"Дед Мороз на мою голову"

Чайник судьбы и стерва в шортиках. (Глава 19).

Василиса Жарова.

Оказаться одной в чужой стране без знания языка — это настоящая катастрофа. Да, я изучала французский, но одно дело — зубрить правила с русским учителем, и совсем другое — слышать настоящую французскую скороговорку от носителя и с трудом улавливать хоть что-то, не говоря уже о том, чтобы ответить.

Таксист всю дорогу бегло что-то рассказывал, не умолкая ни на секунду. Насколько я могла разобрать, он восхищался красотой русских девушек. А я всего лишь затупила и поздоровалась с ним на русском, как только села в машину. Кажется, он делал мне комплименты, время от времени бросая взгляды в зеркало и обворожительно улыбаясь. А я, как в том анекдоте: «Ты что, глухонемая?» — «Да!» — просто сидела и улыбалась, про себя молясь, чтобы водитель не оказался каким-нибудь маньяком и не свернул в безлюдный лес, где меня никто и никогда не найдёт.

Но всё обошлось. Наконец-то такси остановилось у огромного здания аэропорта Шарль-де-Голль. Я расплатилась — благо с цифрами у меня был полный порядок, так что стоимость проезда я поняла сразу, — вышла на холодный январский воздух и глубоко вдохнула.

Я живая!

Рассматривать аэропорт не было ни желания, ни настроения. Я поспешила внутрь. Там царили шум и суета: люди с чемоданами сновали туда-сюда, на табло мелькали рейсы, громкие объявления на французском оглашали пространство — всё как в кино, только настоящее.

Я уверенно направилась к стойкам регистрации — и тут меня будто молнией прошибло.

ПАСПОРТ!

У меня нет документов! Я не смогу купить билет!

Ну Ив, ну стерва! Наверняка всё просчитала до последней детали! А я даже адрес Александра не знаю. Такси тоже так «удачно» вызывала эта гадина...

Василиса, ты точно олень!

*******************************************************

Дед Мороз.

Голова гудела так, что казалось, вот-вот лопнет. Собраться с мыслями было чертовски сложно. Взяв себя в руки, я поднялся с пола и тяжело выдохнул, пытаясь прийти в себя.

— Бабуля, ты можешь просто объяснить, причём тут Василиса и мать моих будущих детей?

— Вот скажи мне, внучок, — сейчас бабушка напоминала мне волка из сказки про Красную Шапочку, который готов был сожрать меня целиком, — как твои родители познакомились друг с другом?

Я поднапряг мозг, который упорно отказывался работать и отчаянно мечтал об отдыхе.

— Тридцать первого декабря отец разносил подарки детям и случайно оказался в квартире мамы. Она как раз вышла из душа... в чём мать родила. И тут — бац! — любовь с первого взгляда со всеми вытекающими последствиями.

— Да, — покачала головой бабушка. — Твои родители не самый лучший пример для внуков. Но ладно. А теперь вспомни, как мы с дедушкой познакомились?

Что за семейное шоу «Что? Где? Когда?»? Да ещё и первого января! Может, я всё ещё сплю и это страшный сон?

Как ни напрягался, я толком вспомнить не смог, как они познакомились. Тогда мне было не до них и уж тем более до их сопливых романтических историй. Я был подростком, и мне откровенно не нравилось об этом с ними разговаривать.

— Извини, бабуль, но я не помню... — мне стало по-настоящему стыдно перед ними. Честное слово.

— Так я уже и поняла! — нахмурилась бабуля, и в её глазах вспыхнуло раздражение. — А вот если бы внимательно слушал меня, то сейчас мы не стояли бы в этой прихожей, и ты бы такие глупые вопросы не задавал. Мы с твоим дедушкой познакомились тоже тридцать первого декабря. Ночь на дворе, а у меня соседка как раз с парнем ушла встречать Новый год, оставив меня одну. Я не спала, сидела на кухне и читала книгу. Как вдруг услышала какой-то шум в комнате. Ну и схватила, что было под рукой — чайник. И выскочила из кухни с криком: «Покалечу!». Ну и двинула в темноте по твоему деду чайником. А потом я не поняла, как оказалась у него дома. Связь чувствуешь? — заглянула бабуля мне в глаза с таким видом, словно пыталась найти там хоть крупицу разума.

— Чувствую, не повезло деду, — рассмеялся я. — Наверное, было очень больно чайником получить?!

И тут меня будто током ударило — дошло!

— Погодите... То есть ты хочешь сказать, что все Деды Морозы встречают свою вторую половинку в Новый год, когда разносят подарки?

— Дошло, наконец-то! — бабуля закатила глаза к потолку с выражением «ну хоть что-то». — Только не просто встречают, а в списке детей последним пунктом появляется имя избранной для Деда Мороза. Только вот почему-то все они забывают об этой важнейшей встрече в жизни. Словно память отшибает! Судьба сама выбирает — когда и кого. Видимо, в твоём случае, чтобы ты глупостей не наделал и не женился на своей профурсетке. А теперь веди меня к моей будущей родственнице. Хочу поскорее обнять её!

Я почесал затылок, чувствуя, как в голове закипает каша. Как сейчас объяснить, что в квартире не только Василиса, но и Ив с помолвочным кольцом на пальце?

— Она ещё спит, — выдавил я первое, что пришло в голову. — Давайте пока я сварю вам кофе. Проходите в гостиную. И, кстати...

Договорить не получилось.

— Пупсик! — раздался слащавый голос Ив. — Ты где, мой шалун? Хочу тебе прямо сейчас сделать...

— Я тут! — перебил я её, заметив, как бабушкины глаза расширились от изумления, а дедушка тихонько фыркнул в кулак. Не хватало ещё, чтобы они услышали такое!

Не успел я даже моргнуть, как перед нами материализовалась Ив в костюме Евы. Слава богу, моя реакция сработала мгновенно — я закрыл её своим телом.

Правда, когда я глянул на родственников, дедушка даже не потрудился отвернуться — стоял и улыбался, словно наслаждался представлением. Ну дедуля! Жить надоело, что ли? От бабули сейчас достанется!

— Екатерина Ярославна?! — выдохнула Ив шокированным голосом, выглянув из-за моей спины. — Вениамин Константинович?! Здрасти...

— Доброе утро, Иветта, — с ледяным спокойствием произнесла бабуля, и я почувствовал, как температура в прихожей упала на десяток градусов. Она ухватила деда за плечо и резко развернула его спиной. — Алекс, помоги девушке привести себя в порядок.

— Конечно, бабуль, — я мягко взял Ив за руку и повёл в спальню. — Вы пока проходите на кухню. Я скоро присоединюсь.

Пока мы шли по коридору, я слышал, как она недовольно сопит, словно вулкан вот-вот взорвётся и накроет всех лавой. И стоило мне только закрыть за нами дверь спальни, как Ив окончательно закипела.

— Алекс, что происходит?! — сквозь зубы, полушёпотом выпалила она, распахивая шкаф с такой силой, что дверца громко стукнула о стену. — Договорились с ними встретиться на Рождество! Они согласились не прилетать в этом году к тебе на Новый год! Мы же с тобой собирались провести эту неделю исключительно вдвоём в отеле на спа-процедурах. Только ты и я! — швырнула она на кровать шорты и маечку так, что одежда разлетелась в разные стороны.

— Тебя какая муха укусила? — нахмурился я, чувствуя, как в груди поднимается раздражение. Этот тон мне совершенно не нравился. Раньше Ив себя так не вела с моими родными. — Бабушка и дедушка могут приезжать ко мне в любое время дня и ночи. Я всегда им рад. Ну захотели они на лыжах покататься — так и прекрасно. И вообще, мне уже не нравится идея со спа-процедурами. Я лучше бы вместе с ними на лыжах покатался.

Но тут мой взгляд зацепился за короткие шортики, которые Ив натягивала с раздражённым видом.

— Ты в этом собираешься предстать перед моими родными?

— Ой, простите! — фыркнула Ив, сморщив нос и резко стягивая шорты. — Я и забыла, что Екатерина Ярославна предпочитает одежду восемнадцатого века!

— Да что с тобой случилось? — смотрел я на неё и не узнавал ту самую девушку, с которой хотел связать всю свою жизнь. Всегда приветливую, всегда улыбчивую с моими родными — она вдруг превратилась в совершенно другого человека. Я не верил своим глазам. — Ты же никогда такой не была.

— Может, всему виной голая девица, которая сидела на моём будущем муже? — Ив подошла к шкафу и вытащила оттуда лёгкое летнее платье, бросив на меня исподлобья убийственный взгляд.

— Я тебе уже всё объяснил. Василиса тут ни при чём. Вчера она даже ушла пораньше, чтобы не мешать нам. Поэтому не трогай её сегодня, пожалуйста.

— Не переживай, пупсик, — посмотрела на меня Ив, улыбаясь сладко-ядовитой улыбкой и мило хлопая ресничками, будто невинный ангелочек. — Василиса решила не мешать нам и сегодня. Поэтому утром попросила у меня денег на билет. Я ей выдала в два раза больше и отдала свою одежду, чтобы бедняжка в тепле добралась до дома. Даже такси вызвала, и она уехала рано утром в аэропорт. Сейчас, наверное, уже в Москве.

Приползёшь, как червяк! (Глава 20).

— Какая ещё Москва, Ив? — сорвался я. Ярость накрыла с головой, и я едва сдерживался, чтобы не закричать. — У неё же нет документов!

— А я откуда знаю, что у неё есть, а чего нет? — огрызнулась Ив, натягивая платье через голову.

— Я тебе вчера рассказывал! Всё украли — документы, деньги, телефон! — зубы скрипнули так, что, казалось, сейчас треснут.

— Ну прости, не запомнила! — бросила она через плечо. — И вообще, чего ты так за неё переживаешь? Какая-то случайная девица! Отвёз бы её в полицию — пусть они разбираются, кто она и откуда. Если у неё нет документов, это их забота.

Внутри что-то противно щёлкнуло. Сердце сжалось от предчувствия.

— Это ты, да? — выдохнул я, чувствуя, как внутри всё обрывается. Больно было смотреть на ту, с кем я мечтал о семье, о детях. — Ты вчера полицию вызвала...

Я всё ещё надеялся услышать «нет».

— Да, я! — отрезала она, и в её голосе не было ни капли сожаления. Словно рассказывала о погоде за окном. — И сделала бы это ещё раз! Или ты думал, я прощу какой-то подстилке сидеть голой на моём мужчине?

В её глазах плескалось столько высокомерия, что мне стало нечем дышать. Столько ненависти — настоящий яд.

— А ты обо мне подумала? — спросил я тихо, глядя ей в глаза. Там искал хоть что-то знакомое — ту девушку, которую когда-то любил. Но нашёл только холодную чужую женщину. — А доверие? Ты мне вообще не веришь? Или считаешь меня тупым бараном, которого любая девица может увести на поводке?

Разочаровываться в любимом человеке — это хуже любого удара.

— Ты, похоже, совсем не знаешь женщин, Алекс, — попыталась она схватить меня за руку, но я отшатнулся. Не хотелось даже прикосновений. — Милый, эта Василиса такая же коварная, как все они. Сначала голой на тебе посидела, потом в постель залезет. А там и до свадьбы недалеко. А как же наша любовь? А как же я?..

Я сделал шаг назад. Чем дальше от неё — тем лучше.

— Ты даже мою реакцию не учла, — голос дрогнул. — Я бросился за тобой следом. Говорил, как сильно люблю тебя, что мне никто другой не нужен. Стоял на коленях на улице, делал предложение. А ты... — я с трудом подобрал слова, — ты уже тогда решила, что я тебе изменяю. Подложила меня под первую попавшуюся девушку.

В груди заныло. Больно. Не физически — душевно. Потерять любимого человека, пусть и не навсегда, больно так же, как и утратить его навеки.

Я покачал головой, окончательно разочаровавшись в Ив, и отступил ещё на шаг.

— Я безумно люблю тебя, Алекс! — бросилась она ко мне, пытаясь обнять. — Ты моё будущее! Мой жених! Мой будущий муж! — она подняла руку, показывая помолвочное кольцо, словно оно могло всё исправить.

— Кстати, как ты его нашла? — спросил я, хотя ответ уже был не важен. — Василиса видела это кольцо?

— Опять ты о своей Василисе! — выплюнула она, и в её голосе звенел настоящий яд. — Да, видела! — заорала Ив, и лицо её исказилось от злости. — Я этим кольцом ей прямо в лицо ткнула! А ещё она слышала громкие стоны и крики этой ночью! И не смотри на меня так! Я защищаю своё! Пусть эта подстилка даже не мечтает о тебе! Пусть знает своё место! А ты — мой!

Боль? Забудьте про боль! Внутри меня вспыхнула ярость — мгновенная, всепоглощающая. Она сожгла последние остатки чувств к этой незнакомке. А Ив... Ив я, похоже, вообще не знал. Настоящая она показалась только сейчас. Я глубоко вдохнул, взял себя в руки и постарался успокоиться.

— Если бы ты просто приняла Василису — как гостеприимная хозяйка, как моя будущая жена. Была бы приветливой, такой, какой всегда была: заботливой, доброй, милой... — я горько усмехнулся. — Да я бы наплевал на эту избранницу и женился на тебе через месяц. Ведь я любил тебя, Ив. Мечтал, что ты родишь мне детей. Хотел семью...

— Какая ещё избранная?! — скрежетала зубами Ив. Она даже не услышала моих слов. Ей было важно только одно... Жаль.

— Уже неважно, — тихо сказал я. — Ив, между нами всё кончено. Твои вещи я сам соберу и пришлю курьером. Тебе лучше уйти сейчас. Или ты жаждешь пообщаться с моими родными?

— Вот так, значит? — Я уже приготовился к пощёчине. Но вместо удара она рванула дверцу шкафа и вытащила белоснежную шубу в пол.

— Да мне плевать на твоих родных! — фыркнула она, накидывая шубу на плечи. — Наконец-то эту старую каргу не придётся ни видеть, ни слышать! Один твой дедушка мне хоть как-то нравился — и то исключительно как мужчина! Надо было его увести у этой старой калоши!

Я никогда в жизни не бил женщин. Но сейчас... Сейчас мне стоило огромных усилий сдержаться. Кулаки сжались так, что ногти впились в ладони.

— Пошла вон! — прорычал я, чувствуя, как внутри всё кипит. Ещё секунда — и я бы разорвал её за эти слова.

— Ты ещё вспомнишь меня, Алекс! — бросила она, высокомерно глянув на меня. — Приползёшь, как жалкий червяк! И я ещё подумаю, прощать ли тебя!

Она подошла к двери, приоткрыла её и обернулась:

— Твоя Василиса — ничтожество! Низкосортная подстилка!

И хлопнула ею так, что стены задрожали.

Как я сдержался, до сих пор не понимаю. Ещё минут пять я стоял посреди комнаты, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Челюсти скрипели от напряжения. Всё тело дрожало от ярости. Я пытался успокоиться, глубоко дышал — лишь бы не броситься за ней и не убить.

И только когда раздался громкий хлопок входной двери — Ив наконец покинула квартиру — я пришёл в себя. Чувствовал себя опустошённым. Всё будущее, которое я так тщательно строил, рухнуло в одно мгновение. Но горевать было некогда. Сейчас нуждалась в моей помощи другая девушка — ни в чём не повинная. Мне нужно было спасать Василису, пока она не угодила в настоящие неприятности. И снова — по моей вине. Надо было поговорить с ней после того, как не сдержался и поцеловал её.

Аэропорт! Чёрт! Она же там, без документов, без денег, без телефона! Что я наделал?!

Благо я был одет — со вчера так и не переоделся. В этом же виде я и рванул из спальни. Но не успел добежать до кухни, как буквально наткнулся на бабушку.

— Ну наконец-то избавился от этой неприятной девицы, — улыбнулась она. — Никогда её не любила. С самого начала не нравилась. Двуличная особа. Терпела только ради тебя.

— Бабуль, прости, давай позже поговорим. Мне надо срочно...

— Ты, надеюсь, не собираешься бежать за этой особой и возвращать её? — В одно мгновение из доброй улыбчивой бабушки она превратилась в грозного генерала в юбке. Глаза сузились, подбородок поднялся — я знал этот взгляд.

— Нет, бабуль! — Я замотал головой. — Мне надо в аэропорт. Там Василиса. Это долгая история... Если нам повезёт, она ещё не вляпалась во что-нибудь. Иначе я даже не представляю, где её искать.

— Мы с тобой, — перебил дедушка, выступая из кухонной двери. Лицо его было серьёзным, но в глазах читалась решимость. — Где ключи от машины? Поведу я. Тебе сейчас за руль нельзя. Катюш, хватай сумку. И не забудь... ну, ты знаешь что.

Бабушка молча кивнула и, не теряя времени, побежала в гостиную.

— Хотя не надо! — крикнул ей вслед дедушка, хлопнув себя по лбу. — Ив уже уехала. Вернёмся и всё сделаем здесь.

Я смотрел на них, не понимая ни слова. О чём они? Что за «ну, ты знаешь что»? Какое-то тайное послание, которое я должен был понять, но не понимал. В голове крутился только один вопрос: что они задумали?

Но спрашивать времени не было. Я рванул в прихожую, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

PS: Как думаете, что бабушка и дедушка задумали с этим загадочным «ну ты знаешь что»?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.