упырихе было просто влом её тащить.

– Встать сможешь? Звать то тебя хоть как? – спросил Саша у мальчишки.

– Игорьком зовут. Мальчик попытался встать на ноги, но тут же начал падать.

– Так, понятно, придется теперь нам тебя тащить.– сказал Женька.

– А Брут как же, я без него никуда не пойду!

– Да возьмём мы твоего Брута, возьмём! – пообещала Луна и взяла собаку на руки. Пёсель был отнюдь не лёгкий, а Саше с Женей достался Игорёк. Несли они его по очереди. Нести решили не в деревню, потому как в той глуши ни о какой нормальной медпомощи можно и не мечтать, а к дороге. Там и связь должна быть, чтобы в скорую позвонить, и машины разные иногда ездят.

Да только пройти успели лишь с десяток шагов, дальше они увидели ту, которая, скорее всего, и являлась хозяйкой этого склада трупов. Она появилась словно не откуда, босая, в длинных лохмотьях, и с длинными волосами. И, конечно же, она решила по петь!

Что должно было последовать после этого, Женя с Сашей и Луной прекрасно понимали! Собаку и мальчишку пока положили на землю, зато схватили: палки, камни, трупы звериков, словом всё, что было под рукой, и начали швырять в эту тварь, не давая ей спокойно заниматься пением. Это ей явно не понравилось! Она оскалила свои зубы как собака, и пыталась наброситься на друзей, схватить их своими огромными когтями. Но сила была не на её стороне. Адреналина в крови студентов было более чем достаточно, а он придавал им силы. Они выплёскивали всю свою агрессию и злобу на это мерзкое создание, отчаянно защищая себя, а также Игорька с его собакой. Собака тоже грозно гавкала и скалила зубы, хотя, на большее сил у неё увы, не было. Видя, что легко победить не удастся, упыриха убежала в лес.

Далее друзья продолжили путь в сторону дороги. По пути они менялись, периодически ношей, чтобы давать друг другу немного отдыхать. Но всё равно, пока дошагали до автодороги, вымотались сильно, но хотя бы упыриха их больше не преследовала, и то хорошо. На дороге им повезло быстро поймать попутку. Видя что они идут с мальчишкой на руках, водитель грузовика сразу же притормозил и вышел, предложив помощь. Саша сказал, что мальчишка болен и ему срочно надо в больницу. Игорёк с Луной сели в кабинку грузовика, а прочим пришлось забираться в кузов. Но ничего, в тесноте, да не в обиде, доехать бы скорее…

Добрали спокойно, без дальнейших приключений. Женька с Брутом высадился у ветклиники, а Саша с Луной и Игорьком доехали до детской больницы. Там сдали ребёнка медикам для дальнейшей помощи. Как и ожидалось: у Игорька была диагностирована сильная анемия, и ему пришлось переливать кровь. Собака тоже была очень слаба, Женя заплатил ветврачу за уход за ней и нужное лечение. А после они созвонились (в городе со связью было всё в порядке), и встретились в местной кафешке. Там они могли наконец то поесть и передохнуть: как физически, так и морально.

– Надо бы вернуться в деревню и рассказать родным Игорька о том где он. – сказал Женя. Чтобы он там не говорил, я уверен- им совсем не всё равно, наверняка сильно волнуются. Я сам из многодетной семьи, да, моим родокам порой не до меня, но они любят меня однозначно!

– В деревню то мы вернёмся,– сказал Саша. Но как бы эту упыриху извести, она уже всю живность в деревне перевела, то, что ещё люди живы- это просто большая удача!

Луна задумалась и спросила:

– А что вообще известно об этой поляне, почему там камни были холодные и почему Григорий Иванович тебя в детстве оттуда гонял? Ведь именно после того, как дети убрали часть камней с поляны, появилась эта упыриха. И та землянка на поляне, помнишь? Что известно о ней?

– Хороший вопрос,– похвалил Саша.

– В детстве мне на него не желали отвечать, просто гоняли с поляны и всё, пора задать его ещё раз.

– Но подумайте сначала: точно ли вы готовы ехать со мной обратно в деревню? Вы можете вернуться домой к семье и забыть об этом как о страшном сне, а с проблемами бабули я буду разбираться сам.

Женя посмотрел на него как-то обижено

– Ты что, думаешь мы бросим тебя в беде, да за кого ты нас принимаешь? Хотя, Луна девчонка, может её действительно лучше сплавить папочке?

Тут уже возмутилась Луна:

– Как тащить эту овчарку и снабжать вас шпорами к зачётам, так я с вами на равных, а с упырихой сражаться вы мне не доверяете? Нет уж, вы от меня так просто не отделаетесь, так и знайте!

Возвращались в деревню опять на попутке. Но на этот раз, машину пытались тормозить долго: как только они сообщали куда им надо, водители смотрели на них как на ненормальных и говорили чтобы забыли об этой деревни, там инфекция какая то гуляет, им что, здоровья своего не жалко? С трудом, но им удалось найти попутку, которая хоть частично, но подкинула куда надо. Оставшуюся часть пути предстояло идти пешком. Учитывая то, что был глубокий вечер, идти было откровенно стрёмно. Саша достал из карманов бируши (купил заранее в аптеке, когда они были в городе) и выдал друзьям.

– Это от пения нашей сонной певуньи,– пояснил он. Бируши скоро пригодились: как только они свернули с автодороги в лес (дальше надо было идти через лес до деревни), они заметили поодаль силуэт той самой упырихи. Подойти близко она не решалась, и пела свои песни из далека. Бируши оказались качественные, что она там пела было не слышно. Но всю дорогу до деревни, пришлось отгонять эту певичку камнями и прочими предметами от себя, потому как бируши тоже не идеально защищали уши. Пообщаться друг с другом было нельзя, потому как ничего они не слышали. Дошли до дома бабы Иды уже чуть ли не к ночи. Баба Ида аж за сердце схватилась, видя по какой темноте они к ней возвращаются, и конечно же опять принялась ругать Сашку за подобное безумство. Но не долго, велела идти уже неслуху поужинать и спать. Бабушка всё ещё была слаба, но было заметно, что она идёт по не многу на поправку. Вероятно приезд внука и те лекарства, что он привёз, на неё так благотворно подействовали.

Друзья так устали, что всю ночь до утра, спали как убитые. А утром, позавтракав, сразу же пошли в дом к бабе Нюре (бабушке Игорька), сообщить ей о её внуке. Баба Нюра, также как и его бабушка, лежала вся бледная на кровати ( калитку им открыла соседка бабы Нюры, она была у неё дома и ухаживала за больной подругой). Причина подобной хвори была аналогична, что и у бабушки Саши, только баба Нюра искала не собачку, а внука, но финал был такой же. Известие о том, что с внуком её теперь всё будет хорошо, просто сотворил чудеса, она готова была плясать от счастья, до этого, чуть ли не умирала с горя, что не уследила за мальцом. Оставив её на соседку, Саша с друзьями пошёл к Григорию Ивановичу. Саше надо было задать ему некоторые вопросы.

Как и у бабы Нюры, у Григория Ивановича были дома соседи- Никитичи. Оба были давно пенсионного возраста, как и почти все в их деревне и оба (муж и жена), ухаживали за чуть ли не умирающим Григорием Ивановичем. Видя его состояние, Луна даже испугалась за его жизнь и предложила ему, чтобы она сходила к дороге и вызвала скорую. Но тот лишь отрицательно помотал головой.

Неча тебе девка по лесу шастать, тута нынче всякое случиться может, али не слыхала про нашу напасть? –спросил пенсионер.

– Да мы уже с этой напастью сталкивались, и ещё пройдём как-нибудь дедушка,– уверила старика Луна. Главное чтобы вы поправились.

– Нет! Категорически отрезал тот. Я это заслужил и не смей никуда ходить и рисковать ради меня! Я должен был лучше смотреть за поляной, ведь знал же, что так может случиться…

– Что случиться,– встрял Саша. Может вы мне наконец расскажите про эту проклятую поляну, и почему вы так её охраняли?!

Григорий Иванович поморщился, как от зубной боли и нехотя начал свой рассказ:

– Всё началось лет 70 назад. Жила тогда недалеко от нашей деревеньки ведьма одна в лесу. Там, на той поляне у речки, где были холодные камни. В землянке жила, ты эту землянку наверное видел.

– Видел,– подтвердил Саша. Только она раньше больше на холмик походила, а теперь это уже землянка, даже вход в неё открыт.

– Верно, открыт,– простонал старик. Так вот, была эта ведьма сначала не сильно вредная. Так, пакостила по мелочи: ворожила, наговоры делала, привороты да отвороты. Всё, как у прочих ведьм. Да только мало ей этого показалась, стала она на крови колдовать. А для этого ей кровь была нужна. Стала она со своих клиентов плату кровью просить. Не человечью, животных, но кровью. Это многих отпугивало. Народу у нас в деревеньке всегда не много проживало. Все, кто хотел сходить к ведьме за чем-то, давно сходил, а прочие не желали, да ещё и кровь ей тащить, грех то какой! Короче- иссяк поток желающих, и крови тоже. А она к ней уже пристрастилась, ей для ритуалов всё надо. Самой ей дичь лесную никак не поймать, не умеет. И стала она в деревеньку нашу тайком пробираться, да кровь у животных выпускать (в бутылку свою сливала). Животные от этого хиреть стали, а какие мелкие, так и просто дохнуть. Надоел такой беспредел жителям. Стали они на неё яриться, некоторые даже побить пытались, но она вёрткая, всё время ускользала, на угрозы и ругань только посмеивалась и приговаривала: брала кровь и брать буду, всегда буду, и никак вы меня не остановите! Наконец, помер любимый жеребец старосты. На шее у коня тот нашёл надрезы где вены и догадался- почему так рано животинка издохла. Осерчал тогда люто он, собрал всю деревеньку и стали они все ведьму заочно судить, да и приговорили к смерти. Но помнили слова ведьмы, что она обещала всегда кровь у нас брать и испугались, как бы и после казни подобное не делала. Послали в соседнюю деревню за тамошним колдуном. Сильный был колдун, говорят, знал много что. Заплатили ему не мало, всей деревней на оплату скидывались! И попросили помочь ведьму обезвредить. Колдун сказал, что казнить её не проблема, проблема так сделать, чтобы кровь больше не пила. А для этого так поступите: засыпьте её землянку землёй и камешками всю покройте, а я,– говорит, над теми камешками поколдую, они эту ведьму задержат и не выпустят. Только, говорит, смотрите, камешки те не трогайте, пусть всегда там лежат. Мы согласились. Погребли мы эту колдовку заживо, камней сверху накидали много: и на землянку и на поляну где землянка стояла. Колдун там поворожил немного, и камни после его слов стали холодными. В руки брать очень холодно, как лёд берёшь. И не растёт на той поляне с тех тор ни травинки! Как мёртвая земля стала. Прошло много лет, староста, пока жив был, присматривал за той поляной, а как помирать стал, детям повелел тоже делать, а те своим детям. Я внук того старосты. Прочая моя родня в город подалась, не захотели больше в деревне жить, а мне пришлось тут остаться, да за поляной следить. Пока молод был, хорошо следил! Да и в зрелых летах тоже не плохо, сам небось помнишь, как я тебя малого с той поляны гонял! Да только годы уже не те.. Месяц назад захворал я сильно, да не уследил за ребятнёй, что строительством на той проклятой поляне занялась. Крепость им, вишь, понадобилась! Вот после того, как перетаскали на ту крепость много камней с той поляны, землянка то и открылась и эта упыриха вылезла.

– А отчего вы дедушка так сильно заболели?– спросила Луна.

– Как жеж отчего? Как я мог спокойно смотреть на то что в моей деревне делается?! Я же старостой тут всегда был, да и отцу с матерью перед смертью клялся за поляной следить и о деревне заботиться. А тут такая напасть приключилась… Вначале я на ту поляну пошел посмотреть что случилось, да мальчонку пропавшего поискать- Сережу, слышали ли наверное?

– Да,– подтвердил Саша. Нам рассказывали о том, что с ним случилось.

– Так это я того мальчишку нашёл- в овраге, около речки. А когда я его на руки взял, чтобы до дороги донести, да скорую вызвать, эта упыриха на меня и напала. Я тогда на время отключился, но ничего, оклемался скоро, крепкий ещё тогда был. Потом встал и опять потащил мальца к дороге. Еле шёл, сам весь шатался. Но добрёл и врачей вызвал. Сережу когда в больницу забрали, меня там тоже малость подержали, но я потом сам сбёг: не мог я спокойно там лежать, когда в моей деревне такая беда приключилась! Как добрался до дому, сразу на ту поляну пошёл, ну, думаю, я счас тебя опять упокою, ведьма! И стал прежние камешки, что в крепости детской были, на полянку класть. Но там на их месте капли крови уже были. А камни на кровь нипочём ложиться не хотели, отодвигались от неё, как живые. А пока я с теми камнями возился, опять упыриха пришла. На этот раз, она песню петь стала. Я с той песни быстро отключился. И помер бы там, наверное, если бы не мои соседи сердобольные- Никитичи! Они вдвоём меня до дома дотащили, в овраге меня нашли! С тех пор за мной вот ухаживают. Я бы без них совсем пропал,– прослезился дед. Бабушка Никитична начала его успокаивать и дала кваску попить. А потом сказала им:

– Вы бы, молодёжь, не тревожили его больше, сами видите- совсем хворый. Саша, Женя и Луна ушли, чтобы не беспокоить больше старика.