Госпожа «Нет». Книга 2. Любовь без ошибок

Глава 5

Как Эдвард и говорил, они оказались в спальне. Вышли из такого же шкафа, по всей видимости, предок императора не слишком отличался воображением, или просто не считал нужным оригинальничать.

– Переодеваться будешь? – поинтересовался Джон у друга, тот мотнул головой:

– Потом. Время сейчас дорого.

Полковник кивнул.

– Почему бы вам просто не заявить о своем прибытии? – Эмбер наконец решилась задать этот вопрос. – Тогда не пришлось бы устраивать эту игру в шпионов.

– Потому что авария – не случайность, и мне очень хочется посмотреть на лица тех, кто сейчас находится во дворце.

– Думаете, заговорщики себя выдадут?

– Как верно заметила ваша дочь, мои подданные не слишком хорошо играют в карты. Селл, блокируй любую связь в радиусе одной мили от дворца.

– Сделано!

Эдвард вышел и, уже не таясь, направился к гостиной. Он не стал оборачиваться, но знал, что Эмбер Дарра следует за ним. Он стиснул зубы, пытаясь сохранить трезвость ума. Удивительное дело, но эта хрупкая блондинка вызывала в нем нешуточные страсти. Особенно если вспомнить, что сейчас на ней нет белья…

Он запнулся и едва не упал, выпрямился, из-за плеча взглянув на виновницу его бушующих гормонов.

«Закрой глаза и думай об Альвионе!» – мысленно приказал император самому себе. Помогло мало. Выдохнув, он продолжил свой путь.

– Стой! – Стражник, несший караул у дверей, попытался преградить путь, его напарник внимательно взглянул на императора и выпучил глаза: – В-ваше…

– Тихо, – приказал Эдвард, подходя к дверям. – О моем появлении не распространяться. Селл, трансляцию!

Гул голосов между тем стал громче, а потом и вовсе распался на отдельные слова.

С волнением Эмбер вглядывалась в голографическое изображение, выведенное на стену. Принцесса Фелиция замерла у балконной двери и с негодованием взирала на стоящих перед ней мужчин. Алекс заметно не было, но Эмбер знала, что дочь там, за проклятой дверью, которую ей не позволили распахнуть.

– Флаер найден в зоне крушения, тел в нем не обнаружено, – уверенно и даже с каким-то чувством превосходства (непонятным, но ярко выраженным) докладывал мужчина в военной форме.

– Любопытно, почему в моем дворце люди, которых я не знаю? – проворчал Эдвард.

– Можно предположить, что его величество был захвачен, – продолжил военный, даже не догадываясь, что вызвал достаточно бурную реакцию монарха, но со снисхождением глядя на министров, непозволительно похожих на заквохтавших куриц.

– Это Альянс! – патетически воздевал руки к небу министр юстиции. – О, бедный наш император. А все эта женщина!

– Скорее, Свободные миры, – с тщательно отмеренной горечью в голосе отвечал ему министр иностранных дел.

– И почему ему в голову не приходит, что мы просто-напросто отступили? – возмутился император. – Хорош бы я был, если бы меня было настолько легко захватить.

– Задержать механика, повредившего флаер, к сожалению, не представляется возможным. – Переждав возгласы членов кабинета министров, продолжил докладывающий.

И снова стенания, от которых Эдвард морщился.

– Почему? – прорвался через гвалт спокойный, ледяной голос Фелиции. Сухие глаза, прямая спина, руки за спиной – то ли чтобы не показывать, что они дрожат, то ли чтобы не надавать пощечин совету министров в полном составе. А рядом с ней, в точности копируя позу сестры императора, стояла Алекс. Сердце Эмбер пропустило удар. Дочь была бледной, но держалась.

– Он найден мертвым, ваше высочество.

– Хотите сказать, вы его упустили?

– Ваше высочество!..

Министры наперебой принялись уверять, кто – о том, что вообще не знали, кто – что все под контролем.

Гвалт моментально достиг апогея. Эмбер представила себе, как внимательно служба безопасности будет отрабатывать эту запись потом, отслеживая не только кто что сказал, но и каким тоном. Какая при этом была поза. Выражение лица. И что-то ей подсказывало, что для кабинета министров ничем хорошим этот кризис не закончится. Хотя и ей стоит забрать дочь и отправиться восвояси. Непонятно куда, но как можно дальше.

– Ваше высочество! – нервные голоса оборвались вдруг, как по команде. И вперед выступил премьер. – Ситуация отчаянная! И требует решительных мер. Дабы как-то купировать кризис и не допустить волнения народа Альвиона, мы вынуждены предложить вам власть.

– Что? – дрогнули побелевшие губы сестры императора.

– Только чтобы избежать волнений. И сохранить империю. Вы должны это сделать. Мы готовы принести присягу.

В этот момент камеры Селл проехались не только по тем, кто стоял у окна, окружая принцессу, но и вообще всем, кто был в гостиной. Эмбер вгляделась в кадры, автоматически отмечая выражения лиц.

Вдовствующая императрица так и осталась сидеть на диване с абсолютно непроницаемым лицом, впившись взглядом во внучку, словно от ответа принцессы зависела ее жизнь. Сэр Тоби, отодвинутый в сторону высокопоставленными вельможами, тоже не сводил глаз с Фелиции. Его губы подрагивали, а в глазах бушевала буря. Как будто он вот-вот станет обладать любимой женщиной.

Джаспер, наоборот, отстраненно стоял около дверей с непроницаемым лицом, правда, то и дело неприязненно косясь в сторону первого секретаря, будто подозревая того в непристойных чувствах к принцессе. Министры сбились в кучу, взволнованно смотря на принцессу, кроме военного министра вместе с подчиненным, который докладывал о поисковой операции. Теперь они негромко переговаривались, отойдя в сторону.

Эдвард напряженно следил за происходящим. Судя по желвакам на щеках, он с трудом сдерживался, чтобы не ворваться в комнату, но ему был важен ответ сестры.

– Ну же, – процедил он. – Скажи хоть что-то…

На секунду камера замерла, а потом приблизилась к принцессе.

– Вот как? – медленно проговорила Фелиция дрожащим от злости голосом – ей изменила выдержка. – Вы отказываетесь продолжать поиски?

– Разумеется, нет! – вмешался министр иностранных дел. – Поиски будут продолжены, но, чтобы успокоить народ, мы объявим вас регентом… регенткой…

– Регентшей, – не сдержавшись, мрачно подсказала ему Алекс, заслужив один благодарный взгляд и несколько гневных.

– Нет! – Фелиция скрестила руки на груди. – Я отказываюсь участвовать в этом!

– Но ваше высочество…

– Мой брат жив. Он заканчивал военную академию в числе лучших, он был на боевой службе, и я не верю, не желаю даже допускать мысли, что он мог… – Она отвернулась и снова посмотрела в окно. – Продолжайте поиски!

– Как вам будет угодно, – подал голос министр культуры, – но позвольте заметить, что долго скрывать исчезновение его величества не представляется возможным. Сегодня-завтра это все просочится в прессу. Будет скандал…

– Это что, угроза? – Фелиция изогнула бровь. – Вы. Угрожаете. Мне?

– Я – нет. Эта ситуация угрожает всем нам. Последствия вашего решения могут оказаться фатальными для всего Альвиона.

– И позвольте поинтересоваться, чем именно? – Эдвард открыл дверь и шагнул внутрь. Эмбер и Джон последовали за ним.

В гостиной воцарилась оглушительная тишина, в которой эхо шагов императора прозвучало зловеще.

– Мама! – Алекс опомнилась первой. Не скованная условностями, девочка кинулась к Эмбер и повисла на шее. – Мамочка!!!

Ее крик вывел остальных из оцепенения.

– Нед! – Фелиция прошла к брату, гадая, обнять его или же оттаскать за волосы.

– Ваше величество! – министры окружили императора, сэр Тоби попытался присоединиться, но был бесцеремонно отодвинут вместе с креслом. Первый секретарь попытался встать и едва не упал, не поддержи его один из гвардейцев.

– Мамочка, где вы были? Почему вас не могли найти? Почему вы не связались? – все перекрывал звонкий голос Алекс. – Вас и вправду похитили?

– Я… Мы… – растерялась Эмбер, не зная, что можно говорить, а что говорить нельзя при таком скоплении народа.

– Думаю, мы обсудим это позже, – вмешался император. – В любом случае госпожа Дарра всего лишь выполняла мои приказы.

– То есть вас никто не похищал? И вы просто не давали о себе знать, потому что… – дочь быстро сложила два плюс два. Под ее пронзительным, требовательным взглядом Эмбер не смогла юлить и только кивнула.

– Вот и прекрасно, – Алекс вырвалась из объятий матери. И рванула к двери, чуть не снеся сэра Тоби вместе с его креслом. Джаспер успел отступить. И даже открыл дверь перед маленькой разъяренной фурией, опасаясь, видимо, за сохранность императорского дворца.

– Алекс! – Эмбер, забыв обо всех и обо всем, кинулась за дочерью.

– Научили бы вы свою девочку вести себя в приличном обществе, – скривился министр юстиции.

– Лорд Боллинброк! – прошипела на него Фелиция. – Смею вам напомнить, что этот ребенок был с нами на протяжении всех этих часов и вел себя достойно. Очень достойно.

«В отличие от многих», – явственно читалось между слов. Лорд Боллинброк насупился, но промолчал. Впрочем, никому до него не было никакого дела. Эмбер попыталась последовать за дочерью, но ей помешали.

– Подождите, – прошептала Мария-Терезия, едва ощутимо касаясь ее руки. – Чуть позже. Дайте девочке успокоиться.

В мертвой тишине, которая повисла после появления императора и выступления Алекс, она подошла к внуку.

– Ваше величество, – она склонилась в реверансе, – счастлива вас видеть живым и невредимым.

Ее поступок послужил сигналом остальным. Реверанс Фелиции, поклоны… Эдвард смотрел на все это, гадая, кто же из присутствующих замешан в заговоре. Разумеется, чуть позже он передаст Джону записи, сделанные Селл, по которым можно будет проанализировать поведение каждого, кто был во дворце, но ему хотелось знать уже сейчас. Чтобы понимать, кто из них – его враг. Впрочем, что понимать, друзей среди кабинета министров у него нет.

Император покосился на сестру. Ну хоть в ней можно быть уверенным. Как бы они ни ссорились, слова принцессы, сказанные недавно в этой комнате, показывали, что она всецело предана брату. А вот Джаспер… смог бы он? Эдвард внимательно посмотрел на зятя. Заметив это, тот поднял вверх большой палец, показывая, что рад счастливому завершению треволнений. Затем он подошел к жене, наклонился и что-то шепнул. Фелиция согласно кивнула.

Эдвард мотнул головой, отметая крамольные мысли. Нет, Джаспер слишком хорошо знает свою жену и смог бы предугадать ее отказ стать регентом. Бабушка тоже исключается. Остаются министры и… Император еще раз посмотрел на сэра Тоби.

Честно говоря, больше всего ему хотелось, чтобы это оказался именно его секретарь. И он непроизвольно повернулся к Эмбер.

В простой футболке и джинсах, лишенная брони серых костюмов и туфель на каблуках, она казалась настолько хрупкой и беззащитной, настолько юной и желанной, что хотелось выгнать всех, прижать ее к себе – и никогда не отпускать. И как-то не помогали уже мысли о долге перед Альвионом и кабинет министров в полном составе. Но… Она смотрела на него с таким отчаянием и ненавистью, что император понял: не простит. Она никогда не простит ему эту ссору с дочерью.

Он подавил тяжелый вздох, подошел к бабушке, поцеловал ей руку, чуть дрогнувшую – безусловно, и Марии-Терезии эти часы дались нелегко. Потом была Фелиция. Странно, но сестра смотрела на него, скорее, с одобрением. Как-то он отвык от такого выражения ее лица.

– Сестра, – чуть склонил он голову.

– Брат, – в тон ему ответила принцесса.

Невысказанные слова клятвы повисли в воздухе.

«Ты – мой брат и сюзерен. Я всегда буду верна тебе», – говорил взгляд Фелиции.

«Ты – моя сестра и вассал. Я всегда буду защищать тебя».

– Господа, – обернулся он к своим министрам. – Кризис миновал. Можете быть свободны.

Император поймал себя на мысли, что смотрит на своих растерянных, оглушенных, бормочущих что-то принятое министров… с удовольствием. Как будто он победитель. Это было неправильно. Потому что оставался главный вопрос. И он касался даже не покушения, которое надо расследовать. Разогнать он их, предположим, разгонит. Даже Фелиция поняла, похоже, что это попросту необходимо. Вопрос в том, кого он поставит на их место. И как заработает на благо империи уже его собственный аппарат.

– Останьтесь, – очнулся от своих мыслей, когда к двери последним подошел человек в сером. – Я хочу с вами поговорить.

Поклон. И молчание.

– Следуйте за мной, – подавляя в себе раздражение, бросил Эдвард. Кабинет его был рядом, он с удовольствием уселся в кресло, вытянул гудящие от напряжения ноги. И только потом внимательно посмотрел на человека, вытянувшегося перед ним. – Напомните ваше имя.

– Полковник Адамсон, военная разведка.

– Вот как, – побарабанил по столу император. – Как я понимаю, вы руководили спасательной операцией?

– Так точно!

– Почему не граф Дей? Это же дело службы безопасности.

– Падение произошло на нашей территории, ваше величество.

– Кто подписывал ваше назначение?

– Граф Уоллингтон. Лично.

– Любопытно, – поднял на его глаза Эдвард, отметив про себя, что полковник, судя по имени, не аристократ. – И почему военные принимаются за расследование вместо того, чтобы передать все службе безопасности?

– Почтительно прошу обратиться с этим вопросом к графу Уоллингтону. Я получил приказ и его выполняю. Но смею заметить, что после покушения вы доверили свою жизнь именно нам, военным.

«Я доверил свою жизнь моему другу», – подумал император, но полковнику, понятное дело, ничего не сказал.

– И какие у вас версии?

– Их немного. – Видя, что его внимательно слушают, человек в сером костюме словно воспрянул духом. – Основная. Заказчик – из Свободных миров.

– Но?

– Простите, ваше величество? – полковник нахмурился.

– Я слишком хорошо различил сомнение в вашем голосе.

Собеседник кивнул:

– Понимаете… эта версия слишком очевидна: бывшие колонии стремятся отомстить… Согласитесь, все слишком на поверхности…

Эдвард нахмурился:

– Хотите сказать, нам ее стараются подсунуть?

– Именно.

– Откуда такая уверенность?

Адамсон пожал плечами:

– Я видел повреждения вашего флаера. Должен заметить, в этой ситуации ваши действия были на высоте.

– Благодарю. Но вы говорили о своих сомнениях. Итак, почему это – не кто-то из Свободных миров?

– Для экстремистских организаций слишком тонкая и слишком бессмысленная работа. Смысл устранять одного человека, если можно устроить взрыв, и погибнет гораздо больше?

– Но если этот человек – император?

– Король умер, да здравствует король, – полковник зло усмехнулся. – Нет, цель экстремистов – дискредитировать режим, сместить правительство. Следовательно – уничтожить как можно больше народа. Потом взять ответственность на себя и привлечь средства массовой информации на свою сторону. Вспомните, как было при вашем деде, когда колонии хотели отделиться. И потом, никогда до флаера императора никто из них не добирался.

– Значит, свои?

– Получается, что так, ваше величество.

Эдвард украдкой потер виски. Смешно, но он до последнего надеялся, что враг все-таки окажется вне страны.

– А почему вы доложили, что нет следов? – спохватился он, видя, что собеседник поглядывает на часы. – Вы не могли не видеть.

– Ваше величество, – полковник невольно улыбнулся. – Поймите правильно: не ожидая помощи, вы направлялись к шоссе. С вами был раненый. Поэтому я посчитал, что мой долг – дать вам свободу для маневра.

– Благодарю за службу, – задумчиво проговорил император положенные слова.

– Служу империи, – откликнулся полковник.

Его величество откинулся на спинку кресла и задумался.

Глава 6

– Покушение на его величество – ваша работа, госпожа Дарра!

Министр юстиции раздувал щеки. Или это они у него сами по себе раздувались? От гнева или от непомерной гордыни, ничем, кстати говоря, не подкрепленной. Лорд Боллинброк накинулся на нее, как только они все оказались у лестницы.

– Доказательства? – по привычке холодно поинтересовалась Эмбер, досадуя, что ее опять задерживают на пути к дочери.

– Что? – оппонент взвизгнул, словно поросенок, которого вот-вот прирежут.

– Вы выдвинули обвинения. Хотелось бы увидеть доказательства.

– Мы не на суде!

– Пока что. Но имея только голословные утверждения, вы проиграете процесс. Впрочем, ничего нового, – она демонстративно отвернулась, давая понять, что разговор закончен.

– Это мы еще посмотрим! – Змеиное шипение за спиной заставило скривить губы в улыбке.

Признаться, она испытала наслаждение, в очередной раз одерживая верх над тем, который олицетворял для нее все то, что она терпеть не могла: глупость, ханжество и чванство, помноженные на статус человека, которому никогда в жизни не приходилось чего-то добиваться самому. И который (как он считал) имел право кидаться голословными обвинениями, что в условиях дворца еще и записывались. Ну как глупый избалованный ребенок, которому вместо пирожных выдали на ужин цветную капусту, право слово. Вот сейчас упадет на пол и засучит ногами.

– Лорд Боллинброк, – голос вдовствующей императрицы звучал очень нежно. – Мне кажется, вы слегка заблуждаетесь.

– Ваше величество, – попытался возразить министр. – При всем почтении…

– Не думаю, что оно есть, – пробормотала Мария-Терезия вроде бы тихо, но тем не менее все присутствующие ее услышали. Министр юстиции вздрогнул, но продолжил:

– Ваше величество, вы же понимаете, что присутствующая здесь госпожа Дарра – гражданка враждебного нам государства!

– Мы враждуем с Альянсом? – изумился сэр Рочестер. – С каких пор?

Лорд Боллинброк кинул на него надменный взгляд:

– Вы прекрасно понимаете, о чем я!

– Лорд Боллинброк, вы любите читать детективы? – внезапно поинтересовалась вдовствующая императрица.

– Что вы, ваше величество, – министр юстиции напрягся. – Как можно читать такую чушь?

– Отчего же чушь? – Кончики губ бабушки императора приподнялись, похоже, по ее мнению, это должно было символизировать дружелюбие. – Вот я, читая эту, как вы выразились, «чушь», знаю, что первым делом проверяется мотив, возможность и средства. Странно, что вы не в курсе. Или книги лгут?

– О, ваше величество, я знаю об этом! – уверил министр юстиции.

– Тогда странно, что вы выдвинули обвинения, не предоставив доказательств, – вдовствующая императрица приподняла брови.

– Мы их ищем.

– Неужели начали работать? – проворчала Мария-Терезия и, улыбнувшись, продолжила чуть громче: – А знаете, что я еще узнала в детективах, милорд?

Эмбер сухо улыбнулась: судя по выражению лица, министра юстиции этот диалог начал утомлять, но по правилам этикета прекратить его первый он не мог.

– Что же, ваше величество?

– Что очень вредно кидать голословные обвинения и утверждать о вражеских намерениях других государств. За это могут в лучшем случае выставить ноту протеста, а в худшем – привлечь к ответственности, и не только вас! Всего хорошего, господа!

С этим она подхватила под руку Эмбер:

– Пойдемте, дорогая, признаться, я слегка устала, проведя ночь с таким количеством мужчин!

Эмбер подавила смешок и позволила увести себя.

– Вы и правда любите детективы? – поинтересовалась она, следуя через анфиладу комнат.

– Детективы? Я? – старушка фыркнула. – Терпеть их не могу: ругань, кровь и куча трупов.